Текст книги ""Фантастика 2026-112". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Арлен Аир

– Вот смотрю я на вас, и удивляюсь, – лениво произнёс человек и вынул из внутреннего кармана желтоватый свиток закрытый пурпурной печатью. – Вы гости нашего мира, а ведете себя как свиньи на собственной ферме. Проливаете кровь невинных, заходите ко мне без приглашения и даже не стучитесь!

– Ничего личного, – произнес Исхирдан и уложил свою ношу на городской макет, после чего постучал по столешнице. – Извините, продолжайте.

– Наглые Черви! – с ноткой истерики выкрикнул мэр и поднялся из-за своего стола. – Никакого почтения к жителям этого мира! Ничтожные твари! Да знаете ли вы, сколько бед вы за сегодняшний день натворили?! И как вы смеете приходить сюда?! Это место защищено от таких тварей как вы! – толстяк поднял свиток и сломал печать. В момент разрушения магической защиты яркая вспышка разнеслась по всему кабинету, словно покрывая его тонким слоем магической пыли, покрывая нас. И только двое из нас не застыл на месте – Летающий Скелет и гном Сэд. – А вы еще кто?!

– Наемники! – хмыкнул Сэд и взялся за свой молот. – А за то, что ты обидел мою подругу, я тебе ноги сломаю!

– Очнись же! Эти твари из заблудшего забили твою душу пустыми обещаниями! Ты не обязан им потакать! Ты свободен! – мэр запустил руку в карман и вынул из него довольно пухлый мешок. – Вот! Это алмазы, я нанимаю тебя! Убей их!

– Деньга счет любит! – улыбнувшись, сказал Сэд и, подойдя ближе, почти без замаха врезал по ноге толстого чиновника.

Визг и крик слились в единой звуковой атаке, а мы даже поморщиться не могли. Сэд тем временем вскинул свой молот и вторым ударом разбил колено чинуше, после сорвал с его шеи горсть золотых амулетов и выбил из руки свиток. В это же мгновение я ощутил, что могу шевелиться, как и остальные, но вместо радостных речей, я услышал истерический крик Тушканчика.

– Сэд! Что с тобой?! – она кричала гному, который вручил амулеты Исхирдану, а затем отшагнул и схватился за голову.

– С ним все хорошо, – произнес Ворадор. – Он нам просто немного помог.

– Ты управлял им, тварь! – волшебница попыталась вскинуть свой посох, но черная костлявая рука, перехватила оружие.

– Не мешай им, – замогильным голосом произнес череп с зеленым огнем внутри. – Ты не останешься в накладе.

– Он прав, – добавил Исхирдан и, повернувшись, подозвал к себе Феанора. Паладин подошел ближе, и почти встал по стойке смирно, но было видно, как он нервничает. Лич же взял один из амулетов, тот, на котором сверкал Зеленый изумруд. – Твоя награда. Возьми амулет и вспомни ее лицо. – Из паладина, словно кто-то стержень выдернул, он осунулся, лицо мрачного человека стало растерянным, но он взял золотой предмет и прикрыл глаза. Лич положил ладонь сверху и произнес несколько неизвестных мне слов, после чего добавил. – Сейчас, вспомни ее улыбку, ее голос. Слова о любви. Да. Вспомни последнюю вашу встречу. Хорошо. Помни, что память ее будет утрачена от момента твоих воспоминаний. Готов?

Боец не ответил, амулет в руках мага и эльфа вспыхнул яркой вспышкой, окутавшей их обоих, затем это свечение, вместе с Феанором сместилось в сторону и словно увеличилось вдвое. И когда яркий свет спал, все увидели нашего знакомого мрачного рыцаря, обнимающего удивленную и очень красивую девушку с длинными, вьющимися золотыми волосами. На ней было пышное голубое платье, что так нелепо смотрелось с грязными и мятыми доспехами. Дева обернулась и посмотрела ярко-голубыми глазами на нашу разношерстную компанию, и, пару раз моргнув, тихо спросила у Феанора:

– Дорогой, а это кто все?

– Никто, родная, мы уже уходим. – Феанор отпустил девушку с видимым трудом, словно переступая через самого себя. Он боялся, что образ девы исчезнет, но, тем не менее, быстро скинул свою кирасу прямо на притихшего Мэра, а затем и шлем полетел туда же.

Паладин снял со своей шеи Узорный кулон с голубым камнем в центре, и снова обнял девушку. Сейчас его лицо было именно таким, каким вы представляете себе лицо счастливого человека. И пока все наблюдали, красивая пара крутанулась на месте, словно в танце и исчезла в сине-бирюзовом пламени. Камни телепортации всегда меня поражали своей красотой и изяществом. Но то, что сейчас произошло, меня поразило еще сильнее – Исхирдан вернул к жизни умершего НПС? А это реально? А так вообще можно было?!

Все молча смотрели на происходящее не в силах произнести хоть что-то. Но всему настает конец – Ворадор прошелся через весь кабинет и усадил Кит-Кат на место мэра, после чего сам сел на стол, свесив когтистые ноги прямо у лица хозяина кабинета. Исхирдан же пересмотрел амулеты в своей руке и взглянул на Черного скелета.

– Банджар, у нас будет очень мало времени!

– На что это у вас будет мало времени?! – оторвавшись от Сэда, спросила Тушканчик. – Вы что задумали?!

– Тише, Тушка, не шуми, – оперевшись на стол, устало произнесла Кит-Кат. – Ты в этом плане будешь иметь не самое последнее место. Я же обещала тебе «Нечто», и ты его получишь!

– Мне от вас ничего не надо! – зашипела волшебница, но оружие не подняла.

– Достаточно болтать! Пора готовиться! – рыкнул Ворадор. – Новый год настанет через два часа, сколько нам понадобится времени?

– Думаю, минут двадцать, – задумчиво протянул череп Лича, глядя на амулеты.

Глава 7. И Скверна, и Смерть

– …Я так и не понял, что вы мне пытаетесь впарить?

– Все просто, мой друг, – мы пытаемся расшатать этот мир! Орбис будет рад нашим стараниям, а то он реально уже похож на болото. Игроки слоняются по знакомым местам, делают все одно и то же, изредка дерутся, но в целом, мир становиться скучнее.

– И что?

– А то, мой мертвый товарищ, что мы можем сдернуть теплое одеяло с этого сонного царства!

– Исхирдан, у тебя не аналогии, а какая-то *****! – я посмотрел на притихшую Китти. – Напомни, почему мы его слушаем?

– Я ему верю, мне кажется, он прав!

– Даже если так – весь этот мир на дыбы встанет, причем с местными вкупе! И все они пойдут против нас!

– Неужели кучка теплокровной и дурной силы тебя пугает?

– Да! – ответил я. – Мне фигуру надо блюсти, а ты мне обещаешь нескончаемые пиры на свежей крови! И где вообще гарантии, что Орбис прогнется под наши затеи?

– Нет никаких гарантий, но уж в чем я не сомневаюсь, так это в том, что все у нас получится. Этот мир не плоский, он не завязан на линейные сюжеты и стандартные цепи. Орбис – живой и он жаждет продолжать свое развитие. Я лишь предлагаю кинуть камень в стоячую воду, дать миру возможность вновь изменить себя и стать лучше.

– Разве мы с вами это «лучше»? – вопрос был риторическим. Лич, вампир и Сирена в принципе не могут быть чем-то хорошим для всего мира.

Исхирдан захихикал на мою реплику и, вынув из своей сумки небольшой куль, кинул его на пол. Мешочек при падении раскрылся, выпуская из своих недр на холодный пол прозрачные бриллианты. Даже на первый взгляд, сумма этого жеста в баксах была с четырьмя нулями, или с пятью.

– Это моя доля, я хочу с вами! И я хочу разделить награду поровну! – скрестив руки на груди, добавил Лич. Я задрал брови и медленно посмотрел на задумчивую Сирену, затем опять на Лича.

– На каком это основании?! Деньги всего не решают!

– Да, но зато я знаю, где лежит тело.

* * *

Сложно стоять в гуще событий и одновременно с этим – в стороне. Целый час Лич Исхирдан готовил место для какого-то ритуала, изведя из своей сумки с полкило ингредиентов, пока за ним неустанно наблюдал и периодически поправлял скелет-Банджар, тот самый легендарный убийца и защитник семейства одного древнего некроманта. Ворадор, кажется, откровенно дрыхнул, пока русалка, задумавшись, почесывала ему грудь; Тушканчик и Сэд тихо общались и иногда спорили. Даже мэр под столом от страха тихо молился и раскачивался. И только я продолжал стоять как истукан, оторванный от коллектива интриганов и игроков ТОП-класса – меня не замечали, для них я был словно стражник-НПС, что может стоять рядом с такими высокими птицами. Да, я стоял молча, в ожидании начала представления, не брал инициативы и старался даже тень не отбрасывать. Но вот час пробил, а если быть точнее, на часах было пятнадцать минут двенадцатого, когда Исхирдан выпрямился и, размяв спину, произнес: «Я готов! Кажись, несильно напортачил и… вроде даже по времени попадем куда надо!» После этих слов обстановка начала меняться, причем стремительно.

Лежащий Ворадор резко сел на столе, под которым вздрогнул перепуганный мэр; Русалка приосанилась на кресле градоправителя и даже прическу поправила; Тушканчик поднялась с пола и покрепче ухватила свой жезл, а Сэд рядом с ней, немного выдвинулся вперед; Лич же подошел к столу, где лежал его сверток и бережно поднял его на руки. Далее Некромант присел над начертанной магической схемой, уложил невесомый куль и развернул старую мешковину, открывая всем небольшой почерневший скелет со скрещенными на груди руками. Зрелище ниже среднего, но таинственность происходящего заставляла меня искать на этом старом трупе хоть что-то выходящее из привычных рамок. А пока я занимался ерундой, Лич навис над телом и выбрал из всех амулетов мэра тот, что содержал в себе зеленый камень. Повесив блестящий магический предмет между костлявыми пальцами, он начал раскачивать им над трупом.

– Взываю к Владыке… взываю к Хозяйке… взываю к матери мертвых! – запел Исхирдан, начиная слегка покачиваться. – Услышь слугу своего, дай силы на вызов умершего, приоткрой заслон власти своей! Позволь встретиться с тем, кто лежит предо мной! На пороге вечности пусть будет смертный оживлен! – камень в амулете Лича вспыхнул и рассыпался мелким зеленоватым песочком, опавшим на старые кости. А Лич тихо закончил. – Символ Мироздания согревает грудь.

Все затаили дыхание, или мне так показалось, но тишина была гробовой, когда мелкие зеленые частицы, буквально растворяли покойника и смешивались с ним в некое подобие светящейся урановой лужи. Минута. Две. А затем вся схема некроманта вспыхнула алыми красками, уши заложило от страшного писка и ужасающего шепчущего звука, словно прямиком с «того» света. Часть схемы сместилась на стену, в помещении завоняло мертвечиной и гнильем до рвоты, а затем все вновь стало как раньше – ушли запахи, прекратился писк и шепот мертвецов, лишь алая схема на стене подрагивала, как водяная гладь. И тишина.

Снова минуты потекли как вязкие капли, вытягивая дорогое время, пока на красной схеме не показались первые признаки движения. Из магического рисунка, как из портала, вышла нагая девушка лет двадцати – двадцати трех на вид. Каштановые недлинные волосы обрамляли ее симпатичное лицо с темными глазами, глазами невероятно уверенного человека, смотрящего на всех снисходительно, слегка приподнимая голову. Кожа девы была мертвенно бледной, а ее губы напротив – полны жизни и красок. В наступившей тишине тонкая худощавая фигура оглядела присутствующих, задержавшись на парящем скелете, а затем, она словно играючи, вызвала на себя платье и доспехи. Этот жест был столь пренебрежительным и повседневным, что я едва не поперхнулся от зависти. Кто бы сейчас не стоял передо мной, она легко дала бы фору всем моим учителям. Я объективно был старше этой девушки, а мои учителя были втрое старше нее, но даже они не могли вот так легко создавать сложные узорные предметы, тем более тканые материалы. Нет. Она не вызвала, она «призвала» на себя доспехи и вещи, ибо только так я могу объяснить это.

Я осмотрел ее вновь и заметил на правом запястье девы нечто вроде браслета – уродливого браслета в виде матово-черной костлявой кисти, что держит ее руку. Затем я случайно встретился с ее взглядом, тем самым, что вколачивает в пол и заставляет тебя понять простую истину – что ты полное ничтожество пред сильными мира сего. Глаза не двадцатилетней девушки, а как минимум владыки ада, что прекрасно знает цену тебе и твоей душе. Мне стало не по себе, я реально ощутил, что мне тут совсем не место, что я должен стоять у дверей как караульный, а не как свидетель ее появления в мире. Но дева отвела взгляд и повернулась к Исхирдану, что протягивал ей еще один амулет, припав на одно колено. Бледная фигурка приняла его и одним жестом вырвала оранжевый янтарь из его сердцевины, что истаял, словно снег в ее руках, роняя черные капли на грязный пол со следами магического плетения.

– Зачем ты вызвал меня, некромант? – произнесла, наконец, она на удивление простым девичьим голосом. Не разверзлось небо, не пали небеса, мурашки не побежали по коже – нет, она просто спросила, как человек.

– Вы нужны нам, мы хотим Вас вернуть! – вдруг ответил Лич и выпрямился. И даже сейчас, когда некромант в высоту превосходил деву, она казалась намного выше него, такой был в ней дух. – Мир живых заждался вашего возвращения!

– Это не в твоей власти, моя судьба давно решена. Смирись, слуга.

– Никогда! – выпалил Лич и указал на Банджара. – Внутри него часть вашей души, избежавшей смерти! – палец Лича сместился и указал… на Тушканчика. – А это Бессмертная от сил Света, что разделит с вами вашу судьбу! Ритуал «Ди Ле Муэртос»!

И вновь тишина. Молчали все, в том числе и Тушканчик, что лишь рот открыла, находясь в диком шоке. Однако призванная девица заинтересовалась и оценивающе посмотрела на хрупкую волшебницу с невероятной силой внутри.

– Так ли это? – спросила она, но Тушканчик не торопилась отвечать, поэтому бледнокожая продолжила. – Разделишь ли ты со мной мой злой рок, избавишь ли ты зло во плоти от смерти, предашь ли свою стихию? Отдашь ли ты мне половину своего бессмертия взамен на мою власть?

– Что ты предлагаешь? – тихо спросила моя знакомая с заметной опаской и тревогой.

– Стать моей сестрой! Сестрой Печали!

– Мне не знаком этот ритуал, – она не закончила, как вдруг взгляд волшебницы поплыл, а губы ее начали двигаться, словно она читала. И через минуту Тушканчик кивнула, а растерянный Сэд начал дергать ее за рукав грязного платья и что-то нашептывать. – Да, я разделю твой рок и твою силу!

Вызванная дева кивнула уверенно, мягко слегка улыбнувшись, а затем она протянула руку в сторону Банджара, что вмиг оказался вблизи нее и пал на колени, впервые за все время коснувшись пола. Он припал своим черепом к тонкой бледной ручке и попытался ее поцеловать, но пальцы ускользнули от черного черепа и ухватили его нижнюю челюсть, поднесли голову легендарного убийцы к глазам темноглазой девы. Они смотрели друг на друга недолго, пока по щеке девушки не прокатилась красная слеза, оставляющая кровавую дорожку.

– Ты… не справился. – Выдохнула она и, сложив губы трубочкой, высосала из кричащего в ужасе черепа зеленоватый огонь. Мы все вздрогнули, так хладнокровно она убила того, кто служил ей сотни лет.

Кости пали перед ее ногами и вместе с плащом распались в прах, лишь старый колчан остался целым и откатился к стене от этой груды черного пепла. Девушка подняла красные от крови глаза, из которых текли алые слезы. Сейчас ее взгляд был красноречив – она страдала, ее обидели, ее предали, надежды рухнули. Но при этом, она не сломлена, а напротив – она в гневе и полна сил на новую безжалостную войну. И снова этот тяжелый взор осматривает всех присутствующих. Благо ей до меня дела нет, она указывает на Тушканчика.

– Подойди, названная сестра, – волшебница одергивает руку от гнома и делает пять шагов навстречу к неизвестной, и в каждом ее шаге, словно становиться выше, выравниваясь со своей собеседницей. Девушка же поднимает руку, в которую вцепилась «длань Смерти» и раскрывает пальцы. – Доверившая жизнь другому, да будет бессмертна вовек.

– Лишь в печали, можно познать счастье, – ответила ей Тушканчик и взялась за представленную руку, сцепляя пальцами ладонь девы.

– Отдавшей часть жизни, отдам я часть силы. Гнев и ярость по-прежнему будут разжигать твое пламя, а любовь и печаль откроют тебе и мою силу, – почти шепча, произнесла девушка и немного нервно вздохнула, глядя на вцепившуюся в нее черную кисть. – Я, Люцилла Мортена, верховный Некромастер, дочь своего отца Банджара Мортена, покорительница земель, убийца магов и повелительница мертвых, отдаю часть своей судьбы и силы моей сестре Печали.

– Отдавшей силу, дарую бессмертие. Отрину смерть от моей сестры Печали! – ответила уверенно Тушканчик и посмотрела в глаза Люцилле. – Я, Полинида Ялиская, владыка Огненного острова, старшая волшебница Истинного Пламени, нареченная Огненным Тушканчиком, гроза Орлиного народа, Друг подгорного царства, спасшая наследницу Люциллы, отдаю часть бессмертия, моей сестре Печали.

Руки девушек на последнем слове словно смазались, как два прожектора, что светят друг на друга, стирая границу тьмы между собой. Длань смерти, потерявшая опору, оторвалась от руки и попыталась быстро ухватить Люциллу за край ее платья, но наткнулась лишь на огонь, окутавший девушек, и исчезла. Мир вздрогнул как от сильнейшей тряски, пока две девы окутывались огнем и тьмой, но ничего даже не пошатнулось, ибо это вздрогнул сам мир, принявший в себя ту, кто был стерт из него многие годы назад. Тушканчик с Люциллой поцеловались, окончательно сливаясь в яркой световой иллюминации, объединяясь и обмениваясь силами, создавая нечто новое и неведомое ранее. Орбис точно ждут большие перемены – случилось глобальное событие!

Я посмотрел в сторону буквально на мгновение, но заметил, что Исхирдан и Ворадор стоят рядом в ожидании и немного нервничают, тихо переговариваясь. «Что же я тут делаю?» – пронеслась у меня здравая мысль, когда я возвращал взгляд на двух Сестер Печали, что ныне были похожи как две капли воды. Тушканчик изменилась намного сильнее Люциллы, приближаясь к ее образу. Сейчас они обе стали одного роста, около метра шестидесяти, их волосы черны как бархат, что ложится на их спины до лопаток, а губы напротив – белы как ранний снег. И только глаза у них различны – у Люциллы они были непроглядно черны, а у Тушканчика – ярко-оранжевые, словно огонь от свечи.

– Тушканчик. – Сипло произнес Сэд, и обе фигурки повернулись к растерянному гному. – Зачем ты так?

– Прости меня, дядя Сэд, но так будет лучше! – все тем же звонким голосом произнесла волшебница и улыбнулась. – Прошу, поверь мне.

Гном насупился, но все же сделал шаг и протянул руку ладонью вверх, волшебница уложила в его лопатообразную кисть свою светлую мягкую ручку. Люцилла же вздохнула полной грудью и посмотрела на Исхирдана и Ворадора, но прямо перед тем, как она набрала в грудь воздух, часы в дальнем углу помещения пробили двенадцать часов. Час обновления! Я уже по заведенной привычке похлопал себя по штанам и обнаружил там свернутый лист, но даже достать его не успел, как лич уже начал зачитывать нововведения:

«Мир вновь изменился, Орбис утратил множество созданий и рас, Мир стал беднее и мрачнее;

Мир вновь изменился, в Орбисе открываются новые уникальные вакансии на места умерших;

Мир вновь изменился, позволяя местным жителям заводить потомство и поднимать свою популяцию, как до пришествия иномирян.

Иномирцам предоставляется шанс помочь миру Орбиса подняться с колен и начать новую жизнь, где оба мира будут жить рядом. Получиться ли из этого красивая и добрая сказка или нет? День покажет – Ночь расскажет.»

– День покажет – Ночь расскажет. – Повторила Люцилла и резко стала серьезной и мрачной. К ней вернулась ее стать и внутренняя сила, а в ее руке появился призванный посох с частично парящими элементами. Высший уровень мастерства мага – призыв магического оружия. Легендарная Люцилла, прославленная лишь тем, что убивала магов ради сестры, провела рукой вдоль присутствующих и с легкой улыбкой остановилась на Исхирдане, который сразу опустился на одно колено и склонил голову. Исхирдан, «Драконья погибель», Темный маг высшей касты, Истинный лич проживший две жизни, Повелитель Некрополиса Достарого града, Спасший мою наследницу. – Произнесла Некромантша властным голосом. – Ты дважды заслужил мою милость, спасая мое дитя и возвращая меня в этот мир. Скажи же, чего ты желаешь?!

– Быть в вашей власти! – ни секунды не задумываясь, ответил Лич.

– Да будет так! – ответила она и, вскинув посох, метнула черную пыль в сторону стола, откуда раздались нечеловеческие вопли мэра, после чего тонкие кровавые полосы потекли по полу по направлению к Исхирдану. Но стоило им его коснуться, как он упал на четыре конечности и завыл как побитый пес, едва перенося дикую боль. – По работе твоей, будет и плата! – добавила Чародейка. – Но мне не нужен второй Некромант! Я единственная в этой роли! Мне нужен Повелитель мертвых! Мой полководец – Серпач!

Страшно было смотреть на такую награду – Исхирдана крутило и трясло, он и стонал и кричал, пока чужая кровь наполняла его тело. Честно говоря, я думал, что она его оживит, но нет, она лишь напитала его силой и крепостью. Исхирдан после пяти минут агонии поднялся не костяком в балахоне, а практически мумией с высохшей кожей, волосом на голове и зелеными глазами в черепе. И первым делом, после своего подъема, этот «Повелитель мертвых» ухватил себя за пах и даже не пытался скрыть радости от очевидного приобретения. Склонив спину, он отошел в сторону, освобождая место для остальных участников парада.

– Ворадор Носферату, советник Каина, уничтоживший рода Цепеша и Иуды, Спасший мою наследницу. За что же ты убил братьев своих и предал доверие сына моего Каина?

– Не я предал, а нас с вами предали! – совсем не боголепно и коленопреклонённо ответил вампир, обнажая клыки. Сила этого создания ничуть не уступала власти воскресшей. – Рода выродились, вступили в союзы с живыми, своим присутствием в этом мире они унижают меня, нас и Вас! А ваш Каин уже водит дружбу с эльфами Эльвандара! – даже я заметил, как скривилась Люцилла в отвращении. – Они как никто достойны покоя! Только я достоин быть истинным вампиром!

– И чего же ты хочешь, истинный вампир?

– Быть вашим Князем ночи!

– Да будет так! – ответила довольная Люцилла и протянула руку для поцелуя, но когда вампир подошел, она развернула ладонь, подставляя свои вены для одного мимолетного укуса. Ворадор был аккуратен, и было видно, как ему тяжело оторваться от предоставленной ему крови. Я не понял, что он получил, но, думаю, немало. – Отныне и до бесконечного дня! Ты, Ворадор Носферату и дети твои, будут моими князьями! И только солнечный свет будет твоим врагом!

– В вашей власти! – произнес серый монстр и отошел, склонив голову. А воскресший ужас в виде черноволосой девы, повернулся к Русалке.

– Ах, какая прелесть, и так далеко от вод! – Люцилла, казалось, очень рада встрече с Сиреной, или ее это, как минимум, забавляло.

– Воды холодны в последнее время! Кровь врага потеплее будет… – не осталась в долгу Кит-Кат, чем рассмешила темную владычицу, да так что она даже рот прикрыла во время смешка. И было в этом что-то противоречивое, словно смеющийся Сталин.

– Так что же ты, Китти Кит-Кат, Сирена Восьмиглавая, владычица Силанкой бухты, Гроза Королевского флота, Повелительница Кракена, обрученная с мертвым, спасшая мою наследницу, хочешь от меня?

– Хочу подарить Вам океаны и моря! – Люцилла вновь засмеялась, но уже скромнее.

– Никогда не думала, что мне вновь придется смеяться, но ты смогла меня порадовать! Да будет так, моя Сирена! – Люцилла вскинула свой призванный посох и, указав им в сторону русалки, словно облила ее магией, как водой.

– Эй! Холодно! – снова рассмешила она Некромантшу, которая опустила посох и повернулась к Сэду, рядом с которым стояла ее новообретенная сестра Печали.

– Наследный гном, что же тебя привело в эти чертоги смерти?

– То же что и тебя довело до смерти – любовь! – буркнул гном и погладил руку Тушканчика. – Мой народ ничего против тебя не имел, пока ты нас не трогала, и я бы хотел все так и оставить!

– Вы, гномы, всегда были консерваторами, – хмыкнула Чародейка и слегка кивнула. – Да будет так, союзник. Твой народ мне не враг.

– Вот так сама и запомни! – насупился Сэд и гордо вскинул нос.

И в этот момент что-то пошло не так, так как холодный взор черных глаз вновь коснулся меня, скромно стоящего у стены. И на этот раз ее давящий взгляд мне не понравился еще больше, чем в первый. Она меня оценивала и словно читала, будто я открытая книга, и то, что она видела, ей явно было не по вкусу.

– Наемник, – прозвучало в тишине с нотками брезгливости. – Безоружный воин, участник мелких битв и… малодушный человек внутри каменной кожи, – последние слова от этой дамочки меня буквально в жар кинули. Да как она смеет?! Я смог-таки оторвать от пола глаза и посмотреть прямо на нее. Я скала! Я Кремень! А она давно покойник! – Зачем же ты пришел в эту обитель?

– Да чтобы тебя убить! – выкрикнул я и бросился вперед, одновременно вызывая копье, что должно пробить ее плоскогрудое тело!

Никто не успел меня перехватить и остановить, хотя все и попытались. Да и я такого хода событий не планировал, но когда я вспоминал легенду об этой Люцилле, я попытался понять, как бы я жил в то время и понял простую истину – жил бы плохо. А значит, я не могу позволить уйти ей сейчас, пока у меня есть шанс! Да только не смог я ничего сделать – копье в моих руках так и не появилось, а когда я был совсем рядом, тонкие пальцы этой Люциллы обхватили мою каменную шею с такой силой, что с меня крошки посыпались, а дыхание исчезло. Девушка легко подняла меня над землей и взглянула на меня с интересом и удивлением. Все внутри меня словно сжалось, а перед глазами начало темнеть.

– Даже от такого «наемника» есть польза. – задумчиво произнесла повелительница мертвых, и мир вокруг меня выкрасился в непрозрачный темно-красный цвет. Я умер без боли и мучений, словно она пожалела меня.

Вновь открыл глаза я уже лежа в своей комнате, точке привязки. Тело горело огнем и терзалось холодом от легкого сквозняка. Не знаю, чем она меня одарила и как убила, но боль от дебафа была жуткой, каменная шкура медленно покрывала мое тело, возвращая мне облик Окаменелого. Однако это было как-то по-новому, иначе что ли. Кое-как поднявшись, я приблизился к окошку, за которым было яркое солнце, и посмотрел в отражение в стекле. Каменная шкура нарастала не на мясо как раньше, она покрывала голые кости толстым слоем, наполняя меня не мягкой плотью под скорлупой, а напитывая мое тело жесткой оболочкой из черного мрамора. Нервно я выхватил из штанов свою ведомость, и там где ранее в моем полном титуле было слово «Окаменелый», появились иные слова: «Перерожденный в камень», а чуть ниже мои новые характеристики, что дадут мне небывалую фору перед любым противником.

– Что ж! Даже от такой суки, есть польза.

* * *

Тело странного идиота еще не до конца превратилось в песочек, а Люцилла уже перешагнула его останки и осмотрела всех присутствующих уже не как властный гость, а скорее как хозяйка своих владений и подданных. Я решил не ждать сюрпризов и аккуратно вынул из-за тонкого пояса свои бумаги, кинул взгляд на строки статистики и широко улыбнулся.

«Лист статистики персонажа (Тайное знание)

Имя: Ворадор Носферату, Князь Ночи, верховный советник, истребитель предателей, страж ночи, слуга Люциллы;

Возраст Аватара: неопределимый;

Раса: Истинный Вампир;

Вид: Первородная Нежить;

Класс: Носферату (родоначальник);

Божественный Пантеон: Слуга Сестры Печали;

Сторонник: Некроманта Люциллы;

Основной навык: Адаптация (Носферату);

Вторичный навык: Изучение крови (Каштифф);

Приобретенный навык: Первородство (Дар Люциллы);

Место рождения: Темная Башня Версада;

Точка воскрешения: Подземный дворец Плагуэрст'а.

Основные статистические параметры:

Сила: Высочайшая (Ошибка: сильно завышенная!);

Ловкость: Высокая;

Скрытность: Высокая;

Выносливость: Неопределимая;

Живучесть: Высочайшая (Ошибка: сильно завышенная!);

Реакция: Высочайшая (Ошибка: сильно завышенная!);

Матрица Синхронизации: 0,51(Ошибка: сильно завышенная!).

Информация о роде:

Детей: Нет;

Низших вампиров: 1;

Упырей: Нет;

Обращенных: Один.»

Еще раз, обнажив клыки, я взял на руки свою пару с рыбьим хвостиком. Китти благодарно обняла меня за шею.

– Где мы? – ошарашила нас вопросом Люцилла, осматривая макет города, что бы за моей спиной.

– Это Белокаменный, гордый город с не самой красивой историей. Ваше тело было скрыто здесь.

– Мне не приятна эта тема! – оборвала она Исхирдана. – В городе нет правителя, вы его обезглавили.

– Зато место теперь вакантно! – высказалась Китти, вновь вызывая улыбку Люциллы.

– Я заметила. Что ж, тогда он будет моим! – молодая чародейка сделала пару шагов и остановилась вблизи макета.

Она провела над ним своим магическим орудием и словно Исхирдан пару часов назад – изменила макет на реальный образ со всеми разрушениями и пожарами. Но главное, город расцвел тысячами отметок живых и мертвых созданий, а в сердце города, сияла черная отметка нашей новой начальницы, что и квестами нас одарит и могуществом не обделит. Мне все равно еще не один год тут тусоваться, так что хотелось бы быть в комфорте и с полной уверенностью в завтрашнем дне.

Исхирдан встал рядом с Чародейкой и ненавязчиво так указал на Тушканчика и ее гномика. Люцилла обернулась к нелепой парочке, и взгляд ее довольно заметно смягчился.

– Сестра моя, вы намерены оставаться в этом городе? – спросила моя начальница.

– Что? Нет, мы покинем его в ближайшее время, – ответила ее близнец. – Как только возможность будет.

Люцилла кивнула и слегка задумавшись, провела посохом по полу, вычерчивая круг и открывая мутно-зеленоватый портал.

– Такая возможность подойдет?

– Вполне, – скривилась, Тушканчик и, перекинувшись с гномом парой слов, подошла с ним к краю портала. Коротышка первый прыгнул в эту зеленую муть, напоследок окатив меня невероятно злобным взглядом, а вот Сестра Люциллы задержалась. – Один вопрос, сестренка: что будет с этим городом и его жителями?

– Город «Белокаменный» станет моей столицей «Плагуэрст'ом», все кто захочет выжить – выживет, иные же примкнут к мертвой армии.

– Я так и знала, что вы ничего хорошего не задумали! – высказала волшебница уже мне с Китти, после чего спрыгнула в портал и исчезла.

Люцилла молча стерла следы магии и вернулась к макету. Вновь ее посох закружился, а она взирала на город своими черными, как провалы, глазами, затем она подняла руку, и в один миг все озарил зеленоватый свет, пробивший крышу и окутавший пространство вокруг нас словно туман. Лишенная потолка комната на мгновение наполнилась дневным светом, но он не успел меня покалечить, полностью запутавшись в магическом мареве. Люцилла спокойно глядела на изменяющийся макет, она продолжала испускать силу в небеса, где небо заметно мрачнело. И вот наша хозяйка заговорила, и голос ее гремел как глас Господень с небес и до самой глубины души всех в этом городе и пригородах.