Текст книги ""Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Иван Шаман

Чтобы не быть голословным, привёл пример.

– Если человек внезапно, в порыве любопытства, выстрелит себе из пистолета в висок, забыв, чем он до этого занимался, то какая разница, какой у него ранг? Йохансон вполне может это устроить. Не люблю менталистов, – честно признал великий магистр ордена Золотого льва. – Однако, пусть уж лучше они будут у всех стран, а не у всех, кроме нас. И желательно, – продолжил сэр Армстронг, убедившись, что король пока не собирается ничего комментировать, – чтобы наши умельцы данного профиля не видели врагов в нас. Иначе это плохо закончится. До сегодняшнего дня, насколько мне известно, Йохансон поводов усомниться в своей лояльности не давал. С удовольствием работает с нашими оружейниками. Договорился о покровительстве с вашим дядей. То есть, косвенно он уже работает на королевскую семью, не видя в этом ничего предосудительного. Прекрасно себя чувствует в Англии. Снимается в кино и в рекламе. Имел возможность покинуть страну, но предпочёл остался здесь. Отец, офицер военно-морского флота, героически погибший во время выполнения боевой задачи. Был неоднократно представлен к наградам. Мать, честная труженица. Бухгалтер. Работает в одной небольшой, частной фирме. Связей с зарубежными правительствами или аристократами не имела и не имеет. Старшая дочь, начинающий столичный адвокат. С какой стороны ни посмотри, Йохансоны вполне обычная, достойная уважения семья. Без криминального прошлого. Самое важное, своими способностями Эрик Йохансон не злоупотребляет. По крайне мере, мне об этом ничего неизвестно. Поэтому препятствий для его возвышения я не вижу. А с учётом той пользы, которую он может принести стране, даже рекомендую с этим не затягивать.

– Ты так расхваливаешь его, будто тебе за это заплатили, – добродушно пошутил Его Величество.

Улыбнувшись, сэр Армстронг вынул из кармана несколько фотографий.

– Как знал, что пригодятся. Это последствия нашего знакомства, отразившиеся на комнате для испытаний. Видите дыру в стене, размером с туннель метрополитена? Это я отличился, – с гордостью усмехнулся великий магистр. – Пробил проход, длиной с километр, через все смежные помещения, перекрытия и барьеры. Созданные с таким расчётом, чтобы подобного не допустить. Как понимаете, бил почти в полную силу, не сдерживаясь. Правда не попал и Йохансон ушёл домой на своих ногах, но суть не в этом. Чтобы я, да не попал, это нужно очень постараться. То есть, маленький Гоблин, пусть и на короткое время, но без труда пережил гнев гроссмейстера. Более того, перед этим сумел по-настоящему испугать, что и послужило причиной таких действий с моей стороны. Я не оправдываю сделанную глупость. Это чтобы вы лучше представляли, на что он способен. Не знаю, была ли та угроза реальна или вымышлена, но проверять как-то не хотелось. Вполне возможно, что этот весьма прыткий и настойчивый мальчик показал нам далеко не всё, на что способен. Поэтому повторюсь, у меня о нём сложились довольно противоречивые впечатления. Но, в целом, положительные. Несмотря на свою резко возросшую силу, видно, что Йохансон, в какой-то мере, всё ещё ребёнок. Знаете, сир, что он сказал смотрителю зала, когда мы вышли? Извинился за беспорядок. За то, что мы немного намусорили. Ну чистое же ребячество, – с улыбкой, осуждающе покачал головой сэр Армстронг. – В любом случае, решение давать ему титул или нет, принимать вам, Ваше Величество.

* * *

На следующий день, тщательно принарядившись во всё самое лучшее и дорогое, благо в моём гардеробе уже появилось достаточно подходящих вещей, вместе с семьёй отправился в Букингемский дворец. Какого-то особого волнения от этой поездки я не испытывал. Всё самое сложное осталось позади. Раз уж пригласили во дворец, значит, решение о моём посвящении в рыцари принято. Так что был довольно бодр и весел. Даже чересчур. Видимо, всё же немного нервничал, пускай и не так заметно, как остальные Йохансоны. Судя по ним, мама с сёстрами волновались за всех сразу. И за себя, и за меня, и за слуг, и за наших бывших соседей. Постоянно куда-то торопились, смотрели на часы, одёргивали меня, когда, по их мнению, делал что-то не то. А делал я это, по их же мнению, постоянно. Не так стоял, не так сидел, не так смотрел. Часто напоминали о правилах поведения. Просили вести себя прилично. Такое впечатление, словно я шёл во дворец только за тем, чтобы нагрубить королю. Будто делать мне больше нечего. Зря они так нервничают. А уж как Йохансоны готовились к встрече с королём, не передать словами. Перемерили горы платьев. Обзвонили десяток советниц. Изрядно помотали друг дружке нервы. И это ради того, чтобы просто тихонько посидеть в зале для приглашённых лиц и родственников награждаемых персон.

Как объяснила Нора, там будет вестись протокольная съёмка. Не выглядеть же им на записи, которую потом не раз пересмотрят все потомки Йохансонов, как каким-нибудь глупым деревенщинам? Сегодня тот самый знаменательный день, в который нужно блеснуть лицом, чтобы войти в историю, а не вляпаться.

Так просто попасть в Букингемский дворец нам не позволили. Сначала пришлось пройти кучу проверок, связанных с вопросами безопасности. Потом немного подождать. Судя по четырём небольшим группам людей, со знакомыми мне по экзаменам рыцарями, все они тоже успешно его сдали. Поэтому мы обменялись уважительными, короткими поздравлениями. В тот момент испытывая друг к другу симпатию.

Сама церемония много времени не заняла. Дольше её ждали. Все рабочие моменты и процедуры были уже давно отработаны. Наконец-то нас пригласили в зал для торжественных мероприятий. Рассадили по креслам, расставленным рядами, как в театре. В строго определённом порядке. Вскоре явился король, сопровождаемый несколькими высокопоставленными чиновниками из Министерства рыцарей Британской короны и геральдической палаты, за которыми следовали слуги, наряженные в красивые ливреи старинного образца, несущие закрытые, деревянные футляры.

Ричард III, в отличие от чиновников, для такого случая, как полагалось, облачился в парадный военный мундир. А ещё, у всех них, кроме слуг, через плечо проходила широкая рыцарская лента, голубого цвета.

Его Величество, под щелчки фотокамер, расположенных за нашими спинами, у стены, вместе с представителями прессы, произнёс положенную в таких случаях речь. Поздравил нас с текущими успехами. Пожелал дальнейших. Напомнил о служении своей стране и Короне. Попросил нести присвоенные нам титулы рыцарей Британской короны с честью. Стать примерами для следующего, подрастающего поколения рыцарей.

После чего, правитель Британской империи по памяти, по очереди называл имена людей, которым надлежало подойти к нему по ковровой дорожке и преклонить колено. Церемониальным мечом, который подал ему один из чиновников, Ричард III посвятил каждого из нас пятерых в рыцари Британской короны. С чем ещё раз поздравил, сообщив, что будет следить за нашими дальнейшими достижениями. Пусть и немного лукавил, откуда у него столько времени, чтобы следить за судьбой каждого рыцаря, но всё равно это было приятно услышать.

Во время церемонии слуги подносили королю раскрытые футляры с рыцарской лентой, золотыми шпорами и уже оформленными официальными документами, подтверждёнными проставленной на них королевской печатью и подписью Его Величества. Ричард III собственноручно доставал из деревянной коробки голубую шёлковую ленту и надевал её на шею новоиспечённому аристократу.

Потом нас ждал небольшой, праздничный банкет, организованный прямо в Букингемском дворце, дабы подчеркнуть всю важность и значимость этого события. Чтобы оставить у нас после посещения королевского дворца самые приятные воспоминания. Которыми мы должны поделиться с потомками и любознательными гражданами, поддерживая престиж церемонии.

Сразу изучать содержимое футляра, проверяя, что в него положили и действительно ли шпоры золотые, а не лишь позолоченные, было как-то неприлично и оскорбительно, по отношению к королю. Пришлось потерпеть до банкета. Там, не удержавшись от любопытства, пока сестрёнки строили из себя важных, утончённых аристократок, меряясь улыбками, знанием этикета и восторгами с такими же счастливыми родственниками других рыцарей, заглянул внутрь коробки. Как и думал, мне не показалось. Там на самом деле лежало более одного документа. Ознакомившись с ними, я ненадолго впал в ступор, пытаясь понять, кто же из нас ошибся? И не будет ли слишком нагло, указать на эту ошибку? И вообще, могла ли канцелярия Его Величества в таких делах её допустить?

– Что там? – тихонько спросила Нора, наклонившись ко мне.

Бдительно за мной приглядывая, она сразу же заметила, как изменился мой взгляд.

– Глупость какая-то. Помимо документа о присвоении мне дворянского титула, к нему ещё прилагается новая лицензия и сертификат. На основании проведённого экзамена, мне, оказывается, присвоили следующий ранг. Представляешь? – недоумённо посмотрел на сестру, которая не сразу сообразила, что в этом такого? – По факту я, по-прежнему, паладин, а вот по документам, уже магистр. Что с этим делать, пока даже не представляю, – стал серьёзнее.

Магистр, это уже больше должность, а не профессия. Причём офицерская. Начиная с латников, всех операторов А-поля ставили на учёт в специальный военный резерв страны, на случай большой войны. Если не ошибаюсь, рыцарь по званию приравнивался к лейтенанту сухопутной армии. Паладин к капитану. Магистр к майору. Это не значило, что я уже им стал, а лишь то, что мне полагалось звание, не ниже указанного военного чина. После прохождения соответствующей подготовки и аттестации. В мирной жизни ситуация складывалась схожим образом. Никто не возьмёт на место мелкого офисного клерка, автомеханика или продавца в магазин обладателя А ранга. Кто же ему поверит, если магистр скажет, что хочет устроиться на эту работу из-за денег? Слишком уж они редкие и ценные «зверьки», внесённые в книгу исчезающе малых видов. Находящихся под охраной государства.

Словно в насмешку над подобными мыслями, Нора, не раздумывая посоветовала.

– Как что делать? Проси повышение зарплаты.

– Какой ещё зарплаты? – посмотрел на неё, как на глупую и наивную женщину. – Я уволиться собирался. Или значительно сократить время работы на корпорацию Рэдклиф. Сведя её к кратковременным, целевым контрактам. Всё же разбираться с игрушками госпожи Чамар довольно интересно и увлекательно. Прикольное занятие, но скорее, как увлечение, а не цель в жизни.

– А жить ты на что будешь? – нахмурилась Нора. – Опять хочешь запереться в комнате, наедине с компьютером? Повесив эти бумажки на стену, в рамочку? Спятил?

– Нет. Это уже пройденный этап, – грустно вздохнул, вспоминая, сколько своего времени потратил на компьютерные игрушки.

Взамен получив массу удовольствия.

– Я же уже говорил, что хочу открыть своё дело. Настала пора делать следующий шаг. Не буду же я до пенсии работать младшим помощником безумной учёной, в должности – подай, принеси, постой, не мешайся?

Правильно, – одобрительно кивнула мама, сидящая с другой стороны, прислушиваясь к нашему разговору. – Если чувствуешь, что готов расти дальше, желая большего, долго не раздумывай. Иначе слишком привыкнешь к текущей стабильности. С каждым разом откладывать реализацию своей мечты станет всё проще. С годами это войдёт в привычку. Так никогда и не решишься узнать, а стоило ли оно того? Хоть ничего и не потеряешь, но и не приобретёшь! Поэтому, будь смелее, сынок, – с любовью на меня посмотрела.

– Господи, мама, – закатила глаза, насмешливо фыркнувшая Эдит. – Это же Эрик. Да какие у него мечты? Собрать полный легендарный сет «Голой волшебницы»? Пройти подземелье Баала играя одним пальцем? Скорее всего, левой ноги. Кто у нас мечтал о сказочной фее, что будет убираться в его комнате и носить конфеты? – напомнила эта язва.

– А сама-то? – не остался в долгу, смутившись от такого напоминания. – Уже нашла свинку-копилку, в которой сами собой появляются деньги? Которая ещё и хрюкать умеет.

– Да, – гордо задрала носик.

– И где же она? – ехидно поинтересовался.

На что бесстыжая Эдит показала на меня пальцем, заставив поперхнуться от такой наглости. Глядя на нашу последующую перепалку, ведущуюся достаточно тихо, чтобы не мешать соседям, мама улыбнулась. То, что Эрик после получения столь высокого статуса остался прежним, делало её вдвойне счастливой. Иных людей, внезапно свалившееся им на голову богатство или власть, резко меняло и не всегда в лучшую сторону.

Пользуясь случаем, пока никому до неё не было дела, дорвавшись до сладкого, Марта быстро набивала себе щёки пирожными. Слишком уж большое разнообразие их тут было представлено, прямо под носом, да с королевской кухни, что только добавляло им привлекательности. Времени оставалось мало, а попробовать хотелось все!

Вернувшись домой, почти два часа не расставался с телефоном, принимая поздравления своих друзей и одноклассников. А потом столько же отбивался от приглашений и просьб каких-то незнакомых мне людей и организаций, желающих всего и сразу. В том числе, ребят с телевидения. Вроде на социальной страничке Эрика Йохансона, которую вела Марта, нет примечания, – Нахожусь в активном поиске, так чего они все ко мне прицепились? Я что, выгляжу настолько наивным, доверчивым и нуждающимся?

Будучи всё ещё взволнованным после такого значимого события, похвастался содержимым коробки сестрёнкам Цзя. Должны же они знать, что сделали правильный выбор, поставив на такую тёмную лошадку, как Эрик Йохансон. Что теперь служат настоящему аристократу, пусть и мелкому. Они восторженно поохали, поздравили, похлопали в ладоши, широко улыбаясь. Особенно сильное впечатление на них произвел документ о присвоении мне нового ранга. С него, вообще, чуть не выпали в «осадок». Пришлось пояснять, что это скорее почётное, наградное звание, а не реальное подтверждение моего текущего ранга. Поскольку я как был паладином, так им пока и оставался. Но всё равно, знак того, что сам король мне его вручил, подписав эту бумагу, значило весьма многое. Так что я теперь смело могу представляться магистром, ссылаясь на волю Его Величества. Пусть кто-нибудь попробует с этим поспорить, вмиг обвиню в неуважении к королю.

Помимо того, что это звание сильно пыталось раздуть моё самомнение и заносчивость, оно также давало и вполне конкретные преимущества. Магистрам в Британской империи полагалось множество льгот и преференций. Включая налоговые. В принципе, я теперь мог жить не работая, на одно лишь пособие. Не слишком богато, по меркам аристократов, но всё же. Этих средств даже хватило бы на содержание парочки слуг и машины с водителем. Помимо того, я мог не опасаться остаться бездомным. Правительство мудро посчитало, что нищие и бездомные магистры принесут больше вреда, чем пользы, так что оно об этом позаботилось заранее. Кроме того, подобные меры поддержки положительно сказывались на престиже страны, а заодно сохраняли в ней столь ценные кадры.

* * *

В хлипкую, деревянную дверь крохотной, однокомнатной квартиры, где и развернуться-то как следует было негде, вежливо постучали. Старый Фань Мо, лениво развалившийся в единственном, потёртом, выцветшем кресле, дождавшись, когда стук повторится трижды, пошёл открывать. Если гость проявил настойчивость, значит, у него к тебе важное дело. Вряд ли он будет так упорствовать в желании встретиться, лишь бы продать какой-нибудь товар или за кого-то там агитировать. Тратить кучу своего времени на бедного, одинокого китайца, не самый разумный выбор.

За дверью оказалась малышка Цзя Мей. Хорошая девушка, которая часто меняла свои деньги на его мудрость. Старый Фань считал это хорошим обменом. Поскольку, если накопленная мудрость не стоит ни мао, то это тревожный показатель того, что он всю жизнь копил ослиное дерьмо, а не что-то стоящее. С Цзя Мей его свела сама судьба, в лице китайской общины, старающейся поддерживать соотечественников в тяжёлое для них время.

– О, малышка Цзя. Рад тебя видеть. Прости старика за нерасторопность. Уснул. Проходи, присаживайся. Не отведаешь ли со мной чаю? – вежливо предложил, проверяя намерения гостьи.

– Благодарю, дедушка Фань. С удовольствием.

Покончив с церемониями, пригубив ароматный напиток, старик поинтересовался причиной её визита. Хочет ли она взять у него ещё один урок этикета? Западного? Восточного? Узнать об обычаях северных варваров или южных дикарей? Выучить их язык? А может, в этот раз достойная дочь Цзя хочет послушать о том, как распознать поддельный фарфор или некачественную мебель?

– Нет. Я здесь за другим, – расстроила его девушка, чему он не подал вида. – Помните, я говорила о том, что могу подыскать вам хорошую работу?

– Это какую-же? – добродушно усмехнулся старик, не особо веря в то, что она предложит что-то подходящее.

Он считал себя достаточно гордым и уважающим себя человеком, не опустившимся настолько, чтобы соглашаться мыть полы или посуду в каких-нибудь грязных забегаловках. Уж лучше помереть с голоду.

– Стать управляющим в доме моего господина. У вас для этого достаточно опыта, уважаемый Фань, – польстила ему.

– Если я ничего не путаю, – припомнил беглый евнух из Запретного города, служивший смотрителем одного из павильонов Императорского дворца, – то ты устроилась на работу, – подчеркнул этот важный момент, намекая на неточность её определения, поскольку нельзя служить незнатному человеку, если речь не идёт о какой-либо военной структуре, – к какому-то школьнику? Который очень хорошо к вам отнёсся, за что заслуживает отдельного уважения. И который живёт с сёстрами в родительском доме. Поэтому вы вынуждены ютиться в школьном общежитии. Так зачем же ему нужен я?

– Вы ошибаетесь. Мой господин недавно купил себе богатое поместье в хорошем районе города. Где живут уважаемые в Англии люди. Кроме того, пусть он и молод, но уже обласкан почестями Его Величества Ричарда III. Буквально на днях, он был приглашён в Букингемский дворец, где король лично присвоил ему титул рыцаря Британской короны. Пожаловав золотые шпоры. А заодно, возвёл в ранг магистра Авроры, выдав соответствующий документ.

Малышка Цзя с гордостью поведала об успехах своего господина, изрядно удивив Фань Мо. Заставив того призадуматься. В свете открывшейся информации, её предложение стоило рассматривать совсем иначе. Круг знакомств молодого человека тоже весьма впечатлял. Рассеянным взглядом окинув своё жалкое жилище, Фань Мо подумал, а что ему терять? Почему бы не заполнить ту душевную пустоту, которая образовалась после бегства из Китая? Лишившись смысла своей жизни и любимого дела.

* * *

Встречу со своим будущим секретарём, она же личная помощница, надзирательница и переговорщица, назначил в конторе старшей сестры. Напросившись к ней в гости, ближе к обеденному перерыву. Не дома же назначать собеседование. Слишком уж подозрительно и двусмысленно это будет выглядеть. В ресторане, пошло. В парке, глупо. По видеосвязи, сомнительно. Вот и выходило, что лучшего места для нашего первого знакомства не найти. А что? Замечательный вариант. Солидная адвокатская контора. Хороший интерьер. Куча переговорных комнат. Персонал, создающий рабочую атмосферу. На их фоне моё предложение будет выглядеть серьёзным и обдуманным.

Норе подоплёку визита раскрывать не стал, а то ещё выгонит. Скажет, совсем обнаглел. Мало того, что старшую сестру постоянно привлекаю к своим личным делам, так ещё и здание её фирмы стал использовать в тех же целях.

Убедившись, что настало назначенное время, незаметно покинул Нору, пока она отвлеклась на разговор по телефону. Тихо выйдя из её кабинета, направился в третью переговорную комнату. По пути, в коридоре столкнувшись со старым знакомым, совершенно здоровым любителем таблеток. Увидев меня, мистер Холланд, побледнев, тут же посторонился, уступая дорогу. Жестом показав, что я внимательно за ним слежу, с непроницаемым выражением лица, молча прошёл мимо. Часто оглядываясь, неудачливый адвокат поспешил затеряться в офисе, да так профессионально, что я его больше сегодня не видел.

Заняв комнату, только принял надлежащий, важный вид, если не самого хозяина этого здания, так его близкого друга, как пришла мисс Аманда Кольридж. Высокая, худощавая англичанка, тридцати шести лет, в идеально выглаженном и чистом деловом костюме. На вид, типичный офисный клерк с невыразительной внешностью. Шатенка, с бледной кожей, узким, немного вытянутым лицом и слегка впалыми щёками. Низко посаженные брови придавали ей небольшую хмурость. Внимательно посмотрев на меня своими серыми, невыразительными глазами, она вежливо уточнила.

– Мистер Йохансон?

– Совершенно верно. Прошу проходите, присаживайтесь.

С минуту мы друг друга изучающе разглядывали, составляя первое впечатление. Относясь пока с лёгкой настороженностью. Эту женщину мне порекомендовала Брина Вилсон. Она раньше имела с ней некоторые дела, о которых предпочла не говорить. Судя по присланному мне резюме, мисс Кольридж на заре своей карьеры имела достойный послужной список. Богатый опыт работы в должности менеджера, а потом и личного секретаря руководителя в крупном инвестиционном фонде, который потом разорился из-за жадности его руководства и трусости инвесторов. Затем успела поработать в солидном банке. Однако несколько лет назад, когда казалось, что всё у неё сложилось хорошо, в плане карьеры и семьи, светлая полоса в её жизни закончилась. Это мне Брина рассказала. После рождения ребёнка, тогда ещё миссис Кольридж, по настоянию мужа, стала домохозяйкой, поверив в его обещания о том, что он сам их всем обеспечит. Так и происходило целых три года, пока один неверный козёл внезапно не сообщил о том, что у него есть красивая, молодая любовница. Которую он любит и поэтому уходит к ней жить. Аманде спасибо за всё и до свидания. После чего брошенная жена впала в депрессию, разругалась с роднёй, развелась и даже ненадолго запила. Спустя короткое время, как-то вечерком, увидев их вместе, целующимися в машине бывшего мужа, которую тот забрал с собой, мисс Кольридж психанула. Сходила домой за большим гаечным ключом, вернулась и раздолбала машину в хлам. Заодно и изменщику хорошо перепало и любовнице зуб выбила. Разумеется, без последствий эта выходка не осталась. Аманда получила условный срок и крупный штраф. Чтобы не сесть в тюрьму и не потерять ребёнка, отдав все свои сбережения, расплатившись по образовавшимся долгам, осталась практически без средств к существованию. Резко взявшись за ум, сжав волю в кулак, женщина начала решительно выбираться из того «болота», в которое сама же себя загнала. Занялась спортом. Избавилась от вредных привычек. Выкинула из дома весь хлам, напоминающий о прошлом. Принялась активно искать работу, а лучше сразу две. Да только кому нужна судимая, уже не такая молодая, одинокая женщина с ребёнком, несколько лет просидевшая дома? На хорошую работу её уже не брали. На плохой и устаёшь сильно, и зарабатываешь мало. Да и не хотела она снова влипнуть в очередную дурную историю по чужой вине. Ещё тогда, после краха инвестфонда, вдоволь нахлебалась разного дерьма. А ведь ребёнку тоже требовалось уделять время. Хорошо хоть с ним бабушка пока сидела, выручая выбивающуюся из сил мамашу. Сейчас мальчишке пошёл пятый годик. Скоро в школу его собирать, а значит, потребуются немалые расходы. В данный момент мисс Кольридж работала на каком-то складе, в маленькой, пыльной конторке, но хотела бы найти что-то получше и поближе к дому. Вот и бегала по всевозможным собеседованиям, урывая то тут час, то там полчаса своего времени.

Чтобы меня поняли правильно и, опять же, отнеслись серьёзно, не посчитав юнцом, который ищет себе красивую куклу с пухлыми губками и пустой головой, или постельную грелку, кратко рассказал о себе. Хвалиться или хвастаться перед ней совсем не хотелось. Предчувствую, что от подарка короля у меня скоро будет столько хлопот, что лучше бы от него отказался ещё тогда, когда была такая возможность. Или обменял его, хотя бы на торт! Не люблю лишний раз напрягаться и нервничать. Конечно, хотелось нанять кого-то помоложе, моего возраста, чтобы можно было свободно гонять этого человека с разными поручениями, но, пусть будет так. Каждый из нас достоин второго шанса. Своего кусочка пирога, под названием, – счастье. Да и потом, посмотрим, получится ли сработаться с мисс Кольридж. Может, она и сама этого не захочет?

Объяснив ей, кто мне нужен и чего я хочу, перешёл к самому главному, сколько готов за это заплатить. Личные помощники с крайне широким, неопределённым спектром задач и полномочий, а также ненормированным рабочим днём, имели ряд значимых преимуществ. Они много зарабатывали, имели больше свободного времени и быстро обрастали связями в той сфере, в которой «крутился» их наниматель. Правда, за это приходилось расплачиваться повышенными рисками влипнуть в серьёзные неприятности, нервными стрессами, а также впахивать, как крестьянская лошадь. Не говоря уже о необходимости терпеть капризы босса. Часто зависевшие от его настроения.

От названной суммы у женщины, сидящей напротив меня, дрогнули ресницы. Она на секунду напряглась, ожидая услышать, что это была шутка. Как и то, что я наговорил прежде. Уж слишком невероятно звучали мои слова.

– Я не прошу дать ответ прямо сейчас. Хорошенько над ним подумайте. Мои слова легко проверить. Трудовой договор с вами будет заключён официально, в присутствии моего юриста. Если хотите копию для ознакомления, то отправлю её на вашу электронную почту. Там всё прописано, включая обязательство о неразглашении конфиденциальной информации. Однако, прошу с ответом не затягивать. У меня назначено ещё несколько собеседований. Место всего одно, а желающих его заполучить, много.

Будучи человеком осторожным и осмотрительным, не от хорошей жизни, мисс Кольридж попросила отправить ей трудовое соглашение, пообещав дать ответ уже завтра утром. Когда она, попрощавшись, покинула комнату для переговоров, найдя в записной книжке нужный номер телефона, позвонил ещё одной даме. Студентке, отличнице, практикантке и в остальном, тоже прекрасной девушке. Уже один раз меня выручившей.

– Добрый день. Вас беспокоит сэр Эрик Йохансон. Помните меня? Замечательно. Есть дело на миллион. Не желаете поучаствовать? – широко улыбаясь, задал коварный вопрос.