Текст книги "Александра. Большая игра 2 (СИ)"
Автор книги: Олег Ростов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 56 (всего у книги 102 страниц)
– Гаврила. – Крикнула она. В комнату заглянул её супруг.
– Звала, Марфушка?
– Звала, Гаврилушка.
Гаврила Чёрный зашёл в кабинет.
– Марфуша, ладо моя, тебя что-то тревожит?
– Тревожит, Гаврила. Я разговаривала со всеми твоими людьми. Анализировала всё, что они мне поведали.
– Ну и, Марфуша? Тебя что-то тревожит?
– Тревожить, дорогой мой. Сходя из того, что показали твои люди, за Регентом ведётся наблюдение. Кто они такие? Что это за люди? Вот я тут всё написала со слов твоих людей. Почитай. – Марфа положила на стол листы бумаги, исписанные её почерком. Гаврила поморщился. Не любил он читать. Но ничего не оставалось делать, как сесть и начать знакомиться. Прочитав, Гаврила посмотрел на Марфу вопросительно. Марфа покачала головой. М-да. Хорош был её муж всем. Статью, силой, красотой мужской. Но он оставался тактиком. Поручи ему что-то сделать, сделает. А вот стратегом он был никакой. Поэтому разработка операций ложилась на неё. Ещё со времён, когда они разбойничали на дорогах. Это она собирала информацию, хотя тогда она и не знала такого слова и понятий. Разрабатывала операцию по нападению. А реализовывал её уже Гаврила. Вот и сейчас, он не смог понять всей ситуации.
– Значит так, Гаврила. Покушение на Регента отменяется. Будем действовать другим путём. Усилим охрану Регента. И усиль наблюдение твоих людей вокруг резиденции Регента и у здания их парламента, так называемого «Собрания сословий» или по-шведски риксмёте. Обрати пристальное внимание на людей, которые ведут наблюдение за Регентом. Особенно этих. – Марфа дала прочитать показания агентов, где указывались словесные портреты наблюдателей. – И ещё, проверь все чердаки домов, которые оптимально подходят близко к зданию собрания сословий. – В это время парламент Швеции ещё только формировался и не имел своего названия Риксдаг, который знают в 20 и 21 веке. Он назовётся так позже. Сейчас же это было именно собрание сословий – четыре сословия, крестьяне или свободные бонды, горожане, знать и духовенство. Собралось оно впервые в 1435 голу в ходе народного восстания против датско-шведско-норвежского короля Эрика Померанского. С тех пор собрание сословий и фунционировало, как народный орган управления. И именно собрание сословий могло привести Стена Стуре Младшего к королевской короне. Если собрание выдвинет его на престол Швеции, то весь народ Швеции поддержит Стена Стуре, то он станет народоизбранным королём Швеции. И тогда никто не сможет это оспорить. Ибо собрание сословий имело очень большое влияние на народ в целом. Даже продатская партия выступи против, моментально лишилось бы мало-мальской поддержки. А Стен пользовался мощной поддержкой всех сословий Швеции в его борьбе с датским засилием.
– Но Матушка сказала однозначно, Марфуша?
– Не однозначно. Она просто предложила самый крайний вариант. Но при этом сказала, чтобы я действовала по обстановке. Вот я и буду действовать по обстановке. Покушение сделают тамплиеры либо их наймиты. Матушка меня об этом предупредила. Будем ловить на живца, то есть на регента. И как только они попытаются его убить, ты должен сработать идеально. Взять убийц живыми. При этом сам Стен должен остаться живым. Это кровь из носа, как говорит Матушка.
– Я понял, Марфуша. Я сделаю.
– Сделай, любый мой, сделай…
Неделю спустя… Апартаменты регента Швеции Стена Стуре Младшего
– Ваша светлость. К Вам посланец Её Величества Королевы Ливонии и Великой Княгини Московской Александры Комниной.
– Зови. – Распорядился Регент.
В кабинет зашёл русский купец. С достоинством поклонился.
– Ваша Светлость, я Рукавишников Андрей, сын Игната. Купец Московский. У меня к Вам и Вашей супруге послание от Матушки-Государыни. – Купец протянул регенту тубус.
Стен посмотрел на супругу. Она встала с кресла и подошла к Рукавишникову. Взяла тубус, открыла его и достала оттуда свиток с печатью. Сломала печать и развернула послание. Читала молча. Закончив, передала свиток супругу. После чего, посмотрела на купца.
– Добро пожаловать в Стокгольм, Андрей Рукавишников, купец Московский. Вы хорошо говорите на шведском. Бывали у нас?
– Бывал, Ваша светлость. Я много, где торг веду.
– Присаживайтесь Андрей. – Указала Кристина Нильсдоттер Юлленшерна на кресло. Рукавишников сел в него. Кристина налила в серебряный кубок вина, подала его купцу. Он поблагодарил. Стен в это время знакомился с содержимым свитка.
– Андрей, вы прибыли на каравелле «Авангард» или на каракке «Святая Елена Константинопольская»?
– На каракке, Ваша Светлость.
На рейде Стокгольмского порта стояли каравелла «Авангард» и каракка «Святая Елена Константинопольская». Корабли уже стали на Балтике легендарные. Слухи о том, что четыре корабля Королевы Александры Ливонской разгромили на голову датский флот и пиратскую эскадру уже разнеслись по берегам Балтийского моря и Северного.
– Купец, Её Величество пишет, что она послала своих людей ко мне. Для обеспечения моей безопасности и моих близких? – Задал вопрос Стен Стуре.
– Да Ваша Светлость. Есть сведения, что вас и всю Вашу семью попытаются убить представители продатской партии.
– Откуда такие сведения? – Тут же задала вопрос Кристина.
– То мне неведомо. Источники сведений являются государственной тайной. Но сведения надёжные. Поэтому Государыня и послала своих людей для усиления вашей безопасности Ваши Светлости. Главная над людьми Государыни Майор Корпуса Марфа Чёрная.
– Женщина? – Удивился Стен.
– Женщина, Ваша Светлость. Но не надо недооценивать её. Марфа очень умна и опасна для врагов Государыни. Она старший офицер Корпуса и руководит Особым Отделом Корпуса.
– И где она?
– Она прибудет в скором времени. Марфа уже здесь, в Стокгольме, как и её люди. Сейчас они осматриваются. Я её представлю Вам, Ваша Светлость, в ближайшее время.
– Королева Александра пишет о желании обручить нашу дочь Илиану со старшим сыном Её Величества, принцем Вячеславом. – Проговорил Регент Швеции.
– Совершенно верно.
– Но Илиана ещё слишком мала. Ей только год исполнился.
– Разве это помеха для помолвки, Ваша Светлость?
– Нет, но моя дочь католичка. А принц православный. – Возразил Стен, глядя вопросительно на Андрея.
– Ваша светлость, как-то раз Государыня сказала такую фразу: «Париж стоит мессы!»
– Что это значит?
– Это значит, что королевская корона стоит того, чтобы сменить веру. Но даже здесь, Государыня готова закрыть глаза. В конце концов, большинство её подданных тоже католики.
– То есть, моя дочь останется в Римско-католической вере?
– Вполне возможно. Но, есть условие. Ваша дочь должна воспитываться при дворе Государыни.
Стен посмотрел на супругу. Та пожала плечами.
– Дорогой, это нормальное требование. Предварительно я дала на это согласие. Но окончательное решение за тобой.
– Ваши Светлости. К вашей дочери будут относится, как к принцессе крови. Она будет воспитываться среди детей Государыни и её сестры, Принцессы Елены. Государыня сказала, что так дети привыкнут друг к другу, узнают друг друга. Станут с самого детства одной командой, будут хорошо друг друга понимать и действовать сообща. Ибо, когда придёт время на них ляжет бремя власти. И они должны будут принимать правильные, с точки зрения интересов государства, решения. А муж и жена есть одно целое. Они не разделимы.
– Хорошо, Андрей. Я приму решение. Как разместился? Всё ли хорошо?
– Да, благодарствую, Ваша Светлость. Я разместился на Ливонском подворье.
– Хорошо, Андрей, иди.
Рукавишников встал, поклонился и вышел.
– Что скажешь, Кристина? – Задал вопрос Стен супруге.
– Я считаю, что нам выгоден этот брак. Если Илиана станет женой принца Ливонии, значит сама станет принцессой. А значит мы получим поддержку Ливонии и Москвы. Иоанн Третий завоевал Казань и ещё какое-то княжество, таким образом стал контролировать всю Волгу. Большую судоходную реку. А по Волге можно пройти в Хвалынское море, оттуда к персам. Вот и смотри, Стен. Из Персии прямой путь в Индию и Китай. Большой торговый путь пройдёт через Русь и Ливонию.
– Я понимаю. Что ж, наверное, ты права. Пусть Илиана будет помолвлена с русским принцем…
Три дня спустя…
К Стену Стуре заглянул его оруженосец Якоб.
– Ваша Светлость, к Вам опять этот русский купец.
– Проси и позови Кристину.
– Слушаюсь, Ваша Светлость
Сначала он позвал жену Регента. Дождавшись её, пригласил уже и русского купца. Но тот зашёл не один. С ним была молодая женщина в европейском платье. Стен про себя отметил, что красивая.
– Ваша Светлость, – проговорил купец, – как я и обещал, руководитель Особого Отдела Корпуса, майор Марфа Чёрная.
Молодая женщина пристально смотрела на Регента. Потом перевела взгляд на его супругу. Чуть улыбнулась. Потом присела в реверансе.
– Ваши Светлости. Для меня это честь, получить Вашу аудиенцию. – Произнесла она по-немецки.
Кристина улыбнулась Марфе в ответ. Стен Стуре встал. С интересом смотрел на молодую женщину.
– Рад приветствовать Вас, фру Марфа. Проходите, прошу, присаживайтесь. – Стен подождал пока Марфа не сядет в кресло. Сам опять сел на своё место.
– Простите ваши Светлости, но я вынужден вас покинуть. – Поклонился Рукавишников Регенту и его супруге. Стен кивнул в ответ. Когда купец вышел из помещения, Стен задал вопрос:
– Прошу прощения, фру, но неужели Вы офицер?
– Да, Ваша Светлость. Я отношусь к старшему офицерскому составу, в соответствии с новым армейским уставом Руси. Моё звание майор. Я руковожу Особым отделом Корпуса.
– А чем занимается Ваш Особый отдел? – Задал новый вопрос Стен. Кристина пока молчала, внимательно слушала.
– Разведкой за пределами Русского государства, контрразведкой внутри государства и охраной монарших особ и первых лиц государства.
– Что же привело Вас к нам, госпожа майор?
– Беспокойство Матушки Государыни о вашей безопасности, Ваша Светлость. А так же о безопасности Вашей жены.
Стен перестал улыбаться. Он словно подобрался весь.
– А поподробнее, фру Марфа?
– Есть сведения, которые указывают, что некие лица попытаются убить Вас, Ваша Светлость, а так же убить Вашу супругу и возможно ваших детей. Как я понимаю, Кристина Юлишерна Нильсдоттер беременна? Надеюсь, в этот раз родится сын.
Кристина побледнела и рефлекторно попыталась закрыть свой живот. Он был ещё совсем небольшой, но всё же.
– Кто? – Задал вопрос Стен.
– Вы точно хотите это знать, Ваша Светлость? – Марфа была спокойна.
– Кто?
– Тамплиеры. Для этого они используют людей из продатской партии. А после того, как вас с супругой ликвидируют, на шведский престол постараются возвести Вазу.
– Кого? Густава?
– Да, Ваша Светлость.
Стен откинулся на спинку своего кресла. Усмехнулся.
– Тамплиеров нет вот уже как 200 лет, фру Марфа.
– Это не так, Ваша Светлость. Это тамплиеры сделали всё, что все поверили, что они уничтожены. На самом деле Орден продолжает существовать и функционирует, причём очень эффективно. И задача тамплиеров привести к власти такую королевскую династию, которая будет настроена враждебно как к Русскому государству, так и к Ливонскому королевству. Густав Ваза идеальный для них вариант. А династия Стуре нет, особенно после того, как госпожа Кристина посетила Венден вместе с дочерью. Её Величество Королева Ливонии и Великая Княгиня Московская, Александра Комнина-Нибелунг, предлагает Вам, Ваша Светлость династический брак. Ваша дочь выйдет замуж за её старшего сына, Вячеслава. Он является наследным принцем Ливонской короны. Таким образом, Ваша дочь станет сначала принцессой Ливонской, а после и королевой. Ваша Светлость, Вы, как Регент Швеции, должны короноваться. Это в Ваших интересах. Хотя бы для того, чтобы Швеция наконец обрела свою свободу, которую вы, шведы, кроме кучки отщепенцев, так жаждете.
– Я не могу так просто короноваться. Если я это сделаю без одобрения риксмёте, то я стану узурпатором.
– Вот, Ваша Светлость, мы и подошли к самому главному. Именно ваш парламент должен объявить Вас королем Швеции. Конечно же, при полной поддержке народа Швеции.
– Парламент навряд ли объявит меня королём.
– А вот здесь, Ваша Светлость Вы ошибаетесь. Как моя Государыня говорит, на это есть свои политтехнологии.
– Какие ещё… Полит… технологии? Что это за слово?
– Это такое понятие. Искусство управление толпой. – Марфа улыбнулась. – Ваша Светлость, Вы очень популярны у шведских бондов, шведского дворянства нижнего и среднего уровня. Даже среди высшей аристократии у Вас есть сторонники. Хотя в большинстве своём аристократия Швеции тяготеет к Дании. Так ведь?
– Да. Вы, фру Марфа, удивительно информированы о таком.
– У меня служба такая. Мне положено это знать, как начальнику Особого отдела Корпуса. Так вот, что если народ на площади, когда начнётся заседание риксмёте, начнёт скандировать: «Стен Стуре Король Швеции!». Ваши сторонники в парламенте поддержат народ Швеции и тоже потребуют короновать Вас. Продатская партия, конечно, сильна, но не настолько. А если она выступит против, то только обозлит свободных бондов и дворянство.
– А народ будет скандировать? – Криво усмехнулся Стен.
– Будет, Ваша Светлость. Главное к этому подойти с умом творчески, как говорит Её Величество Королева Александра. На заседании в парламенте, Вы начнёте ратовать за союз с Москвой и с Венденом. Дадите пряник тем шведам, которые добывают и выплавляют железо. И Венден, и Москва готовы выкупать всё шведское железо. Это одно из главных. Далее. Вы знаете, надеюсь, что Великий Князь Московский взял Казань и Астороконь. Земли этих ханств он присоединил к Руси. Теперь вся Волга у него под контролем. Через Волгу мы получили прямой выход на Персию. С персидским шахиншахом у Матушки Государыни есть договор о взаимопомощи. Плюс торговый договор. Из Персии открыт прямой путь в Индию и в Китай. Новый Шёлковый путь. Он из Персии пройдёт по Руси, потом по Ливонии. И далее в Европу. Матушка предлагает Швеции присоединится к нему. А это очень большие деньги. Вы же это понимаете, Ваша Светлость?
– Понимаю. Да, от такого грех отказываться. Но насколько персы будут исполнять обязательства по Шёлковому пути?
– Будут, Ваша Светлость. Они в этом заинтересованы не менее нашего. Плюс сейчас в Персии действует русский экспедиционный корпус, он помогает персам артиллерией против осман. С его помощью персы одержали над османами ряд побед и в итоге захватили почти половину Анатолии. Им до Константинополя осталось совсем немного.
– Я понял. Но что с парламентом?
– Всё будет хорошо, Ваше… Величество…
Ещё неделю спустя…
В Стокгольме начиналось заседание риксмёте, «Собрания сословий». В первый день на площадь перед парламентом Швеции стал стекаться народ. Вскоре вся площадь была заполнена. В парламенте шли дебаты. Стен Стуре сидел на своём кресле Регента. Он морщился от того, что предлагала продатская партия. Как же ему хотелось взять меч и врезать главному оратору этой партии.
В это время на площади происходили следующие события. Народ волновался. Кто-то из бондов крикнул:
– До коли мы будем терпеть датчан? Шведы гордые и у нас должен быть свой король. А не эта тварь из Дании. Тем более, он сумасшедший. Даёшь Стена Стуре королём! – Вопль над толпой. Толпа зашумела. Особенно подогреваемая некими людьми. Площадь взревела. Семена были брошены в благодатную почву. И они взросли.
– Стен Стуре наш король! – Закричал кто-то из толпы. Площадь сначала притихла. Призыв повторился. – Стен Стуре наш король!!!
– Стен Стуре наш король! – Раздались крики с другого конца площади.
– Да здравствует Стуре, король Швеции! – Ещё раздались крики. Толпа на площади заволновалась. Требования о коронации Стена Стуре нарастали.
– Нам нужен свой король! – Крикнул известный в Стокгольме Хуго Остерм, промышленник, имевший в собственности три железных рудника. Хуго взобрался на возвышение. – До коли мы, шведы, будем кланяться Дании? До коли они будут грабить нас? Скажите, шведы, разве мы не достойны иметь своего короля?
– Достойны! – Зашумело людское море на площади.
– А кто достоин надеть корону Швеции? Кто защищал Швецию и заботился о ней, как не Стен Стуре?
– Да! – Взревела площадь.
– Свободные люди Швеции, так давайте обратимся к Стену с просьбой, взять на себя бремя королевской власти. Заботится о нас. Никакой датчанин не сделает для нас больше, чем Стуре.
– Стуре король Швеции! – Скандировала уже вся площадь. На возвышение поднимались ещё люди, многие из них были известны. И все они призывали к коронации и к независимости Швеции от Кальмарской унии, которую в Швеции уже давно ненавидели.
На одной из улиц, примыкающей к площади стояла женщина, в длинном плаще. На голову был надет капюшон, скрывающий её лицо более чем на половину. Рядом с ней стояли двое мужчин с довольно мрачными лицами. К этой странной троице подошёл ещё один мужчина.
– Ну что, Гаврила, народ на площади, я смотрю, разогрет? – По губам женщины скользнула улыбка.
– Разогрет. Требуют Стена в короли. Ты была права. Они в общем-то уже были к этому готовы, Марфуша. Нужно было только их подтолкнуть. По сути ты поднесла огниво к сухому пучку сена.
– А что в парламенте?
– В парламенте начались дрязги. Расмус Энгстрём, тьфу, прости Господи, имена у них, лидер парламентской группы бондов предложил Стену короноваться. Всё, как и планировалось.
– С Расмусом была предварительная договорённость. – Ответила Марфа. – Что дворяне?
– Разделились. Часть во главе с Мартином Мартинссоном поддержали Расмуса. Ещё одна часть заняла выжидательную позицию. Ни нашим, ни вашим.
– Понятно. Это болото. Примкнут к победителю. – Кивнула молодая женщина. – А аристократия?
– Эти резко против. Особенно там распинается барон Пайкуль, это который Ларс-Улоф. Имя такое. – Пояснил Гаврила.
– Пайкуль… Что-то знакомое. – Задумчиво проговорила Марфа.
– В Ливонии есть свой Пайкуль. Один из бывших ландсгерров. Получил титул барона, после того, как Ливония стала королевством. – Пояснил один из сопровождающих Марфу. Говорил с акцентом, который указывал на его немецкое происхождение. Марфа вопросительно посмотрела на него.
– Родственник этому Ларсу-Улофу?
– Да, младший брат. Пять лет назад перебрался в Ливонию и вступил в Орден. Получил землю одного из ландсгерров, погибшего в стычке с литвинами и не оставившего потомства. Кстати, выступал против того, чтобы Её Величество Королева Александра заняла трон Ливонии. Один из немногих.
– Как интересно. Матушка знает о нём?
– Знает. Её Величество знает всех по именно, кто выступал против её коронации.
– И он всё ещё жив? – Искренне удивилась Марфа. Мужчина пожал плечами.
– Таково решение Её Величества. Она приказала никого из них не трогать… Но я думаю, до поры до времени, как говорят у вас, у русских. Я думаю, она выжидает, пока кто-нибудь из них не сделает ошибку.
– Понятно. Гаврила, аристократия вся выступает против Стена?
– Нет. Некоторые молчат. Даже немного отошли в сторону. Например, Карл Путбус. Представитель древнего княжеского рода с острова Рюген. Здесь он граф Путбус.
Марфа посмотрела на своего немецкого товарища, который давал пояснения по Пайкулям.
– Мартин, этот Карл, случайно не родственник тому Путбусу, который попал в плен к Её Величеству после разгрома датской эскадры?
– Совершенно верно, Госпожа Марфа. Родственник. Карл Путбус принадлежит к младшей ветви рода Путбусов. А тот, кто попал в плен к Королеве Александре к старшей ветви рода. Они же приходятся и родственниками Гриффичам, что тоже находятся у Её Величества в плену.
– Похоже, Матушка собрала у себя весь аристократический зверинец с острова Рюген, по нашему Руян. – Усмехнулась Марфа. – И что-то подсказывает мне, что навряд ли они получат свободу, если только сами, по доброй воле не передадут ей все права на Рюген.
– Добровольно? – Удивлённо посмотрел Мартин на Марфу. – Кто же откажется добровольно от такого?
– Поверь, Мартин. Матушка умеет убеждать. Всё будет строго добровольно. – Улыбаясь кивнула молодая женщина. – Хотя мне вот тут не понятно. Почему шведский Путбус, Карл, не выступает против Стуре?
– Ничего удивительного Госпожа Марфа. – Пожал плечами Мартин. – Всё дело в том, что хоть шведские Путбусы и состоят в продатской партии, но не очень жалуют датскую корону. Здесь имеет место историческая обида. Я думаю, они и примкнули к датскому лобби только по тому, что надеются на восстановлении своих прав на имущество на острове Рюген.
– Это как так?
– В 1309 году от Рождества Христова, датская корона потребовала от младшей ветви Путбусов отказаться от всех прав на Рюген в случае пресечения старшей ветви рода. А учитывая, что шведским Путбусам стало известно, что их родственничек попал в плен к Её Величеству, то сами понимаете, Госпожа Марфа.
– Ах вот оно что! Ну-ну. Посмотрим. Главное, что они не выступили против Стена Стуре. А если хорошо себя будут вести, то возможно что-то им и достанется на Рюгене. Но это решать Матушке. Что с духовенством, Гаврила?
– Архиепископ Стокгольмский Густав Тролле поддержал Ларса-Улофа Пайкуля. Предложил низложить Стена с поста Регента.
– Густав Тролле давний противник Стена Стуре. Он сам хочет занять место Регента Швеции. – Пояснил Мартин.
– Понятно. Надо будет поплотнее заняться этим архиепископом. Чувствую, он нам ещё попортит крови. Надо будет его скомпрометировать перед шведами. И постараться, чтобы его пнули с должности архиепископа. Пусть монахом идёт куда-нибудь.
– Густав Тролле большой поборник борьбы с еретиками, в том числе с ведьмами и колдунами. – Произнёс Мартин. – Очень любит жечь людей на кострах.
– А, так он ещё и изувер⁈ Любит наслаждаться чужой болью и страданиями? Хорошо. Я подумаю, что можно будет сделать. – Ответила Марфа и её глаза опасно блеснули. – Мартин, всё хотела спросить. Ты же давно живёшь в Швеции. На сколько я знаю, «Собрание сословий», риксмёте, традиционно собирали на поле Мура. Почему сейчас решили собрать парламент в здании?
– Дождь, Госпожа Марфа. Старик Олафссон, старейший член «Собрания» предсказал, что будет сильный дождь. Возможно даже с мокрым снегом. А старик никогда не ошибается. Ну и мокнуть никто не хочет. Лучше провести собрание под крышей и в тепле, чем мокнуть на ветру. – Усмехнулся Мартин. – Смотрите какие тучи. Ещё немного и точно хлынет.
В этот момент к ним подбежал ещё один мужчина. Это оказался оруженосец Стена.
– Стен Стуре собирается выступить перед народом на площади. – Сообщил он.
– Гаврила, Мартин, ваши люди контролируют примыкающие к площади здания?
– Да. – Ответили оба мужчины. – В двух местах заметили подозрительных людей. – Добавил Гаврила. – И даже удалось увидеть, как один из них заносил в дом арбалет.
– Понятно. Всем приготовится. Это будет очень опасный момент. Якоб, – Марфа смотрела на оруженосца Регента, – охрана Его Светлости усилена?
– Усилена.
– Держите наготове щиты. Всё, пошли. – Мужчины выскочили на площадь и растворились в толпе. Марфа и Якоб проследовали в здание шведского парламента.
Марфа наблюдала за Стеном. Он обращался к народу. Говорил о выгоде Швеции в союзе с Венденом и Москвой. О том, что там шведы получат постоянный рынок сбыта своего железа, который являлся основой шведского экспорта. Говорил о новом шёлковом пути, который Москва и Венден хотят проложить через свои земли из Персии, Китая и Индии. И что шведы могут в этом поучаствовать. Говорил о необходимости значительного снижения налогов, установленных Копенгагеном для Швеции. Площадь каждый раз взрывалась одобрительными криками. Рядом со Стеном находилась его охрана. Пара человек, в том числе и Якоб имели щиты. Марфа, слушая Регента, осматривала окна зданий, примыкающих к площади. Некоторые окна были открыты. В них находились люди – мужчины и женщины. Они тоже слушали Регента. Марфа не увидела, но скорее почувствовала возросшую опасность. Хотела крикнуть, но Якоб, оруженосец Стена среагировал быстрее. Он резко поднял щит, закрывая своего господина. Сначала в щит ударил арбалетный болт. А потом и стрела, пущенная из лука. И по тому, под каким углом они воткнулись в щит, было понятно, что стреляли с разных направлений. Сначала народ на площади ничего не понял, но разглядев, что торчало из щита, люди взревели.
– Они хотели убить Регента! – Завопил кто-то из толпы. Стена уже закрывали со всех сторон щитами.
– Убийцы вон там! – Раздался другой крик. Кричал какой-то молодой парнишка. Марфа узнала в нём одного из людей Мартина. Несколько мужчин бросились к дому на окна которого указывал юноша. Одно окно было открыто, но там никого не было. Толпа на площади волновалась. Опять стали кричать, что Стен Стуре король Швеции. Вскоре из дома вытащили трёх мужчин, довольно сильно избитых. Так же принесли арбалет. Толпа хотела уже их растерзать, но Стен остановил людей.
– Стойте! Шведы, остановитесь. – Он поднял руку. Щит перед ним Якоб убрал. Марфе это не очень понравилось, так как стрелка из лука не нашли. Даже откуда он стрелял было не понятно. – Шведы, вы же христиане, а не дикари! Остановитесь. Если эти люди виновны, то их должны судить! – Громко говорил Стен. – Давайте будем делать всё по закону. Народ на площади одобрительно загомонил. К Стену подошёл старик. Как поняла Марфа, это и был старейший в риксмёте Олафссон. Он поднял руку, призывая народ к тишине. Потом повернулся к Регенту.
– Стен Стуре. Народ Швеции знает тебя, как поборника свободы для шведов. Ты молод, но уже снискал себе славу и известность. Ты принадлежишь к известному в Швеции и благородному роду Стуре. Ты плоть от плоти земли нашей. Швеции нужен король. Свой король. Готов ли ты принять на себя бремя королевской власти. Заботиться о народе Швеции. Защищать его и оберегать?
Хоть сам Олафссон и был старым, но его голос был очень громким и все на площади слышали его. Народ замер, глядя на Регента. Стен смотрел на старика.
– Почему я, старейший?
– Потому, что ты Стен Стуре. Никто, кроме тебя не справится с этим. Именно за тобой пойдёт народ Швеции. В тебя верят и тебе доверяют. Я понимаю, мальчик мой, что сия ноша очень тяжела. Но кто, как не ты готов нести её. – Олафссон повернулся к площади. – Шведы, хотите ли вы Стена Стуре видеть своим королём? Говорите сейчас и здесь. И если есть тот, кто против, пусть выскажется сейчас. Но если промолчит, то пусть молчит и дальше.
– Стен Стуре Король Швеции! Мы хотим его видеть королём! – раздались крики. Их подхватило людское море. Олафссон поднял руку призывая людей к тишине. Постепенно народ замолк. Он посмотрел на Стена. – Ну что, сынок, ты готов дать ответ?
– Если народ Швеции пожелает видеть меня королём, я готов нести это бремя.
– Стен Стуре, я на правах старейшего в «Собрании сословий» хочу спросить тебя. Будешь ли ты защищать народ свой? Будешь ли ты заботиться о нём? Не будешь ли ты ущемлять его свободы. Предавать шведов и торговать их интересами? Будешь ли ты творить волю свою согласно законам Швеции, не приступать их?
– Клянусь, что буду защищать народ свой. Клянусь, что не посягну на вольности и права народа своего. Клянусь, что буду отстаивать интересы моей милой Швеции. Клянусь соблюдать законы моей страны.
– Достаточно, Стен Стуре. Ты поклялся прилюдно. Не забывай клятвы своей.
Марфа смотрела на Стена и улыбалась. Она помнила слова, сказанные ей Государыней: «Запомни, Марфа, твоя самая главная задача, это коронация Стена. Он должен стать королём. Сейчас он просто Регент. Сегодня он, завтра им может стать другой. А вот король, это уже другой уровень. И даже если с ним, не дай бог, что-то случиться, после того, как он наденет корону, Кристина останется королевой. А она хорошей будет королевой. Кристина патриот своей страны. Она жёсткая и целеустремлённая. И титул королевы у неё уже никто не отнимет. Но самое главное её дети будут не детьми Регента, а принцами и принцессами крови. И будут иметь право на власть. Это самое главное». И Марфа это понимала. Сейчас, глядя на то, как Стен давал клятву, она улыбалась. Теперь осталось только провести коронацию. А старый Олафссон продолжал:
– Я обращаюсь ко всем сословиям Швеции. Свободные бонды, вы готовы принять Стена Стуре своим королём? – Олафссон обратился к делегации бондов в «Собрании Сословий». Ему ответил лидер представителей бондов Расмус Энгстрём.
– Свободные бонды поддерживают Стена Стуре. И обещают ему, что мы, свободные бонды станем его надёжной опорой.
Толпа на площади взревела, подтверждая слова Расмуса.
– Теперь я обращаюсь к рыцарям Швеции. Готовы ли вы принять Стена Стуре своим королём?
К Олафссону подошёл Мартин Мартинссон.
– Рыцари готовы. Мы признаём Стена Стуре королём Швеции. И обещаем ему свою поддержку. – Мартинссон посмотрел на магнатов. – А вы готовы к тому, что Швеция обретёт своего короля? Или против? Вы не хотите свободы?
Аристократия, глядя на толпу на площади замерла. Если сейчас выступить против, то мало никому не покажется. А дураков среди магнатов не было. Они молчали. Но всё нарушил архиепископ. Он шагнул вперёд.
– Что вы творите, неразумные⁈ У нас есть король. Он в Копенгагене. Он законный король.
– Дьявол его побери, идиот. – Выдохнул лидер магнатов Ларс-Улоф. Но было поздно. Народ на площади зароптал недовольно. Олафссон, старейший член Собрания покачал головой.
– Ты ошибся, архиепископ. Кристиан не наш король. Он датчанин. А нам нужен свой король.
– Вы опять бунтуете против своего короля? – Взвыл архиепископ. Марфа усмехнулась. Она рассчитывала создать хитроумную комбинацию, чтобы скомпрометировать архиепископа, а он сам подставился. Как говорила Матушка Государыня, не сЦы против ветра, сам останешься обосЦанным. Вот и его высокопреосвященство обосЦался против ветра. Она даже засмеялась. Жестом подозвала к себе одного из людей Гаврилы.
– Пусть в толпе крикнут, что архиепископ предатель. Понял меня?
– Понял, Госпожа. – Парень нырнул в толпу. Толпа на площади глухо роптала. Но архиепископа понесло. Он обещал шведам все казни египетские за измену своему монарху.
– Его высокопреосвященство предатель Швеции! Гнать его надо, гниду эту! – Раздался вопль. Это имело эффект сорвавшейся лавины. Народ загомонил. На архиепископа смотрели с ненавистью. Густав Тролле начал осознавать в какую задницу он попал. Заткнулся. Оглянулся на представителей аристократии. Лидер магнатов, Ларс-Улоф, покачал головой, давая понять, что извини, ты нарвался. И мы не собираемся ложится под молотки. Густав взглянул на Олафссона. Тот смотрел на него ледяными глазами.
– Ваше Высокопреосвященство, Вы предатель. И Швеция не может более иметь вас в качестве первосвященника государства.
– Что значит не может иметь? Вы не можете меня низложить. Меня сюда назначал сам Папа Римский.
– Для нас это не имеет значения. Как назначал, так и снимет. И назначит того, кто с радостью займёт место архиепископа. А Вас, пока решение не принято, мы вынуждены взять под стражу. – Олафссон повернулся к Стену. – Что скажите, Ваше Величество?
