Текст книги ""Фантастика 2026-112". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Арлен Аир

Соавторы: Тарас Асачёв,Анатолий Ключников,Константин Федотов,Алекс Бредвик
сообщить о нарушении

Текущая страница: 102 (всего у книги 344 страниц)

– Как долго длиться ожидание?

– Двое стандартных суток.

Кивнув самой себе, Ксев сворачивает информацию и открывает наконец записи архива, выделает блок главного входа и выставляет необходимые фильтры. На экране вспыхивает около трех сотен блоков с информацией с очень значительным пробелом, разделяющим фрагменты на недосягаемые пределы друг от друга. Коснувшись двух крайних блоков, девушка активирует воспроизведение.

На поверхности, отображающей весь верхний уровень, Ксев замечает инженеров, готовящихся к отлету, и несколько выродков, стоящих в ожидании. Команда вносит необходимые настройки, активирует главные створы, запускает протоколы защиты и одной командой гасят освещение. В темноте охранная система производит с десяток выстрелов, убивая выродков, чьи тела Ксев уже видела в коридорах. Запись заканчивается и смазывается потоком времени… в одну тысячу сто восемнадцать лет.

Медленно сглотнув тягучую слюну, Ксев касается нового блока данных и наблюдает как в опечатанные створы проникает некто похожий на Бруненов, но точно не относящийся к их виду. Это девушка-гуманоид, и она проникает внутрь в сопровождении большеголового пришельца, и едва только система на них реагирует, что-то происходит – запись на мгновение исходит рябью, а система безопасности полностью отключается. В хранилище проникли два существа, а система даже не подняла тревогу… У Ксев по коже пробежались мурашки, от одной только мысли, о том, как мог измениться этот мир за время ее сна. Не став следить за гостями, девушка выделяет очередной блок и смотрит как уже вошедшая ранее гостья заводит в хранилище еще одного гуманоида, а спустя полдня – целую группу Механоидов в пару десятков единиц…

Сердце гражданки Бруннен-жи застучало чаще – Мехи вновь показали себя не с красящей их стороны… Однако выводы делать рано – выделив отдельный кадр, Ксев приблизила изображение и в интерактивном режиме посмотрела характеристики вошедших Мехов. Вердикт системы анализа – «Заражение вирусом, система Экстранет не отвечает». Пусть так, но об этом надо уведомить Экстру…

Резкая мысль заставила девушку вздрогнуть и коснуться экрана для связи с системой.

– Сколько Механоидов в данный момент в хранилище?

– Активных Механоидов нет в хранилище, – звучит быстрый ответ.

– Сколько чужеродных организмов в хранилище в данный момент?

– Трое, – холодно ответила система безопасности.

– Сколько из них активны?

– Одна единица.

– Где?

– Нижняя палуба приповерхностной зоны.

– Выведи маркер на экран… – едва картинка вышла, Ксев оценила местоположение чужого, находящегося в блоке долговременного хранилища.

Значит она здесь не одна, и с врагом надо будет еще разобраться… Но это потом, сейчас надо понять ситуацию – Ксев вновь открывает блоки данных и жадно проматывает активность противника – как гуманоиды имплантируют раненому конечность, как встречают и переговариваются с зараженным Механоидом, как они ползают по углам и суют свои носы куда попало и как сама Ксев находясь в паре шагов от них, ничего не может им сделать… А затем, все изменилось – створы центрального лифта открылись и в помещение Хранилища впервые за тысячу лет, вошел Брунен в сопровождении неизвестного гуманоида, причем однозначно маркированного системой как союзный юнит. Даже сквозь этот экран, девушка узнала близкого по крови воина Бруннен-Жи, по его форме, по его движению и голосу: «Свет!» – произнёс он, на радость Ксев, вызывая ее улыбку. «Бруннен-Жи жив!» – она не одинока, и ее народ все еще правит космосом!

Собрат же перешел через уровень, к помещению внешней безопасности, где она сейчас, а затем к медицинскому блоку, где была она и где его ждала засада. Ксев переключила блоки и уже следила за воином. Он вошел в помещение, и невзирая на направленное на него оружие – делал свое дело, не обращая внимания ни на стрельбу, ни на окрики. Кто бы ни был с ним, он был отличным бойцом, что ни разу не промахнулся, но вот последний его выстрел, пробивший конечность первой гостьи, прочертил линию до стены и с рикошета, ударил в криокапсулу, где лежала Ксев… На пару микрот девушка задумалась, а затем переключила настройку блока и вызвала состояние своей камеры на то мгновение, и едва не забыла, как дышать – случайная пуля угодила точно в канал с газом, обеспечивающим работу камеры. Но когда в нем появилась брешь, система была нарушена и едкий состав находящийся в газообразном состоянии начал разъедать соседние каналы и схемы…

Ксев смотрела как с течением времени, ее криокапсула превращается в камеру смертника. Вновь тошнота подошла к горлу, но рвать уже было нечем. А картина на экране продолжала краснеть и мигать, а самая ценная цифра: показатель целостности генотипа организма, вдруг изменила свое трехзначное значение и ушла глубоко в желтый сектор до девяносто шести процентов. Слезы скатились из глаз девушки, но она продолжала смотреть как ее облучает то, что должно было сохранять ей жизнь…

Когда камера открылась, и холодная Ксев вышла из нее, ее генотип уже деградировал до красной отметки в девяносто четыре процента. Вердикт прост – она уже мертва. Три-четыре процента она смогла бы восстановить, но не шесть… Сглотнув, Ксев повернулась и молча поднесла медицинский пистолет к своей шее, и прикрыла глаза.

Выдох… Выстрел…

* * *

– Серый, может слиняем, пока не поздно? – нервно утонил Ник, когда к нам полетели три Хаммерских Крузера.

– Выждем.

– Сдохнем скорее! Ты знаешь их ударную мощь?

– Нет, а ты? – я бросил взгляд на уровень нашего щита и его потребность в энергии, которой все меньше.

– И я нет, но думаю мало нам не покажется…

Наконец, на наш запрос связи пришел ответ и на экране возникли сразу трое Хаммеров в великолепной техногенной броне, да в очках, перекрывающих их огромные глаза. Нас оценили почти моментально.

– Павший Хеймс, ранее бессмертный, участник исследовательской миссии, в боевых действиях против Вархаммера не замечен. Мы рады вашему визиту, Новый гражданин!

Приятные слова, после которых заговорил другой персонаж с экрана.

– Николас Ремонасор, ранее бессмертный, обвиненный по шестнадцати статьям против живого мира, по трем статьям против Вархаммера, по двум статьям прямого обвинения. Беглый заключенный, террорист из черного списка, мятежник. Мы предлагаем вам сдаться без боевых действий, наш суд решит вашу судьбу.

– Эй, стоп! – Ник поднял все три руки и показал средний палец на каждой. – Я ничего вам не должен! И ваши обвинения действуют только пока я гражданин вашего мира, а вы меня лишили гражданства заочно года три, кажется, назад! Так что идите вы все на…

– Ник! – я одернул товарища и посмотрел на радар, затем на экран связи. – Я прибыл сюда для оповещения. Через три недели, в системе Люмен, Эры-два, состояться собрание рас, на котором будет обсуждаться вопрос долговременного примирения. Я бы хотел пригласить представителей от Вархаммера на это собрание, – трое на экране переглянулись и недолго поговорили, заведомо отключив звук. Затем повернулись ко мне.

– На каком основании вы выступаете с подобным предложением?

– Как представитель Бруннен-Жи, Чалов и Экстранета, – не моргнув и глазом, ответил я.

– Кто уже согласился прибыть на это собрание?

– Экстранет и Воркон. Далее я посещу мир миротворцев и людей, последними будут посещены Флоры.

– И вы полагаете успеть всех оповестить и собрать за три недели?

– Да, – спокойно ответил я, а трое Хаммеров переглянулись.

– Мы примем приглашение, если вы выдадите нам преступника Ремонасора, – наконец дал ответ один из тройки.

– Хорошо, – кивнул я. – После встречи, вы сможете его получить, я препятствовать этому не стану. – Ник? Ты согласен?

– Ну а куда я денусь? – качнул плечами мой товарищ.

– Тогда так и решим. Через две недели в Люмене! – заключили трое Хаммеров и связь потухла, а корабли сбавив ход – развернулись и полетели назад.

– Это оказалось проще чем я думал. А ты меня им реально отдашь?

– Я же не хозяин тебе, я просто не буду возражать, а там ты сам решай, – ухмыльнулся я.

– А. Ну тогда ладно, – кивнул Ник и расслабился. – И что? Далее люди?

– Нет, сначала звезда, заправка, а потом полетим дальше. Сутки хоть отдохнуть надо. А уже завтра будем рвать задницы, чтобы собрать остальных.

– Это точно… Ты хоть понимаешь, что мы сейчас реально хотим спасти целый мир?

– Не мир, а миры, и даже больше – саму жизнь в ее нынешнем виде…

С людьми, как всегда, были проблемы: сначала нас не желали слушать, затем пытались заманить подальше в систему, а после и вовсе решили брать штурмом – пришлось бежать. Так и записали – люди от встречи отказались в одностороннем порядке, значит к ним надо лететь немного иным составом… Ник предлагал взять с собой полмиллиона единиц Инсектората и устроить показательную порку, но я его порыва не разделил, ведь и сам не был уверен, что Инсы меня так уж легко примут. Что-то продолжало меня беспокоить по этому поводу, но пока я не понимал, что именно. Вот на счет Расти, я был уверен, а вот на счет реально живых созданий – уже нет.

Следующая остановка, была на территории какой-то ущербной звездочки с единственным планетоидом, который был сплошь аграрный и нафиг никому ненужный. Однако в этой системе было два крейсера миротворцев, непонятно правда зачем. К ним мы и обратились, и почти сутки висели в космосе и ждали обратной связи от командования. Как ни странно, но Миротворцы высказали большое желание прибыть на собрание и уже там расставить все точки над «i». Нам же проще, хотя и не сильно…

– Ты как? – спокойно спросил меня Ник, когда мы уже летели прочь из системы.

– Не очень, если честно. Не хочу с ней встречаться.

– Тогда полетели к другим Флорам!

– И пусть они посчитают наш прилет, «вторым пришествием»… нет, и я уже пояснял почему.

– Ты слишком много об этом думаешь – прошло четыре с половиной года, почти. Забудь прошлое.

– Увы, но именно это мне и недоступно, – грустно кивнул я, выводя корабль на Гиперскачок.

Находясь в бесцветной подкорке между слоями и координатами мира, я вновь расслабился и собрался с мыслями. Мне до сих пор не давала покоя мысль о том, что я по-прежнему выполняю какие-то квесты, словно тот же игрок Александр. Масштабы иные, а суть все та же… Повернувшись, я заметил застывшего Хаммера и подумал, что ему наверно будет прикольно слетать к Земле, на могилку к Виктору. Посмотреть на чужую планету, погрустнеть и вспомнить дом… И вот я опять впадаю в какую-то депрессию…

Встряхнувшись, повернул корабль на необходимый нам курс без рывков и ненужных скольжений между слоями реальности. Вспышка, падение энергии, и мы на месте.

– Смотри, – я указал Нику на радар.

– Все отметки зеленые? – Хаммер посмотрел на меня и ухмыльнулся. – Деревянный корабль.

– Именно так. В мире Флоров сейчас будет не просто хаос, а целая буря событий, не имеющая себе равных в их повседневной жизни.

– Или они нас грохнут! – резко выпалил Ник и едва не сжался, когда система тревоги завыла, предупреждая нас о начале атаки.

В следящее мгновение, все маркеры на радаре покраснели. На одних лишь рефлексах, я перекинул половину запасов энергии на щиты и быстро рванул корабль в сторону. Благо это не настоящее дерево, и мы смогли увернуться от пяти из восьми выпущенных в нас залпов. Три бирюзовых линии все же достигли щита и разлетелись о него, словно фейерверк на праздник, отрезая обзор и внося хаос в систему безопасности. Ник что-то начал выкрикивать, советы очевидно, но я уже вдавливал рычаги управления, заставляя корабль вертеться и уходить в сторону максимально выкручивая проекцию нашей траектории полета. Еще несколько снарядов врезались в нашу защиту, а затем я ударил по системе обороны кулаком.

– Неара! Уничтожай нападающих на нас корабли, по одному за такт! – прорычал я и вывернув Деревянный корабль понесся навстречу несущихся в нашу сторону штурмовиков. – Начали!

Первый корабль, по своему несчастью находящийся ближе всех к нам – разорвался на мелкие осколки, буквально уступая нам дорогу сквозь обломки своего раннего каркаса. А далее – начался ад! Мелкие штурмовики разрушались еще до нашего к ним подлета, осыпая безжалостный космос своими кусками и телами замерзших пилотов. А у меня на сердце даже беспокойства не было – они же растения, да их при желании есть можно! Они созданы только для услужения! Что эти твари о себе возомнили⁈

– Неара! Отключить крейсера по курсу! Обесточить, законсервировать и заморозить всех внутри! Выполнять! – выкрикиваю и несусь дальше, проносясь мимо замирающих судов, прямо к планете, откуда стартуют новые корабли. – Неара – блокируй суда, поднимающиеся с планеты – все! Немедленно! – я повернулся к Хаммеру и криво улыбнулся. – Не такого приема я ожидал.

– Я думаю, они тоже такого не ожидали… – Ник почесал голову и вновь указал на экран, где среди судов расы Флоров, поднялись с десяток кораблей иных рас.

Без лишних эмоций, выделаю эти корабли и кладу руку на пульт управления боем, буквально сливаясь своим Доспехом с этим деревянным корабликом. В мозгу снова что-то лопается, и я вспоминаю как вести бой на этом корыте… Тринадцать минут и десять вражеских судов прекратили свое существование.

– За что так жестоко?

– Никто не кусает кормящую руку, никто не в праве тявкать на Создателя. Или я не прав?

– Ну, если уж на чистоту, то и не ты их создал.

– Не я, но он! – я указал на свою голову. – Тот, чья память сейчас спасает нам жизнь.

– Я не буду с тобой спорить, ты сейчас не адекватный! – ник вынул из сумки на боку бутылку, что приносил с собой Коля и открутив крышку, предложил мне. – На. Успокойся…

Я не стал спорить – выпил, чай не труд какой. Затем немного успокоился, глядя на то, как новые космические корабли замирают, выходя на орбиту. Некоторые из них улетали дальше в космос, иные же словно застывали над планетой, впадая в поток осколков от неудачливых кораблей. И в этой круговерти, я начал вспоминать дни ушедшие, дни, случившиеся задолго до рождения любого из живущих – момент зарождения этой самой планеты. Я словно вспомнил фильм об тех событиях, хотя никогда ничего подобного, ясное дело, не смотрел, но четко помнил первых прибывших Бруненов, первые посадки растений и материнские стволы Древа-жизни. Память твердила, что пока эти деревья не вырастали до сорока метров в высоту и не оплетали своими корнями территории в несколько километров – на данной планете никого не было – мир принадлежал только деревьям. Сотня лет, после которой мы вернулись и из тех самых деревьев создали первых флоров, от нашей крови, от деревянной плоти. Самые первые Флоры были далеки от нынешних, но это были наши первые шаги, я помнил, как мы меняли их и делали лучше, подвижнее и сильнее. Мы смогли развить в растениях разум и даже силы взаимодействия с природой, с органикой… Многообещающий эксперимент длинною в три сотни лет, и у Бруненов появились первые дети – те, кто будет обслуживать планеты и создавать мири без тяжелой техники, без грубых методов и бесчеловечной жестокости к флоре и фауне. И что я вижу сейчас? Так они отблагодарили того, чью память я храню в своей голове? Сколько миров они создали за прошедшую тысячу лет?

Наверно у меня на лице было все написано, так как Ник забрал у меня бутылку и молча закрутил крышку, я отвел от него взгляд и коснулся канала связи. На экране появилось около пять станций, с которыми можно связаться, а также около сотни более мелких передатчиков. Я выделил главный храм Флоров, он и крупнее и, я надеюсь, там более адекватные создания обитают.

Сеанс связи развернулся, на экране возник престарелый, толстый и пятнисто-синий флор в каком-то цилиндре. Что приятно, он почтительно поклонился и устремил глаза в пол.

– Прошу простить нас, владыка, но мы были вынуждены убедиться в вашей сущности. Простите нас за попытку атаки, глупы ваши создания…

– Не ерничай! – легко бросил я, не ощущая ни грамма искренности в этой речи. Я хотел уже добавить, что мне надо, но я неожиданно и как-то резко понял, что мне ничего от них не надо, а потому просто отключил связь и посмотрел на Никиту.

– Ты хоть понял, как это выглядело? – хмыкнул он. – Ты прилетел, убил с полсотни их военных, сказал «не ерничай» тому синему херу в шапке и все? Мы точно ради этого сюда летели?

– Нет, – сухо ответил я и встал с кресла. – Но это уже не актуально…

– Серый, ты меня пугаешь, что случилось за эту минуту?

– Я только что понял, что ни хрена мне Инсы не подчиняться… – я посмотрел в темные глаза Хаммера. – Я им никто. Вот мои подопечные, – я указал на экран с планетой снизу.

– Что я могу тогда сказать… У нас, вероятно, будут большие проблемы…

– Ты прав мой друг. Ты прав…

Я вновь посмотрел на кружащийся под нами шарик и десятки кораблей на его орбите, подсвеченные внутренней системой под названием «Неара». Строители создали Экстранет, он живет по сей день в рамках программы – стабильно и непрестанно следуя к своей цели. Крафтеры, они же Инженеры, создали аналог древних Скайран – Инсектов, вложив в биологические и механические устройства возможность самореализации и что в итоге? Новая раса агрессивной, но контролируемой и практически бездумной массы полу разумных созданий. Инсекты это Рой, ждущий своей королевы, той кто укажет им путь к новой цели. Они лишь инструмент…

А что сделал Создатель? Что создал я? Флоров отрекшихся от нас? Чалов, предавших нас? Лекс, умирающий в ангаре, и убитого мною же его потомка? Чего достиг я как создатель? Ответ был прост и неприятен, я был тем, кто сделал много, но без какого-либо практического толка. В мире наступил новый порядок, а я продолжаю цепляться за прошлое вбитое в мою голову… Или это не чужая память, а уже я сам? Неужели я вспомнил себя и потерял ту грань меня раннего и маня нынешнего?

Я присел в кресло обратно, взглянул на напряженно стоящего Николаса, перевел взгляд на планету, где жили миллионы разумных созданий, которых я считаю нашей ошибкой, и одинокая Зара – моя личная ошибка.

Что же мне делать дальше?..

Книга 3
Глава 10. Девственница должна умереть…

От планеты Флоров мы улетели, не став никого и никуда приглашать. Настроение у меня было подавленным до самого пола, а память продолжала нагружать меня последними процентами о том, кто я есть и кем хочу быть… Ник даже не пытался меня как-то понять, а просто ушел спать, прихватив с собой еще и Колину бутылку. А я сидел в кресле пилота, смотрел в черноту космоса и пытался осмыслить имеющиеся у меня знания и в целом понять, кто я сейчас: Человек или Брунен? Сергей или все же Создатель? Когда я стал меняться? Почему не заметил перемен? Я же не чувствовал каких-то противоречий в себе, но в то же время вспоминал себя раннего, еще в экипаже «Звезданутого» – я был совсем другим. Что же со мной стало?

– Неара, возвращайся в хранилище.

– Не рекомендуется, – ответил женский голос, системы.

– От чего же?

– Движение сквозь Гиперворонку возможен только пилотом. При самостоятельном полете, путь до Хранилища займет немногим меньше сорока циклов.

– Звучит справедливо, – кивнул я и сел ровнее, запустил систему управления. – Значит, сам полечу…

Полет как всегда, много времени не занял, а пока мы были в сером «ничто», я задумался: куда же все-таки делись все Будонги? Они же не могли просто умереть? Они были частью этого мира. Но мысль все никак не желала приходить ко мне, а в это время я, уже подходил к Ростку, где меня ждет очередное решение и судьбоносный выбор.

Посадка прошла успешно, приземлился на поверхность, чтобы потом не мучиться вновь в тех узких коридорах. Я разбудил Ника, жестоко вонявшего перегаром, и вот мы снова спускались на лифте в подземелье Бруненов.

– Ну хоть поедим опять, – лениво процедил Хаммер, вытянулся как кошак и встряхнулся. – Ух… даже не думал, что спасение мира такое утомляющее дело. Вроде только проснулся, а все равно усталость осталась.

– Ты спал один час, пьяный, – спокойно ответил я, перед тем как створы лифта открылись. Внутри Хранилища ничего не изменилось, все те же лестницы, трупы, разруха и грозди Бруненов под потолком.

– А ты свет выключить забыл, – отметил Никита, указывая на моргающую осветительную струну. – Счета потом будут большие.

– Питание солнечное, а оно пока выставлять задолженность не умеет, – хмыкнул я, задавая наш маршрут.

– Скучный ты. А куда мы идем?

– Честно?

– Ага.

– Не знаю, все надеюсь… – я остановился около двери узла безопасности и подошел к ней.

– Что там?

– Пахнет протокровью, – тихо произнес я, указывая на панель доступа, где явственно виднелись следы от вышеназванной жидкости. – Милана хотела зайти сюда.

– Это ведь не хорошо? – спросил Ник и вынул два пистолета, прижался спиной к створкам.

– Все что с ней связано – ничего хорошего в принципе не сулит. Сам понимаешь. Не прислоняйся, – смахнув остатки вязкой жидкости, я сам коснулся панели, прямо так – в доспехе, не имея ни секунды сомнения, что для идентификации такая мелочь, как броня Флоров не помеха.

– Главнокомандующий, Позывной: Павший Хеймс. Доступ разрешен, – произнесла панель и створы разошлись в стороны.

– Етить… – только и произнёс Ник, в то время как я просто впал в ступор. В помещении где я был не так уж и давно, на полу, около активного экрана, лежала девушка с темными каштановыми волосами, значит, это однозначно не Милана.

– Прикрой, – спокойно произнес я и подошел ближе к телу, коснулся шеи, позволяя своим новым рефлексам, делать дело. – Жива, сердце слабое, но вполне четкое… – я поднял белый пистолет с пола и оценил боезапас с каким-то химикатом внутри.

– Ширялась? – тихо спросил Ник, не выпуская из вида вход в помещение.

– Это Брунен, поэтому, думаю, что нет, скорее пыталась убиться, но не рассчитала дозу… – я повернул тело и посмотрел в незнакомое лицо с бледной кожей, темными губами и четкими словно нарисованными тонкими бровями. Раскрыл ее веки, посмотрел в нереально красивые глубокие синие глаза, которые медленно сужались, от света, льющего с потолка. – Думаю, жить будет. Не факт, что счастливо, но все же…

– Это хорошо или плохо?

– Затрудняюсь ответить, сначала надо понять, что она тут делала, – я поднялся с пола и сел в кресло, махнул по тонкому экрану, снимая блокировку.

Перед глазами возникли кадры лазарета, где большинство сведений сводилось к показателям последнего пациента. Словно не в первый раз, я касаюсь программы записи и сам просматриваю блоки данных о данной девушке. Ее звали Ксев, она старший Биолог, в данном хранилище она отвечала за консервацию, в основном работала как помощник и контролер. А когда Хранилище закрывалось, ее оставили для будущего контроля и помощи пострадавшим, хотя внутри души я понимал, что ее оставили как палача. Она должна была убивать тех, кто не должен покинуть хранилище. Снова посмотрел на скрюченное тело на полу, затем на ее последние зарегистрированные параметры, пожевал губами, пока в голове производились расчеты и легкие вспышки воспоминаний. А затем, меня словно по голове ударили, прямо изнутри – боль, о которой я только предполагал разорвала мой несчастный череп. Упав на пол рядом с этой девой, я дернулся и зажмурил глаза из которых брызнули слезы, а боль все накатывалась и накатывалась, словно пытаясь меня убить. Наверно я закричал, так как Ник подбежал ко мне и попытался поднять, привести в чувства, я это понимал, но ничего не мог с собой поделать – так меня сильно поразила неведомая сила, которая едва не убила бренное тело… Но обошлось… обошлось…

Я очнулся среди листвы и яркого света, меня окружал приятный аромат и звук текущей неподалеку воды. Сказал бы «Благодать», но голова продолжала гудеть как трансформатор, а боль ломила голову с частотой взмаха крыльев мухи.

– Ник… – просипел я, в попытке подняться и, хотя бы сесть ровно. Хаммер появился со стороны с тремя яблоками, одно из которых он очень громко ел.

– Очнулся? – хмыкнул он и снова надкусил плод. – Лови! – произнёс он и кинул яблоко, ударившее меня по лбу, от чего голова снова взорвалась вспышкой боли.

– Да что б тебя!

– Извини, я думал ты в норме уже.

– Давно я тут?

– Почти три часа, и до этого примерно минут тридцать я не знал, что с тобой делать. Потом вспомнил про благословление и притащил тебя сюда.

Мысли шевелились непростительно медленно, жутко непривычно и как сквозь вату, но даже так я смог зацепиться за одну такую мысль и вспомнить слова Расти, о том, что мир оживая, очень многие бафы и чудеса, каким-то образом обосновывал. Кивать не стал – побоялся что голова отвалиться окончательно, поэтому просто лег и активировал шлем скафандра.

– Неара, анализ моего здоровья, прогнозы, патологии, – медленно произнес я, и услышал в ответ мягкий женский голос:

– Обнаружена аномалия в головном мозге: кровотечение, множественные инсульты, скоротечный распад тканей. Обнаружена аномалия Псиметрии личности: Распад связей, разрушение сознания. Зарегистрированы отклонения: Вероятностная подмена личности носителя, несоответствие психотипа. Зарегистрирована защитная реакция организма: отчуждение сознания, принудительная коррекция, самоуничтожение. Обнаружена регенеративная функция тела: Экспериментальные Биоботы активный.

Вероятностная причина: Вмешательство в сознание сторонним сознанием или оборудованием.

Прогноз: При сохранении тенденции разрушения, наступит неизбежная смерть не позднее чем через двое суток. Через половину срока, активность мозга сократиться до четверти мощности.

Рекомендация: Прохождение курса регенерации; подпитка Биоботов органическими и растительными биоматериалами; Прохождение курса коррекции личности или модернизация;

Настоятельная рекомендация: Божественный доспех не снимать.

Если вам известна вероятностная причина: укажите ее для получения более детального анализа и рекомендаций.

Я сглотнул тягучую слюну и глубоко вздохнув, разомкнул в миг пересохшие губы.

– Аналог Асталии на станции Чалов, менее недели назад. Имело место разделение личности.

– Данные получены. Корректировка. Рекомендация: Прохождение курса регенерации; Божественный доспех не снимать; Вторичное посещение Станции Асталии первого типа.

– Что она со мной сделает?

– Она спасет вам жизнь, – коротко, но емко ответила Неара.

Деактивировав шлем, я с трудом присел и посмотрел на Ника.

– Нам надо в дорогу.

– На собрание? – Хаммер обеспокоенно смотрел на меня. – А не рано?

– Нет, нам надо к Инсекторату, или я умру через полтора дня.

– Все так серьезно? Что произошло? Ты же упал как подрубленный.

– У меня мозг разрушается, причем очень быстро, ткани отторгают меня, словно знают, что я был человеком.

– У тебя от человека только жалость к самому себе осталась, в остальном ты давно стал другим. Это ты мне уж поверь.

– Не важно, – я кашлянул и при поддержке Хаммера встал с кушетки, и только сейчас заметил лежащую напротив Ксев. – Что она тут… Она в себя не приходила?

– Неа, – Ник мотнул головой. – Но дышать стала ровнее.

– Нам надо взять ее с собой… Но сначала надо ее изменить.

– Ей? Или все же ее?

– Ник, ее надо спасать, она убьет себя вновь, если придет в себя, она знает, что ее кровь похожа на помои, а так мы не живем.

– Если не живете, зачем убивать себя?

– Ты не понял, у Бруненов очень серьезный пунктик на чистоту крови, а ее кровь почти на десять процентов разрушено или изменено, она мутант и уже знает об этом.

– Так может ее стоит просто вылечить? – Ник потрогал ногу лежащей и вновь выпрямился. – Я думаю нам это по плечу.

– Нет, остановить разрушение я могу, но ей этого будет мало, ей надо дать цель…

– Вот значит, как мы заговорили! – раздался знакомый голос Миланы со стороны и едва Ник дернулся за стволом, как по нему ударил такой знатный разряд током, что Хаммера подкинуло и отбросило в сторону. Я повернулся и поднял руку на которой и так было полно вооружения, но Милана оружия не отвела, продолжая целить в Никиту. – Нет, Сережа, только попробуй и твой друг будет убит!

– Чего тебе надо⁈ – я оскалился и закрыл шлем доспеха, пока не получил такой же подарок от Миланы как Ник только что.

– Я не меняю своих Целей, мне нужен мир в этом царстве живых и оживших! И раз ты решил обрести свою персональную цель, я буду рада ее с тобой разделить, – Милана указала на Ксев и кивнула. – Поднимай ее и пошли за мной.

– Мне она нужна! – я уже было шагнул к бывшей системе, но ее оружие вновь повернулось к Нику.

– Как и мне! Бери ее и неси к дверям выхода! Считаю до…

– Не утруждайся, – перебил я Милану и наклонившись, поднял с кушетки хрупкое тело Ксев. Затем прошел до самого входа, а когда повернулся, увидел, как Милана что-то вешает на шею оглушенному Хаммеру, очевидно решая сделать его залогом своей жизни.

Ждать ее не стал – просто пошел туда, куда мне было надо – в нижнюю лабораторию, каждый шаг благодаря доспех, за предоставленную силу, без которой я не прошел бы пары метров с такой-то ношей на руках… а пока ноги мои механически и бездумно двигались, я размышлял о том, что собирался делать. И если быть честным, то идея мне совсем не нравилась, но иного пути я просто не видел, или просто не пытался искать, схватившись за первый вариант…

Замерев около помещения лаборатории, я махнул рукой перед панелью, получив доступ, вошел внутрь, после заблокировал дверь и деактивировал шлем. Стерильная комната начала просыпаться, озаряясь ярким светом, слегка желтоватого оттенка из-за выцветших световых панелей. Но это не самое главное, суть была в том, что тут было все необходимое для работы биоинженера или биохимика высочайшего класса. Чтобы я не говорил пор Милану, а этот ее подарок я использую по полной программе и благодарен я за него – искренне. Подойдя к центральной консоли, я положил Ксев на кушетку, а сам коснулся пульта взаимосвязи с центральным ИИ лаборатории – ответ не заставил себя долго ждать, слияние произошло почти идеально, если бы не боль. Провожу пальцем по панели и снимаю браслет управления, накидываю его на руку, запускаю процедуру анализа белков и обмена данными для точной диагностики. Микроты потекли, а я стоял в ожидании диагноза, и он пришел слишком уж быстро – писк браслета и информация обо мне выводятся на экран. Неара не ошиблась в своих выводах и диагнозе, но не все она мне назвала: «Целостность Генома: семьдесят восемь процентов». Это конец…

Бросаю взгляд на Ксев, что хотела убить себя из-за своих потерянных процентов, а тут я такой красавчик. И главное где я так себя запустил? Или это и вовсе не случайно? Снимаю браслет-анализатор с руки, подхожу к управляющей панели, активирую главный интерфейс управления синтезатором и вспоминаю свое прошлое биохимика – перечень доступных материалов поражал мое воображение, даже сейчас я видел, как легко синтезировать тот же Слап, или сверхмощный Криогель. Но все это было мне не нужно в данный период жизни, мне надо было найти способ спастись… Просто спасти свою никчемную шкуру! Чтобы все, что было до этого дня – было не напрасным! И при этом, мне нельзя оступиться, нельзя забыть про врага и нельзя допустить ошибку…