Текст книги "Александра. Большая игра 2 (СИ)"
Автор книги: Олег Ростов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 30 (всего у книги 102 страниц)
– Всё запомнил?
– Да, Ваше Величество.
– Очень хорошо. Надеюсь, Магистр правильно отреагирует на мой ход. Я жду ответ. И ещё, капитан, жду тебя не ранее, чем через два месяца. Позже можно, раньше нельзя. Понятно?
– Понятно, Ваше Величество.
– Свободен.
Тамплиер вышел. Василий смотрел на шахматную доску. Он сам не плохо играл в шахматы. Подошёл ближе, держа нежно наследника в руках. Рассматривал диспозицию. Посмотрел на меня.
– Саша, я не понял? Ты сейчас подставила свою фигуру под удар? Зачем?
– Так надо, Василий. Я знаю, что он постарается сожрать мою пешку. Пусть жрёт.
– Тогда в чём принцип твоей игры? – Смотрел на меня. Я на него, улыбалась. Он, вообще, очень симпатично смотрелся с малышом на руках. Снять с него кафтан, пояс с кинжалом. Штаны и сапоги. Надеть джинсы, свитер, кроссовки и всё. Ничем не отличался бы от молодого папаши 21 века. Я даже представила рядом с ним коляску и Дашку, в штанишках, детских кроссовках и кофточке, держащейся за штанину папаши. И стоят они возле семейного минивэна. Даже услышала, как Василий недовольно крикнул мне: «Александра! Что ты там копаешься? Мы в поликлинику опаздываем! У нас запись на приём. Давай быстрее!» Тихо засмеялась. Господи, приведется же такое. Тряхнула головой прогоняя морок.
– Что ты трясёшь головой, Александра? – Недовольно проговорил Василий.
– Это так, прости, Василий. – Подошла к нему и обняла их обоих, моих мужчин. И мужа, и сына. – Всё хорошо, Вася. – Прошептала ему. Отстранилась. Он смотрел на меня удивлённо.
– Саша, я не понимаю тебя. Ты только что отдала одну из своих фигур. Магистр убьёт твою пешку!!!
– Пусть убьёт. Это нормально. Ты думаешь, что я сходила просто так? Нет, Василий. Иногда, чтобы получить большее, надо уметь жертвовать меньшим. Ты делаешь своё дело, я своё. В этом и есть наш с тобой самый лучший тандем в игре. Ты возьмёшь Казань. Я схожу за казной.
– Понятно. Не понятно, зачем всё-таки пешку просто так отдаёшь. Но это ладно. Ты игрок, тебе и решать, какой фигурой жертвовать.
– Конечно. – Взяла на руки Дарью. Глядя на неё, сказала: – Давай доча коску тебе переплетём. А то что-то она у тебя растрепалась. И красивую ленту тебе вплетём…
Османская империя. Константинополь. Топканы (главный дворец, резиденция султана). Середина месяца Рабиу ас-санни 921 года Хиджры (середина июня 1515 года от Рождества Христова).
– Великий Падишах, да прибудет с тобой милость Аллаха… – Начал великий визирь, но его прервал султан Селим Явуз:
– Достаточно!
Визирь заткнулся, согнувшись в поклоне. Селим подошёл к нему. В руках у него была сабля из дамасской стали.
– Говори. – Велел султан. Визирь опасливо посмотрел на саблю в руках повелителя. Нервно сглотнул слюну. Султан смотрел на него вопросительно. Визирь решил не испытывать свою судьбу.
– Повелитель, прибыли гонцы от казанского хана Мухаммед-Амина.
– И?
– Они просят помощи, Господин.
– И против кого? Против монгол? Но его Казань очень хорошо укреплена. Эти калмаки не смогут взять город.
– Всё гораздо хуже, Повелитель. Он просит помощи против Московского князя Василия.
Селим поморщился. Отошёл от Визиря, взмахнул саблей имитируя удар.
– Прекрасный клинок. – Взглянул вновь на визиря. – Казанцы постоянно воюют с русскими. То воюют, то мирятся. Тем более, как ты же мне доносил, что Василий нацелился на Сибирского хана Ангиша. Он даже франкских рыцарей позвал для этого.
– Прости, Великий Падишах, но это всё оказалось не правдой. Вернее, ложными слухами, которые русские распустили, чтобы отвлечь внимание от их истинной цели. Русские сумели сплавить по Волге плоты из брёвен к Казани. На один из островов, где очень быстро возвели деревянную крепость, поставив туда артиллерию. Оказалось, что они сначала построили эту крепость на территории Московского княжества. Потом разобрали её, пометили бревна, чтобы заранее знать, где они будут положены. Связали из этих брёвен плоты и спустили их вниз по Волге. Таким образом, рядом с Казанью русские создали сильный опорный пункт. Когда послы покидали Казань, передовые русские полки уже были на подходе к городу. С востока калмаки начали вновь наступление на земли Казанского ханства. Большая Ногайская Орда уже практически разгромлена. Многие ногайские рода или уничтожены или отступили на юг на Кавказ, в казахские степи и даже в Персию. Часть двинулась к Крыму. Но здесь они натолкнулись на противодействие крымских татар. Там уже начались кровопролитные столкновения. – Визирь замолчал, внимательно отслеживая своего султана. И он видел, что его слова очень не понравились Селиму. Он взглянул на визиря.
– Ты понимаешь последствия этого? – Задал вопрос султан.
– Да, повелитель. Те ногаи, которые отходят на Кавказ и в Персию могут усилить Исмаила, персидского шаха.
– Если бы только это! – Ответил Селим, продолжая гневно сверлить своим взглядом своего визиря.
– Да, Повелитель. Это не всё. Мы не можем заставить крымчаков поделится территорией с бегущими от калмаков ногаями. Это может оттолкнуть от нас крымских татар. В этом случае они переметнутся к Литве или русским. Тем более, они то воюют с ними, то мирятся, как и казанцы. Даже вступают в военные союзы и выступают совместно то против Литвы, если дружат с Москвой, то против Москвы, если начинают дружить с Литвой. К тому же со смертью предыдущего хана не всё понятно. – Проговорил визирь.
– Мне наплевать, кто из Гераев сидит на ханской кошме. Сын убил брата или отца в борьбе за власть. Экая невидаль. Мы, Османы, в этом не далеко ушли от татар. И любой, кто успевает перехватить власть в Константинополе, тоже сразу старается избавится от своих родственников мужского пола, как от потенциальных претендентов и конкурентов. Я и сам такое же сделал или ты забыл?
– Не забыл, Повелитель. – Поклонился султану визирь.
– Ну вот видишь⁈ Так что не имеет никакого значения кто там из Гераев стал ханом. Главное, что они остаются нашими вассалами. – Султан немного помолчал, что-то обдумывая. Потом вновь взглянул на визиря. – Скажи, как ты думаешь, зачем Василий хочет сместить Мухаммед-Амина? Своего поставить, подконтрольного Москве?
– Я думаю, что он вообще никого ставить не будет. Он ликвидирует Казанское ханство и получит контроль над большей частью Волги. А учитывая, что калмаки уже появились в пределах Азторокани, которую сами татары называют Хажитархан ханлыгы или просто Аждархан, то следующими будут именно они. В этом году ханом там стал Джанибек, сын умершего хана Сеид-Махмуда. И если Василий захватит и Аждархан, то Москва получит полный контроль над Волгой и выход к Каспию, который русские называют Хвалынским морем. А через это море и выход в Персию. Последствия этого для нас, предсказать трудно, Великий Падишах.
– Трудно? – Воскликнул Селим. – Нет, визирь. Как раз не трудно предсказать в какие последствия для нас всё это выльется. Это всё она, тварь эта, дочь шлюхи. Шакалье отродье. Это всё она. Сам бы Василий не отважился на большой поход против Казани, имея не законченную войну с Литвой.
– Литва сейчас не в состоянии воевать сразу на две и даже на три стороны, Повелитель. С запада на Польшу, а значит и на Литву давят имперцы Максимилиана. С севера нависает над ними Ливония. Искандер захватила у них земли с городами и крепостями. И мир с ней так же у Литвы не заключён. И весь юг Литвы в прошлом году подвергся страшному разгрому и грабежу. Кстати, в нём вместе с русскими участвовали и крымчаки, Ширины с Мансурами.
– Я бы удивился, если бы ты сказал, что эти гиены не участвовали бы в этом кровавом пире… А ведь это опять она всё. Все эти войны и набеги на Литву она готовила с одной целью, сделать так, чтобы Сигизмунд не посмел бы напасть на Москву, когда Василий пойдёт воевать Казань. Хитрая, подлая и коварная. Я уже сам начинаю верить, что она византийка. Ибо только ромеи отличались таким коварством и изощрённостью. Недаром говорят: «Византийское коварство». Всё-таки Василий взял её в жёны?
– Да, Повелитель. И она даже уже родила ему наследника. Сына. Назвала его Константином. – Ответил визирь.
– Константином? – Удивился Селим. – Странно. У них же либо Иван, либо Василий. Ну ещё Юрием могут назвать. – Султан смотрел на визиря. Понял, что тот что-то хочет сказать, но опасается. – Говори, визирь?
– Повелитель, боюсь тебе это тоже не понравится.
– Я сам решу, что мне понравится, а что нет? Говори.
– Поговаривают, но это только слухи, Великий Падишах, что Искандер назвала своего сына Константином в честь императора ромеев Константина Великого, основателя Константинополя.
Сабля описала дугу и разнесла вдребезги кувшин с освежающим напитком, стоявший на низком столике.
– Сука! – Рявкнул Селим в ярости. Потом изрубил сам столик в куски. Бросил саблю на пол. – Это она мне даёт понять, что Константинополь её город. Пусть приходит. Посмотрим, как я распну, как когда-то это сделал мой предок с её предками, а на кресте распну её выблядка, а саму посажу на кол, пропоров её поганое лоно, чтобы больше не смогла плодить ублюдков… – Селим замолчал, некоторое время стоял с закрытыми глазами, стараясь успокоится. Взглянул на побледневшего визиря. – Что с хашшишинами?
– Увы, Повелитель. Но нападение на неё и её сестру окончилось неудачей. Убийцы попали в западню, которую устроила Искандер.
– То есть, она знала о готовящемся покушении?
– Получается, что так. Всех, кто участвовал в нападении казнили, колесовав.
– Вот тебе и хвалёные хашшишины. – Усмехнулся Селим. Он прошёлся по комнате. – Послать войска на помощь Казани я не успею, если полки Василия к ней уже подошли. К тому же там, в большой степи сейчас рыщут отряды монгол или как их зовут калмаки. Да и лишних войск у меня сейчас нет. На востоке персы, эти дети шайтанов. Там идут постоянные столкновения. Исмаил осадил Дьярбакыр. Большая часть Анатолии опять потеряна. Так что мне сейчас не до Казани и ногаев. Мне все войска на восточном направлении понадобятся для разгрома Сефевидов. Надо, наконец, захватить его столицу, Тебриз. Хорошо бы и самого Исмаила взять живым. Слава Всевышнему, хоть на море ничего серьёзного не происходит. Венецианцы, имперцы и испанцы ничего не предпринимают серьёзного. В Морее какое-то затишье.
– Повелитель. Я постоянно получаю оттуда сведения. Гяуры затаились. У меня такое ощущение, что они чего-то ждут.
– И чего, по твоему, они ждут?
– Не знаю, Господин. Пока не знаю. Но мои шпионы активно работают. Если Венеция, имперцы и испанцы что-то готовят, я об этом обязательно узнаю.
– Только поторопи их. А то как бы твои сведения не оказались запоздалыми, визирь…
Османская империя. Юго-Восточная Анатолия. Окрестности города Диярбекир. Ставка сефевидского полководца Устаджлу Кара Хана. Вторая половина месяца Рабиу ас-санни 921 года Хиджры (двадцатые числа июня 1515 года от Рождества Христова).
Устаджлу Кара Хан смотрел на бастионы Диярбекира. Шахиншах Исмаил ас-Сефеви направил его захватить этот город, который являлся ключом ко всей Юго-Восточной Анатолии. Проклятые курды, они принесли присягу султану осман, Селиму. И виноват в этом, сын шакала Идрис Битлиси, личный порученец Селима, который сумел убедить 25 курдских вождей выбрать сторону осман, сыграв на том, что они сунниты, а персы шииты. Ну что же, в этом случае курды, переметнувшиеся к туркам, пожалеют.
Устаджлу нахмурился. Вспомнил Чалдыранскую битву в прошлом году, когда султан Селим привёл почти 150-ти тысячную армию. А шахиншах имел в два с лишним раза меньше, около 65 тысяч сабель. Кроме того, у осман была артиллерия и пехота. То, чего у кызылбашей изначально не имелось. Пехота осман была вооружена не только копьями и ятаганами, но имелись ещё и стрелки, которые несли с собой мушкеты и аркебузы. Как опытный полководец Устаджлы понимал, что разгром был неизбежен. И он бы случился, если бы не эти русские, которых послала Искандер-Султан. Говорят, что она византийская принцесса и осман ненавидит как бы не больше, чем они сами, кызылбаши. То, что русские и сама Искандер-Султан неверные, христиане, в данном случае, ничего не значило. Ибо враг моего врага, мой друг. Именно исходя из этой формулы и стал действовать Шахиншах Исмаил ас-Сефевид. Пусть он был молод, но не даром он стал Шахиншахом Азербайджана и Персии. Хотя среди высшей знати кызылбашей были и те, кто выступал против союза с христианкой. Но Шахиншах сумел настоять. Сам Устанджлы был удивлён по началу, так как знал, что Исмаил относился к огнестрельному оружию с презрением. Якобы это подлое оружие, а настоящие воины всегда сходятся лицом к лицу.
К тому же, Искандер-Султан предложила возродить древний шёлковый путь, и не только из Китая, но и из Индии. И пройти он должен был в обход осман. До Персии, потом по Каспию и дальше в земли Москвы. А это сулило большие доходы. Глуп тот правитель, который откажется от такого. Шахиншах не отказался. А потом пришли торговые суда с севера Каспия. Они и привезли пушки. Причём это были пушки осман, которые захватила Искандер-Султан в битве с ними. Как сам Шахиншах, так и Устаджлы, и другие военачальники кызылбашей, несколько раз прослушивали рассказ о том сражении. Задавали вопросы. А ведь у Искандер-Султан войск было тоже меньше, чем у крымского хана и турецкого паши, командовавшего турецким корпусом. И после того, как внимательно выслушав не только рассказ о ходе битвы, выслушав ответы на вопросы, оба поняли, что исход сражения решили именно пушки, артиллерия.
Артиллерия Шахиншахом была захвачена в 908 году Хиджры (1502 г.) после разгрома армии султана государства Ак-Коюнлу Алвенда. Правда артиллерия была слабая, с не очень хорошими пушками местного литья. Исключения составляли пушки, захваченные ранее армией Ак-Коюнлу у осман, с которыми те воевали последние лет двадцать, то нанося османам поражения, то терпели их сами от турецких войск. Поэтому Шахиншах и не обратил на неё внимания. Но времена меняются.
Исмаил договорился с Искандер-Султан, через посланников о военном союзе. Исмаил ас-Сефевид обязался уважать интересы Искандер-Султан, а она – уважать интересы Сефевидов. Что вопросы веры затрагиваться не будут. Что люди Искандер-Султан не будут проповедовать христианство на территории Персии и подвластных ей территориях. Точно так же Сефевиды берут на себя обязательство, что их проповедники не будут заниматься проповедованием ислама среди её людей и на подвластных ей территориях, и землях. Договорились о взаимовыгодной торговле. Шахиншах открыл доступ русским купцам во внутренние районы Азербайджана и Персии, туда, куда раньше путь для не мусульман был закрыт. Персидские купцы так же получали доступ, как по всей территории Московского государства, так и на территорию Ливонии.
Шахиншах выделил людей из своего войска, для обучения их пушкарскому делу. А ещё послал мальчиков из известных семей военной элиты Персии в Москву, в Корпус Искандер-Султан, учиться на артиллеристов и на офицеров пехотных войск. Конечно же, никто из этих мальчиков не должен быть обращён в христианство. В чём Искандер-Султан дала своё слово.
К тому моменту, как армия Султана Селима и армия Шахиншаха Исмаила сошлись на равнине Чалдыран, у сефевидов уже была артиллерия. Конечно, не такая многочисленная, как у осман, как думал Кара Хан. Но битва на равнине показала, что она не уступала турецкой. И всё благодаря, что часть этой артиллерии была русской, которая поступила с новыми торговыми судами через Каспий. Пятнадцать пушек были на колёсных лафетах, приспособленных для быстрой конной езды. И одна пушка, которую русские называли мортирой, была на четырёх маленьких колесах, которые двигались по двум странным железным полосам. Как пояснил молодой военачальник Искандер-Султан по имени Юрий, это рельсы. Они необходимы потому, что мортира сама по себе тяжела, плюс отдача при выстреле очень сильная. Военачальники русских, командиры их отрядов называют себя офицерами. Русский офицер, прибывший с этими пушками, в помощь уже имеющимся здесь людям Искандер-Султан, назвал их единорогами, как мифических животных. Этот офицер был очень молод. Хотя, понятие молодости здесь условное. 20 лет. Сам Устанджлы в 20 лет был уже закалённым воином, имел семью и детей.
Шахиншах хотел начать битву со стремительной атаки конницы. Персидская конница, особенно тяжеловооружённая не даром считалась одной из самых лучших на Востоке. Но русский командир пушкарей предложил сначала дать ему возможность начать сражение. Обосновал он это тем, что для начала нужно выбить у осман артиллерию. Именно так действовала, по его словам, Искандер-Султан в битве с крымским ханом и османами. Шахиншах сначала сомневался. Но русский был убедителен. В итоге, Исмаил согласился. Русские построили странные укрепления из земли и камней. Юрий пояснил, что у себя они строят такие укрепления для артиллерии из брёвен. Но здесь деревьев почти не было. Русский офицер назвали эти укрепления редутами. Пояснил, что их придумала сама Искандер-Султан, ещё при битве с имперскими войсками Императора Максимилиана. Они располагались в шахматном порядке. Первые две линии редутов были вооружены османскими пушками. Остальные две линии – русскими. Мортира стояла за последней линией редутов.
И вот наступило утро 22 дня месяца Джумат ас-сани 920 года Хиджры (23 августа 1514 года от Р.Х.) Армия Шахиншаха состоявшая в основном из конницы, выстроилась позади русских редутов. Османы забили в барабаны и стали подкатывать свои пушки ближе. Сам Кара Хан находился рядом с русским офицером, Юрием. Тот внимательно смотрел на поле предстоящего боя. Молчал. И, конечно, молчали редуты. Дождавшись, когда османы подтянут свои пушки на расстояние досягаемости до первых редутов, Юрий скомандовал:
– Внимание третья линия, прицел пять, трубка пять, товьсь!.. Огонь!
Орудия третьей линии редутов грохнули почти одновременно, окутываясь клубами порохового дыма. Но дул лёгкий ветерок, слава Аллаху, и пороховой дым стало сносить в сторону. За рядами османской артиллерии, над головами стоявшей пехоты турок, появились пороховые клубы. Потом он услышал грохот разрывов. Хоть и было далеко, но Устанджлы заметил, как ряды османских стрелков стали ломаться. Многие падали на землю. Юрий недовольно поморщился.
– Внимание, четвертая линия, прицел четыре с половиной. Трубка пять… – Пушкари крутили какие-то рукояти на лафетах. Юрий чуть выждал и скомандовал: – Огонь!
Загрохотали пушки четвёртой линии. Теперь разрывы снарядов стали появляться уже над пушками осман.
– Накрытие. Внимание! Третья линия прицел четыре с половиной, трубка пять, шрапнелью, товьсь… Беглым по три выстрела, огонь! Четвёртая линия, прицел четыре с половиной, бомбами, трубка на удар, по три выстрела, беглым… Огонь!
Устанджлы видел, что снаряды взрывались, как над головами османских пушкарей, так и на земле, разбивая орудия, переворачивая их. Он с уважением посмотрел на Юрия. Спросил у него, коснувшись его плеча:
– А почему первые две линии редутов не стреляют?
– Не те пушки и не те снаряды. Они подождут пока пехота осман или их кавалерия не подойдёт к ним на дистанцию выстрела. Это всё, на что они способны. Но даже и это не плохо… Для начала. – Добавил он.
Отстрелявшись, русские пушки замолчали. Пушкари банили стволы орудий. Перезаряжали. Действовали они чётко и слажено.
У осман забили громче барабаны. Устанджлы Кара Хан всматривался туда, где располагались османские пушки. Какие-то, перевернувшиеся, турки ставили назад, на колёса, если колеса были целыми. Какие-то пушки не трогали. Он понял, что они сильно повреждены и к стрельбе не пригодны.
Вперёд двинулась пехота осман. Первые ряды шли с копьями, выставив их перед собой. Вторые ряды пехотинцев шли с ятаганами и саблями. Третьи ряды шли с мушкетами и аркебузами. Там же шли лучники. И так ряд, за рядом. Юрий, некоторое время молчал, наблюдая за османами. Потом оглянулся на мортиру.
– Прицел пять, трубка на удар, товьсь.
Кара Хан внимательно смотрел. Артиллеристы что-то сделали с круглой бомбой. Что, он не понял. Потом они закатили в поднятый вверх ствол орудия эту бомбу.
– Огонь! – Последовала команда. Мортира рявкнула, откатываясь по рельсам назад и выбрасывая столб огня с клубами порохового дыма. А вместе с ними и сорокапятикилограммовую бомбу. Устанджлы видел, как за пятью первыми шеренгами османской пехоты земля вздыбилась на четыре с лишним человеческих роста, если не больше. До него долетел оглушительный грохот взрыва. Османы шли плотными рядами, поэтому последствия взрыва были чудовищными. Те, кого не разорвало в клочья, отбрасывало в стороны словно пушинки. И даже в радиусе нескольких десятков шагов, люди падали, словно их выкашивал кто-то гигантским серпом. Устанджлы Кара Хан потрясённо смотрел на этого русского.
– Что это? – Задал он вопрос.
– Осколочно-фугасная бомба. Жуткая вещь да, князь? – Ответил Юрий, усмехнувшись. Толмач подвис, не зная, как перевести словосочетание «осколочно-фугасная». Особенно слово фугасная. Ну не было пока ещё на фарси слово «фугасный». Толмач вопросительно смотрел на Юрия. Тот всё понял. – Это снаряд, начинённый специальной взрывчаткой… Короче, порохом большой разрушительной силы. Гораздо больший, чем простой чёрный порох. Так понятно?
Толмач кивнул и перевёл князю Устанджлы.
– А кто делает такой порох?
– Царевна Елена. Сестра Царицы и Великой Княгини Александры, нашего Командующего. Только она знает секрет этого пороха.
Пока они разговаривали, расчёт мортиры, пробанил ствол орудия, заложил пороховой картуз.
– Вправо ноль пять. – Скомандовал Юрий. – Прицел пять, трубка на удар. Товьсь!..
– Готовы! – Вскоре последовал ответ.
– Огонь!
Мортира вновь рявкнула, откатываясь на рельсах. Орудие окутало облако порохового дыма. Бомба, пролетев по дуге врезалась в плотные ряды пехоты. Взрыв, вздыбленная земля, грохот…
Несмотря на обстрел из мортиры, которая в отличии от её аналогов на Западе и у осман, была более скорострельной, всё же турецкая пехота сумела подойти к первой линии редутов на дистанцию выстрела из трофейных османских пушек. Старшие расчётов в первых двух линиях редутов должны были сами подавать команды к началу стрельбы. Сначала разрядились пушки первой линии. Пехоту это не остановило, хотя османы и понесли серьёзные потери. Но их было слишком много. В бой вступили пушки второй линии. А за ними сразу орудия третьей и четвёртой линий с русскими пушками. Эти стреляли шрапнельными снарядами. Мортира отработала пехоту ещё двумя бомбами, когда османы прорвались к первой линии редутов. Пушкари, произведя залп, организованно отошли, бросив разряженные пушки. Их было не жаль. Да и ничего бы с ними не случилось. Как только орудийные расчёты добежали до второй линии редутов, их пушки произвели залп картечью в появившихся осман в проходах между редутами первой линии укреплений. Русские орудия третьей и четвёртой линий продолжали вести обстрел пехоты. Пушкари второй линии редутов, сделав залп из орудий, сразу же отступили к третьей линии, бросив пушки. А вот на третьей линии редутов началась свалка. Орудия разрядились картечью в надвигающуюся пехоту осман. После этого артиллеристы стали кидать в осман динамитные шашки. Здесь же заняла позиции и рота прикрытия, 150 русских солдат вооружённые новыми ружьями с примкнутыми штыками. Они рассредоточились по редутам. Пушкари взялись за бердыши. В этот момент персидская тяжеловооружённая конница ударила всей своей массой в левый фланг осман. Сефевидам противостояла такая же тяжеловооружённая турецкая конница из тимариотов-сипахов. Но, не даром персидская конница считалась лучшей на Востоке. Кызылбаши снесли первые ряды осман, безжалостно вырубая их. В какой-то момент тимариоты дрогнули и стали отступать. Постепенно отступление стало перерастать в бегство. Часть турецкой пехоты тоже повернула назад. Казалось поражение неизбежно, но положение спасли янычары, стоявшие в резерве. Они встретили кызыбашей залпами из аркебуз и мушкетов. А так же из тех пушек, которые сумели оттащить из зоны поражения их русской артиллерии. В бой вновь вступили тимариоты, которые успели перегруппироваться, пока янычары сдерживали натиск сефевидов. Персидская конница завязла в османских порядках. В какой-то момент Исмаил дал сигнал кавалерии на отступление. Спустя ещё немного времени, Селим Явуз дал сигнал к отступлению своей пехоты.
Турецкая и персидская армии вернулись на исходные позиции. Победы или преимущества в тот день никто не добился. Персы вновь заняли две первые линии редутов. Всё поле битвы было усеяно грудами тел людей и тушами убитых коней. Ничего не предпринимая, обе армии простояли друг против друга ещё сутки. После этого Исмаил ас-Сефеви дал команду на отход армии. Османы не стали преследовать кызылбашей и тоже начали отвод войск. Слишком велики оказались потери. Таким образом Чалдыранская битва окончилась ничьей. Хотя османы попытались объявить себя в ней победителями. Но очень многие понимали, что ни о какой победе речи идти не может. Но это произошло в этой реальности. В реальности, из которой пришли Александра с Еленой, Чалдыранская битва закончилась поражением персидской армии. Сам Шахиншах Исмаил был ранен и его чудом смогла личная охрана вывезти с поля битвы. Османы захватили Тебриз, столицу Сефевидов. В руки Селима Явуза попала не только казна персов, но и гарем Исмаила. Но здесь, в этой реальности, цепочка событий, которая началась с появлением Александры и Елены уже изменила ход истории…
Устанджлу Кара Хан тряхнул головой. Чалдыранская битва произошла чуть меньше года назад. А сейчас Шахиншах вновь начал наступление на турецкие владения в Анатолии. Он взглянул на Юрия. Этот молодой русский офицер нравился Устанджлу. Жаль, что он не мусульманин, а то можно было бы женить его на одной из своих родственниц.
– Ну что, Юрий, проломишь стены Диярбекира?
За прошедшее время, что Юрий находился в Персии, он стал понимать по фарси, правда говорил ещё не очень хорошо, но это дело наживное. Юрий ответил, тщательно подбирая слова.
– Все то стены зачем проламывать? Разобью ворота. Обстреляем стены и башни возле ворот и всё, можно будет заходить. Ворота проще восстановить, чем стены.
Устанджлы согласился. Персидская армия взяла Диярбекир в кольцо, заблокировав к нему подвоз продовольствия. Артиллерию Юрий расположил напротив ворот. Вскоре начался обстрел городских ворот и укреплений к ним примыкающих…
…Юрий Куница, выпускник и лейтенант Корпуса. Из первого набора, сын углежога. И быть бы ему тоже углежогом, но судьба улыбнулась ему в виде Царевны Александры. Он попал под первый набор кадетов. Сначала было страшно и трудно. Боялся. Но потом втянулся в процесс обучения. И ему всё нравилось. В какой-то момент он понял, что армия, которую начала строить тогда ещё Царевна, а сейчас уже и Царица Александра, это его жизнь, его дело. Это то, для чего он рождён. Пушки, с самого начала стали его страстью. Артиллерия – бог войны! Как-то сказала Царевна. Он это запомнил. Хорошо запомнил. И сейчас, по прошествии стольких лет, он Офицер Корпуса. Элита, как говорит Царица Александра. И он это почувствовал, когда впервые, в форме, пришёл домой. Впервые за три года. Три года он не видел родителей. Зашел к отцу на небольшое подворье. Штаны, высокие сапоги, китель, погоны, кивер. Родители, увидев его, по началу испугались, какой-такой боярин пришёл к ним⁈ Они даже не узнали собственного сына. А он смотрел на них и улыбался.
– Батюшка, матушка. Это я, Юрий ваш. Кадет Корпуса!
Они некоторое время смотрели на него не веря. Потом отец подошёл к нему. Коснулся рукой его лица. Коснулся осторожно.
– И правда, Пелагея, на Юрку нашего похож. – Сказал отец. Подошла матушка. Юра молчал, ждал. Она смотрела на него во все глаза.
– Господи, неужели это мой сынок? – Воскликнула она.
– Твой, матушка. – Ответил Юрий и протянул к ней руки. Она бросилась к нему. Обнялись. – Матушка моя. Как же я люблю тебя.
– Сыночек мой, соколик. Не ужали это ты??? – Причитала она, обнимая сына.
– Я, матушка. Твой Юрий. Вот пришёл к вам, родители мои. Отпустили меня в увольнение. Я никуда не денусь. До завтрашнего утра у вас буду. Потом назад в Корпус.
Матушка всплеснула руками и кинулась в дом.
– Господи, дитё накормить надо!
Юрий усмехнулся на слова матери.
– Бать, вот тебе талер серебряный. Купи всё, что нужно.
Отец Юрия смотрел на монету и не верил. Это же целое состояние!!! Он столько времени работал углежогом, но таких денег не видел. А тут сын его, кадет, и приносит домой серебряный талер!!!
– Давай сюда, сынок! Я найду ему применение…
…Юрий улыбнулся, вспоминая родителей и свой дом. Очень хотелось туда на Родину. Но ничего. Матушка-Государыня в последнем письме ему обещала, что осенью их сменят. Как она странно назвала, на смену их ограниченного воинского контингента прибудет другой контингент. Что за контингент, Юрий не понял, но звучало внушительно. Но главное, он вернётся в Москву. Деньги им выплачивали регулярно и платили хорошо. Это Шахиншах оплачивал по договоренности с Матушкой-Царицей. Он постепенно покупал разные вещи для матери, отца, двух младших братьев и трёх младших сестрёнок. Ткани накупил в Тебризе, местную женскую обувь, что здесь шьют башмачники, в том числе и сапоги для отца. Ещё всякой всячины. Но самое его большое приобретение, это конь, жеребец. Нет, он не покупал его на знаменитом восточном базаре, он ему достался после одного из боёв с османами. Красивый конь. Жеребец. Князь Устанджлы сказал ему, что это арабский жеребец, очень дорогой. Сейчас конь находился в Тебризе, в конюшне князя. Этот Устанджлы опекал Юрия.
Ладно, будем ждать осени. А сейчас впереди была осада города Диярбекир. После трёх часов обстрела, городские ворота оказались разбиты. Точно так же, как и разрушена одна из башен, которая прикрывала ворота. Вторая башня была разрушена только частично. Юрий отдал приказ начать обстрел оборонительных сооружений города шрапнельными снарядами…
Князь Устанджлы Кара Хан удовлетворённо смотрел на разбитые ворота города. Хищно оскалился. Ну всё, теперь город их. В этот момент к нему подскакал гонец. Он соскочил с коня и подбежав к князю, приклонил колено.
– Господин! Важные новости.
– Говори. Быстрее только. – Князь досадливо поморщился. Он уже всей душой был там, в поверженном Диярбекире.
– Господин, султан осман Селим направил сюда армию для деблокирования Диярбекира. Они в двух дневных переходах. Османами командуют Бийыклы Мехмед Паша и Амасьи Шади Паша.
– Сколько их?
– Больше 120 тысяч.
– Ну что же, пусть приходят. Они не успеют. Город я сегодня возьму. А потом встречу осман. И нового Чалдырана не будет. У меня здесь почти 90 тысяч. Есть артиллерия, хорошая артиллерия, спасибо Искандер Султан. Да благословит её Всевышний. Она ещё прислала пушек и припасов. У меня есть пехота. И самая лучшая конница. Я раздавлю их…
