Текст книги ""Фантастика 2026-204". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Samus

Соавторы: Владислав Кузнецов,,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 349 страниц)

Глава 9

Утро встретило нас серым небом и влажным воздухом, от которого зубы сводило. Я стоял у военного грузовика и пересчитывал бойцов, которые вызвались на разведку.

Народ собрался приличный.

Нейт застыл по стойке смирно, как на плацу. Винс рядом с ним выглядел более расслабленно, но рука всё время тянулась к автомату. Лили и Марк моя "личная гвардия" держались чуть поодаль, переговариваясь о чём-то своём. Гленн крутил головой по сторонам, изучая окрестности с привычной для него внимательностью.

Рядом с ними стояла пара солдат Харриса, имени которых я так и не спросил. Они, впрочем, сам не представлялись, а я не лез. Если надо будет, скажут.

А ещё Морган. Он более или менее пришёл в себя после ранения и сейчас передвигался вполне сносно. Правда, держал при себе длинную заточенную трость – что-то вроде самодельного копья. Спрашивать, зачем ему это при наличии нормального оружия, я не стал, у каждого свои тараканы.

– Всё пучком, – Кенни вылез из-под капота пикапа, вытирая руки ветошью. – Масло есть, тормоза в норме, радиатор целый. Ехать можно.

– А с грузовиком что? – спросил я.

– Грузовик военный, его хрен убьёшь, – отозвался Винс.

Я кивнул, обводя взглядом свою разношёрстную команду.

– Значит, так. Идём на разведку в сторону пром зоны, разведываем территорию и ресурсы, что могут там находиться, после этого едем в за материалом. Гленн говорит что снаружи строительный супермаркет выглядит целым. Если встретим выживших – сначало смотрим, потом говорим. Оружие не убираем, но на рожон не лезем. Понятно?

Кивки.

– Задача – разведка. Не бой. Если что – отходим к машинам и уезжаем. Геройствовать не надо.

– А если там орда? – спросил Нейт.

– Если орда – даже не рыпаемся, сразу назад. Толпу мы здесь не перебьём.

Лили усмехнулась.

– А если там просто кто-то из простых выживших?

– Тогда будем решать по месту, – ответил я. – но помочь можем. Если они нормальные.

– Понял, – кивнул Гленн.

Я оглядел всех ещё раз.

– Готовы? Тогда по машинам. Кенни, ты с нами?

– Нет, – он покачал головой. – Я лучше тут, с основными. Присмотрю за обороной, пока вас нет.

– Хорошо. Значит, остаёшься за старшего.

Мы погрузились. Грузовик рыкнул двигателем, пикап подхватил. Выехали за ворота, оставляя склад за спиной.

Я ехал в пикапе, глядя в окно на проплывающие мимо развалины. За рулём сидел Винс – военный, но какой-то не такой, как остальные. Не харрисовский. Я давно хотел спросить, да всё как-то недосуг было.

– Винс, – повернулся я к нему. – Ты же военный. Но Харрису почему-то не подчиняешься. Только если он попросит, и то не факт. С чего бы?

Он покосился на меня, усмехнулся.

– А, заметил? – Винс крутанул руль, объезжая ржавый остов легковушки. – Я не из его людей. Я из морской пехоты. В форте был со своим отделением, мы там вообще отдельно стояли, своя задача была.

– И что за задача?

– Охрана периметра, вывод гражданских опасной территории. Мы на вышках сидели, за ходячими следили. К командованию Харриса отношения не имели, просто на одной территории базировались. Ну, пока всё не рухнуло.

– А твои где?

Винс помолчал. Потом ответил коротко:

– Все остались там. В форте. Когда начался прорыв, мы держали ворота, чтобы гражданские успели уйти. Я успел запрыгнуть в машину в последний момент. А ребята...

Он не договорил. Я кивнул, и больше вопросов не задавал.

Некоторое время ехали молча. Я уткнулся в карту, разложенную на коленях. Гленн с военными постарались на славу – маршрут был проложен чётко, там, где не было завалов и пробок. К сожалению, чтобы въехать в промзону, пришлось делать приличный крюк, но лучше так, чем застрять где-нибудь посреди орды.

Наконец въехали.

Промзона встретила нас тишиной и рядами приземистых зданий. Похоже, здесь когда-то было что-то вроде бизнес-центра или складов, которые сдавали в аренду разным конторам. От старого производства не осталось и следа – только таблички на дверях с названиями фирм, которые уже никому ничего не скажут.

– Выгружаемся, – скомандовал я, когда пикап остановился.

Люди начали выходить, оглядываясь по сторонам. Я тоже выбрался, поправил резак на поясе и осмотрелся.

– Осматриваем всё. Аккуратно, по парам. В здания не лезть, пока не проверим периметр. Если что, сразу давайте сигнал.

Группа рассредоточилась. Я остался стоять у машины, глядя на ряды одинаковых дверей и думая о том, что где-то здесь могут быть и ресурсы, и проблемы... В принципе как обычно.

Первые проблемы не заставили себя ждать.

Не успела группа разойтись, как из-за угла ближайшего здания вывалилась пятёрка ходячих. Медленные, гнилые, но уверенно топающие прямо на нас.

Все моментально вскинули оружие. Стволы нацелились на тварей, пальцы легли на спусковые крючки.

Я поднял руку.

– Не стрелять.

Опустил ладонь, кивнул Марку и Лили. Те поняли без слов. Марк уже сканировал взглядом землю, выцепил кусок арматуры и ржавый тормозной диск. Лили подхватила обломок бетона.

Первым полетел диск. Марк запустил его с такой силой, что он снёс голову сразу двум ходячим – те рухнули как подкошенные. Лили не отставала – бетонный обломок врезался в грудь третьему, опрокидывая его на землю, а четвёртому я уже не дал шанса – короткая вспышка резака, и он осел без головы.

Последний дёрнулся в нашу сторону, но Лили добила его куском арматуры, который Марк подал ей прямо в руку.

Пять трупов за семь секунд. Без единого выстрела.

– Неплохо, – усмехнулся Винс, опуская автомат.

– Рано радоваться, – ответил я, прислушиваясь.

Звуки доносились сразу с двух сторон. В соседнем здании за дверью кто-то глухо долбился, сопровождая это хрипами – явно не меньше трёх-четырёх тварей. А в противоположном крыле раздался звон разбитого стекла, и один из ходячих вывалился прямо через окно, застряв на мгновение в раме, но быстро выбравшись и потопал к нам.

Марк встретил его куском шифера – тяжёлый удар пришёлся точно в висок, и ходячий рухнул замертво.

Мы подошли к двери, в которую долбились остальные. Гленн шагнул вперёд, уже собираясь дёрнуть ручку, но замер.

– Заперто, – сказал он, дёрнув ещё раз. – И внутри темно. Окон нет.

Я приложил ухо к двери, прислушался. Глухие удары, хрипы, шарканье. Не меньше пяти, а то и шести.

– Оставляем, – сказал я, отходя. – Пока. Все равно нам там делать нечего.

– А если там припасы? – спросил Нейт.

– Значит, вернёмся позже, с фонарями и нормальной подготовкой. Сейчас нам эти трупы не нужны.

Группа согласно закивала.

– Двигаем дальше, – скомандовал я. – Осматриваем то, что можно осмотреть. И глаз не спускаем с этих дверей – вдруг кто-то всё же вылезет.

Если так подумать, меня уговаривали не ехать, причём всеми силами. «Рука сломана», «отдыхай», «мы сами справимся». Я бы, может, и согласился, но надо было самому посмотреть.

Промзона – это не просто точка на карте. Это место, где можно обжиться. Бетонные заборы вокруг хоть и невысокие и через них перелезть легко, особенно свежим ходячим, – но это уже периметр. Зданий много, в некоторых вполне можно жить, внутри наверняка что-то осталось. Ангары... я сразу смекнул: если там была разборка машин или ремонтные мастерские, то там могут быть инструменты. А инструмент – это жизнь. Да и сам ангар можно под мастерскую приспособить.

Промзона впритык к порту. Разделяет нас только забор и пара зданий. Если зачистить их, убрать часть забора, то можно сделать переход и получится единая территория. А основные ворота тогда можно вообще закрыть и забаррикадировать – или укрепить так, чтобы не открывались от ветра.

Работы тут – непочатый край. Если, конечно, решим тут оставаться.

Я как раз об этом думал, когда появился Марк... Он вылетел из-за угла с таким лицом, будто клад нашёл.

– Айзек! – заорал он ещё издалека, из за чего я скривился. – Там! Там солнечные панели! Целая куча!

Я даже опешил на секунду.

– Где?

– Вон в том складе, – он махнул рукой в сторону одного из ангаров. – Похоже, там их просто хранили.

Я присвистнул. Солнечные панели – это не просто удача. Это энергия и свет, тепло, зарядка для раций и станка.

– Грузим, – сказал я. – Все в машину. Аккуратно, они хрупкие. Чтоб ни одной не разбили.

Народ засуетился, потянулся к складу. А я решил пройти в противоположную сторону, проверить, как там остальные.

Сделал шагов двадцать, когда грохнул выстрел.

Я рванул на звук и замер, увидев, как один из солдат – тот самый молчаливый, без имени – оседает на землю. А через забор, буквально одним прыжком, перемахнула фигура. Мелькнула оранжевая байка с капюшоном, за спиной небольшой армейский рюкзак, и всё – растворилась среди развалин.

– Твою мать! – я подлетел к солдату.

Но тот вдруг зашевелился, приподнялся и потёр затылок. Живой. Целый. Только похоже оглушённый.

– Ты как? – я помог ему сесть.

– Нормально, – промямлил он. – Вроде...

– Кто стрелял?

Солдат виновато опустил глаза.

– Я стрелял. Увидел движение, испугался, думал это ходячий. А это человек был... Я в него не попал, слава богу, только напугал... Он перепугался и сиганул через забор... Предварительно влупив мне по затылку доской.

Я выдохнул. Злость схлынула, осталась только усталость.

– Значит, здесь есть выжившие, – сказал я, глядя на забор. – И они нас боятся... Нормально.

– Прости, командир, – буркнул солдат.

– Живой, уже хорошо, – ответил я. – Вставай давай. И в следующий раз сначала смотри, потом стреляй.

Я ещё раз прошёлся взглядом по территории, прикидывая.

Забор реально низкий. Перелезть – раз плюнуть. Если решим тут обживаться, придётся поднимать минимум на метр. В идеале – пустить сверху колючку под напряжением. Но до такого нам пока как до луны. Электричество, генераторы, провода... Мечты. А вот поднять забор – вполне реально. Контейнеры и доски есть, руки тоже.

Я вернулся к основой группе. Солдат, которого чуть не подстрелили, шёл за мной, потирая затылок, но вроде оклемался.

Картина маслом: народ грузил панели. Аккуратно, бережно, как стекло. Марк руководил процессом, размахивая руками и подсказывая, куда ставить. Лили проверяла крепления. Рядом с панелями обнаружились газовые баллоны – кислород и пропан. Я аж присвистнул про себя. Это не просто удача. Это возможность резать металл без расхода плазмы. Теперь контейнеры можно будет разделывать по-нормальному, не экономя каждый заряд.

– Грузим всё, – скомандовал я. – Всё, что есть. Всё пригодится.

Когда машина была забита под завязку, я собрал всех.

– Докладывайте, что видели.

Каждый по очереди рассказал. Кто-то нашёл стеллажи, которые можно разобрать на металл. Кто-то – ящики с крепежом. Лили отметила пару зданий, которые выглядят жилыми. Винс показал на карте удобные подъезды. Морган, опираясь на свою трость-копьё, указал на слабые места в заборе.

Я слушал, запоминал, в уме складывал плюсы и минусы. Место хорошее. Но работать – до усрачки.

– Едем дальше, – сказал я, когда все закончили. – В строительный. За утеплителем.

Колонна тронулась. Дорога радовала – ходячие попадались, но редко. Марк развлекался: высовывался из окна пикапа, хватал мусор и отправлял его в головы особо настырным тварям. Получалось не всегда, но когда попадал – народ в машине одобрительно гудел.

До строительного супермаркета добрались без приключений. Остановились у входа, рассредоточились. Периметр осмотрели – и, конечно, гости не заставили себя ждать. Из-за угла полезли ходячие. Сначала пара, потом ещё, потом толпа.

– Работаем тихо, – приказал я. – Только модулями. Лишний шум нам не нужен.

Марк и Лили вышли вперёд. Мусора вокруг – завались: битые поддоны, куски стекла и метала, ржавые трубы. Всё это полетело в головы ходячих. Я подключался, когда кто-то подбирался слишком близко. Работали слаженно, без суеты.

Минут через десять толпа закончилась. Мы постояли ещё пять, вслушиваясь в тишину. Вроде чисто.

– Марк, остаёшься снаружи. Берёшь пару человек и следишь за периметром. Остальные – за мной.

Дверь супермаркета была распахнута. Внутри темнота, хоть глаз выколи, но из окон пробивалось достаточно света, чтобы разглядеть ряды стеллажей.

– Держимся вместе, – сказал я, доставая фонарь. – По сторонам не разбегаемся. В таком месте разделиться – даже не глупость, а самоубийство.

Я направился в отдел инструментов, где обычно продают фонарики и батарейки. За мной, плечом к плечу, двинулась группа. В темноте, среди рядов, могло таиться что угодно.

Вы прошли довольно длинный промежуток, и я начал понимать, что мародёры здесь если и были, то особо не старались. Продуктовый ларёк у входа действительно вынесли подчистую – только горсть орешков валялась на полу, рассыпанная чьей-то торопливой рукой. Но всё остальное... стеллажи уходили под самый потолок, длинные ряды, забитые коробками и упаковками. Чего здесь только не было! Стройматериалы, инструменты, утеплитель, сантехника, кабели, краска. Я даже прикинул в уме: это всё можно вывозить не один день. А наверняка есть ещё и складские помещения где-то в глубине.

Света катастрофически не хватало. У нас на всю группу был один фонарик – у Винса. Жалкий лучик, который выхватывал из темноты только то, что в двух метрах. Батарейки давно кончились, аккумуляторных мы так и не нашли. Все батарейки ушли на ЭМКу, и к большому сожалению у меня просто руки не дошли чтобы сделать её на аккумуляторе, слишком все сильно закрутилось в последние дни. Я мысленно сделал заметку: сделать фонарик с питанием от ИКС. Тогда проблем с освещением не будет. Но это потом, когда разберу станок. Сейчас он лежал упакованный, и доставать его ради одной лампочки смысла не было.

Мы почти добрались до нужного отдела, когда сзади раздался крик.

Я обернулся. Из-под стеллажа, прямо у ног одного из солдат, торчало половина туши ходячего. Мёртвая, гниющая, но очень даже активная. Ходячий, видимо, затаился там в состоянии сна, а когда мы прошли мимо – выполз и вцепился.

Он вцепился зубами прямо в голень солдату. Тот заорал, дёрнулся, но тварь держала мёртвой хваткой.

Винс выстрелил. В упор, прямо в башку ходячему. Тот обмяк, но зубы так и остались в ноге.

Я подлетел к солдату, рванул штанину. Кожа была прокушена. Кровь сочилась из мелких, но глубоких ранок. Укус.

Я скривился. Рисковать нельзя.

– Нет, командир, пожалуйста... – начал солдат, но я уже поднял резак.

Он не успел договорить. Короткая вспышка – и нога отделилась чуть ниже колена. Плазма прижгла рану, крови почти не было. Солдат заорал, забился, но Лили уже была рядом, прижимая его к земле, чтобы не дёргался.

– Перевяжите! – рявкнул я, и Лили с Винсом уже рвали аптечку.

А из темноты, со всех сторон, начали доноситься звуки. Шорохи. Хрипы. Шаркающие шаги.

На выстрел и крики полезли те, кто прятался в глубине. Из-под стеллажей, из-за стоек, из тёмных углов – ходячие вылезали один за другим.

Я невольно осознал, что мы в глубокой жопе.

Долго не думая, сделал пару шагов в сторону и со всей дури толкнул ближайший стеллаж. Тот жалобно заскрипел, накренился и рухнул, перегораживая один из проходов. Грохот стоял знатный, но выбирать не приходилось.

– Три подхода! – крикнул я, оглядываясь. – Держим эти три!

Работать одними модулями уже смысла не было. Ходячие нас услышали – спасибо выстрелу Винса и крику раненого. Они пёрли со всех сторон, и тишину можно было забыть.

– В круг! – рявкнул я. – Спина к спине! Раненого в центр!

Мы сжались. Лили упала на колени рядом с солдатом, накладывая жгут поверх обожжённой плазмой культи. Кровь сочилась, но не фонтанировала – плазма своё дело сделала, хоть и не до конца.

Я вскинул резак. Модуля на запястье не было, спасибо за это Шейну, а починить руки (рука) не дошли. Ну да и хрен с ним.

– Работаем стволами, – сказал я. – Одиночными, экономим патроны.

Первый ходячий вылез из-за стойки. Я выстрелил и снес полчерепа. Второй, третий, четвёртый полезли следом.

Лили закончила с жгутом, вскочила и подхватила модулем свёрло, валявшихся у рухнувшего стеллажа. Свёрла взлетали одно за одним и вонзились в головы трупов.

– Красиво, – выдохнул Винс, стреляя в следующего.

Мы молотили по ним без остановки. Выстрелы гремели в замкнутом пространстве, отдаваясь в ушах звоном. Я перезарядил резак (хотя одной рукой это сделать было непросто), снова выстрелил. Рядом работали Винс, Гленн, Морган со своим копьём, которое он вбивал в глаз самым настырным.

И вдруг всё стихло.

Я замер, прислушиваясь. Тишина. Только звон в ушах и тяжёлое дыхание.

– Всё? – прошептал Гленн.

– Жди, – оборвал я.

Минута. Две. Ни шороха.

Я огляделся. Вокруг нас валялись тела. Я насчитал пятнадцать, может, чуть больше. Все старые, подгнившие, воняло так, что глаза слезились. Видимо, они тут давно лежали в темноте, а мы их разбудили.

– Твою мать, – выдохнул Винс, опуская автомат. – Всего пятнадцать? А казалось...

– У страха глаза велики, – ответил я, опуская резак. – Бывает.

Лили вытерла пот со лба.

– Раненого надо наружу, – сказала она. – И перевязывать по-нормальному.

– Давай, – кивнул я. – Всем выходим. И следим за периметром и смотрите под ноги.

Мы начали выбираться из этого вонючего ада. Впереди была улица, свежий воздух и куча работы. Но главное – мы были живы.

Глава 10

Мы начали выбираться из супермаркета, и каждый шаг давался с трудом. Солдата тащили вдвоём – Винс и Гленн подхватили его под руки и ноги, но он то и дело сползал и наровил упасть на пол. Я шёл рядом и видел, что парень начинает отключаться.

– Эй! – я хлопнул его по щеке. – Не смей отрубаться, понял? Глаза держи открытыми.

Он промычал что-то невнятное. Веки снова поползли вниз.

– Твою мать, – я хлопнул сильнее. – Как тебя зовут? Давай, говори.

– Роджер, – выдохнул он. – Меня зовут Роджер.

– Откуда ты, Роджер?

– Из Огайо... Я из Огайо, Кливленд. – Он запнулся, сделал тяжёлый вдох. – Болел за «Кавальерс», дурак... хотя кого это теперь волнует.

– Волнует, – сказал я, поддерживая разговор. – А в форт как попал?

– Через Армию. Я резервист. Призвали, когда началось... Сказали, помогать будем. Ага, помогли... – он скривился то ли от боли, то ли от горечи.

– Держись, Роджер из Огайо. Уже почти вышли.

– Не хочу ногу терять, – прошептал он.

– Ногу ты уже потерял. А вот жизнь – ещё нет. Так что терпи.

Мы вывалились наружу, и я замер.

Прямо перед нами, на коленях возле военного грузовика, стоял мужик. Седой, лет шестидесяти, может, больше. Одет в потрёпанную, но чистую куртку, руки на затылке, волосы седые, как и короткая борода. Над ним с автоматом на изготовку стоял Нейт, а Марк метался рядом, судорожно оглядываясь по сторонам в поисках засады.

– Чисто! – крикнул Марк, оббежав грузовик. – Вроде никого больше нет.

– Стоять! – рявкнул Нейт на старика. – Не дёргаться!

– Я не дёргаюсь, – спокойно ответил тот. Голос усталый, но твёрдый. – Я никакой не мародёр. И не собирался ничего делать.

Я подошёл ближе, жестом остановил Нейта.

– Встать можешь? – спросил я.

Мужик кивнул, медленно поднялся, держа руки на виду.

– Я подумал... когда увидел военный грузовик, – сказал он. – Подумал, что вы пришли нас эвакуировать. Как тогда, в начале. Обещали же, что за нами приедут.

Я смотрел на него. Усталый, измотанный, но взгляд живой, не затравленный.

– Кто ты? – спросил я.

– Вернон, – ответил он. – Я врач. Был врачом. А теперь... просто выживаю. Как и все.

Я кивнул словам Вернона и обернулся к своим.

– Роджера в пикап, – скомандовал я. – Нейт, Марк – везёте его на базу. Быстро. Остальные остаются.

Нейт кивнул, и они вдвоём подхватили раненого, аккуратно загружая в кузов. Пикап взревел двигателем и скрылся за поворотом.

Я повернулся к Вернону. С секунду смотрел на него, потом протянул руку.

– Айзек Кларк, – сказал я. – Инженер. По крайней мере был им, пока всё это не началось.

Я усмехнулся своим мыслям. Инженер. Сейчас это слово звучало как-то странно. Будто из другой жизни... Хотя почему будто?!

Вернон пожал руку, а я продолжил.

– Военные не приедут, те, что остались, сейчас с нами. Выживают как и все. Мне жаль, что так вышло.

Он кивнул, но в глазах мелькнула тень. Понимание, разочарование и принятие.

– Если тебе что-то нужно в этом супермаркете, – продолжил я, – можешь идти с нами. Но сразу предупреждаю: продуктов там больше нет. Всё выгребли до нас.

– А аптека? – спросил он с надеждой. – В таких магазинах обычно есть небольшие аптечные отделы.

Я вспомнил планировку.

– Есть. Я видел вывеску, когда заходили. Но мы туда не подходили.

– Можно посмотреть? – он говорил тихо, но твёрдо. – Я врач. Лекарства сейчас на вес золота.

Я кивнул.

Мы вернулись внутрь аптечный отдел нас разочаровал. Дверь была взломана, витрины разбиты. Большую часть лекарств растащили. Но кое-что всё же осталось – пара упаковок антибиотиков, бинты, какие-то обезболивающие на нижних полках, куда мародёры просто не дотянулись.

Мы начали собирать остатки, когда Винс подошёл ко мне и заговорил вполголоса, кивая в сторону Вернона:

– Айзек, стоит ли вообще с ним делиться? Может, заберём всё себе? Мы его не знаем, непонятно, что за люди. Вдруг он такой же, как те с фермы, ну каннибалы, я уже успел об этом на слушаться.

Вернон стоял в паре метров и явно слышал. Он побледнел, сильно так. Так, как бледнеют люди, когда слышат что-то по-настоящему страшное.

– Я... – начал он, но запнулся. – Я не каннибал, клянусь. Я врач. Мы просто выживаем. Живём в канализации, потому что там безопасно. Там женщины, старики... Мы никого не ели. Никогда.

Он говорил сбивчиво, но в глазах был настоящий ужас. Не тот, когда лгут, а тот, когда слышишь о чем-то, что переворачивает душу.

Я посмотрел на Винса.

– Делимся, – сказал я коротко. – Лекарства нужны всем. И если он врёт, я разберусь.

Винс кивнул, хоть и без особой радости. Вернон выдохнул с облегчением.

– Спасибо, – тихо сказал он. – Спасибо.

После того как мы выгребли все что можно было выгрести я протянул пакет с лекарствами Вернону примерно треть от того, что мы нашли. Не густо, но для незнакомого человека, который напоролся на нас чисто случайно, вполне щедро.

Вернон взял пакет, всё ещё не веря своим глазам. Посмотрел на меня, потом на пакет, потом снова на меня.

– Спасибо, – выдохнул он с таким облегчением, будто я ему жизнь спас. – Вы... вы не из Кроуфорда. Точно не из Кроуфорда.

Я насторожился.

– Кроуфорд? Это что за место?

Он усмехнулся, но как-то горько.

– Вы явно не местные, – сказал он. – Кроуфорд – это такое сообщество. В паре миль отсюда. Они считают себя последним оплотом цивилизации.

– Считают? – переспросил я.

– Насколько я знаю, да, – кивнул Вернон. – У них там свои законы. Жёсткие. Живут по принципу силы. Отбирают всё, что могут унести, даже лодки из доков забрали. Никого не подпускают к своей территории, так же они не любят слабых, от стариков и детей предпочитают избавляться...

– И давно они там?

– Несколько месяцев. Мы стараемся держаться от них подальше. У них правило – чужих не жалуют. Могут и пострелять.

Я переварил информацию.

– Понятно, – сказал я. – Спасибо за предупреждение.

Вернон посмотрел на меня внимательно.

– Вы, я так понимаю совсем недавно тут? – спросил он.

– Да, – кивнул я. – Сейчас обитаем в доках... Укрепляемся потихоньку.

– В доках? – он удивился. – Это же совсем рядом с Кроуфордом. Вы не боитесь, что они заявятся?

Я пожал плечами.

– Пусть приходят.

Вернон хотел что-то добавить, но промолчал. Только покачал головой, глядя на меня с каким-то новым выражением – то ли уважение, то ли непонимание.

Я уже мысленно прокручивал в голове планы. Станок придётся распаковывать. И чем быстрее, тем лучше. Если где-то рядом ошиваются такие "кроуфордцы", нам нужно вооружать людей. Военных Харриса в первую очередь. Им модули нужны не меньше, чем моим. А значит, работы прибавится. Серьёзно прибавится.

Я снова повернулся к Вернону. Старик всё ещё сжимал пакет с лекарствами, будто боялся, что его отнимут.

– Расскажи про город, – попросил я. – Что тут вообще было? Что сейчас?

Вернон вздохнул, собираясь с мыслями.

– Саванна... она умерла быстро, – начал он. – В первые же недели. Люди бежали к порту, думали, уплывут. Но лодок на всех не хватило. Те, кто остался, разбежались кто куда. Мы с группой спустились в канализацию. Там сыро, темно, воняет, но ходячие туда не суются, в общем тихо и безопасно.

– И сколько вас?

– Пятеро, раньше было больше... Но... Вы понимаете.

– Мне жаль.

Он помолчал, потом спросил:

– А что в других городах? Вы же проезжали другие места. Что там творится?

Я усмехнулся. Вопрос хороший и ответ простой.

– То же самое, что и здесь, – сказал я. – Мародёры, каннибалы, просто выжившие. И хрен сразу поймёшь, кто из них кто. Нормальные люди могут оказаться хуже ходячих, а те, от кого ждёшь подлянки – вдруг помогают. Так что будь осторожен.

Вернон кивнул, принимая информацию.

– Спасибо тебе, – сказал он искренне. – За лекарства. За разговор. За то, что не стреляли.

– Обращайся, – ответил я. – Если что понадобится – помощь, убежище, просто совет, то найдёшь нас в доках. Мы там обосновались пока.

Он посмотрел на меня с благодарностью. Я повернулся к Лили:

– Проводи его до выхода. И проследи, чтоб никто больше не пальнул.

Лили кивнула и жестом показала Вернону следовать за ней.

А я развернулся к остальным:

– Идём в отдел электроинструментов и фонариков. Нам это нужно как воздух.

Мы двинулись к нужному отделу, когда Винс пристроился рядом и заговорил вполголоса:

– Айзек, слушай... а стоит ли доверять этим? Ну, Вернону и его людям? Вдруг они вообще мародёры, а этого старика послали на разведку, проверить, что мы за люди?

Я пожал плечами.

– На мародёра он не похож, – ответил я. – Слишком напуган. И слишком благодарен за пачку бинтов и таблеток. Мародёры так себя не ведут.

– А если играет?

– Играл бы по-другому... Не стал бы про Кроуфорд рассказывать. Ты видел его лицо, когда он это говорил? Они натерпелись от тех уродов, а потому информация про Кроуфорд сейчас важнее, чем пачка обезболивающего.

Винс хмыкнул, но спорить не стал.

Мы дошли до отдела электроинструментов, и я наконец выдохнул. Фонарики лежали прямо на витринах. Батареек, правда, почти не осталось, но сам факт. Ходячих больше не попадалось – видимо, мы разбудили всех, кого можно было разбудить. Но расслабляться рано.

Я смотрел на стеллажи, и мысли крутились вокруг одного. Кроуфорд.

Эти уроды где-то рядом. И если они такие, как описал Вернон, рано или поздно мы столкнёмся. К тому моменту надо быть готовыми. Утеплитель подождёт. Приехать за ним можно в любой день, за пару суток всё организовать. А вот оружие...

Я повернулся к группе.

– Внимание, – сказал я. – План меняется. Забываем про утеплитель, сейчас собираем весь электроинструмент. Гвоздепистолеты, перфораторы, отбойники. И гвозди. Их тут, судя по всему, хренова туча.

Народ замер, переваривая сказанное мной.

– Э... зачем? – спросил Гленн.

– Потом объясню, – отрезал я. – Работаем.

В этот момент появилась Лили, вернулась с проводов Вернона.

– Всё чисто, – сказала она. – Старик ушёл, никого по пути не встретили.

Я кивнул. Она оглядела стеллажи, увидела, на что мы собираем, и вдруг усмехнулась.

– Гвоздепистолеты? – спросила она, и в глазах мелькнуло понимание. – Ты хочешь сделать... то самое?

Я усмехнулся в ответ.

– Ага, гвоздепистолет с электромагнитной катушкой. Увеличить мощность так, что он будет не просто гвозди забивать, а пробивать черепа навылет.

Лили присвистнула.

– Помню эту штуку, убойная вещь.

– Это да, потому гребём все что можно. Ребята, разбиваемся по парам, собираем всё, что найдёте. Винс, ты с Гленном. Морган, с солдатом. Лили, со мной.

Мы разошлись по отделам. Кто-то ещё не понимал, зачем нам столько инструмента, но вопросов больше не задавали. Кажется уже все привыкли что я что то химичу.

А я уже прикидывал в голове, сколько всего можно будет сделать из этого добра. И как эти "кроуфордцы" удивятся, если сунутся к нам.

В течение часа мы выгребали всё, что только можно было выгрести. Работали как проклятые – выносили коробки, ящики, инструменты, и всё это летело в кузов грузовика. Кто-то тащил перфораторы, кто-то гвоздепистолеты, кто-то просто хватал всё подряд и запихивал в машину.

Я смотрел на этот супермаркет и понимал: это же золотая жила. Сюда можно будет возвращаться ещё долго. Тут есть всё – и утеплитель для зимовки, и инструмент, и материалы. Если всё грамотно вывезти, мы будем обеспечены ресурсами на месяцы вперёд.

Гленн тащил какие то коробки, вдруг остановился возле меня и посмотрел на свои руки. Потом на меня.

– Айзек, – сказал он тихо. – Мы сейчас все так ходим, ну без защиты. Один укус – и всё. Надо что-то придумать, у меня как раз есть пара идей.

Я кивнул. Он прав. Наш сегодняшний раненый – лучшее тому подтверждение.

– Сделаем, – ответил я. – Как станок разберу – займусь.

Про себя подумал: главное, чтобы Роджер выжил. Если вирус не успел распространиться, есть шанс что все будет хорошо. Надеюсь, ребята на базе додумаются поместить его в карантин. Хотя бы на первое время. А там... протез напечатать можно будет спокойно. Нога – не рука, там мелкая моторика не нужна.

Мы закончили загрузку. Добра набралось – вагон и маленькая тележка. Я даже пару металлических труб закинул в кузов, на всякий случай. В хозяйстве пригодятся.

Все запрыгнули в грузовик, в кабину все естественно не поместились, конечно – кто-то устроился прямо на коробках с инструментом но ничего, доедем.

Дорога была тихой. Спокойной... Даже слишком.

А потом раздался звон.

Колокол. Громкий, пронзительный, он буквально ввинтился в уши, после нашей тихой дороги этот звук казался оглушительным, как взрыв.

– Что за херня?! – выдохнул Гленн, хватаясь за оружие.

Лили рядом со мной напряглась, вглядываясь в окна, и впиваясь в руль.

А из тёмных переулков, со всех сторон, начали вылезать ходячие.

Они выходили из-за углов, из подворотен, из разбитых витрин. Несколько особо ретивых просто выпали из окон верхних этажей, расшибаясь в лепёшку об асфальт – но продолжали шевелиться, ползти, тянуть руки к машине.

– Газ! – крикнул я Лили. – Жми!

Грузовик рванул вперёд, но ходячих становилось всё больше. Они выползали отовсюду, будто этот чёртов колокол разбудил весь район.

Я полез в карман. Там, в отдельном кармашке, лежало несколько звуковых ловушек – моя старая разработка ещё из отеля. Батарейки хоть я берег как зеницу ока, но сейчас был тот самый момент.

Колокол наконец стих.

Я высунулся из окна и, когда мы проезжали мимо очередного забора, швырнул ловушки одну за другой. Они упали, замигали красным и через секунду заверещали – противно, резко, на такой частоте, от которой у ходячих, судя по моим опытам, сносило крышу.

Толпа дрогнула. Часть повернула на звук, часть осталась, но этого хватило, чтобы мы оторвались.

– Работает, – выдохнул Гленн.

– Ещё бы, – ответил я, глядя, как ходячие переключаются на ловушки.