Текст книги ""Фантастика 2026-204". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Samus

Я надеялся, что к нашему приезду с ними уже разберутся, но судьба редко бывает благосклонна. Хочу я того или нет, но мне придётся помочь Карверу, если он не справился сам, а после этого я потащу его в Юкатан... Не из вредности. Просто он может дать ответы, которые я ищу.

– Зачем? – голос Клем прозвучал резко. – Зачем ехать к этому мутному типу, на которого работают такие люди? Мёрл стрелял в Теодора, охотился на Мишон, из-за Бена тебя чуть не убили...

– Клем...

– Почему, Айзек? Почему?

– Потому что должен.

– ЧТО ТЫ ДОЛЖЕН?! – она уже кричала.

– ПОТОМУ ЧТО Я ДОЛЖЕН ПОНЯТЬ, ПОЧЕМУ ОКАЗАЛСЯ ЗДЕСЬ!

Я только сейчас понял, что приподнялся с места и чуть ли не в ухо орал Теодору. Бедолага вжался в сиденье, не понимая, что происходит. В машине повисла тишина. Все взгляды: Теодора в зеркале заднего вида, Мишон, Клем были прикованы ко мне.

– Я не понимаю... – тихо, растерянно проговорила Клементина.

Я закрыл лицо ладонями, глубоко вдохнул и выдохнул. Похоже, это будет не простой разговор.

Все продолжали сверлить меня взглядом, и никто не понимал, почему я сорвался, а главное почему я так рвался в Юкатан... Похоже, больше смысла скрывать нет и сейчас одно из двух: либо они поверят мне, либо просто примут за психа.

– Ладно... пожалуй, начнём сначала. Меня зовут Айзек Кларк.

– Да ладно, да быть не может, – от сарказма Теодора можно было вешать топор в воздухе. – Вот никто бы никогда не догадался, что тебя так зовут...

Я не стал слушать и просто продолжил.

– Я родился 5 июня 2461 года на северо-восточном побережье Америки...

Резко повисла тишина... Я ожидал чего угодно, но только не того, что Теодор заржёт как конь, отчего машина вильнула и мы чуть не съехали в кювет, Мишон не отставала, она тоже громко рассмеялась. Единственной, кто остался серьёзной, была Клем и на её лице читалась растерянность. Но когда они посмотрели на моё лицо, смех начал сходить на нет, и на их лицах появилось недоумение.

– Так, – Тео напрягся. – Ты сейчас не шутил, да?

– Не шутил.

Снова повисла тишина, которую нарушила Клем.

– Я, в принципе, что-то такое предполагала.

– Да? – Теодор аж голову к ней повернул, но быстро вернул взгляд на дорогу.

– Угу. Просто посудите сами: все технологии, которыми мы сейчас пользуемся... их вообще нигде не было. Даже в научных журналах, которые я перечитала, и уж поверьте их было очень много.

– А я думала, что ты пришелец, – с улыбкой произнесла Мишон. – Но никаких антеннок в неположенных местах я не заметила, там всё на своих местах.

Взгляды всех присутствующих скрестились на девушке, а та лишь пожала плечами и повернулась к окну.

– Так получается, ты из будущего? Ты пришёл, чтобы... ну, не знаю, человечество спасти от ходячих?

– Нет, Тео. Я сам не знаю, как здесь оказался и будем честны: в моём времени про ходячих вообще не слышали, хотя существа там были похожие, но намного страшнее.

– Ого, и кто же?

– Некроморфы.

– Так ты же так ходячих называешь, разве нет?

– Не совсем так, Тео. Просто представь вирус, который не просто реанимирует мёртвые ткани, а делает из бывшего мертвеца машину для убийства. Человеческая плоть сильно изменяется. Вместо рук появляются огромные костяные клинки, способные располовинить даже человека в скафандре, они могут прятаться, устраивать засады, стрелять костяными шипами и плеваться кислотой и даже если отстрелить им голову резаком это не сильно повлияет на их боевую активность, чтобы убить такую тварь, её приходилось в прямом смысле расчленять. Да и не на всех срабатывало... А в некоторых случаях некроморфы собирались в один большой организм, для которых выстрел из плазменного резака был не опаснее рогатки ребёнка, я уже молчу про тех, которые эти конечности могли отращивать.

– Твою мать... Ты вот сейчас серьёзно? Не прикалываешься?

– Нет.

Клем подала голос:

– А то, что ты так рвёшься в Юкатан... это как-то связано со всем этим?

– Да. Вирус некроморфизма появился не просто так, его вызвал артефакт, который называется Маркер или как его ещё называют, Обелиск. Огромный инопланетный артефакт спиралевидной формы, который находится на Земле со времён вымирания динозавров и по некоторым данным, именно он стал тем фактором, который их убил.

– А какое... это будущее? – спросила Клем, которая, честно сказать, была просто в шоке от всего.

– Ну... – я задумался. – Технологии почти такие, как сейчас у нас на базе. Мы уже давно вышли в космос, освоили множество планет, и на многих из них добывались ресурсы...

– Ух ты, мы выйдем в космос!

– Угу, – буркнула Мишон. – Если нас ходячие не сожрут и такие, как Губернатор, не пристрелят... Да и не факт, Айзек же сказал, что про ходячих там ничего не слышали.

– Да, всё так. История нашего времени очень похожа, по крайней мере до тех пор, пока здесь не объявились эти ходячие.

Теодор почесал макушку.

– И ты считаешь, что в этом замешан... как ты сказал? Фломастер?

– Маркер. Да, я считаю, что он как-то с этим связан и скажу вам честно: вам искренне повезло, что здесь только ходячие, а не некроморфы. Тогда бы они истребили всё человечество за несколько месяцев.

– Слушай, а расскажи поподробнее про этот Маркер?

– Ну, его открыли в 2214 году группа исследователей под руководством геофизика Майкла Альтмана, а обнаружили его в кратере от падения астероида у побережья полуострова Юкатан в Мексике... насколько я помню. Сам Маркер это массивный обелиск, напоминающий двойную спираль, отдалённо смахивает на днк. Внешне он выглядит как гигантская чёрная каменная конструкция...

– Что он вообще делал? Из-за чего он так опасен? – не унимался Тео.

– Маркер излучает мощный психический сигнал, который поражает всех в зоне досягаемости. Этот эффект называется маркерное слабоумие и делает с людьми он страшные вещи. Сначала появляется бессонница, депрессия и паранойя... Кажется, что это просто стресс, но это только начало. А потом идут галлюцинации и видения. Маркер проявляется в виде образов из подсознания человека. Люди видят умерших близких, которые что-то шепчут или приказывают им и эти голоса могут подстрекать к насилию или самоубийству.

– И что? Люди его уничтожили?

– Нет... Они его изучали и сделали копии, Красные Маркеры.

– Да охуеть просто! Ну нахрена?

– Потому что человечество столкнулось с кризисом ресурсов, даже планетарные потрошители не могли покрыть все потребности людей. И тогда мы искали другой источник энергии, а Обелиск обладал безграничным источником.

– Так получается, он сводил людей с ума? А некроморфы?

– Его сигнал сводит людей с ума, провоцируя их на убийства и самоубийства, так появляются мёртвые, потом тела погибших в зоне действия Маркера, а также любая мёртвая ткань подвергаются его воздействию. Этот сигнал на клеточном уровне перестраивает их в некроморфную ткань, так Маркер рекомбинирует мёртвую ткань в новые формы некроморфов.

– Но зачем? Какой смысл этого безумия?

– Это называется Конвергенция. После того как некроморфы уничтожат большую часть населения, Маркер инициирует событие Конвергенции. Он собирает всю мёртвую биомассу, то есть некроморфов и объединяет её в одно гигантское существо... Луну.

– То есть эта тварь становится целой планетой?

– Всё так. И мы с одним человеком по имени Джон Карвер уничтожили такую тварь... ценой жизни.

– То есть... – Клем широко открытыми глазами уставилась на меня. – Ты умер?

– Да, но вместо забвения я очнулся в теле Рика и как так получилось, не спрашивайте, я сам не знаю. Возможно, дело было в инопланетной машине, благодаря которой мы и остановили Луну.

– Охренеть просто... Это же полный пиздец, – громко выдохнул Теодор. – Это вообще что получается? Ты как бы из будущего, ну как бы нет... Я только понял, что нихрена не понял.

– Ты не одинок в этом, – кивнула ему Мишон.

– Да... Я сам мало что понимаю. Но как бы то ни было, мне необходимо попасть в Юкатан, ну сначала мне нужен Карвер, ведь у него возможно есть ответы на некоторые вопросы...

**** от автора: ребята, не так давно я наткнулся на один фанфик под названием «плакса в мёртвом космосе» к моему удивлению сделано довольно неплохо, но его только начали писать, если кто то не понял то это фанфик мёртвого космоса и... (Барабанная дробь) Бена из ходячих мертвецов, поддержите автора добрым словом, пусть он не теряет запал, мне честно сказать интересно что там будет дальше. /work/635249

Глава 8

– Знаешь, я бы поступила как София... – вывел меня из лёгкого полудрёма голос Клем.

– М? – я даже не сразу понял, о чём она говорит.

Я пригляделся: Теодор спокойно вёл машину, слушал музыку на негромкой громкости, Мишон спала, а Клем смотрела на меня.

– Я имею в виду, если бы кто-то, как Эд, поступил с Софией, я бы сделала точно так же... Ну, возможно, не так, а скорее пристрелила бы, но понять её я могу.

– И как бы ты поступила на моём месте?

– Честно? Не знаю. Вроде бы она сделала опасный поступок, из-за которого наша община была в опасности... Но она же была всего лишь ребёнком, который очень сильно испугался за маму и себя, тут скорее не София виновата, а то, что это не досмотрели, тут вина общая, у каждого по чуть-чуть, и это сложилось в жуткую трагедию. Но как бы то ни было, я считаю, что ты поступил правильно.

После этих слов она легла на сиденье, положив голову мне на колени. Я невольно зарылся в её волосы, такие мягкие и шёлковые. Не зря я называю её одуванчик. Помню тот момент, когда она впервые надела шлем, и её кудри торчали во все стороны... как же это было комично. С тех пор она стягивает волосы резинкой, прежде чем надеть шлем.

– Айзек, расскажи про себя.

– Что именно, Клем?

– Ну, про себя. Кем ты был до того, как сюда попал.

Я заметил, как Теодор сделал музыку тише и одним глазом подглядывал за нами... Надеюсь, он не получит косоглазие.

– Ну, как и тут, я был инженером.

– А кто твои родители?

– Мать звали Октавия, а отца Пол. Отец был корабельным архитектором, проектировал шатлы и станции, и я очень им гордился и сам хотел стать архитектором, как и он, но... – я замялся, потому что вспоминать этот момент было неприятно. – Но не стал.

– Почему?

– Дело в матери. Отца я видел редко и большую часть времени он проводил в космосе, и потому меня растила мать, но она очень сильно подалась в юнитологию. Настолько, что потратила почти все деньги на покупку титула в церкви. Из-за этого я не смог поступить на архитектора.

– А что за юнитология? Это какая-то религия, вроде христианства?

– Нет, Клем. Это намного хуже и страшнее любой религии этого мира. Юнитологи поклонялись Маркеру как богу и считали, что после смерти он сделает всех едиными, и люди увидят родных и близких... Хех... В принципе, они были недалеки от истины, он действительно делает их едиными, но совсем не так, как они хотели. В общем, дошло до того, что они начали «освобождать» Красные Обелиски, взрывая лаборатории, где те находились. То, что там творилось, Клем... Это было ужасно. Даже от одних воспоминаний мне становится плохо.

Я заметил, что Мишон уже не спит и с интересом слушает наш разговор.

– Это ужасно... Так ты не стал архитектором из-за мамы?

– Да. Вместо элитного университета пришлось выбрать что-то попроще. Я пошёл в колледж электротехники и машиностроения.

– А кем ты работал после того, как закончил?

– Сначала работал инженером на торговом флоте. Мне самому было интересно посетить другие звёзды и космические станции и скажу честно, мне нравилась эта работа, я быстро набил руку в ремонте сложных устройств, быстро продвигался по карьерной лестнице, а потом стал работать на корпорацию «Конкорданс Экстракшн». Корпорация занималась добычей ресурсов в глубоком космосе с помощью планетарных потрошителей. Это огромные корабли-станции с населением, как у среднего города... ну, до апокалипсиса.

– А у тебя там была девушка?

– Да. Её звали Николь, мы прожили вместе почти два года, и это были лучшие годы в моей жизни. – я тяжело вздохнул, и моя рука ещё глубже зарылась в её волосы. – Но потом корпорация предложила ей работу на планетарном потрошителе «Ишимура» в качестве старшего медика. Она сомневалась, стоит ли соглашаться... А я, сука, уговорил её.

– А что там случилось?

– На «Ишимуре» был Обелиск.

– Ох ты ж блять... – раздался голос Теодора. – Так там...

Я с горечью кивнул.

– Да... Там никто не выжил. Хотя я до последнего верил, что Николь жива. В принципе, я не только верил я её видел.

– То есть она была жива?

– Нет. Это проклятый Маркер заставлял меня думать, будто она жива. В общем, я уничтожил Обелиск... Но всё не закончилось и безумие накрывало меня с головой. Потом меня нашли корпораты, выудили из моей головы информацию о том, как строить эти обелиски, а ведь помимо безумия я обрёл знание, как их делать... В общем люди ничему не научились и кровавое безумие повторилось вновь на космической станции, где помимо некроморфов мне приходилось сражаться с собственным безумием.

– А сейчас? – осторожно спросила Мишон.

– За это не беспокойся. После того как я уничтожил Маркер на станции, моя связь с ним разорвалась, и безумие прекратилось.

– В пизду такое будущее... – решил высказаться Тео. – Кто как, но я, Айзек, с тобой. Прихвачу ещё взрывчатки... Грузовик взрывчатки. А если получится, вообще раздобуду ядерную боеголовку и смету нахер весь Юкатан.

– Только для начала мне нужно узнать, есть ли там действительно Обелиск и надеюсь, Карвер мне поможет.

В дальнейшем меня продолжали засыпать вопросами, на которые я уже не скрываясь отвечал и каждому было интересно, какое же это будущее. Сказать по правде, многим оно очень даже не нравилось: кризис ресурсов, Маркер, некроморфы. Но все внимательно слушали про инопланетную расу, которая ещё до того, как люди вышли в космос, нашла Обелиск. Я пытался описать их города, то, как они выглядели. Они были впечатлены, хотя не горели желанием увидеть их вживую.

Так наша колонна добралась до базы и стоило мне выйти из машины, как меня окружили друзья и знакомые... Вообще, если посмотреть, город сильно изменился и сколько в него было вложено труда, просто не счесть. Сейчас фактически все коммуникации были восстановлены. Правда, помню, сколько было геморроя с ходячими в канализации... даже вспоминать противно, а сколько сил ушло на то, чтобы оградить город стеной: сначала невысокой, а потом её увеличивали и укрепляли и теперь это воистину город-крепость. Да и расположение тут удачное, близко вода, земля вполне хорошая, а главное удаление от больших городов, потому орд тут немного и если они сюда припрутся, мы спокойно сможем отбиться.

– Айзек! – стоило мне только выйти из машины, как ко мне тут же подошёл Марк.

За это время он практически не изменился, ни по характеру, ни по внешности, только единственное, в висках добавилось немного седины, но это не мешает ему быть местным сердцеедом и хорошо, что только в переносном смысле. Да, он до сих пор холостяк и никак не обременяет себя отношениями... Сказать честно, я даже немного завидую, у него всё просто, он живёт для себя и искренне этому рад.

Мы пожали друг другу руки.

– Ты бы знал, как мы переживали! – воскликнул он. – Тут уже вся Саванна собралась, чтобы тот грёбаный городок стереть с лица земли, что вообще на эту дуру нашло?

– Марк, хотя бы ты при Клем не выражайся.

– Не выражайся? – он скептически посмотрел на девушку, которая стояла за моей спиной. – Да она, между прочим, половину людей здесь научила материться и именно она собирала людей в карательный поход, пока тот не влез... как его? Блейк, вроде.

Я посмотрел на Клементину... Она посмотрела в небо. Ладно, как-нибудь поговорю с ней об этом.

Дальше к нам подошли Винс и Харрис. Мы поздоровались и коротко переговорили о том, что в городе всё в порядке. Из интересных новостей стало известно, что нашли группу выживших, и сейчас они сидят у нас на карантине. Сами ребята очень недоверчивые, и в какой-то мере даже злые, при первом знакомстве чуть не произошла перестрелка, но всё обошлось, а после короткого разговора стало понятно, что они пережили довольно много дерьма: у них была большая группа, кого-то потеряли из-за ходячих, но большую часть людей из-за живых. Мы подробно выяснили, где происходили нападения, и в скором времени Винс возглавит туда карательный поход.

Вообще истреблением тварей в человеческом обличье занимался как раз Винс. Вот у кого уже жалости к людям не было, так это у него. Он и раньше человеколюбием не страдал, а когда четыре года назад пристрелили его друга в одной из перестрелок... В общем, он редко берёт бандитов живыми, да и то приходится уговаривать.

Харрис, пусть и понемногу, но сдавал позиции, всё же старость брала своё. Всё чаще слышу, как он говорит, что хочет на пенсию и ему уже давно пора, только вот один злобный инженер в моём лице всё никак не отпускает. В принципе, и не хочу отпускать, у него действительно большой боевой опыт, да и своими людьми он хорошо умеет командовать. Нда, помню, как он одно время сам себя проклинал за то, что происходило в начале апокалипсиса... Как иногда он пил, когда никто не видел... Хорошо, что на утро был как огурчик. Он часто вспоминал, как всё началось и где они так жидко обосрались, а главное очень сильно жалел, что в начале всего этого слушал генералов.

Он рассказал мне по секрету, что когда всё только началось, была дана команда на зачистку определённых регионов и улиц. Людям по телевизору сообщили, чтобы они сидели дома и не вылазили, что вводится комендантский час... Но люди есть люди. В общем, была дана команда стрелять на поражение, когда началась вакханалия с ходячими, солдаты уже просто не знали, в кого стрелять... И стреляли во всех подряд. Тогда ещё не знали, что ходячего можно убить только выстрелом в голову и каково было удивление военных, когда недавно расстрелянные гражданские поднимались и кидались на них, как из-за выстрелов они собирали вокруг себя целые толпы, и их просто сминали. В общем, главная ошибка военных была в том, что командование сразу не разобралось во всей ситуации и поставило их удерживать позиции или зачищать такие точки, как больницы (где было больше всего ходячих), полицейские участки (где пытались держать «буйных») и другие подобные заведения с большим скоплением народа. Их командование, сидевшее в тёплых штабах, не видело всего вокруг и продолжало отдавать приказы, которые усугубляли ситуацию, а сами военные дошли до того, что стреляли во всех подряд, тем самым пополняя ряды ходячих, ну а после и самих военных разорвали на куски, ведь их полностью не вводили в курс дела (про то что заражённые умирают только от разрушения мозга). Потому Харрис испытывает серьёзное чувство вины за то, сколько парней полегло из-за тупости вышестоящего начальства, но при людях он делает вид что все так и должно было быть.

Дальше, чтобы не мять сиски, мы собрались в нашем штабе, где началось бурное обсуждение предстоящего похода в Вирджинию, а потом в Юкатан. Мы обсуждали, что для этого понадобится и когда я озвучил список, Харрис коротко поинтересовался:

– Ты на войну собрался?

Рядом стоявший здоровяк по имени Джим решил пояснить:

– Сейчас наш лидер ведёт войну с тварями, что управляют ходячими, боеприпасов осталось довольно мало, потому я попросил Айзека поделиться чем возможно.

– Мг, – Харрис задумчиво постучал пальцами по столу. – Три десятка гвоздомётов, два десятка резаков, двадцатка ИКС и лёгких скафандров к ним, а также полсотни огнестрела... И это я уже молчу про количество взрывчатки, которую почему-то попросил Теодор, а Айзек одобрил, а вишенка на торте два миномёта из Вудбери. – Он постучал костяшками пальцев по столу, за которым мы сидели. – У нас, конечно, довольно обширные запасы, но вы уверены, что вам нужно именно СТОЛЬКО?

– Запас карман не тянет, – кивнул амбал.

Харрис о чём-то подумал, а потом повернулся ко мне:

– Айзек, стоит ли вообще доверять этим людям? – он кивнул в сторону Мёрла, который сейчас ковырялся в зубах.

Мёрл, сказать честно, не внушал доверия никому из присутствующих. Хорошо, что Теодора и Мишон согласились потерпеть его, но при случае пристрелят, если он даст повод.

– Нет, доверия он не внушает...

– Эй, я вообще-то тут! – возмутился Мёрл.

Но я его проигнорировал и продолжил:

– Но я доверяю Джону. Я знаю, что он поможет мне.

– Ладно, – после небольшой паузы произнёс полковник. – Как бы то ни было, я надеюсь, что ты не ошибаешься, а теперь вернёмся к обсуждению припасов.

Дальше мы обсуждали, что брать из еды и, главное, кто поедет. Как я ни старался, Клем отговорить не удалось, да и Мишон тоже поедет с нами. Помимо всего прочего, с нами поедет десяток бойцов Харриса (возможно больше), а ещё он попросил взять Софию. Сначала я отнёсся к этому скептически, но он пояснил, что девушка сама вызвалась добровольцем, да и боец она неплохой, пусть с эмоциями у неё и проблемы.

Я немного подумал и решил оставить Теодора на базе (не смотря на то что он начал громко возмущаться) Эмми скоро рожать, да и без нормального кладовщика здесь будет хаос. По поводу транспорта решили, что возьму свой автобус, в котором помещается восемь человек плюс водитель, укреплённый пикап, а для всего запаса придётся взять военный грузовик, тоже укреплённый. Как бы то ни было, нужны будут водители, и скорее всего понадобится взять с собой Кенни.

Обсудив ещё некоторые мелочи, мы начали расходиться. Я решил сходить к нашему механику и предложить ему поехать с нами.

Я вышел из здания, приспособленного под штаб, и направился в сторону автомастерской. Подойдя к ней, услышал, как из-под военного «Хамви», стоявшего на яме, раздаётся скрип металла, а рядом с колесом играл плеер.

– Я не отвлекаю? – решил я заявить о своём присутствии.

Из-под машины вылез молодой парень, перепачканный маслом, у него были короткие тёмные волосы, он был лопоухим и с забавными веснушками.

– О, дядя Айзек! Вам папа нужен?

– Да, Даг. Кенни у себя?

– Ага, ковыряется с новым электродвигателем. Папа почему-то захотел ещё две машины привести в строй, говорит, военные задолбали...

– ДАГ! – раздалось из соседнего бокса. – Ты с кем там разговариваешь? Опять военные заявились? – а после громче: – Машина ещё не готова, так что идите на хер!

Я аж воздухом поперхнулся.

– Кхм, Кенни, вообще-то это я.

– Да кто, блин, я?

А после я услышал, как что-то тяжёлое и металлическое упало, и отборный мат.

– Если это опять ты, Нейт, я тебе... – и тут зашёл Кенни в своей потрёпанной кепке. Когда он увидел меня, его глаза расширились: – Ох, блин, Айзек! Извини, я думал, это опять Нейт припёрся. А он в последнюю неделю заходит утром, в обед и вечером и уже достал до такой степени, что я в него скоро начну ключами кидаться.

Он подошёл ко мне, вытирая руки тряпкой, и протянул руку, которую я пожал.

– Рад тебя видеть, Айзек. Там всё хорошо закончилось? А то ты даже не представляешь, как здесь люди на ушах стояли. Харрис вместе с остальными вообще с ума посходили, припёрли мне «Хамви» и просили переделать под электромоторы... Да эти придурки вообще сначала танк хотели припереть, только я им пояснил, что двигатель его не потянет, а если потянет, то будет идти со скоростью мёртвой черепахи...

Дальше Кенни ещё около десяти минут жаловался на военных и на то, как они его задолбали. Когда он наконец выговорился, я предложил ему поехать со мной, ведь бойцов у нас хватало, но опытных водителей единицы, а путь предстоял не близкий. Я коротко обрисовал ему ситуацию.

– В принципе, я не против, – сказал Кенни. – Можно ещё и старого с собой взять, он, думаю, не откажется. Да и трейлер его будет кстати, можно взять вместо легковушки.

– А он разве на ходу?

– Уже да. Переоборудовали под спирт, спасибо Карлу за детали.

– Звучит не очень надёжно.

– Нормально. Фирма «Кенни и Ко» гарантирует надёжность... А ты чего уши греешь? – повернулся он к сыну.

Я усмехнулся.

– Ну, если «Кенни и Ко» гарантирует, то вопросов нет. Ладно, выдвигаемся через два дня.

– Хорошо, как раз тут с делами закончу.

Время пролетело быстро и два дня ушли практически целиком на сборы. Добровольцев было много, но большую часть пришлось отсеять, ведь некоторые люди были нужны на базе. Всего поедет двадцать три человека, включая меня.

Повезло, что Кенни успел закончить с «Хамви», и теперь тот был на ходу. Колонна выходила весьма укреплённой: впереди мой автобус, за ним военный грузовик, потом трейлер Дейла с ним же за рулём, а замыкать будет «Хамви» с тяжёлым пулемётом на крыше, пикап решили не брать

За это время мы с Клементиной довольно сильно сблизились. Не в плане романтики, а скорее наши отношения стали более тёплыми и доверительными. Та пропасть, которой я отгораживался от всех из-за своего прошлого, рухнула и теперь каждый вечер она клала голову мне на колени и расспрашивала о моём прошлом. В принципе, ложить голову на колени у неё это с детства и сам я так часто засыпал, когда моя рука зарывалась в её волосы.

Сказать по правде, благодаря этому я давно не видел кошмаров и мне было крайне спокойно. Это было своеобразным антистрессом и за все эти годы привычка у неё не поменялась... Хотя, видимо, этот жест и наталкивает многих на мысль, что у нас есть какие-то отношения... Возможно, я бы и переживал по этому поводу, но ей было на это плевать, а значит, плевать и мне.

Что же, нужно отдохнуть. Завтра с утра мы выдвигаемся в путь, ведь мы уезжаем... И никто не знает, вернёмся ли мы назад.