Текст книги ""Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Иван Шаман

– О чём ты разговаривала с хозяином катера и мистером Сигеру?

– Они расспрашивали меня о том, откуда мы приехали. Из какой страны. Чем занимаемся. Одни ли здесь. Если не судить по внешности, довольно милые, общительные люди. Я уж думала какие-то бандиты, – поделилась своим мнением.

– Да ты бандитами называла каждого второго мозамбикца, а третьего, или мошенником, или бродягой, – с улыбкой, напомнил спутнице.

– Это было давно и неправда, – возразила Амелия, как и многие девушки, обладающая потрясающе избирательной памятью.

– Как скажешь. Так что ты им сказала? – кивнул в сторону мужчин, переговаривающихся между собой на языке, которого я не знал.

– Что мы английские школьники на каникулах. Путешествуем по миру в поисках новых мест. Кстати, карточкой и тут расплатиться не удалось, пришлось давать наличные. Дикая страна, – пожаловалась Амелия.

– И не говори, – согласился, ещё раз покосившись взглядом на деревянные ящики, наполненные различными хозяйственными припасами.

Закончив подготовку к отплытию, на катер поднялся пожилой владелец с молодым помощником. Действительно, посмотришь на них со стороны, очень доброжелательные, улыбчивые люди, часто на нас поглядывающие. Проверяя всё ли в порядке.

Под громко затарахтевший двигатель, катер начал бодро набирать ход. Погода стояла отличная, так что поездка обещала быть приятной. Отойдя от берега на значительное расстояние, пока суша не превратилась в тёмную, туманную полоску, катер направился вдоль него. Несколько часов всё было прекрасно, Амелия спокойно грызла сушёные креветки, купленные в порту вместе с корзиной. Немаленькой такой, плетёной корзиной, по мнению девушки, отданной нам почти даром. Капитан и помощник, занимались своими делами. Стояли и смотрели вдаль с умным видом. Я, разомлев на солнышке, дремал, убаюканный размеренным плеском волн. Пока не появился ещё один скоростной катер, побольше нашего, с солидной надстройкой, уверенно идущий на сближение. Встреча судов в море явление нередкое, но вот чтобы они сходились в одной точке, это уже неспроста. Посмотрев на сохраняющего спокойствие владельца катера, явно знавшего кто это и зачем они к нам подходят, да ещё заглушив мотор, огорчённо вздохнул. Ну почему это всё происходит именно со мной? Я что, особенный?

– Эрик, а кто эти люди? – удивилась нахмурившаяся Амелия, разглядывая группу обрадовавшихся встрече, прибывших африканцев.

Одетых, как бродяги, в какое-то тряпьё.

– Если судить по дрянным автоматам и парочке старых РПГ, африканские пираты. А если посмотреть на их приветливые лица и улыбки, довольно милые, общительные люди, – припомнил её характеристику, данную недавно нашим новым знакомым.

Перебравшись на наш катер, три головореза, не обращая внимания на пассажиров, принялись о чём-то оживлённо торговаться с его владельцем. Часто тыча пальцами то на бочки, то на ящики, то на нас.

– Не смешно, – недовольно проворчала напрягшаяся Амелия, подсев ко мне поближе.

Не сводя с них настороженного взгляда.

– Так я и не шучу. Одно другому не мешает. Почему они не могут быть доброжелательными пиратами? Смотри, деньги достали. Интересно, почём нас продают? – пригляделся повнимательнее, оценивая экипировку морских разбойников.

– Это всё, что тебя сейчас беспокоит? – возмутилась Амелия, шокированная как происходящим, так и моим поразительным спокойствием.

Только сейчас по-настоящему испугавшись, поняв, что отдых пошёл не по плану. Совершенно не представляя, что теперь делать? Пожалев о своём опрометчивом поступке. Об уходе с безопасного и роскошного круизного лайнера. Оказавшись чёрт знает где, в одной лодке с какими-то вооружёнными дикарями. Она такую услугу не заказывала. Девушка почувствовала приближение истерики.

– Ну хорошо. Сделаем, по-твоему, – успокаивающе взял девушку за руку. – Ты что на ужин будешь, фасоль или кукурузу? С рыбой. Тут уж без вариантов, – иронично посмотрел на девушку, пытаясь нащупать то самое состояние просветления, которого мне сейчас остро не хватало.

Словно нарочно, запаздывающего. Амелия посмотрела на меня каким-то «диким» взглядом, широко раскрыв глаза. Как на идиота.

– Тогда, давай поступим по-моему, – покладисто согласился.

– Как?!

– Делай как я. Мы сдаёмся! – громко объявил, с радостной улыбкой подняв руки, чем вызвал громкий хохот пиратов, переставших направлять на нас оружие.

Уже не ожидая проблем с такими послушными заложниками. А зря. Кажется, скоро Даниэль дождётся третью часть изумительных историй. Глядишь, так скоро материала на целую книгу наберётся. Если я до этого светлого момента доживу. Почему-то прямо сейчас пришла в голову мысль, что всякий раз, когда я попадал в неприятности, рядом со мной оказывались красивые, успешные девушки. Может, они приносят мне неудачу?

Глава 2

Перегружать ящики и бочки прямо в море пираты не стали. Вместо того, сопроводили предприимчивого рыбака в свою прибрежную деревню, состоящую из неказистых хибар землистого цвета. По большей части круглой формы, окружённых амбарами и загонами для скота. Строительным материалом для подавляющего большинства строений служила глина, палки и солома. И это в эру, когда человечество осваивало космос и подчинило себе силу атома. В деревне и электричество-то имелось далеко не во всех дворах, получаемое с помощью дизельного генератора, установленного во дворе старосты, под навесом из тростника. Кроме того, в деревне не было ни вышек сотовой связи, ни асфальтированных дорог, ни уличного освещения, ни даже, о ужас, рекламных вывесок. Такое впечатление, словно мы попали в далёкое прошлое. Столица Мозамбика и его отдалённые провинции словно жили в разные временные периоды. Удивительные дела тут творятся.

Чтобы нас поместили в одно место, а не развели по разным, шикнув на Амелию, уверенно заявил о том, что она моя невеста. Деньги за выкуп будет платить моя семья, потому что семья девушки очень бедная. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на её дешёвые украшения, купленные на рынке Мапуты. Обычная, расхожая бижутерия. Если девушку, не дай бог, изнасилуют, платить за неё принципиально не буду. На Амелию при этом старался не смотреть, про себя молясь, чтобы она не испортила моё выступление. К счастью, у неё хватило ума промолчать.

Почирикав между собой на своём чудном языке, пираты решили, что деньги важнее, чем белая женщина. Тем более, она у них была не первая. В смысле, заложница. Оказалось, в деревне уже содержится целая группа сотрудников одной из Европейских сырьевых компаний, похищенная где-то в этой провинции. Их поселили в одном из домов на окраине, куда определили и нас. Когда заводили во двор этой «гостиницы», огороженной высоким забором, сложенным из длинных жердей, обратил внимание на двух сторожей. Четырнадцатилетнего паренька и мужчину средних лет, вооружённых автоматами и внушительными мачете, лениво скучающих под навесом. Текущие жильцы, четверо мужчин и одна женщина, загорелые, слегка исхудавшие, непричёсанные, в давно нестиранной одежде, встретили нас с большим удивлением. Явно не ожидали гостей.

– Ганс, смотри, эти уб*** ещё кого-то поймали. Вот же сволочи. Это же почти дети, – возмущённо сказал один мужчина другому на немецком языке.

– А почему их только двое? – удивился его бородатый друг.

– Надеюсь, их родители в порядке. Будет очень жаль, если они пострадали, – посочувствовала нам единственная женщина в этом доме, сразу же подойдя к настороженно на неё посмотревшей Амелии, нерешительно замершей в проходе, проверяя, всё ли с девушкой в порядке.

Не поранилась ли? Посчитав, что одни, в таком виде, мы никак не могли путешествовать по Африке, а значит, с нами должны быть сопровождающие, которых она здесь не видела.

– Не волнуйся, здесь ты в безопасности, – ласково обратилась к Амелии, пытаясь передать интонацией, что она ей не враг.

Осторожно приобняв девушку, повела её к небольшому диванчику, накрытому цветастыми одеялами, с наброшенными на него небольшими подушками.

– Жаку, что по поводу ответа из нашей компании? – пользуясь случаем, лидер группы обратился к нашему провожатому.

На ужасном, ломаном английском, который пират и сам знал не лучшим образом. Слышать такую речь было несколько раздражающе.

– Молчат. Ещё неделю мы ждать, потом всё. Мужчин убить, женщину продать, – недовольно ответил пират. – Эти тоже ждать тут. Не трогать, – показал на нас пальцем. – Вести себя хорошо. Кто будет шуметь, бить палкой. Бежать, сажать в яму, на цепь, как собак. И не кормить.

Выдав инструкцию, пират вышел, закрыв за собой дверь на засов.

– Ребят, вы откуда? По-немецки говорите? – с надеждой спросил словоохотливый, высокий, худощавый мужчина с копной непослушных, светлых волос.

– Людвиг, не наседай на них. Дай им успокоиться, – сердито попросила добросердечная шатенка, что усадила Амелию на диванчик. – Пить хочешь? Воды? – произнесла медленно, по слогам, сделав характерный жест, будто пьёт воду из стакана.

– Что она спрашивает? – спросила у меня Амелия.

– Ты пить хочешь? – перевёл и так очевидный вопрос.

– Нет. Я хочу отсюда выбраться, – загрустила Амелия, ссутулившись и поникнув.

– Потерпи до вечера. Воспринимай всё происходящее, как захватывающее, экстремальное приключение. Всё будет хорошо. Поверь мне. Скоро сама будешь вспоминать об этих событиях, как о чём-то невероятном и забавном, – пообещал девушке с ободряющей улыбкой.

Стараясь выглядеть уверенно и расслабленно, как тот, у кого всё под контролем. Пусть так думает. Может, тогда и сам в это поверю. Нельзя позволять Амелии пасть духом, иначе, глядя на неё, у меня тоже опустятся руки.

– И что ты сделаешь вечером? – с подозрением поинтересовалась девушка, опасаясь, что всё ещё сильнее ухудшится.

– Захвачу власть в этом, отдельно взятом, посёлке. Убив всех, кто будет против, – раскрыл свой грандиозный план, вызвав у девушки грустную, недоверчивую улыбку.

Подумавшей, что я её просто утешаю.

– Посмотрю, как это у тебя получится, – не стала причитать, чтобы не показаться жалкой.

С любопытством прислушивающиеся к нашему разговору немцы, сделали правильный вывод.

– Похоже, это англичане. Скорее всего, туристы. Да, не повезло беднягам, – посочувствовал Людвиг. – Будет ещё обиднее, если это молодожёны, совершавшие своё свадебное путешествие.

– Сомневаюсь. Не вижу обручальных колец, – заметил, тихо сидящий в сторонке, молчаливый, хмурый, коротко стриженный брюнет.

– Вы правы, уважаемый, мы не женаты, – переключился на немцев, поражённо замерших при звуках родной речи. – Мы простые, английские школьники. На каникулах. Плыли на Сейшельские острова, да к несчастью, наткнулись на морских пиратов.

– Ты говоришь по-немецки? – обрадовался Людвиг, подойдя ближе. – Да ещё так хорошо. Почему сразу не сказал?

– Не было возможности. Сначала хотел успокоить подругу. Для неё всё происходящее обернулось большим стрессом. Меня зовут Джеймс Буллит. Я увлекаюсь бабочками. Будущий энтомолог. А это, Амелия Адамс, – опустил все её титулы, на случай утечки информации.

Я пока доверял им не больше, чем они мне.

– Ты говоришь по-немецки? – повторила вопрос удивлённая Амелия. – Я думала, знаешь только французский.

– Я много чего знаю, – загадочно улыбнулся.

– Спроси у них, где здесь туалет? – попросила девушка, не в силах больше терпеть.

Переведя вопрос, узнал много интересного о местном быте. А уж как этому знанию обрадовалась Амелия, не передать словами. Приличными. Она возмущённо пучила глазки. То открывая, то закрывая ротик. Готова была в любую секунду разразиться громом и молнией. Аж потемнела лицом, не понимая, как так можно жить?! Это же невыносимо. Да что там невыносимо, негигиенично! В качестве умывальника – жестяная банка с соском снизу. Вместо раковины – ведро. Туалет – в яме, едва прикрытой досками. Воняло оттуда так, что аж глаза слезились. Вместо шкафа – сундук. На кухне – примитивная дровяная печь. Из бытовых приборов, веник да мухобойка. Кстати, мух тут было много. Жирных и наглых. По заверению соседей, комаров и клопов здесь ещё больше, с ними нам только предстояло познакомиться. Ванной комнаты не предусматривалось. Как и стиральной машинки. Все водные процедуры проводились прямо во дворе.

– Я так не могу. Делай что хочешь, но вытаскивай меня отсюда, – брезгливо поморщившись, решительно потребовала леди Адамс.

Готовая сама взяться за оружие, если это ускорит процесс возвращения к цивилизации. А лучше, сразу за огнемёт. Её уровень запуганности стремительно пошёл вниз, вытесняемый воинственностью.

– Желание прекрасной леди, закон для её рыцаря, – шутливо поклонился. – Ты пока осматривайся. Считай, что находишься в музее естествознания. Изучаешь быт дикарей в естественных для них условиях. А я пока пообщаюсь с немцами. Если что-то понадобится, говори.

Сев за стол, позвал знакомиться наших новых соседей. Бородатого Ганса. Высокого и разговорчивого Людвига. Спокойного, добродушного Дирка, обладателя небольшой залысины и выпирающего живота. Хмурого, постоянно чем-то недовольного Мартина, который, впрочем, не прочь был поговорить. Скука его уже достала. Кроме разговоров, здесь и заняться-то особо нечем. К тому же, у кого ещё ему узнавать свежие новости? Расспрашивать, что в мире творится? Телевизора нет. Телефона нет. Так скоро с пауками начнёшь разговаривать, раздавая им имена. Также к нам подсела Ирма, как звали единственную женщину переводчика, сопровождающую эту группу геологоразведки. Присланную главным офисом в командировку. Как ей сказали, всего на недельку. Ирма превосходно владела Португальским, Испанским, Итальянским и одним из местных языков, к сожалению, распространённым только в центральной и южной частях Мозамбика. Здесь, на севере, жило другое племя, говорившее на другом наречии, которое она понимала с большим трудом.

Разговорившись с этими людьми, постарался выведать силы пиратов и местонахождение их базы. Разузнать, где тут что находится? Какие у них отношения с деревенскими жителями, которые, по-моему, относились к пиратам настороженно. Не скажу, что недружелюбно, но точно не как к родственникам или друзьям. Мой интерес был вовсе не праздный. По пути сюда успел краем глаза заметить парочку силовых поясов, надетых на пиратов, которые сразу привлекли моё внимание, позволив надеяться на успешное завершение спасательной операции. Архимеду, чтобы перевернуть этот мир, нужен был лишь подходящий рычаг, а мне, чтобы снести эту деревню, фантомный доспех.

Когда я попросил нарисовать план деревни, за проведённые здесь четыре месяца плена заложников несколько раз привлекали к различным хозяйственным работам, так что деревню они более или менее изучили, немцы напряглись.

– А тебе он зачем? – с подозрением поинтересовался Ганс, начальник их группы.

– Может, когда-нибудь пригодится, – ответил уклончиво. – А вот если укажете, где эти «рыбаки» хранят своё снаряжение, включая силовое, что я видел у парочки странных типов по пути сюда, то, при случае, угощу вас пивом. В ближайшем крупном городе, где находится аэродром. Готов даже туда отвезти. Тоже за свой счёт.

– Пиво здесь, как моча, – авторитетно заявил Людвиг, многозначительно переглянувшись с Гансом, дождавшись кивка, прежде чем ответить. – Вот если приедешь в Гамбург, я тебе покажу, каким должно быть настоящее пиво. И где его нальют за разумную цену. Что же касается силового снаряжения. Вещь это статусная. Ценная в здешних краях. Оно хранится всего в двух местах, под замком. У начальника местного ополчения, родного брата главы деревни, состоящего из десятка обычных крестьян, вооружённых лёгким стрелковым оружием. И у главаря пиратов. На складе. Хотя правильнее будет его назвать командиром одной из боевых бригад Большого Моджо, который много чем занимается. Пиратство для него скорее дополнительный заработок, а не основной. Этим направлением заведует Жаку. Это он вас сюда привёл. Всего у Большого Моджо насчитывается где-то сотня головорезов. Он с местными жителями только сотрудничает, не больше. Позиционируют себя, как отдельную силу, с которой окрестным деревушкам приходится считаться. Выплачивая ему дань за защиту от таких же, как он. Реальная власть тут не в кабинетах, что в больших городах, а у тех полевых командиров, у кого есть оружие и боевики, способные его применять. Оказывающие большое влияние на местные общины и вождей. Держать армейские гарнизоны в каждой отдалённой деревушке для центральных властей задача нереальная. Тут все друг с другом повязаны, кто кровью, кто родственниками, кто общим делом. Привыкли решать свои проблемы на местах.

Коротко ввёл меня в курс сложившегося здесь расклада сил.

– Насколько мне известно, у Жаку где-то около пяти комплектов силового снаряжения, что, по местным меркам, считается внушительной силой. Два пехотных. Один тяжёлый, похожий на сапёрное снаряжение. Либо украл его, либо выкупил у армейцев. У тех хоть танк можно достать, были бы деньги. И клубничка на торте, средний МД. Пусть и не самой новой, продвинутой модели. Вероятно, из списанных португальских запасов, заполонивших чёрный рынок, после недавно объявленной модернизации армии. Как-то так. Зачем он ему в море, понятия не имею. На их катерах, на таком не развернуться. Но вещь статусная, сразу даёт понять, кого тут следует уважать и кто главный. Может, поэтому Большой Моджо и расщедрился, наградив верного командира.

– А где он всё это добро хранит? Тут же нет ни одного приличного здания? – задал наводящий вопрос.

– На складе. Там же, где остальные ценные вещи. Выкупили у местных несколько домов и сараев у берега, обозвав их громким названием, морская база Большого Моджо. Один из них отвели под это дело. В нём же устроили и арсенал, и склад топлива. Хотели было большой ангар возвести, да испугались, что этим выдадут свою стоянку береговой охране.

– Сможешь нарисовать план деревни с отметками, где тут что находится? – попросил Людвига, как самого общительного.

Готового идти на контакт. И которого, по всей видимости, с молчаливого одобрения начальника группы, назначили главным переговорщиком.

– Шутишь? Я же геодезист. Я тебе с закрытыми глазами такую карту нарисую с высотными отметками, не отличишь от компьютерной модели. С точностью до метра. Только зачем она тебе? – испытывающее на меня посмотрел.

– Моя подруга отказывается спать с клопами и пользоваться отхожей ямой. Ей не нравится сервис в этой «гостинице». В турфирме нам обещали совсем другое. Я им за это потом дизлайк на сайте поставлю. Этой же ночью собираюсь сходить к управляющему, расплатиться за гостеприимство, забрать ключи и съехать отсюда. Надеюсь, обойдётся без скандала. Иначе, если я не дам своей подруге то, чего хочет она, Амелия не даст мне того, чего хочу я. Женщины, – многозначительно пожал плечами, пользуясь тем, что моя спутница не понимала по-немецки. – Не в обиду вам будет сказано, – уважительно кивнул Ирме, в немом изумлении приподнявшей брови.

Прикинулся человеком, с большим житейским опытом, к словам которого обычно принято прислушиваться.

– Не успел провести в плену и часа, а уже строишь планы побега? – усмехнулся Людвиг, оценив игру слов. – И тебе, разумеется, нужна наша помощь? – сыронизировал, пока ещё не воспринимая меня всерьёз.

Не видя для этого поводов. Мало ли что я сказал? Он тоже много чего хочет и даже готов предложить. Другое дело, что не знает, как это реализовать. Несбыточных планов у них у самих полные карманы.

– Ну что вы. Нет. Я просто ставлю в известность, чтобы не волновались и не шумели, когда я уйду. Сам со всем справлюсь, – улыбнулся, пытаясь пародировать мистера Вилсона.

Представляя, как бы он вёл себя на моём месте.

– Лучше оставайтесь здесь и присмотрите за моей подругой. Этого будет достаточно. Когда рассчитаюсь с управляющим этого «курорта», вернусь за ней. А пока, мне так будет спокойнее. Не придётся переживать, что кого-то заденет шальной пулей. К тому же, если у вас нет специальной подготовки, то скорее сорвёте мою ночную прогулку, чем её облегчите, – сказал открытым текстом.

– А у тебя она есть? – удивился Ганс, посмотрев на меня по-новому.

У него вызывало недоумение несоответствие того, что он слышал, тому, что видел.

– Я закончил кулинарные курсы и получал частные уроки игры на фортепьяно. Плюс, проходил практику ловли бабочек, – заверил с совершенно серьёзным видом. – Этого вполне достаточно, – отказался отвечать на такой вопрос.

– Осталось только найти бумагу и карандаш. У вас, случайно, ничего такого нет? – продолжил ёрничать Людвиг.

– Нет. Но план можно набросать на чём угодно. Хоть в пыли, хоть в грязи, хоть на запотевшем стекле. В крайнем случае, выложить из подручных предметов. У меня хорошая память и воображение, – заверил геодезиста, сохраняя спокойствие. – Я не привередлив, в отличие от моей спутницы.

Внимательно на меня посмотрев, Ганс коротко распорядился, – Нарисуй ему.

Пока Людвиг был занят делом, не став спорить с начальником, расспросил бородатого немца о том, как они здесь оказались?

– Мы сотрудники немецкой горнодобывающей компании «Дортсмут». Проводили в провинции Нампула геологоразведку. Здесь, по всем признакам, должны располагаться залежи драгоценных камней. Правда, найти их пока не успели. Задержавшись в походе, мы разбили полевой лагерь в холмах, что к западу отсюда. Той же ночью подверглись нападению. Похоже, наша деятельность сильно не понравилась местным контрабандистам и чёрным старателям, что нелегально их добывают где-то в округе. Поскольку, в случае нашей пропажи, через какое-то время компания просто прислала бы другую группу, они поступили хитрее. Устроили традиционные пляски с похищением, требованием выкупа и телефонными запугиваниями. При таких условиях нашей компании проще свернуть свою деятельность в данном районе, чем вкладывать огромные средства в войну с местными бандитами, вооружёнными до зубов и хорошо организованными, не зная заранее, отобьются ли эти затраты или нет. Возможно, тут нет ничего настолько ценного, чтобы начинать промышленную разработку месторождений. Ради которых стоило бы договариваться с насквозь коррумпированными центральными властями об охране объекта и сотрудников. То, что для отдельных старателей кажется большой добычей, для крупных компаний – сущая мелочь. Африка большая, где копать с меньшими затратами и большей выгодой «Дортсмут» найдёт. У нас не военная организация и не огромная корпорация, способная позволить себе такие риски.

Удовлетворив моё любопытство, Ганс попросил рассказать о себе поподробнее, для чего пришлось спешно придумывать подходящую легенду. Судя по взглядам, немцы догадались о том, что я о многом умалчивал, но настаивать на большей открытости не стали. Решив дождаться ночи, чтобы посмотреть, что я буду делать? Не принесёт ли им моя авантюра дополнительных проблем? А то, может, завтра придётся выгонять отсюда проблемных английских подростков, не желая мириться с их безумными выходками. После разговора с немцами, уделил время Амелии. Успокоил её, настроил на позитивные мысли, после чего терпеливо принялся ждать вечера. Морально готовясь к предстоящей операции, затягивать с которой не стоило. У меня каникулы не резиновые. Я всё ещё надеялся, что подарок Норы пригодится.

Усевшись в позу для медитации и закрыв глаза, принялся внушать себе, что я секретный суперагент под прикрытием. Под очень глубоким прикрытием. И настолько секретный, что сам об этом не в курсе. Пробуждая в себе память мистера Вилсона и мистера Смита, перенимал их опыт и навыки, что получил во время слияния сознаний. Надеюсь, они мне помогут. Как и напускная уверенность в своих силах, которую желал обратить в реальную. Ведь главное – вера. Что первично, а что вторично, учёные мужи спорят до сих пор. Вера ли рождает чудо или чудо рождает веру, скоро узнаю.

Когда достаточно стемнело решительно поднялся на ноги. Посмотрев на так и не ложившихся спать немцев и Амелию, улыбнувшись им, приложил палец к губам. Надеюсь, смог аккумулировать в себе достаточно энергии А-поля, сгущая её в час по капле. Выглянув в окно, встав так, чтобы меня не было видно снаружи, пристально уставился на сторожа. Сейчас, во дворе, усевшись на стул, остался дежурить только один автоматчик. Чтобы было не так мрачно и темно, он развёл рядом с собой небольшой костерок, чей дым отгонял назойливых насекомых. Такое ощущение, что ночью они стали ещё активнее, чем днём. Судя по запаху, не внушающий уважения пират недавно жарил на нём мясо, которым с нами не поделился. Отчего у меня выделилась обильная слюна. На ужин нам выдали всего лишь по плошке густой, подгорелой ячменной каши с жаренной рыбой и по куску, на удивление, свежей лепёшки. Тяжёлой и плотной, без разрыхлителей, красителей и прочих пищевых добавок.

С большим подозрением потыкав деревянной ложкой в крупнозернистое, пахучее варево, Амелия есть его не стала. Сказала, что ещё не настолько оголодала и отчаялась. Немцы, уже привыкшие к простой, грубой пище, успев поголодать в первые дни заточения, слопали ужин за пару минут, даже не поморщившись. Здоровяк Ганс, получив разрешение, ещё и порцию Амелии умял с большим удовольствием. Свою я отдал Людвигу, в качестве благодарности за карту. Только лепёшку съел. Она мне понравилась. Вкусная и сытная. Жаль, у нас таких не продают.

Гипнотизируя сторожа на расстоянии, всеми силами попытался настроиться на источник его души, внушая пирату одну и ту же тревожную мысль. Расшатывая его силу воли. Туманя сознание. Заставляя поверить в то, что часть заложников, якобы каким-то хитрым образом сумела выбраться из дома. Сбежала. Если об этом узнают, то ему несдобровать. А если сейчас, не убедившись лично, поднимет шум, а потом выяснится, что ему это только померещилось, будет ещё хуже. Над ним начнут смеяться даже собаки. Обзывать мнительным трусом. Лучше по-тихому проверить, прежде чем что-то предпринимать. Да, так будет правильнее. Незачем ждать утра. Потом может стать поздно. Есть только здесь и сейчас. Он только одним глазком посмотрит, пересчитает заложников и всё. Никто ничего не заметит.

Вначале пират почти никак не реагировал на это внушение, однако с каждой минутой становился всё более задумчивым, неуверенным и обеспокоенным. Всё чаще оглядывался, то на наш дом, то на затихшую деревню, прислушиваясь к окружающим звукам. Минут через пять засов на нашей двери отошёл в сторону. Только дверь приоткрылась, как я, стараясь не думать о том, что делаю и в кого превращаюсь, хлёстким, стремительным ударом сломал ему гортань. Сразу же после этого, одной рукой, ухватив его за рубашку, втянул внутрь, а второй, отнял автомат, за который тот держался, как за палку. Совсем про него забыв, не без моей помощи.

Сбив хрипящего африканца с ног, тут же врезал прикладом по затылку, добивая незадачливого сторожа. Всё это заняло считанные секунды. Никто даже не успел опомниться. Осторожно выглянув в приоткрытую дверь, нет ли свидетелей внезапного исчезновения незадачливого пирата, тихонько её прикрыл.

– Ладно. Я пошёл. Если меня будут спрашивать, скажите, к понедельнику вернусь, – шутливо сообщил заложникам, испытывая эмоциональный подъём от прилива адреналина.

Не став дожидаться вопросов, что-то кому-то объяснять или доказывать, сразу покинул дом, растворившись в уличной темноте.

Поскольку наша тюрьма стояла на отшибе, то отойдя от деревни на некоторое расстояние, прячась за густым кустарником и невысокими, сучковатыми деревьями, принялся её обходить, не приближаясь к источникам света.

Стараясь не шуметь, направился в сторону пристани и прибрежных построек, где у пиратов находился склад. Двигаясь так, как это делали бы профессиональные наёмники. Воспользовавшись их опытом, так как своего ещё не накопил. Несмотря на это, один раз чуть не свалился в канаву, а другой, чуть не наступил на змею, что вольготно себя чувствовала так близко от поселения. После чего был вынужден удвоить осторожность.

Дойдя до склада пиратов, спрятавшись за ближайшим к нему укрытием, как следует рассмотрел охраняемый объект. Возле длинного лодочного сарая, в котором он располагался, сидел ещё один вооружённый головорез, одетый в обычную рубашку и камуфляжные штаны. Часовой лениво курил самокрутку, подозреваю, вместо табака набитой местной, дурманящей травкой, вольготно развалившись в плетёном кресле. Явно никого не опасаясь. Его хорошо было видно в свете керосинового фонаря, установленного на стоящей рядом бочке. Надеюсь, не с керосином, иначе отваге этих бесстрашных, слабоумных вояк я могу только позавидовать.

Обойдя склад со стороны задней стены, по груде ящиков забрался на его крышу. А дальше, как любят показывать в боевиках, с мачете в руках, помимо автомата, отнятого у нашего сторожа, молча спрыгнул на любителя травки. Жаль, в кино не объясняли, что от таких акробатических трюков можно себе что-нибудь отбить, а заодно испачкаться в чужой крови. Да и вообще, попробуй попади с первого раза куда нужно. Тут просто-то спрыгнуть с крыши не так легко, как кажется для неподготовленных людей.

Тихо проклиная чёртово кресло, о которое больно ударился ногой, быстро потушил фонарь. Следом посадил свалившегося с кресла мертвеца на прежнее место, чтобы в темноте его можно было принять за живого, вложив в рот пирата выпавшую оттуда тлеющую сигарету. Обыскав его, забрал ключи от здоровенного, массивного, амбарного замка, на который закрывался этот сарай, собранный из обычных досок. Тоже мне, неприступная крепость.

Внутри склада, помимо оружия, ящиков с боеприпасами и бочек с топливом, нашёлся грубо сваренный, большой, железный шкаф, в котором, по-видимому, и хранилось силовое снаряжение. Досадно, но ключа от него у сторожа не имелось. Разумная предосторожность.

Найдя моток скотча, приклеил к задней стенке импровизированного сейфа гранату, раздобыв её здесь же. Примотав проволоку к кольцу чеки, встал перед железным шкафом, приготовившись её выдернуть. Если расчёты верны, силы взрыва должно хватить, чтобы проделать дыру в нём, но не во мне. Защитные кейсы должны уберечь хрупкое оборудование от повреждения, а стена склада, которая примет на себя основную взрывную волну, не позволит ей достичь сложенных на противоположной стороне запасов оружия и топлива. Несомненно, тут же поднимется тревога, а дальше, кому повезёт. Если там хранится комплект фантомного доспеха с батареей к нему, то мне. Если какая-нибудь бесполезная дрянь, вроде денег или наркотиков, то им. Зато помру богатым и весёлым. В любом случае эту ставку придётся сделать. Обратного пути уже нет. Устроить перестрелку в режиме, один против всех, ещё успею.