Текст книги ""Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Анна Гаврилова

Соавторы: Анна Рэй,Владимир Босин,Андрей Респов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 282 (всего у книги 356 страниц)

Глава шестая

Я проснулась за пару минут до того, как Кузя принялся прыгать по кровати в намерении разбудить одну студентку. Потянулась, зевнула, сонно улыбнулась скачущему твиру и даже поборола желание поймать его и потискать.

Ну а когда выползла из-под одеяла, сунула ноги в тапки и поплелась в ванную, активизировался Кракозябр.

– Да-аш, – заговорщицки прошептал он. – Да-аш… иди, че покажу.

Покажу? Интере-есно.

Я подошла к зеркалу и обомлела.

Вредного чешуйчатого призрака там не было, как, впрочем, и моего отражения. В зеркале отражалась большая комната с несколькими кроватями, и три истерящие девицы. Звука не было, видимость тоже оставляла желать лучшего. Пришлось подойти в плотную и практически упереться носом в стекло, чтобы понять причину этой дружной девичьей паники – постели были мокрыми. Все было мокрым! Словно ливень прошел.

– О боже… – прошептала я, чувствуя, как в душе все запело от восторга. – Дорс, я тебя люблю.

Изображение дрогнуло и исчезло, а я нос к носу столкнулась с Кракозябром.

– Дорс? – возмутился призрак. – А я? А меня?

– А тебя вообще обожаю! – выдохнула я.

Сказано было искренне, так что помесь бульдога с носорогом сразу подобрела.

– А картинку вернешь? – Да, я сегодня наглая.

– Ладно, так и быть, – отозвался монстр, и моему взору вновь предстала та же комната, правда, девиц оказалось уже четыре.

Эта четвертая, знакомая худощавая из столовой, выбежала из ванной и истерила сильнее всех. Судя по всему, она орала. А еще кулаки сжимала и ногами топала. Короче, бесилась по полной программе.

– А звук сделать можно? – шепотом спросила я.

– Хм…

Несколько секунд ничего не происходило, а потом звук все-таки появился. Но он был глухим, и доносился, словно из колодца.

– Какая сволочь это сделала? – вопила «четвертая». – Какая тварь?!

– Убью! – вторила ей еще одна девушка. – Просто убью!

– Да их найти надо сперва! – рыкнула третья.

– Водников в порошок стереть! – внесла самое здравое предложение последняя. – Касту сказать, чтобы…

В этот момент картинка дрогнула и изменилась. Теперь я видела другую комнату, отдаленно похожую на первую. Но тут зеркало было меньше и висело как-то иначе, так что картинка умещалась в небольшом «окошке» и захватывала только часть помещения.

– Урою! – вопил мужской голос. – Порву к гхарну!

– Всех! – рычал второй.

– До единого! – поддерживал третий.

Да-да, в комнате этих парней тоже ливень случился.

И в следующей, и в еще одной, и в пятой, и даже в десятой!

– Да сколько их?! – изумилась я.

– Оба жилых этажа. – В голосе монстра прозвучало не только ехидство, но и уважение. – Комнаты, где первокурсники живут. Дорс всех сделал.

Я невольно улыбнулась, но прежде чем успела выдать Кракозябру стратегически важную информацию о том, что это только начало, картинка снова сменилась.

– О! Сейчас будет еще интереснее! – сообщил голос за кадром.

Диктором выступал тот же Кракозябр и не соврал.

В комнате, которую он транслировал на этот раз, были очередные шесть промокших кроватей, и шесть предельно злых парней. А потом дверь распахнулась, и к ним ворвался седьмой. Рыжий, всклокоченный, в расстегнутой до середины груди рубашке.

В общем, Каст собственной пижонской персоной.

– Что! Здесь! Произошло?! – проскрежетал он тоном, от которого захотелось спрятаться куда-нибудь подальше.

– …! – емко описал ситуацию один из пострадавших.

А второй добавил, конкретизируя:

– Полный …!

– … – процедил Каст.

– …!

Вот в этот момент я задумалась о языковом барьере. Ведь между мной и жителями Полара точно должен быть языковой барьер – миры-то разные. Но барьера нет. Причем убеждена на двести процентов, что мы понимаем друг друга вовсе не потому, что поларцы говорят на русском. Тут, видимо, причина тоже в каком-то магическом воздействии. И очень качественном, ибо чем еще объяснить тот факт, что я прекрасно понимаю их мат? Примитивный, кстати: парни из родной университетской группы выражаются гораздо круче.

– «Синие» в башне! – тем временем продолжал бесноваться пижон. – Опять!

Тут в комнату ворвался еще один всклокоченный парняга и заявил:

– Каст, это на двух нижних жилых этажах.

– Этажи полностью или…

– Залито все, – подтвердил «разведчик». – Кроме коридоров.

– …! – снова доказал свое косноязычие рыжий.

А я расцвела! Каст такой забавный, когда ему кто-то на хвост наступит.

Но через миг стало не до смеха, потому что «эльф» подтянул рукава рубахи и скомандовал:

– Отошли все. Живо.

Народ дружно отпрянул к стене, а пижон замер и прикрыл глаза. На кончиках его пальцев вспыхнуло алое свечение, а еще через миг от пола, кроватей, занавесок и прочей утвари-мебели, повалил пар.

– О-у, – прокомментировал это действо Кракозябр.

– Что? – не поняла я.

– Каст растянул заклинание на оба этажа, – помедлив, сообщил призрак. – Надо же. Он меня удивил.

А уж как это известие удивило меня! Я даже дар речи на пару секунд потеряла. Стало ясно, что либо я «Теорию магии стихий» читала невнимательно, либо учебник никуда не годится. Потому что уровень силы Каста… короче, он намного круче той градации, которая в книжке описывалась. Или я чего-то не понимаю.

Картинка на некоторое время исчезла. Наверное, потому, что зеркало, через которое мы с Кракозябром все это дело наблюдали, запотело. А потом мой ехидный друг вообще изображение выключил, и взору предстала лохматая кареглазая блондинка в красивой модной пижаме. То есть я.

– Чего случилось?

– Сейчас, подожди, – раздалось бормотание. – В большой гостиной зеркала слишком чувствительные, мне настроиться надо.

О чувствительности зеркал я не поняла, но решила не циклиться. А вот упоминание «большой гостиной» заинтересовало. Это как? Это где? Я о таком не слышала. Это что-то наподобие места для большой общей тусовки?

Догадка оказалась правильной. Когда Кракозябр «настроился», в зеркале появилась огромная комната с высокими окнами. Туда спешно сходились парни и девчонки – кто-то уже в мантиях, а кто-то в натянутой наспех обычной одежде и с мокрыми волосами.

Пришлось подождать еще несколько минут, прежде чем движение прекратилось, а в гостиной наступила тишина.

Зеркало висело на одной из стен, и картинка получилась не очень удачной. В частности, я наблюдала две затянутые в мантии спины и одну… мм… короче, главного оратора я не видела. Но интонации в его голосе простора фантазии не давали: им, вне сомнения, являлся Каст. И пижон был крайне, дьявольски зол! Он, должно быть, сейчас сжимал кулаки, сверкал чернющими глазами и поигрывал желваками.

– Коллеги, у нас проблема, – процедил Каст. А потом я услышала такое, от чего чуть на пол не рухнула: – В нашу башню пробралась группа «синих». Судя по повреждениям и уровню работы, не менее семи магов-старшекурсников: именно столько сил потребовалось на такое масштабное воздействие. Мы уже проверили – они работали у нашей ветки водопровода. В результате, на двух жилых этажах прошел гхарнов дождь!

Народ молчал, потому что все уже знали. Но Каст все равно выдержал ораторскую паузу и только потом продолжил:

– И так как это уже вторая диверсия за неделю, совершенно очевидно, что эти уроды нашли лазейку в защите нашей башни.

Вот теперь народ загудел и завозмущался. Я же по-прежнему стояла у зеркала, смотрела на две затянутые в алые мантии спины и одну круглую… мм… и офигевала. Группа «синих»? Какая группа, если Дорс был один. Или все-таки не один?

– Зя-аб, – протянула я жалобно. – Зяб, я запуталась.

– Как ты меня назвала? – поперхнулся призрак.

Я закатила глаза. Кто о чем! Может его действительно в Эдика переименовать, а? Ну пока не поздно.

– Зяба – это уменьшительно-ласкательное от Кракозябра, – пояснила очевидное я. И вернулась к делу: – Зяб, ты Дорса в башне видел? Он один был?

Монстр по-прежнему не показывался, но я почуяла – насупился. Вот и ответил не сразу, и голос прозвучал недовольно:

– Да, один.

– А почему Каст говорит о группе магов?

Последовал тяжелый вздох, а за ним совсем недовольное:

– Видишь ли, Даша, в нашем мире не все так просто. И четыре вида магии, хоть и существуют вместе, хоть и взаимодействуют, но секретами своими делиться не любят.

– Даже друг с другом? – не поверила я.

– Не «даже», а «тем более».

– Погоди, – я помотала головой, – то есть получается, Каст действительно не знает о возможностях Дорса? А Дорс реально не был осведомлен о способностях Каста?

– Угу, – подтвердил призрак.

– Бли-ин…

На этом обмен мнениями пришлось закончить, потому что по ту сторону зеркала прозвучал громкий, заданный писклявым голосом вопрос:

– Но почему обязательно диверсия? Может быть, это кто-то из своих пропуск дал!

Гомон резко стих. Наверное, все в этот момент на Каста смотрели.

– Потому что в этот раз их было семеро, – ответил рыжий. – Кто-нибудь из вас способен представить себе идиота, который бы дал допуск семерым, – это слово Каст подчеркнул, причем жирной такой чертой, – магам Воды?

Лично я поняла мало, а народ в гостиной проникся. То есть допустить мысль о пропуске одного водника они могли, а семь – это уже за гранью фантазии? Слишком круто? Слишком опасно? Что?..

– Иномирянка могла! – уверенно заявила какая-то девушка. – Иномирянка могла все!

Наверное, мне стоило испугаться, но страха почему-то не было. А вот ответ Каста, честно говоря, покоробил:

– Ты думаешь «синие» настолько небрезгливы, что могли подойти к Даше? Эстер, я тебя умоляю.

Ага. Значит, змеюку зовут Эстер. А Каст…

Нет, ну на самом деле обидно. Не до слез, конечно, но почти.

– К тому же, просветительскую беседу с иномирянкой я провел. – Рыжий хмыкнул. – Поверь: даже если она была причастна к первому визиту водника, в чем я, кстати, очень сомневаюсь, на второй у нее духу не хватит.

– А если хватит? – попыталась возразить та же Эстер. – Иномиряне вообще без мозгов и страха.

Народ тему поддержал. По гостиной пролетело дружное неодобрительное «у-у-у!». И даже предложение наведаться ко мне на чердак прозвучало.

– Тихо! – рыкнул Каст. И все действительно заткнулись. – Кто-нибудь видел, чтобы Даша разговаривала с «синими»? Вот и я не видел. Это первое. Второе – это слишком очевидный ход, а «синие» простыми ходами никогда не пользуются. Третье – все помнят, что обещал Дорс на последней общей вечеринке в прошлом году?

Студиозусы согласно загудели, но нашлись и те, кто не помнил, просто в силу того, что поступил в академию только в этом году.

– А что он обещал? – спросил какой-то парень с очень низким голосом.

Гомон как-то разом, словно по чьей-то указке стих. И в этой тишине Каст отчеканил:

– Дорс поклялся, что этот год станет для факультета Огня самым незабываемым за всю историю академии.

Моего сообщника тут точно не любили, но очень уважали. И пусть я стояла за зеркалом, но в этот момент четко ощутила, как накалилась атмосфера в зале.

– Это взлом защиты, – подытожил рыжий. – Однозначно. Нам надо найти пробой, чтобы закрыть доступ. Но прежде чем закрывать доступ… – И снова я не видела, но точно знала, что сейчас на губах «эльфа» вспыхнула очень опасная улыбка, – …поймать диверсантов и… – еще одна пауза, откровенно угрожающая, – …объяснить, как они были не правы.

– Правильно, Каст! – рыкнул кто-то, а собрание огневиков одобрительно загудело.

Правда, радовались студиозусы лишь до тех пор, пока Каст не произнес:

– С этого момента мы переходим на осадное положение. Я распределю обязанности. Большинству из вас придется остаться в академии на выходные. Я бы оставил всех, но сами понимаете – слишком подозрительно, преподы просекут. На этом все. Следующее собрание вечером. Тэм и Ром, вы сегодня прогуливаете. Сидите тут и смотрите в оба глаза. Если «синие» придут – сразу оповещаете меня. Дальше разберемся.

Удивительно, но никто не возражал. Все огневики слушались Каста с полуслова, и такая покорность целого факультета вызывала сильное недоумение.

И хотя понятно, что «рыжий – бесстыжий» и все дела и наглости его на десятерых хватит, но все-таки я не могла не спросить:

– Зяб, а чего он раскомандовался-то? А главное, почему все слушаются?

– Так он король, – равнодушно ответил призрак.

– Что?!

Как король? Какой король? Королям положено дома сидеть, а не по академиям шляться!

– Король факультета Огня, – пояснил Кракозябр. – Есть у нас в академии такой неофициальный титул. Каста выбрали, когда он на второй курс перешел.

Уф-ф, прямо от сердца отлегло. Титул – это ерунда. А то читали мы всякие эти фэнтези про попаданок. И вот там, куда не плюнь – везде принц. А зачем нам принц? Нам, простите, вообще никого не надо, мы домой хотим!

– А сейчас он на каком? – уточнила я.

– Сейчас на последнем, на пятом.

Терпеть Каста всего год! Ура! Кста-а-ати, насчет титулов…

– А Дорс, значит, тоже король? – проявила я сообразительность.

– Ага. Факультета Воды.

Так вот почему они друг с другом цапаются. Корольки, блин. Лидеры неформальные. Звезды факультетские, ага. Теперь-то многое понятно становится.

– Да-аш, – вырвал из задумчивости Зяба.

– А?

– Представление закончилось, – терпеливо пояснил всплывший в зеркале монстр. – Цирк уехал. А ты на завтрак опаздываешь и на занятия.

Верно, опаздываю. Я было развернулась и послушно потопала в ванную, но все же не удержалась и полюбопытствовала:

– Слушай, а ты только по зеркалам факультета Огня специализируешься? Или…

– Ты и так слишком много узнала, – вновь превращаясь во вредину, заявил Зяба. – Так что умывайся и вперед.

Спорить я не стала только потому, что времени и возможностей для выпытывания этой любопытной информации еще вагон, а завтрак строго регламентирован. И начало занятий из-за маленького инцидента в общаге огненного факультета никто переносить не будет.

К тому же, как я поняла, товарищи по общаге преподов вообще ставить в известность о произошедшем не собираются. И мотив их решения ясен: это действительно внутренние, чисто студенческие разборки, а еще это вопрос чести. Окажись на их месте мой родной факультет, сценарий был бы таким же: найти врагов и прибить. Самим.

Вот только мне совсем не хочется, чтобы Дорса поймали. Но ведь блондин тоже не дурак, правда? Вряд ли он повторно сунется в нашу общагу, не проверив, что к чему. Водник ведь понимает, какой шорох должна была вызвать его, может, и маленькая, но довольно эффектная месть. А раз так, за Дорса волноваться рано.

Но что действительно волнует, так это тот факт, что я разболтала магу Воды секрет Каста. Понятно, что рыжему я ничего не должна, и вообще он первым начал. К тому же, пижон еще и шантажист. Однако все равно немного стремно. Мало ли?

Я мотнула головой, прогоняя нехорошие мысли, и вышла из чердака.

К сожалению, на завтрак попасть так и не удалось. Нет, я не опаздывала, я на него очень даже успевала. Вот только меня не пустили.

Как это случилось? Да очень, блин, просто! На лестнице караулили двое парней в алых мантиях, причем, судя по манере держаться и лицам, которые были мне незнакомы, – старшекурсники. Они дружно преградили дорогу, отчего по спине побежал холодок, а желудок боязливо съежился. Но внешне я виду не подала. По крайней мере, очень постаралась выглядеть удивленной, а не испуганной.

– Не торопись, – пробасил один из этих… ну, честно говоря, амбалов.

– Все равно не успеешь, – угрожающе добавил второй.

Вот теперь изображать удивление было бессмысленно, поэтому сдерживаться я перестала, и позволила себе отступить на пару шагов.

– Что вам надо? – Голос прозвучал относительно ровно, но повышенная интонация все же выдала мой страх.

– Нам? – переспросил первый. – Нам ничего. С тобой Каст побеседовать хочет.

Я чуть не застонала. Блин, опять?!

– О чем?

Нет, на самом деле я-то догадываюсь о причине. Но так как официально я «не при делах» и на собрании «не была», разумнее всего уйти в несознанку и спросить.

– О жизни, – прошипел второй из подстерегавших меня парней.

Я могла упереться, могла поспорить или вообще отказаться – последнее хотя бы для того, чтобы проверить степень брезгливости огневиков. Ведь «синие», по словам Каста, должны были мною побрезговать, значит, и эти тоже. То есть не факт, что амбалы решились бы потащить к Касту силой.

Но когда рыльце в пушку, лучше не нагнетать. Поэтому я послушно кивнула и последовала за парнями.

Комната короля факультета, как я помнила, располагалась практически напротив лестницы, так что идти никуда не пришлось. Передо мной просто распахнули дверь и едва ли не втолкнули внутрь. И когда я вошла, сразу отметила: может, статус у рыжего и неофициальный, но привилегии дает настоящие. «Недоэльф», в отличие от остальных, жил один. В огромной комнате, с отделкой и мебелью под стать королевской.

В момент моего появления «их величество» отдавал какие-то указания группе из пяти девушек, в числе которых была и его сестра.

Увидев Кэсси, я решила, что это инструктаж по безопасности, но быстро убедилась в том, что все не так. Этой пятерке предстояло найти брешь в защите башни Огня. Гм, странно: Кэсси-то, как и я, на первом курсе. Неужели она способна справиться с этой задачей?

Однако способности брата и сестры вылетели из головы буквально в следующую минуту, ибо девушки вышли, и я осталась один на один с рыжеволосым пижоном. Каст стоял у письменного стола, опираясь рукой о столешницу, и внимательно смотрел на меня.

И молчал.

Я тоже промолчать хотела, но в памяти снова всплыли слова из произнесенной Кастам речи: «Ты думаешь „синие“ настолько небрезгливы, что могли подойти к Даше?» Опять стало обидно, на этот раз до слез.

Просто не понимаю, почему… нет, ну почему вот так?! Я что, не моюсь? Прилюдно рыгаю? В носу ковыряюсь? Что?!

– Что. Тебе. Нужно? – чеканя каждое слово, спросила я.

Каст не ответил. И это было очень плохо, потому что сдерживаться становилось трудней с каждой секундой.

– Что. Тебе. От меня. Нужно? – повторила я, силясь сдержать слезы обиды.

Голос задрожал. Услышав это, огневик удивленно поднял брови.

– Даш, ты чего?

Чего-чего? Да довели, сволочи, вот чего.

Я громко хлюпнула носом и зажмурилась, искренне радуясь тому, что не накрашена. Потом все-таки не выдержала и вытерла глаза рукавом мантии. А вот говорить уже не могла – слезы душили, а мне хотелось хоть какие-то остатки гордости сохранить.

– Даш… – Рыжий спешно пересек комнату и остановился в шаге от меня. – Дашка, ты… Почему ты плачешь? Что случилось?

И это стало последней каплей. Я сорвалась.

– Почему вы так со мной поступаете?! За что? Что я вам всем сделала?

– Даша…

– Что Даша? Я уже двадцать лет Даша! А вы… вы…

– Эй, успокойся…

А я успокоиться уже не могла. Я рыдала. Вот просто стояла, закрыв лицо руками, и ревела. И было уже совершенно плевать, чем аукнется мне эта слабость. Нервное напряжение последних дней достигло пика. Плохо мне было. Не могла я больше!

Каст метнулся куда-то вглубь комнаты, а через минуту пихнул мне в руки накрахмаленный носовой платок. Я отказываться не стала – взяла, утерла слезы, потом высморкалась и разрыдалась опять.

– Даш… Ну прекращай, а? Ну пожалуйста! – под конец взмолился огневик.

Да, блин, я бы и сама рада, но… не-мо-гу!

Достали. Клянусь – достали! И ладно бы за дело ненавидели и прессовали, а они… они… брезгуют!

А в следующий миг произошло настоящее чудо. То есть то, чего вообще случиться не могло. Никак. Ни при каких обстоятельствах! Каст подошел ко мне вплотную, сцапал в охапку и прижал. Крепко-крепко. После чего приказал:

– Прекрати плакать. Немедленно.

И я прекратила. Но вовсе не потому, что послушалась рыжего. Просто шок у меня случился. Каст? Обнимает? Вернее так: он обнимает и не брезгует?

– Хватит, – повторил парень. А когда стало ясно, что нового приступа не будет, добавил с заметным раздражением: – Чего ты вообще разревелась?

Все это время я стояла, замерев, и даже вздохнуть лишний раз боялась. А вот теперь нашла в себе силы вывернуться из объятий огневика и отступить. Он тоже отступил, увеличивая разделившее нас расстояние, и повторил:

– Так по какому поводу слезы?

Я опять хлюпнула носом и подтерла нос выданным мне платком.

Честно? Врать не хотелось. Но как я могла рассказать о том, что присутствовала на собрании факультета? Ведь я не сама в эту дурацкую гостиную пробралась, а с помощью Зябы. То есть это вообще не мой секрет.

Но ведь ответить надо, иначе Каст допытываться будет, и не факт, что не сможет докопаться до истин, знать которые ему нельзя.

– По такому, – буркнула я. – Думаешь, приятно, когда тебя ловят двое амбалов и ведут к третьему? – Ну и что, что Каст на амбала не тянет, не в этом смысл. – А потом, здесь, у тебя в комнате… Я услышала обрывки разговора и поняла, что что-то происходит. А мне хватило прошлого раза, чтобы убедиться, что я у вас самая крайняя.

На лице Каста отразилось недоумение, и я вдруг подумала – а какого черта я так стесняюсь ему соврать? Кто он мне? Брат-сват? Ну да, на общем собрании пижон не только гадости обо мне говорил, но и в какой-то степени защищал. Но сути дела это не меняет.

Каст – шантажист! Он хотел посадить в клетку моего твира! И, в конце концов, огневик один из тех, кто создал мне поистине адские условия жизни!

Поэтому я все-таки закончила:

– Я поняла, у вас что-то случилось. И ты собираешься повесить на меня всех собак, потому что я иномирянка. А я ничего не делала, Каст. Понимаешь? Понимаешь, как мне обидно?!

Совесть заскулила и укусила очень больно, но я стерпела. А что еще делать? Жить-то хочется. Ну а то, что щеки заалели – так это от волнения. Не знали, что от волнения щеки краснеют? Ну вот теперь в курсе…

– Вообще-то, я тебя по другому поводу пригласил, – сказал рыжий тихо. – Я хотел предупредить, что в башню проникли «синие» и что тебе нужно быть осторожней.

Каст говорил тихо и уверенно, но я по глазам видела – парень лукавит. Так что хлюпнула носом снова и спросила:

– А если совсем честно?

Рыжий тяжело вздохнул, поджал губы, смерил долгим взглядом, но все-таки признался:

– Хотел прижать на предмет общения с водниками. Понимаю, что вряд ли бы кто-то из них решился бы подойти к тебе, но…

Я оборвала Каста жестом и вымученно улыбнулась. А совесть… совесть сдохла! Но честность рыжего я оценила.

– Теперь-то уйти можно? – спросила я тихо.

– Умойся сначала, – потупившись, ответил он и указал на дверь с левой стороны. – И да… будь готова к тому, что на ночь мы отключим воду.

Вот тут я едва не прокололась. Чуть не спросила – а как же преподы? Ведь если у преподов воды не будет, то они заинтересуются причинами ее отсутствия, и им придется рассказать все.

Но, к счастью, успела прикусить язык. Вопрос остался без ответа, но что поделать? Повторюсь: жизнь дороже. А за участие в диверсии против факультета мне точно темную устроят. Даже к гадалке не ходи.

Из «апартаментов» «его величества» я вышла с заплаканными глазами и распухшим носом. Однако никто из поджидающих за дверью не удивился. Более того, по губам одной из девиц – брюнетки с длинным носом – скользнула едкая улыбка, а амбалы-старшекурсники одобрительно хмыкнули.

Сволочи. Какие все-таки сволочи. Но ничего. Отряхнусь, расправлю плечи и пойду дальше. И справлюсь. Обязательно справлюсь. Не на зло, а просто потому, что иначе нельзя, иначе не выжить.

С этими мыслями я преодолела заполненный сокурсниками коридор, спустилась по лестнице, миновала огненных «стражей» и отправилась в столовую. Пришла, чтобы узнать – завтрак закончился, а все уже идут на занятия.

«Красные» среди покидавших столовую студиозусов тоже были, и, приглядевшись, я опознала парочку сокурсников. За ними и поплелась.

В процессе разглядывания толпы, на глаза попался и Дорс. Водник тоже меня увидел и заметно напрягся, поэтому я постаралась скрыться побыстрее, чтобы подозрений у окружающих не вызвать. Тем более, говорить воднику о караульных и возможных препятствиях все равно бессмысленно – Дорс взрослый мальчик, он и сам прекрасно последствия своей диверсии понимает.

Желудок неприятно ныл, а настроение скатилось куда-то в земные недра. К тому же глаза после недавних слез немного, но болели. Так что в аудиторию я вошла не в лучшем состоянии, и невольно скривилась, обнаружив за кафедрой нашего куратора – профессора Глуна. Не иначе как по закону подлости он в этот момент на меня посмотрел. Так что реакцию заметил и одарил мимолетной презрительной улыбкой.

Чего стоило сдержаться и не разреветься опять? Без понятия. Усталость и осознание, что ничего не изменить, наверное. Обреченность. От настроения так вообще ничего не осталось.

Казалось бы, о какой учебе может идти речь, когда выть хочется? Но я стиснула зубы и заняла место в пустующем первом ряду – еще одной зоне отчуждения, кстати. С тех пор, как я выбрала себе место, никто на этот ряд не садился.

Едва сокурсники расселись и прозвенел звонок, фон Глун громким, хорошо поставленным голосом сообщил:

– Итак, господа студенты, сегодня у нас первое занятие по боевой магии. Надеюсь, все готовы?

По аудитории пронесся дружный одобрительный гул, отчего губы профессора дрогнули в улыбке. Кажется, боевая магия – его любимый предмет, и столь бурную реакцию фон Глун оценил, хотя и понятия не имел об истинной причине всеобщей радости. Хотя я-то прекрасно понимала, что на самом деле она вызвана утренним происшествием, и огневики пылали жаждой мести.

– Прежде, чем мы перейдем к классификации боевых заклинаний, вы должны уяснить вот что: боевая магия – не игрушка, – напомнил профессор. – Вы должны усвоить, что чем сильнее маг, тем выше ответственность, которую он несет. А для того, чтобы вы лучше поняли степень этой ответственности, проведем небольшой экскурс в историю.

А вот это предложение аудитория не оценила, и ответом Эмилю фон Глуну стал дружный страдальческий стон. Кажется, я была единственной, кто промолчал. Впрочем, самоуверенного аристократа недовольство студентов не волновало совершенно.

– Итак, 3048 год, таверна в центре города Рувиз печально известного королевства Пирма, – приступил к повествованию он. – Два мага Воздуха встретились случайно, после нескольких лет разлуки. Во времена учебы они были друзьями, и, естественно, очень обрадовались друг другу. Чтобы отметить встречу они, разумеется, садятся за один стол и заказывают вина. Все хорошо, ничто не предвещает беды. Но ближе к ночи ситуация меняется. Выпито уже немало, и один из магов припоминает старую обиду. Второй, соответственно, отвечает тем же. Слово за слово, мужчины распаляются все сильнее и в результате затевают дуэль на площади. Изначально дуэль проходит по кодексу Браха – когда сходятся двое неравных по силе. И все бы хорошо, но только до того момента, как Ларс, слабейший из дуэлянтов, выкрикивает новое оскорбление.

Фон Глун замолчал. Он скользил по аудитории цепким взглядом, добиваясь полнейшего, тотального внимания. А потом заложил руки за спину, вышел из-за кафедры и продолжил уже другим, куда более жестким голосом:

– Итак, господа студенты, у нас два дуэлянта – один слабее, другой заведомо сильнее. Слабейший выкрикивает новое обвинение, вероятно веское. Как должен поступить более сильный маг?

Вот честно, сидя в аудитории, наполненной молодыми и горячими (во всех смыслах, ибо маги Огня все-таки) людьми, я ожидала криков из серии: «раздавить и растереть!» А что вместо этого?

– Он должен был сдержаться! – уверенно заявила какая-то девица.

Обернуться, чтобы увидеть, кто именно наделен столь миролюбивым характером, я не решилась. Тем более что совершенно неожиданно ее поддержали еще несколько студиозусов, а фон Глун горько улыбнулся и одобрительно кивнул.

Мои брови непроизвольно поползли вверх, и профессор, который точно записал меня в «любимчики», реакцию заметил.

– Что вас удивляет, Дарья? – холодно спросил он. – По вашему мнению, сильнейшему магу не стоило сдерживаться?

В вопросе был какой-то подтекст, но я не поняла какой именно. Поэтому хотела отмолчаться, но мне не позволили.

– Дарья? – поторопил фон Глун.

Пришлось высказать очевидное:

– Конечно, ему следовало сдержаться, но тут налицо явная провокация. Возможно, маг впал в состояние аффекта и уже физически не смог этого сделать.

– То есть вы его оправдываете?

– Я никого не оправдываю, – отрезала я, все еще не понимая, к чему ведет профессор. – А вот вы говорите так, будто однозначно осуждаете второго мага. Ну, того, который все-таки не сдержался.

Глун ухмыльнулся и вновь вернулся к аудитории.

– Дарья – иномирянка, ей простительно это невежество, – сказал он. – А вы, без сомнения, поняли, о каких магах речь и к чему привела та дуэль. Но я повторю, и не только для Дарьи, потому что о таких моментах истории следует напоминать как можно чаще.

Если честно, из всей этой тирады, я выделила для себя только одно: «повторю, и не только для Дарьи».

Вау! Это ж сколько медведей в лесу передохло, если наш высокомерный куратор решил что-то мне объяснить?

Однако к пояснению, тем не менее, прислушалась. И, как оказалось, не зря.

– Итак, Ларс сказал, а Петр Новак не сдержался. Петр провел серию сверх быстрых атак, отразить которые Ларс, разумеется, не мог. Итог – Ларс погиб. А вместе с ним погибло и несколько жителей Рувиза из окрестных домов, которые окружали площадь и были разрушены в результате последней атаки Петра. – Фон Глун прошелся вдоль кафедры, сцепил пальцы, а потом продолжил: – Только после этого на место событий подоспел магический патруль, и Петр был схвачен. Но, увы, было поздно, эхо-волна уже прошла. Новак прекрасно знал, что Ларс приходится двоюродным племянником его величеству Бортонсу – королю Пирмы. Разумеется, узнав о смерти родственника, король потребовал от Совета Магов принять меры и наказать убийцу. Совет придерживался такого же мнения и даже вынес соответствующий приговор. Но приговор понравился не всем, и в частности, другу Петра Василию Голубеву. Пойдя против решения Совета, он организовал побег Петра. Ну а дальше, как вам известно, события нарастали как снежный ком. Эти двое привлекли на свою сторону еще пару десятков мятежных магов, и вместе с ними захватили дворец Бортонса. Самого Бортонса убили и объявили себя новыми правителями Пирмы. Что было потом вы, опять-таки, знаете. Десять лет кровопролитных завоевательных войн, в результате которых с карты нашего мира исчезло три десятка королевств и появилась ныне известная всем Норрийская империя. За три века, которые прошли со смерти Петра и Василия, многое изменилось, и их потомки не так агрессивны и тщеславны. Однако до сих пор Норрийская империя остается бичом нашего мира, а кровь, пролитую в тех войнах, ничем не смыть. – Глун закончил на высокой, пафосной ноте, а я напряженно нахмурилась.

Василий Голубев, говорите? Уж больно фамилия земная, не поларская. Значит, он иномирец? Любопытно…

– У вас вопрос, Дарья? – обратился ко мне профессор.