Текст книги ""Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Александр Михайловский

Соавторы: Аркадий Стругацкий,Дмитрий Гришанин,Михаил Емцев,Селина Катрин,Яна Каляева,Дмитрий Ласточкин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 350 страниц)

Глава 41

От появившегося в нише непроницаемого мрака далекого экрана я уже априори не ожидал для себя хороших новостей. Когда же на замелькавших там кадрах ожил до боли знакомый образ розоволосой хаосистки в стильном розовом костюме, о чем-то увлеченно беседующей с ненавистной ведьмой-вампиршей, я несуществующей жопой почувствовал, что грядет полный писец.

Девушки сидели в салоне какого-то люксового авто, типа лимузина. Не рядом. Одна на заднем пассажирском диванчике, другая на боковом. Водительский сектор был отгорожен от них поднятой до потолка перегородкой из тонированного под окружающую бежевую кожу стекла. В боковых, прозрачных стеклах мелькали силуэты родного города, и по проносящимся там домам я легко узнал центральную часть.

Появившийся с задержкой в пару секунд звук «кино» вынудил отвлечься от мелькающих застекольных видов и сфокусировать внимание на двух главных героинях.

—…Хорош уже выделываться, подруга, – раздраженно фыркнула Линда. – Че ты, как овца малохольная! Одно ж дело делаем!

– Ишь ты смелая какая, – осклабилась Оксана. – Знаешь, я уже даже мечтаю, чтобы слив твой лажей оказался. ОН тогда отдаст тебя мне, и я уж разом за все издевки спрошу!

– Фу, какая ты злюка. И шуток совсем, гляжу, не догоняешь.

– Зато ты че-то веселишься чрезмерно.

– А чего горевать-то, подруга? Дело-то плевое. Пацан безобидный совершенно. Тестостерон в его возрасте зашкаливает. Тебе и делать ничего не придется, пальчиком только поманишь, он и побежит за тобой, как собачонка, слюной обливаясь.

– Че ж сама-то не соблазнила, раз так все просто?

– У каждого свои таланты, – подмигнула собеседнице Линда. – Уверена, у Посредника справиться с этой ролью выйдет куда как для дела полезней.

– Откуда такая уверенность, что он там будет сейчас? – поморщилась Оксана.

– Так этот чудик каждый день после пар кофейку с коржиком навернуть туда заглядывает. Типа традиция у него, перед возвращением домой. А десять минут назад как раз закончилась его последняя пара. Значит, он уже там.

– Ну-ну…

– Да не будь ты такой букой, подруга. Улыбнись уже наконец.

– Слышь, отвали, а!.. – Но начавшийся было по новой разгораться конфликт пары заточенных в замкнутом пространстве змей тут же затух, из-за заруливания авто на стоянку перед кафешкой, с последующей остановкой.

Не дожидаясь неспешно выбирающегося из-за руля шофера, Оксана шустро сместилась со своего места вперед и, дернув за ручку единственной двери, без посторонней помощи выскочила из салона.

– Удачи! – бросила ей вслед не шелохнувшаяся со своего дивана спутница.

Вынырнувшая следом за ведьмой наружу камера-невидимка продолжила транслировать на экране направившуюся к двери кафе девушку.

– Твою ж мать, это ж «Рогалики»! – не сдержавшись, ругнулся я вслух, узнав ближайшее к Политеху кафе – пользующееся (в силу удачно местоположения, разумеется) особой популярностью у наших студентов.

– Стой, сука! Не тронь его! – еще громче заголосил я, когда зашедшая внутрь заведения Оксана, быстро осмотрев полупустой зал, решительно зашагала к притулившейся за угловым столом у окна одинокой фигуре.

Интерлюдия 9

– Эй, Шерочка с Машерочкой, а ну стопэ! – спускающихся по лестнице Виктора Шипова и Алика Егорчикова нагнала Маша Терентьева и, бесцеремонно цапнув ребят за рюкзаки, вынудила остановиться обоих на межмаршевой площадке.

– Ну че лупите, смешарики? Колитесь: куда Серегу моего дели?

– А че это он твой-то? – фыркнул Виктор.

– Шипов, ты че, ревнуешь?

– Да пошла ты…

– Я б с удовольствием, да парня своего потеряла. А из аудитории он за вами следом подорвался.

– И че⁈

– Шипов, не включай дауна. Тебе не идет.

– Маш, Сергей только в коридор с нами вышел, но дальше не пошел, – пришел на выручку затюканному товарищу Алик. – Он там у двери и остался, тебя дожидаться.

– Слышь, пупс, ты из меня дуру-то не делай! – возмутилась Маша. – Если б он там остался, я б, наверное, сейчас вас тут не пытала⁈

– Да честно…

– Шипов, не беси меня! – Маша схватила Виктора за ворот кофты. – Признавайся, это он вас подговорил: цирк этот передо мной исполнить?

– Маш, успокойся, никто никого не подговаривал, – заверил Алик. И тут же поплатился за это, захватом ворота уже своей рубашки второй рукой взбешенной девицы.

– Капец! Как все это меня уже достало!.. Куда он сбежал на сей раз? Ну-ка быстро говорите!..

– Маш, ну наконец-то я тебя догнала, – спас Виктора с Аликом голос появившейся на верхних ступенях лестничного марша подруги Ирины, аккуратно спускающейся по ступенькам на длинных шпильках. – Ты так припустила там в коридоре, что прям не догнать… Я чего тебе сказать-то хотела: твоего Капустина уборщица наша здоровенная снова куда-то утащила.

– Чего? – ошарашенно обернулась к подруге Мария, отпуская из крепкого захвата ребят. И последние, воспользовавшись подарком судьбы, тут же сбежали вниз по лестнице.

– Сама в шоке, – кивнула добравшаяся наконец по площадки Ирина и заговорщицким шепотом продолжила: – Прикинь, подруга, я своими глазами видела, как толстая старая стерва руку ему на шею так по-хозяйски положила. И Капустин твой, не пикнув даже, тут же потопал в указанном ей направлении.

Глава 42

– Привет! Не занято у тебя?

Оторвавшись от смартфона, Виктор Шипов обнаружил возле своего стола словно сошедшую с обложки журнала красотку в стильном брендовом прикиде. Не поверив, что вопрос адресуется ему, парень смущенно заозирался по сторонам.

– Согласна, вокруг полно свободных мест. Но я люблю сидеть у окна, – по-своему растолковав оглядку парня, начала оправдываться красотка. – Так ты не возражаешь, если я составлю тебе компанию?

Виктор пожал плечами и снова уставился в свой смартфон. Но побагровевшее лицо парня с головой выдало его истинные чувства.

– Спасибо! – девушка уселась на стул напротив студента и, заказав в подскочившего официанта чашечку кофе с кремовой корзиночкой, неожиданно продолжила: – Прекрасная сегодня погода, не правда ли?.. Молодой человек, ну это уже даже не вежливо. Я задала вопрос, а ты игноришь меня, словно пустое место.

Виктор снова был вынужден, оторвавшись от смартфона, посмотреть на радушно улыбающуюся ему соседку. В носу вдруг резко запершило. Не сдержавшись, он громко чихнул. От этой своей вопиющей несдержанности засмущался еще больше.

– Будь здоров, – как ни в чем не бывало продолжила улыбаться ему красотка.

– Спа… кх-кх… си… кх-бо, – сквозь неожиданно навалившийся волнительный кашель кое-как пропыхтел Шипов.

– Что с тобой? Ты болен? – насторожилось девушка. – У тебя приступ астмы? Может, скорую вызвать?

– Все в… кх-кх… поряд… кх-ке, – заверил студент.

Но, не слушая его, девушка тут же переключилась на доставившего ее заказ официанта:

– Ну чего встал-то! Стакан воды неси нам живо! Не видишь, ему ж плохо!

Виктор замахал руками: мол, ничего мне не надо. Но нечаянно правым локтем смахнул со стола свою пустую тарелку. И, грохнувшись на пол, последняя с оглушительным звоном разлетелась на мелкие осколки.

– Ты не поранился? – мгновенно подорвавшаяся со своего места девушка тут же оказалась возле стула судорожно хрипящего студента, пребывающего из-за лютого смущения уже в полуобморочном состоянии…

– Сука, ты че с ним сделала⁈ – даже не пытаясь больше сдерживаться, я уже во весь голос орал на далекий экран, где хитрая ведьма деловито укладывала моего забившегося в припадке единственного друга на усыпанный осколками плиточный пол кафешки. – Не смей, сука! Нет нельзяяя!..

Но мои крики, увы, лишь бестолково вязли в окружающем равнодушном мраке. А не слышавшая меня Оксана, опустившись рядом с болезным на колени, деловито выплеснула воду из принесенного официантом стакана на лицо хрипящего Витьки и, смыв таким радикальным способом с губ бедняги появившуюся уже там пену, тут же жадно засосала свою очередную жертву в губы, имитируя для повскакивавших со своих мест немногочисленных свидетелей происшествия оказание первой помощи астматику, посредством искусственного дыхания.

– Сука! Чтоб ты подавилась, тварь! – в бессильной ярости, прошипел я.

И реально охренел через секунду от того, что мое проклятье вдруг сработало…

Отшатнувшаяся от переставшего хрипеть студента девушка вдруг зажала обеими ладонями свой рот, но из-под пальцев все равно просочились и побежали по идеальному подбородку капли крови.

– Та ты фто нафвен тафой⁈ – глухо прошепелявила из-под ладоней девушка.

– Твой самый страшный кошмар, – без тени кашля в голосе отозвался распахнувший глаза студент. И его лицо и фигура начали стремительно преображаться…

Едва я порадовался за оказавшегося неожиданно крепким орешком для ведьмы Витьку, исхитрившегося, похоже, зубами отчекрыжить суке кончик ее слишком наглого языка, как далекий экран захлестнуло тьмой на самом интересном месте. Но не успел я посетовать на эту вопиющую несправедливость Хозяину, как мое мрачное бесформенное узилище вдруг озарилось зловещим багрянцем от материализовавшейся вокруг огромной огненной клетки, с перекрещенными толстыми прутьями из шипящей и искрящейся лавы.

– ДАЖЕ НЕ НАДЕЙСЯ! – громыхнул отовсюду злой рык Хозяина.

– Что происходит? Вы о чем вообще? – крикнул я в ответ.

– ДАЖЕ НЕ… – повторный рев моего тюремщика перебил оглушительный взрыв справа, после которого в огненной клетке образовалась гигантская брешь с рваными краями. Разлетевшиеся во все стороны сгустки горящей лавы прошили и мою пустую оболочку. Но ничуть от этого не пострадав, я впервые за время своего заточения здесь искренне порадовался отсутствию физического тела.

В дыре на месте разрыва огненной клетки, вместо привычного чернильного мрака, вдруг продолжилась прямая трансляция из кафешки. Оказавшийся теперь гораздо ближе экран, вместо прямоугольной формы, как раньше, принял угловатую форму дыры, целиком, по сути, превратившейся в новый экран.

За несколько секунд перерыва в прямой трансляции там, в кафешке, произошли грандиозные изменения. Окончательно преобразившийся «Витек» теперь предстал в образе чем-то смутно знакомого мне лысого типа, весьма колоритной наружности. Огромная серьга в ухе, подведенные тушью глаза, накрашенные сиреневым лаком ногти – просто гамадрил какой-то, а не пацан. Однако это лысое чучело весьма уверенно сжимало в правой руке здоровенный пистолет, направленный на пытающуюся сбежать Оксану. И, судя по подстреленному правому боку отброшенной к стене беглянки, стрелять лысый умел весьма прилично. Шокированные начавшейся стрельбой зрители в кафе, побросав смартфоны, на которые до того снимали припадок студента, все, как один, уже лежали на полу и наперебой голосили, моля стрелка о пощаде.

Не обращая внимание на скулеж людей в кафе, лысый держал на мушке ведьму, и как только та рискнула вновь дернуться к спасительной двери, снова шмальнул ей в спину.

На сей раз пуля вошла Оксане аккурат под левую лопатку, снова пришпилив девушку к стенке, как бабочку булавка энтомолога. И, одновременно со смертельным ранением беглянки на экране, очередная багровая вспышка грандиозного взрыва озарила окружающее меня пространство. После чего появившаяся уже и слева еще более огромная дыра второго экрана, превратила дальнейшую прямую трансляцию из кафе в некое извращенное три дэ.

Живучая ведьма, соскользнув по стене на колени, и оставив на светлых обоих жирную кровавую полосу, даже с простреленным сердцем продолжила отчаянно ползти в сторону выхода. И за свое ослиное упрямство через секунду была наказана очередным выстрелом беспощадного палача. Но контрольный в голову оказался сбит неожиданным появлением в дверях кафе Линды.

Уж не знаю, то ли опытная хаосистка успела какую-то защитную абилку мгновенно скастовать, то ли рука стрелка дрогнула от внезапного явления розоволосой, но вместо того, чтоб продырявить черепушку полумертвой ведьмы, и уже окончательно прервать ее мучения, третья пуля лишь чиркнула Оксану по виску, снова швырнув тело несчастной на окровавленную стену.

Однако для завершения разрушения остатков огненной клетки моего узилища даже этой неуклюжей царапины головы Посредника оказалось более чем достаточно. Очередной ослепительно-яркий багровый взрыв в огненные сгустки разметал все последние лавовые прутья вокруг меня, и один огромный сплошной «экран» навалился разом со всех сторон…

А еще через мгновенье я вдруг осознал себя сидящим на полу в кафе с пистолетом в руке, и появившиеся тут же перед глазами строки системного лога подтвердили реальность воплотившегося чуда:

Внимание! Инициированный талантом Настройщика процесс Обратной Рокировки привел к безвозвратному уничтожению крестража союзника.

Прогресс таланта Настройщика: +5%.

Симбиоз носителя с телом 34%…

Симбиоз носителя с телом 35%…

Симбиоз носителя с телом 36%…

Из-за обрушившейся на меня лавиной слабости, я не смог удерживать дальше ставший чудовищно тяжелым пистолет, и безвольно уронил руку с ним на пол. После чего мог лишь безвольно наблюдать как розоволосая хаосистка мастерки открыла засвеченным расходником односторонний зеркальный портал прямо под телом истекающей кровью ведьмы, куда этот без пяти минут труп благополучно тут же и провалился.

Дальше злобно ощерившаяся розоволосая Линда шагнула было ко мне, но добить либо пленить меня (уж не знаю, что там у стервы было на уме) ей, к счастью, помешали.

Откуда-то из глубин кафе хаосистке наперехват рывком вдруг материализовалась Серафима. И у меня уже не было сил удивлять внезапному появлению рядом еще и этой старой знакомой. Привалившись плечом к ножке стола, дальше я тупо наблюдал «из первого ряда» за их скоротечной яростной схваткой.

Град могучих ударов боевых рукавиц Серафимы столкнулся с не менее стремительным огненным вихрем линденой сабли, отчего за считанные секунды в груду щепок и невосстановимого мусора превратились четыре стола и дюжина стульев вокруг сражающихся. И тут же, едва начавшись, все закончилось позорным бегством розоволосой, которая, угадав момент, рывком перенеслась в начавший уже гаснуть портал у стены и, осыпавшись грудой зеркальных осколков, отправилась вдогонку за полумертвой ведьмой.

– И че прохлаждаемся?.. Ну-ка встать! Живо! – вымещая, походу, на мне досаду за сбежавшую хаосистку, подскочившая Серафима ни разу не ласково цапнула меня своими пальцами-тисками за шею (разумеется, развеяв предварительно с руки боевую перчатку, а то б запросто и прибить меня могла в текущем плачевном состоянии).

– Блин, че за шутки, Серафима! Мне и так, писец, как хреново!

– Ха! Неужто получилось? – отдернула руку странная женщина.

– Блин, ты мне чуть шею не свернула ручищей своей, – проворчал я, аккуратно поворачивая головой из стороны в сторону, потому как дотянуться рукой до места захвата все еще оставалось не реально – симбиоз носителя с телом только-только перевалил за шестьдесят процентов.

– Хорош ворчать, пацан. Мне ж надо было убедиться.

– А че просто спросить-то нельзя было?

– Поговори еще у меня…

– Из-з-звини-и-ите, – рискнул вмешаться в наш спор кто-то из лежащих на полу невольных свидетелей разборки ясновидящих.

– Ну че еще? – обернулась к смельчаку Серафима.

– Ска-кажите: нам мо-можно уже-же расхо-хо?..

– Не, лежите пока, – не дослушав, отмахнулась командирша. – Ща наши подъедут. Картинку вам подправят. Тогда и потопаете восвояси.

Известие о подозрительной подправке картинки народ в кафе воспринял крайне негативно. Люди зашевелились и возмущенно загалдели.

– А кто нарываться на проблемы станет, того пацан из пушки своей бабахнет, – эдак с ленцой в голосе пообещала Серафима. – Вы ж видели, как он девчонку ту пулями изрешетил. Это псих конченный. Так что злить его я вам искренне не советую.

После этого ее дополнения в кафе вновь повисла мертвая тишина.

Я спорить с авторитетной дамой тоже не стал. Оно мне надо? До полной синхронизации носителя с телом осталось еще целых тридцать процентов.

Глава 43

– Ну-ка не тронь! – гаркнула на меня Серафима, когда, доковыляв с грехом пополам до ближайшего целого зеркала, я стал выуживать из мочки уха стремную висюльку с камнем.

– Это еще почему? – обернувшись, фыркнул я в ответ.

– Серьга – артефакт, на подавление хаоса заточенный, – пояснила Серафима. – Без нее тебя легко сможет вычислить хаосист, в плену которого, насколько мне известно, ты оказался по возвращении из нашего совместного рейда в свернутую аномалию. Да и порядочником оставаться, с перекосом энерготипа в хаос, тебе станет потом крайне проблематично.

– Фак! Вот че за подстава, а⁈ Мало того, что выгляжу, как чмо какое-то размалеванное, с накрашенными лаком ногтями. Еще и кольцо это гомодрильное снять запрещают!

– Звиняй, практикант, это ни разу не ко мне предъява, – хмыкнула Серафима. – О! Вот и кавалерия прикатила, наконец.

С улицы, в подтверждение ее слов, донесся многоголосый вой сирен полицейских машин и скорой помощи.

Но первыми в дверь разгромленной кафешки ворвалась все же троица знакомых ясновидящих: Артем Борисович, Митюня и Игорь.

Двое последних тут же целенаправленно устремились к лежащим на полу невольным свидетелем схватки ясновидящих, и по замелькавшим тут же над головами обычных людей белесым вспышкам я догадался, что Митюня с Игорем с помощью какого специального прибора или артефакта оперативно корректировали свидетелям память.

Артем Борисович же, подойдя к нам с Серафимой, деловито пожал мне руку, однако вопрос при этом адресовал моей телохранительнице:

– Как прошло?

– Все норм, – подобравшись, доложила Серафима. – Я сразу его затестила. И уверена на все сто, что теперь это точно уже наш пацан. Все получилось, Борисыч. Оригинал вернулся. С чем я нас всех и поздравляю!

Продолжению разговора помешали полицейские и медики из бригады скорой, наводнившие кафе как-то все разом, от чего в практически пустом только что и просторном зале вдруг оказалось буквально яблоку негде упасть.

Отвернувшись от нас, Артем Борисович пошел объясняться с прибывшим вместе с полицией знакомым комитетчиком в сером костюме. Меня же со всех сторон обступили, закрывая от начавшейся в кафе суеты, Серафима и закончившие корректировку памяти свидетелей Митюня с Игорем.

– Ну че, практикант, с вторым днем рождения тебя! – хмыкнул Митюня, до хруста костей сжимая меня в своих медвежьих объятьях.

– Как самочувствие? – более сдержанно поинтересовался Игорь, следом за напарником крепко пожимая мою руку.

– Уже гораздо лучше, – ответил я, улыбнувшись. Но сковавшая тут же левую щеку судорога, мгновенно наказала за самоуверенность, обернувшись неконтролируемым нервным тиком.

– Ну ты сам виноват, пацан, – попенял мне Митюня. – Нефиг было паразита своего, на аномалии подхваченного, прикрывать. Рассказал бы сразу все, как есть; глядишь, порешали бы по-семейному, и все обошлось бы тогда, в итоге, куда как меньшей кровью.

– А что с союзницей-то моей стало? – решился я, после откровения здоровяка, задать старшим товарищам животрепещущий вопрос, ответ на который хотел узнать буквально с первых секунд возвращения в свое тело.

– Ишь ты, союзница, – хмыкнула Серафима.

– А ты в курсе, практикант, что она фактически узурпировала твое тело и целый месяц весьма правдоподобно выдавала себя за тебя? – спросил Игорь.

– Фига се, успешно, – фыркнул я. – Превратила в клоуна какого-то, без волос, с накрашенными ногтями и бирюлькой в ухе.

– О, это ты еще квартиру свою не видел, – ухмыльнулся злорадно Митюня.

– И тачку, – хохотнул следом Игорь.

– Фааак! – простонал я.

– Ну че вы парня пугаете, – шикнула на мужчин Серафима и тут же продолжила, обращаясь уже ко мне: – Не все так плохо, Сергей. К примеру, в институте экстравагантный заместитель твой проявил себя с наилучшей стороны. Сделал так, что ты снова стал лучшим студентом на курсе, и в любимчиках у всех преподавателей. А еще подружку завел – весьма эффектную, кстати, на мой взгляд, барышню – которая теперь, в некотором роде по наследству, тоже досталась тебе.

– Да какая, нафиг, подружка? Она ж сама типа девушка… Серафим, ты стебешься надо мной что ли?

– Нет, я ничего не придумываю, а говорю все, как есть, – заверила женщина. Однако каменное лицо Серафимы чересчур вычурно диссонировало на фоне напропалую угорающих Митюни и Игоря. И, уловив мое недоверие, она добавила: – Да к чему мне врать-то? Айфон свой достань из кармана и проверь, там туча пропущенных от зазнобы твоей.

Но отыскать доказательства в телефоне мне неожиданно помешал Артем Борисович, коршуном налетевший на нас и строго отчитавший за безответственный смех на месте трагического происшествия.

– Борисыч, ну извини, – вступился за всех Митюня. – Тут практикант просто так забавно реагирует на чудачества союзницы своей – смотреть на это без смеха не реально.

– Союзницы? Это какой еще союзницы, Сергей? – впился в меня гипнотическим взглядом начальник. – Почему ты раньше мне о ней ничего не говорил?

– Борисыч, да хорош! Я промыл уже пацану на эту тему мозги.

Переведя испепеляющий взгляд на помощника, Артем Борисович столкнулся с бронебойной митюниной ухмылкой и вынужден был отступить.

– Ладно, уводите его отсюда. Я договорился, полицейские вас не остановит, – распорядился Артем Борисович и, отвернувшись, направился обратно к «серому костюму».

На крыльце кафе меня ожидал очередной шокирующий сюрприз, когда Серафима, скоренько облачившись в невзрачный пуховик, выудив следом из своего расширенного эблюсом кармана голубую шубу, тут же без колебаний набросила ее мне на плечи.

– Это еще зачем? – возмутился я, пытаясь сбросить обратно ей на руки шутовской наряд.

Но не тут-то было.

– Сергей, не дури, конец ноября уже, холодно на улице-то, – вцепилась словно тисками пальцами мне в плечи Серафима, не позволяя избавиться от стремной шубы. – А в твоем нынешнем состоянии просудиться – раз плюнуть.

– Заценил очередной подгон от союзницы? – хмыкнул Митюня.

– О чем ты?

– О шубе этой замечательной твоей, разумеется. Как ты там раньше про нее говорил?.. Ага, вспомнил: красиво!

– Это не я говорил!

– Хорош трендеть! – рявкнула на нас Серафима. – Сам просунешь руки в рукава? Или мне помочь?

Пришлось покориться грубой силе и напялить шутовскую шубу.

– А че, тебе так даже идет, – продолжил угорать Митюня, когда мы двинулись по тротуару в сторону института, где на стоянке меня якобы дожидалось личное авто. – Определенно, вкус у твоей союзницы был. Гошан, скажи?

– Угу. С лысой башкой шуба сочетается ваще огонь, – кивнул митюнин напарник. – Как в том клипе про беззубого нарика под дождем, – и оба тут же дружно заржали, как кони.

– Да прекратите уже парня донимать, – вступилась за меня Серафима. – Бедняге и так тошно.

– Да ладно, это ж просто прикол. Пацан, не серчай!

– Практикант, ты ведь на нас не в обиде?.. – легко покаялись друг за дружкой насмешники.

– Нет, конечно, – отмахнулся я. – Сам бы над собой поржал сейчас с удовольствием. Только вот че-т пока как-то мне не до веселья.

– Бывает, – за обоих констатировал Митюня и по-отечески приобнял меня за плечи. – Эх, все-таки здорово, пацан, что у нас получилось возвернуть тебя на место. А то эта твоя союзница реально своими закидонами мне весь мозг уже вынесла. И не одному, кстати, мне. Гошан, скажи?

– Угу.

– Кстати, вы так и не ответили мне, – вынырнув из-под руки здоровяка, напомнил я. – Что с союзницей-то теперь стало?

– Без понятия, – пожал плечами Митюня. Игорь следом тоже молча повторил его жест.

– Извини, практикант, но это не моя тайна, – покачала головой Серафима и, хитро прищурившись, посоветовала: – Ты с расспросами-то своими не донимай никого пока. Придет время, уверена, Борисыч сам тебе все об этом расскажет.

– Ладно, – кивнул я.

И дальше до поворота к институту мы шагали молча.

– Ау, практикант, – первым нарушил затянувшуюся неловкую паузу Митюня. – Ну-ка порази нас, и угадай среди остальных машин свою красотку!

– Цвета фуксия, – добавил Игорь. И оба напарника снова дружно заржали, как кони.