Текст книги ""Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Анна Гаврилова

Соавторы: Анна Рэй,Владимир Босин,Андрей Респов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 342 (всего у книги 356 страниц)

Впрочем, «просил» – слово не совсем верное, если учесть, что в письме имелась пометка о том, что руководство академии о запрете уже оповещено…

Это был еще один повод обидеться, но я пришла к выводу, что нервы дороже. Лучше сосредоточиться на предстоящей встрече и испытать огромное удовольствие, глядя на то, как вытянется физиономия Эмиля в момент, когда я признаюсь, что Огонь уже покорен.

Тем и успокоилась! Более того, я заставила себя абстрагироваться от всех проблем и заняться… нет, не учебой. Вернее, не столько учебой, сколько своей новой жизнью.

Я начала вливаться в коллектив, интересоваться устройством имперского общества и вообще… жить! И это оказалось намного проще и приятнее, нежели в прошлый раз.

Меня не считали изгоем, со мной хотели общаться и дружить. Через три дня я уже практически не помнила о том, что нахожусь здесь без году неделя. О том, что Полар – мир опасный, и отсюда, по-хорошему, нужно сваливать, тоже не вспоминала. Быстро и уверенно я меняла шкурку гадкого утенка на оперение… нет, не лебедя, но нормальной, среднестатистической уточки.

Впрочем… лукавлю. Желание не выделяться из толпы у меня имелось, но воплотить его не получалось. Я же для всех дивом была. Иномирянкой! И вначале это, как ни смешно, тяготило. А потом, когда поняла, что слиться с толпой никак не выйдет и проще быть собой, печаль ушла.

То, что происходило здесь и сейчас, было волшебно! Даже несмотря на отсутствие Эмиля.

А в четверг до академии докатился слух о том, что в конфедерации случилось «большое горе». Мол, по совершенно неясным причинам там рассыпались в прах все межмирные порталы. А еще несколько членов Совета Магов пропало, и вообще кризис намечается.

Народ, услыхав такие новости, конечно, помчался ко мне. А я подумала и… прикинулась шлангом. Нет, ну а что? Взять и открыть им все тайны сразу? Простите, но это точно перебор!

Однако мое молчание на ситуацию не повлияло – все и так понимали, что порталы сами собой не рушатся.

Вторая волна слухов – о том, что Лаэосской академии больше нет, а в результате разрушения замка пропал один декан, два студента и одна боевая жрица, выполнявшая роль телохранителя – вызвала еще больший ажиотаж, нежели весть о порталах.

Меня данная информация тоже, признаться, заинтересовала больше. Декан – это, безусловно, Эмиль. Два студента и жрица – это Дорс, Каст и Лерра. А… как же я? Я, по мнению властей королевства, не пропала? Или им настолько наплевать на мое исчезновение, что даже не упоминают?

Но очень скоро выяснилось, что обо мне все-таки помнят! Это была третья волна слухов, докатившаяся до новой альма-матер и поставившая меня на грань истерики. Оказалось, что, по версии следствия, именно я, лично, Академию Стихий разрушила. После чего украла ришиса и умчалась в Норрийскую империю!

Норрийцы, услыхав эту сплетню, обхохотались. Я тоже смеялась, хотя доля истины тут все-таки была – ведь именно я активировала взрыватель. Но открывать эту маленькую деталь новым товарищам я не стала. Смысл?

А еще подумала – тот факт, что моих друзей считают пропавшими без вести (считай, погибшими), может сыграть нам на руку… По крайней мере, никаких пятен на репутации рода альт Рокан в этом случае не будет.

Впрочем, было ясно, что долетевшая до нас версия – это так, эмоции. Все еще поменяется. В частности, при всей нелюбви к землянам конфедераты не могут не понимать, что я всего лишь первокурсница, то есть разрушить замок в одиночку не могла никак. Да и ришис тот не абы кому, а пропавшему декану принадлежал. Плюс «исчезновение» Дорса, Каста и Лерры тоже наверняка кто-то видел.

Но пока было смешно! И я искренне наслаждалась слухами о своем коварстве.

А в пятницу, сидя на лекции по нежно любимой мною теории боевой магии, я почувствовала магический вызов. От Дорса.

Сообщение о том, что друзья пересекли границу империи, мне передали еще два дня назад, и я ждала их появления, но все равно растерялась. А потом подскочила и, даже не спросив разрешения у препода, помчалась прочь из аудитории и вообще академии. К огромным кованым воротам, отделявшим новую альма-матер от всего остального мира – именно там, за воротами, находился Дорс.

Водник был, конечно, не один, а в компании Каста и Лерры, но именно эту зеленоглазую ехидну я обняла первой.

Друзья провели в дороге несколько дней, но выглядели очень свежими. Да и налета дорожной грязи на них не было, то есть помыться и отдохнуть уже успели. Это, безусловно, радовало.

– Как вы добрались? – покончив с обнимашками, выдохнула я.

– Отлично! – отозвался Каст.

А Лерра добавила:

– От границы нас вообще в имперской карете везли, с остановками на лучших постоялых дворах.

Я невольно вздернула бровь, а «синий» сказал с улыбкой:

– Лорд ди Арварен постарался.

В этот миг стало бесконечно жаль, что Эмиля нет рядом. Я б его зацеловала!

– А тебя, как посмотрю, уже упекли? – кивнув на величественное здание Академии Стихий имени Василия Голубева и Петра Новака, ухмыльнулся Дорс.

Я притворно погрустнела и кивнула.

Следующая наша встреча состоялась на том же месте, ровно через три часа. Именно столько времени мне потребовалось, чтобы дослушать лекцию, переодеться и пообщаться с ректором на предмет моей отлучки.

Нет, я не отпрашивалась. Я ходила к главе академии, дабы стребовать гарантии, что Кузю в мое отсутствие никто не обидит.

Сперва ректор посмотрел как на умалишенную, мол – да кто ж его обидит, он же твир! А потом и пообещал, и поклялся, и все вместе. Так что академию я покидала со спокойной душой и чистой совестью. И в предвкушении отличного вечера!

Уже через полчаса мы листали меню небольшого, очень уютного ресторанчика. Изначально хотели посетить что-нибудь грандиозно-пафосное, но в поисках подобного заведения наткнулись на резную вывеску, которая настолько зацепила Дорса, что он прямо-таки потребовал зайти именно сюда.

Оказавшись внутри, водник удовлетворенно хмыкнул и сообщил, что это теперь его любимое место общепита. Чем именно Дорса пленил ресторан, парень и сам не понимал, но уходить отсюда отказался. Мы согласились.

Очень скоро стало ясно, что решение водника более чем разумно. Просто мы не столько выпить, сколько поговорить пришли, а пафосные заведения к общению не слишком располагают. Плюс за все эти дни я так и не сподобилась заняться своим гардеробом, в итоге явилась на встречу в красивом, длинном, но земном платье.

Платье было приличным, но внимание все-таки привлекало. И так как факт появления в империи иномирянки никто от народа не скрывал, меня узнали, и любопытство окружающих буквально зашкаливало.

Но, к счастью, подходить к нам никто, кроме официантов, не решался, так что мои ожидания насчет вечера оправдывались!

Первое, о чем я спросила, – почему сообщники ушли из Академии Стихий пешком? Почему не воспользовались порталом?

– Мы хотели раздобыть лошадей, – пояснил Дорс. Он уселся напротив меня и выглядел предельно довольным. – А в знакомом городе сделать это проще.

– И мы очень рады, что задержались, – встрял Каст, который сидел рядом и выглядел не менее довольно, чем его извечный «враг». – Иначе мы бы пропустили самое интересное.

– О, да! – включилась в разговор Лерра. Боевая жрица, как и Дорс, сидела по ту сторону, напротив пижона. – Это было что-то!

Я не выдержала, призналась не без гордости:

– Это я активировала взрыватель.

Парни дружно ухмыльнулись, а Лерра продолжила рассказ:

– Когда мы увидели, что замок рухнул, то сразу переместились в Урас. Это соседний город, если ты не знаешь. И уже там купили лошадей, а потом… Ну, собственно, потом ничего интересного. Размытые дождями дороги, телепорты, граница с империей.

– А к чему такие кульбиты? – полюбопытствовала я. – В смысле, зачем в Урас телепортнулись?

– Ну как же, Даш… – протянул мой новоявленный братик. – Падение замка, это же такой шанс!

Каст не договорил, но я и так поняла. Собственно, сама о том же думала.

Ведь действительно, империя не имеет дипломатических отношений ни с конфедерацией, ни с королевством Лаэос, то есть у Каста есть реальный шанс прикинуться мертвым и избавить семью от неприятностей.

Нет, вероятность, что о рыжем узнают, безусловно, существует, но… может, к тому времени страсти улягутся и удар по репутации будет не таким сильным?

– Я уже отписал матери, что со мной все в порядке, – заявил Каст. – О причинах побега тоже, разумеется, рассказал. Пусть сама решает, как лучше. Но в конфедерацию я в любом случае не вернусь.

– А вы? – обратилась я к Дорсу с Леррой.

– Со мной все просто, – даря очередную улыбку, отозвался водник. – У меня родных среди людей, считай, и нет. Так что на чью-либо репутацию мой побег не повлияет.

– А у меня вообще никого, – призналась Лерра. – Кроме двоюродной тетки, но…

Боевая жрица скривилась, а я замерла в недоумении. Как это «никого»? Мне же говорили, что в этот их поларский Шаолинь только родовитых принимают. Впрочем… наличие живых родственников на происхождение не влияет.

– Именно она меня в жрицы отдала, – хлебнув вина, продолжила Лерра, – чтобы не возиться и деньги не тратить. Так что… – девушка тяжело вздохнула, но все-таки договорила: – …я даже писем отправлять не буду. Беспокоиться обо мне некому, а на остальное плевать.

Черт. До этого момента я даже не подозревала, что Лерра не в восторге от своего жречества. Но поднимать эту тему не стала – зачем бередить чужие раны?

А потом еще одну вещь поняла: не будь Лерры, парни бы смогли уйти в империю сразу. Тот же Дорс спокойно мотался на выходные во владения Куулы, а это точно не ближний свет. Плюс Дорс и Каст – полубоги, и они точно выносливей людей, подтверждением тому та же физическая сила. Но боевая жрица – человек, и она бы настолько «длинной» телепортации не выдержала.

– Так, ну а у вас что было? – вырвал из раздумий Каст.

Я, разумеется, рассказала. И про полет на ришисе, и про все, что случилось после.

О том, что было раньше, тоже умолчать не смогла… Я пересказала друзьям практически все, что сумела выведать в свое время у Эмиля. Про то, как Эмиль нашел меня на Земле, как получил приказ привести на Полар. О причинах такого приказа тоже поведала, хотя после встречи на «пятачке» все и так понимали.

– Род фон Датаор, – процедил Каст, – Это их рук дело. И род Дербишей с ними.

– А Дербиши при чем? – спросила я.

– Очень близкая ветвь, – пояснил пижон. А потом добавил: – Кстати, про самого лорда Дербиша говорили, что он родился практически без силы, и магия в нем проснулась после какой-то странной, долгой болезни. Вот только болезней, после которых в обычном человеке просыпается сила, не существует. Понимаете, о чем я?

Мы, конечно, понимали.

– Как бы там ни было, нас это больше не касается, – вынесла вердикт Лерра. – Род фон Датаор благодаря последним событиям, сильно поредел. А в остальном… пусть с ними кто-нибудь другой разбирается.

– Согласен, – буркнул Дорс.

– И я согласен, – поддержал пижон, – но матери все-таки напишу.

Следом из меня выудили подробности о взрыве порталов. И я опять выложила все, попутно ужасно радуясь тому, что теперь могу говорить открыто, не утаивая и не мучаясь угрызениями совести.

– М-да, – резюмировал Дорс. – Ну Эмиль и… плут.

– А я всегда говорил, что он непрост! – воскликнул Каст.

– Непрост? – Боевая жрица усмехнулась. – Дорогой, ты очень мягко выразился.

Рыжий хитро сощурил глаза, я же поспешила повернуть разговор в другое, интересное мне русло.

– Вы сказали, что на границе вас встретили. А где вы сейчас живете? И что вообще у вас творится? Какие перспективы?

– Живем в гостинице при министерстве внутренних дел, – сказала Лерра. – А перспективы довольно хорошие, как понимаю.

– Лорд ди Арварен обещал помочь устроиться, – добавил Каст.

Я подарила брату недоуменный взгляд и невольно нахмурилась.

– То есть вы виделись с Эмилем? – уточнила тихо.

– Ну да. Только он был слишком занят, чтобы обсудить все как следует. Сказал, что заглянет к нам завтра. А ты чего так напряглась, Дашунь?

Блин. Да ничего. Просто они Эмиля видели, а я…

– Вы поссорились? – уточнил Дорс.

Я пожала плечами и не ответила. Понятия не имею, поссорились мы или нет. Вообще не понимаю, что между нами происходит.

– Да-аш, – вновь позвал водник.

Не выдержав, я отвернулась и окинула взглядом ресторанный зал. И застыла, обнаружив за одним из дальних столиков очень примечательного мужчину.

Эмиль в свое время говорил: увидишь – перепутаешь! Я тогда решила, что он преувеличивает, а на деле сходство оказалось действительно поразительным.

Тот же овал лица, те же черты, тот же мощный разворот плеч. И волосы такие же – длинные, белые, заплетенные в сложную косу. В сущности, отличий было только два – возраст и цвет глаз. У Дорса глаза зеленые, а у того, кто сидел за дальним столиком они синими оказались. А еще на нем был белый мундир с такими смешными мохнатыми штучками на плечах…

– Ладно, не хочешь – не говори, – ворвался в мои мысли голос водника. – В любом случае помиритесь.

– А? – переспросила я и тут же заработала насмешливый взгляд.

Дорс сидел спиной к ресторанному залу и видеть отца не мог. Собственно, из всей нашей компании увидеть его были способны лишь двое – я и Каст. Но пижон давно не обращал внимания на обстановку, его куда больше занимали еда, вино и наши разговоры. Ну и Лерра, разумеется.

В миг, когда прозвучало слово «ссора», сладкая парочка огневиков подобралась и резко пришла в боевую готовность. Я так и не поняла, что послужило поводом, но буквально через минуту эти двое уже препирались – тихо, без особого жара, но все-таки.

Все внимание Дорса тут же переключилось на этот скандальчик, а я… сидела и не могла отвести взгляд от широкоплечего блондина. Черт. Как же они с Дорсом похожи!

Вслед за удивлением пришла растерянность – как сказать другу, что тут его отец? Да и стоит ли говорить об этом? Что, если такая встреча в планы Дорса не входит? Что, если Дорс расстроится?

А его отец как на это все отреагирует? Он вообще в курсе, что Куула от него родила, или нет?

Да, черт возьми! Я разволновалась не на шутку! Единственное, что ничуточки не парило, так это то, что блондин сразу мое внимание заметил и смотрит столь же пристально, и глаз не отводит. А еще на его губах улыбка играет, и…

Так. Стоп. Отставить посторонние мысли!

Я заставила себя отвести взгляд и честно попыталась сосредоточиться на решении самого главного в данный момент вопроса – сказать Дорсу про отца или все-таки промолчать.

Друзья перемену в моем настроении не заметили: Лерра и Каст были слишком увлечены пикировкой, а Дорс наблюдением за этой сценой. Зато в миг, когда к столику подошел официант, скандал резко оборвался, а все внимание друзей сосредоточилось на мне и бутылке с золотистой жидкостью, которую этот самый официант принес.

– Вам просили передать, – сказал он.

А после этих слов еще и записку протянул.

От кого вино, я догадалась сразу и записку, конечно, приняла. Ну а развернув сложенный вчетверо лист, прочла удивительное:

«Милая девушка,

пожалуйста, не смотрите так пристально.

Иначе Эмиль точно вызовет меня на дуэль,

а я, знаете ли, очень хочу жить.

С уважением и симпатией,

Дорк ди Наиль»

Я смущенно закусила губу и, конечно, снова на блондина взглянула. А друзья этот взгляд проследили!

Дорс стремительно повернулся, и…

Нет, лица экс-короля «вражеского» факультета я в этот момент не видела, зато могла наблюдать реакцию его отца. Дорк ди Наиль сперва замер, потом побледнел, затем покраснел и машинально привстал. А через миг шумно выдохнул, тряхнул головой и поднялся на ноги.

Он схватил со стола бокал, опорожнил его одним глотком и грохнул об пол, воскликнув:

– Ну Эмиль! Ну… Эмиль! Значит, о невесте своей он предупредил! А сказать о том, что в столицу прибыл мой сын, забыл?!

Дорс мгновенно поднялся и устремился к отцу – мои страхи о том, что эти двое встрече не обрадуются, были напрасны. Тот факт, что лорд ди Наиль понятия не имел о том, что Куула после их встречи забеременела, также был тайной. Это обстоятельство вскрылось чуть позже…

Посетители и персонал ресторана смотрели на происходящее очень большими, очень круглыми глазами, равно как и Каст с Леррой. А я… тоже пребывала в шоке, но совсем по иному поводу – мне почудилось или меня только что невестой обозвали?

Совершенно ошарашенная и полностью дезориентированная, я перевела взгляд на Лерру. Уж не знаю, как жрица почувствовала, но в тот же миг перестала таращиться на двух хлопающих друг друга по плечам богатырей и спросила одними губами:

– Что?

– Он назвал меня невестой, – так же беззвучно пояснила я.

– А что тебя удивляет? – продолжила этот немой диалог Лерра.

– Он назвал меня невестой Эмиля! – повторила я уже вслух. – Понимаешь?

Взгляд Лерры переместился на браслет, украшавший мое запястье, а губы дрогнули в улыбке. И тут я начала понимать…

Но спешить с выводами и мучиться догадками не стала. Я подняла руку, демонстрируя браслет, и спросила напрямик:

– Это что-то означает, да?

Вот теперь и Каст от созерцания встречи отца с сыном отвлекся и смысл разговора уловил на раз.

– Не «что-то», – ответил он. – Этот браслет означает помолвку. На церемонии тебе жрец второй, парный браслет наденет, и будешь уже женой.

Боевая жрица кивнула, поясняя, что рыжий не врет, а мне пришлось ухватиться за столешницу – показалось, что пол, да и вообще весь мир, сильно покачнулся.

– Но я же простолюдинка, – выдохнула я ошарашенно. И добавила уже уверенней: – Понятия не имею, какие тут законы, но Эмиль точно не может…

– Ты? Простолюдинка? – перебил Каст. – Ты, на минуточку, моя кровная сестра и приемная дочь Ваула.

Я чуть-чуть, но смутилась. Просто титулы и происхождение Каста были последним, о чем думала. Да и самого пижона я ценила вовсе не за его родословную, вот и не вспомнила об этой детали. Хотя…

– Об этом все равно никто не знает, – сказала я. – И, надеюсь, не узнает. По крайней мере про Ваула.

Рыжий кивнул, но не согласился.

– Достаточно того, что про это знает Эмиль. Впрочем, даже не будь в тебе божественной крови… – Каст замолчал на секунду, вздохнул и продолжил: – Я тоже не знаю, что говорят о таких браках имперские законы, но я в достаточной степени изучил Эмиля.

– Лорда Глуна никакие законы не остановят, – подхватила Лерра уверенно. – И вообще, я с самого начала знала, что именно этим все и закончится. Только одного сейчас не понимаю – почему ты не в курсе помолвки?

Черт. Что на это ответить, а?

Глава шестнадцатая

Дорк ди Наиль оказался человеком веселым и крайне приятным – он пересел за наш столик, и остаток вечера прошел в шумном, очень позитивном общении. Но меня разговоры за столом уже не интересовали, меня полностью захватила новость о браслете, который я с такой радостью приняла и столь открыто носила.

Чувства были смешанными и крайне неоднозначными. С одной стороны, хотелось прыгать до потолка, с другой – мои ладони непроизвольно сжимались в стремлении задушить одного высокородного лорда.

Тем не менее я держалась! Я сделала все, чтобы не испортить друзьям вечер!

Тему помолвки также не поднимала. Единственное, когда уже покидали ресторан, пристала к Дорсу с закономерным разговором.

– Ты ведь знал, что это за браслет? – спросила я вкрадчиво.

– Ага, – отозвался невероятно довольный жизнью водник. – И кому он принадлежит, тоже сразу понял. Знаешь, конфедерация не поддерживает дипломатических отношений с империей, но есть такие гербы, не опознать которые попросту невозможно. Герб рода ди Арварен как раз из таких. Это очень известная семья.

Блондин, безусловно, издевался. Вернее, подкалывал, но в моей ситуации этот беззлобный юмор воспринимался как издевка.

Но я не вспылила, нет! И увести себя от главной темы не позволила!

– Так почему же ты мне не сказал?! – прошипела я.

Дорс сделал «честные глаза» и выдал прекрасное:

– А зачем?

Законов Норрийской империи я действительно еще не знала, но подозревала, что алкогольное опьянение, как и у нас, считается обстоятельством отягчающим. И пусть я выпила всего два бокала, но именно этот момент заставил отложить убийство «синего» на потом.

– Дорс, почему? – вновь зашипела я.

– А просто так интереснее, – подмигнув, признался водник.

В этот миг я поняла – действительно убью! Не прямо сейчас, но завтра – точно!

Друзья и примкнувший к нашей компании родитель проводили меня до ворот Академии Стихий имени Василия Голубева и Петра Новака. И я, разумеется, тут же помчалась в общагу. А оказавшись в своей комнате, заперла дверь на ключ и подскочила к зеркалу…

– Зяба! – позвала я требовательно.

Монстр проявился мгновенно, спросил:

– Что стряслось?

Я показала браслет и повторила вопрос, заданный недавно Дорсу. А в ответ поймала широкую улыбку и услышала самодовольное:

– Ну конечно, знал.

– Почему не сказал? – выпалила я. – Почему не предупредил?!

В следующий миг возникло подозрение, что водник и монстр сговорились…

– А зачем? – ответил вопросом на вопрос Зяба. И, сообразив, что оглядываюсь в поисках чего-нибудь тяжелого, поспешно добавил: – Дашунь, ты ведь знаешь, как я не люблю вмешиваться в дела Эмиля. Да, теперь мы знакомы и ладим, но в любых отношениях есть границы, которые лучше не переходить.

Я в эту топорную отмазку, разумеется, не поверила, но от зеркала все-таки отошла.

Ладно! С монстром тоже позже разберусь! А сейчас… гораздо интереснее услышать мнение главного виновника этой возмутительной ситуации.

С этой мыслью я развернулась, глубоко вздохнула и начертала в воздухе символ вызова, одновременно воскресив в памяти образ синеглазого брюнета. Причем символ выбрала не простой, а любовный. Тот самый, который расшифровывался как: «дорогой, приди, я вся горю»!

Я точно знала – проигнорировать такую приманку лорд ди Арварен не сможет. Но скорость его реакции искренне удивила. Вертикальная алая молния рассекла пространство буквально через две секунды. Еще миг, и из портала вышел он. Эмиль! Собственной бессовестной персоной.

Больше никаких форменных мантий – на Эмиле были высокие сапоги со шпорами, узкие штаны, белая, застегнутая на все пуговицы рубашка и длинный темный камзол, который ужасно ему шел. Черные волосы были забраны в аккуратный хвост, на шее висела крупная, усеянная драгоценными камнями бляшка, пальцы блестели перстнями.

Вообще, выглядел так, будто его с какого-то официального мероприятия выдернули. Только улыбка, игравшая на мужских губах, была бесконечно далека от официоза.

Правда, растаяла эта улыбка довольно быстро. Ровно в тот момент, как норриец увидел меня и осознал мое настроение.

– Что случилось? – спросил он.

Я ходить кругами не стала – просто подняла руку и, продемонстрировав браслет, спросила:

– И как это понимать?

Эмиль такого вопроса явно не ожидал – он сложил руки на груди и нахмурился. Я же фыркнула и воскликнула гневно:

– Эмиль! Это же брачный браслет!

С пару минут в комнате царила тишина, а потом экс-декан факультета Огня заметно расслабился, и даже уголки губ дрогнули.

– Даша, погоди. Хочешь сказать, что ты этого не знала?

Вопрос был в высшей степени нелогичным и даже глупым, но я на него все-таки ответила:

– Откуда мне было знать? Я же иномирянка!

– То есть не знала?

Чтобы не сорваться на крик, пришлось прикрыть глаза и выдохнуть.

– Я узнала об этом пару часов назад. И теперь хочу спросить, какого чер…

Договорить было не суждено – Эмиль шагнул навстречу и, прежде чем успела отскочить, заключил в объятия.

– Так вот почему ты настояла на заселении в общежитие, – выдохнул он. – А я-то недоумевал…

Блин! Меня вообще слышат?

– Эмиль, почему ты не сказал про браслет?! – выпалила я.

Норриец улыбнулся шире, а когда заговорил, в голосе зазвучали насмешливые нотки:

– Я был уверен, что ты сама узнаешь. Ты, конечно, иномирянка, но, Дашунь, когда тебя это останавливало? Ты же в такие тайны Полара влезла, в сравнении с которыми этот браслет – пустяк. Я был убежден, что ты сразу все выяснишь.

Мое сердце вело себя самым бессовестным образом – пело и одновременно таяло. А душа, наоборот, негодовала. Теперь к этой гамме чувств добавилось еще и легкое, но все-таки смущение.

Вот, значит, какого он обо мне мнения. Ладно-ладно!

– Эмиль, ты прекрасно знаешь, что я не искала приключений. И если, как ты изволил выразиться, влезла в какие-то тайны, то не нарочно.

– Но суть от этого не меняется, – парировал собеседник.

Да, в словах Эмиля была изрядная доля истины, но признавать этот факт вслух я не собиралась. Отступать – тем более.

– А ты мог сказать нормально? – вновь продемонстрировав браслет, выдохнула я.

Лорд ди Арварен пожал плечами и наклонился в явном намерении поцеловать, но я от поцелуя увернулась.

Черт! Он определенно не понимал! И я снова начала злиться.

Наверное, кому-то выходка с браслетом могла бы показаться ужасно романтичной, но мне она таковой не казалась. Тоже мне собственник! Тоже мне мачо! Он бы меня еще дубиной по голове огрел и в пещеру уволок!

– Что не так? – спросил Эмиль с улыбкой.

– Все! – выпалила я.

Штирлиц поларский ждал пояснений, но я молчала. В итоге сама «дождалась»:

– Я очень рад, что ты согласна, Даша.

– А с чего ты взял, что я согласна?

Эмиль вновь попытался поцеловать, но я опять увернулась. И тут же услышала:

– Ты узнала, что означает этот браслет, но ты его не сняла. Значит, ты согласна.

– Ничего подобного!

Да, снимать браслет я не собиралась и, в сущности, была согласна, но…

– Знаешь, дорогой, а ты неплохо устроился, – стараясь казаться спокойной и быть начеку на случай очередной попытки поцеловать, сказала я. – Сначала фантазиями своими меня изводил, потом просто взял в охапку и совратил самым бессовестным образом. А теперь вот браслет брачный обманным путем подсунул…

Лорд ди Арварен нахмурился, точно не понимая, к чему веду, а я… взяла и сказала прямо:

– Где мой букетно-конфетный период? Где ухаживания? Где, в конце-то концов, признания в любви?

– Признания? – переспросил Эмиль удивленно. – А разве так не понятно? Разве не видно, как я к тебе отношусь?

Мстительное желание мотнуть головой и выпалить категоричное «нет» я в себе задушила. Ответила мягко:

– Слова тоже важны.

– Люблю, – выдохнул норриец. – Очень.

Я хотела этого признания, но не ожидала, что услышу его прямо сейчас. И немного растерялась, а Эмиль этой растерянностью воспользовался! Его губы тотчас завладели моими, и реальность подернулась дымкой, а сердце забилось стократ чаще. Однако окончательной потери разума все-таки не случилось.

– Где мой букетно-конфетный период? – едва Эмиль отстранился, хрипло выдохнула я. – Где… ухаживания.

Экс-декан опять нахмурился и подарил строгий взгляд, но, блин! Девушки с Земли не сдаются. По крайней мере без боя.

Именно поэтому следующая попытка завладеть моими губами вызвала бешеное сопротивление. По той же причине я все-таки нашла в себе силы вывернуться из объятий норрийца и отступить, вновь примеряя на себя образ взбешенной фурии.

– Но замуж за меня ты все-таки пойдешь?

Вообще, Эмиль не спрашивал, а утверждал, но это не помешало мне пожать плечами и сделать вид, будто я не при делах.

– Даша…

Я прищурилась и задрала подбородок. Хотела еще топнуть ногой, но подумала, что будущей леди ди Арварен такое поведение не пристало.

– Значит, букеты и конфеты. – Голос Эмиля прозвучал мягко и даже покладисто, но мне почудился легкий… бунт. – И ухаживания.

В этот момент я со всей ясностью поняла, что шпион норрийский уже все решил и мне реально не отвертеться. Более того, я чуяла, что лучше согласиться на предложение, а ухаживания принимать постфактум, уже в статусе настоящей невесты. Но…

– Браслет не снимаю, но согласия своего пока не даю.

– Понял, – сказал лорд ди Арварен.

В следующий миг я удостоилась изящного поклона и с затаенной радостью приготовилась отбиваться от очередного покушения на мои губы. Вот только планы Эмиля оказались совсем иными. Вместо покушения я пронаблюдала, как мой жених исчезает в портале.

Обида? Нет. Вместо обиды меня охватило предчувствие праздника.

Интуиция, как это временами бывает, не подвела…

Эмиль ухаживал очень красиво, но слишком активно. К концу следующей недели вся общага факультета Огня оказалась буквально завалена цветами.

Сперва букеты оседали в моей комнате, потом в комнатах других девчонок, дальше были коридоры и, наконец, комнаты парней. Последние кривились жутко, но цветы все-таки забирали. И костерили весь женский род! Причем не столько за букеты, сколько за то, что мы, милые и красивые, временами толкаем мужчин на настоящие безумства.

Шоколад? Его было столько, что ели всей академией, причем и на завтрак, и на обед, и на ужин. И даже главный любитель сладкого – Кузьма – с такими объемами не справлялся.

Параллельно каждую ночь меня мучали сны! Причем снилось не абы что, а чистая романтика – поцелуи, прогулки, танцы и совместное любование звездами. Это, как ни смешно, раздражало. Мне, стыдно признаться, хотелось совсем иного, и когда удавалось перехватить управление своим телом во «снах», я Эмилю об этом говорила! Но тот был непреклонен. Он, зараза синеглазый, ухаживал. Добивался моего согласия на брак!

А перед первым зачетом вообще ужас случился – в полночь под окнами нашего общежития нарисовался оркестр! Петь серенады лично Эмилю не позволял статус, в итоге певцы были профессиональными, с очень громкими и хорошо поставленными голосами.

После этого эпизода в процесс ухаживания вмешалась вся студенческая братия вместе с администрацией, и мне пришлось уговаривать лорда ди Арварена прекратить этот беспредел.

Эмиль, конечно, тут же попытался пошантажировать – мол, даешь согласие на брак, и ухаживания прекращаются, но я отмазалась. Я же студент! И у меня первая сессия! А брак – это очень серьезно, и принимать окончательное решение нужно, будучи в здравом уме и твердой памяти! Ну а какие ум и память у студента в сессию?

Зато я согласилась провести каникулы вместе с Эмилем, причем не абы где, а в его замке. Да-да, том самом, где портреты и зеркальная ванная комната.

Сессия была сдана довольно неплохо, и мой статус студентки Академии Стихий имени Василия Голубева и Петра Новака подтвердился. И сразу после вечеринки, посвященной окончанию ада, я усадила Кузю в рюкзак, спрятала в тот же рюкзак карманное зеркальце, в котором обитал Зяба, и сдалась Эмилю.

Замок, которым, кстати, младший ди Арварен владел единолично, оказался не очень далеко – мы прошли туда телепортом, причем за один раз. Миновав портал, оказались в огромном, отделанном белым и черным мрамором холле. Тут же послышался легкий звон колокольчика, и в холл выбежал слуга.

Завидев Эмиля, слуга согнулся в почтительном поклоне, но, так как багажа при нас не имелось, был мгновенно отпущен. А меня притянули ближе, шепнули в ушко: