Текст книги ""Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Анна Гаврилова

– Маг ментальных иллюзий. Он был среди раненых и принес присягу. Все эти годы дарданец служил в страже Амина Пятого. Теперь он в войске Амина Шестого, нашего молодого короля, – сообщил старик, а мое сердце ухнуло вниз.

Разум не мог принять сказанное старцем. Отец Корвина все это время был жив? И он предатель. Я пошатнулась, а крепкие руки подхватили меня, отрывая от земли.

– Опять ты здесь, Мехмед, – змеей прошипела Латифа. – Принц будет недоволен, что ты вновь касаешься наложницы. Хотя… девочка в таком состоянии, что лучше бы ее донести до покоев.

– Можно пройти другим путем, чтобы никто не видел, – предложил старик.

Я была не в состоянии поддерживать разговор и закрыла глаза, погружаясь в думы, словно в зыбкие пески. Легким ветерком до моего слуха донесся шепот: «Ричи, я рядом. Все будет хорошо». Неужели это голос Лукаса? Через расстояние он достиг не только моего сердца, но и слуха? Я улыбнулась и зачем-то прошептала в ответ: «Я люблю тебя».

ГЛАВА 23

Ближе к полуночи я с нетерпением ждала прихода Сурайи, но вместо этого ко мне зашла Латифа. Служанок наставница оставила за дверью, а сама сжала меня в крепких объятиях.

– Слава богу-провидцу! – закудахтала женщина. – Наконец-то мальчик прислушался к моим советам. Поздравляю тебя, Рейчел. Дамир сделал правильный выбор.

– Да что произошло? – поинтересовалась я у Латифы, отстраняясь.

– Принц Дамир берет тебя в жены! – «обрадовала» меня наставница, и я от такой чудесной новости пошатнулась. Латифа поддержала меня за локоть: – Я понимаю твое волнение, моя девочка. Не каждый день чужестранка становится женой принца. Но в тебе есть провидческий дар, а это многого стоит. Если строптивица Сурайя будет себя достойно вести, то Дамир сделает ее младшей женой.

– И когда же ваш принц принял это судьбоносное решение? – уточнила я и на всякий случай присела на постель, чтобы не упасть в обморок от радости.

– После твоей встречи с Кумаром. Провидец считает, что ты сможешь передать свою магическую силу наследнику, – умилялась Латифа. – Свадебный обряд решено провести в ближайшее время. Мы завтра же займемся твоими нарядами, придут мастерицы. Ох, и разозлится же змея Яэль. Поделом ей…

Стало очевидно, что теперь для меня единственный выход – бежать из дворца. Иначе, боюсь, не доживу до свадьбы, Яэль позаботится об этом. Да и позорить Дамира не хочется. Даже если меня насильно притащат в храм, то у алтаря принц услышит решительное «нет». А после такого либо темница, либо казнь. Так что: бежать!

Латифа приняла мое задумчивое состояние за предсвадебное волнение и оставила в покое. Как только за женщиной закрылась дверь, я разложила на полу шаль и завернула в нее кое-какую одежду. Едва спрятала пожитки под кровать, как расслышала шорох, а затем вошла Сурайя, откинув полог.

– Ты обещала мне помочь. Не передумала? – В ее голосе послышалось сомнение.

– Почему я должна передумать? – поинтересовалась у новой подруги, которая замерла возле резного изголовья кровати, не решаясь подойти ближе.

– Слышала, что Дамир выбрал тебя в жены, скоро свадьба, – вздохнула девушка.

И мне показалось, эта новость ее расстроила.

– Свадьба с вашим принцем не входит в мои планы. – Я приблизилась к Сурайе и взяла ее за руку. – Прошу, помоги мне сбежать из дворца!

– А ты не боишься, что тебя поймают?

– Мне все равно. Это лучше, чем неволя. Замуж за принца не пойду. И боюсь, что мой отказ он воспримет, как оскорбление. Тогда темница или смерть.

– В любом случае за отказ последует наказание. Если уж мне достались удары плетью, когда оскорбила Дамира. А я всего лишь сказала, что он слишком стар для меня. Хотя…

Сурайя нахмурилась, а я догадалась:

– Хотя на самом деле ты так не считала. Просто полагала, что принц обидится и прогонит тебя.

Она кивнула:

– Так и случилось. Но я имела неосторожность бросить ему вызов при всех. По закону за оскорбление особе королевских кровей полагается до сорока ударов. Но я получила только пять, Дамир остановил палача. Правда, само наказание не отменил.

В голосе Сурайи чувствовалась обида. А еще я поняла, что принц Дамир ей небезразличен. Но она стыдилась своих чувств. Ее тянуло к сильному привлекательному мужчине, и в то же время она презирала принца за то, что он выкупил ее у отца и сделал наложницей. Теперь я понимала, почему она так расстроилась, услышав новость о его женитьбе.

– Так ты мне поможешь? – я вновь задала свой вопрос.

– Да, – согласилась Сурайя, – но хорошо бы найти союзника. Я смогу вывести тебя в старый город к заброшенному колодцу, но тебе понадобится проводник. Одной тебе не доехать до границы с Дарданией.

Сурайя была права: в одиночку женщине в этих краях не выжить. Меня либо убьют, либо продадут в очередной гарем. На ум пришел лишь один человек, который мог бы помочь. Это рискованно, но другого выхода я не видела.

– Возможно, страж Дамира Мехмед смог бы помочь, – решилась я на откровения. – Этот воин симпатизирует мне, и в его мыслях нет злого умысла. Только как мне с ним поговорить?

– Я обращусь за помощью к своей служанке, – предложила Сурайя. Я нахмурилась, но она тотчас развеяла мои сомнения: – Тахира надежная девушка, давно у меня служит и во всем помогает. Если бы не она, Яэль давно бы до меня добралась.

– Но воины-тени Дамира живут в другой части дворца, туда так просто не проберешься, – засомневалась я.

– Не переживай, Тахира найдет способ. Она встречается с одним из воинов. Только не спрашивай с кем. Но это точно не твой Мехмед, – хитро улыбнулась Сурайя.

– Он не мой! – возмутилась я. – И у меня есть Лу… есть о ком думать.

Я не была уверена, стоит ли называть Сурайе имя возлюбленного. Да и кто для меня сейчас Лукас: жених, друг? Знала лишь, что как только его увижу, обязательно признаюсь в своих чувствах.

– Рейчел, нам пора. – Сурайя потянула меня за рукав к тайному ходу. – Прошу, загляни еще раз в воспоминания Амина, но ничего от меня не скрывай. Я должна знать: думает ли он обо мне до сих пор или забыл. Да и нужно посмотреть на ритуал, о котором говорил Рауф. Интересно же, что они затевают!

Полагаю, Рауф не задумал ничего хорошего, но говорить об этом Сурайе пока не стала.

Ч соорудила из подушек на постели спящую фигуру и приоткрыла окно. Если вдруг какая-нибудь любопытная служанка обнаружит, что хозяйка сбежала, так пусть думают, что я решила погулять. Сад здесь большой, можно часа два искать. Улыбнувшись своим мыслям, я последовала за Сурайей.

Мы вновь блуждали по извилистому узкому коридору с земляными стенами и низким потолком. На этот раз мы миновали лестницу, по которой взошли в прошлый раз. Сейчас же спустились по ступеням. Наконец-то Сурайя остановилась у стены с неровной каменной кладкой. Как и в прошлый раз, она достала один из камней, и мы приникли к узкому смотровому окошку.

– Здесь нет прохода в зал? – шепотом спросила я, осматривая большое помещение с величественными каменными колоннами и ритуальным кругом по центру.

Заметив три фигуры в темных балахонах, я тут же замолчала.

– Есть, но сейчас мы не можем им воспользоваться, так безопаснее, – прошептала в ответ Сурайя и осеклась.

Как и я, она заметила в центре зала троих.

Двое мужчин о чем-то спорили, третий собеседник держал в руках листок, молча наблюдая за перепалкой.

– Уверяю тебя, мой юный друг, это совершенно безопасно. И это временная мера. – Я узнала голос говорившего: это был архимаг Рауф.

– А потом все будет, как прежде? Да? – робко вопрошал юношеский голос, принадлежавший королю Амину.

– Конечно. Но сначала я приведу тебя к власти и сделаю королем двух империй. И всегда буду рядом, мой мальчик. – Рауф говорил проникновенно, по-отечески положив руку на плечо Амина, но в голосе было слишком много сладкой патоки.

Я бы ни за что не поверила его увещеваниям, а вот юный правитель, похоже, согласился с доводами советника. Амин лег в центр круга. В его жестах сквозили покорность и обреченность.

– Что он делает? – Сурайя с силой сжала мою ладонь.

– Что бы он ни делал, мы не можем вмешиваться, – ответила я. – Если боишься, давай пойдем к Дамиру и все расскажем.

– Нет! Тогда сорвется твой побег, ведь придется поведать не только об увиденном, но и еще о том, как мы проникли в заброшенный храм, – едва слышно прошептала Сурайя. – Да и Амин уже не ребенок. Надеюсь, он знает, что делает.

В последнем я сильно сомневалась. Но пришлось согласиться с новой подругой. Я прижала палец к губам, призывая к тишине. Потому что в этот момент Рауф тоже расположился в центре круга рядом с Амином.

Советник улыбнулся юноше, подбадривая его:

– Просто повторяй за мной заклинание, открой свое сердце и отпусти сознание. И положись на волю богов.

– Хорошо, – выдохнул молодой правитель и закрыл глаза.

А советник Рауф обратился к третьему участнику, который возвышался рядом с ритуальным кругом, не заходя за черту:

– Как только ты увидишь свечение, а на камне проявятся знаки, можно совершать обряд. Прочитай слова заклинания и дай время телу принять дар.

– Ты уверен, что все получится?

Мы с Сурайей с удивлением переглянулись: низкий, тягучий голос принадлежал женщине.

– Я и раньше проводил этот обряд. Как видишь, все получилось, – успокоил женщину Рауф. А затем, повысив голос, проговорил нараспев: – Великий бог-провидец Ди. Взываем к тебе, ибо в нас – твой дар, а мы – всего лишь сосуды для тебя. Так позволь совершить добровольный обмен…

Амин дрожащим голосом повторял обращение к богу, а затем мужчины на древнеасумском и древнеокадском языках произнесли слова заклинания. Какое-то время ничего не происходило. Лишь женщина медленно ступала возле границы круга, наблюдая за участниками действа.

Но вдруг вокруг тела Рауфа заклубилась тьма, а серебристое свечение окутало тело Амина. Тьма, протягивая свои щупальца к молодому правителю, поглощала его свет. В этот момент женщина зычным голосом молвила слова другого заклинания: того, что было записано на листке в ее руках. Незнакомка обходила тела мужчин по кругу, не заступая за контур, который теперь заискрился и вспыхнул красным пламенем. Сурайя судорожно вздохнула, с удивлением взирая на происходящее. Я тоже была под впечатлением действа.

Огонь словно отделял тела, находившиеся в ритуальном круге, от внешнего мира. На каменном полу в центре круга заискрились загадочные знаки, а тьма советника Рауфа теперь переплеталась с голубоватым свечением, что исходило из сердца короля Амина. Чем громче незнакомка за кругом произносила слова заклинания, тем выше поднимался огонь, скрывая таинство обряда от посторонних глаз. Я лишь успела заметить, как темная энергия перетекает в тело юного короля. Женский голос отражался эхом в пустом зале, вибрируя, словно искаженный звук гонга. Огонь в факелах то гас, то разгорался с новой силой, играя рваными тенями на полу. Напряжение росло, а я чувствовала магию: сильную, древнюю и очень опасную. От волнения мое сердце забилось чаще, а тело окутал липкий страх. Казалось, что должно произойти нечто ужасное. Но вдруг голос стих, огонь и знаки в ритуальном круге вмиг погасли, а в зале воцарилась тишина. До нашего слуха доносился лишь треск пламени в факелах.

Я обернулась к Сурайе: девушка взирала на происходящее с ужасом. Но она волновалась не за себя, а переживала за Амина. Я вновь перевела взгляд в центр зала. Молодой король уже открыл глаза и пошевелился, ощупывая себя. Он с удивлением посмотрел на тело Рауфа, которое выглядело бездыханным. А затем перевел взгляд на незнакомку и улыбнулся.

– У тебя все получилось? – спросила женщина. Правитель кивнул ей в ответ. – А этот жив?

Амин склонился к Рауфу, взял за руку и подтвердил:

– Жив. Но тело старое, ему нужно время, чтобы прийти в себя.

Похоже, король Асумской империи уже не боялся ни проведенного ритуала, ни своего советника. Более того, он ловко вскочил на ноги и вплотную приблизился к незнакомке. Правитель асумов сдернул с ее головы капюшон, и роскошные рыжие локоны рассыпались по плечам. Властно положив ладонь на затылок, Амин притянул женщину ближе и выдохнул:

– Наконец-то!

А затем поцеловал: страстно и горячо.

Сурайя всхлипнула, а я поняла, что нам пора уходить. Представление подошло к концу, все живы, не считая разбитого сердца. Моя новая подруга лично убедилась в том, что бывший жених давно о ней позабыл. И не нужно быть провидицей, чтобы это понять.

Весь обратный путь мы шли молча, но возле низкой двери, что вела в мои покои, Сурайя спросила:

– Что же за ритуал они провели?

– Может, Рауф передал Амину магическую силу? – предположила я.

Увидев лист в руках рыжеволосой незнакомки, вспомнила заклинание, что я выкрала в доме Бригза. Оно ведь тоже было на древнеокадском. И там были слова о добровольном обмене, помощи бога Ди и ритуале.

– Может, ты и права, – продолжила Сурайя. – Амин – слабый маг, и Рауф, как его наставник, поделился с ним силой. Интересно, кто та женщина?

– Полагаю, загадочная невеста короля Амина, – догадалась я.

Латифа недавно рассказывала о рыжеволосой чужестранке-затворнице. Я толком не разглядела женщину из-за низко надвинутого на глаза капюшона. А когда Амин его снял, то незнакомка стояла к нам спиной. Но что-то неуловимо-знакомое было в ее образе. И мне казалось подозрительным то, что все мысли невесты короля Амина связаны с советником Рауфом. Проведи мы возле старого святилища еще немного времени, я бы смогла уловить более четкие образы и понять, что же за ритуал устроила эта троица. Но мы не могли оставаться там долго. Да и Сурайя расстроилась: больно осознавать, что близкий человек тебя предал. Ведь по вине молодого правителя Сурайя оказалась наложницей, а он, как ни в чем не бывало, нашел ей замену.

– Спасибо, Рейчел, за то, что ты рядом. – Девушка порывисто меня обняла. – Я даже не спрашиваю, что ты смогла разглядеть в воспоминаниях Амина. И так все очевидно: меня в них нет.

– Может, и хорошо, что все так случилось? – Я погладила подругу по голове, пытаясь успокоить. – Амин слаб, раз так легко от тебя отказался и во всем слушается советника.

– Знаю, – всхлипнула девушка. – Но не могу на него обижаться. Он же мне как брат. Мама ушла рано, а отец всегда был груб и жесток. Те служанки, что все годы лебезили передо мной и набивались в подружки, тут же отвернулись, как только Амин отменил нашу свадьбу. Я не могу ненавидеть его, но оставаться здесь больше не хочу. Знаешь что, Рейчел? Я убегу с тобой!

– Что?!

Только этого мне еще и не хватало! Мало того, что вовлекаю Сурайю в свои дела, так еще и умыкну из дворца. Вот принц Дамир будет счастлив получить в качестве подарка на свадьбу двух беглянок.

– Сама посуди: что меня держит во дворце? Или Дамир добьется и сделает своей наложницей, или продаст другому. Возьми меня с собой, – уговаривала меня девушка.

– Вряд ли он тебя продаст, – возразила я. – Мне кажется, ты ему нравишься.

– Только кажется? – насупилась Сурайя.

– Я знаю это, – улыбнулась в ответ, успокаивая подругу. – Я видела в его воспоминаниях твой образ.

Не стала говорить, что то была лишь короткая вспышка, потому что Дамир, как и его воины-тени закрывали мысли и память от чужого вторжения. Но Сурайя задумалась, а затем покачала головой:

– Нет, этого слишком мало, чтобы остаться. Он никогда не говорил мне о чувствах. Купил, словно вещь, а сейчас запер в золотой клетке. Да и не смогу ему простить то наказание. Убегу. Сейчас же поговорю со служанкой, пусть передаст записку Мехмеду: нам будут нужны проводник, повозка и оружие. У меня много драгоценностей – подарки Амина и Дамира – ими и расплатимся!

– А вдруг Мехмед решит нас предать? – забеспокоилась я.

– Мы же не такие наивные, чтобы сообщать ему, каким образом выберемся из дворца и куда поедем. Попросим подождать нас возле старых городских ворот, что находятся в бедной части города. Там есть где спрятаться и понаблюдать. Если он придет не один, мы увидим. Но тогда уже придется самим искать способ, как перебраться через границу. В ограждении есть лазейка, если что, воспользуемся ей.

– Меня устраивает план.

– Спасибо, Рейчел. Одна бы я не решилась на побег, а с тобой мне не страшно. Ты такая храбрая. И у тебя теплая, светлая энергия, такая же была у мамы, – грустно улыбнулась Сурайя. – Знаешь, после ее смерти я часто говорю со звездами, представляя, что ее душа теперь там, и она обязательно поможет мне обрести настоящую любовь и семью.

Я была поражена, потому что тоже всегда разговаривала со звездами, представляя, что мама слышит меня. От печальных воспоминаний отвлек шорох, а ноги коснулась пушистая шкурка. Пробежавшая мышка уже не пугала, но вовремя напомнила о том, что пора возвращаться.

Мы еще раз обсудили с Сурайей детали побега и договорились встретиться завтра в полночь. Попрощавшись, я вернулась в спальню. Здесь все было по-прежнему: ни служанок, ни стражей, ни наставницы не наблюдалось. Юркнув под одеяло и удобно устроившись на мягкой перине, я прикрыла глаза. Сквозь дрему до меня донесся голос Корвина: «Рейчел» Я попыталась уловить тонкую связывающую нас нить, следуя за призывом, но упустила. И все же я слышала зов, а это значило, что Корвин жив. Возможно, его ранили, и он ненадолго приходил в сознание, сразу вспомнив обо мне.

Если бы я задержалась во дворце чуть дольше, то непременно разузнала бы про Дэя-старшего. Но я не могла остаться: мамы у асумов не было, а свадьба с Дамиром в мои планы не входила.

ГЛАВА 24

Не успела я проснуться, как в спальню зашла Латифа в сопровождении служанок. Девушки принесли ворох одежды, но вся она была полупрозрачной, расшитой яркими камнями. После посещения купальни служанки умаслили мое тело, поколдовали над волосами и лицом, а затем принялись подбирать наряд. Латифа радостно сообщила, что завтракаю я сегодня в обществе принца Дамира. Сделала вид, что безмерно счастлива, сама же считала минуты: уже сегодня в полночь я собиралась бежать и надеялась, что никогда больше не увижу ни принца, ни Латифу, ни прочих жителей Асумской империи.

В сопровождении стражей-евнухов я покинула эту половину дворца и меня, словно дорогой подарок, передали на попечение Теням принца. Среди стражников я сразу же узнала Мехмеда. Я уже чувствовала его энергии: воздушные, с примесью моря и солнца. Во взгляде стража уловила что-то близкое и родное, но разбираться с этим не было времени. Я остановилась, поправив волосы, и повела плечами. Тонкая шелковая шаль соскользнула вниз. Мехмед тут же наклонился, чтобы поднять накидку, а двое других воинов на секунду застыли, рассматривая меня. Наряд Латифа выбрала откровенный: телесного цвета шаровары и туника, расшитые золотыми камнями, создавали иллюзию обнаженного тела. Наставница полагала, что мой наряд поразит Дамира в самое сердце. Пока же были повержены грозные стражи.

Воспользовавшись замешательством воинов-теней Дамира, я склонилась к Мехмеду за своей шалью и прошептала:

– Тебе передали послание? Ты мне поможешь?

– Всегда, – услышала в ответ.

– Жди в полночь у старых ворот в заброшенной части города, – шепотом сообщила стражу, а он едва заметно кивнул, а затем протянул мне накидку.

Я поторопилась закутаться плотнее и улыбнулась мужчинам.

– Ой, как неловко получилось. Никак не привыкну к этим нарядам. Надеюсь, вы не будете сообщать принцу о нашем маленьком недоразумении. Не хочу, чтобы он вас наказал.

Воины одновременно кивнули, соглашаясь со мной. Я же в прекрасном настроении ступила в покои принца.

Стол был накрыт, Дамир отпустил стражей и предложил мне напитки и еду.

– Прекрасная Рейчел, – начал принц. – Надеюсь, ты уже знаешь, какую честь я тебе оказал.

– Знаю, – скривилась я, а Дамир рассмеялся. – Я удивлена таким выбором. Брать в жены чужестранку? Вы же меня совсем не знаете! Вдруг у меня скверный характер, или я храплю по ночам?

– Вот и познакомимся ближе, – самодовольно улыбнулся принц. – Твои недостатки я переживу, а спать ночами я тебе не дам. Ты не просто чужестранка, а провидица. Мои наложницы так и не смогли подарить мне наследников. Надеюсь, получится у тебя.

Дамир наслаждался напитком и яствами, а я злилась. У меня сложилось впечатление, будто принц развлекается. Словно женитьба – очередной хитроумный ход. Только вот какой, понять не могла: принц старательно закрывал от меня мысли и образы. Я и до этого замечала, что Дамир и его воины прячут воспоминания. Я могла прочитать лишь сильные эмоции, как в тот раз у молодого стража, когда он думал о матери. Или выхватить образы в воспоминаниях Мехмеда, когда воин-тень вспоминал бой в ущелье и думал обо мне. У принца я лишь на короткий миг разглядела воспоминания о смерти возлюбленной, но остальные его чувства и мысли были мне не доступны. Словно он пользовался неизвестным мне заклинанием или артефактом.

– Вижу, что ты не слишком рада известию о свадьбе. – Дамир дотронулся до моей руки, я же вздрогнула.

Настолько погрузилась в размышления, что позабыла о собеседнике.

– Совсем не рада, – честно призналась я. – Я люблю другого мужчину, и свадьба с вами в мои планы не входит.

– Все можно изменить, – неожиданно предложил принц и хитро прищурился. А я лишний раз убедилась, что он что-то задумал. – Поведай мне, что именно вы передали тем людям в деревне, и тогда я смогу тебя отпустить.

Опять он за свое. Значит, так и не поверил мне. И сдался же ему этот клад! А может, и правда, рассказать принцу о скипетре, хранившемся в склепе монаха? Поразмыслив, все же произнесла решительное «нет». Принц хитер, и он может обмануть. Пока я храню молчание, живу. И хотелось бы дожить сегодня до своего побега из дворца.

– Жаль. Но тогда готовься, Рейчел. Через три дня сыграем свадьбу. Ты станешь старшей женой, – равнодушно проговорил Дамир. – Сурайю сделаю младшей. Она ведь тоже провидица. Жаль у вас обеих скверные характеры.

Услышав про Сурайю, я вскочила на ноги:

– Оставьте девочку в покое, она вам не игрушка! Как же вы легко распоряжаетесь судьбами. Чужое желание для вас – ничто! А ведь когда-то и вы умели сострадать.

– Я что-то не припомню подобного. – Принц пожал плечами и потянулся к блюду с фруктами.

Но его пальцы, коснувшись ярко-рыжих плодов, застыли, когда я произнесла следующую фразу:

– Вы так искренне оплакивали потерю жены. Значит, у вас есть сердце! Тот, кто познал горе, способен сопереживать. Так почему же сейчас вы так жестоки? У меня есть возлюбленный, и только с ним хочу связать свою судьбу!

Я даже не заметила, как принц подскочил ко мне. Настоящий воин-тень – быстрый, как стрела, и смертоносный, словно змея.

Он сжал мое горло, его взгляд был безумен, голос срывался:

– Кто? Кто посмел рассказать тебе об этом?

– Никто, – сдавленно прохрипела я. – Я увидела.

– Увидела? – Дамир замер. А затем разжал пальцы, вспомнив, что я провидица. – Твой дар силен, раз ты разглядела сокрытое в самом потаенном уголке моей души. Прости меня.

Я обессилено упала на подушки, а принц сел рядом, опустив голову. Сейчас передо мной был не государственный муж, а мужчина, сломленный горем и позволивший себе слабость в присутствии чужачки. Очевидно, что его душевная рана до конца не затянулась, хоть прошло много лет.

– Как ты прошла защиту наших амулетов? – поинтересовался Дамир.

– Каких амулетов? – удивилась я.

Принц всматривался в мое лицо, пытаясь понять, говорю ли я правду. А затем взмахнул рукой:

– Уходи!

– Отпустите меня. Прошу! – Я сделала еще одну попытку воззвать к чувствам собеседника.

– Нет! – резко ответил он. – Готовься к свадьбе, чужестранка. Пожалуй, я не дам тебе много времени: обряд состоится завтра.

Я судорожно вздохнула, услышав неприятное известие, и торопливо направилась к двери. Там меня ожидали стражи.

Толком не помнила, как добралась до своей комнаты. Но сразу бросилась на кровать и разрыдалась. Латифа не стала приставать с расспросами, видимо, догадавшись, что разговор с принцем прошел непросто. А я все плакала, кляня бездушного правителя. Если раньше у меня были сомнения, брать ли с собой Сурайю, то теперь я была уверена, что девочке здесь не место.

В ворохе роскошной одежды мне удалось найти скромную черную тунику и такие же шаровары, а еще темную шаль. В подобной одежде ходили служанки. Вот и чудесно: никто не узнает во мне беглянку из гарема. Вытащила из шкатулки подарки Дамира, что передала мне Латифа: колье, браслеты, кольца и серьги. Все это богатство взяла с собой вместе с запасной одеждой и лепешками. Денег у меня не было, а драгоценности можно продать. Спрятав пожитки под кровать, я присела на топчан. И очень вовремя: в комнату зашла Латифа и предложила прогуляться. Почему бы не посетить напоследок сад с экзотическими растениями? После прогулки мы осмотрели женскую часть дворца, затем я полистала книги, которые принесла наставница. Даже вышивала со служанками, чтобы скоротать время, которое тянулось бесконечно долго. А как только на небе показались звезды, а свет от белого шара луны посеребрил листья в саду, сославшись на усталость, я выгнала прислужниц и сделала вид, что легла спать. Чуть позже переоделась в подходящий для побега наряд и принялась ждать Сурайю.

Наконец-то услышала шорох возле изголовья.

– Рейчел, ты готова?

– Конечно! – Я подскочила с постели и забрала пожитки.

– Идем! – Сурайя протянула мне руку и повела за собой по узкому проходу.

Туда, где нас ждали пыльные улицы старого города, пески пустыни и горячий ветер свободы.

Пройдя по подземному лазу без приключений, мы очутились на дне старого колодца. Воды здесь давно не было, а наверх вела железная узкая лестница.

– Я пойду первой. Если почувствую опасность, крикну тебе. Тогда возвращайся тем же путем. – И Сурайя поднялась по ступенькам.

Не успела возразить, что ни при каких обстоятельствах не брошу подругу одну, и поторопилась за ней. Над головой светила яркая луна, а вскоре показались и крыши домов.

Выбравшись из колодца, мы оказались на пустынной улице в окружении ветхих низеньких лачуг: камни в кладке кое-где выпали, двери покосились, окна зияли чернотой.

Сурайя вручила мне нож, который я сжала в руке.

– Неизвестно, с кем нам предстоит встретиться, пока мы добираемся темными проулками до старых ворот, – пояснила она.

– Далеко идти? – поинтересовалась я, когда девушка потянула меня за собой в один из переулков.

– Нет.

Уже вскоре подруга вывела меня на маленькую площадь, посредине которой возвышался молитвенник.

Узкие колонны венчал закругленный навес, в центре стояла железная чаша с огнем. Символ ока на чаше говорил о том, что здесь поклоняются покровителю провидцев. Возле чаши лежали дары богу Ди: лепешки и кувшины с водой. На одной из ступеней строения сидел старик. В руках он держал деревянный инструмент, похожий по форме на грушу. Тонкие пальцы касались струн, извлекая удивительные, тревожащие сердце, звуки.

Заметив мой интерес, Сурайя шепнула:

– Это удд, никто не играет на нем лучше уличных музыкантов.

Я остановилась, заслушавшись. Неожиданно огонь в чаше взметнулся ввысь. Музыкант с удивлением поднял на меня взгляд, я же поняла, что так бог провидцев приветствует хранительницу ока. Мысленно попросила о помощи в пути и поблагодарила за дар, который с каждым днем становился сильнее. Возле старика лежала перевернутая чалма, в нее я бросила одно из колец, подарок Дамира. Судя по округлившимся глазам музыканта, я дорого оценила его мастерство.

– Нам некогда. Надо торопиться. – Сурайя подтолкнула меня в сторону переулка, и я безропотно последовала за ней.

В этот поздний час жители старого города еще не спали, женщин на улицах было мало. В основном на ступенях своих домов сидели мужчины. Через тонкую длинную трубку они вдыхали странную дымящуюся смесь из стеклянных высоких кувшинов. Где-то на задворках слышались детские смех и плач, женские голоса и все те же звуки удда – такие же печальные, как вздохи по несбывшимся мечтам. На нас с Сурайей косились мужчины, но тут же отводили взгляды. Мы были похожи на уставших прислужниц, возвращавшихся домой после долгого дня. Наряды надежно укрывали нас, не выдавая ни возраста, ни внешности.

Мы свернули в очередной узкий проулок. Одинокий факел освещал несколько жилищ, но лишь в одном из них горели окна. Моя спутница подошла к темной двери. Проведя рукой возле порога, она достала ключ, открыла замок и юркнула внутрь. При свете луны, что стыдливо пробиралась сквозь деревянные резные ставни, едва можно было рассмотреть комнату. Но Сурайя на ощупь нашла лампу и кресало, разложила трут и умело провела кремнем, высекая искры. Уже через минуту мягкий свет лампы затопил помещение, а я обнаружила скудную обстановку: узкую кровать у стены, два деревянных сундука, небольшой стол с грубо сколоченными стульями и печь.

– Чье это жилище? – поинтересовалась я.

– Дом моей няни, – пояснила Сурайя.

Порывшись в сундуке, она извлекла длинный то ли плащ, то ли халат бурого цвета и такую же накидку на голову.

– И где сейчас твоя няня?

– Она в монастыре служительниц богу Ди. Отшельницы живут в горах, – объяснила девушка. – Няня все надеялась, что мне удастся сбежать из дворца и прийти к ней. Даже оставила одежду монахини, чтобы легче было добраться до монастыря, не вызывая ненужных вопросов. Служительницы богу-провидцу у асумов неприкосновенны.

Сурайя уже примеряла на себя одежду монахини, а я поняла, что девушка и раньше думала о побеге. И готовилась.

– Ты решила уйти в монастырь? – уточнила я.

– Зачем? Дардания для меня предпочтительнее, да и деньги кое-какие есть. Я забрала украшения, что мне дарили Амин и Дамир. Надеюсь, на первое время хватит, – предположила Сурайя. – А в наряде монахини легче добраться до границы. Так возникнет меньше вопросов.

Я кивнула, соглашаясь с доводами подруги. Она же, закончив с одеждой, погасила лампу и напоследок обвела взглядом вмиг потемневший дом, бормоча благодарности богам и своей няне.

Мы покинули убежище, отправляясь к воротам, где нас уже поджидал Мехмед. Наш путь вновь пролегал по старым улицам города, а когда мы вышли на широкую, мощеную крупным булыжником дорогу и мимо проехали две повозки, я поняла, что ворота близко. Сурайя подтолкнула меня в очередной проулок, а затем повела по ступеням наверх. Мы вышли на крышу узкой башни, с нее открывался прекрасный обзор. Вдалеке виднелись золотистые купола и белые стены дворца, а внизу находились полуразрушенные городские ворота. Факелы освещали трещины в стене и выбоины в кладке. Два стража осматривали въезжающие и выезжающие повозки и брали мзду.

– Раньше на этом месте находилась смотровая башня, и глашатаи объявляли о прибытии короля. Но потом построили новые ворота, они ближе к дворцу, и дорога там лучше, – разъяснила Сурайя. – Есть еще один въезд для караванов торговцев. А этим выездом пользуются бедняки, каждый раз платя стражам скромную мзду.