Текст книги "Александра. Большая игра 2 (СИ)"
Автор книги: Олег Ростов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 53 (всего у книги 102 страниц)
Вот уже три с лишним недели конкистадоры шли по узким тропам, ущельям и перевалам. За это время потеряли двадцать четыре человека и пять лошадей. Вчера сумели выйти на что-то, что отдалённо напоминало тропу. По началу не такую широкую. Но это именно была тропа, так как граф и остальные его люди видели, что некоторые участки тропы были вырублены в скалах. Сегодня тропа неожиданно расширилась. По ней могли теперь проехать трое всадников, идя стремя в стремя.
Конкистадоры остановились возле каменного изваяния. Многие, глядя на него, крестились.
– Господи, Пречистая Дева Мария, спаси нас и сохрани.
И чуть дальше, увидели вырубленный в отвесной каменной стене скалы изображение скелета. Он смотрел на незваных пришельцев и скалился своим черепом. Граф посмотрел на своего племянника.
– Ну что, Хуан, похоже мы вступили на дорогу мёртвых, как и говорила Инфанта.
– Да, дядя. Я тоже так думаю.
– Значит, мы идём в правильном направлении. – Граф посмотрел на своих солдат. – Внимание. Всем быть предельно бдительными. Это дорога мёртвых, как и предупреждала Инфанта Александра. Я понимаю, что вам страшно. Но с нами бог и Пречистая Дева Мария. И мы испанцы! Нас не остановит никакая дьявольская сила и воля. Смотрите по сторонам. Если кто, что заметит, сразу же докладывать мне. И ещё, Инфанта Александра так же предупреждала, что город хорошо укрыт и мы можем пройти в тысяче вара от города и не заметить его. Всем всё понятно?
– Да, Ваша Светлость.
– Начали движение…
Русское государство. Москва. Кремль. Середина сентября 1515 года от Рождества Христова.
Просватали мы Настю Рукавишникову за Илью. Всё было чинно и пристойно. Я приехала сама в сопровождении палатинов и сержант-дам в купеческий дом. Нас там уже ждали. К дому купца Рукавишникова стекался народ, в итоге, там стало не протолкнуться. Конечно, Андрей Игнатьевич знал о сватовстве, но всё равно был взволнован, даже побледнел, когда встречал нас хлебом и солью. Приданное у Насти было приличное. Сам купец уже оправился от прошлогоднего фиаско и нарастил приличный капитал. Стал вновь уважаемым человеком. Свадьбу решили играть после того, как сам купец вернётся из Швеции.
Ну а Фросю я просватала за Божена уже в Кремле. Назначила им так же дату свадьбы, через две недели. В один из дней в Москву прибыл гонец от Магистра тамплиеров. Тот самый капитан. Мне об этом доложил Богдан. Велела ему привести ко мне тамплиера.
– Ваше Величество. – Поклонился мне тамплиер. Его с двух сторон контролировали четверо моих палатинов. Плюс все мои сержант-дамы. Передо мной на столе лежала шахматная доска с расставленными фигурами. Фигуры занимали те места, которые занимали на момент моего последнего хода пешкой с5-d4.
– Какой ход сделал Магистр?
Тамплиер передвинул коня с f3-d4, забрав мою пешку. Я улыбнулась и кивнула. Даже не сомневалась. Взяла своего коня и сделала ход g8-f6.
– Ход конём. – Сказала тамплиеру и усмехнулась. – Всё запомнил?
– Да, Ваше Королевское Величество.
– Тогда свободен. В Москве не задерживайся. Сегодня же покинешь город. Всё понятно?
– Да, Ваше Королевское Величество.
Он попятился задом до двери, потом выскочил.
– Матушка, – спросила меня Ксения, – это то, о чём мы подумали?
– А о чём вы подумали?
– Ход конём. Ты нанесёшь удар в Швеции. Ведь ты направила купца Рукавишникова в Стокгольм.
– Правильно подумали. – Я встала со своего стула с высокой спинкой. Смотрела на шахматную доску. М-да, Саша. Кое-что ты упустила. Магистр не дурак. Далеко не дурак. И скорее всего, даже не скорее, а уже в курсе, что я налаживаю связи с регентом Швеции. И тамплиеры там 100% уже присутствуют. И они могут помешать Стуре основать новую королевскую династию Швеции. Вплоть до физической ликвидации самого Стена, его жены и его дочери. Хотя с дочерью не обязательно, а вот самого регента и его жену точно постараются убрать. Магистру не надо, чтобы Швеция и Ливония с Русью сблизились до союзнических отношений. Он постарается поставить там того, кто будет воевать с нами, а не дружить. Что и произошло в моей реальности. Королём стал Густав Ваза. И после этого, пошло-поехало. Нет, нам Густава не надо. И лучше всего его зачистить, чтобы даже мысли не возникало у Магистра. Он, конечно, может другого найти. Но это ладно. Главное сохранить жизнь Стену и Кристине. Вспомнила, как инструктировала Марфу. Я всё же решила её тоже отправить в Швецию, вместе с Гаврилой. Пусть она там координирует наши группы.
– Тебе придётся ехать самой. Там будешь координировать группы Гаврилы и приданных ему в Ливонии людей. Канцлеру и главе Ливонского Особого отдела Корпуса я уже отписала. В Стокгольме обрати особое внимание на охрану Стена и его жены с дочерью.
– Что-то подозреваешь, Матушка?
– Всё может быть. Магистр не дурак и я думаю, он уже просчитал мои действия в Швеции. По крайней мере, будем исходить из худшего. А раз так, тогда твоя задача будет обеспечить регенту и его супруге хорошую охрану. Но делать это не открыто, чтобы шведы не возбудились. Договоришься со Стуре и его женой кулуарно. По тихому. Кроме этого, хорошо продумай ликвидацию Густава Вазы. Он сейчас молодой, ему лет 19.
– Почему его нужно устранить?
– Он первый претендент на престол, если со Стеном что-то случится. Ты не должна этого допустить любой ценой. Стен Стуре должен стать королём Швеции. Я сделала на него ставку. В этом тебе будет помощницей его жена Кристина. И Густав не должен стать королём ни при каких обстоятельствах. И сделать нужно так, чтобы шведы подумали, что Густава убили представители продатской партии. Мало того, одновременно сделаешь покушение на самого Стуре. Пусть его даже ранят, но не сильно. Об этом сам Стуре и Кристина знать не должны. Для чего? А чтобы выдать покушение на регента делом рук продатской партии, внимательно там осмотрись. Перед покушением захватишь какого-нибудь приближённого из слуг одного из шведских аристократов, из продатской партии. Я тебе дам эфир, усыпишь его. Сразу после покушения, оставишь этого человека вместо нашего человека, сунешь ему в руки арбалет. И дашь ему понюхать вот это. – Я протянула ей небольшую склянку. Здесь жидкость, очень пахучая. Она заставит его прийти в себя. Как только он начнёт шевелится, сразу же пусть твои люди уходят с места откуда будет произведено покушение потому, что туда уже будут бежать люди регента. Их направят туда твои же люди из числа тех, кто будет находится рядом с регентом. Поняла?
– Да, понимаю. Слугу шведского аристократа захватят. И никто не поверит, что он ничего не делал. Что не покушался на Стена Стуре. – Марфа смотрела на меня шокированными глазами. Я кивнула ей.
– Всё верно, дорогая моя. Это даст повод Стену начать резню. Мало того, для того, чтобы народ сам пошёл убивать аристократов, надо его ещё будет подогреть. То есть, пусть твои люди начнут кричать, что датчане должны ответить. Ну ты же знаешь, как разогревают толпу, для того, чтобы напасть на кого-то из бояр, обвиняя их в предательстве, или в желании убить наследника, или в желании самим править и заниматься поборами? Или в казнокрадстве и лихоимстве?
– Знаю, Матушка.
– Здесь применишь такую же тактику. Только надо будет тебе хорошо всё продумать. Я верю в тебя, Марфуша. О дочери не беспокойся. Она под защитой Корпуса.
– Я не подведу, Матушка.
– Я знаю. Но повторяю, майор, всё нужно рассчитать очень хорошо. Продумать, как и что делать. И ещё, постарайся вычислить тамплиеров. Я думаю, они будут возле Густава Вазы. А ещё, возможно, кто-то из них попытается попасть в ближний круг Стена. Наблюдай за ними. Попытайся определить кто есть кто⁈ Отличить тамплиера от остальных сможешь по знаку, который они имеют под правой подмышкой. Знак в виде татуировки в виде креста. – Я нарисовала АНХ. – Видишь, но верхний луч у него в виде петли.
Марфа внимательно вглядывалась в то, что я нарисовала. Потом взглянув на меня, кивнула.
– Я запомнила, Матушка.
– Но смотри, у тамплиеров могут быть помощники. Они такого знака могут не иметь. Так что здесь будет тебе пища для размышления.
– Я всё поняла, Матушка.
Через два дня, в Кремль прибыл гонец.
– Матушка-Государыня. – Поклонился он. – Тебе послание из Александрии.
Он склонившись передал мне тубус. Я вскрыла печать. Вытащила свиток. Открыла. Это писал Патриарх Александрийский Иоаким I Афинянин. Писал Патриарх на греческом. Слава богу я уже понимала греческий. Зря что ли брала уроки у одного инока, который в итоге, так и не стал монахом, а стал кадетом Корпуса. Сейчас служит у меня в особом отделе. Он занимается переводами с греческого, арамейского, персидского (фарси), арабского и составлением текстов. Очень разноплановый и талантливый молодой человек. Конечно, местный игумен Иероним, у которого я и забрала этого инока, был поначалу недоволен и даже настучал на меня Митрополиту. Но я внесла вклад-пожертвования в его монастырь, и он успокоился. Я принялась читать:
'Долгие лета тебе Дщерь наша, Принцесса Трапезунда, Византии и Рима, Великая Княгиня Московская и Королева Ливонская Александра из рода Комниных Великих. Да благословит тебя Господь наш, Иисус Христос, Пресвятая Богородица и Святые Отцы Церкви нашей. Благодарствую я за твою помощь, Царица. Большое подспорье она даёт моей пастве. Да ещё благодаря тебе, Султан Египетский послабления нам дал, за что низкий тебе поклон от паствы моей. Наслышан я о чудесах, что случались с тобой в Москве. То подтверждают, как купцы из Руссии, так и из других держав. И это значит, что Пресвятая Богородица распростерла над тобой покров свой и длань свою. Мы молимся за тебя Царица Александра. По поводу патриаршества на Руси. Я благословляю Митрополита Варлаама на патриаршество ибо Руссия единственная православная держава, которая не находится под пятой иноземцев и иноверцев. И мощь Руссии только возрастает. Вы, как путеводная звезда во мраке ночи сияете для нас, остальных Восточных Православных Церквей. Я молюсь за то, чтобы Православная держава вновь поднялась, как над этим грешным миром, как когда-то здесь, на этих берегах высилась Византия. Все мы вышли из святого града Константина, что есть второй Рим. А Москва есть Третий Рим. Вы сами так себя назвали. Значит и должны стать Третьим Римом. К сожалению сам я не смогу прибыть на интронизацию нового Патриарха в Москву. Далеко слишком, да и я не молод уже. И паству свою оставить не могу. Но свой голос я отдаю за новую патриаршью кафедру, за московский Патриархат. Да благословит тебя Господь, Царица Александра из рода Комниных Великих. Древней Византийской Императорской династии. Последний луч надежды нашей.
Его Божественное Блаженство Папа и Патриарх великого града Александрии, Ливии, Пентаполя, Эфиопии, всего Египта и всей Африки, Отец Отцов, Пастырь Пастырей, Архиерей Архиереев, тринадцатый Апостол и Судия Вселенной Иоаким I Афинянин.
Дата, подпись и личная печать Патриарха.'
Прочитав, я довольно улыбнулась. Бережно свернула свиток и вложила назад в тубус. Сидела и счастливо улыбалась. Ну что, господа присяжные заседатели. Как говорится, лёд тронулся. Первый пошёл!!!
– Матушка, ты улыбаешься? Хорошие новости? – Спросила меня Ксюша. Я встала, подошла к ней. Взяла её голову в ладошки и поцеловала её в лоб.
– Да, Ксюшенька. Скоро у нас будет не Митрополит, а Патриарх. Мы станем канонической Православной Церковью, которая ни от кого зависеть не будет! И никакой Константинополь нам будет не указ! Мы встанем вровень с первым Римом и со вторым!
– Как же так. Матушка? – Глаза Ксении расширились.
– А вот так, дорогая моя. Но, об этом никому ни слова, девочки мои.
Спустя ещё неделю пришло письмо из Антиохии. Своё послание мне прислал Его Божественное Блаженство Патриарх Великого Божия града Антиохии, Сирии, Аравии, Киликии, Иверии, Месопотамии и всего Востока, Дорофей III. Он тоже благословил Московского Митрополита Варлаама на патриаршество. Писал о путеводной звезде для всего Православного мира, надежде Православия и благодарил за финансовую помощь, оказанную ему и его пастве. Второй тоже пошёл. Я усмехнулась. Ну куда, вы мои дорогие от меня денетесь⁈ Никуда. А скоро мои галеоны и там появятся. У меня очень большие планы, господа присяжные-заседатели! Дальше послания пошли косяком. Иерусалимский Патриарх – Его Божественное Блаженство Патриарх Святого Града Иерусалима и всей Палестины, Сирии, Аравии, всего Зиорданья, Каны Галилейской и святого Сиона, который тоже дал своё согласие на патриаршество в Москве. Пусть сам присутствовать не мог. Благодарил Царицу Ливонскую и Московскую за пожертвования и поддержку. Пришло послание и от грузинского Католикоса и Патриарха. Он тоже поддержал создание московского патриархата. Обещал прибыть в Москву. Это было самое важное. При интронизации Патриарха хоть часть патриархов иных земель, должна была быть. Их присутствие. Потом отписались болгары. Их Митрополит, так как патриаршество там было уничтожено в интересах Константинопольского патриархата. Счёт, к Царьградскому патриарху увеличился. Как и за сербский Патриархат, который так же османами был ликвидирован. Но их Митрополит согласился приехать в Москву. Итак, что в остатке? Александрийский, Антиохский и Иерусалимский отдали свои голоса за Москву. Грузинский католикос тоже. Я даже не сомневалась. Болгарский первосвященник, а точнее предстоятель Орхидской автокефалии, которая единственная в Болгарии оставалась независимой от Константинополя, в сане архиепископа тоже проголосует за Москву. Я в этом была уверена. Проголосует ли сербский архиепископ? Тут вопрос, так как турки ликвидировав сербский патриархат, подчинили сербскую православную церковь Константинопольскому патриарху. Остаётся только Вселенский Патриарх, первый среди равных. Ну что же, Владыко, посмотрим, насколько ты крут. Армянский католикос молчал. Это напрягало, хотя своих эмиссаров я к нему посылала. Как же, он же изначальный, типа чистой веры. Меня стало это раздражать. А не послать ли его? Попросила аудиенции у Митрополита. Помолились с ним
– Говори, дщерь наша. – Велел он, когда я зашла к нему, приклонила колено, перед сидящим Варлаамом и попросила благословения. Получив его, спросила:
– Владыко, можно ли игнорировать армян в вопросе патриаршества?
– Можно. Но, Александра, учитывая сложившуюся ситуацию, лучше не надо. Его слово может стать решающим.
Я опустила голову. Сволочь такая. И ведь он знает об этом. Может заменить католикоса? На более сговорчивого? Хотя это рискованно. Тем более, я получила ответ на своё послание в Царьград. Константинопольский Вселенский патриарх был против. Ясен пень, против. Он такой гешефт имеет с русских земель. Но я не собиралась отступать. Варлаам должен стать Патриархом и точка. И ещё, хоть одного Патриарха надо иметь на интронизации, кровь из носа. Кого мы возьмём? Грузинского Католикоса. Он ближе всех. Надо вытащить его в Москву.
– Владыко, какие у нас автокефалии есть, независимые от Константинополя?
– Не так много. Александрийский патриархат, Иерусалимский, Антиохский, Грузинская епархия. Раньше до осман были независимы Болгарский и Сербский патриархаты. Но после завоевания этих государств османами, их патриархаты были ликвидированы. Но у Болгарского православия сейчас имеется Орхидская епархия. Она не зависима от Константинополя. Мало того, сто лет назад в её состав вошли, отколовшиеся от Константинополя Софийская и Видинская епархии. Чуть позже к Орхидской епархии примкнули Валашская и Молдавская епархии, и православные общины Далмации и Италии. Сейчас Орхидской епархией управляет архиепископ Прохор. Он болгарин, не грек.
– Это важно, что он болгарин, а не грек?
– Важно. Греки традиционно тяготеют к Константинополю. А вот болгары нет. Они мечтают о восстановлении независимой Болгарской Православной Церкви. Именно поэтому между Вселенским Патриархом и Орхидским Архиепископом идут трения. Они друг друга терпеть не могут. Но османы поддерживают Орхидских архиепископов, для уменьшения влияния Константинополя на Балканах.
– Хоть в чём-то есть польза от осман! Скажи, Владыко, какие ещё есть?
– Официальные, канонические, это Константинопольская, Александрийская, Антиохийская, Иерусалимская, Грузинская. Они являются, так называемыми халкидонскими церквями, которые признают богословские постановления Халкидонского Вселенского собора 5960 году от Сотворения мира. – Я быстро посчитала своим внутренним калькулятором. Это означало 451 год от Рождества Христова. – Но были и такие церкви, которые отказались признавать итоги Халкидонского Вселенского Собора и всех последующих вселенских соборов. Их называют дохалкидонские древние восточные церкви. К ним относится Армянская Апостольская Церковь, а так же католикосат Великого Дома Киликии, который признаёт первенство Армянской Апостольской веры. Правда почти пятьдесят лет назад, после падения Константинополя османы создали Константинопольский патриархат Армянской Апостольской веры и все армянские церкви подчинены ему, как и Киликийский Католикосат со своими епархиями и приходами.
– Армянскому Католикосу я отправляла послание. Ответа пока нет. В Константинополь обращаться не стоит. Османы не разрешат им участвовать в интронизации русского Патриарха. Ладно, а какие ещё?
– Александра, ты не помнишь, кто из Православных церквей не поддержал Халкидонский Вселенский собор?
Блин, палево.
– Прости, Владыко, но спроси сейчас кого из православных в Москве, не так много таких знающих наберётся, я уверена. Это теологические споры. Да и было это давно, больше тысячи лет назад. – Сделала невинное лицо и смотрела на Владыку преданными глазами.
– Кроме армян, решения Халкидонского собора не поддержали грузины. Но спустя 70 лет после собора они всё же перешли на сторону остального Православия. Так же решения Халкидонского Собора не поддержала Коптская Православная Церковь. Но коптов не так много. Они сильно подвергались гонениям со стороны мусульман, которые захватили Египет в седьмом веке.
– Насколько Коптская Православная Церковь древняя?
– Одна из самых древних. Изначально это была одна церковь, Александрийская. Но в шестом веке, Александрийская Церковь разделилась, на халкидонскую и нехалкидонскую, то есть коптскую.
– И как называют первосвященника коптов?
– Папа Александрийский и Патриарх Престола святого Марка во всей Африке и на Ближнем Востоке. Сейчас там Иоанн ХIII. Что ты хочешь, Александра?
– А почему бы не пригласить Иоанна ХIII на интронизацию русского Патриарха? Мы же обратились к армянскому Католикосу? А коптская церковь древняя.
– Александра, ты не понимаешь. В отличии от коптской церкви, армянский Католикос постоянно общается как с Римом, так и с Константинополем. Армянская диаспора одна из самых многочисленных, как в Европе, так и в Азии. Поэтому его мнение для нас не маловажно. Коптов, как я тебе и сказал, немного и большого влияния они не имеют.
– Владыко, а нам не надо влияния. Нам важен символизм, как один из символов христианства – символ веры. Коптская церковь как бы не древнее армянской. Это важно, Владыко. Где находится престол коптского Патриарха?
– В Каире.
– Не плохо. Какие ещё древние восточные православные церкви?
– Сирийский православный патриархат Антиохии и всего Востока.
– Кто у них Патриарх?
– Патриарх Антиохии и всего Востока Игнатий Яков I аль-Хури Набский
– Где он находится?
– В Мосуле, Сирия.
– Очень хорошо, Владыко. Все они в поле нашей досягаемости. Кто ещё?
– Маланкарская сирийская православная церковь.
– Ещё одна сирийская церковь?
– Да. Одна из самых древних. Я бы даже назвал, самая древняя. Её основал апостол Фома, в 5561 году от Сотворения мира. – Я моментально посчитала. 52 год от Рождества Христова. Спустя всего 19 лет после смерти Христа. Не слабо!
– И где находится его престол?
– В Коттаяме. Это Западная Индия.
– Ууу. Печально… Хотя… С заделом на будущее… Даже не плохо.
– Ты о чём, Александра? – Митрополит вопросительно посмотрел на меня. Я ему невинно улыбнулась.
– Да не о чём, Владыко. Ладно оставим Индию пока в покое. А ещё какие?
– Абиссинитская Православная Церковь. Но она находится в зависимости от коптской.
– Абиссиния, это Эфиопия?
– Да.
– Ну вот. Владыко, а ты относишься к коптам с таким… Ээээ, пренебрежением что ли!
– Александра!
– Что, Александра, Владыко! Ты посмотри, какое это не паханное поле для православия! Вы общаетесь между собой?
– Нет. У нас нет евхаристического общения.
– Плохо, Владыко.
– Что значит плохо? Не зарывайся, Александра, Царица Ливонская и Возлюбленная Дщерь Наша. Не тебе судить о догматах Церкви. На это есть высшие иерархи.
– А я не сужу о них, Владыко. И не собираюсь участвовать в спорах о догматах церкви. Это не моя епархия.
– Вот то-то.
– Я за общение Русской Православной Церкви с древними Восточными Православными Церквями. Ведь они древние, а значит изначальные. Почему нет общения нашего Православия с древними Восточными ПРАВОСЛАВНЫМИ церквями, Владыко? Просто общения? Можно вести диспуты по догматам. Ради бога. Но общаться надо, Владыко. Тем более, они терпят крайнюю нужду. А вы, остальные православные, смотрите на них с высока. Это нормально? Я считаю ненормально. Я буду поддерживать их. И коптов тоже. И сирийцев. Надо и тех, кто в Индии. Ты Владыко понимаешь, что Православие в Индии, это наш форпост? Мне без разницы догматы Православной и тем более Католической Церкви. Мне важно сохранить древние восточные Православные Церкви. Я хочу их сохранить и развить. Пусть они отличаются от Русского Православия. Главное, что они всё равно Православные!!! Это наш стратегический резерв в борьбе за веру. Подумай об этом, Владыко!
Я встала и прошлась по комнате. Как же я раньше об этом не подумала? Дура. Пусть хоть кто-то из них будет присутствовать при этом, и тогда я утру нос Вселенскому Патриарху. Присутствие хоть кого-то из Древних Восточных Церквей, просто присутствие, это очень мощный сигнал и символизм. Ничего, засранец Константинопольский. Я с тобой ещё разберусь. Как там, базильевсы Византии легко меняли Патриархов, хорошо, когда я захвачу Константинополь и если ты ещ1ё будешь сидеть на своём престоле, я тебя в бараний рог согну. И сама выберу, кто будет Константинопольским Патриархом. Но не ты. Ты уже живёшь в кредит. Я была зла, как стая волчиц. Посмотрела на Митрополита. Наверное он угалал в моих глазах мои эмоции.
– Саша, успокойся.
– Я спокойна, Владыко.
– Нет, не спокойна. В тебе гордыня. Давай помолимся. Иди сюда. Вставай на колени. Будем молится.
Пришлось встать на колени и начать молится.
«Отрицаюсь тебе, сатана, гордыни твоей и служению тебе, и сочетаюсь Тебе, Христе, во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь».
– Теперь молитва об избавления от гордыни.
О великий Христов угодниче, святый человече Божий Алексие, душею на небеси Престолу Господню предстояй, на земли же данною ти свыше благодатию различная совершали чудеса!
Призри милостивно на предстоящыя святей иконе твоей люди, умиленно молящыяся и просящыя от тебе помощи и заступления. Простри молитвенно ко Господу Богу честнии руце твои и испроси нам от Него оставление согрешений наших вольных и невольных, в недузех страждущим исцеление, напаствуемым заступление, скорбящым утешение, бедствующым скорую помощь, всем же чтущым тя мирную и христианскую жития кончину и добрый ответ на Страшнем Суде Христове.
Ей, угодниче Божий, не посрами упования нашего, еже на тя по Бозе и Владыце возлагаем, но буди нам помощник и покровитель во спасение: да твоими молитвами получивше благодать и милость от Господа, прославим человеколюбие Отца и Сына и Святаго Духа, в Троице славимаго и покланяемаго Бога, и твое святое заступление, ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Я читала молитву. В какой-то момент из монотонности текста, перешла в иное состояние. Как только закончилась эта молитва Я автоматом, сама не понимая прочему, перешла к другой:
Царица моя Преблагая, Надежда моя, Богородица, Приют сирот и странников Защитница, скорбящих Радость, обиженных Покровительница! Видишь мою беду, видишь мою скорбь; помоги мне, как немощному, направь меня, как странника. Обиду мою знаешь: разреши ее по Своей воле. Ибо не имею я иной помощи, кроме Тебя, ни иной Защитницы, ни благой Утешительницы – только Тебя, о Богоматерь: да сохранишь меня и защитишь во веки веков. Аминь.
По моим щекам бежали слёзы. Закончив эту молитву, начала другую:
Тебе, высшей Военачальнице, избавившись от бед, мы, недостойные рабы Твои, Богородица, воспеваем победную и благодарственную песнь. Ты же, имеющая силу непобедимую, освобождай нас от всяких бед, чтобы мы взывали к Тебе: радуйся, Невеста, в брак не вступившая!
Увидела словно в киносъёмке лицо Владыки. Оно было шокированное. Он даже отодвинулся от меня и начал истово молится. Уронил свой посох. В меня ударил свет. И словно руки моей мамы обняли меня.
«Моя хорошая. Ничего не бойся, девочка моя. Всё у тебя получится». И Её сияющая улыбка. Её сияющие руки. Я ещё больше заплакала.
– Матушка. Мама. Я так устала.
«Ничего страшного, Сашенька, ты сильная. Ты всё сделаешь, как надо. Я в тебя верю. Соберись».
– Почему я? Почему мне всё это выпало?
Ласковые руки обнимают меня.
«Потому, что ты избранная. Я так рада этому, Сашенька».
Свет, ослепительно яркий. Потом забытьё. Очнулась на постели у Митрополита. Увидела его лицо.
– Владыко? Что происходит? Что случилось?
– Богородица говорила с тобой, Александра?
– Да, Владыко. Матушка моя говорила со мной. Сказала, что верит в меня. – У меня опять побежали слёзы.
Он погладил меня по голове.
– Господь с тобой, Александра. И Пресвятая Богородица. Ты поцелованная ими. Ты сокровище Руси. Я рад, что являюсь свидетем такого чуда. Тебе надо беречь себя.
Я села на постели.
– Что значит беречь себя, Владыко?
– Просто беречь. Ты не понимаешь? Не каждый год Господь посылает святую Деву на Русь.
– Да какая я святая, Владыко? Я армии веду в бой. Города беру и отдаю их на разграбление. А там что только не творится. Святые так не поступают.
– Ты откуда знаешь, что и как святые поступают? Пути Господни неисповедимы. Кто мы такие, чтобы осуждать эти пути? Давать им оценку и судить их? Никто. Господь сам знает, как и что делать. А нам остаётся только принять их. – Он стал гладить меня по голове. Гладил, как любящий отец гладит свою дочь. Я уткнулась ему в грудь, заплакала.– Поплачь, Александра. В этом нет ничего плохого. Мы будем с тобой спорить ещё и не раз. Но Господь сам сделает так, как ему нужно. И если ты проводник воли Господа, тогда будет так, как ты говоришь.
Я замерла на груди Владыки.
– Спасибо, Владыко.
– Господь с тобой, Александра, Порфирородная и Багрянородная Царевна Византийская, Порфирогенита. Наследница Трапезунда, Византии и Рима, Великая Княгиня Московская, Царица Ливонская. Дщерь наша возлюбленная.
Прошла в тронный зал Грановитой палаты. Передо мной был трон Великого Князя Московского. Я смотрела на него заворожённо. Никто ранее из женщин на него не садился. Я подошла близко. Опять замерла. Кто, кроме Великого Государя, садится на него? Никто. И я тоже. Пусть я буду семи пядей во лбу, но всё равно, не имею прав на престол. Садится на него имеет право только сын Государя и то после смерти отца. Хотя один раз я уже усаживалась на него, перед боярами, когда вернулась из похода на берега Рейна. Я улыбнулась. Где один раз, там и второй. Подошла ближе. Рассматривала трон со всех сторон. В Грановитой палате никого не было. Думские бояре начнут собираться чуть позже.
– Если нет Государя, то его место занимает его жена. – Проговорила я и села на Московский престол. Откинулась на спинку. Замечательно. Даже зажмурилась. Посидела, вздохнула. Ладно, чего расселась? Вставай давай. Тебе дела делать, а не задницу на троне греть. Увидела Богдана с Никифором. Удивлённо посмотрела на них.
– Почему я не слышала, как вы зашли?
– Ты задумалась, Матушка. Да ещё глаза закрыла. – Ответил Богдан. Никифор кивнул, подтверждая слова своего товарища.
Я встала с трона Московских Великих Князей. Богдан с Никифором смотрели на меня так, словно это было в порядке вещей, сидеть на престоле женщине.
– Ладно, мальчики мои. Поедемте к Елене. Она говорила, что сегодня плавка будет. Посмотрим заодно, что там Борис усовершенствовал в паровой машине.
Мы прошли на выход. По дороге к нам присоединились Божен с Ильёй и все сержант-дамы. Айно и Аббас уже ждали нас возле крыльца с лошадьми. Верхом мы выехали из Кремля. Сейчас охрану Цитадели несли исключительно старшие кадеты и солдаты Корпуса. Например, охрану Спасской башни, из ворот которой выскочил мой кортеж, охраняло сразу четверо старших кадетов и десяток солдат.
Мы быстро двигались, по узким улочкам Москвы. Глядя на дома, мимо которых мы проносились, на эти грязные улочки, я злилась. Нет, реконструкция Москвы будет. Она нужна, как воздух городу. Наконец прибыли к пушкарским избам, которые с моей подачи стали называться Арсеналом. Слово было для москвичей незнакомым, иностранным. Но почему-то быстро прижилось, может быть потому, что звучало солидно и даже как-то грозно. Всё верно, в европейских языках, это слово появилось после крестовых походах. Исходное слово Арсенал от арабского دار الصناعة (dār aṣ-ṣināʕa), в переводе на русский – «мастерская оружия». А московские пушкарские избы и были мастерскими оружия. Здесь создавалась русская артиллерия. Я запланировала перенести их. Вынести за пределы Москвы. Под Новый Арсенал я хотела выделить достаточно большую территорию в сотню гектар. Обнести её Арсенал мощными стенами бастионами. Это в Москве. Второй Арсенал я планировала создать в Туле. В общем-то я и начала его там создавать. Тулу расширяли и укрепляли. Начале ещё в прошлом году. Там в настоящий момент работало уже три водяных колеса, которые приводили в действие разные простые механизмы, типа молота. Работали домны, выплавляя металл. Всё больше требовалось угля. Древесный уголь, это конечно хорошо, но каменный, особенно коксующийся, намного лучше. А с древесным можно все леса извести под корень. А лес мне был нужен для моего флота. И флот я собиралась строить не только на Балтике, где я ещё покажу, кто там хозяин, вернее хозяйка, но и на Чёрном море. А для этого мне нужен был Донбасс. Сейчас он представлял собой одно Дикое поле. И таким он будет до 18 века. Меня это в корне не устраивало. Фактически Дикое поле я уже могла контролировать, но не до конца. И я не хотела, пока не будет обеспечена полная безопасность, посылать туда людей на поселения.
На территории Арсенала во всю стоял дым коромыслом. Это дымил паровик. Нас встретили Пётр Фрязин и Борис.
