Текст книги ""Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Александр Михайловский

Я даже усмехнулся, пересчитав количество архангелов. Их было пятеро. Похоже, род Тренстон действительно меня боится, раз попросил у Его Величества целых пятерых архангелов. Хорошо они меня оценили, однако же, приятно. Если бы знали, что сегодня утром я даже камин зажечь магией не смог, то точно бы столько магов не прислали.

Краем глаза я заметил, как напряглись донтрийцы, выпрямился Кэрин и его помощник, перестала улыбаться Эллис, заинтересованно посмотрел на вошедших лорд Тандэр. Ну-с, даже любопытно, что такого напридумывала Адель, что Его Величество даже своих людей выделил для рода Тренстон? Конечно, у меня весьма тёплые отношения с королём, но с самым древним родом воды Его Величество должен считаться.

– Лорд Кристиан Кьянто? – уточнил мужчина, откинул капюшон синей мантии и сделал шаг вперёд.

Я встретился с колючим взглядом архангела и кивнул.

– Я лорд Томсон Тренстон, архангел Его Величества, но сейчас официально говорю с Вами от имени рода Тренстон. Ваша бывшая жена Адель приходится мне двоюродной племянницей, – торжественно начал мужчина, но тон его не предвещал ничего хорошего. – Наш род признаёт Ваш с Адель развод и, согласно приказу Его Величества, требует отдать Ладислава Кьянто.

А вот это уже интереснее.

Я видел, как Эллис крепче прижала к себе Ладислава при этих словах, и был полностью с ней солидарен в этом вопросе. Какого чёрта задумала Адель? Пока она жила здесь, долгое время после родов строила из себя чуть ли не умирающую, ей вообще было всё равно, как питается и где спит Ладислав. Неужели она это сделала, чтобы отомстить мне?!

– Что это значит? – строго спросил я. – Вы прекрасно знаете законы Норгеша. Дети, а тем более сыновья всегда остаются с отцами. Ладислав наследует магию моего рода, дар огня, а не водной стихии, и согласно законам этого государства должен остаться в роде Кьянто.

– Всё так, если бы отцом Ладислава являлись Вы.

Наступила абсолютная тишина. Эллис прижала Ладислава к себе ещё крепче, Кэрин и Легран медленно встали из-за стола. Чувствуя угрозу в воздухе, поднялись и донтрийцы. Лорд Тандэр же напротив откинулся на спинку кресла, ожидая увидеть занимательное представление. Томсон Тренстон криво усмехнулся, явно наслаждаясь произведённым эффектом:

– У меня есть письменное признание от Адель, что она не могла забеременеть и специально искала мужчину, внешне как можно более похожего на Вас, лорд Кьянто. Такого мужчину она нашла.

И с этими словами он протянул мне какие-то бумаги. Я судорожно выхватил листы, исписанные мелким убористым подчерком своей бывшей жены. Буквы складывались в слова, слова в строки, но их смысл от меня куда-то уходил. Приходилось с усилием воли перечитывать каждое предложение по три раза, прежде чем я понимал, о чём оно. Это признание действительно писала Адель, причём, судя по пожелтевшим листам и оборванным краям с левой стороны, листы были выдраны из дневника моей второй жены. Я никогда не понимал эти глупые женские причуды вести дневники и выкладывать всё на бумагу, но не видел в этом ничего плохого или опасного. Что такого может написать молодая девушка в своём дневнике? Да ничего особенного, думал я тогда. А зря.

Эта идиотка признавалась, что постельные отношения со мной ей противны настолько, что она решилась найти мужчину с тёмными волосами и глазами, максимально на меня похожего, и родить от него, так как забеременеть от меня у неё в течение нескольких месяцев не получилось. Боги! Она писала, как сильно любит Бенедикта, и решилась на этот шаг исключительно для того, чтобы во время беременности и после родов иметь возможность быть только с ним. Какая же она всё-таки дура! Я скрипнул зубами, понимая, что понятия не имею, что теперь делать. Лихорадочно стал перелистывать страницы и скользить по ним взглядом, пытаясь найти, если ли в дневнике Адель слова о том, кто настоящий отец Ладислава. Ведь если это простолюдин, то Ладислава казнят. Неужели она этого не понимала, когда решила найти кого-то максимально похожего на меня?! На что она вообще рассчитывала, предавая бумаге свои грязные секреты?! Что она сама в случае чего отделается лишь штрафом, когда правда всплывёт, ведь род Трестон – один из древнейших?! Ведь рано или поздно то, что Ладислав не обладает магией, если его отец обычный горожанин, обязательно вскрылось бы.

Донтрийцы засобирались. Кажется, переводчик попросил их удалиться. Остались только князья Валерн и Винсент. Лорд Тандэр, наоборот, развалился на своём кресле, с удовольствием наблюдая за разворачивающимися событиями. Кэрин, мой верный напарник и друг, стал тянуть время и задавать вопросы. Правильные хорошие вопросы, но, к сожалению, лишь отсрочивающие неизбежное.

– Где сейчас находится сама Адель Тренстон?

– Она находится под стражей архангелов. На данный момент решается её судьба. Всё-таки девушка принадлежит к древнейшему роду воды, одному из тех, на котором в том числе зиждется власть Его Величества.

Я пролистал несколько страниц о том, как Адель встретила приятного молодого мужчину, своего ровесника в одном из ресторанов Шекрама и со спины даже спутала его со своим супругом, так он был похож на меня.

– Почему мы должны верить этим бумагам? Где гарантии того, что они написаны самой Адель, а это не подделка, так как род Тренстон смертельно обиделся на развод, инициированный Кристианом? Быть может, Вы просто хотите отобрать ребёнка под надуманным предлогом, чтобы насолить лорду Кьянто? – продолжал сыпать вопросами Кэрин, а я мысленно поблагодарил его за поддержку.

Кэрина, а не кого-либо другого, я рекомендовал Его Величеству на своё место именно потому, что доверял ему как никому. Несмотря на достаточно юный возраст для главнокомандующего, он всегда прикрывал мою спину, храбро сражался и никогда не опускал свой меч. Мы не раз сражались с ним бок о бок, вдвоём, против целого отряда противников. Даже тогда, когда при Пуассе меня взяли в плен, Легран единственный бросился на выручку своего генерала, но, к сожалению, не успел. Вот и сейчас, почуяв, что мне требуется помощь, Легран преданно встал на защиту своего бывшего генерала.

– Эти бумаги вырваны из личного дневника леди Адель Тренстон. Она не хотела никому их показывать, но после того, как лорд Кристиан Кьянто объявил о разводе, мы перерыли все её вещи, чтобы выяснить, из-за чего состоялся развод при наличии наследника. И нашли это, – Томсон Тренстон кивнул в сторону бумаг, которые я держал в руках.

– Что будет с Ладиславом? Кто его отец? – задал, пожалуй, самый важный вопрос Кэрин.

Но я уже знал ответ. Магов соответствующего возраста с даром огням, тёмными волосами и глазами в Норгеше практически нет. Подавляющее большинство, обладающее властью над стихией огня, – рыжие. И последняя строка в дневнике Адель подтверждала мою догадку: «Аллон очень похож на Кристиана, даже глаза у него такого же редкого орехового оттенка. Я уверена, что супруг ничего не заподозрит. Если будет девочка, то моя тайна вовсе не откроется, а если мальчик, то к тому моменту, как он повзрослеет, и Кристиан поймёт, что у его сына нет дара огня, мы с Бенедиктом будем уже далеко за границей Норгеша». Я болезненно сжал пальцы, сминая листы из дневника Адель и встретился взглядом с Эллис.

Она поняла всё без слов. А то, что последовало дальше, потрясло меня до глубины души. Я думал, что после всего случившегося, она должна ненавидеть меня, а на деле я был настолько изумлён, шокирован, поражён, в конце концов, что просто не мог понять, как она вообще на это решилась. Если бы небеса разверзлись надо мной, и меня поразила молния, я был бы ошеломлён случившимся меньше.

– Возможно, у Адель когда-то и рождался внебрачный сын, но конкретно этот ребёнок – мой сын, – заявила она твёрдым, чётко поставленным голосом.

– Что?! – кажется, это слово произнесли все собравшиеся здесь одновременно.

Возмущенное «что?!» послышалось из уст лорда Тандэра, потрясённое – от Кэрина и Леграна, не менее изумлённое – от Винсента, прекрасно понимающего норгешский язык. В наступившей тишине с громким звоном посуды выпал поднос с чашками и тарелками из рук Анисьи, но никто не обратил внимания на неловкость служанки. Князь Валерн метнул требовательный взгляд на переводчика, потому что тот оторопело глотал воздух вместо того, чтобы перевести фразу.

Эллис с непроницаемым лицом произнесла:

– Ну, сами посмотрите, на кого Ладислав похож больше: на Адель или на меня?

Я молился, чтобы Эллис-Эльвира взглянула на меня. Я хотел подать ей хоть какой-то знак, объясняющий, что её враньё вскроется, и ложь архангелу Его Величества в Норгеше карается самым суровым способом. Одновременно я не мог не восхититься наглости девчонки, граничащей с безумием. Что же она делает?!

– А действительно, – неожиданно поддержал её Легран, помощник Кэрина, – Ладислав темноволосый, как и Эллис, и очень на неё похож. С Адель или любым другим представителем рода Тренстон сходства нет.

– Поддерживаю, – тут же активизировался Кэрин.

Лорд Тандэр пренебрежительно хмыкнул, но от комментариев воздержался. И на том спасибо.

Второй из архангелов откинул капюшон мантии и крайне внимательно посмотрел на Эллис. Я сжал руками подлокотники, не зная, как помочь ей. Ведь если ринусь её защищать, то, по меньшей мере, это будет выглядеть странно.

– Уважаемая… – глубоким басом произнёс архангел, сделав паузу.

– Эллис Ларвине, – представилась девушка.

Чёрт, теперь они знают не только её внешность, но и полное имя. Ах, Эллис, зачем же ты всё это делаешь?! Я бы поговорил с королём лично, попытался бы сохранить жизнь Ладиславу, уповая на то, что растил его как собственного сына. Но вот вступиться за безродную служанку точно не смогу…

– Уважаемая Эллис Ларвине, понимаете ли Вы, что намеренное искажение фактов архангелам Его Величества карается смертной казнью?

Я видел, как лицо девушки слегка побледнело под слоем пудры, но она сказала уверенно:

– Да, я всё осознаю.

– И Вы утверждаете, что этот ребёнок – Ваш? – вновь задал вопрос архангел.

– Да, – коротко и с достоинством ответила Эллис-Эльвира, а затем посмотрела на Ладислава и произнесла уже совершенно другим, в разы более мягким и ласковым голосом. – Ну-ка, Славик, покажи пальчиком, кто здесь мама?

Ладислав протянул ручку и показал на Эллис, затем повторил очень чётко:

– Ма-ма.

В наступившей буквально-таки гробовой тишине всё тот же архангел проговорил:

– Нам надо посовещаться, минуту, пожалуйста, – и мужчины вышли.

Как только слуги короля удалились из комнаты, Кэрин и его помощник вздохнули, лорд Тандэр спрятал мерзкую улыбку. Похоже, он уже просчитывал в уме, как может обратить эту историю с выгодой для себя. Младший князь Донтрия смотрел на Эллис с нечитаемым выражением лица. Какого чёрта он и его брат вообще здесь остались, когда переводчик попросил их выйти?!

Я встретился глазами с Эллис. В них плескались решительность и отчаяние, и мне захотелось закричать: «Нет, пожалуйста, откажись от своих слов! Я не смогу потерять ещё и тебя!» И когда я уже набрал в лёгкие воздух, архангелы вернулись.

– Ввиду непредвиденных обстоятельств, мы, к сожалению, не можем проверить правдивость слов Эллис Ларвине и убедиться, что ребёнок рождён согласно законам Норгеша, – вынес их общее решение лорд Тренстон. – Нам придётся сейчас покинуть особняк, но мы вернёмся вечером с перстнем истины и устроим более тщательный допрос, чтобы разобраться в ситуации. А на текущий момент ребёнок временно передаётся архангелам Его Величества.

***

Я нервничала, безумно нервничала, но сидела и молилась про себя, чтобы никто этого не заметил, чтобы мне поверили. Я поняла, что отец Ладислава обычный простолюдин ещё до того, как Кэрин задал этот вопрос. Слишком уверенно требовал лорд Тренстон Ладислава, слишком непоколебимо себя вели эти странные мужчины в тёмно-синих мантиях, слишком красноречивое выражение лица было у Кристиана, когда он дочитал переданные ему бумаги до конца. Кэрин пытался затянуть передачу малыша роду Адель как мог, я это видела. Он, так же как и я, догадался, что ничего хорошего Ладислава не ждёт, а потому сыпал различными вопросами. Из него получился бы отличный адвокат, окажись он на Земле.

Я судорожно пыталась решить, что же мне делать. Ещё с утра мне казалось, я решила все проблемы и, тихо-мирно распрощавшись с Ладиславом и Леандром, к которым успела привязаться, смогу спокойно вернуться в своё тело. Нашла же Эллис в Шекраме какого-то целителя, который помог ей с этой затеей, значит, и я найду. Но приход представителя рода Тренстон перевернул всё с ног на голову. Сейчас я понимала, что жизнь Славика висит на волоске, и только я могу ему помочь. Слова о том, что я его мать, вырвались как-то сами собою, а дальше… как я поняла, мне просто повезло, что у магов с собой не было перстня истины. Лорд Кьянто молчал весь разговор и даже не обмолвился, что таковой имеется у него. Неужели вот так просто даст мне похитить своего ребёнка? Или он действительно не понимает, что я задумала?

Называя Славика своим сыном, я очень сильно рассчитывала на то, что малыш больше похож на меня, чем на свою настоящую мать, и на то, что в этом мире люди понятия не имеют о рецессивных и доминантных генах. Голубоглазая светловолосая Адель и мужчина с каштановыми волосами и карими глазами. Какова была вообще вероятность того, что ребёнок будет той же масти, что и его родная мать? Очень маленькая. Темноволосых людей вообще больше. Ну, по крайней мере, на родной Земле, не знаю, что с этими донтрийцами не так.

«…А на текущий момент ребёнок временно передаётся архангелам Его Величества», – прозвучало как приговор. Я уже было обрадовалась, что пока эти чопорные мужланы будут ездить за перстнем истины, я смогу прихватить Славика и сбежать с донтрийцами, но последняя фраза лорда Тренстона меняла всё.

Я постаралась сохранить лицо и с последними крохами невозмутимости спросить:

– Простите, лорд Тренстон. А с чего такое решение? По-моему, я ясно дала понять, что Слава – мой ребёнок, и к Адель он не имеет никакого отношения. Где её сын, я понятия не имею. Что касается имён наших детей, то они по какой-то причуде судьбы оказались созвучными. Но Ладислава, которого Вы ищете, здесь нет, лишь Славик.

– Так-то оно та-а-ак, – протянул архангел. – Но видите ли, Эллис, Вы не упомянули, кто отец Вашего Славы?

Краска бросилась мне в лицо. Теперь архангелы решили копать под меня, намекая, что Славик всё равно может являться плодом запретных отношений.

– Вы уж определитесь: то Вы сообщаете лорду Кьянто, что он не приходится отцом этому малышу, то, наоборот, намекаете на то, что это его сын, – я показательно коротко усмехнулась, показывая, насколько смешными нахожу его доводы. – К тому же, можете спросить любого обитателя особняка Кьянто, и абсолютно каждый Вам подтвердит, что я и уважаемый Кристиан Кьянто не состоим в романтической связи, в коей Вы нас подозреваете.

О да, чего-чего, а романтики между мной и Кристианом этой ночью не было точно, здесь я душой не покривила. Краем глаза заметила, как болезненно дёрнулся сам Кристиан. Похоже, он подумал о том же самом, а о чём и я. Так ему и надо, пускай теперь страдает от угрызений совести.

– Экх-м-м-м, – лорд Тренстон прочистил горло, а затем произнёс, отчего-то лукаво усмехаясь. – Эллис, видите ли, я даже на перстне истины не собирался проверять, какие отношения связывают Вас и лорда Кристиана Кьянто. Как-никак Эрайник и Эрайдар приходятся мне сыновьями, и совсем недавно они рассказали мне любопытную историю об одной дерзкой особе, с лёгкой подачи которой по академии о них теперь ходят не самые приятные слухи…

Кажется, я не удержалась, и застонала вслух. Небо! Вот ведь пятой точкой чувствовала, что тот ужин в «Сладком аромате Шекрама» выйдет мне боком! Разумеется, они рассказали отцу и моё имя, пускай и сокращённое, и то, что я – возлюбленная Леандра, по версии которого мы встречаемся уже точно больше года. Сопоставить загадочную «Элю» и служанку Эллис в особняке отца Леандра не составило лорду Томсону труда. Твою ж…

То ли по моему выражению лица Томсон понял, что припёр меня к стенке, то ли ему надоело со мной расшаркиваться, но лицо его вновь стало непроницаемым, лукавая ухмылка сбежала с губ, и он скомандовал четырём архангелам позади себя:

– Отберите у неё ребёнка!

То, что произошло дальше, сложно описать словами. Я инстинктивно прижала Ладислава к себе и сделала шаг назад, показывая, что не отдам малыша. Кэрин и Легран каким-то чудом выросли передо мной, закрывая своими могучими спинами от опасных мужчин в синих мантиях. Первый магический удар архангелов пришёлся именно по ним. Ослепительная ярко-голубая вспышка пришлась по щиту, выставленному Кэрином и Леграном. Я на миг опешила, а затем очнулась, нашла глазами Винсента и проговорила одними губами: «Я согласна». А в следующую секунду земля вышла у меня из-под ног, и я больно упала на позвоночник, прижимая Славика к груди.

По всей видимости, один из архангелов оказался магом земли, так как ни с того ни с сего начавшееся землетрясение я никак иначе объяснить не могу. В замкнутом помещении откуда-то вдруг возник мощнейший ураган, сметающий всё на своём пути, перевернувший массивные стулья и кресла, серванты со стеклянными полками и дверцами и даже громоздкий обеденный стол на полтора десятка персон.

Я привстала на четвереньки, превозмогая боль от жёсткого удара, и придерживая одной рукой малыша, а затем рванула в сторону дверей, но вихрь как будто бы обладал разумом. Он моментально во всём помещении нашёл именно меня, настиг и пришпилил к стене. Я увидела, как один из магов в синей мантии довольно улыбнулся, проследив за вихрем, но в следующую секунду с оголённым наперевес мечом на него напал Кэрин, и ему стало не до меня.

Я же сопротивлялась воздушной стихии, как могла, но всё это больше походило на бессильные трепыхания слабой бабочки, приколотой острой иглой к поверхности. Сильный ледяной ветер ожесточённо дул мне в лицо, так, что было сложно вдохнуть, пытался вырвать Славика из рук, рвал на мне одежду и одновременно обжигал кожу холодом. Лёгкие пекло изнутри от невозможности вдохнуть воздух, по щекам градом струились слёзы от тщетных потуг открыть глаза.

Всё же я смогла увидеть, как Кристиан, тяжело дыша, формировал гигантский огненный шар, как князь Валерн схватился за кинжалы, а князь Винсент бросился ко мне. Краем глаза заметила, как побледнел и испугался Киллофий, а с его рук вдруг стали срываться прозрачные плети из сгустков воздуха. Я даже невольно распахнула глаза шире, понадеявшись, что переводчик попробует освободить меня, ведь очевидно, что он потомок воздушного рода. Но, похоже, воздушные плети напугали вихрастого юношу только сильнее, и он рванул прочь из столовой. Его попытка, к слову, в отличие от моей, увенчалась успехом. Легран, как и Кэрин, перешёл из глухой защиты в атаку, но я видела, что ему приходится туго. Лорд Тандэр исчез из поля моей видимости.

Уши заложило от лязга клинков, криков людей, звона разбитой посуды, хруста мебели, завывания ветра. Надрывно заплакал Славик, испугавшись всего, что происходило в доме, но его плач потонул в царившей анархии. Это был невообразимый хаос из людей, вещей и сгустков магии. Странные синие и белесые молнии вонзались то тут, то там. Пошли кривые трещины по стенам и потолку, посыпалась на голову деревянная стружка вперемешку со жжёной пылью. Если бы меня кто-нибудь когда-нибудь спросил бы, как я себе представляю апокалипсис, то наверно, я описала бы примерно то, что происходило в доме Кьянто. Я испугалась бы, окажись в таком эпицентре событий ранее, но в тот момент в голове крутилась лишь одна мысль: «спасти Славика любой ценой».

Руки окончательно окоченели, ноги ослабли, голова закружилась от недостатка кислорода. И когда я уже готова была потерять сознание, я почувствовала, как кто-то силой меня вытаскивает из сердцевины водоворота вихря. Распахнула глаза и увидела Винсента. В одной руке он держал клинок, в другой тащил меня в противоположную от дверей сторону.

– Винс, – заорала я ему на ухо, боясь, что он не услышит. – Что ты делаешь?! Выход там!

– Придётся прыгать через окно! – крикнул он мне в ответ.

Я не стала задавать вопросы типа «почему?», «а чем плоха дверь?» и прочие из этой серии. Просто поверила донтрийцу на слово. Окно – значит окно. Столовая располагалась на втором этаже особняка. С одной стороны, прыгать не так высоко, как с третьего, с другой, переломать ноги с этой высоты – раз плюнуть. Но если Винсент так говорит, значит так надо.

Пока мы прорывались сквозь творившийся кромешный ад из человеческих тел, летающих клинков и буйства стихий, комнату залило огнём. После прошедшей ночи с Кристианом, когда загорелись простыни на кровати, я почему-то даже не испугалась. Просто отметила для себя яростно полыхающее пламя как некий свершившийся факт.

Обернувшись, увидела, как с трудом стоит на ногах лорд Кьянто, простерев руки и вырастив огненную стену между мной и бросившимися вслед за нами с Винсентом архангелами. Рубашка на лорде висела клочьями, и в прорехах были видны напряжённые бицепсы и трицепсы рук, под кожей выступили и вздулись вены. По красивому аристократичному лицу крупными каплями катился пот, а сжатые челюсти говорили о колоссальном напряжении. Кристиан правым бедром привалился на перевёрнутое кресло, а по судороге, пробежавшей по его раненой ноге, я поняла, что ему сейчас очень больно. Лорд Тренстон стоял напротив него и с таким же остервенелым выражением на лице пытался пробить стену водяными бомбами. И у него это вполне получалось. Ещё чуть-чуть, и он прорвёт огненную защиту, выстроенную лордом Кьянто. На какой-то миг наши с Кристианом взгляды встретился, и я прочла по его губам: «Беги, Эллис, беги!»

Практически одновременно меня за руку дёрнул Винсент, подтащив нас со Славиком к подоконнику, подсадил на подоконник и с силой вытолкнул в окно со словами:

– Не бойся, падать будет мягко!

Всё произошло так быстро, что я не успела испугаться. Приземлилась на невероятно высокую и мягкую траву, которая внезапно выросла именно под этим окном столовой. Ошалело моргала и пыталась понять, что произошло, ещё пару секунд. Я была готова поклясться, что ещё вчера здесь был короткий газон, а никак не полутораметровые заросли.

– А… как…? – от пережитого падения у меня начались конкретные проблемы с выражением эмоций. Все слова разом закончились, как будто насланный на меня одним из архангелов магический вихрь выдул из меня весь словарный запас.

– Потом, всё потом, – Винсент уже взял под уздцы ирриса, который пасся здесь же во дворе, и подал мне руку. – Элли, скорее! Они скоро поймут, что ты покинула особняк и пустятся в погоню! Запрыгивай!