Текст книги ""Фантастика 2026-204". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Samus

Глава 30

Сергей парил в позе лотоса над полом, словно подражая фальшивому марсианскому пророку. Или не очень фальшивому, хотя много ли ума надо, чтобы кричать про смерть, которая и так всегда ходила рядом с сильными магами?

Перед ним висело «наставление младому призраку», то есть пособие для желающих освоить магию душ и призраков. Хотя Сергей и прочитал несколько книг по этой теме еще в Академии, но руки так ни разу и не дошли практиковаться, опять было не до того. Да и преимущества выглядели как-то сомнительно, скажем так.

Первый выход из тела легче совершить, если вы оторветесь от земли, создадите условия, словно вы и так бестелесный, бесплотный призрак, указывало наставление и поэтому Сергей висел в воздухе. Душа мага была тесно сцеплена с его ядром и наоборот, и здесь мнения специалистов расходились – считать ли душу эквивалентной магическому ядру или одно являлось порождением другого и если да, то, что было раньше, душа или ядро?

В общем, эквивалент курицы и яйца, на магический лад.

– Внутренний покой, – пробормотал Сергей насмешливо, ощущая, что ничего не получается.

Возможно, для магов, едва способных поднять палочку, зависание в воздухе и помогало переключиться, но точно не ему. Взлетел, да, так он и раньше легко взлетал, нет, такое не помогло бы ему переключиться. Сергей плавно опустился на мягкие маты и задумался. Поза лотоса – понятно, тело компактнее, да и в прошлом мире она плотно ассоциировалась с магическими и медитативными практиками.

Но разве здесь ему требовались подобные костыли?

Сцепка души с ядром позволяла отчасти косвенно воздействовать на нее через проклятия. Проклиналось тело, повреждалось ядро, повреждалась душа – но через третьи, если не четвертые руки. В то же время было абсолютно точно доказано, что душам тело не обязательно, так как в наличии имелись призраки, остающиеся после смерти магов. Мало того, эти призраки могли колдовать на свой лад, что являлось мощнейшим аргументом той стороны, которая считала душу аналогичной магическому ядру.

В ситуации с призраками тоже проявлялся дуализм, столь характерный для всех аспектов бытия магического сообщества. С одной стороны, призраки считались не совсем «чистыми», мол, грешили много, настолько были злы на кого-то, что не смогли уйти и именно из-за этого Матерь не приняла их к себе. Не говоря уже о том, что они якобы пренебрегали первейшей обязанностью мага (по мнению новомагических церквей), вознестись к подножию трона Матери-Магии и служить ей.

Но, с другой стороны, призраки были необходимы, они считались самыми надежными стражами (не считая магических слуг, но те были привязаны к источнику и ограничены в перемещениях), не в последнюю очередь из-за малой уязвимости к обычной магии – воздействующей на тело и ядро, отсутствующие у призраков – и из-за незаметности для обычных заклинаний обнаружения. Маги, ставшие призраками, и поведали о многих особенностях такого бестелесного бытия, включая особенности их магии.

Сергею вспомнились призраки, порхавшие в БАМ, и он понял, что отвлекся.

– Внутренний покой.

Выйти душой из тела, сохранив с ним связь, что это могло означать в переводе на привычный Сергею язык? Его кровавое озеро-ядро забурлило, ударила мощнейшая струя, но в этот раз немного в иной конфигурации. Уровень озера понижался, в воздухе висел шар, словно удерживаемый руками невидимого великана.

А затем Сергей вытолкнул шар за пределы тела.

Завис в воздухе, глядя на собственное тело. Зрение было искажено, все искажалось и переливалось цветными пятнами, тело светилось, словно заправский прожектор. Магическое зрение, подумал Сергей, нет, наверное, это был неверный термин. Способность видеть только магию, зато во всех ее проявлениях, нечто подобное тому, что он устраивал в БАМ во время своих первых опытов.

Обоняние, осязание, вкус отключились, но в то же время слух словно бы обострился. Слух на проявления магии, тут же отметил Сергей, соотнося источник звуков с собственным телом. Значит, полное закрытие щитом, «мантия-невидимка» должна была делать его невидимым для призраков, и также это означало, что обоняние, осязание и вкус никуда не делись, просто изменились. Сергей подлетел и потрогал собственное тело, подтверждая свою теорию.

Значит, призраки могли пробовать еду и подпитываться ей, чтобы не зависеть от источников магии. Зависимость или, по крайней мере, необходимость в регулярной подпитке магией, была сильнейшим аргументом со стороны тех, не считал душу эквивалентной ядру.

Сергей осмотрелся искаженным зрением и выскользнул за стену, которую он видел благодаря установленным на ней защитам. Коридор и призрак-слуга, «протирающий» пыль, уничтожающий ее магией источника. Сергей взмыл выше, еще выше, вылетел за крышу, увидев огромное пылающее пятно – Асфодель, судя по всему. Продолжил подъем, пока не оказался за пределами источника Дэвины и ухмыльнулся.

Зрение резко прояснилось, под ним колыхался купол цветных, переливающихся пятен, словно огромный пузырь воды, искажавший все вокруг. Конечно, будь он чистым призраком, все выглядело бы иначе, но в такое состояние Сергей не стремился. Практически все руководства и пособия по «выходу душой из тела» отмечали опасность удаления от тела и уязвимость этой связи, равно как и самого тела, рекомендовалось запирать его на три засова, если не работать прямо из комнаты с Родовым Алтарем.

Но Сергей сейчас не видел никакой разницы: нить связи оставалась толстой, багровой, и он ощущал, что способен переместиться куда угодно, чуть ли не на другую планету. Но был ли в том смысл? Дэвина не ставила отдельного щита против призраков, но наверняка могла ощущать происходящее с Гарольдом-Сергеем, если бы отдельно сконцентрировалась на нем.

Проникновение призраком в города державников выглядело обманчиво соблазнительно, но что случится, если там ударят по душе или связи с телом? Сергей спустился ниже, дабы попрактиковаться в магическом зрении, потому что мало ли что пригодится в жизни? Маги склонны были забывать или не принимать в расчет редкие виды магии, хотя.

Сергей дернул призрачной щекой, понимая, что Гамильтон точно не мог забыть о таком.

Если ректор БАМ и практиковал призрачную магию, то, явно не отходя от источника, так что можно было и не мечтать подловить его на подобном. Пока что великаны и драконица оставались наилучшим шансом, и Сергей начал кружить, пытаясь засечь отсутствие магии. Полная, абсолютная невосприимчивость к магии у великанов означала, что внутри них зрение прояснится, не так ли?

Свою ошибку Сергей понял, только столкнувшись с невидимой стеной.

– А, ну да, опять дурак, – признался он самому себе.

Как заклинания бессильно разбивались о кожу великанов, так и его призрачное тело не сумело в них проникнуть. Боль отсутствовала, просто легкое удивление и ошеломление от неожиданности. Интересно, ощутили ли что-нибудь Кыр или Дыр, в кого он там врезался? Стремление великанов сохранить свои имена было понятно, а вот их желание взять себе племенное имя – Топор и основать это самое племя удивило.

Попробовав что-то объяснить разок, Сергей быстро сдался и махнул рукой, буквально, ведь изъяснялись они жестами. Хотят племя? Пусть делают, если смогут! Возмутятся старые пеньки из палаты лордов? Самое время будет щелкнуть их по носу еще раз! Не говоря уже о том, что великаны и драконица отлично дополняли образ Гарольда-изгнанника, нарушающего законы в пику Британии.

– Ладно, проведем еще пару опытов, – решил он, пытаясь управлять голосовыми связками.

Смещение в магический спектр, из-за этого голоса призраков слышались заунывными стенаниями, а обычными людьми так и вовсе не воспринимались, кроме смутного чувства тревоги. Натренировать и нашептывать, сводить с ума призрачными прикосновениями или залезать в сейфы, без защиты от призраков. Глупо, конечно, подумал Сергей, снова нарезая круги и пытаясь соотнести в голове изогнутые, дрожащие, размытые очертания вокруг с особняком и его окрестностями. Все, что он мог проделать призраком, точно также, даже лучше, мог сотворить и в обычном теле.

– Магия, магия, хм.

Он завис на месте, ощущая впереди какое-то огромное пятно словно бы дружественной магии. Превращальня или мастерская, скорее всего. Он воспринимал лишь магическую часть, так как у него не было тела для интерпретации, так? Значит, ему требовалось лишь распределить обработку, заклинания восприятия, нет, заклинания окружения, пересылка их в тело по связи, обработка, расшифровка, интерпретация, пересылка обратно.

Так он и сделал, даже не пришлось возвращаться в тело. Все вокруг резко прояснилось и вернулось к обычному, привычному виду. Такое призрачное состояние – уязвимость, прямой путь в ядро, как в случае связи с Дэбби, покивал самому себе Сергей. Пожалуй, это ставило крест на дальнейших использованиях, но Сергей, чтобы уж довести дело до конца, осторожно сунул голову в стену, туда, где ранее ощущалось светящееся пятно.

Меган, несомненно, но мало ли что там можно увидеть в превращальне? После недавних зооужасов как-то не тянуло резко врываться. Но картинка внутри была мирной, практически идиллической: на берегу бассейна, под жарким солнцем, сидела обнаженная Меган, свесив ноги и в воду и опираясь на руки, отведенные назад. Она пребывала в женском теле, но с огромным фаллосом, над которым сейчас трудилась Зося, изображавшая какую-то помесь русалки и осьминога с ящерицей. Длинный язык обвивал верхнюю часть фаллоса, вокруг нижней скользило щупальце, в которые превратились руки Зоси, второе, раздвоенное, обвивало пояс Меган и ласкало ее снизу, входя ритмичным толчками.

Не успел Сергей осознать и сбежать, как все закончилось.

– Все же мужчины не ценят своего счастья, – сказала Зося, шумно сглотнув и выбираясь из бассейна.

Поцеловала Меган в губы и улеглась рядом под солнцем.

– Они вообще глуповаты, – согласилась Меган, подкуривая сигарету и протягивая Зосе. – Но могучи. В общем понятно, зачем их Матерь создавала.

– Эх, Гарольда бы попробовать, – мечтательно протянула Зося, выдыхая дым.

– Да сколько можно повторять, даже не думай! – встревожилась Меган, приподнялась, но снова опустилась обратно в подперший ее тело шезлонг. – Разорвет, даже если он изо всех сил сдерживаться будет, а он не будет, потому что ртом ты работаешь просто божественно!

Зося улыбнулась, все так же мечтательно, а Сергей ощутил себя лишним на этом празднике жизни. Насколько вообще маги, выросшие в своих родовых мэнорах, привыкали к тому, что за ними могут постоянно наблюдать и следить?

– Надо бы этому балбесу Гарольду сказать о том прямо, – сердито продолжала Меган, поворачиваясь к Зосе, – а то ведь сам не сообразит!

– Разве тебе не нравятся именно такие? – улыбка Зоси стала лукавой, она тоже повернулась набок, очерчивая рукой тело.

Так себе было тело, признаться честно, мелкое и тощее, с родинками и веснушками, но могучей, мускулистой Меган, похоже, нравилось.

– Неопытные простаки, которых ты учишь всем тайнам разврата и секретам Священного Рода?

– Да, – жарко выдохнула Меган.

Сергей уж решил, что сейчас последует продолжение и приготовился улетать, но ошибся. В целом вообще следовало улетать, но подслушивать двух разгоряченных обнаженных женщин, только что любивших друг друга, оказалось внезапно приятно. Отдавало чем-то извращенно-возбуждающим.

– Вот только Гарольд, хоть и неопытен, но далеко не простак, – выдохнула дым Меган и щелчком избавилась от окурка. – Помнишь, как Ниссу стало плохо от его воды? Ну вот, это все от избытка силы и магии, которым тебя просто разорвет.

Сергей озадаченно потер свой призрачный подбородок, поймал себя на том, что уже мысленно прикидывает, как бы так аккуратно проверить и доказать, что Меган ошибается.

– Я знаю, что ты не можешь ощутить, но представь себе, что секс с Гарольдом, для женщин-магов это не просто оргазм, а нечто, стоящее еще выше. Каждая клеточка его семени несет в себе эту силу, и она пронзает тебя, растекается по организму, возбуждает, делает сильнее и ты думаешь только о том, как бы отдаться ему еще раз, зарядиться и испытать нечто божественное. Словно слияние с самой магией, ожившей в нем. Ты думаешь только о нем, как бы вступить с ним в брак, нарожать ему детей, угождать во всем, и это несмотря на то, что у вас был лишь извращенный секс.

– Такой бывает? – удивилась Зося, почесывая левую грудь.

– По мнению Гарольда бывает. Голова его забита всяким мусором, который я охотно исправила бы… если бы не эта ловушка с сексом и заманиванием в брак. Не знаю, знал ли о ней братец, но вполне мог, мог, желая мне счастья.

– Разве не хотел он сам стать твоим мужем?

– Еще как хотел, – искривила губы Меган, – так хотел, что девственность со мной на Родовом Алтаре потерял, но все равно не осилил вступление в брак. С горя в Главы Рода пробился, да только я уже давно в космос к тому времени улетела, а он не смог. Его влияния хватило прикрыть меня, но брак уже не потянул.

Компромиссная фигура между несколькими группировками, похоже, отметил Сергей.

– И раз он прислал Гарольда ко мне, то, возможно, все же сдался и отступил.

– Почему? Разве не сможете вы видеться и спать друг с другом?

– Эх, Зося, какое ты все еще наивное дитя, – рука Меган потрепала ее за щечку, затем опустилась ниже, начала ласкать ее между ног, – но именно это в тебе и возбуждает. В магическом браке, кто сильнее, тот и главный, а Гарольда хватит на десяток таких, как я. Вступив в брак, я буду думать только о нем.

– Но разве обязательно выходить за него? – спросила Зося, с легким стоном запрокидывая голову.

– Нет, но, – Меган приникла к ней, покрывая шею поцелуями, – меня тянет. Я боюсь, не хочу терять свободу, но все равно тянет навстречу опасности, как вот тебя. О, к карликам все дела! Превращайся в Честера, сейчас я тебя поимею на нашем родовом алтаре!

Сергей полетел обратно в тело, ощущая, как горят его призрачные уши.

Глава 31

Бурые равнины Марса пылали и тряслись, вздыбливались живыми волнами, которые накатывали на склон кратера и откатывались обратно. Воздух темнел от летящих в атаку роев, с которыми бесстрашно сходились лоб в лоб стаи пиксиборгов и беспилотников. Грохотали пулеметы, воздух чертили ракеты и лазерные лучи, рвались заряды плазмы, бушевал настоящий шторм из молний и клинков, исчезавший бесследно в этом бесконечном потоке.

Хлопки крыльев и жужжание, кислотные плевки, плоть против стали, магия против чудес биотехнологий, и сияющий фоном огромный портал, через который продолжала литься на Марс река инопланетян. Поверхность портала пошла рябью, вперед вырвались несколько закованных в природную броню громадин, словно увеличенных в десять раз слонов, с бивнями-клыками, протыкающими лучшую сталь, как бумагу.

– Перезаряжай щиты, быстрее, быстрее!

– Прорыв в пятом секторе!

Разметав всех, стоптав установку силового щита, одна из громадин пробила строй. Следом ринулись огромные жуки в толстых блестящих панцирях, вонзая свои клыки в марсиан, разрывая их на части, вбивая в склон кратера, в котором скрывалась атмосферная фабрика. Какой-то храбрый боец выскочил из окопа, оказался вблизи громады, огромного живого танка, вскинул на плечо переносную ракетную установку.

– Воздух!

Две стаи ос-бомбардиров спикировали, забрасывая склон газовыми «гранатами». Бойцы активировали фильтры, сражались, стреляли в упор, разили заклинаниями, отступали по склону, прикрывая друг друга. Пространство скрутилось, сминая прорвавшихся инопланетян, и защитники кратера взревели дружно.

– За Марс и его принцессу!!

Принцесса Марса, в боевом доспехе, ступила из портала прямо в воздух, прикрываемая отрядом Мобильной Пехоты в маботах. Из овала огромного портала под ней, скрученного ее силой крови, бесконечным потоком лилась волна марсиан, зеленокожих и четырехруких, трехметровых. В броне, с топорами и бластерами в руках, верхом на боевых шестиногах, они врезались в ряды инопланетян-насекомых, заливая все вокруг кровью и заваливая телами.

– Принцесса Дея!

Из рукавов боевого костюма принцессы выскользнули лезвия, вспыхнули и вокруг них вспыхнули их призрачные подобия, размером с полусотни метров. Там, где они проходили, пространство сминалось и летящих в атаку инопланетян, удивительно похожих на земных насекомых, останавливало прямо в полете, разрывало на части. В мгновение ока пространство вокруг оказалось расчищено и с небес спикировал мабот, ударяя силой крови, повелевающей гравитацией.

Громады живых танков затрещали, лезвия-бивни их воткнулись в землю.

Из портала рвались новые орды, включая летающих, с ходу начали забрасывать зеленых марсиан биобомбами. Промчался мабот, окруженный настоящей стаей клинков, столкнулся со стрекозой, рухнул вниз, продолжая сражаться даже в падении. Клинки из земли, клинки в воздухе, живая волна инопланетян одолела, захлестнула упавший мабот.

– Прорыв в двенадцатом секторе!

– Их слишком много!

– Они высадились на крышу фабрики!

– Санитары, не спать!

– Джон Картер, я оставляю принцессу вам! Принцесса, окажите нам честь!

Воздух смялся, пространство до портала инопланетян сократилось.

– Мобильная пехота, мы должны закрыть портал! Никто, кроме нас, этого не сможет!

– Никто, кроме нас!

Маботы проскакивали по сокращенному пространству, несколько сразу повалилось оземь, остальные словно взорвались огнем и вспышками заклинаний. Каменистая земля возле принцессы затряслась, из склона кратера начали высовывать огромные головы зубастые черви. Джон Картер прыгнул, подхватывая принцессу одной рукой, второй разя червей магией.

Поток всесжигающего пламени, склон кратера взорвался вместе с червями, драконица подхватила принцессу Дею Торис и Джона Картера, взмыла выше. Вид атмосферной фабрики, облепленной инопланетянами, то и дело валящихся вниз от выстрелов и заклинаний в упор. Новый шторм молний, воды и плазмы. Вид на портал инопланетян.

Мабот Дэвины пробился в центр портала, словно застыл там, и инопланетяне – насекомые разодрали его обшивку жвалами, вскрыли капсулу.

– Слава Мобильной Пехоте!

Все скрылось в ослепительной вспышке самоподрыва и портал схлопнулся, исчез. Снова вид на принцессу Дею, отдающей посмертный салют, по щекам ее бежали две слезинки.

– Никакой пощады врагам! Смерть и слава!!

– Смерть и слава! За Марс!

Защитники Марса воспряли духом, общие сцены могучего сражения, истребления и могучий крик:

– СНЯТО!!!

Сергей повел рукой, отменяя чары, затем утер пот со лба. Иллюзия кровопролитнейшего сражения исчезла, являя взору бурые почвы Марса, исчерченные знаками и фигурами. Пришлось как следует потрудиться, тот же принцип, что в свободных «превращальнях», но с элементами ритуалистики и иллюзионизма, выгрузкой воспоминаний для активации матриц сцен. Очень пригодились редкие и обрывочные воспоминания о роликах по Старкрафту, чего уж там.

Неделю, если не больше, Сергей трудился над этой частью Марса.

Также он возвел вот этот искусственный кратер и коробку «фабрики» в нем. Нильсу или его подручным еще предстояло совместить все это со снимками настоящего Олимпа, но это уж точно были не проблемы Сергея.

– Магнифико! Грандиозо! Умопомрачительно! Запредельное безумие! – подлетел Нильс.

Он ринулся в атаку, начал целовать руки Сергея, подбираясь выше. Сергей невольно отпихнул его брезгливо, отшатнулся, но это ничуть не испортило настроения режиссера.

– Шедевр! Наши имена впишут золотыми, алмазными буквами, вознесут на пьедестал! Я восхищался и раньше, но это было удольберто, владыка Гарольд вы превзошли сами себя!

Это было очень забавно.

Асфодель приземлилась рядом, скаля пасть.

– Ф-ф-фух, – рядом появилась якобы взорвавшая себя Дэвина. – История немного затянулась.

Несмотря на эпизодичность своего появления, она все равно ворчала, что ей не дают заниматься делами и источником, отрывают от дел, мол, заработки команды, особенно из-за Нисса и Зоси, главных героев фильма. Поэтому в сценарий было внесено небольшое изменение на ходу и майор мобильной пехоты пала смертью храбрых, обеспечивая победу силам Марса.

В сущности, оставалось не так уж много: салют майору и всем павшим защитникам Марса, сцена в штабе, где принцесса заявит, что нельзя отсиживаться, надо спасать Землю, и сбор сил. Детали исходной книги, вроде летающих поясов и лодок марсиан, отлично вписались в фильм, только тут все объяснялось магией. Силы крови, за исключением работы с пространством (где работала Меган, для пущего натурализма), Сергей обеспечивал заклинаниями со схожими эффектами.

Собственно, мнения расходились только насчет финала. Режиссер орал, что история вышла цельная, простая и цельная, стало быть, ее надо обрывать в этом моменте, перед тем как «дочь тысячи магов» своей силой крови скрутит пространство, открывая портал на Землю. Мол, накалить ожидания, чтобы потом, во второй части, раскрыть как следует битву за Землю и выяснение, чего они прилетели – раскрытие истории о том, что четырехрукие зеленые марсиане (по легенде фильма исконные обитатели Марса) дальние родственники или враги этих самых инопланетян.

Сергей же предлагал закончить все спасением храма Матери на Земле и явлением богини. Он признавал ценность накаленных ожиданий и продолжения, но сильно сомневался, что у него будет время, силы и желание возиться еще и со второй частью. Нильс бросал метафорическую шапку оземь, хватался за сердце и волосы, орал, что другие державники уже выразили интерес, и с ними можно будет такую массовку и такой прокат собрать, что все просто ахнут!

Но Сергей все равно сомневался.

– Ну что, домой?

– ДА, – тут же повысила голос Дэвина. – Столько дел!

Подошли сияющие Зося и Нисс – Дея Торис и Джон Картер, соответственно. Штайнер так и не стал сниматься в фильме, предпочтя последовать примеру самого Сергея-Гарольда: работа по обеспечению съемок и спецэффектов. Все трое были в приподнятом настроении, но от возгласа Дэвины слегка угасли.

– Снимать, снимать и снимать! – вскричал Нильс. – Нужно ковать фильм, пока горячо!

– Да, продолжайте, – благосклонно отозвалась Меган, и ее команда просияла. – Мы же не нужны?

– Снимем пока цены в штабе и похороны майора, еще этот мелкий эпизод с ранеными, тут и нашей массовки хватит, так что нет, не нужны, – вынес вердикт Нильс, задумавшись на мгновение. – Но вот потом, и милорд Гарольд, я вас уверяю, можно такую конфетку получить, м-ма! Синема Франсэ умоляют меня дать им поучаствовать, они подсмотрели немножко съемок…

– Что? – нахмурился Сергей.

История с ядом не повторялась, но мало ли? Подослали сюда кого-то из своих? Кого пустили? Как?

– Со спутника подсмотрели!

Легче не стали, сразу вспомнилась история на Луне. Нильс, не замечая и не зная этого, продолжал размахивать ручонками, при молчаливой поддержке съемочной группы.

– Узкоглазые тоже хотят принять участие, можно будет провести съемки в Поднебесной, там полно старинных храмов, представляете, какие будут виды⁈ Совместить с Гималаями, о! Или еще лучше, можно будет рассказать еще часть вашей истории, милорд Гарольд, о горах и храмах Матери!

Глаза Сергея словно вспыхнули, пролом в склоне кратера разлетелся, расширился еще. Нильс даже не понял, похоже, что ударился не в ту тему, но Меган уже передвинула его прочь силой крови и вздохнула. В груди Сергея бушевала ярость – рассказывать о его плене⁈ На потеху публике⁈

– Домой? – повторила Меган.

– Нет, – яростно выдохнул Сергей, удивляясь, что из ноздрей не пышет пламя. – Полетаю, остужу голову, да и Асфодель надо тренироваться.

Меган только кивнула и исчезла вместе с Дэвиной, а Сергей взмыл в небеса стремительно, кидая мыслеобраз Асфодель. Та расправила крылья и радостно устремилась следом, наслаждаясь полетом. Да, вокруг не было воздуха, но как выяснилось, магии драконов он не сильно и требовался. Они взмахивали крыльями, походя тем самым на птиц (при том, что являлись больше ящерицами), но работала магия, а не подъемная сила.

Асфодель, пребывавшая в развлекательном центре с самого вылупления из скорлупы, не умела летать «по-драконьи», пронзая пространство телепортами, и теперь осваивала это искусство. Врожденная магия и инстинкты помогали, конечно, но все же в рабстве своем она даже не задумывалась о подобной возможности (хотя и хотела сбежать), пока Сергей не упомянул о ней.

Будешь превращаться?

Да.

Асфодель была права, ярость и злость, бушевавшую внутри, следовало пережигать в дела. Сергей осознавал, что злится на себя, что Нильс не знал и не мог знать, кроме перевранных на тысячу раз слухов, но все равно, как же это бесило!

К бесящим факторам добавлялось и то, что ему никак не давалось превращение. Он мог стать внешне драконом, но это была лишь имитация, подделка, с мозгом человека внутри. Словно превращения в борделе, где ты мог внешне стать кем-то, но внутри оставался собой. Освоение же магии драконов было невозможно без подлинного превращения, и оно никак не давалось Сергею.

Про великанов и говорить нечего, там тоже ничего не выходило, потому что невозможно было магией имитировать подлинную неуязвимость к магии или с ее помощью превратиться в кого-то, отрицающего магию. ДНК, гены, размножение и чудо рождения Руперта Огра становилось вдвойне чудом. Собственно, если бы можно было магией воспроизвести плоть великанов, это давно бы уже сделали, повторив и размножив абсолютный щит против магии.

Но никто не смог, и Сергей тоже сомневался, что сможет. Здесь требовалось сочетание магии с биотехнологиями, в которых он просто не разбирался. Смутно Сергей осознавал, что в дело в генах: способности к магии, передача их потомству, накопление так называемой силы крови, особенно в результате родственных браков, выправление генетических дефектов, словно сама сила крови выправляла последствия инцеста, не давала ошибкам накапливаться. У великанов в этой схеме рассуждений наличествовал ген анти-магии, но какой из них?

То есть надо было садиться, брать пробы крови и кожи, слюны, чего там еще, исследовать их без магии, которая не действовала на плоть великанов, и составлять «генную карту». Выделить из них ген анти-магии и вот его уже, возможно (но совсем не факт) воспроизводить магией. Либо как-то воспроизводить без магии, а потом… создавать искусственную великанью плоть? С возможной необходимостью составлять карту геномов магов, ну и так далее, и так далее, работы на сто лет без гарантии результата.

Гарольд?

Геном. Плоть. Разве не пробовал он уже этого?

Мне нужна твоя кровь. Капля.

Ярость все еще бушевала в нем, Сергей летел, изображая пятиметрового дракона, но не ощущая себя им. Он смог бы обмануть внешнего наблюдателя, благо не требовалось палочки для колдовства, но толку-то? Асфодель вскинула лапу, царапая свой бок и Сергей вытянул пасть, втянул в себя каплю крови, слизнул ее, запуская процесс превращения.

Первую секунду ничего не происходило и его пронзило вспышкой злобы, ярости.

Недостающий толчок, которого не хватало всему процессу. Сергей вытянулся, раскинул крылья, воспарил, легко и просто, так как полет стал частью его. Внутри пылало неугасимое пламя, и он выдохнул струю его радостно в небеса, наслаждаясь своей мощью и силой.

Он снова приблизился, длинный, вытянутый язык его лизнул рану на боку прекраснейшей из дракониц, и та игриво шлепнула его хвостом в ответ. Она была готова к размножению, и Сергей ощутил в себе пламя продолжения рода, снова взревел, возвещая миру о своей страсти.

Тело ее грациозно изогнулось, маня яйцекладом и Сергей изогнулся в ответ, они кружились в небе, сплетаясь двумя спиралями, заигрывая, потираясь телами, обдавая пламенем. Первый брачный танец, неповторимый и уникальный, и мчащаяся рядом Асфодель была самой прекрасной из женщин всех миров. Не прекращая полета, Сергей, легко и естественно, словно проделывал такое сотню раз, оплел ее хвост своим, притянул к себе, под себя, навалился сверху.

Их клоаки встретились, соединились, как и было заведено от сотворения мира, и Сергей вдруг вспомнил смешное соитие из прошлого, когда он создавал подделку-драконицу. Верно возмущалась та самка, Сергей все сделал неправильно, и сейчас его смех над собой прокатился пламенем по небу, сотрясая все вокруг, включая тело Асфодель.

Пламя внутри Сергея, негасимое пламя, рвануло и прокатилось волной наслаждения по телу, устремилось в драконицу, чтобы там столкнуться с ее магией и сформировать яйцо, зародыш их будущего ребенка, дракона, преисполненного магии, родившегося из нее, как оно и должно быть.

В эти мгновения Сергей-дракон был беспредельно счастлив и знал, что он выполнил свою миссию в этой жизни.

Два дракона кружили в небе, сплетаясь телами и озаряя все вокруг пламенем.