Текст книги ""Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Иван Шаман

Если углубляться в политику, то аристократия Британской империи делилась на два типа. Земельная и имперская. Имперская, это дворяне на государственной службе. Те, кто управляли страной. По этой причине они сильно зависели от королевской воли. От ситуации в мире. В их ведомствах. От множества других факторов. Могли в одночасье как обрести невиданное могущество, так и потерять всё. Земельная же аристократия, это та, что правила конкретными областями или землями. Получив их по праву рождения, а не заслужив за верную службу. Почти ни от кого не завися в политическом плане, тем не менее они вынуждены были договариваться с имперскими чиновниками, чтобы не пострадать в экономическом. Ведь государственные законы превалировали над местными.

Герцог Стюарт представлял старую земельную аристократию Шотландии. Если взять других, знакомых мне герцогов, то герцоги Кембриджский и Бедфорд, в отличие от него, относились к имперской аристократии.

Поблагодарив собравшихся за внимание ко мне, я пообещал подумать над их словами, не желая расстраивать уважаемых людей отказом прямо сейчас. Почувствовав, что эта тема себя исчерпала и гостю нужно время, чтобы всё хорошенько обдумать, шотландцы перешли к следующему вопросу, передав слово хозяину замка. Как лицу, наиболее в нём заинтересованному. Речь пошла о моих прогнозах относительно будущего Лесли Стюарта. Его Светлость поинтересовался, правда ли, что у его младшего сына какой-то врождённый дефект, который я могу устранить? И действительно ли Лесли после этого сможет стать сильным рыцарем в течение ближайших лет?

Насколько смог, объяснил то, что я обнаружил и с чем могу помочь. Заверив герцога Эдинбургского, что я тогда был абсолютно серьёзен в своих словах. Ничего не приукрашивал и не выдумывал. Парню ничего не грозит. Готов поручиться за то своей головой. Пусть мне снесут её вон тем старинным, двуручным мечом, висящим на стене, если окажется, что я солгал. К такому необычному предложению шотландцы отнеслись весьма положительно. Сразу став смотреть на меня с большим доверием и уважением. По-моему, они и в самом деле приняли это предложение за руководство к действию. Такими словами в их кругу впустую не разбрасывались. Благодаря чему, у крепких, солидных мужчин в клетчатых юбках и беретах сразу отпала большая часть вопросов ко мне и сомнений.

Будучи людьми действия, шотландцы сразу же принялись интересоваться, что мне нужно для проведения операции и сколько они будут за неё должны? Решив не откладывать на переменчивое будущее то, что могут получить уже сейчас. Причём, потом ведь всё может обернуться не обязательно лучшей своей стороной. Мало ли какие «добрые» люди постараются не допустить, чтобы мои добрые намерения осуществились.

Чтобы узнать ответ на оба их вопроса, позвонил госпоже Чамар. Объяснив в чём дело, услышал несколько не те ответы, на которые рассчитывал.

– Эрик, ты идиот! Это даже не оскорбление, а констатация факта. Вы где там, храбрые шотландские парни, – по-моему, это была не похвала, – собираетесь поджаривать чьи-то мозги? Прямо в замке? У камина? Может, ещё и под бутылочку виски? И случайно, не на вертеле? Тащи задницу пациента в больницу! – вдруг резко сменила тон, повысив голос. – Я смотрю ты там не мелочился. Стюартов тебе подавай. Не меньше. От скромности не помрёшь?

– Нет. Скорее от тяжеленного, двуручного меча. Мне это гарантировали. Да и нет там ничего сложного. Для меня, – уточнил. – За час управлюсь.

– Радуйся, что сейчас находишься дальше, чем я могу дотянуться. А нужные лекарства у тебя под рукой уже есть? А оборудование? Про послеоперационную реабилитацию слышал? Про осложнения, вызванные не столько самой операцией, сколько ответной реакцией организма на вмешательство в его работу? Своё дело ты-то сделаешь, а кто будет завершать лечение пациента? Убедится, что нет последствий. Пропишет парню правильные витамины для скорейшего восстановления. Подстрахует, если у него вдруг скакнёт внутричерепное давление. Или сахар в крови. Или он подхватит какую-нибудь инфекцию, когда иммунитет начнёт сходить с ума. Да мало ли что ещё может случиться? После операции, которую ты проконтролируешь и умоешь руки. Вы же не клизму ему собираетесь ставить и не от простуды лечить. Так что дуйте в больницу. Оракула я тебе сама привезу. Без него вообще не суй свои кривые руки куда не положено, – приказала рассердившаяся начальница.

Однако, что-то я не услышал того, чтобы госпожа Чамар отговаривала меня от этой безумной затеи, а значит, мы будем жарить мозги!

Его Светлость с доводами моей начальницы согласился, но сделал всё по-своему. Отправлять Лесли в Англию он не захотел, как и везти его в больницу Эдинбурга. По каким-то своим соображениям. Вероятно, опасался утечки информации и проблем с операцией. Не хотел разрываться между домом, работой и сыном. Да и зачем ему куда-то ехать? Вместо этого герцог сделал несколько звонков. Этим же вечером, прямо в замок, вертолётами перебросили медицинскую бригаду, нужное оборудование, аж двух профессоров, медсестру-сиделку и немного позже, к моему большому удивлению, госпожу Чамар. Сначала доставив её из Лондона в Эдинбург на частном самолёте, а оттуда, прямо с трапа пересадили в вертолёт. Выдернув из дома чуть ли не в одних пушистых тапочках и банном халате, но с кейсом, который она крепко прижимала двумя руками к груди, словно опасаясь, будто в любую секунду его могут отнять. Отчего настроение у начальницы достигло такого уровня доброжелательности, что меня чуть по голове своей тяжёлой ношей не огрела, яростно ругая за излишнюю поспешность. Обиженно заявив, что мог бы позволить ей хотя бы чашку кофе выпить и волосы высушить, прежде чем присылать банду неразговорчивых здоровяков, которым для полноты картины не хватало только мешка, коней и кремниевых пистолей, чтобы отстреливаться от переполошившейся службы безопасности корпорации Рэдклиф. Та, не разобравшись в ситуации, прислала целую группу быстрого реагирования. Посчитав, что учёную нагло похищают прямо у них под носом. И если бы индуска не помогла кому нужно, а не кому положено, то до сих пор бы в другой стране ногти пилочкой подпиливала, подозрительно напоминающей напильник, этим бравым ребятам.

Утром, проснувшись в роскошной комнате с огромной кроватью, в которой было темно и холодно, не сразу сообразил, где я. Воспоминания показывали какой-то бред. А нет, всё же не бред. Я действительно заночевал прямо в замке, в гостевых покоях. Не потому, что сам того захотел, а потому, что меня из него не выпустили. Но очень вежливо, с улыбкой на лицах дюжины крепких охранников. Операция, затянувшаяся до поздней ночи, прошла успешно, как я и обещал. Поэтому ни страха, ни особого волнения по поводу текущего местонахождения не испытывал. Я бы, на месте герцога Эдинбургского, тоже подстраховался, поэтому претензий к нему не имел.

Выбравшись из кровати, ёжась от холода, позёвывая и почёсываясь, нашёл тапочки, заботливо оставленные хозяевами. Оглядевшись ещё раз повнимательнее, дёрнулся от неожиданности и испуга.

– Уй ёёё!

В глубоком кресле, укрывшуюся тёплым одеялом, обнаружил спящую госпожу Чамар. Ах, ну да, вспомнил. Поскольку гостей вчера у Его Светлости было много, а комнат в замке на всех не хватило, пришлось потесниться. Я вчера настолько вымотался, что прежде, чем мы выяснили, кто где спит, упал на кровать и сразу же вырубился. Видимо, начальница меня пожалела и оставила там. Сама же устроилась в кресле. Удивительно, что не легла рядом. Неужто опасалась приставаний с моей стороны? Да нет! Бред! Только не она. Скорее предполагала обратное и от греха подальше, своего, предпочла одну ночь потерпеть некоторые неудобства. Охраняя меня на случай, если что-то всё же пойдёт не так. Для чего рядом с креслом стоял алюминиевый кейс и стащенный откуда-то уже заряженный арбалет, направленный на дверь. Сильно подозреваю, что пользоваться им она совершенно не умела, прихватив его скорее для внушительности. Изрядно вчера перенервничав в окружении суровых незнакомцев.

Стараясь не потревожить «беду», на цыпочках прокрался к двери. Отыскав первого попавшегося слугу, первым делом разузнал, где мне найти туалет? Слава Богу не средневековый. Стюарты были не настолько консервативны, чтобы до такой степени уподобляться предкам. После чего, облегчив мочевой пузырь и совесть, отправился проведать нашего дорогого пациента.

Лесли спал сном счастливого младенца. По показателям приборов и заверению дежурившей рядом с ним медсестры, всё было хорошо. Даже замечательно. Обследовавшие его профессора Эдинбургского государственного медицинского университета в один голос утверждали, что причин для беспокойств они не видят. Все проблемы со здоровьем Лесли были устранены. Он даже сразу подрос до ранга кавалериста, когда сдерживающая его внутренняя «пружина» распрямилась. Чем наглядно подтвердились мои слова.

Там же, в комнате у Лесли встретился с его сестрой, тоже пришедшей проведать не менее дорогого ей пациента, несмотря на раннее время. Пользуясь случаем, леди Эйлис искренне поблагодарила за помощь брату. Гостеприимно пригласила выпить кофе. Поскольку делать было больше нечего, не шляться же по древнему замку просто так, бесцельно гремя цепями и завывая, согласился составить ей компанию. Причём озвучил это вслух, дополнив первую часть предложения леди Эйлис, вызвав у неё улыбку.

Придя к взаимопониманию, оправились в гостиную. Пока слуги готовили нам завтрак и кофе, леди Эйлис просматривала утренние новости на своём телефоне, я на своём. Занимаясь своими делами, мы нисколько не мешали друг другу. Не сотрясали воздух пустыми разговорами. Увидев тридцать один пропущенный звонок от семи человек, я удивлённо приподнял брови. Задаваясь вопросом: «Неужели у нас настолько маленькая страна, что чихнёшь на одном берегу моря, а с другого уже доносится пожелание здоровья?»

Увидев значок, что я снова в сети, не прошло и минуты, как телефон зазвонил. Прочитав высветившееся на экране имя, поморщившись, обречённо принял вызов своему психическому здоровью. Пару минут стоически выслушивал всё, что мне хотели сказать, изредка вставляя – да, нет, возможно. Доносящаяся из аппарата ругань привлекла внимание леди Эйлис.

– Кто это? – не сдержала она любопытства, посмотрев на грустное выражение моего лица.

– Её разгневанное Высочество, принцесса Кэтрин Эдвардс. Интересуется, какого чёрта я тут устроил? Не уведомив её. Видите ли, Рэдклифы пожаловались её отцу на бесцеремонные действия ваших людей, когда они приглашали в гости госпожу Чамар. Дальше обе стороны начали искать меня. Быстро сложили два плюс два. Герцог Кембриджский наехал на дочку. Дочка сейчас наезжает на меня.

Слегка обалдев от таких подробностей, леди Эйлис осторожно уточнила.

– Ты разве работаешь на Эдвардсов?

– Нет. Я работаю на госпожу Патрисию Рэдклиф и то, по контракту, как временный работник. Герцог Кембриджский её деловой партнёр. Кроме того, принцесса Кэтрин Эдвардс моя одноклассница, сокомандница, хорошая знакомая, чем она сейчас и пользуется, несколько перетягивая тетиву лука. Наверное, не проснулась ещё. Или ей в кофе не налили сливок. Двадцать ложек.

Не став добавлять, что этот капризный ребёнок, судя по её поведению, с нехваткой в рационе молочка, слишком уж осмелел, не встречая сопротивления. Но скоро встретит. Я союзник их семьи, а не должник. Всё это спокойно объяснил собеседнице, которая сейчас выглядела самой обычной домашней девушкой, а не какой-нибудь сказочной принцессой, не прерывая звонка, только прикрыв ладонью микрофон.

– Понятно. Узнаю Кэтрин. Можешь передать мне телефон? – вежливо попросила леди Эйлис, протянув руку.

Немного подумав, выполнил её просьбу. С интересом ожидая, что будет дальше.

– Привет. Это я. Узнала? Не могла бы повторить ещё раз всё то, что сейчас сказала нашему гостю? Ты же по этому поводу сейчас его отчитываешь? Ах да, прости, ты же не можешь этого делать, поскольку он не твой парень. А что тут такого? – демонстративно удивилась. – Я нахожусь у себя дома и вправе говорить всё, что думаю. Ты же должностное лицо, при исполнении своих обязанностей. Ну и что, что я младше? Разве это даёт тебе какие-то особые привилегии? Сама такая! Я не хамлю, в отличие от некоторых. Не звони сюда больше. В Шотландию. А ты что подумала? Правда? – обрадованно усмехнулась леди Эйлис, получая удовольствие от этого разговора. – Дай сэру Йохансону хотя бы здесь вздохнуть свободно, полной грудью. Да-да. Я тоже тебя сильно люблю, дальняя сестра. И очень этому рада, – не уточняя, чему именно. – Всего доброго. Прости ещё раз, отключаюсь, а то у меня кофе остывает.

Потоптавшись по «ногам» леди Кэтрин, леди Эйлис протянула мне отключённый аппарат с чувством выполненного долга.

– Всё, до возвращения в Англию она тебя больше не побеспокоит. Потом один день будет злиться и страшно обижаться, строя козни, а потом перезвонит и как ни в чём не бывало продолжит мило общаться. Держа одну руку с румяным яблочком на виду, а вторую за спиной, с чем-то ещё. Поэтому не советую с ней сближаться. Она хороший партнёр по танцам, надёжный товарищ, примерный одноклассник, умная девушка, приятный собеседник, когда это в её интересах, но опасный друг. По этой же причине.

– Спасибо за помощь, – вежливо поблагодарил, в смешанных чувствах забирая свой телефон.

А что ещё я мог ей сказать? Куда ты лезешь, овца нестриженная? Она же хотела как лучше? Правда?

Почему-то идея задержаться в Шотландии подольше уже не выглядела столь отталкивающей, как раньше. Подумав об этом, встрепенулся, чуть не разлив кофе. Как же я мог об этом забыть! К чёрту взбалмошную принцессу. Даже двух.

– Простите, леди Стюарт, не подскажете, где здесь ближайший магазин сувениров? И что обычно привозят в подарок из вашей замечательной страны?

– Чаще всего…? – задумалась девушка, взяв в руки кружку с горячим кофе.

Сжав её в ладонях. Наслаждаясь теплом и ароматом этого бодрящего напитка.

– Виски. Могу попросить папу подарить тебе бочонок лучшего шотландского виски из его коллекции. У него в винном погребе их много. И не придётся никуда ехать. А то поблизости ты ничего не найдёшь. За этим нужно обратно в город ехать.

Представив реакцию домашних на меня и бочонок, энергично помотал головой, отгоняя страшное видение. Я уже с одним намучался. Спасибо.

– Это плохая идея. Если я привезу двенадцатилетней сестре бочку с крепким виски, мать меня в ней же и утопит. Прямо на пороге нашего дома, держа за ноги.

В этот момент глотнувшая кофе леди Эйлис, неловко дёрнувшись, закашлялась.

– Пожалуй, ты прав. Это плохая идея. Думала, ищешь что-то для отца или братьев.

– У меня только сёстры. Отец погиб на флоте. Уже давно.

– Извини, не знала. Не проблема. Сейчас что-нибудь подберём твоим сёстрам.

От этой новости моё настроение немного поднялось. Воскресное утро, выходной, вкусное кофе, красивая девушка, древний замок, домашняя, уютная атмосфера в гостиной, разожжённый камин, вчерашние переживания, всё это и что-то ещё, вроде маленького, коварного гоблина, толкнуло меня на очередную шалость.

Шестым, внезапно обострившимся чувством предвидения, безошибочно определив, что к нам приближается госпожа Чамар, соскочив со стула, засуетился. Не раздумывая ни секунды, схватил со стола здоровенный кусок стейка, не боясь испачкать руки. Быстро насадил его на стоявшую у разожжённого камина кочергу. Подмигнул опешившей принцессе, чтобы не испортила игру. Присев перед камином, сунув в огонь зашипевшее от сгорающего жира мясо, распространяющее характерный запах, закрыв его спиной, мысленно отсчитывал секунды, подгадывая подходящий момент. Не успевшая опомниться, с округлившимися от удивления глазами, наблюдавшая за этими неожиданными действиями, леди Эйлис не успела и слова сказать, как в комнату вошла заспанная индуска. Именно в этот момент я радостно обратился к девушке, смотревшей на меня и не замечающей появившейся позади нас госпожи Чамар.

– Как думаешь, мозги уже достаточно поджарились или нужно подержать их на огне ещё немного? Вот увидишь, съешь их и сразу обретёшь способности брата. Только уговор, половина мне. И моя начальница не должна ничего об этом узнать.

– А то…? – вкрадчиво поинтересовалась госпожа Чамар, мигом взбодрившись.

Испуганно оглянувшись, досадливо цыкнул.

– Дьявол. Опять не успел.

Глава 4

Получив жуткий нагоняй от разбушевавшейся госпожи Чамар, недовольно бурча себе под нос о том, что она слишком уж впечатлительна и доверчива, вернулся в нашу спальню. Отправленный туда подумать о своём плохом поведении. Только по пути заподозрив, а не было ли это всё игрой? Местью со стороны коварной начальницы? Ведь если разобраться, выставив меня из гостиной, она забрала мой кофе, мой завтрак, моё нагретое место, утреннюю газету, да что там, даже мою прекрасную, молчаливую соседку. Наслаждаясь тем, чем должен был наслаждаться я!

Размышляя об этом, зайдя в комнату, зацепился взглядом за заряженный арбалет, небрежно оставленный на кресле. В отместку занял место госпожи Чамар. Раздражённо убирая мешающийся арбалет, то ли не там схватился, то ли зацепился скобой за подлокотник, но эта зараза неожиданно тренькнула распрямившейся тетивой. Я даже не успел сказать – ****! Мелькнувшая в воздухе стрела подтвердила теорию о том, что арбалетные болты могут рикошетить от каменных стен. Если ударятся о них под правильным углом. Рефлекторно дёрнув ногой, почувствовал, будто по ней ударили молотком. Опустив взгляд, обнаружил торчащий из бедра хвостовик болта. Всё произошло очень быстро.

– Твою ж мать! – с чувством выругался, но было уже поздно.

Поморщившись от резкой боли, зажал рану, вокруг которой начало стремительно разрастаться тёмное пятно крови. Освободив одну руку, достал телефон. Он сейчас важнее. Глубоко вздохнув, набираясь решимости, поспешил обрадовать начальницу, которая, должно быть, продолжала кушать мою яичницу с беконом.

– Госпожа Чамар, не хотелось бы вас прерывать, но мне срочно нужна помощь. И аптечка.

– Не старайся. Не куплюсь на это раньше, чем доем, – проворчала учёная судя по голосу, пребывая в благодушном настроении после того, как выпустила на мне пар.

– Хорошо. Вкусно хоть кормят?

– Да.

– А джем принесли?

– Да, – подтвердила ещё более довольным голосом.

– Тогда приятного аппетита. Но всё же, будьте милосердны, пошлите кого-нибудь из слуг в нашу спальню с аптечкой, а то я тут кровью всё заляпаю. Не хотелось бы получить астрономический счёт за химчистку этих ковров, – сокрушённо попросил госпожу Чамар, разглядывая явно дорогущий ковёр.

После короткой паузы, с сильным сомнением в голосе, учёная всё же рискнула поинтересоваться.

– Я, скорее всего, пожалею об этом вопросе, но всё же, чьей кровью ты там планируешь, – выделила это слово, – всё залить?

– Своей. Чьей же ещё? – хмыкнул, поражаясь собственному спокойствию. – И у меня к вам будет ещё одна большая просьба. В следующий раз не оставляйте где попало, заряженные арбалеты. Профессиональный вопрос, – неожиданно сменил тему. – Как думаете, если я выдерну этот чёртов болт, то ничего страшного не случится? А то он мешает мне перевязать рану, – задумчиво поинтересовался её мнением. – А хотя не получится, тут нужны садовые ножницы, чтобы срезать наконечник. Или же удастся обойтись силовым снаряжением? – продолжил размышлять вслух, внимательно разглядывая арбалетный болт, торчащий с двух сторон моей ноги.

Стараясь лишний раз ей не шевелить.

Удивительно, но госпожа Чамар, похоже, умеет читать мысли. Сказала ровно те же самые слова, что и я, чуть ранее, после выстрела из арбалета. Через пару минут прибежала злая, как бенгальская тигрица. Грозя самой в меня что-нибудь воткнуть, если это окажется шуткой. Ещё через несколько минут в комнате стало очень тесно и шумно. После воплей госпожи Чамар народ сбежался чуть ли не со всего замка. Так стыдно мне не было уже очень давно.

Отвечая на вопрос, что случилось, чувствовал себя полным идиотом. Из-за нелепой случайности готов был сгореть со стыда. Особенно дотошно выяснял обстоятельства произошедшего начальник службы безопасности Его Светлости, даже не собираясь оставлять меня в покое. Тщательно исследуя спальню и краем глаза наблюдая, как раненому «герою» оказывали всю необходимую медицинскую помощь. Благо в замке до сих пор находились и квалифицированная медсестра, и семейный врач герцога Эдинбургского. По заверению специалиста, угрозы для моей жизни не было никакой. Не считая репутационного урона. Неосторожный дурак, это, знаете ли, не самая полезная характеристика в личном деле.

Грустно наблюдая за тем, как врач срезал ножницами штанину и дезинфицировал рану, готовясь наложить шов после удаления древка, отстранённо сокрушаясь по поводу порчи дорогой вещи, услышал знакомый голос.

– Что случилось? – в спальню торопливым шагом вошёл встревоженный хозяин замка.

Вместе с ним явились и члены семьи Стюартов.

«Ну, сейчас начнётся», – сокрушённо подумал, оглядев их внушительную компанию.

Постаравшись показать свою невозмутимость и нечувствительность к боли, сохраняя остатки гордости, тщетно помечтал об открытии у себя способности к телепортации. Увы, избежать предстоящего разговора не удалось. Зато удалось избежать обмена взглядами с леди Эйлис. Трижды!

– Сэр Йохансон утверждает, что пострадал из-за неосторожного обращения с оружием. По собственной глупости, – отчитался начальник службы безопасности. – Однако, у меня есть серьёзные сомнения в этой версии.

Не знаю, кто из нас больше удивился, я, герцог или обеспокоенная госпожа Чамар, которую слуги оттеснили в сторону, выяснив, что она по профессии не врач.

– Защёлка на окне открыта, хотя сэр Йохансон, по его словам, к нему ни разу не подходил. На той стороне подоконника я заметил подозрительные разводы, будто его совсем недавно протирали, хотя наши слуги этим точно не занимались. Кроме того, на ковре я нашёл едва видимый отпечаток ботинка, по размеру и рисунку подошвы не совпадающий с тем, что носят наши гости. Ну и последнее, мисс Чамар утверждает, что оставила арбалет в одном положении, проверив предохранительную скобу, а по показаниям сэра Йохансона, он лежал чуть иначе, уже без неё. В этой комнате скобы нет. У нас в замке все арбалеты оснащены этим защитным механизмом. Во избежание подобных случаев. Так кто же на самом деле стрелял из арбалета? – безопасник пристально на меня посмотрел, подозревая в том, что я сказал неправду.

Поторопившись, поскольку именно это я и собирался сделать, мгновенно сообразив, к чему он клонит. Посчитав, что лучше буду выглядеть благородным, подстреленным оленем, чем криворукой обезьяной.

– Не понимаю, о чём вы? – бесстрастно ответил, невинно глядя ему в глаза.

Загоняя нас всех на очень тонкий лёд заблуждений. Мужчина нахмурился. Госпожа Чамар на заднем фоне страдальчески вздохнула, посмотрев в потолок, но почему-то промолчала.

– Сэр Йохансон? – осуждающе посмотрел на меня Его Светлость.

– Я в этой комнате никого постороннего не видел и, по-прежнему, буду придерживаться этих показаний. Прошу прощения, за доставленные неудобства, – уважительно склонил голову.

– Проверьте камеры наблюдая, – приказал помрачневший герцог.

«Какие ещё камеры?» – чуть не спросил от испуга.

Невольно напрягшись из-за опасения, что меня разоблачат до того, как покину это гостеприимное место.

С кем-то переговорив по рации, начальник службы безопасности сообщил удивившую всех собравшихся новость. Оказывается, ещё ночью часть камер вышла из строя. Включая ту, с которой просматривалась эта часть фасада замка. Причину поломки до сих пор не обнаружили. Теперь уже все точно стали уверенными в том, что я чего-то недоговариваю. Да что там, я тоже так подумал.

Выдержав небольшой допрос, упрямо стояв на своём, попросил дать мне немного отдохнуть. Прикидывая, что буду говорить, когда и если поймают неведомого любителя лазить по чужим спальням. Очень надеясь, чтобы этого не произошло. После того, как все вышли, оставшаяся в комнате госпожа Чамар, сделавшая вид, что собирается поправить одеяло, приблизившись и нависнув надо мной, тихо спросила.

– Как ты умудрился подстрелить себя в пустой комнате? У тебя что, совсем инстинкт самосохранения отсутствует?

– Это был не я, – продолжил всё отрицать.

– А кто? – удивилась начальница.

– Неизвестный человек в маске. Это было покушение, – выпалил первое, что пришло в голову.

– Какое ещё покушение? Это ты другим будешь сказки рассказывать. Кто-то действительно влез в эту комнату, пока нас не было и пытался взломать кейс с Оракулом. Однако, поскольку моя особая сигнализация не сработала, то успеха в этом ловкий воришка не добился. Похоже, ты вовремя его спугнул, заставив спешно убраться, не успев замести все следы. Что же касается арбалета, то я ещё вчера заподозрила, что нас ночью попытаются ограбить, поэтому его и прихватила. Сама зарядила. Сняла предохранительную скобу. Уже и не помню, куда её потом дела. Откуда же я знала, что ты хватаешься за всё подряд, не раскрывая глаз, – отчитала меня, изредка поглядывая на дверь, чтобы убедиться в отсутствии посторонних ушей.

– Так почему вы сразу об этом не рассказали остальным? – удивился.

– О чём? Что я никому не доверяю в этом замке? Что подвергла твою жизнь опасности? Что чуть не стала обвиняемой в непредумышленном убийстве? Или о том, как отдала сверхдорогое и опасное оружие в руки мальчишке, который способен сам себя пристрелить из любопытства? Даже из рогатки! Нет уж. Свалить всё на воришку мне показалось более удобным вариантом. Пусть уж лучше его активнее ловят, чем к нам пристают. Если, конечно, за этим не стоят сами Стюарты. С удовольствием бы послушала, как они выгораживают мистера «Ловкие пальчики». В таком случае мне сразу бы стало понятно, чьи уши торчат из-за дерева. Однако, то ли они оказались умнее, то ли не при делах. Но тогда в их системе безопасности имеется немаленькая такая чёрная дыра. И как в таком случае верить их обещаниям тебя защитить, если согласишься на них работать? Это ведь замок на озере, в центре их владений, а не какая-нибудь дешёвая гостиница в крупном городе. Поэтому не советую делать ставку на твоих новых Шотландских друзей, – серьёзно предупредила госпожа Чамар.

Судя по всему, ей бы этого очень не хотелось. Я даже сперва подумал, что это она сымитировала попытку ограбления. Но, тогда как начальница нарушила работу системы видеонаблюдения Стюартов? Она же всё время была у меня на виду. Понятно, что ничего не понятно.

Вскоре пришёл слуга и проводил госпожу Чамар в другую комнату, освобождённую специально для неё, чтобы не беспокоить раненого. Когда она уходила, заметил, что у моей двери теперь стоит охранник. На всякий случай. Вспомнив слова доктора о том, что мне нужно хотя бы денёк отлежаться, не тревожа рану, решил позвонить домой, предупредить о задержке. К счастью, ни кость, ни крупные сосуды не были задеты, так что уже скоро смогу скакать хромым козликом. Норе и старосте класса соврал, сказав, что случайно напоролся ногой на гвоздь. Сильно поранился. Однако ничего страшного не произошло, нужно лишь денёк полежать в местной больнице.

В Англию вернулся только под утро вторника, проведя в замке Глэнан два дня. Усталый, невыспавшийся, в мятой одежде, с мыслью о том, что пора садиться на диету. Эти выходные выдались очень насыщенными на события. Хотя меня уговаривали остаться ещё на пару дней, но я настоял на возвращении домой. Боялся, что иначе сопьюсь или выкину какую-нибудь новую глупость. Либо помру от скуки. Или ещё хуже, внезапно женюсь. Отказаться от чего будет не так-то просто, после того, как меня застукают в постели с одной из шустрых и весьма изобретательных девиц. Сильно сомневаюсь, что улыбчивые здоровяки поверят в то, будто она сама туда запрыгнула. Сказав, что замёрзла. Да и какая им, собственно, разница?

Несмотря на желание как следует отдохнуть после затянувшихся выходных, превозмогая трудности, выпив обезболивающего, отправился в школу. Прихрамывая, опираясь на медицинскую трость. Собираясь отоспаться на уроках.

При входе в класс наткнулся на Даниэля, что с приветственным возгласом сильно хлопнул меня по плечу, отчего пошатнувшись, перенёс вес на раненую ногу.

– Уй ёёё, – скривился от боли. – Варвар. Осторожнее! Смерти моей хочешь? Не видишь больного человека, нуждающееся в сострадании, женской ласке и деньгах?!

– Прости, – тут же извинился Даниэль, удивлённо посмотрев на мою ногу. – Я думал, ты прикидываешься. Принцесса Эдвардс сказала, что ты сам просил о такой встрече.

Недружелюбно посмотрев на изображающую недоумение принцессу, решил ей ничего не говорить. Позже выскажусь, в письме. Не при всех же с ней ругаться. Однако это она не стала молчать, развивая успех.

– Ты на самом деле поранился? Правда? – сочувственно пошутила принцесса, не моргнув и глазом.

– Ваше Высочество, а вы безжалостны, – осуждающе заметил. – Я же отправлял вам фотографии своей раны, завернувшись в одно полотенце, как вы и просили, – сыграл в её же игру.

Теперь всё внимание класса переключилось на опешившую принцессу. Вспыхнувшую от негодования и смущения от корней до самых кончиков волос.

– Вы же ещё хотели продать их Кейси, – мстительно подлил масло в огонь.

– Эта наглая ложь! – возмущённо воскликнула принцесса, не усидев на стуле.

– Правда? – вернул ей вопрос, «искренне» удивившись. – Правда, – заторможено повторил уже другим тоном, глядя в её бесстыжие глаза, извергающие «огонь и молнии». – Да, точно. Эта правда! Такого не было. Я всё придумал. Извините, – испуганно заявив, поспешил добраться до своего места, пряча ехидную улыбку.

Увидев, как на неё с ещё большим подозрением стали смотреть одноклассники, практически убеждённые, что всё именно так и было, принцесса с трудом удержав себя в руках, а руки в кулаках, молча села. После чего сохраняла застывшее выражение лица на протяжении нескольких уроков. Сидя с прямой спиной, будто палку проглотила. Несколько раз убийственным взглядом отгоняя кружившую вокруг неё Рэдклиф, похожую на акулу, почуявшую свежую кровь. Судя по реакции, с полным иммунитетом к смертельным проклятьям Медузы Горгоны.

– А это точно был гвоздь? – допытывался Даниэль, не оставляя меня в покое.

Пытаясь выяснить, что же случилось? Всё-то ему расскажи.

– Моё рыцарское достоинство не позволило бы соврать лучшему другу, – изобразил оскорблённую невинность.

Достав увеличительно стекло, президент школьного совета попросила подойти.

– Дай хоть разок поищу это самое рыцарское достоинство. А то меня не отпускают смутные сомнения.