Текст книги ""Фантастика 2026-112". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Арлен Аир

– Я тебя убью! – закричал он и подпрыгнул на одной ноге. При его приземлении земля вздрогнула и словно волной пошла, я упал на задницу. – Из-за тебя моей семьи больше нет! Я отомщу!!!

– Твои дочери в соседнем квартале, Ига. Услышь меня! Я не дал их убить!

– Это уже ничего не меняет! – он снова подпрыгнул, и земля вновь вздрогнула.

– С ними Мирия! – Ага, затих? Убьёшь меня, и моя ведьма точно равнодушной не останется. Ига опал на колени, встряхнул головой. – Ига, пошли из города. Пресветлая опоила короля, это почти точно. Теперь это город светляков. Нам тут все одно места не будет. – Шаман протянул мне руку, и я взял ее, не выпуская косы. Ига поднялся. Посмотрел на меня.

– Спасибо за семью. Но это мало что меняет. Я с тобой не пойду.

– Я и не звал, – удивился я его предположению. – Иди куда хочешь. Ты помог мне в первый день. Я помогу в последний.

Мы принеслись к дому, где были наши девочки. Дочери не сразу признали помолодевшего отца, но быстро привыкли. Дальше предстояло самое сложное. Колокола города отбивали тревожную мелодию. Военное положение в городе. Бежать будет сложно. Вот тебе и праздничная неделя…

До городских стен наша компания добралась без особых проблем. Удобно иметь в отряде шамана, он всегда знает, что за углом и кого мы встретим в следующем переулке. Грязная работа как всегда пала на меня, но я не жаловался. Наконец мы вышли к конному двору.

– Берем лошадей и запрягаем их в карету. Так нам стрелы будут не очень страшны, – сказал Ига.

– Да не вопрос, только я ездить не умею.

– Ты глухой? – злобно посмотрел на меня шаман. – Я же сказал – карету.

– Всё, мой косяк. Понял. – Я подошел к ближайшей лошади, но та от меня шарахнулась, как он змеи. – Чего это она?

– Лошади знают, что ты темный, да и кровью от тебя несет за километр, – хохотнул шаман.

Я немного обиделся, лошади, единственный транспорт мне недоступен? А может… Я выхватил косу и подошел к упирающейся лошади. Тьмы в косе должно хватить на мою затею. Касание косой лошадь перенесла почти в панике, но сразу успокоилась. Тьма с косы слезла на голову животного. Глаза коняшки стали красными, появился тонкий узкий зрачок. Окрас животного поплыл и стал матово-черным. Грива и хвост также стали черными и длинными. Лошадка выпустила из ноздрей два пучка пара и окончательно успокоилась, подошла ко мне.

– Вот она, лошадка моей мечты. Черная и красивая, – похлопал я свой новый транспорт.

– Это конь, – поправил меня шаман.

– Так даже лучше. Будет мне потом адских лошадок плодить. – Я засунул ногу в стремя и попытался заскочить. Получилось со второго раза. – Я, наверно, так поеду.

– Делай, что хочешь, – вновь злобно сказал шаман, пока пытался собрать в кучу три лошади. Девочки ему активно помогали.

Я начал практиковаться в управлении новым устройством и пару раз прошелся по дворику. Мой конь слушался великолепно, даже поводья держать не надо. А затем к нам во дворик заглянули три стражника. Я кинул в них косу. Два за раз! А вот третий дал деру. Жаль. Но преследовать его сейчас не с руки.

С каретой мы управились не сразу, но у шамана опыт был, так что все в рамках расчетного времени. Теперь встал вопрос, как пробиваться через стражу и мотать из города. Здесь помог шаман со своим бубном. Карета шла первой, я за ней, а перед экипажем летели серые тени, что не только разгоняли непонятливых, но и иногда рвали людей на части. Ворота открыли тоже тени. Так что можно подытожить – вышли тихо и незаметно, на двоечку. Впереди была еще деревня, а сзади много злых дяденек.

Хоть в деревне нас никто не кантовал и не препятствовал. Мы неслись по слабенькой грунтовой дороге, размытой дождем, и периодически оглядывались на замковые ворота. Уже на выезде из деревни, когда ворота легли под наших копытных, из замка выехали всадники. Стало немного веселее. Дальше была обычная погоня, как в лучших традициях жанра. Я уже хотел пересадить Мирию к себе и ломануть в другую сторону, но совесть проснулась и не позволила.

Нас начали нагонять, сзади уже были видны факелы преследователей. Я обогнал карету и прижал коня как можно ближе к ней.

– Я останусь. Задержу тварей, – проорал я.

– Это глупо, ты не выстоишь долго, – прокричал в ответ Ига.

– Тогда я возьму Мирию и сменю направление, пока вы будете уезжать, мы отвлечём их на себя.

– Это можно!

Мирия перелазила из кареты на круп моего коника немного нервно и с адекватной степенью страха. Упасть сейчас, под колеса или копыта… Но все прошло удачно. Я помог ей сесть сзади меня, мы немного отодвинулись от кареты.

– Спасибо, палач. Прости, если что. Может, еще увидимся, – немного подобрел шаман.

– Давай вали вперед! – ответил я, и мой конь начал сбавлять ход. Осталось подождать погоню.

Карета унеслась вперед по узкой дороге, что терялась среди высоких деревьев. Тьма вокруг да надоедливый дождик играли в нашу пользу, хоть и мешали нам. Преследователи догнали нас, и мы с Мирией рванули вглубь леса. План сработал, все рванули за нами. Мой конь очень хорошо преодолевал корявую местность и не стремился ломать ноги на корнях. Чудо-лошадка. Пробирались мы довольно муторно и долго, пока не вышли к небольшой поляне. Я остановил коня и спрыгнул с него. Мирия последовала за мной.

– Садись обратно и скачи отсюда. Спасайся сама и спаси нашего ребенка, – бросил я жене.

– Я не уйду! – сказала она и схватилась за мою руку. Глупая ведьмочка. Отсюда не уйти, мы не знаем местности.

– Уйдешь, – я повернулся к ней и выдернул руку. – Быстро! – гаркнул я на нее. Она отступила от меня в страхе, но быстро пришла в норму. – Садись на лошадь и беги. Спаси себя, укрывайся и прячься. Я найду тебя.

– Спасибо, – тихо сказала она. В небе сверкнула молния.

– За что? – символически спросил я и выставил в сторону свою косу.

– За еще один день…

– Уезжай, пока не поздно! – она помедлила и, подбежав, поцеловала меня.

– Шут сказал, как тебя зовут… Владислав… – Сердце мое один раз сбойнуло и забилось сильнее.

– Уезжай, жена… – тихо сказал я.

Она повиновалась. Залезла на черного коня и, сменив направление, поскакала в сторону деревьев. Я вытер надоедливые капли с лица, выставил левую руку в сторону. На руку сел Борис.

– Готов, Боря, повоевать? Будет много крови.

– Кр-рови! Бор-рис воин! Бор-рис будет ср-ражаться! – своим замогильным голосом крикнул мой храбрый попутчик. А потом вскинул голову и каркнул так, что со всех сторонних деревьев взлетели тысячи ворон и воронов, которые начали кружиться вокруг нас. Борис взлетел к ним. Полководец. А мы пока подождем.

Ожидание длилось не долго. Первые всадники выскочили из гряды деревьев, и один из них сразу получил мою косу в грудь, он еще не успел упасть, а коса уже была в моих руках, для следующего броска. Четвертый всадник выхватил стрелу из-за спины и натянул лук. Вот здесь вступил в бой мой птиц. Лучника буквально снесло с его седла огромной черной стаей птиц. Сразу раздались крики и дикий вой заклеванного человека. Не убьют это точно, но спасибо, что отвлекли. Я снова кинул косу, опять в цель. А затем рыцари начали спешиваться.

Бросок удался еще один раз, а потом пришлось вступать в рукопашный бой. Коса вернула свое раннее состояние, став просто зловещим оружием жнеца. С боевой косой тут никто ни разу не сталкивался, поэтому первые два рыцаря легли почти без боя. А потом появился рыцарь света, чей освещенный меч не рубился темным оружием. Началось мое окружение. Одна из стрел пробила мне правую ногу, другая чиркнула по виску. От ворон отмахивались мечами, так что бедные птицы падали пачками. Дождь сопровождался вспышками молний и грохотом грома, птицы орали. Бой шел в спешной фазе. Удар, удар, ранение, снова удар – и так по кругу. Я убивал довольно проворно, даже рыцарь света не выдержал натиска и моей поддержки с воздуха. Тело мое наполнялось ранами, я начал ощущать слабость в конечностях и проворонил подлый удар со спины. Бок вспыхнул болью, а один из болтов пробил мне бицепс на левой руке. Врага становилось все меньше, а я оставался на ногах. Израненный, но не сломленный. Еще один латник пал от моего удара, и здесь вороны разлетелись. Значит, Бориску зарезали. Жаль, хорошая была птичка. Следующая жертва подрубила мне ногу под коленом, и я завалился. С этой позиции мне было крайне неудобно, но осталось только три рыцаря. Бросок косы увенчался успехом, а ее обратным полетом срезало еще одну нерадивую голову. А потом коса покинула мою руку от сильного удара. Тяжелые сапоги придавили меня к земле, и холодная сталь пронзила мое тело прямо под сердцем. Мазила!

Человек в шлеме наклонился над своим оружием, и клинок начал вонзаться в землю, весьма болезненно прорезая меня. Его глаза были на моем уровне, он приближался, и его дикие глаза ликовали в смотровой щели шлема. Я терял силы, но смог-таки найти за поясом нож из пыточной и с размаху, на последних силах, вонзил его в шею этой светлой погани. Меня сразу обдало горячей кровью, что попала и в глаза и в рот и в нос. Тело отвалилось от меня, оставив мою тушку приколотой к земле. Сил не оставалось. Я посмотрел в темное небо. Веки мои сомкнулись раз, еще раз – и закрылись совсем…

Что удивительно – я очнулся. Клинок все еще возвышался над моим телом, импровизированным крестом. Все тело не просто болело, а адски болело. Я ощутил касание и легкое движение около пальцев, ощупал теплое и схватил косу. Оружие смерти сразу кинулось к моему телу, изогнувшись как змея, и срезала клинок у моей груди. Эфес добавил боли, упав мне прямо туда, куда совсем не хотелось. А затем клинок тьмы вонзился в мою грудь. Боль понятие относительное, я же думал, что до этого было больно, а нет, было еще вполне терпимо…

Наверно, я орал, может даже нецензурно. Откуда только силы взялись. Коса вырвалась из моего тела. Сразу стало легче дышать. Левая рука подчинялась, ноги шевелились, а вот сил не было вообще. Я попытался опереться, но мне помогли сильные руки со спины. Спасибо. Я откинул голову и едва не заорал от ужаса…

– Рон?!!! – я смотрел на монаха с лысой головой и неплохим красноватым ожогом на лице, его белые одежды вымокли и запачкались.

– Не ори ты так. Темная тварь. Я пришел, значит… помогаю. А ты орешь и слюни разбрасываешь. – Монах отпустил мои плечи, и я брякнулся на грязную землю.

– Как ты выжил? – я пытался подняться самостоятельно.

– Я не привык спать там, где пылает огонь. – Монах потер свой ожог. – Вот и очнулся. А ты, гад, меня сильно по голове приложил! Шишка будет большая. – Монах еще потер голову.

– Прости, пожалуйста. Ты был с оружием, – оправдался я.

– Пф-ф-ф… Бутафория для стиля. Я потом понял, что зря вооружился. Я же в жизни и мухи не обидел. Но мудрость приходит не сразу… А ты, злая душа, мог бы просто дубину забрать… – он выпрямился и осмотрелся. – А потом смотрю, вы из города уезжаете, ну думаю, за вами поеду, кто мне готовить будет? К старому повару я не вернусь.

– Он мертв, – прохрипел я и наконец смог встать на колени. – Я за тебя мстил.

– Все вы, темные отродья, мстить любите. Грех это. Но спасибо. – Монах помог мне подняться. – Пошли, у меня повозка в деревьях стоит.

– Почему ты пришел за мной? – задал я мучивший меня вопрос.

– Понравился ты мне, темный выродок. Да и готовишь ты хорошо. Может, отблагодаришь меня еще чем-нибудь приятным и вкусным.

– Погоди, мне Бориса найти надо… – я посмотрел на косу. Тьмы в ней не много, но на Бориса должно хватить. – Долго я так лежал?

– Не знаю. Я приехал по следам, а тут только птички кормятся. К тебе не подходят, палка твоя тьмой сочится, трупов штук тридцать. Я палку твою ветками к тебе пододвинул, а ты схватил ее и начал себя резать. Напугал святого человека. Ай-яй-яй… – покачал он головой. – Птица тебе зачем? Бери вон новую, вон их сколько.

Ворон вокруг действительно было очень много. Но именно по ним я и определил место Бориса, небольшой пустой пятачок, где среди грязи и луж лежит мой ворон. Голова птицы смотрит вверх, выпуская слабый пар из открытого рта, одного крыла нет. Как он еще живой? Хотя мне ли не знать, какой он верткий. Мы подошли к нему, я посмотрел в глаза ворону.

– Бор-р-рис-с гер-р-рой… – тихо просипел ворон в своей старой манере.

– Герой, – подтвердил я и ткнул в него лезвием косы. Тьма окутала тушку птицы плотным темным пузырем. Монах отступил от меня и едва не рухнул прямо в лужу. А затем из тьмы вырвался Ворон с большой буквы. Крупная и красивая птица, намного крупнее своих товарок, взметнулась в воздух и села на мое плечо.

– Спасибо, палач, – утробным голосом без тени картавости сказал он.

– На здоровье, Боря. Будем жить?

– ДА!!! – горкнул ворон, и все птицы вокруг взмыли в небо. Он вновь вернул мне свой взгляд. – Ты мне не нравишься!

– И тебе с этим жить, – улыбнулся я и кое-как повернулся к монаху, опираясь на косу как на посох. – Ну, брат Рон, отрыжка света, где твоя повозка?

Так называемая повозка представляла собой два колеса по полтора метра каждое и небольшой прицеп с сиденьем между ними. Импровизированная деревянная крыша была, но чувство, что она бесполезна, не покидало меня на протяжении всего моего хромого пути. Рон помог мне взобраться в заднюю часть повозки, а сам сел на сиденье. Взял поводья и стал разворачивать повозку. Белая кобылка бодро поволокла нас за собой.

Я расположился с относительным комфортом в небольшой куче соломы у свертка с сыром и бутылками. Причем последних было намного больше, чем сыра. Мерное покачивание и болтовня Рона на тему, как хорош светлый Тир и как омерзительна тьма, в общем, все, что я люблю – помогли мне задремать и уснуть. Я проснулся, когда был привал. На котором я наконец выяснил, куда мы держим путь.

– Думаю, нужно отвезти тебя в графство Кампф, туда почти все отступники веры бегут. Темный город, средоточие зла. Жуткое и страшное место. Тебе понравится, – говорил мне Рон с набитым сыром ртом.

– Не сомневаюсь. А тебе туда зачем? – слабо уточнил я. Даже многочасовой сон не помог мне набрать сил для полноценного существования. Потеря крови – дело такое. А потерял я ее до хрена.

– Так я же миссионер, буду просветлять и поворачивать потерянные души к свету.

– А позволят? – я скептически посмотрел на него.

– С тобой – позволят. Ты же не оставишь хорошего человека в беде? Или ты совсем темный стал?

– Ты же всегда говорил, что я темный.

– Так это я любя! Ты мне с первого дня понравился, господин Иванов. Хоть ты и гнида редкостная, – заржал монах, отчего кусочки сыра полетели из его рта в мою сторону.

– Не увлекайся. Как долго нам туда ехать?

– Если по Мрачному мосту, то два дня, а в обход пять.

– Не вижу выбора. Чем плох мост? – я взял бутылку вина и отхлебнул теплого и весьма мерзкого пойла.

– Говорят, на мосту живут злобные твари, убивают всех, кто проходит по мосту.

– Фигня, отобьёмся. – Я вручил бутылку монаху.

– Конечно, отобьешься, я даже мешать не стану…

Монах был прав. Тяжелая дорога ужасно тянулась, местами дорога исчезала, но монах точно знал направление даже среди заросших троп. По дороге мы никого не встречали, кроме стаи волков, что шуганулись Бориса как самой смерти. В остальном было скучно. До Мрачного моста мы доехали примерно за день. Могли бы и быстрее, но дурацкая лошадь хотела жрать и спать. Так что получилось только к ночи.

Мрачный мост – монументальное строение. Красивые своды, капитальная крыша, длина моста около трехсот метров. Великолепная резьба по дереву. Главное, сухо и крепко. Рон остановился у въезда в мост.

– Чего ждем? – я поднялся из своего ложа.

– Страшно, дорогой враг. Вдруг монстры, а ты почти не шевелишься. – Рон с опаской посмотрел на меня.

– Ты езжай, а там, на месте разберемся. У меня есть мысли по поводу этого места.

Рон отправил лошадку вперед.

– А со мной не поделишься? Мыслями-то?

– Потом, авось пронесет…

Мост действительно был прекрасным, а я ждал троллей, что его ремонтируют. Не знаю, откуда у меня была такая уверенность, но вот задом чувствовал, что все именно так. И ведь не прогадал… Прямо перед выездом с моста, прямо на дорогу упала огромная тень. Метра два, два двадцать, не меньше. Крупная голова, широченные плечи, огромные руки, что доставали почти до земли. Рон остановился и повернулся ко мне.

– Иди, разбирайся.

Я кое-как выбрался из повозки и, опираясь на косу, пошел в сторону этого монстра. Монстр при приближении обретал ранее незаметные черты, сказывалось мое ночное зрение. А потом я подошел совсем близко. Может, это был и тролль, но как узнать в этой огромной горилле кого-то конкретного. Мокрая шерсть, редкие лоскуты кожи через некоторые части тела, огромная голова с выставленными нижними клыками, дикие желтые глаза. Я остановился напротив него.

– Что надо? – лениво уточнил я.

Монстр протянул мне свою лопатообразную ладонь. Я вложил в нее серебряную монету. Монстр посмотрел на монетку и спрятал ее в небольшую сумочку на поясе. Протянул мне ладонь вновь. Это повторилось еще раз. Ладонь снова вернулась ко мне. Я возмутился:

– Послушай, любезный! Я понимаю, оплатить за себя, за монаха и лошадь. Но за что мне платить еще? Четвертую тебе куда? – Монстр рыкнул и посмотрел на повозку, а потом уверенно показал четыре пальца. – За что четвертую? Ты меня не разводи, или отвечай, или пропускай!

Монстр подскочил ко мне, но наткнулся на древко косы. Ага, я шустрый, когда надо. Он посмотрел на косу и отшагнул назад. Что-то рыкнул и даже попытался что-то сказать, а потом показал четыре пальца.

– Да я же не спорю, ты мне поясни, за что? – Монстр почесал свою крупную голову, а потом ткнул пальцем в меня, показал один палец. Я кивнул. Затем он указал на лошадь, на монаха и опять на лошадь…

– А! За повозку? – Монстр закивал. – Так бы сразу и сказал, за каждый крупный объект. Вот, держи, – я кинул ему монетку, и он поймал ее. Я повернулся к Рону. – Проезжай, налоги уплачены, хоть и много.

Тролль замотал головой и еще раз пересчитал нас всех и показал четыре пальца. Я ради развлечения поспорил с ним еще десять минут, после чего он дал мне деревянный прямоугольник со следами зубов. Видимо, скидка на одного человека. Дипломатия наше всё. Бледный как простыня Рон очень расслабился, когда я, наконец, залез в повозку, и мы поехали.

– Интересно, кому он деньги эти отдает? – спросил я философски.

– Вот что ты за сволочь?! Я тут едва ноги не откинул от ужаса, а ты еще и спор с ним устроил!!! Тебе действительно интересно, кто ведет дела с этим чудовищем? – монах был сам гнев в чистом виде.

– Да нет, просто интересно, в теории. Ты же видел, как этот тролль мост сделал. Ни скрипа, ни щели, чудо, а не мост. Мастер на все руки. Такому работнику не жалко заплатить.

– Хороша работа, здесь спорить не могу. Если бы он храм построил, наверно, сказочный был бы дворец Тира, – заулыбался монах. – Ты вообще видел, что под мостом их было не менее пяти?

– Нет, – равнодушно ответил я. – Со мной говорил их старший, а остальное мне безразлично.

– Из-за твоего безразличия нас еще на подходе к Кампфу стрелами закидают на зависть всем ежикам этого леса…

Дальнейшая дорога с одним привалом прошла сносно. Единственная проблема была лишь в том, что наша скудная еда закончилась. Оставалось уповать на неизвестный город темных и отвергнутых.

Темный город Кампф появился перед нами точно по расписанию – к вечеру второго дня. Сам город был действительно красив. Местами обваленные башни, в иных местах наскоро заделанные пробои в стенах. Да, город был обнесен каменной стеной под пять метров, не очень высоко, но внушительно. За стенами стразу начинались городские кварталы, а в центре, видимо, микрозамок графа. Интересно, он дома? Мы приблизились к воротам, что выглядели целыми и функциональными, и почти сразу стали заметны торчащие из бойниц луки с вложенными стрелами.

Я вылез из повозки и пошел впереди, опираясь на свой импровизированный посох, давая всем понять, что иду я целенаправленно и я не особо опасен. Одна из створок ворот приоткрылась, и оттуда вышел мужчина лет тридцати пяти с небритой дня три щетиной. Он держал в одной руке меч, перекинутый через плечо, а во второй у него была бутылка. Я остановился.

– Доброго дня вам, путники, – хрипловато сказал встречающий. – Чего приперлись?

– Да вот в гости заехали, окрестности смотрим, – ответил я. – Хотели вот посмотреть, что за город такой, стоит и разваливается, да что за люди проживают в нем.

– Шли бы вы отсюда, – сказал встречающий и приложился к бутылке.

Опрокинутая голова не позволила ему увидеть удар древком косы между ног, но он наверняка это почувствовал. Сразу расстроился и лег на землю, заскулив. Сверху раздались крики и смех в равной пропорции. А я переступил через лежащего и заглянул в ворота. Там было три человека с оружием, смотрели они довольно грозно.

– Служивые, не поможете ворота открыть? У меня там тележка сзади, – спокойно спросил я.

– Ты что тут забыл? – немного опешил один из охранников и оценил мою одежду с порезами и кровью.

– В гости, мля, заехал. Двери, говорю, открывайте! Кто у вас тут главный? Граф? – Все замерли и переглянулись.

– Граф здесь уже лет пятьдесят не живет, – ответил другой стражник. – Этот город был захвачен, и теперь тут живут свободные люди.

– Вот и замечательно, мы тоже свободные. Отворяйте ворота, пока я тут всех на мясо не порубил…

Короче, мы договорились. Ребята не стали ломать комедию, не стали нападать, отперли ворота и пропустили монаха. Рон здесь бесил, похоже, всех, но его пока не трогали. Я же немного посидел на лавке, собираясь с силами, и слушал, как общается местная охрана с лучниками, что спустились со стены. Вроде все нормально. Ко мне подошел один из лучников. Стройный парень с очень приятным лицом маньяка.

– И откуда ты такой красивый пришел?

– Из Старограда, – спокойно ответил я. – И мой друг тоже.

– Твой друг монах святого ордена, – заметил очевидное лучник.

– Друзей не выбирают, – развел я руками. – К вам, кстати, ведьма не приезжала в ближайшие пару дней? Молодая девушка такая?

– Нет. Последнюю неделю никого не было. Так зачем вы сюда приехали? Мы не очень рады гостям, только тем, кто будет тут жить.

– Значит, поживем немного. Красиво у вас тут, – я обвел разруху вокруг глазами. – Меня Владиславом зовут, но можете звать меня Палачом. – Немая пауза, даже охрана вокруг заткнулась.

И только Рон подал голос:

– Я же вам сказал, палач это! – с обидой сказал он.

– Почему же вы уехали из города? – спросил наконец лучник.

– Небольшие разногласия с церковью, – уклончиво ответил я.

– Ага! Разногласия? Ты убил пресветлую патриаршу, как свинью! – не выдержал Рон.

Все вокруг сразу уставились на меня. Лучник же протянул мне руку.

– Леран Мисак, лучник ворот. Прошу вас задержаться и поведать нам столь приятные новости. У нас очень многие пострадали от рук патриархов и патриарш. Куда вас проводить? Ведьма у нас есть, но она тут давно живет.

– Спасибо, Леран. – Я поднялся со скамьи. – Кто у вас тут главный? Графа нет. Мэр? – Лучник покачал головой. – Управляющий? Нет? Судья? – Опять тот же жест. – А кто?

– Это город свободный, у нас есть несколько тех, кто мнит себя главным, но только в своем доме.

– Понятно. Тогда я судья, и я буду главным на улице. Где у вас есть свободный дом?..

Нас вели по улице без фанфар, но с определенным вниманием со стороны жителей. Что я успел увидеть в этом странном городе, так это сила каждого жителя. Даже редкие женщины выглядели крепкими и готовыми убивать за свои интересы. А когда со второго этажа борделя вывалился подпитый мужик под женские крики: «Сначала научись, а потом залазь», я только утвердился в своем мнении. Лучник шел сбоку от меня и периодически говорил, что вокруг и кто там живет. Я увидел прекрасный двухэтажный каменный дом и остановился около него. К центру близко и от ворот не очень далеко.

– А тут кто живет? – я задрал голову на светлые окна.

– Семерка-головорез со своей шайкой. Тип не самый приятный, но живет сам и других не трогает. А что?

– Хочу этот дом. Что тут было раньше?

– А кто его упомнит? – развел руки лучник. – А если нужен его дом, ну договаривайся с ним сам. Город свободный.

Я повернулся к нему. Анархия? Это хорошо. Этот бардак можно еще и возглавить.

– Все так легко? Меня не будут преследовать стражники? И монахи на костер не потащат?

– Я потащу, – буркнул сбоку Рон.

– Преследовать вряд ли, Семерка не всем тут нравится, так что даже особо не осудят.

– Я тогда сейчас…

Я постучал косой в дверь и немного подождал. Мне открыл тип уголовной наружности и осмотрел меня. Он хотел что-то сказать, но сразу получил в грудь древком косы и завалился, уступая мне проход. Я вошел. После трех таких же неповоротливых типов я вышел на второй этаж, где уже был тот самый Семерка. Полноватый мужик под пятьдесят лет, меч в руке, рожа неприятная.

В общем, я вышел из дома с головой этого Семерки и бросил ее у порога. Затем вытолкал косой всю его шайку. Те, кстати, не сопротивлялись, а наоборот, обливали старого начальника грязью и просились ко мне в шайку. Ага, все всё поняли? Фиг вам, моя шайка принимает самых крутых! Поэтому в ней только я. Город мне уже нравится. Я вышел к Лерану и охранникам ворот, которых привело сюда любопытство.

– Кто может прибрать в доме? – спросил я и кинул серебряную монету лучнику. Тот ее поймал.

– Могу ребят позвать, что за три серебряных монеты вынесут хлам наружу.

– Зови. Рон, пристраивай свою лошадь и заходи, начнем убираться, там труп на втором этаже полы мне пачкает.

Уже глубокой ночью я выглянул из окна первого этажа на улицу и глубоко вздохнул. Жизнь в городе не прекратилась, на мою выходку никто не отреагировал. Ко мне уже успели прийти местный кузнец и пекарь, дабы познакомиться. Приходили три охранника и посидели со мной и попили дармового вина. Я пытался сварить борщ, но то ли капусты было мало, то ли свекла подгнила – получилось не очень хорошо, хоть и съедобно.

Я принял решение – это будет мой город. Вот какой он есть. Весь, и только мой! А потом жену найду и всех раком поставлю!