Текст книги ""Фантастика 2026-204". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Samus

Глава 32

Дэвина подогнула правую ногу, кокетливо выставляя ее из шелкового халата, украшенного розами. Пухлую такую ногу, на которой не хватало только следов варикозного расширения вен.

– Ну как? – спросила она игриво, кладя левую руку на бедро.

Зося захлопала в ладоши.

– Ужасно, – ответила Меган. – Плохая из тебя гейша.

– Гейши в Японии, а в Китае – шуюй, – ответила Дэвина, – а если углубляться в древность, то гэцзи, тогда как термин «поющие девушки» после Освобождения стал чуть ли не наихудшим ругательством.

– Тебе виднее, – откликнулась безмятежно Меган, – ты у нас главный специалист-китаевед.

Пока Сергей лениво раздумывал, как бы пробраться в главные поселения других космических держав, и вяло, без особого интереса, разведывал подходы, судьба сама предоставила ему шанс. Возможно, помогла вылазка в Дэнвилль, китайцы что-то там уловили, какие-то флюиды его интереса в астрале и пошли навстречу.

Прислали официальное приглашение посетить их «Чайнатаун», который официально именовался Пекином-4, с длинной витиеватой просьбой не оставить их милостью Матери и обсудить с ними участие в проекте «Солнечной воронки». Сергей подумал пару секунд и согласился, пригласил остальных, но все, кроме Дэвины, отказались.

– Никакого веселья с вами, – вздохнула Дэвина и обернулась к Сергею. – Что стоишь? Надевай официальный наряд!

Сергей провел рукой по одежде, и та изменилась. Мантия, с гербом Чопперов, расфуфыренная рубашка – увы, волей этой старомаразматичной палаты лордов, весь официоз зафиксировался на уровне конца девятнадцатого века, времен «перед Освобождением». Хотя бы обувь была не с загнутыми носками и на том спасибо. Напоследок Сергей извлек две палочки, одну из них Старшую, и повесил на пояс.

– Вот так-то лучше, – Дэвина совершила аналогичный жест, тоже меняя на себе одежды.

Они переместились в Марсианку и оттуда в Дэнвилль, где их уже поджидал разукрашенный огромный маголет, больше напоминавший позолоченный лимузин. И еще десять маголетов и два мабота сопровождения.

– А нам не нужно было явиться с чем-то похожим? – весело спросил Сергей у сидящей напротив Дэвины, когда они погрузились и взлетели.

– Как ни странно, но нет, – ответила Дэвина, задумчиво разглядывавшая потолок маголета. – Это как бы следующая ступень, выше обычного официоза, мол, ты настолько могуч и прямо целый небесный дракон, который может летать, где хочет, в одиночку и все равно все будут знать, что он небесный дракон.

– Тогда можно было обойтись и без официальной одежды?

– Это твой первый визит, так что нельзя. Разумеется, если ты не хочешь дать им понять, что не намерен вести с ними официальных дел.

– Ты это все узнала там же, где изучила китайский?

– Я – австралийка, – сухо напомнила Диана. – От нас до Поднебесной – один телепорт. Или прыжок мабота.

Сергей аккуратно, чтобы не заглушить маголет, поставил щит от подслушивания, активировал систему связи в скафандре на поясе Дэвины, сразу включая шифрованный канал.

– Возможны покушения – не теряй бдительности.

– Сам не теряй, – огрызнулась Дэвина. – Вот почему к твоей бочке меда, Гарольд, обязательно прилагается ковш дерьма?

Замолчала сердито и Сергей замолчал, думая о своем. Везти их с помпой через половину Марса было бы слишком долго, поэтому официальный полет сократили до минимума, но все же не убрали целиком, и это о чем-то да говорило.

Остальные державники, услышав, что Гарольду Чопперу плевать на этикет и официоз, только радовались, а китайцы и тут оказались наособицу. Точно так же, как сама Поднебесная стояла особняком в ряду самых могучих держав. Иногда это представляли пирамидой, одной из любимых форм магов с незапамятных времен. Мол, наверху только Мать-Магия и она одна, следом идут три сверхдержавы: Британия, Франция и Германия, следом еще пять держав: США, Китай, Союз Единения (так здесь именовали бывшую Российскую Империю, так и не ставшую СССР), а также империи ацтеков и инков. Следом выделяли семь стран из числа европейских сателлитов, потом восемь колоний и Японию, и так далее, кажется в пирамиде было семь ступеней, если Сергея не подводила память.

Тот факт, что на третьей (а де-факто на второй) ступени стояли кровавые империи и Союз Единения, считавшейся здесь единой ордой порабощенных мозговых зомби, тоже о чем-то да говорил. Китай, в свою очередь, вскарабкался в этот клуб тоже на крови, жертвах собственных подданных, благо их там всегда хватало. Многочисленные подданные, собственная школа магии, пускай и полузабытая, хорошие природные барьеры и прикрытый тыл – в Сибири (Монголию, кажется, съели незаметно). Не исключено, что Поднебесная воевала с Союзом, но точных сведений получить не удалось, а когда в небеса массово взлетели спутники, то все уже давно закончилось.

Поэтому к Поднебесной (все мощные державы откатились до империй, одни США удержались) относились настороженно, торговали и взаимодействовали, как с теми же ацтеками, майя и инками, но старались ограничивать. Усиливали Японию, в противовес, и продавали из-под полы им новые технологии и заклинания, держали в Индии большую военную группировку и поощряли индусов к размножению, создавали льготные условия, строили во Вьетнаме заграждения, держали военно-морские базы на Филиппинах и в Индонезии, базу в Сингапуре и так далее.

Но Китай, кланяясь и улыбаясь, играя на противоречиях сверхдержав, все равно пробился наверх, буквально, сумев самостоятельно выйти в космос и даже запрыгнув на последнюю ступеньку поезда первой волны экспансии. Считалось, что в Поднебесной бросили на алтари всех, кто стал жертвами Опиумных войн девятнадцатого века и не только превратился в наркоманов, но еще и приобщал к этой вредной привычке окружающих.

Оценки расходились, по разным данным это число составляло от четверти до трети населения.

Океан крови, буквально, гекатомбы, позволившие им создать щит вокруг страны и отсидеться в Первой Магической, остаться в плюсе по ее итогам и немножко надкусить соседей. Океан, позволивший резко, с нуля, возродить магические Рода, поднять им силы крови. До сверхдержавы Поднебесная так и не допрыгнула, но стремилась туда и на этой почве дружила с США, которые одновременно с этим тянули преференции со сверхдержав, под предлогом сдерживания Китая в Тихом океане.

В общем шла нормальная, цивилизованная жизнь.

– Прилетели, – сказал Сергей, ощутив касание магии чужого источника.

Словно старый, давно выдохшийся ароматизатор, неуловимый запах на грани сознания. В сравнении с другими источниками, китайцы, похоже, максимально пожертвовали плотностью ради дистанции и это означало, что магический слуг здесь должно быть меньше.

– Сколько лет ты говоришь, просидел под печатями? – ворчливо спросила Дэвина.

Сергей только улыбнулся, ибо этот вопрос звучал уже неоднократно. Мол, если бы у Мёрдок был талант пророка, она бы еще в детстве написала дедушке Гамильтону и просидела бы два десятка лет под печатями, ради такой пачки талантов и мощи. Обостренная интуиция Сергея при этом улавливала невысказанное вслух: вся судьба Дэвины пошла бы иначе, она не пострадала бы, не оказалась бы вынуждена бежать в космос и так далее.

– Прошу, прошу вас, дорогие гости, – с ослепительной улыбкой сообщил какой-то очередной пожилой китаец, кланяясь до земли.

Целая очередь, живой коридор из китайцев-магов, согнувшихся в почтительном поклоне. Дэвина бросила взгляды по сторонам, словно оценивая архитектуру в китайском стиле, но промолчала. По договоренности ей предстояло вмешиваться, когда Сергей уж совсем грубо бы собрался нарушить этикет или если бы переводчик начал искажать тексты.

– Надеюсь, ваша дорога была легкой и приятной, прошу следовать за мной.

Сергей мысленно хохотнул, представив, как он жалуется на отсутствие бортпроводниц и горячих закусок в дороге. Скорее всего, тут и сами не знали, как бы не задеть Гарольда Чоппера ненароком и решили вовсе не трогать.

Они пошли по толстой ковровой дорожке, мимо этого живого коридора из магов. Довольно слабых магов, возможно согнанных сюда для массовки. Островерхие башенки, низенькие стены, округлые ворота без створок и за ними величественная пагода в пять ярусов. Сам Пекин-4 оставался за спиной, но оборачиваться Сергей не стал, выглядело бы неловко.

Каменные львы – охранники у ворот, буквально, очередные боевые големы в пассивном состоянии.

Сергей улавливал словно бы дыхание города, большого города, с многочисленным населением, и подумал, что в Поднебесной тоже наступили в эту ловушку. Действия давали результат на Земле и их переносили в космос, упирались в тупик. Или, или, вдруг подумал он, проходя под аркой ворот и ощущая в ней камеры и датчики, это сделано намеренно. Завезти как можно больше людей, затем бросить их на алтари и резко усилиться или вообще захватить Марс.

Почему-то он не сомневался, что в желающих улететь с Земли недостатка никогда не было.

– Чего пожелают драгоценные гости? – прошелестел дуновением ветерка вопрос. – Осмотр достопримечательностей и достижений Поднебесной империи, перекусить и отдохнуть с дороги или сразу перейти к делу?

Сергей бросил взгляд на Дэвину, но та делала вид, что рассматривает пагоду.

– Думаю, обсудим дела, затем можно отдохнуть и осмотреть достопримечательности, нагулять аппетит в ожидании пира, которым отметим заключение договора, – ответил Сергей.

Чего тянуть, сразу расставить точки над запятыми, а затем расслабить их заключением договора, все равно же собирались заниматься солнечными зеркалами. На прогулке незаметно пощупать местные системы, а во время пира вломиться и все украсть, если найдется уязвимость.

Просто, элегантно, с пользой для дела, заодно Дэвина развлечется.

– Ваша воля – закон, прошу следовать за мной, – и сопровождающий указал на пагоду.

Судя по тому, что он был сильнее других магов и отлично владел английским, сопровождающий, скорее всего, относился к ближнему кругу кого-то из тех, с кем прилетел вести переговоры Сергей. Можно было и расспросить его, чего вдруг в Пекине-4 активизировались, но Сергей подозревал, что ему и так все расскажут, в процессе «соблазнения».

Внутри пагоды царила приятная полутьма, возможно призванная скрыть стоящих в нишах маботов. Тоже своего рода знак, намекающий, что вылазка сюда в ночи, скорее всего удалась бы. В центре зала стояли низенькие столики, были разложены подушки и развешаны магические светильники, оформленные под традиционные фонари. Там, скрестив ноги, сидел пожилой маг-китаец, завернутый то ли в халат, то ли в подобие мантии. Небольшая шапочка, из-под которой виднелись черные волосы, непроницаемо морщинистое лицо. Маг с силой крови и не из последних, в рукавах халата-мантии скрывались две палочки.

За его спиной, почти невидимой тенью находился личный слуга и, скорее всего, охранник. Сопровождавший Сергея и Дэвину тоже отошел в тень, занял свое место переводчика и, возможно, советника.

– Для меня честь приветствовать в этом храме любимца могучей Матери, – поднялся и склонил голову, сложив руки перед собой пожилой маг. – Меня зовут Шань Ху, и я удостоен чести проведения переговоров благодаря дальнему родству с Поднебесным Императором, да правит он вечно.

Сергей удержал вопрос «а это храм?», потом сдержал вопрос, а чего этот Шань не говорит о себе в третьем лице. На британские деньги выходило, что он из Рода Фармеров и скорее всего был выбран, как наиболее разбирающийся и вжившийся в культуру «западных варваров».

– Бывший подданный императора, известный на Луне, как дядюшка Хо, и представители рода Баози, пусть и непутевых, но все же сынов Поднебесной, дали вам самые высокие рекомендации, о несравненный Гарольд Чоппер.

Вот оно что, подумал Сергей. Насчет личного слуги он ошибся, появилась магическая служанка, несомненно, созданная под предполагаемые вкусы Гарольда, начала разливать чай. Скорее всего, сам источник находился неподалеку, это объясняло маботов в нишах и здание-храм.

Но все равно, источник тут был такой же «размазанный», как и в других городах державников.

– Думаю, вы и сами собирали сведения? – спросил он.

В этикет и вежливые обращения он даже не пытался.

– Разумеется, ибо как учит нас древняя мудрость, кто осведомлен, тот защищен и может сам строить свою судьбу. И судьба подданных в космосе, очень волнует Поднебесного Императора, он денно и нощно думает о том, как бы облегчить их участь. Вам удается все, за что вы беретесь, Гарольд Чоппер, и раз уж вы взялись за проект «Солнечной воронки», то он, несомненно, заработает. Поэтому я припадаю к вашим стопам, Гарольд Чоппер, и умоляю вас принять нашу помощь, магов, артефакты, деньги, все, что пожелаете и все, что вам потребуется для реализации проекта.

– А взамен солнечные зеркала первыми будут установлены над селениями Поднебесной?

– Ради облегчения судьбы подданных, Поднебесному императору не жалко ничего.

Врал, конечно, но в официальном стиле. Положено так было в политике, красиво врать, провозглашая самые благородные намерения.

– Разве на Марсе стали возможны земледелие и животноводство за пределами щитов источников? – поинтересовался Сергей, делая глоток.

Чашки были восточные, на один воробьиный глоток. Никакой отравы, афродизиаков, зелий, то ли знали, что бесполезно, то ли действительно нуждались в проекте.

– Подданные Императора трудятся над этим денно и нощно, мы достигли небывалых высот в терраформировании и выведении новых сортов и пород.

– С удовольствием ознакомлюсь с этими достижениями.

– Для меня будет честью продемонстрировать их вам.

– Так что, все они способны жить в вакууме?

– Вопрос тут несколько шире и касается не только обычного земледелия, но и магических щитов, а также подземных ферм. Позвольте объяснять вам подробно, – и Шань протянул руку, в которую тут же вложили огромный свиток.

– Разумеется, подробно – именно то, что нужно, – отозвался Сергей, делая приглашающий жест.

Глава 33

В сущности, все было просто – в теории. Китайцы собирались окружить свои поселения «продовольственными поясами», с эксплуатацией того факта, что гравитация на Марсе составляла две пятых земной. Так как масса и размеры Марса уступали Земле, планета не смогла сохранить атмосферу, но притяжение оставалось достаточным, чтобы иметь возможность передвигаться без риска улететь в космос.

Тепличные герметичные комплексы с основой на кварцевом стекле, особые растения, предназначенные для роста в условиях пониженной гравитации, и накачанный воздух, с системами регенерации. Еще большее разрежение плотности магии источника, чтобы над теплицами функционировал щит только против радиации, но пропускающий солнечные лучи.

Экономия на скафандрах для работников внутри, расширение продовольственных поставок (с прицелом на обеспечение всего Марса) и самого поселения (то есть можно привести еще больше китайцев), плюс просто прогрев почвы и облегчение условий работы для подземных грибных, дрожжевых и мясных ферм.

– А как же работники внутри теплиц? – спросил Сергей.

– Приятно видеть такую заботу о подданных Императора! – радостно сообщил Шань. – Они будут трудиться по нормам, установленным для работ в поле под солнцем! У них будут шляпы!

Допустим, они не могли просто поставить ультрафиолетовые лампы в теплицы, требовался еще и щит над головой от космических излучений. Допустим, они отсекли бы все, кроме солнечных лучей, имитировав щит земной атмосферы, но без атмосферы. Все равно выходила чрезмерная доза, не говоря уже о снижении освещенности в областях вокруг.

Бесплодных областях, но все же.

– И я прошу вас, уважаемый Гарольд Чоппер, учесть, что излучение будет приходиться на большую площадь, на все поселение, – вкрадчиво добавил Шань. – Это позволит нам выращивать больше зелени, генерировать больше электричества, и нагрузка излучения солнечных лучей на отдельный квадратный метр будет не так уж велика. Вот расчеты.

Сергей взял их, всмотрелся, вроде все сходилось. Но его не покидало ощущение огромного надувательства, возможно из-за чрезмерных уверений в благородстве и том, что никакого вреда не будет. Стоило бы спросить, почему до сих пор никто не реализовал такое благородное чудо, но ответ уже озвучивала Меган. Слишком объемные и масштабные работы в космосе, без очевидной прибыли, да и не горело особо никому, никто не страдал от перенаселения, никто, кроме поселений Китая.

– Прошу прощения, нам надо обсудить приватно.

– О, разумеется, милорд Гарольд.

Шань и его приспешники даже отвернулись. Сергей все равно выставил щит, чтобы их не подслушивали, не читали по губам, не вели записей. Опять активировал скафандры и шифрованный канал связи.

– У меня аж жопа взмокла тут сидеть, – без всяких предисловий проворчала Дэвина. – Соглашайся!

– Но в чем подвох?

– Лично для нас – ни в чем, – ответила Дэвина, бесцеремонно почесывая задницу и подмышки. – Обычная китайская хитрожопость, когда своих не жалко. Ты же знаешь, что щит регулирует и солнечные лучи, ослабляет их или умножает, если ощущается нехватка?

– Знаю, – ответил Сергей и сообразил. – Серьезно, они собираются экономить на щитах и скафандрах, пуская эту магическую энергию в расширение площади? А если будут пробои? Невозможно же до бесконечности растягивать щит, вполне возможны отказы, что тогда? Им не жалко своих же жителей?

Тем более, если концентрирующие зеркала откажут, щит повысит мощность, отключится по краям и те, кто в теплицах, что будет с ними? Можно было бы размножать солнечные лучи магией, но китайцы явно хотели сэкономить именно ее, жертвуя другими, включая собственных жителей.

– Их жалко только тебе, – равнодушным тоном ответила Дэвина, – а всем остальным насрать, включая их собственную власть. Облучился? Алтарь! Заразился? Алтарь! Еще пару кораблей мяса с Земли, желающих вырваться из задницы там и не знающих, какая клоака здесь. Хочешь заботиться о китайцах? Не делай им зеркал, но тебя поймет разве что Меган, остальные опять покрутят пальцами у виска, мол, слишком добренький у нас лорд, с сумасшедшинкой. Уверяю тебя, когда этот проект выйдет, все так будут делать, китайцы просто хотят первыми вскочить на борт этого маголета, благо у них и простаков хватает, а остальным державникам еще завезти их надо будет вначале.

Сергей посмотрел на нее, перекатывая в голове пришедшую мысль. Кратковременный рывок, без особых перспектив, ведь в конечном итоге все равно все сводилось к энергии и магии, но что, если именно этот рывок и был целью? Ощущение войны витало в воздухе, что, если Китай решил схитрить? Совершить рывок, якобы, чтобы захватить рынок продовольствия на Марсе, а на самом деле просто подготовиться к войне?

Если будет как с первой волной, то Марс окажется отрезан и в этот момент именно у Китая тут будет больше всего жителей, магов, продовольствия, а, возможно, и маботов, оружия с подземных заводов, питаемых избытком электричества от щитов. Если воспользоваться моментом растерянности, да не зевать и залить все кровью, то станет возможным даже захват городов других держав.

Или хотя бы отжать поселения, с прицелом, что война все спишет. Да, опасно, рискованно, но в Поднебесной явно понимали, что за красивые прищуренные глазки им никто ничего не даст. Влияние и власть следовало вырывать силой и кровью, и они сделали ставку на отсидку в стороне и то, что потом сверхдержавы окажутся ослаблены и смирятся.

Так или не так, но по возвращении на Землю следовало предупредить всех.

– Ты как-то странно смотришь на меня, словно не знал всего этого, – чуть насторожилась Дэвина.

– Знал, – вынужденно признал Сергей. – И ты права.

Можно было только гадать о глубинных мотивах, а вот второго такого шанса попасть сюда с глубоким проникновением точно не будет. Сергей неизмеримо большим удовольствием занимался бы производством, исследованиями, съемками, но ведь приехал же сюда? Приехал. Будь любезен – выполняй миссию.

– Ты права, – повторил Сергей и Дэвина растянула полные губы в предвкушающей улыбке.

Он снял щит, повернулся к Шаню, который так и сидел спиной, словно медитировал.

– Моя соратница развеяла все сомнения, и я согласен взяться за проект.

Собственно, им предстояло трудиться командой, но Меган сразу прямо сказала: «Без тебя там ловить нечего, согласишься – поработаем командой, а нет, да и плевать, на то проект и дохлый, и других работ полно».

– О, это в высшей степени радостные известия! – обернулся и поклонился Шань Ху. – Благодарю вас, уважаемая Дэвина Мёрдок за проявленные великодушие и снисходительность к несчастным подданным Императора. Благодаря вам, их жизнь улучшится.

Дэвина сидела с каменным лицом, радоваться не выходило, кривить не рисковала.

– Слухи о чудесах и мощи великого Гарольда Чоппера, Любимца Матери, дошли до самых отдаленных уголков обитаемого космоса, – вдруг заговорил Шань Ху. – Прошу вас, позвольте вашему ничтожному слуге обратиться с еще одной просьбой. Личной просьбой, после которой я стану вашим должником до самой смерти.

Он склонился, в этот раз реально до пола, положил руки рядом. Дэвина озадаченно потерла подбородок, поймав взгляд Сергея – кивнула.

– Обращайся.

– Достопочтенный Вэнь, патриарх нашего поселения, умирает от магической болезни. Мы перепробовали все, от целительства до купания в крови жертв Матери и общих молитв ей, – сообщил Шань. – Прошу вас, милорд Гарольд Чоппер, на вас одна надежда!

Выбор места встречи стал чуть понятнее, так как патриарх находился, собственно, в этом же храме. Китаец почтенного возраста, которому и на Земле впору было бы уже готовиться к смерти. Еще один «пионер», оказавшийся на Марсе за неделю до начала Второй Магической и выживавший тут.

– Если этот ничтожный…

– Да-да, оставайтесь, – отмахнулся Сергей. – Все остальные могут быть свободны.

В небольшой комнатке пахло старческим телом, смертью и отходами. В патриархе торчали трубки, из него выводили отходы, в него вливали питание и магию. Похоже, когда-то он был владельцем этого источника, сродство с ним сохранилось до известной степени. Сам патриарх перебирал простыню тощими пальцами, с кожей, напоминавшей пергамент, и похоже слабо понимал, что тут происходит.

– Вакавера, – прошептала Дэвина, обводя себя палочкой.

Сергей растопырил пальцы, исполняя то же заклинание, но стерилизуя еще и все вокруг.

– Вы же понимаете? – повернулся он к Шаню.

– Да-да, но достопочтенный Вэнь как отец всем нам! Что мы будем за сыновья и дочери, если не сделаем всего для его спасения⁈

– На Землю его надо было отправлять, – заявила Дэвина, бесцеремонно приоткрывая веко патриарху.

– Да он все трудился, – вздохнул Шань, развел руками и замолчал.

Палочка Дэвины словно прокатилась по телу Вэня, затем она остановилась и посмотрела на Сергея с некоторым вызовом. Сергей прищелкнул пальцами, создавая иллюзию тела патриарха и подсвечивая пораженные органы.

– Опухоль в голове, смещенные позвонки, рак печени и поджелудочной с метастазами, отказ мочеполовой системы, сломанные кости в ногах, ставшие слишком хрупкими. Это самое крупное, на фоне общего износа и старости организма. Если бы вы не поддерживали его искусственно, он уже умер бы.

– Что? – встревожился Шань. – Нас уверяли в том, что болезнь идет от ядра!

– Да, ядро в крайне нездоровом состоянии, – согласился Сергей. – Сердечная недостаточность еще. Собственно, удивительно, что он до сих пор жив.

– Патриарх Вэнь не зря считается гордостью нашего поселения! Сам Небесный Император присылал ему недавно поздравления! – горделиво провозгласил Шань.

– Подпитывая его магией, вы питаете и болезни, – вынес вердикт Сергей. – Целительская магия не уничтожает первопричину, лишь дает возможность болезням подпитаться.

– Классический неизлечимый случай, – добавила Дэвина, кивавшая все это время. – Тут только Цзяни бы справились и то не факт.

Аналог Саннидейлов, только китайский, припомнил Сергей.

– Я могу вылечить его, – сказал он.

Лицо Шаня озарилось неподдельной радостью, похоже патриарх и правда ему был как отец. Буквально.

– ЧТО⁈ – громыхнула Дэвина.

– Но это будет очень рискованно, очень. Во-первых, он лишится магии – навсегда. Во-вторых, он может умереть в процессе. В-третьих, он может умереть от лечения после и, в-четвертых, от старости потом.

Шань смотрел, выпучив глаза, явно не в силах решить, что делать, но и патриарх вдруг приоткрыл глаза, бросил несколько слов на китайском. Сергей посмотрел на Дэвину.

– Хочет обнять правнуков и умереть на родине, – пожала та плечами, – но согласен умереть и здесь, мол, это не жизнь.

Тут Сергей был согласен, но патриарха на искусственных аппаратах и подкачке магии, похоже, не спрашивали. Возможно, крепость тел магов, дававшая им возможность жить дольше обычных людей, тоже сыграла свою роль, по крайней мере позволила протянуть столько.

– Как ты собрался его лечить? Сила крови?

– Имитация заклинаниями не сила крови, – покачал головой Сергей, разминая пальцы, затем оглянулся. – Мало места, вынесите его во дворе. Нет, давайте я сам.

Заклинание подхватило патриарха и аппаратуру вокруг, магическая капельница источника продолжала тянуться незримо.

– Разве к Матери не лучше взывать в храме? – не унималась Дэвина.

– Я не собираюсь взывать к матери, – опять покачал головой Сергей.

Шань умчался вперед, кричал и визжал на китайском, похоже расчищая двор.

– Разве не может она лишить магии? – прищурилась Дэвина.

– Может, но только того, кто воззвал к ней и сумел докричаться до нее.

Мёрдок притихла, озадаченная, а Сергей чуть поморщился. Может Матерь и лишила бы патриарха магии, но разве отвечала она на прошлые призывы? Нет. Да и теорию проверить стоило, почему бы не на этом старом китайце, мечтающем о смерти? Не удастся? Да и плевать, жизнь Сергея от того хуже не станет.

– Тогда у меня больше нет идей.

– Ты права. Классическая целительская магия тут бессильна.

Они вышли во дворик перед пагодой, патриарха уложили в центре, а Сергей отошел чуть в сторону. Он ощущал внимание окружающих, делавших вид, что спрятались, выдохнул, отстраняясь от всего, сосредотачиваясь на трансформации.

– Что бы я ни делал – не прерывайте! Так нужно! – крикнул он Шаню.

Тот поклонился до земли. Вдох и выдох, пламя, вдох и выдох, больше пламени. Огненная волна превращений, ярость, неукротимая энергия в ядре, взор, позволяющий видеть магию. Сергей-дракон поднялся, расправил крылья и приподнял взглядом патриарха, вспарывая ему грудь когтем от паха до шеи. Болезненное, гнилое ядро воняло, внутренности воняли, все воняло.

Еще удар когтем, обрыв пуповины с источником и из ноздрей Сергея вырвалось всесжигающее пламя. Ударило в ядро, сжигая его, прокатилось по магическим каналам, выжигая и всю-всю магическую заразу внутри. Вскрытый, словно туша на бойне, патриарх теперь еще и горел. Шань рвал собственную руку зубами, вырывая куски мяса, дергался и его держали трое слуг, чтобы он не вмешивался.

Сергей превратился обратно и подхватил магией тело, сшил кожу обратно, словно застегнул молнию на костюме. Из камня двора выскочил операционный стол, на который и опустился патриарх. Сергей был уже рядом, снова исполняя заклинание стерилизации, заорал Дэвине:

– Ассистируй! Держи печень и сосуды в мозгу!

Он уже колдовал, вливал целительскую энергию, «держал», не давая Вэню сдохнуть от ран и старости. Организм, лишившийся магии, стал намного более восприимчив к целительству, но нельзя было и пережимать, в таком состоянии тоже имелся предел. Очень, очень хрупкий предел.

– ДЭВИНА!! – рявкнул Сергей так, что пагода закачалась.

Мёрдок вышла из транса или ступора, между ног ее по мантии расплывалось мокрое пятно.

– Держи его, пока я латаю сердце!

Дэвина выхватила палочку и ринулась на помощь, практически в полной тишине, нарушаемой лишь судорожным дыханием Вэня и всхлипами Шань Ху.