Текст книги ""Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Анна Гаврилова

– Погоди, первый. А почему бы тебе самому, всему такому сверхразумному и всезнающему разуму просто не помочь нам бедолагам? Ведь и в твоих же интересах, чёрт возьми!

Первый вдруг пригорюнился, подперев щёку кулаком. Вздохнул и, собрав бровки домиком, произнёс:

– Не могу. Веришь? Очень хочу, но не могу… Табу Творцов. Информировать, подсказывать, подталкивать, запугивать, шантажировать можно. А передавать готовые технологии и артефакты нет! Представляешь, могу даже поправки в генетическую структуру Странникам вводить. Косвенное воздействие называется. А прямую помощь оказывать не могу. Полный запрет…

– Жаль… и что, никак…

– Да не трави ты мне душу уже, Эскул! – Первый с досады шарахнул кулаком по коленке.

– Значит, информационная поддержка…

– Конечно, в пределах разумного.

– А мы можем и в дальнейшем поддерживать контакты, как-нибудь?

– Конечно, но, к сожалению, не на расстоянии. Твой коммуникатор для этого не приспособлен. А искусством создавать астральных вестников ты ещё не овладел. Попроси Лоос, как научит, придумаем, что можно сделать. А пока самая близкая точка связи для вас – кратер потухшего вулкана в горах Срединного Хребта, твой дед должен знать. У гномов с той частью меня тоже есть возможность вступать в контакт.

– Отлично, что ещё нам следует сделать в первую очередь?

Первый задумался, теребя бородку.

– Хм. В целом вы всё делаете правильно. Осваиваете технический потенциал Станции, налаживаете связь. Поторопись с отправкой на другие Станции, проблему коммуникации оператор – аватар можно решать параллельно. Работай шире, привлекай Лоос и Гергудрун, они могут знать о Средоточии гораздо больше тебя. Да, я тут кое-что приметил. Может, и паранойя, но ты всё же будь к этому готов. Вы, Бессмертные, сейчас объединены едиными условиями попадания в этот мир. Но в то же время разница между тобой, дедом, Базилевсом, Руной и новоприбывшими Инфой, Астрой, Максимом гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

– Это в чём же?

– Пятьсот лет развития человечества, технологий, совершенствования физического… да мало ли ещё что. Захотят ли они дальше продолжать свой путь с вами, когда ты пробудишь тысячи их соотечественников. Нужен ли ты им тогда будешь, Эскул? Это, конечно, твоё дело, но я бы на твоём месте поговорил с ними заранее, тем более, вы действительно не враги друг другу и через многое прошли. Но даже поверхностный анализ бесед, например, с инженером броневой защиты Сим Ка показал, что он недостаточно посвящает тебя в важные технические вопросы, касающиеся Станции. Намеренно? Разберись с этим пока непоздно…

– Хорошо. Я постараюсь, но ведь если он захочет, то сможет меня обмануть. Я же неспециалист.

– Привлеки Инфу, её знаний хватит. А мотивация остаться на вашей стороне у неё доминантная. Искусственная изоляция от основной цивилизации, жестокие условия жизни привели к тому, что по своим нравственным императивам, она больше тяготеет к жизни в Небытии, чем к возврату в лоно своей цивилизации…

– Хм…не смотрел на эту проблему под таким углом. Спасибо. Так, ну пока мне пищи для размышлений хватит. Ты обещал тренировки, Первый.

– Ох, Эскул, всё бы тебе подраться… ладно, вставай, доставай свои железки. Да, и в сет облачиться не забудь. Рагнар Селёдка хоть и северянином был, а в доспехах толк знал. Жарковато будет. Ну да пар костей не ломит…а от пары-тройки ударов сбережёт.

* * *

Как же хорошо прочищает мозги тренировка с железом! Думаю, Первый лишь для вида придуривался, а на самом деле, прекрасно знал, что своими советами породил в моей душе настоящую бурую сомнений. То же манипулятор, кто бы сомневался. Но и его задачу понять можно.

Я так и не понял, сколько часов, а, может, суток гонял меня Первый по виртуальной площадке. Ни одного поединка я так и не выиграл. Ни против копья, ни против секиры, не говоря уж о двумечном бое. Даже обычным шестом Первый из меня делал отбивную. Изначальный не давал ни форы, ни послаблений. Не разрешил пользоваться ни Магией Жизни, ни Туманом Лоос, ни переходом в Астрал. В конце, когда я очередной раз на карачках выполз на середину небольшой арены, он резюмировал:

– Всё, хватит с тебя. Крюки уже держишь уверенно. Общее представление о том, с чем можешь столкнуться у тебя есть. А, главное, твоя нервная система стала реагировать автоматически на специфические комплексы раздражителей. Это подарит тебе несколько лишних секунд в бою, чтобы использовать свои преимущества. Но советую всё же дать себя грохнуть пару раз, чтобы расслабить противника. Я уже понял, что ты не хочешь сдаваться без хотя бы одной победы. Ну да Великий Рандом с тобой. Но тратить на тебя дополнительно своё индивидуальное время? Уволь. Считаю бесполезным. Тебя можно тренировать здесь годами. Процент успешного для тебя исхода вряд ли увеличится. Ну разве что на несколько промилле…

Вот такое напутствие, потонувшее в завертевшейся и уже такой родной и привычной белой мгле, смывшей с моего тела не только боль от ударов, но и подарившее на прощание бодрость и ясность мыслей.

Свет на секунду померк в глазах, и я оказался окружён водой. Едва не сделав от неожиданности вдох, я резко рванул к поверхности, выскочил как пробка из бутылки шампанского. Сердце билось ровно и размеренно. Первый своим занудством полностью вылечил меня от страха перед поединком.

В несколько гребков достиг берега, выбрался на прогретые камни, с удовольствием провёл руками по влажным волосам и прищурился на яркое солнце.

– Мы уж думали ты решил не выбираться из озера, квартерон, – с усмешкой произнесла эфери Габар, стоявшая напротив меня. В противоположной стороне площадки я увидел сверлящую меня взглядом чарру Будан.

– Решил хорошенько искупаться, эфери. Умирать приятнее чистым.

– А я искупаюсь в твоей крови, квартерон! – рык со стороны копейщицы несколько позабавил меня. Я сделал несколько шагов вперёд и молча кивнул эфери Габар. Старуха поспешила скрыться за границу площадки. Горячие камни приятно грели ступни. Я решил для начала не облачаться в сет. Для боя нужна была злость, а Первый здорово меня расслабил.

Будан стала приближаться, с каждым шагом ускоряя темп, отталкиваясь ногами от неровностей и слегка раскачиваясь на ходу. Остриё копья было немного опущено, а хищный наконечник смотрел точно мне в солнечное сплетение.

Я завёл руки за спину, продолжая оставаться на месте, рукояти Ключей скользнули в ладони прямо из инвентаря. Мышцы на бёдрах невольно напряглись.

Мы изменили положение практически одновременно. Я с места ушёл вправо, двигаясь по пологой кривой на полусогнутых напряжённых ногах. Будан же прыжком стала обходить меня слева.

Копьё мелькало в её руках, словно тростинка. Жало острия намечало атаку то сверху, то снизу, а то и вовсе скрывалось из вида, появляясь с самого неожиданного радиуса.

Чарра играла или присматривалась к неизвестному противнику. Или она не уверена, что я лишён возможностей атаковать магически?

Лишь только я об этом подумал, как Будан сократила расстояние до уверенного удара и неожиданно, снизу-вверх ударила, при этом телом указывая на совершенно иную траекторию. Чудом мне удалось блокировать и немного отвести древко копья вправо рогами Ключей. Я попытался сократить дистанцию с шаранг, когда получил первое доказательство своей неопытности, отлетев на добрых пять шагов от сокрушительного удара ногой в грудь.

Несколько секунд я не мог не вдохнуть не выдохнуть, наблюдая торжествующую улыбку чарры, находящуюся неподалёку и покачивающую древко копья в вожделении перед следующей атакой. И она не заставила себя долго ждать.

Правда, финала я так и не заметил. Резкая боль пронзила шею, и солнце превратилось сначала в тусклый алый фонарь, затем погасло совсем.

Осознал я себя снова на берегу озера. Первый не соврал. Прошло несколько секунд, так как я наблюдал спину Будан, стоявшую над тем местом, где меня постигла первая смерть.

В следующие полчаса я умер ещё восемь раз. Чарра, словно издеваясь, разила то в пах, то в печень, то в шею. Один раз она немного промахнулась, но, нужно отдать должное, добила меня сразу.

Даже после того, как я надел сет Рагнара Селёдки, а Ключи усилил крючьями, это лишь увеличило на несколько минут продолжительность противостояния. Золотое Копьё неизменно находила уязвимые места для финального удара. Камни площадки были уже изрядно залиты моей кровью.

В очередной раз я стоял на берегу и смотрел в нагло улыбающееся лицо шаранг. Великий Рандом, какая бессмыслица! Что я доказываю? Право владения Ключами? Быть достойным партнёром шаранг?

– Эй, квартерон! Мне говорили, ты сражался при Варрагоне. Врут, наверное. Или ты, маг, придумал эту байку, чтобы оправдать своё бегство от альвов? Сколько ты заплатил сказителям за легенду о себе Эскул? Иди, я покажу тебе, кто здесь настоящий воин. На этот раз я отрежу тебе то, чем кичатся все мужчины! Это десятый бой, ты скушен, квартерон…

Ну наконец-то! Как же мне этого не хватало… Глухая волна знакомой тёмной ненависти стала подниматься изнутри. Уши заложило. Я уже не слышал, что произносила Будан, не видел ни площадки, ни отдалённого разноцветья одеяний зрителей. Лишь глухие и размеренные удары сердца.

Руки привычно окутались смолистым туманом, а руны вспыхнули на предплечьях. Я расхохотался, не слыша себя, и одним движением смахнул в инвентарь весь сет Рагнара Селёдки, оставшись только в набедренной повязке.

Всё тело горело, словно облитое расплавленным свинцом. Тёмные лилии расцветали на животе и бёдрах. Машинально я потянулся лезвиями Ключей к предплечьям и медленно провёл ими по коже, оставляя чёрно-золотые следы. Лезвия засветились. Туман Лоос, одевший меня, словно тонкий плащ пронзили множество серых прожилок.

С удивлением я заметил, что окружающий мир замедлился, а я продираюсь сквозь воздух навстречу чарре Будан, словно через вязкий гель, сжимающий тисками со всех сторон моё разгорячённое тело.

Шаранг в прыжке, застывшая как муха в янтаре, с яростно разинутым ртом медленно приближалась, занося своё копьё. Я лишь заметил, что лезвие копья рассекает воздух, ставший вдруг видимым, и закручивает его в спираль.

Неожиданно яркие лучи солнца разорвали почти замершую картину боя и в одно мгновение мы сошлись. Эскул Ап Холиен и чарра эфери Будан из дома Дофан. В ноздри ударил резкий запах крови, мускуса и горького пота. Почему-то я не услышал звуков столкновения стали о сталь, хоть и был абсолютно уверен, что блокировал удар копья.

Камни площадки больно ударили по ступням, я чуть не подвернул лодыжку и едва удержался, чтобы не полететь кубарем. Торопливо развернулся, выставив лезвия Ключей, продолжая дрожать от возбуждения. Туман Лоос медленно впитывался в пальцы, предплечья и грудь.

В первое мгновение противника я не увидел. Но потом странные звуки привлекли моё внимание. Справа, более чем в десяти шагах содрогалось в агонии тело чарры Будан. Я поспешил к шаранг, наткнувшись по дороге на копьё, у которого напрочь было отсечено древко у основания наконечника.

Глаза чарры уже остекленели, когда я подошёл. Почти полностью рассечённая гортань вместе с обеими сонными артериями. Она была мертва ещё находясь в прыжке.

Рядом тихо нарисовалась эфери Габар:

– Ты в своём праве, мастер Холиен. Девять смертей. Тебя никто не осудит, особенно после её последних слов… их слышали…все…

– Сколько ей было лет? – почему-то спросил я.

– Двадцать шесть, мастер Холиен.

– Дура… пусть отпразднует двадцать седьмой день рождения… – моё Средоточие привычно потянулось потоками маны к иконке с «Возрождением». На мгновение площадку залила золотая вспышка.

Я устало присел на бортик площадки. Рядом молча стояла старуха. Джонгар помогал подниматься по лестнице чарре Будан. Слуга нёс за ними обломки копья. Эфери Габар протянула мне чашку с дымящимся тирром. Я отхлебнул, не чувствуя вкуса.

– Кто следующий, эфери?

– Да вот она сама, идёт пожелать вам удачи, Грандмастер, – Габар отступила с поклоном.

Я поднял голову и столкнулся с заинтересованным взглядом пронзительных бирюзовых глаз на тёмном лице шаранг, обрамлённом белоснежными волосами с вплетёнными синими лентами.

– Меня зовут эфери Кхароз из рода Дофан, Эскул…

Глава девятая

Шаранг ещё раз подарила мне бирюзовый росчерк взгляда и, медленно скидывая на ходу белые одежды, прошествовала к озеру. Позёрка… Но противник совершенно иной, однозначно. Эта не будет опускаться до грязных оскорблений и никогда не допустит глупой ошибки по недооценке противника.

Шаранг уже выходила из вод озера. При каждом движении руны на её теле вспыхивали багровыми отблесками, а кожа высохла, едва она приблизилась к слуге, державшем её одежду. Ещё один Рунный Мастер на мою голову.

Последнюю фразу я, кажется, произнёс вслух, так как эфери Габар наклонилась ко мне и тихо пояснила:

– Эфери Кхароз, любимая сестра Ингар, Грандмастер Огня и Рун, держись, квартерон! Будан была только разминкой. И… приведи себя в порядок, – старуха указала на длинный и глубокий порез у меня на левом бедре и изрядно натёкшую лужу крови под ступнёй. А я и не заметил. Чарра всё-таки успела достать меня.

Благодаря тренировкам с Первым, лечащие заклинания отработаны были до автоматизма. Поэтому вставал я уже с абсолютно здоровой ногой, вытирая кровь на стопах о шершавую поверхность камней. Для активации Тумана Лоос уже не требовалось специального состояния. Я, что называется, поймал волну и хотел поскорее закончить. Одна победа уже есть, значит, лицо я сохранил…

Как же я ошибался в своих надеждах! И первые подозрения появились, когда я увидел оружие эфери Кхароз.

Одетая в бурый кожаный доспех, облегающий тело от лодыжек до шеи и усеянный множеством квадратных стальных пластин, шаранг небрежно держала в правой руке… глефу. Двухлезвийный вариант одно время был очень популярен в играх и представлял собой самые разнообразные конструкции, рождённые воспалённой фантазией игроков. От совершенно нежизнеспособных в реальности вариантов до просто декоративных нагромождений лезвий, крючьев и всевозможных висюлек.

При взгляде на это оружие невольно пробегал холодок по спине. Древко, увитое стальной проволокой, просто так не перерубишь, даже моими Ключами. Воронёные простые лезвия клинков глефы в локоть длиной с односторонней заточкой, казалось, подрагивали в ожидании вкуса моей крови. А тусклые оранжевые сполохи, напоминающие искажённые руны, у основания лезвий и вовсе рассеяли мои надежды на то, что у противника будет обычное оружие.

А чего я хотел. У самого артефактные клинки, туман и рунная поддержка… Всё честно…

На этот раз бой начался без всякой прелюдии. Я ещё раскачивался, нагоняя скорость восприятия, когда эфери Кхароз каким-то непостижимым образом оказалась сбоку от меня. Я ещё разворачивался, ловя краем глаза росчерк клинков глефы и выставляя запоздалый блок рогами Ключей. Мельница стального древка – и мои ноги почему-то подкашиваются. А сам я падаю на услужливо подставленное шаранг лезвие. Раздирающая боль в груди и короткая темнота.

С первой секундой сознания делаю сразу две вещи: падаю и кубарем качусь влево, надевая сет Рагнара Селёдки и вознося хвалу игровому наследству. Ни в жизнь не выкрутился бы, не будь возможности быстро облачаться в доспех. Что и доказали сыплющиеся градом удары глефы, с честью сдерживаемые бронёй. Тут поспевает Туман Лоос, и я уже могу как-то отражать и блокировать оружие огненной Кхароз. Мы сталкиваемся в клинче, скорость её движений совсем немного уступает моим, поэтому я лишь на доли секунды успеваю опережать её атаку.

До меня доносится яростный визг шаранг! А дамочка-то вошла в раж… Отвечаю звериным рыком, срывающимся на хрип. Сильна, стерва, ох, сильна! Буквально слышу, как трещат мои сухожилия, кода борьба уходит в партер. Вижу лезвие глефы буквально в нескольких сантиметрах от глаз… Усилие, толчок! Ужом выползаю из захвата шаранг, попутно умудряюсь полоснуть Кхароз по… чему попало. Кажется, располосовал одну из великолепных ягодиц. Точно! Яростный визг переходит в ультразвук и возвращается разъярённым воем. Мда, неделикатно я это…

Успеваю развернуться в приседе и широким охватом пытаюсь подсечь эфери под колени. Но шаранг уже нет на месте. Она исчезает у меня из поля зрения. И это в ускоренном режиме, генерируемом Туманом Лоос. Инстинктивно падаю плашмя на камни, чувствуя, как надо мной воздух рассекает глефа. Переворачиваюсь на спину, лихорадочно отталкиваюсь ногами, пытаясь уйти с вектора атаки. И вижу падающую на меня сверху Кхароз, с торжествующей ухмылкой вбивающей, словно лом в кусок льда, остриё глефы мне в глаз…

Как же больно и обидно, Великий Рандом! Всё, хватит! Пора подключать козыри. Нечего надеяться, что Кхароз ошибётся, как Будан и сама наскочит на мои клинки…

Росчерк Ключей! Здравствуй, Астрал! Тени и яркий свет паутины струн и множества Средоточий. В другой раз полюбовался бы на эту картину, но сейчас спешу. Туман Лоос, как верный пёс устремляется вместе со мной к яркому маячку – средоточию Кхароз. Его ни с каким другим не спутаешь: алые сполохи сплетаются с рисунком сложнейшей вязи и трепетно дрожат, отбрасывая блики и подсвечивая контуры тела огненной шаранг. Вот она замерла, потеряв меня из виду. Но я рядом. И сейчас всё закончится…

Солнце снова бьёт мне в глаза. Я торопливо скрещиваю лезвия Ключей на шее Кхароз. Как удачно я вышел! Прямо за спиной. Одновременно с резким движением моих рук шаранг оборачивается, в бирюзовых глазах вспыхивает ужас и отчаяние. Торжествующе скалясь, я рассекаю Ключами горло эфери, попутно удивляясь, как всё же хрупка плоть. Неожиданная острая боль пронзает меня от пупка до паха, парализуя в судороге кисти рук. Пальцы разжимаются и Ключи падают, звеня о камни. Заливая меня своей кровью и хрипя что-то нечленораздельное, Кхароз повисает на древке глефы, одно из лезвий которого почти полностью пробило мою кольчугу и вошло в живот. Меня бьёт крупная дрожь, кровь идёт горлом, я жду пока придёт спасительная темнота, специально не активируя целительских заклинаний, так как прекрасно вижу, что мой противник уже мёртв…

Выйдя из озера, слышу доносящиеся поднявшимся над площадкой ветром крики проклятий и возмущения. Криво улыбаюсь. Дамочкам не нравится, что-то про нарушение правил.

Поднимая с камней Ключи, вопросительно смотрю на эфери Габар. Лицо её застыло бесстрастной маской, она продолжает молчать. Пожав плечами, тянусь к средоточию и в ослепляющей золотой вспышке поднимаю Кхароз «Возрождением», мельком отмечая, что почти отсёк ей голову клинками. Живодёр ты, однако, Эскул… А вот не хрен втыкать мне в глаз всякие железки! С интересом взял подержать глефу. Тяжёлая, зараза! То-то она мою кольчугу, как картонку… И, видимо, непростая. Жаль, статов не рассмотреть. Хотя…

С пришедшей усталостью навалилось чувство тоски и никчёмности этих поединков. Эфери Кхароз встала сама, отказавшись от помощи слуг. В бирюзовых глазах уже не было равнодушия, там плескалась чистая, незамутнённая ненависть. Вот и ещё одного врага себе завёл. На пустом месте. Талант! Я подошёл и протянул глефу шаранг:

– Я никогда не смог бы победить вас, мастресс. Только подлым способом и со спины. Это не красит меня, как воина и как мужчину, но надо было прекратить череду бессмысленных и номинальных смертей. Потому что я уже пожалел, что согласился. Нет чести в том, чтобы оценивать жизнь стоимостью этих железок, – я поднял Ключи на уровень глаз, – Габар! – обернулся я к старухе, – я держу слово и готов поливать камни своей кровью снова. Зови третью участницу!

Я почувствовал чью-то руку на своём плече. Это Кхароз оперлась на него, второй рукой держась за мой пояс. Глефу она отдала слуге.

– Не тебе судить о войне, квартерон. Ты слишком справедлив и честен, чтобы быть вином. Мне не было скучно, – обворожительная улыбка озарила лицо огненной шаранг. И я понял, как она ещё молода… – Извини за кольчугу, Эскул, – Кхароз оставила меня, похлопав на прощание ладонью по груди, где зияло рваное отверстие от лезвия глефы.

– Ты готов к последнему бою, квартерон? – Габар подошла ко мне.

– А если нет, то вы всё отмените?

– Хм… ты устал. Что ж, может, тебя взбодрит новость, что последняя участница отказалась в пользу другой, изъявившей желание вступить с тобой в единоборство после боя с Кхароз.

– Великий Рандом, Габар! И в кого шаранг такие мстительные? То же мне, заблудившийся народ…

– Как ты сказал?

– Заблудившийся народ, кажется, он сказал «затерянный». Да, затерянный.

– Кто сказал?

– Первый, – я посмотрел на непонимающе хлопающую глазами Габар, – ну Дух Озера который.

Эфери застыла соляным столбом, пожирая меня глазами.

– Ладно, отвлеклись немного и хорошо. Зови-ка следующую. А то уже за полдень.

– Я уже здесь, – на площадке появилась Ингар со свитой. Сегодня золото в её наряде было представлено лишь вычурными наручами и поножами. Царица Шаранг была без доспеха, лишь плотно облегающий наряд, напоминающий комбинезон из льняной ткани. Рядом встал Джонгар, держа на руках кожаную подушку, на которой тускло блестели Ключи. Я присмотрелся. От моих их отличала вязь золотой гравировки у рукоятей, а в остальном – близнецы. – После твоего боя с Кхароз, квартерон, только и остаётся, что вступить в поединок самой. Среди членов моей семьи только я могу входить в горизонты и перемещаться по ним…

– Знаешь, что, уважаемая Ингар Дофановна, при всём уважении, договор был другим, – я начал заводиться. Меняют правила, понимаешь, на ходу. Мальчик я им что ли? – Вот! Заберите их на хрен! Обойдусь! – я шагнул к Джонгару и положил свои Ключи рядом с царицыными. Повернулся к Ингар, – достала! – и провёл ладонью по горлу. Развернулся и в гробовой тишине пошагал к озеру.

В несколько гребков достиг середины и с наслаждением нырнул в прохладную глубину…

* * *

– О! Ты бы видел их лица, Эскул! – мы сидели с Первым на тучках и наслаждались виртуальными коктейлями, которые Дух Озера выудил из каких-то уж совсем дальних закоулков моей памяти. Тем не менее вкус у напитков был потрясающе натуральный.

– И видеть не хочу. Заигрались дамы, край.

– Ну ты ведь тоже хорош, практически читерские умения для подобных условий.

– Нда… конечно, только ты забыл, что с их стороны были профессиональные воины, владеющие оружием чуть не с пелёнок! Да и счёт значительно в их пользу. Одиннадцать моих смертей против их двух…

– Ладно тебе мелочиться! Признайся лучше, Эскул, ведь запал на Ингар? А? Шикарная женщина, а тут сражаться с ней…

– Не знаю, может быть… Кхароз тоже ничего, да и чарра Будан…

– Кобель…

– Кто бы говорил. Ладно, Первый. Пора и честь знать. Как там, наверху, разошлись? – Дух Озера на секунду прикрыл глаза. Вот позёр, как будто ему для этого время надо.

– Нет никого. Да и то, битый час сидим.

– А ты что, свою эту штуку со временем не?

– Зачем? Ресурсы беречь надо. Давай, вали уже, Грандмастер. Способности я тебе давно разблокировал. И помни о чём договаривались.

– Замётано, Первый!

* * *

По раскалённым от зноя камням набережной ветер пустыни гонял оброненную кем-то из шаранг синюю ленточку. Кажется, что-то подобное было в волосах у Кхароз. Я выбрался из воды и медленно пошлёпал к основанию каменной лестницы, здесь несколько деревьев с густыми кронами дарили толику тени.

Я присел, задумчиво посматривая на гладь озера. Никуда не хотелось идти. Может попробовать индивидуальный портал к Станции? На такие расстояния как-то боязно… Хотя, почему бы и нет. Эх! Чего греха таить, Ключей было жалко… Ну, Сонгар, ну, припомню я тебе. На душе продолжали скрести кошки…

– Тебя кто воспитывал, квартерон?

– Дед, – ответил я, узнав голос эфери Габар и не оборачиваясь.

– Тогда понятно… До тебя никто ещё нашу Ингар так открыто не отшивал. Грубиян ты, Эскул Ап Холиен. Неужели трудно понять, что у женщины могут быть совершенно другие причины устраивать поединки чести с заведомо проигрышным исходом для тебя?

– А попроще? А то у меня уже совсем голова не соображает…

– Эх, Эскул, Эскул… – старуха, кряхтя, присела рядом на тёплый камень. От неё приятно пахло какими-то травами, – традиционное оружие царской семьи не зря называют Ключами Матери и Сына. На церемонии бракосочетания будущий муж Царицы Шаранг передаёт ей свои клинки, а она ему – свои. Тем самым заключается союз между Сыном Пустыни и Великой Матерью народа шаранг. Твоё оружие когда-то принадлежало Тонгару из рода Саран, любимому супругу Ингар, погибшему по нелепой случайности в одной из Войн Крови, когда на стороне альвов сражались гарпии Грозового Острова. Так, Ключи, когда-то переданные отцом Ингар своей дочери, а потом полученные Тонгаром на брачной церемонии из рук возлюбленной, попали в руки летающих бестий Варрагона. Сонгар рассказал сестре о том, как некий квартерон, побывавший на Грозовом Острове, получил в дар легендарные клинки шаранг. Сначала Великая хотела просто вернуть оружие силой. Но Сонгар отговорил сестру, объяснив, что по отношению к столь благородному Магу, как Эскул Ап Холиен, это будет недостойно. И для соблюдения приличий решено было пригласить тебя в Дальсахру… Но, потом случилось то, что случилось. Ты здорово разозлил Верховную, квартерон. Увёл новообращённую, захватив преступившую кодекс Ведьму, чуть не разрушил Цитадель… Ингар пришлось трижды подумать, прежде чем Сонгар и Зелерин всё же было дано разрешение на миссию, – эфери Габар покачала головой, будто сокрушаясь, – как было проще для нас, если бы ты просто лёг вчера с Царицей в одну постель. Женщины шаранг умеют многое и без магии. Клянусь Великим Альвом! Ты забыл бы свою северянку… Эхе-хе, но старая Габар совсем разучилась читать в чужих сердцах, а, может, эта твоя способность противостоять Магии Разума? – она зябко повела плечами. Мне оставалось только молча внимать откровениям Наставницы Великой. – Держи свои железки, Эскул! – с металлическим звяканьем мне на колени упали Ключи, – видимо, Ингар на роду написано доживать век вдовой…

Мда… вот тебе и раз. Приплыли. Ну и накрутили… Хотя, чего я со своими мерками в их устоявшийся уклад лезу? Понятное дело, некрасиво вышло. А Ингар сама виновата! Вот чтобы сразу всё не рассказать, так, мол и так… мужнино оружие, отдай, дорого, как память… Погодите-ка…

– Эфери, скажи мне, а обязательно должно быть именно это оружие. Нельзя сделать копию и благополучно соблюсти традиции?

– Хех! Гха-гха… – старуха закашлялась от тихого смеха, – сделать что-то достойное божественных Ключей Матери и Сына? Ты в своём уме, квартерон?

– Понятно. Не можете. Ну а если я всё же привезу на следующую нашу встречу что-то вполне могущее заменить эти клинки? – я покачал на указательных пальцах Ключи.

Старуха пристально впилась в меня своими полувыцветшими глазами.

– Если ты это сделаешь, квартерон, – она нахмурившись приложила правую ладонь к груди, – я тебе обещаю, что, пока жив хоть один разумный из рода Дофан, шаранг будут у тебя в долгу…

– Что ж, я принимаю на себя это обязательство, эфери.

Старуха впервые улыбнулась, и я поразился целости и белизне её зубов, которой могла бы позавидовать любая из красоток Дальсахры.

– Я обнадёжу Ингар. Пока ты, квартерон, преподносил своим врагам сюрпризы. Пора что-то сделать и для будущих союзников. Пойдём, Царица распорядилась отправить тебя в Долину Справедливости. Мы можем успеть к вечеру.

– Погоди, эфери. Хочу проверить одну способность…

Я вышел на середину площадки и потянулся к Средоточию, перекинув канал маны на пиктограмму индивидуального портала. Заякорить удалось мгновенно. Такое впечатление, что метка, дрожа от нетерпения как живая, вцепилась в камни площадки. Земля подо мной содрогнулась, руны на окраинных столбах вспыхнули и на мгновение струны и средоточия, видимые лишь в Астрале, проявились в реальности. Я осторожно, молясь про себя Великому Рандому, активировал портал.

Из арки, что появилась вслед за этим дохнуло прохладой горных вершин. Несмотря на клубящийся мрак, потянуло знакомыми запахами леса и трав. Сердце забилось чаще, в гостях хорошо, а дома…эх! Я обернулся к Габар:

– Передай мои глубокие извинения Ингар, эфери. И дай отбой отряду чарр сопровождения. Я своим ходом! – и, помахав рукой застывшей в изумлении шаранг, шагнул в арку.

* * *

Яркое солнце Долины и в подмётки не годилось пустынному. Оно скучающе поглядело на меня из-за низких туч, запрудивших весь небосвод над лесом и поляной перед станцией. Воды озерца посерели, нагоняя осеннее настроение.

Глубоко втягивая носом лесные запахи прели, я, стоя у шлюза Станции, зорко оглядывал окружающий ландшафт. Мда… попытка убедить себя в проявлении повышенной бдительности не убедила даже меня самого. Пора впрягаться.

– Инфа, приём! Здесь Первый. Впустите меня на базу. Я вернулся. Встречайте.

Странно, но почему-то хотелось услышать из коммуникатора шипение и треск эфира, а потом уже отзыв новообращённой. Но нет. Абсолютно чистый голос произнёс:

– Первый, первый! Здесь Астра. Приём. Инфа обкатывает уник. Я на подстраховке. Придётся подождать. Приём!

Какой, нахрен, уник? Босс дома, свистать всех наверх! Я там, за тридевять земель, понимаешь, собственной кровью добываю нам союзнический договор. А они тут уники какие-то обкатывают!

– Астра! Приём! Что за дела? Меня впустит кто-нибудь?

– Первый, приём! Все остальные в реакторном отсеке, там помехи не дают услышать вызов… мы уже идём к вам. Приём!

– Давайте побыстрей! – я даже забыл добавит сакральное «Приём!» от досады.

– Первый, приём! Наблюдайте по вектору север, северо-восток. Опушка леса. Время визуального контакта три минуты! Высота пятьдесят метров…

Я нахмурился, но тем не менее, припомнив где выглядывало солнце и зная примерно время суток, повернулся в сторону указанного вектора. Вот позорище-то будет, если ошибся! И эта, мелочь пузатая, навигатор-космодесантник…пороть некому. То ли занудство, проснувшееся во мне не ко времени, то ли накопившаяся усталость, не дали мне обратить внимание на последние слова Астры.

Через отведённые три минуты на ожидание я понял всё… Так и простоял с открытым ртом, пока необычная группа не приблизилась ко входу в шлюз Станции.

Над верхушками деревьев по указанному вектору появился объект, напоминающий вытянутый по вертикали ромб с обтекаемым профилем. Узнаваемый тускло-серый цвет керамопластика сочетался с абсолютно чёрной каплей, по-видимому, обзорного модуля кабины. По бокам летательного аппарата симметрично располагались два вертикальных то ли крыла, то ли дополнительных стабилизатора. Внизу, у основания обращённой ко мне передней части было заметно небольшое круглое отверстие, до боли напоминающее жерло артиллерийского ствола…