Текст книги ""Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Иван Шаман

Глава 10

Это утро принесло немало приятных открытий. Для начала выяснилось, что Ивон, проказница такая, за моей спиной уже решила все вопросы с компаний «Железные крылья». Как не сложно догадаться, с помощью денег, которые наёмники очень даже любили. Оплатила лечение пострадавших бойцов в специализированной клинике. Судя по прогнозам, у них всё не так плохо, как мне вчера показалось. И это хорошо.

В частной военной компании ребята работали бывалые, повидавшие много разного «дерьма» и случайностей, поэтому случившееся их не особо удивило. Ошибку мы признали. Извинения принесли. Провинившегося члена своего отряда наказали. По счетам расплатились. Так что претензий к нам Железные крылья больше не имели и были готовы к продолжению сотрудничества. Из практических соображений. С дураками они ещё не раз поработают вместе, а вот с магистрами, тут уж как повезёт.

Было немного странно видеть их вновь дружелюбные улыбки, но гораздо сильнее меня смутила вторая новость. "Пошуршав" в кошельке и найдя через секретаря отца нужные номера телефонов, Ивон предложила мистеру Олдри маленькое, но прибыльное дельце, не мешающее заключённому ранее контракту с бароном Норт-Уорика, на что тот с радостью согласился. Оказывается, никакого вызова в штаб не было. Это хитрой француженке захотелось устроить нам романтическое свидание в уединённом месте с продолжением того, на чём мы остановились в прошлый раз, переночевав в одной палатке.

Заниматься этим, под охраной подозрительно весёлых наёмников, в специально снятом для нас домике на окраине города, где уже были приготовлены фрукты, ягоды и ведёрко с шампанским, мне пока ещё не доводилось. Это оказалось более волнительно и неловко, чем я думал. Когда всё случается само, возникают совсем другие ощущения. А так, по заказу, чуть ли не при свидетелях, это было… Да у меня слов не нашлось, чтобы описать, что я в тот момент чувствовал. Если бы Ивон тогда и мне предложила денег, то всё стало бы проще и понятнее.

Там же, набравшись храбрости, желая быть честным и с Ивон, и с самим собой, перед тем как всё повторилось, заявил, что несмотря на изменившийся характер наших отношений я пока не готов сделать ей предложение. И вообще, между нами вспыхнула страсть, влечение, я по новой оценил красоту француженки, а вот любви к ней, увы, пока всё ещё не испытывал. Из-за чего не хотел брать на себя обязательств. Как и обманывать Ивон, становясь подлецом. Попросил меня понять и простить. А ещё, стыдливо покраснев, как-то жалобно пролепетал, что мне нравится сразу несколько других девушек, с которыми я бы тоже не прочь разделить одну постель. Вот такой вот я похотливый кобель. Понимаю, мне нет прощения и оправданий. Разрешил дать мне пощёчину, сказав, что не обижусь. А ещё, несмотря ни на что, я всё равно буду её защищать, уважать и считать своей близкой подругой, храня её секреты, как свои. От переживаний, ожидая, что меня сейчас будут бить и, возможно, даже ногами, напрягся. Отчего, непроизвольно вжав голову в плечи, крепко зажмурился.

Выслушав мой сбивчивый монолог, Ивон так расхохоталась, что пролила шампанское на постель, дрыгая ногами от избытка эмоций. Чуть с кровати не свалилась. Глядя на Ивон, мне стало до жути обидно. Сильно захотелось её стукнуть. Я тут душу раскрываю, а она издевается. Увидев выражение моего лица, уткнувшись в подушку, француженка пошла на второй круг, неприлично всхлипывая.

Наконец, успокоившись и восстановив дыхание, Ивон сообщила, что знала с кем связывается и ничуть не удивлена этим «откровениям». И вообще, в моём возрасте нормально заглядываться на разных девушек, вовлекая их в свои эротические фантазии. А ещё, если бы я был слабовольным, трусливым слюнтяем, неспособным на откровенный разговор, то она бы в мою сторону даже не посмотрела. Серьёзные решения, принятые в порыве мимолётной страсти, редко бывают долговечными. Она же нацелена на нечто большее, чем становиться чьим-то временным увлечением.

Ивон прекрасно понимала, что чем ценнее приз, тем тяжелее его получить. Поэтому она решила складывать фундамент наших отношений по камешку, неторопливо, основательно, пока не возведёт несокрушимую крепость, со всех сторон обложив своего избранника высокими стенами. На мой ироничный вопрос, уж не на возведение ли Бастилии она нацелилась, француженка многозначительно улыбнулась, никак его не прокомментировав. Типа думай, что хочешь, всё равно от тебя уже ничего не зависит.

После этого разговора мне стало легче. Такое ощущение, будто снял с души невидимый груз. Несколько позже, во время возвращения в наш лагерь мне пришла в голову мысль, что если бы Ивон тогда, в ответ на моё признание, вспылила, устроив скандал или драку, то я бы с чистой совестью смог прервать наши романтические отношения. Испытывая чувство вины и обиды. А так, история продолжается, и никто не знает, чем она закончится. Я ведь действительно хотел сделать предложение стать моей девушкой другой молодой особе, однако, пока всё никак не осмеливался сделать первый шаг в этом направлении из-за боязни быть отвергнутым. Но и к той девушке, ради объективности, я пока не уверен, что испытываю именно влюблённость, а не что-то другое. Плюс, сверху наложилась вся эта гонка с рангами, турнирами, непонятными играми герцогов, проблемами слуг. Я постоянно чем-то был занят.

А может, это только отговорки? Я действительно трус, которому проще сразиться с отрядом наёмных убийц, чем поговорить на эту тему с понравившейся мне девушкой. Или признаться остальным, что у меня с Ивон дело зашло гораздо дальше поцелуев. Казалось бы, что здесь такого?

Предаваясь грустным размышлениям, выйдя из броневика, так и спросил первую попавшуюся ученицу Святой Анны.

– Скажи, Маргарет, я правда похож на жалкого труса?

– Ну-ка поверни голову направо, – по обыкновению невозмутимо попросила леди Бедфорд, одетая в строгий дорожный костюм.

– Маргарет? – растерянно заморгал, только сейчас сообразив, что меня смутило в этом вопросе, помимо него самого. – Ты что здесь делаешь? – отшатнувшись, испуганно посмотрел на неё, как на говорящее приведение.

Подойдя ближе, из-за разницы в росте глядя снизу вверх, пальчиком за подбородок она аккуратно повернула мою голову сначала вправо, а потом влево.

– Твоя левая сторона выглядит более испуганной, чем правая, – спокойно ответила на мой предыдущий вопрос.

– Так его, так, – поддержала нашего капитана, стоявшая рядом, Ханна, держа руки в карманах куртки. – Можешь ещё коленом добавить, – мстительно посоветовала.

– За что?! – испугался ещё сильнее, инстинктивно сделав шаг назад.

Мысленно паникуя, – «Откуда она узнала?»

– За то, что сделал ей больно и довёл до слёз, – обвинила сестра.

– Да она ржала, как сумасшедшая. А если бы ей было больно, то не просила бы по…, – заметив странные выражения лиц застывших девушек, осёкся.

Кажется, я сказал лишнего. С глубоким вздохом Ивон прикрыла глаза ладонью, покачав головой.

– Это Гриффин-то? – с недоумением уточнила Ханна.

– Гриффин? – я удивился не меньше, продолжая смотреть в глаза сестре «стеклянным» взглядом.

Если бы в наступившей тишине заиграл сверчок, сложившаяся картина обрела бы завершённость.

– Ах Гриффин, – преувеличенно бодро обрадовался, несмотря на прохладную погоду, чувствуя выступившие капельки пота. – Ну, конечно же,… Гриффин. А что Гриффин? – внезапно проявил повышенный интерес к этой теме.

– С тобой всё в порядке? – забеспокоилась Маргарет.

Не дожидаясь ответа, приложила ладонь к моему лбу. На что я даже не вздрогнул, сохраняя прежнее выражение лица.

– Да он уже третий день такой, – пожаловалась Ханна подруге. – И лицо иногда делает настолько самодовольным, что руки чешутся, настолько хочется по нему стукнуть. Думала, после вчерашнего пройдёт, но, по-видимому, поторопилась с выводами.

– Я уже слышала о том, что случилось, – помрачнела Маргарет. – Гриффин мне звонила. Ей нужно было выговориться. Просила не выгонять её из команды.

– Как она? – сочувственно спросила Ханна, временно обо мне позабыв.

– Плохо. Полагаю, после нашего разговора она уже не сорвётся и не наделает глупостей.

– Так, как ты здесь очутилась? – повторил свой вопрос, не желая развивать затронутую тему.

Чувствуя, как стремительно портится моё настроение.

– По заданию президента школьного совета приехала передать учебники и тесты. Проверить, как у вас дела? Чем занимаетесь? Я здесь ненадолго. Всего на час. Присоединяться к вашему безобразию мне запретили. А ещё, отец попросил навестить этого идиота Каннингема, – недовольно вздохнула Маргарет.

– Вы знакомы? – удивился.

– Конечно, знакомы, – посмотрела на меня, как на дурака. – Мы же оба из высшей аристократии. Герцогов в Британии не так-то много, знаешь ли. Положение обязывает знать своих соперников и партнёров в лицо.

– И, как он тебе? – полюбопытствовал, отследив её реакцию так же, как и Ивон мою.

– Да никак и именная табличка сверху. Не самый приятный собеседник, но и далеко не худший, – леди Бедфорд не стала наговаривать на него лишнего.

– А в братьях, это сколько? – не удержался от шутки, видя, как теперь и у неё ухудшилось настроение. – В Нейманах?

– Ноль целых три десятых, – одними уголками губ улыбнулась Маргарет.

– Неужели он оказался ещё хуже, чем я думал, – ужаснулся, продолжая дурачится.

– Это ты о ком? – угрожающе прищурилась невысокая, худенькая девушка, умеющая внушать ужас.

– Это я о другом человеке вспомнил. Случайно, – беззаботно отмахнулся от необоснованных подозрений. – Не обращай внимания. Так, где этот «мистер совершенство» сейчас находится? Я о магистре Каннингеме?

– Где-то на окраинах Тамуорта. Судя по последним новостям, у него всё складывается более чем успешно. Из-за чего СМИ превозносят Питера на все лады, отрабатывая немалые гонорары семьи Каннингемов. Устроили из этого целую кампанию по его продвижению.

Маргарет неодобрительно покачала головой, не скрывая своего отношения к такому подходу.

– А обо мне что-нибудь слышно? – поинтересовался с завышенными ожиданиями.

Нужно же знать, о чём потом рассказывать, когда буду раздавать автографы.

– Почти ничего. Тебя задвинули на задний план. Насколько понимаю, из-за неблагородных методов работы и чьим-то ценным указаниям. Диверсии превозносить у нас как-то не очень принято, – сочувственно объяснила Маргарет. – Питер же идеально подошёл на роль главного героя. Лица военной кампании Невиллов. Очень знатный, красивый, известный, гениальный, бесстрашный, с эффектными и зрелищными приёмами, – сделала ему кучу комплиментов.

Заставив внести его в свой список – «Отомстить и отпраздновать»

– Капитан, вы бы поменьше его расхваливали, а то я ревновать начну, – шутливо пригрозил.

Ивон хотела что-то сказать, но промолчала.

– Сама не горю желанием. Приходится, – развела руками, лукаво улыбнувшаяся, Маргарет.

Немного погостив в нашем лагере, со всеми переговорив, осмотревшись, передав приветы и подарки от наших школьных друзей, леди Бедфорд уехала. Пряча сожаление за вновь бесстрастным, серьёзным лицом.

– Значит, война баронов скоро закончится, – поделилась своим мнением Холли.

– С чего бы? – возразил, нанизывая на прутики, привезённый Маргарет, зефир.

– Ну так если наши уже закрепились на окраинах Тамоурта, взяв его в осаду, значит, дела Бартонов плохи, – сделала логичный вывод.

– Были бы, если бы город взяли в плотное кольцо всеми тремя армейскими группами Невиллов, предварительно разгромив главные вражеские силы. А так, я бы на месте магистра Каннингема уже закупался памперсами. Жаль, капитан попкорна не привезла, – на секунду отвлёкся, окинув задумчивым взглядом пополнившиеся пищевые запасы. – Так-то он молодец. Разбил правый фланг Бартонов. Одолел кучу сильных противников. Создал угрозу окружения Тамуорта. Но, достаточно ли этого?

Холли промолчала, дожидаясь продолжения. Умная девочка уже поняла, что я это сказал не просто так. Мне осталось дополнить загадку.

– Воодушевившись его примером, магистр Форч, устав сидеть в обороне, не встречая особого сопротивления, тоже выдвинулся к Тамуорту. Планируя зайти с другой стороны, замкнув окружение их города. Мы же проводим рейды по тылам. Сегодня должны устроить отвлекающий налёт на Личфилд, чтобы не дать союзникам Бартонов прийти им на помощь. А теперь внимание, вопрос с подвохом. При чём здесь итальянцы и вороны?

С интересом оглядев задумавшихся девушек, добродушно усмехнулся. Мисс Фаулер и Кристофер не выглядели удивлёнными, а значит, понимали, к чему я клоню. Тоже придя к этим же выводам.

– Какие итальянцы? – растерялась Холли.

– Те, которых нанял граф Стаффордшира в дополнение к рыцарям из ордена Чёрного ворона. Их кто-нибудь видел? Я нет. Каннингем тоже. Мы пока разбирались только с войсками Тамуорта. Не сказал бы, что с большим трудом. А где наёмные элитные отряды? Где паладины и магистры? Где итальянские аристократы? Каннингем убрал с игровой доски только часть вражеских фигур. Одного магистра. Одного паладина. Двух рыцарей. Столько же выбили и мы. Однако наш магистр выжил. Получив тяжёлую рану, тем не менее он остался в Тамуорте, а значит, на что-то да годен. Один рыцарский отряд разбил магистр Форч. А теперь сложите эти числа. На начало войны под знамёна Бартонов встало четыре магистра, три паладина и два с половиной десятка рыцарей. Вы ничего странного не находите в сложившемся положении дел? Неужели мне одному кажется, что у нас всё идёт слишком хорошо.

Девушки задумались. Посовещавшись, согласились, что да, они тоже так думают.

– Это что-то меняет? Для нас? – задала ключевой вопрос Браунфельс.

– Сейчас узнаем, – решил перед ними немного приоткрыться, ради них же самих. – Проведём эксперимент.

Позвав Ивон, усадил её перед собой в позу для медитации. Попросил расслабиться. Ни о чём не думая, с помощью силового снаряжения наполнить себя Авророй. Предупредил, что когда почувствует себя странно или ощутит моё воздействие, то не должна ему сопротивляться. Напротив, должна полностью мне довериться. Остальных членов команды попросил освободить для нас небольшую площадку, оградив её от любых внешних воздействий, накрыв куполом силового поля.

– Что ты затеял? – с подозрением спросила Ханна.

– Проведу гоблинский ритуал – гадание на удачу.

Выдал свои действия под игру. Сказав правду, но так, чтобы они приняли её за отговорку. Придумали какое-нибудь своё, логичное объяснение.

– Ты же мне доверяешь? – внимательно посмотрел на колеблющуюся Ивон, на секунду став серьёзным.

Даже если нет, сказать этого она не могла. Поэтому согласилась на все мои просьбы. С помощью француженки я хотел ещё раз попробовать увидеть будущее, выходящее за пределы моих текущих границ возможностей. С похищением же тогда получилось. Ну, а если не выйдет, ничего страшного не случится. Всё равно мы ничего не теряем.

Преодолев смущение от подозрительных взглядов девушек и страх перед опасностью, принялся настраиваться на создание огромного древа «Вероятностей и прогнозов». Сейчас мне требуется подняться по нему значительно выше, чем я делал раньше. Дождавшись, когда девушка будет готова, как и я, с осторожностью принялся за дело. Слившись с Оракулом, полностью синхронизировался с разумом француженки, размывая границы реальности, времени и пространства. Погружаясь в глубокий сон, выходящий за границы нашего мира. Стараясь не отпускать путеводную нить Оракула.

Процесс блуждания сквозь видения был долгим, сложным и сильно выматывающим. У меня всё ещё не хватало опыта и мастерства, чтобы его контролировать. Уметь выделять главное и находить больше деталей. Однако определённого успеха мне всё же удалось достичь. Я стал чуть лучше понимать, с чем связываюсь и чем рискую. А ещё, в этот раз я сумел обойтись без крайностей, не доводя себя до больничной койки. Это очень существенный прогресс, как по мне.

Прекратив ритуал, чувствуя себя обессиленным и больным, негромким, наставительным тоном сделал нервничающей француженке, догадывающейся, чем я занимался, несколько предсказаний. Обойдясь без чётких формулировок и излишней детальности. Сделав их в виде образных намёков и простеньких загадок. Тем не менее вполне последовательных и понятных девушке. Я бы и рад был обойтись без этого неизменного атрибута всяких шарлатанов, заявляющих, что они видят будущее, но проблема в том, что иначе эти предсказания не сбудутся.

Первая причина такой осторожности, будущее слишком вариативно. Оно складывается из бесчисленного множества взаимозависимых переменных. Любое неосторожное слово или действие могло вызвать «Эффект бабочки». При сильном желании любое предсказание можно сделать истинным, несмотря ни на что, если упорно дёргать за правильные верёвочки. Менять будущее в нужную сторону, а не подстраиваться под него. Однако тогда из-за этого эффекта все остальные предсказания станут ложными. Придётся чем-то жертвовать. Вторая причина, слишком подробное знание будущего опасно. Ты начинаешь сомневаться в том, какое же принять решение в тот или иной момент времени. Испытывать различные соблазны, поддаваясь эмоциям или чужим советам. Проявлять избыточную самостоятельность, которая, несомненно, повлияет на результат сделанного ранее предсказания. Третья причина, к человеку, который слишком всезнающ и точен, предъявляют завышенные требования и ожидания. Рано или поздно это обойдётся ему очень дорого. Он же сам себе не враг? В-четвёртых, чем проще система, тем она надёжнее. Лишние знания, действия, расчёты, количество задействованных в них переменных, не только не полезны, но даже вредны, если речь идёт о достижении вполне конкретного результата. В-пятых, зачем тратить ограниченные силы на выяснение, какого цвета автомобиль, который проедет мимо тебя через год, если это не имеет никакого отношения к событию, которое ты пытаешься просчитать? Можно продолжить перечисление, указав: в-шестых, седьмых, восьмых и так далее, но и этого вполне достаточно.

– Ты серьёзно? – изумлённо моргнула Ивон, недоверчиво на меня посмотрев.

– Более чем. Воспользоваться моими советами или нет, дело твоё. Это твои удачные возможности.

– Так, я следующая, – азартно потёрла ладони Ханна, до сих пор считавшая, что это всё игра, устроенная ради развлечения.

– Как-нибудь потом. Гаданий на сегодня больше не будет. Факир устал и хочет жр…кушать, – отказался, даже не собираясь это обсуждать. – Советую как следует сегодня отдохнуть. Набирайтесь сил, скоро они вам пригодятся. Лично я пойду отсыпаться.

– У нас через полчаса выход в рейд, – напомнила удивлённая мисс Фаулер.

Что до этого молча наблюдала за происходящим, делая одной ей известные выводы.

– Рейд отменяется. Вместо него мы спрячемся в ближайшем к Атерстону лесочке и будем делать вид, что нас там нет. Прикроемся веточками. На связь ни с кем не выходим. Не шумим. Не дымим. Не суетимся. Накроемся маскировочными сетями и спим. Ну или читаем книжки, слушаем музыку, кому как больше нравится. Уроки учите, в конце концов, – предложил несколько подходящих вариантов.

– А нам за это «спасибо» потом не скажут? – озаботилась последствиями мисс Фаулер.

– Скажут, но не за это, – загадочно улыбнулся. – Я знаю что делаю, – постарался убедить тренера.

Однако настал тот момент, когда роль пассивного наблюдателя её больше не устраивала.

– А вот я, нет, – сыграла в ту же игру Ледяная ведьма, не двинувшись с места.

– Ну так вы и не командир. Вам можно, – засомневался, а стоит ли говорить больше, чем уже сказано.

– То есть, играем в тёмную? – прищурилась женщина, поднимая ставки и вынуждая выбирать, нужно ли мне её доверие?

Забеспокоившиеся ученицы притихли, ожидая развязки. Чувствуя серьёзность ситуации. Они опасались, что мы поссоримся.

Ивон, судя по глазам, всё поняла, но вмешиваться в наш разговор не стала. Мисс Фаулер пока только догадывалась, с учётом советов, данных француженке, поэтому в этом вопросе хотела обрести для себя ясность. Стоит ли ей доверять мне? Опасаясь, что я затеял какую-то опасную игру за спинами её учениц.

– По моим данным, источник которых раскрыть не могу, Атерстон сегодня вечером может подвергнуться атаке противника. Он каким-то образом окажется в городе. Скорее всего, не без помощи предателей. Если в результате коварного удара в спину Невиллы будут убиты, к чему всё и идёт, то будет неважно, добьёмся ли мы успехов в этом рейде или нет. Не знаю, как вы, а я не хочу оказаться в стане проигравших, без денег и уважения. Возвращаясь домой, словно побитая собака. Нужно подстраховать барона Норт-Уорика. Если же я ошибаюсь, то готов взять на себя всю ответственность, – уверенно встретился с ней взглядом.

Не испытывая сомнений в принятом решений. Спустя секунду, увидев в моих глазах то, что хотела, мисс Фаулер уважительно склонила голову, благодаря за честный ответ. Признавая моё право иметь секреты и не делиться всей доступной информацией, ради военной необходимости. Понимая её важность. Приняв решение, без колебаний приступила к его исполнению. Тренер проследила, чтобы девушки правильным образом собрались. Чтобы ни у кого из солдат лагеря не возникло сомнений, будто мы отправились по заданию штаба за пределы Норт-Уорика.

Благодаря Ивон я сумел заглянуть на несколько дней вперёд, и увиденное там мне сильно не понравилось. Будущее не сулило нам ничего хорошего. В одном из видений я наблюдал за француженкой, находящейся у себя в Лондонской квартире в сильно подавленном настроении, сидящей за столом, на котором стояла только одна чашка недопитого кофе. Она хмуро читала газету об итогах бесславно для нас закончившейся войны баронов Норт-Уорика и Тамоурта. О том, как Невиллы были убиты в результате успешной спецоперации ордена Чёрного ворона. О разрушенном Атерстоне. О разгроме всех трёх группировок Норт-Уорика, после чего немногочисленные наёмники, которым повезло выжить, вроде нас, разбежались. Не получив ничего, кроме запрета появляться в двух баронствах, насмешек и оскорблений. Победители забрали всю славу себе, облив нас с ног до головы «грязью». Мстя за тот страх, что я внушал им раньше.

Незримо стоя за спиной леди Виардо, вместе с ней читал эту газету, испытывая те же чувства. Этот яркий момент стал своего рода якорем, за который зацепился мой поиск.

В другом видении, расположенном на одной из дальних ветвей «Древа вероятностей и прогнозов», Ивон яростно сражалась в Атерстоне против рыцарей ордена Чёрного ворона. Именно из этой ветви, которую я планировал сделать основным «стволом» истории, Виардо получила предсказания, способные обратить её неудачи в успех. Если бы мог, дал бы подсказки и остальным девушкам. Увы, поскольку я был неразрывно связан только с Ивон, глядя на мир её глазами, да и то, не напрямую, а в воспоминаниях о будущем, сделать этого, к большому сожалению, не мог.

Зато в том видении я увидел кое-кого знакомого. Чтобы не сильно менять историю, после того как мой отряд нашёл подходящее место для отдыха, отправил сэру Нилу Оуэну из ордена Южного креста электронное письмо с инструкцией, что нужно делать, чтобы не проиграть эту войну. Так его и озаглавил. Предпочёл бы поработать вместе с сэром Оливером Уэлчем из Рыцарей Рагби, с которым у нас неплохо получалось сотрудничать, но, к сожалению, его отряд вчера был разбит. Сам рыцарь был ранен и пленён. Бартоны тоже не сидели сложа руки, пока мы жгли их топливную базу. Теперь на левом фланге нас осталось только двое. Ещё одно письмо ушло на личную почту майора Милтона. Утаивать столь ценную информацию от них было бы очень глупо.

Надеюсь, я не ошибся на их счёт. Они люди достаточно осторожные, сообразительные и надёжные. А ещё, столь же недовольные текущим положением вещей и полковником Сандерсом. Должны поступить так, как нужно, а не как правильно. К тому же, в некоторых вещах у майора опыта побольше, чем у меня. Например, в качестве штабного офицера. Если он посчитает, что информацию из письма нужно довести до барона, пусть так и поступает.

Источником этих сведений я назвал вражеского высокопоставленного офицера, в чью голову мне якобы удалось незаметно влезть в ходе недавней диверсии. Подтвердить или опровергнуть эти слова они не могут, а значит, должны отнестись к ним со всей серьёзностью. Быть менталистом всё же здорово, в определённых ситуациях.

Спустя некоторое время последовала реакция на мои письма. Судя по ней, я всё сделал правильно. Через поле к нам пешком, без использования фантомных доспехов, пришёл отряд сэра Оуэна. Для маскировки облачившись в форму пехотных стрелков, надетую поверх контактных комбинезонов. Также на развилке дороги, ведущей в нашу сторону, судя по переговорам в эфире, начались какие-то ремонтные работы. А ещё чуть позже, также пешком, только через лесопосадку, пришли знакомые нам ребята из «Железных крыльев».

Если противник за этим районом и наблюдает, то ни скопления войск, ни передвижения техники, ни какой-либо подозрительной активности он не должен был заметить. Прелесть фантомных технологий в том, что никогда не угадаешь, что из кармана может достать обычный с виду прохожий.

Похоже, мне дали карт-бланш на эту операцию, позволив её возглавить. Уже по итогу либо наградят, либо накажут, ибо инициатива в армии наказуема. Обменявшись с прибывшими отрядами приветствиями, распределив места на стоянке, принялись ждать развития событий.

– Что магистр Форч? – спросил я у сэра Оуэна, сев рядом с командирами отрядов. – Он вернётся в Атерстон?

– Нет. Центральная группа войск Норт-Уорика продолжит осаду Тамуорта, оказывая поддержку магистру Каниннгему. Наверняка господа магистры посчитали, что наши опасения сильно преувеличены. Они не видят поводов для беспокойства. Так что, похоже, мы действуем сами по себе, – неодобрительно заметил жилистый, крепкий мужчина с глубоко посаженными глазами и резко очерченными скулами, которые придавали ему довольно мрачноватый вид.

Его осуждение было направлено не на меня, а на них.

– Скверно, – согласился с рыцарем Южного креста. – Как ваш собрат по ордену, сэр Гилберт? Всё ли у него в порядке? – полюбопытствовал, вспомнив, что того отправили на правый фланг.

А значит, он должен знать, чем там занимался Каннингем? Зачем к нему приезжала Маргарет, которая не захотела раскрывать детали своей поездки? Делать всё равно пока нечего, почему бы и не поговорить?

* * *

Сидя на свёрнутом в несколько слоёв одеяле, Ханна задумчиво смотрела на другой конец небольшой полянки, где её брат о чём-то спокойно разговаривал с мужчиной, выглядящим опасным и серьёзным человеком. Настоящим орденским рыцарем-ветераном. Судя по всему, не испытывая с этим трудностей. Ведя себя с ним на равных. Если бы ей год назад сказали, что так и будет, Ханна бы только посмеялась над столь нелепой фантазией. Однако, когда сама стала свидетелем этого события, что-то не чувствовала сейчас желания рассмеяться. Скорее её переполняли гордость и восхищение. Всё как-то незаметно, за последнее время, очень сильно поменялось.

До этой поездки Ханна думала, что её брат будет прислушиваться к другим людям и делать так, как ему советуют. Договариваться с членами своей команды. Вместе обсуждать дела. Слушаться тренера. Будет вести себя нерешительно, боясь подвергнуть учениц Святой Анны опасности. Вышло же так, что именно он уверенно командовал отрядом. Так, как считал нужным. Удивительно, но у Эрика это хорошо получалось. Никто не оспаривал его решений. Не подвергал их сомнению. Из-за чего Ханна с каждым днём делала для себя всё новые и новые открытия, расширяющие её понимание мира, взаимоотношения людей и их характеров. Дарило новый опыт. Не всегда приятный, но определённо полезный.

До приезда в Норт-Уорик ей казалось, что брат выбрался из своей уютной «раковины», будучи ещё не готовым к встрече с суровым внешним миром. Однако неожиданно оказалось, что всё было с точностью до наоборот. Для Ханны непривычным было видеть Эрика в качестве примера для подражания. И не только для неё! Она прекрасно видела, как на брата смотрели другие члены команды, что имело не только плюсы, но и минусы. Ведь, чем сильнее ты кем-то восхищаешься, тем больше боишься разочароваться в этом человеке.

Ханна боялась, что её брат совершит какую-нибудь непростительную ошибку, мигом растеряв всё то доверие и уважение, которого он достиг. Что Эрик слишком зазнается или заиграется в свои игры. Что будет слишком несерьёзен. Поэтому подозрительные и малопонятные советы, больше похожие на шутку, данные леди Виардо, которые могли подвергнуть её жизнь опасности, вызывали у Ханны тревогу. А уж когда он самовольно, всего лишь из-за плохих предчувствий и желания выпендриться, принялся перекраивать под себя ход военной кампании, то и вовсе пришла в ужас. Постаравшись сделать так, чтобы никто этого не заметил, не желая подставлять Эрика, роняя его авторитет. Зная брата лучше, чем кто-либо из присутствующих, она сразу же догадалась, что он соврал про секретный источник информации. Из-за этой маленькой лжи этот идиот вовлёк в свои игры кучу больших и важных людей, помешав их планам. Заодно наверняка надавал каких-нибудь глупых обещаний. Теперь оставалось гадать, что произойдёт, если его догадки не сбудутся? Как брат собирается разбираться с последствиями? Это же не проигрыш в школьном споре, на целых пять фунтов. Тут люди жизнями расплачиваются за чужие ошибки.

Задаваясь этими серьёзными вопросами, Ханна не могла не беспокоиться. Ей сильно хотелось с кем-нибудь посоветоваться. Услышать стороннее мнение. Остановить брата, пока не стало слишком поздно. А ещё лучше, узнать, что он всё делает правильно.

«С кем же об этом можно поговорить?» – задумалась девушка, по очереди обводя взглядом Холли, Браунфельс, Збражскую, Виардо, так ни на ком из них и не остановив свой выбор.

Немного подумав, решила позвонить ещё более близкой и авторитетной подруге, наличие которой до сих пор её изумляло. Ведь ею стала сама герцогская дочь, леди Бедфорд! Ещё одно чудо из чудес. Ханна хотела верить в то, что ей можно доверять. Решив окончательно выяснить, а действительно ли на неё можно положиться? Настоящая ли подруга леди Бедфорд или так-сяк, убить время за приятной болтовнёй? Подобные вещи лучше узнавать до того, как возникнут вопросы жизни и смерти.

Отойдя «в кустики», Ханна позвонила Маргарет. Коротко описала ситуацию.

– Как думаешь, кто из нас больший дурак, я или Эрик? – задала наиважнейший для себя вопрос.

Некоторое время помолчав, Маргарет ответила своим, по обыкновению, тихим, бесстрастным тоном.

– Оба. По разным причинам, не имеющим отношения к этому делу, – пояснила, вынося свой вердикт. – В вопросах войны можешь полностью доверять брату. Он знает что делает. Верь ему, даже если кажется, что это не так. За звонок спасибо. Не говори о нём Эрику, – серьёзно попросила.