Текст книги ""Фантастика 2026-112". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Арлен Аир

Помню, утро было мерзлым, а в воздухе пахло гарью от множества догоревших пожаров, мы выехали из павшего города Мельдора сонные, как мухи. Сто тридцать четыре повозки, почти шесть сотен лошадей, три тысячи голов, решивших примкнуть к новой власти. Оставшиеся тысячи обречены, но я не святой, чтобы об этом думать. Вон, пусть Рон о них молится. Он, кстати, этим как раз все утро занимался. Я ехал во второй группе, не в передовой. Моя карета, что раньше принадлежала какому-то знатному вельможе, была заполнена до неприличия. С одной стороны я и моя жена, а с другой – Алекс и Рон. Рон молится, Алекс ковыряется под ногтями своим кинжалом, Мирия дремала на моем плече. Я же с тоской смотрел в окно. За окнами начало подниматься солнце, слегка раздвигая тучи и озаряя колхозные поля. Красиво, но все равно тесно! Вроде я тут главный, самопровозглашенный, но главный! А мне даже персональную карету не выдали. Я все понимаю, мы награбили столько, что надо радоваться, что вообще еду, а не пешком рядом иду, но все-таки…

– Я вот чего подумал, – вдруг заговорил Алекс. – Шут у нас выдвинулся на главу города, я как бы не против. Но зачем он тогда собрал три отряда?

– Надо меньше шляться по бабам, – укорил я его. – Был бы в курсе. Сколько раз ты отомстил той девке?

– Должок за мной остался – я рассчитался. Надо было рассчитаться, – возмутился Алекс и тайком показал три пальца. Позёр. – Я вообще-то тоже на наше благо поработал, а до сих пор не понимаю, нахрена я тебе вообще помогаю. Вроде ничем тебе не обязан…

– Спроси у Рона, он у нас умный, – кивнул я в сторону монаха.

Рон открыл глаза и посмотрел на нас.

– Да вы все чертовы твари заодно! Вот почему Я вам еще помогаю? Кто мне ответит? – он вскинул руки, ударив локтем Алекса.

– Отличная помощь. Вот сколько тебя вижу, проку не заметил ни разу, – ответил Алекс.

– Не бухти, – я пришел на помощь монаху. – В храме он мне помог. Я там подыхал, а он такой голый да на меня…

Карета наполнилась смехом. Рон вяло оправдывался и стеснялся, как барышня, Мирия вспоминала проделку Шута, из-за которой Рон вышел из нашего боя. Я тихо злился и вспоминал свою практику и жизнь. Дорога началась нормально. Не сказать, чтобы желанная, не сказать, чтобы удобная, но у нас была цель. И мы к ней шли.

Почти весь первый день мы прошли без остановок, разбив лагеря только к закату. Множество людей разбрелись по ближайшим полянам и устраивались на ночлег. Мы решили примкнуть к цирковой группе, так как у них практика переездов больше нашей. И не прогадали. Шут отличный организатор, отправил Алекса с жонглерами на поиск хвороста и всего, что можно поесть, Рону он дал наряд последить за ранеными, пока я спорю с его поваром о способах готовки мяса с розмарином и гвоздикой. Вечер был не самым плохим. Мирия от меня не отходила, старший от наемников, сам Ремалит, посетил нас к ужину, а потом и старшины стражи подошли. До самой ночи мы провели время в разговорах, Рон протирал пчелиные укусы у Алекса и его помощников. Мирия нашла где-то шерсть и крутила шерстяные нитки. Благодать.

Новый день мало чем отличался от предыдущего. Наше расчетное время пути растянулось до полноценного месяца в самом плохом варианте. Так что к обеду этого дня мы решили собрать первый передовой отряд, что поедет в город и подготовит местных ко встрече гостей. Разумеется, во главе этого беспорядка буду я. Рон и Мирия это мой личный багаж, так что это даже не обсуждалось. Алекс пожелал ехать со всеми, так как он хочет отдохнуть от меня и Рона. К нам присоединились девять человек из Кампфа, три стражника Мельдора и три наемника. Много или мало, не могу сказать, но с нами придется считаться в любом случае. Двадцать человек это вам не это. Основная наша проблема это сильно раненный лучник из нашего первого отряда добровольцев. Лучник второго поколения, ранение в живот, но удачное, ничего важного не повреждено. Но это же наш. Лесард Кимали, немного смуглый мужчина с офигенным луком и мастерством. Я приложил его косой, и весь отряд вздрогнул от жуткого крика, из-за которого все живое на километры вокруг припало к земле и прикинулось ветошью. Неужели и я терплю такую боль? Потом все улеглось. Лесард поднялся и первым делом побежал в кусты. Нормальная реакция, сам проходил через подобное.

Мы отделились от основной колонны. Двадцать человек на восемнадцати лошадях и в одной карете. Припасы еды и наличные. На четвертый день хода Мирия, наконец, от меня отлипла, отпустил ее страх остаться одной. Она все время была в карете, а я среди своих людей на коне. За время пути до Мрачного моста мы неплохо сдружились. Не могу сказать, что они мне все стали как родные, нет, они даже друзьями мне не были. Слишком неравные статусы. Другом мне был только Рон. Он светлый паладин, воин света – я темный паладин, рыцарь смерти, если угодно. Равенство есть, и больше нам не нужно. Раньше всегда был перекос.

И да, если кто спросит – почему мой друг не Мирия. Так я вам отвечу: если мужчина и женщина стали друзьями, то любви и страсти между ними не будет никогда. Друзьями можно стать и позже, после любви и страсти, но вовсе необязательно. Главное это уважение и понимание! Я уважал Мирию за ее силу воли, за стойкость и любовь ко мне. Она уважала и любила меня за силу и стальные нервы вкупе с волей. Да, я был сильным, ибо, если ты хочешь что-то, считаешь, что ты этого достоин – тогда иди и бери! Готовься держать удар от жизни, и не ищи виноватых в своих неудачах. Виновник всегда в зеркале! Вот такое у меня мнение.

Мрачный мост стал нашим привалом. Стражники и наемники сначала дёргались при виде огромных троллей, но потом и они немного отошли, что-то щёлкнуло в их головах, и они затихли. Тролли взяли с нас плату, открыли свои закрома, а я договаривался об их помощи в городе. Борис в этом помогал. И переговоры достигли успеха. От моста мы ехали с двумя молодыми троллями, что взяли с собой только мешки с едой и деньги. Прямо как мы. Хи-хи.

К Кампфу мы вышли уставшие как сволочи, так как отказались от очередного привала и решили пройти еще пару десятков километров засветло. А все почему? Потому что на нас вышли Тихие, сразу двое. Узнали, расспросили и сказали, что все будет в ажуре. Вот мы и поперлись. Город встречал нас своими темными стенами и редкими огнями в бойницах. Погода как назло испортилась, и шел мерзкий моросящий дождик. Именно сейчас я осознал, что считаю Кампф своим домом…

Ворота распахнулись перед нами и пропустили всю нашу группу под каменный козырек. Нас действительно встречали как подобает. Принесли пива и вина, немного хлеба, а также рядом была столовая гарнизона для желающих. Девятка героев сразу пошли в столовую рассказывать о подвигах, а я встретился с Медведем.

– Долго вы добирались, – обнял меня здоровяк. – Мы уж беспокоились, мало ли что. Я вижу, вы нашли свою жену. Мое почтение, – он взял ладошку Мирии и поцеловал ее.

– Я зло неизбежное, никуда я вас не отпущу, – ответил я на радостную встречу. – Устрой наших новых жителей, – я указал на отдыхающих наемников и стражников.

– А это что за… – Медведь заметил двух троллей, что озирались и рассматривали стену.

– Это Лелик и Болик. Тролли, согласившиеся посмотреть на наш город. – Я повернулся к троллям. – Эй, нравится стена? Красивая, ага. Она ваш новый дом. Берегите ее. – Тролли зарычали как-то возбужденно, а потом кинулись на стену и поползли по ней наверх. Надеюсь, они из нее мост делать не станут. – Этих не трогать. Сообщи всем и быстро. Если они тут обживутся, будет у нас лучшая стена на всем полуострове.

– Ага… – только и сказал начальник гарнизона, провожая взглядами две темные фигуры. – В общем, город продержался в ваше отсутствие нормально. Разбоев не было, на власть никто рот не разевал. Даже я. Вы вернулись все? Я тут цирка не вижу.

– Медведь, за нами колонна в несколько тысяч душ. Приготовьтесь их встречать. Организуй места размещения. Отправь стражу по городу, пусть найдут все незанятые дома и то, что можно отремонтировать в ближайшее время. Опись проведи, в конце концов. Всех надо разместить и устроить. Я пока домой пойду. Устал с дороги.

– Не задерживаю, но тебя ждали три картеля, у них какие-то дела к тебе. Я их выслушивать не стал, приказал ждать.

– Прямо-таки приказал? Погоди, а где Рон? – я покрутился на месте, но не обнаружил монаха.

– Так он сразу к себе пошел, как только его наши узнали. Возмужал наш церковник, прямо другой человек, – уважительно закивал Медведь. – Ладно. Если что, я тоже дома буду. Смена ночная за мной была, но я, наверно, новеньким эту честь отдам. А золото с твоей кареты я к себе отнесу пока, посчитаю, помечтаю. А еду я солдатам раздам, пусть трескают черствые колбасы и сыр, – он улыбнулся и кивнул.

На том и разошлись. Я привел свою жену в наш новый дом. Она, как кошка, сразу принялась обнюхивать все углы и совать свой любопытный нос во все щели. Потом принесла кучу трав, свертков и каких-то фигурок и бросила все в разожжённую печь. Нашла, значит, закладки Вереены? Ну вот, дом обрел свою хозяйку. Я немного покрутился на кухне, но так как никакой еды здесь не осталось, пришлось обойтись только чаем. А ночью… я собирал долги со своей жены.

Утро было неприятным. Стук в дверь в качестве будильника меня нисколько не привлекал, но сам виноват. Не надо было ее закрывать.

– Чего тебе, злобная твоя белая душонка? – спросил я у Рона.

– Я еду принес! – он показал мне две корзины.

– Ага, только приготовить забыл, – я пропустил его в дом. Рон разложил набранное им на рынке и начал разжигать погасшую печь. – И чего тебе в твоей церкви не сидится? В могилу меня загнать хочешь? – спросил я и упал на стул у стола.

– Пока ваша темность, дрыхнуть изволит, в городе течет обычная жизнь. А то, что мы с дороги, не есть оправдание. Не есть же?

– Тебе лишь бы пожрать. Ладно, что ты там приволок?..

Мирия вошла в комнату спустя полчаса. Присела скромно на стул и забрала у меня кружку с остывшим чаем. Кивнула сонно, встряхнув своими волосами, едва не приложившись лбом об стол.

– Доброе утро, брат Рон.

– Доброе утро, ведьма! – поддержал ее монах. – Влад, я настаиваю на своем! Церковная школа нам нужна срочно! Знахари тут просто дилетанты.

– Рон, еще раз ты мне заговоришь о церкви, я не положу тебе бекон к яйцам. Я всего как неделю из ваших святых мест выполз. – Я поднял сковороду и перемешал содержимое. – Если ты заботишься о здоровье населения, тогда иди к Вереене и договаривайся с ней об открытии школы знахарей и лекарей. Мне филиал Тира под боком вообще не упал.

– О чем говорите, мальчики? – лежа на столе, сонно уточнила Мирия.

– Рон переживает за здоровье моего города.

– Твоего? – Мирия поднялась со стола и посмотрела на меня.

– Пока да. Ой… а я разве не рассказал? – я повернулся с двумя тарелками.

– Об этом мог бы и сказать! – немного резко сказала она. – Я твоя жена! Я должна знать такие вещи!

– Пока ешь спокойно. Я на место градоправителя Шута поставлю.

Мирия покачала головой, а потом кивнула.

– Да. Он, наверно, справится.

– Боже! За что мне все это? Шута на трон города! Вы, темные, совсем с ума посходили. Король едва только заслышит об этом, этот город на камни раскатает! – запричитал монах. – Пока у города нет власти, это не город, а недоразумение на дороге. Может, хоть зима пусть пройдет?

– Зимой они на нас не пойдут. Переход большой, а войска на морозе думают медленно. Я выставил тарелку для себя и сел за стол. В этот же миг в дверь постучали. Нет, ну вы просто издеваетесь. – Войдите, не заперто.

Дверь приоткрылась, и в нее просунулись сразу три головы. Стража гарнизона. Надо им нашивки сделать, чтобы хоть идентифицировать с местностью. Восточный это гарнизон или северный. Дверь открылась полностью, и один из стражников вошел внутрь.

– Я тут, это… Мы алхимика поймали, – немного помявшись, доложил вошедший. – Его западный дозор обнаружил. Пять человек охраны, в бой вступать не стали. Языка не знают. Мы их до города довели и вот…

– Что вот? – спросил я.

– Ну, вас ожидаем.

Я вздохнул. Утро уже изначально летело к чертям, чего уж теперь…

– Сейчас подойду. Западные ворота? – Стражник кивнул. – Ждите у входа.

– Я с тобой пойду, – заявил Рон и поднялся со стула.

– Даже не доешь? – я поднял одну бровь. В первый раз он сам поднялся из-за стола, не доев.

– Потом доем. Алхимик в наших землях очень редкое явление…

До западных ворот мы шли довольно долго. Надо потом переселиться ближе к центру города, графский замок занимать не хочется, а вот большие дома около него можно и занять. Западные ворота были намного скромнее восточных, но не менее крепкие и защищенные. Начальник этого гарнизона сам вышел ко мне. Я протянул ему руку.

– Коп, – представился начальник стражи западных ворот. Оригинальное имя? Или неплохое погоняло? По лицу видно, что человек прошел многое в своей жизни.

– Влад, – ответил я. – Что у вас?

– Алхимик, но выдает себя за торговца. Языка нашего не разумеет, говорит на языке люлюков. У нас только два человека его знают, да и то не очень хорошо.

– Ясно. Показывайте алхимика. Он, надеюсь, не сильно избит? – я продолжил идти вместе с тремя стражниками, Роном и начальником гарнизона.

– Вообще не трогали его. Охрана алхимика выглядит тертой боями, а нам не было приказа нападать на всех подряд.

Мы прошли еще немного в сторону ворот и свернули в узкие проходы караулок. Повернув еще пару раз, мы вышли за территорию ворот через небольшую дверцу.

Почти сразу увидели достаточно интересную карету на шести колесах с четверкой красивых рыжих лошадок в украшениях, прямо напротив закрытых ворот. Около этой большой кареты стояли пятеро пестрых воинов с красочными шлемами, а в дверях кареты сидел немолодой узкоглазый и смуглый человек в красном костюме с черными штанами. Рядом с ним был один из наших стражников. Ну, еще около кареты было около десятка наших бойцов, но это мелочи. Я двинулся к карете. Азиат поднял глаза на меня и обратился к нашему стражнику. Тот ответил и повернулся ко мне.

– Это господин Гераника Кинао. Торговец пряностями и товарами медицины. Он прибыл из дальних земель…

– Достаточно, – остановил я стражника. Сам же протянул руку торговцу Геранике. – Влад.

Торговец аккуратно подал мне руку. Глаза его расширились, когда я ее крепко пожал и встряхнул.

– Ренил раника те ма ли-то, – ответил он и несмело улыбнулся.

– Он сказал, что рад вашей встрече, – встрял стражник.

– Это мне и по интонации было понятно, – я повернулся к остальным стражникам: – Открывайте ворота!

Ворота распахнулись, карета стала заезжать внутрь. Я с Роном и Копом шли рядом. Уже во внутреннем дворе, когда карета остановилась, торговец Гераника подошел ко мне и поклонился.

– Скажи ему, что мы рады его приветствовать в темном городе Кампфе. С этой минуты он наш гость, – сказал я стражнику.

Тот, запинаясь и периодически жестикулируя, выдавил нечто похожее на связную речь. Гераника кивнул и что-то ответил.

– Он желает показать вам свой товар первому. Его традиции не позволяют торговать тем, что не нравится старшему города.

– Давай, пусть показывает! Никогда не видел алхимических наборов, – оживился Рон.

– Рон, у тебя денег нет для этого, – возразил я.

Но вот торговец обратил внимание но Рона и ткнул в его сторону пальцем.

– Тираш! – сказал он коротко.

Я кивнул и ударил паладина по плечу.

– Тираш, Тираш, – поржал я. – Заметь, Рон, у тебя прямо на лбу написано, кому ты кланяешься. Причем на всех языках.

– Богу поклоны отвешивать есть честь. А вот смеяться над святым человеком – грех, – отмахнулся Рон.

Однако Гераника поклонился Рону намного более почтительно, а затем открыл одну створку на своей кареты, открывая нам вид на множество склянок и баночек. Аромат приправ и трав ударил нам в нос. Как же я долго этого ждал…

Чабер, кардамон, хрен, шалфей, базилик, розмарин, кресс-салат, шафран, чеснок, базилик, карри, чёрный перец, красный перец, сладкий и жгучий, эстрагон, душица, мускатный цвет, кардамон, мин, тмин, иссоп и самое ценное – лавровый лист!!! И это еще не полный список. Мой нос просто сходил с ума от изобилия запахов. Меня понесло, я собрал целую сумку с баночками и склянками. И я не ограничивал себя только пряностями, я набрал еще и уксус всех сортов, сухофрукты и маринованные овощи. А еще у него было мыло!!! Мыло!!!

Наконец, меня схватил за пояс Рон и вытянул из кареты. Я встряхнулся и подумал, что, наверно, хватит.

– Тебя что, чарами опутали? – забеспокоился Рон, поглядывая на торговца и троих бойцов его охранения.

– Ты еще ноги целовать этому торговцу будешь. – Я повернулся к своему переводчику. – Спроси, на сколько я собрал себе радости?

Тот задал вопрос и, получив ответ, немного побледнел.

– Почти сорок золотых, – тихо просипел он.

Я молча вынул кошель из-за пазухи и отсчитал сорок золотых кругляшей. Целое состояние. Но этого запаса мне на год хватит минимум. Протянул деньги торговцу, тот сразу подобрел и начал бубнить какую-то чушь.

– Стража. Гостей разместить в таверне за мой счет. Всех накормить, приласкать и убаюкать. Это наши гости. Завтра проводите их с каретой на торговую площадь. Выделите им переводчика и группу сопровождения, чтобы не плутали. Ведьму к ним не пускать, пока она деньги не покажет. Всё! Вольно.

Я еще раз пожал руку торговцу и подобрал с земли две корзины и тканую суму с моими покупками. Вот сегодня я буду творить, и никто меня не остановит. Дав указание Рону купить говядины и свинины, а также сырого теста, яиц и муки, я пошел в сторону дома.

Планы мои разбились о быт. Не успел я расставить все свои припасы на полки около печи, как ко мне пришли строители из артели и затребовали свои сто золотых за мою постройку. Я отправил их к чертям, а бригадиру сказал, чтобы он вечером присутствовал на испытаниях и контрольной проверке постройки. Тот сказал, что не очень этому рад, так как строил то, что сам не разумеет, но придет. К обеду пришли из торгового клана и хотели выбить себе кучу разрешений и льгот на торговлю, их я отшил, ссылаясь на Шута, что прибудет в течение недели. Потом пришел Медведь и выпросил у меня денег на пиво для караула. Ему выдал. Премия – дело хорошее. Потом Медведь пришел снова и пожаловался на троллей, что начали ломать одно укрепление у городской стены. Обещал подойти к нему попозже, а его пригласил вечером к моему новому приобретению. Готовить я начал ближе к обеду, когда Рон просверлил мне голову насквозь.

– Это что? – Рон с Мирией смотрели на тарелки с пельменями и листиками лаврушки, посыпанные перцем, на краю тарелки лежала прохладная сметана и стояла чашечка с красным перцем. Я же стоял гордый и довольный собой. Мечтать нужно о великом и идти к своей цели!

– Это! Эволюция современной кухни! – провозгласил я. – Рон, тебе честь первому попробовать мое блюдо. Бери ложку и вспомни, как ты меня от торговца оттаскивал. – Рон подхватил ложечкой один пельмень, подул на него и закинул в рот. Пожевал немного и кивнул, подняв брови домиком.

– Я всегда говорил, что тебе место не в палачах, а среди поваров. Это прекрасно! И несправедливо, что именно темные готовят так хорошо.

– Вне всякого сомнения. Переходи на нашу сторону, у нас есть еще и печенье. Любимая, ты как?

Мирия ежилась от набора специй, но стойко жевала свой пельмень. Наконец она прожевала его и подхватила следующий.

– Я никогда не сомневалась в твоих талантах.

Я хотел ответить и ей, но в дверь постучали. Да кто там еще? Вы что, на запах летите? Я подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял Медведь и бригадир артели строителей.

– Вот увидел, стоит около двери да постучать никак не может, – сказал здоровый Медведь и похлопал по плечу строителя.

– Заходите, перекусим и пойдем на тестовые испытания, – пропустил я гостей к своему богатому столу.

После сытного перекуса я взял все незанятые простыни из своего дома и в сопровождении коллектива пошел на соседнюю улицу, где стояло мое нововведение. Небольшая баня из сруба сосны с покатой крышей и дымящейся трубой. Мирия хотела пойти с нами, но я запретил. Не надо оно мне. Мы все вошли в жаркий предбанник, где стояли запасные ведра с водой.

– Теперь все раздеваемся, – дал я команду и сам начал обнажаться.

– Чего? – не понял бригадир…

Дверь бани распахнулась и под клубами пара из нее выскочили бригадир Ганук, монах Рон, начальник гарнизона Медведь. Я вышел спокойным шагом, в руках у меня была кружка с пивом. На данный момент я был единственный в простыне через пояс, остальные же выбежали как есть.

– Адово пекло! – прохрипел Рон. – Как так можно? С живыми-то людьми!

– А я вот вижу недоработку нашей бригады, – сказал Медведь и упал на лавку под козырьком вдоль стены бани. – Забор надо поставить. Да повыше.

– Это верно. Ганук, ты согласен, что работа недовыполнена? – я тоже сел на лавку.

– ЧТО? Ты о чем? Я думал, ты нас убить хочешь! Какой к черту забор?

– Успокойся. Помоешься да иди с богом. Держать не буду. Рон, не смущай горожан своим атлетическим торсом, прикройся.

Монах скрылся в предбаннике, откуда до сих пор валил пар, потом появился с пивом и обмотанный простыней.

– Темные ритуалы, мне не по душе, – сказал он. – А пиво очень хорошее.

– То ли еще будет. Кто на второй круг?

Через полчаса мы вновь сидели на скамье перед баней. Медведь допивал свое пиво и потирал руки, с которых слазила грязная шкура. Рон просто смотрел на звездное небо, а я общался с бригадиром. Решили, что за пять золотых он воздвигнет невысокий забор вокруг бани. Еще мы обсудили общие принципы работы сего помещения. Я сделал заказ на еще три бани для стражников ворот, а также потребовал возвести две большие бани, у борделя и у каменоломни. Пусть народ привыкает к чистоте. Затем все помылись, обсохли и расползлись по домам. Надо еще веников нарезать, но, к сожалению, я вообще не помню, как их делать…

Следующие три дня я крутился в заботах и проводил презентацию нового функционального помещения. Строительная артель выделила три рабочие группы на возведение банных домиков, чем неслабо затормозила восстановление города, но к зиме бани только на благо. Мой бюджет похудел на полторы тысячи золотых, так сказать, на санитарные расходы. Пришлось создавать группу водовозов и растопщиков, которых выделили в отдельную профессию – банщиков. Зарплата у них была не фиксированной, но достойной в любых ее пределах.

Еще я встретился с тремя держателями публичных домов, которые за свой счет хотели изменить специфику бань и их использования. Списал их на Шута, дав предварительное согласие со своими пожеланиями. Как я понял за эти дни, я качнул весьма не мелкий камень, что менее чем за неделю собрал нефиговую кучу, вызвав оползень. Эта сфера коснулась очень многих, для начала возросли цены на торф и кокс, что добывали из болот немногочисленные работники этой структуры. Пришлось заняться и этим вопросом. Столяры тоже прониклись данной отраслью и стали работать на красоту и роскошь, немного больше, чем это было нужно, появились новые товары на рынке. Неожиданно подскочила цена на мед, так как Мирия успела ляпнуть, что мед в горячей бане очень благотворно влияет на кожу молодых леди, и мед почти целиком исчез с прилавков. Идея чистоты и горячего пара при одной-то действующей баньке уже вызывала нервную дрожь рынка и тик моего глаза. Шут меня на куски порвет…

Торговец пряностей после двух дней слабой торговли, по моему совету, пошел ва-банк и, наняв троих поваров на рынок, открыл небольшое кафе, где демонстрировал достоинства своего товара. Торговля пошла, а я наложил налог на ввозимый товар в размере пяти процентов с оборота, чем немного улучшил состояние казны и немного поднял цену на товар.

А к концу этой недели в город прибыли наши отставшие люди. Город вздрогнул. Шут рвал на себе волосы не долго, примерно пару часов. А потом сел, взял перо и бумагу, позвал троих соратников и начал работать. На следующий день он выработал небольшую кипу реформ и порядков города. Пришлось выводить его в люди, представлять и выдвигать на пост мэра города. Люди у нас не очень инфантильные, но как говорится – мое мнение уважали. Шут занял замок графа, выгнав на улицу торговую картель, что до него обитала в столь большом помещении. Смешки на тему Шута-мэра утихли через пару дней, когда реформы начали набирать обороты. Город почувствовал новую власть и немного взбрыкнул. Однако в этом взбрыке город объединился и начал жить немного более слаженно.

Открылись торговые площадки, появились торговые объединения, связывающие рабочие группы и картели. Появились зачатки экономики. Открылись новые рабочие места, профессии и востребованные ресурсы. Шут никогда не был дураком, как бы дико это ни звучало. Он довольно скоро подмял город под свой уклад жизни. Основал министерства и раздал полномочия. При всем при этом у нас не было чиновников, которые утопали в своей власти. Разве что я, начальник местного правосудия и наказания. Мне было до всех одинаково. А механизм был уже запущен. Торговец пряностями выехал из нашего города загруженный своими записями и нашими товарами. Обещал провести рекламу и призвать торговые дома на связи с нами. Работа началась, впереди длинная и тяжелая зима для нас всех.

Страшно сказать, но к выпадению первого снега мы были готовы. Склады городские и частные были забиты всем, чем только можно. Население города было крайне лояльно по отношению к нашему правительству. Почти. Шут был просто в бешенстве как минимум два раза за неделю, когда собирал с министерств записи и отчеты о проделанной работе.

Если кому интересно, тролли подошли к своей стене очень основательно, отремонтировав почти полкилометра стены. Теперь стена была не только выше, но и крепче, теплее и более функциональной. Новые помещения, козырьки и защитные постройки. Тролли, кстати, плодились, мы еще не поняли как, но мое скромное мнение, что почкованием. Зарплата троллей была простой и сложной одновременно – еда. Но жрали они ее столько, сколько вся строительная артель не жрет всем своим составом. Однако Шут сказал, что это очень хорошая задумка, и он сам займется ее проработкой. Там же такие перспективы…

Бани выросли до крупного бизнеса, в котором уже появилась конкуренция, а также попытки влезть в установленную структуру. Бордели вышли на новый уровень – министерство по услугам населению. Куда стали входить не только продажные девки, но и несколько дорогих ресторанов, отдельный банный комплекс с различными приличными услугами. Появились льготные программы для армейских. Чистота города также выпала на их долю, но они взяли ее на себя почти добровольно, так как это какие-никакие деньги из бюджета, а сама работа – способ наказания в их структуре. Тема ресурсов тоже была отдельной головной болью. Была даже вспышка восстания, но ее подавили быстро, однако мне пришлось поработать.

Армия вышла на новую ступень своего развития. Верхняя ступень – гвардия города, она же – Темная гвардия. Лучшие рыцари и лучники, конные бойцы и берсеркеры. Вторая ступень – Стража города и стен. Она же таможня и полиция. Третья ступень – городская служба и мирные призывники. Мой указ, гласящий, что каждый житель должен раз в месяц брать в руки оружие и проводить один день на службе, никто не отменил, более того, зимой срок службы увеличился до недели, что хорошо воспринималось жителями, так как на службе тепло и сытно.

Что я еще забыл? Алекс нашел свое место в городе – он поднялся до наставника нового поколения воинов и лазутчиков. Работа не ахти какая, но его уважали и даже любили. Девок у него было просто тьма, все хотели себе друга мэра и палача. А страшнее нас силы в городе не было.

Медицина у нас поднялась не очень сильно, но довольно заметно. Лекарства поступили в продажу, но если лечиться в стационаре у ведьмы и ее мужа Рашиха, то лекарства за счет медицинской казны, что пополнялась за счет пожертвований и из городской казны, а также от продажи лекарств. Хочешь лечиться с комфортом – покупай лекарства на мелкие недуги, а потом ложись на нормальное лечение. Ведьмовские зелья шли потоком и под заказ. Приворотные зелья были запрещены как класс. Но под этим крылось сразу два плюса – большая цена на запретное и большой налог на его продажи для ведьм.

Месяцы шли, и вот мы на пороге очередного года. Самый короткий день в году был признан днем нового года. Городские гулянья длились от одного рассвета до другого. Город Кампф стал единым. Он жил как единый организм. От прежней жизни были только мрачные воспоминания, и это было хорошо. Кстати, о «хорошо». Брат Рон расширил свою церковь до церковного предела и принимал не менее пары сотен прихожан. Я всегда контролировал этот процесс, но ни разу не прибегал к действиям. Люди хотели надежду и веру – они ее получали. Что в этом плохого?

В город приходили новые жители в течение зимы. Им всем находили место и работу. Привыкали они сложно, но довольно быстро, вникая в простые реалии и незамысловатые требования. Мы ожидали, что новенькие будут сопротивляться нашим порядкам и налоговой системе, но нет. Месяц-два и всем ясно, для чего платятся деньги и как можно зарабатывать больше.

Моя Мирия ходила со своим тяжелым круглым пузом и всячески шпыняла меня. Меня! Палача! Но я терпел, она мать и ей можно. Много я перенес геморроя от ее беременности? До задницы! Но не плакал, у меня свои заботы, они помогали отвлечься и успокоиться.

Впереди была весна, со всеми ее проблемами и грядущими бедами. В один из дней у меня дома было собрание глав, двадцать человек сидели на головах друг у друга, но выносить разговор за стены никто не хотел. Мы смотрели на нарисованную карту и оценивали свои перспективы. Знания, данные мне тьмой, пугали не только меня, но и моих соратников… Мы не выстоим…