Текст книги ""Фантастика 2026-204". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Samus

Глава 36

Сергей, сложив руки за спиной, стоял в ангаре Сборной перед тренировочным «Бристолем» и задумчиво смотрел на него, словно первый раз в жизни видел. В каком-то смысле так оно и было: раньше он видел просто старенький мабот снаружи и нечто дряхлое изнутри, когда садился в кресло и сливался с роботом. Но еще никогда он не смотрел на них, как на совокупность составляющих и труда инженеров и магов, не осознавал, что стоит за тем или иным выступом, утолщением, формой.

Но теперь он видел… пускай не все, но видел. Месяц занятий маботостроением, пускай даже в теории в основном (пара ремонтных работ с Тристаном не в счет), обогатил Сергея познаниями. Немного странно было видеть и понимать, знать, ощущать, как в голове проявляются не просто обрывки случайных сведений, а система знаний. Относилось это не только к маботостроению, но все равно, до сих пор немного удивляло и пугало.

О том, что в его организме бродит энергия, эквивалентная какой-нибудь магической Хиросиме, Сергей старался не думать.

Капсула и батарея – основа основ мабота, защита, управление, энергия. Самое главное – защита, потому что мабот можно построить новый за месяц, а нового пилота растить двадцать лет. Стало быть капсула, зачарованное яйцо или шар, нередко с амортизирующим гелем внутри или толстым скафандром на самом пилоте. Плюс системы управления в яйце капсулы, пилот должен иметь возможность дотянуться до любых переключателей и рычажков, несмотря на комбинезон-скафандр.

Шлем и образы, подумал Сергей, мысленное управление, вот что надо встроить в «Молнию». Оно же послужит отличным прикрытием для изучения магии образов, тесно смыкающейся с ментальной магией. Прямое мысленное подключение пугает многих, основания есть – легко можно выжечь мозги, но в «Молнии»? Ха!

Капсулу еще дополнительно защищают сверху и объем грудной клетки мабота вздувается еще больше. К этому большому торсу еще надо приделать пропорциональные руки и ноги, и голову, потому что пилот должен управлять подобием себя. На выходе получаются четырехметровые маботы, минимум четырехметровые, надо заметить.

Стандарт – пять метров, чтобы и брони вокруг капсулы хватило и место для вооружения осталось. Энерговоды – уязвимость, поэтому батарея практически всегда под капсулой или за ней – прямо энергоканал от пилота к батарее, который сама же батарея и прикрывает. Бронированная толстая огромная батарея, из материалов, запасающих и проводящих магию. Прошли времена средневековья, туда не суют сердца и кости драконов, алхимия и алфизика не стоят на месте и магобатареи улучшаются с каждым годом.

Но все равно остаются толстыми и огромными – хотя бы из-за брони.

– Есть в них какое-то очарование, – раздался голос сбоку.

Сергей повернул голову, моргнул. Там стоял Томас Прудент, с которым они уже разок сошлись в дуэли, когда Сергей приходил пробоваться в Сборную. Тогда Томас явно был рассержен, демонстративно хмурил густые брови, бросал злые взгляды. Сейчас просто смотрел спокойно.

– Очарование? – повторил Сергей задумчиво.

Стандартный прием, повтор и выигрыш времени на обдумывание ситуации и ответа. С Карлом и Анитой отношения наладились, ведь за них Томас в прошлый раз пылал? Точно, теперь вот не пылает. Но и соглашаться, пожалуй, не стоит, значит, надо ответить правду.

– Не уверен, – чуть покачал головой Сергей.

Можно было сказать про очарование в рядах вражеского войска, но, пожалуй, не стоило касаться этой темы. Сергей оградил себя от новостей извне, сосредоточившись – по заветам Гамильтона! – на учебе, но все равно брызги долетали даже до него. Кто-то может и не распознал бы, но Сергей, вооруженный пророчеством Дэбби, видел незаметные признаки надвигающейся войны. Пока что просто слегка потрескивало и искрило в международных отношениях, просто изредка прорывался нервный тон в статьях, вопрошающих, почему убийца Священного Рода Лонгхэдов до сих пор еще не пойман.

Поэтому… просто не стоило лезть в эту тему.

– Для меня очарование – когда ты сливаешься с маботом и вы просто становитесь единым целым, – произнес Сергей. – А не когда он сгорает под тобой на первой минуте.

– Высокие требования, это по-нашему, – усмехнулся Томас.

Руки протягивать не стал, но все же между ними протянулась какая-то ниточка. Дружелюбного нейтралитета? Пожалуй.

– Но все же есть в них очарование, – повторил он. – Серийные модели, массовые, в которые может залезть любой, словно в доступную шлюху (Сергей моргнул), мясо на поле боя, а все же.

Насчет мяса можно было бы поспорить, все же мабот был элитной единицей, но Сергей промолчал. Не хотел поднимать тему войны и против ИМ обычные маботы и правда были «мясом». Но при этом пилоты-асы в индивидуальных маботах не могли выиграть войну – только, если применить такое оружие, после которого не останется ни своих, ни чужих – и им требовалась поддержка «мяса», от обычных магов до просто людей с зачарованными автоматами в руках.

– Эти мелкие расхождения во взглядах вряд ли имеют значение, – сказал Томас, – в отличие от более важных вещей.

Сергей тут же мысленно ощетинился, ставя щит (хотя никто и не пытался залезть к нему в мысли) и предвидя, что сейчас ему присядут на уши с очередной нравоучительной фигней из разряда «как именно должен себя вести маг священного рода». С одной стороны, Священные рода и те, кто к ним относился представляли собой социальный круг Гарольда Чоппера, где можно было почувствовать себя именно что своим. С другой, эти же Священные Рода, от родственников до всех прочих, в силу нахождения в одном социальном кругу, считали себя вправе осуждать Гарольда и давать ему советы.

– Анита и Карл рассказали мне о продолжении вашего конфликта и том, что происходило на отработках.

Сергей лишь пожал плечами: мели листья, оттирали грязь, занимались помощью жителям Холлоу без магии, да общались в процессе. Воспитательный эффект оказался сногсшибающим, оказаться без магии все равно, что лишиться рук. Только Гертруда отнеслась спокойно и то, она изрядно жалела о потраченном не на учебу времени, так что и на нее отработки возымели действие.

– Это имеет какое-то отношение к Сборной? – все же спросил Сергей.

– Конечно, – уверенно ответил Томас.

Как и Дункан, он излучал уверенность в себе, но с совершенно другим оттенком. Сергей тренировался и работал над собой в этом направлении – под руководством Гидеона, конечно – но на примере наследников других Родов разница ощущалась особенно ясно.

– Мы будем сражаться на Турнире вместе, ведь наш бравый капитан видит тебя нападающим, – сообщил Томас. – Стало быть, мы должны знать, что ты за маг и должны доверять тебе. А ты нам – ведь мы будем у тебя за спиной.

– Сражаться, – повторил Сергей.

Турнир состоял из дюжины разных состязаний, но Томас, надо полагать, говорил о завершающем событии: групповой схватке, дюжина на дюжину. Никаких ворот, мячиков и голов. Две команды на случайно выбранном полигоне, побеждает тот, кто затопчет всех противников. При всех мерах предосторожности, защитах и телепортации, мастерстве целителей и прочем, смертность на Турнире все же была изрядная, и никого это не останавливало. О расходах на ремонт сломанных ИМ можно было даже не упоминать.

Опять этот дуализм магов – с одной стороны мы бережем своих, ведь все маги избранники Матери и прочее бла-бла-бла, а с другой – убиваем друг друга без всякой жалости. А был бы прок, так еще и бы гладиаторские бои среди обычных людей устраивали бы.

– Сражаться, – кивнул Томас. – В бою отряд на отряд все должны доверять друг другу и работать вместе.

– А вы, стало быть, мне не доверяете, – кивнул Сергей. – Вся сборная или только ты, Томас?

– Не доверяем – это слишком громкие слова, Гарольд, – ответил Прудент. – Ты – любимец Матери-Магии, но ведешь себя не так. Это вызывает вопросы и подозрения.

– Может потому и любимец, что веду себя не так? – опять пожал плечами Сергей.

Гидеон точно поставил бы ему зачет по блефу, так как Томас явственно смутился, даже напор уверенности ослаб.

– Что же касается моего поведения, то я веду себя так, как считаю нужным, – продолжил Сергей.

Чуть резче, чем следовало бы, да, но он уже наслушался подобного в Чоппер-мэноре. Погружение в учебу и отсутствие родственников, приседающих на уши (Саманта не в счет), ослабили злость. Ослабили, но не убрали до конца. Очень хотелось прочитать лекцию вида «я делаю, что хочу, а кто не согласен – утритесь», но Сергей сдержался. Разговоры за спиной и приём у Малькольмов явственно показали, что общественным мнением пренебрегать не стоит.

Но и давать садиться на шею тоже не следовало.

– Например, я счел нужным не длить конфликт между нашими Родами и объяснил все, как есть, Аните и Карлу. У меня осталось ощущение, что они все поняли и мы, может и не стали друзьями, но точно перестали быть врагами.

«Потому что совместное махание метлой для моей пользы – оно сближает», мурлыкнуло в голове Сергея голосом Матроскина. Обостренная разгоном память регулярно выдавала подобное из прошлой жизни Сергея, а он не спешил ограничивать себя. Если местные не справились, то следовало бережно хранить в себе частичку «инаковости», дабы она помогла победить Гамильтона. По этой же причине не стоило спешить сливаться с Гарольдом Чоппером.

– И теперь новое обострение? Вопросы и подозрения? – спросил Сергей. – Под рассказы о доверии и прикрытии спины, ты хочешь раздуть конфликт, а потом заявить, что мне нельзя доверять и выкинуть из Сборной?

Возможно, это и правда были мотивы Томаса. Сергей уже несколько раз «попробовал пальцем воду» и знал, что ему предстоит погрузиться в эти темные воды интриг и ссор кланов, где надо было ходить всегда с тремя щитами, где с улыбкой подливали яда, предавали и били в спину, уверяя, что это все в твоих же интересах. Вода эта была вонючей, с липкой масляной пленкой, и холодной, поэтому Сергей не спешил с погружением, хотя и признавал неизбежность такового.

Интуиция ему нашептывала, что только окунувшись, он сможет не только в полной мере оценить паранойю и предусмотрительность Гамильтона (иначе к чему столько защит в Академии?), но придумать контрмеры к ним.

– Нет, я всего лишь хочу разобраться, кто ты, Гарольд Чоппер.

Сказано это было так, что мысли Сергея тут же перескочили на новые рельсы. Еще один любитель мальчиков? Такому точно не стоит доверять прикрывать спину. Но и вслух такого не скажешь – не поймут.

– И как, разобрался?

Стоило бы предложить Сборной собраться и озвучить свои вопросы и подозрения, но Сергей уже понял, что в магическом мире так дела не делаются. Опять и снова этот навязший в зубах дуализм, от которого было не деться, который следовало учитывать, дабы лучше понять, как мыслит и действует Гамильтон и окружающие. Словесные кружева, увертки, намеки, без прямых вопросов в лоб – как обратная сторона честности и даваемого слова, за нарушение которого могла покарать Мать-Магия.

Даже вопрос «разобрался?», пожалуй, был слишком прямым в этой ситуации. Ответить, что разобрался, значит, потом Томас не сможет задавать вопросов, ведь он уже разобрался! Ответить, что не разобрался, значит эскалировать конфликт, а Томас этого явно не хотел. В то же время, он достаточно прямо заявил про «вопросы и подозрения», хм.

– Не уверен. Возможно, нам стоит начать знакомство с дуэли, – усмехнулся Томас.

– Еще раз? – усмехнулся в ответ Сергей. – Почему бы и нет?

Пока они залезали в капсулы «Бристолей», Сергей думал о первенстве Академии – ослабленном отражении Турнира. После сдачи экзаменов за второй курс, ему надо будет выбрать специализацию и он сможет выступать за какой-то из факультетов, как это делали и другие пилоты. Пускай в первенстве и была «труба пониже и дым пожиже», но били и дрались там, не сдерживаясь, а стало быть, имелся шанс достать Гамильтона. На глазах у всех, но в виде «несчастного случая», жахнуть во всю мощь, якобы пробой разгона, чтобы снесло и щиты, и Гамильтона, и всю трибуну вместе с ректором.

– Правила? – спросил он у Томаса.

– Просто рукопашная, без оружия и силы крови, – ответил тот. – Кто первый лишится двух конечностей – проиграл. Проигравший чинит оба «Бристоля» и моет ИМ победителя. Без магии.

– И без обид.

– Конечно, – согласился Томас.

Все-таки, значит, играла в нем обида, подумал Сергей. Но и уступать он не собирался, может, пока Томас будет отмывать «Чайку» одумается и поймет, насколько все это было глупо? Заодно остальные получат предупреждение, перестанут напрыгивать.

Грубо говоря, самки напрыгивали на свободного самца-Главу Рода, воспитанного простаками, а стало быть неспособного защититься. Самцы напрыгивали осторожнее, но примерно за тем же, подоминировать над тем, кто был воспитан простаками, а значит и самым возвыситься за счет победы над Главой-по-Праву. В такой парадигме Сергей тоже стремился к доминированию и показу того, что он самый альфа-самец за счет убийства другого альфа-самца, Альфреда Гамильтона.

Но вначале следовало отдоминировать Томаса.

Глава 37

10 октября 1991 года

Магофоны звякнули синхронно, только Саманта сразу выхватила свой, а Сергей даже не подумал отрываться от справочника «Броня маботов. Таблицы зачарования и коэффициенты сопротивляемости материалов». Не самое захватывающее чтиво, но весьма полезное. К сожалению таблицы силы крови Дайсонов и Чопперов, да и других Священных Родов, вроде тех же Палмеров, отсутствовали, не давая в полной мере оценить «Чайку» и «Молнию».

Но проект достройки мабота родителей Гарольда все равно приобретал реальные очертания.

– Братец, ты бы глянул в магофон, – посоветовала Саманта.

О’Дизли или Дункан или еще кто поумерили ее темперамент, и она больше не делала вид, что хочет залезть к Гарольду в штаны. Почти не делала. Занималась дипломом и наслаждалась общественной жизнью, изредка давала советы, когда Сергей ее просил об этом.

Идеальное поведение, в общем.

– Собрание в общем зале главного корпуса, явка студентов из Священных Родов обязательна?

– Я не чувствую опасности, милорд, – немедленно сообщила Дэбби, взявшаяся невесть откуда.

Без импульсов со стороны Гидеона, Дэбби тоже поумерила свой пыл и радостно училась на пару с Гертрудой, тоже переставшей воображать, как она спит с Гарольдом. Кажется переставшей. Тишина, спокойствие, стабильность и регулярный секс с Нинон – Сергей наслаждался передышкой, пока мог.

– Это еще ничего не доказывает, – заметил Сергей, – так как я под щитами.

Именно поэтому Туки-Курсы так торопились в Чоппер-мэнор, точнее говоря, постоянно твердили, что нужно держать скорость не меньше определенной. Чтобы взрыв-конверты не догнали, чтобы ясновидцы не успевали брать координаты. Но надежнее всего было просто закрыться от них и Сергей, изучив соответствующий щит, закрылся. К его огромному сожалению щит от наблюдения не работал в Академии, так как служба контроля все равно засекала – по самому щиту, как ему объяснила Эльза.

Каток отношений с ней катился плавно, Сергей пока не рисковал еще раз применять разные «запретные» магии, справедливо подозревая наличие на Ворлок защитных заклинаний и амулетов с щитами. Разумеется, они не были панацеей, многое зависело от исполнения заклинаний, кто делал амулеты и как, но главное – они были.

– Да и остальным я тоже изготовил амулеты, – продолжил он.

Щиты Академии закрывали весь БАМ и Холлоу от ясновидцев извне, но не от ясновидцев внутри. От пророчеств закрыться было невозможно, к сожалению, но и изрекались они случайным образом, да еще и так, что сам пророк их не помнил. Не было никого рядом? Пророчество пропало (что не мешало ему осуществляться). Зная пророчество, можно было ему помешать, но зачастую выходило так, что попытки срыва как раз и приводили к осуществлению.

В общем, тема эта была весьма запутанна и туманна, так что Сергей пока не совался туда особо. Так, ходил вокруг, почитывая учебники, да поощрял Дэбби заниматься своим даром и развивать его. К счастью, дары пророков и ясновидцев, да еще и вменяемо развитые, были редкостью.

– Да, милорд, но я все равно ощущаю вас, – потупила глаза Дэбби. – Потому что вы разбудили мой дар магией Источника и тем самым создали связь между нами.

Сергей озадаченно цокнул. Мысли его тут же проскакали табуном из пункта А в пункт П – Паранойя. Если Дэбби способна его ощущать даже через щиты, то это уязвимость. Ощущала ли она, как Сергей бегал ночью в библиотеку?

– Я сама лишь вчера узнала, милорд, – виновато вздохнула Дэбби, – и не знала, как вам сказать.

Хотя бы как магический брак не зачли, подумал мрачно Сергей, осознавая по какому краю прошел с этим пробуждением дара.

– Мы же опоздаем! – появилась встревоженная и взлохмаченная Гертруда, потрясая магофоном.

Кажется, Дэбби взяла над ней шефство в вопросах внешнего вида и еды, иначе Гефахрер точно превратилась бы в неопрятную и истощенную «ведьму». Но даже так выглядела она весьма непрезентабельно, сама не замечая того.

Сергей, впрочем, регулярно выглядел не лучше.

– Не переживай, – бросила ей Саманта, – предупреждения всегда рассылаются заранее.

Магофоны входили в пакет бесплатных услуг, вот только магофоны Академии действовали только на территории БАМ. Зачастую это были устаревшие модели, без возможности работы с образами, потому что магия образов только развивалась. Сергею все это напоминало развитие мобильных в родном мире, с первыми «кирпичами» – показателями статуса и конечным итогом, когда смартфоны водились даже у бомжей.

– Милорд? – Гефахрер усвоила урок и обратила свой взор на Гарольда, испрашивая разрешения.

– Собираемся, конечно, – бросил Сергей. – Обсудить разрыв связи можно и по дороге.

– Боюсь, это невозможно, милорд, – смущенно ответила Дэбби. – Не в Академии.

Сергей прочел уже достаточно книг по магии, чтобы догадаться об ответе.

– Нужен Источник и воспроизведение исходных условий?

– Да, милорд, – тихо сказала Дэбби. – Но из Академии меня не выпустят.

Да и меня тоже, вздохнул Сергей. Можно учиться и дома, конечно, но столько шансов достать Гамильтона тогда пропадет зря!

– Ничего, пока подождет, – подбодрил ее Сергей. – Ты же не ощущала ничего необычного?

– Нет, милорд! – вскинулась Дэбби. – Ничего такого! Просто когда вам угрожает опасность, я сразу ощущаю, словно… словно… словно мы две половинки одного целого! Но это не так, милорд! Правда, я ни на что не претендую! Все это не специально, поверьте, милорд! Я не хотела, чтобы так вышло!

– Эй, эй, отставить панику! – повысил голос Сергей.

Дэбби замолчала, растерянно кусая губы. Неудивительно, что она не хотела говорить, подумал Сергей, с удовольствием припоминая детали связи с Дэбби. Вроде бы то же самое, что с Нинон, ан нет. Все же целительница была права, нужно разнообразие. Потом.

– Молодец, что сообщила, – сказал Сергей, – появится возможность – разорвем связь.

Уязвимость, не перекрывающая выгод от предсказаний опасности. Предсказания стояли посредине между ясновидением (что происходит в данный момент) и пророчествами (что почти обязательно будет в будущем), сообщая один из возможных вариантов будущего. В случае Дэбби – возможную опасность, так как ее дар не то пробудился, не то появился во время той злополучной охоты тридцать первого июля. Зная предсказание, можно было выбрать другой вариант действий или изменить существующий, в общем повлиять.

Дьявол, как всегда, крылся в нюансах и мелочах. Щиты от ясновидения и предсказаний искажали картину и в результате маг-предсказатель мог заявить «все будет спокойно» и ошибиться. Потому что увиденный им вариант будущего – предсказание – не учитывало магов, находящихся под соответствующими щитами. Заявление Дэбби «не чувствую опасности» проходило по тому же разряду.

В результате ясновидение и предсказание, казавшиеся со стороны некоей ультимативной магией, гарантирующей победу, по факту превращались в пшик. Пророчество – которому плевать было на щиты, легко могло оказаться не в пользу услышавшего, а как-то отменить или исказить его оказывалось весьма проблематично, если не невозможно. Предсказаниями и ясновидением пользовались, конечно, но всегда с оговорками и поправками.

Тогда как связь Дэбби с Гарольдом позволяла воздействовать через нее на Гарольда, причем обходя часть внешних щитов. Удар через связь, образованную магией Источника, наносился изнутри и Сергей, благодаря опыту нападений на Гамильтона, знал, чем все это может угрожать. Можно было бы, конечно, еще сильнее приблизить Дэбби, но это означало магический брак в лучшем случае, сидение под арестом в Чоппер-мэноре в самом реалистичном и превращение в магическую слугу в самом худшем.

– Благодарю вас, милорд, – поклонилась Дэбби. – Я не знала, милорд.

– Хватит! – оборвал ее Сергей. – Я тоже не знал и хватит об этом!

После этого они, наконец-то, выдвинулись из особняка в направлении главного корпуса. Студенты на дисках уже стекались туда огромной рекой и Сергей в который раз смутно подивился их количеству. Учеба в отрыве от других и не посещение лекций искажали восприятие, создавали ощущение, что в Академии вокруг человек двадцать, не больше, и вся она построена исключительно ради Гарольда Чоппера.

Бред, конечно, но очень устойчивый. Кто-то мог бы, конечно, покрутить пальцем у виска, мол, зачем приезжать в Академию и не ходить на лекции, но Сергей даже заготовил ответ: мол, здесь под рукой у него находилась вся мудрость Академии, профессоров, преподавателей, исследователей и книг из библиотек. И Гамильтон на расстоянии вытянутой руки – в теории, конечно.

На практике дотянуться так и не получилось.

– Приветствую! – помахал рукой Дункан, подлетая ближе.

Бетти была с ним и Сергей подумал, что так и не дал ей ответа. Ничего, подождет, и Бетти чуть склонила голову, признавая молчаливо, что да, она подождет.

– По какому поводу собрание? – спросил у него Сергей.

– Я знаю ровно то же, что и вы, – улыбнулся Дункан, показывая магофон. – Но одна болтливая птичка принесла мне в клювике слушок, что там будет ректор Гамильтон.

Первой реакцией Сергея были мысли – прикидки, как достать Гамильтона, потом откат – не на глазах же у всей Академии! Здесь не спишешь на несчастный случай, как с маботами. Нездоровые мысли о покушениях? Конечно! Но Сергей знал – если не думать о чем-то круглые сутки, то ничего нового так и не придумается. И наоборот, если размышлять крепко-крепко, то неожиданная и правильная мысль может осенить в любой момент.

– Причина, по которой я собрал всех здесь сегодня, благородна и возвышена, – говорил Гамильтон, расхаживая по возвышению.

На нем была какая-то простецкая мантия, не скрывающая обычной одежды. Никаких мега-палочек в руках, никакого ощущения свирепости и жажды крови, просто этакий добродушный дедушка.

– Те, кто не смог прибыть по какой-либо важной причине, могут сейчас наблюдать трансляцию через свои магофоны.

«Можно было не приходить?» мысленно возопил Сергей. Судя по ощущениям, многие рядом задавались тем же вопросом. Но не успел он открыть рта, как Гамильтон заявил:

– Прошу подняться сюда Главу-по-Праву Священного Рода Чоппер, студента второго курса Британской Академии Магии, Гарольда Чоппера!

Кто-то даже захлопал, пока Сергей поднимался к ректору. Зуд в пальцах и желание ударить сгустком силы, но никаких гарантий, что они пробьют защиты ректора. Второго курса? Перевели по факту сдачи экзаменов? Удивленные шепотки за спиной «как второй?», ха!

– Гарольд – образцовый студент, с которого вам всем следует брать пример! – громогласно объявил Гамильтон, заставив шепотки утихнуть.

Сам Сергей едва не свалился со сцены – не такого он ожидал от Гамильтона.

– Имея права, он не забывает об обязанностях, стремится учиться и учится, дабы скорее приносить пользу Империи и Матери-Магии! – продолжал тем временем Гамильтон.

Сергей ощущал на себе взгляды, исполненные обожания и восхищения. Приятно и тревожно – как бы не началась третья серия «Охотниц за руками и сердцем», хотя вроде всех уже отвадил и расхолодил.

– Есть разделы магии, которые отсутствуют в учебной программе, потому что для работы с ними вначале нужно получить диплом Академии или сдать специальные экзамены. Глава Гарольд Чоппер, имея возможность получить доступ к учебникам по этим разделам, не стал их брать, заявив, что он еще не готов. Берите с него пример! Соблюдайте правила! Магия – прекрасная и могучая сила, дар нашей Матери, и именно поэтому следует быть осторожным с этим даром, использовать разные части его только тогда, когда вы готовы! Иначе вы только погибнете без толку сами и разочаруете Мать-Магию!

«Вот же лицемер», зло подумал Сергей, изображая на лице дежурную улыбку. «Да ты сам разочаровал Мать-Магию так, как не смогла бы вся Академия!» Но Гамильтон, как выяснило, еще не закончил.

– Образцовое поведение и усердие в учебе Гарольда не остались незамеченными! Император Кристофер Фейн прислал приглашение Главе Гарольду Чопперу!

Император? Приглашение? Об этом, значит, толковал дядя Альфард, отстраненно подумал Сергей, удерживая на лице улыбку. Он даже не паниковал. Почти. Разве что где-то глубоко внутри. Даже руки почти не дрожали. – Прими, Гарольд, – протянул ему конверт Гамильтон.

Пухлый конверт, украшенный массой печатей. В такой очень удобно было бы напихать взрывчатки, скрыв рунические фигуры под печатями. Но «зарядить» конверт Сергей, конечно, не успел – не та обстановка, не та подготовка.

– Это честь для меня, – дежурно ответил он, наклоняя голову.

– Приём у Императора состоится вечером в Хэллоуин, – добавил Гамильтон так, чтобы все слышали.

Ахи-охи, волна восхищения, даже Сергей внутри затрепетал. Чуть-чуть. Еще три недели, успеет вырвать волосы на теле и подготовиться. Отказываться, конечно, никак нельзя. «Попала белка в колесо, пищи, но беги».

– Эльза Ворлок тоже тебя очень хвалила, – добавил тихо Гамильтон, исключительно для Гарольда. – Ты молодец, так держать!

На мгновение от этой похвалы в груди разлилось тепло, но Сергей тут же оборвал неуместное чувство. И без того убить Гамильтона не получалось, так еще и испытывать симпатию к нему? Обойдется!

– Похлопаем же Главе Рода Чоппер – образцовому студенту! – повысил голос Гамильтон и под град оваций добавил, опять исключительно для Гарольда. – Руперт Огр вернулся в Академию и согласен встретиться с тобой и помочь Сборной.

Да, именно об этом писал ректору Сергей, а Эльзу и ее лекции приплел мимоходом. Дункан очаровал бы ее за два щелчка пальцев, а вот Сергей все возился, тужился и пыжился.

– Благодарю вас, ректор Гамильтон, – ответил он с улыбкой с устах.