Текст книги ""Фантастика 2026-204". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Samus

Глава 48

Подлетая к БАМ, Сергей заметил толпу, которая, как очень скоро выяснилось, ждала именно его. Оркестр, фанфары, фейерверки, плакаты «Гарольд Чоппер – наш герой!», выкрики из толпы, что они любят Гарольда. К счастью, в основном женскими голосами, ведь Сергею и без того было нелегко удерживать лицо.

Улыбаться и махать рукой, ощущая на себе всеобщее внимание, оказалось не так просто, как он думал. «Привыкай, это теперь твоя жизнь», несколько раз напомнил он себе. Разумеется, сборная БАМ была в первых рядах и громче всех кричала приветствия Гарольду, заводила остальную толпу. То, что осталось от Сборной и это зрелище испортило настроение Сергею.

Улыбаться и махать стало вдвое труднее.

– Те рео нуи, – демонстративно коснулся пальцем горла Сергей, активируя «Голос великана».

Затем откашлялся демонстративно и заговорил спокойно, можно сказать даже зашептал, но благодаря заклинанию голос гремел и оглушал, разносился над Академией.

– Друзья! Спасибо вам всем за эту встречу и слова благодарности! Но на самом деле благодарить надо тех, кто научил меня всему! Профессоров Академии и лично ректора Гамильтона!

Ректора здесь не было, но ему доложат, пусть порадуется, думал Сергей, низко кланяясь профессорам, особенно Макферсон, Портер и МакАлистер. Ничего, не переломится, пусть они тоже порадуются и пусть вся эта толпа отстанет от него.

– Профессор Грегуар Пуатье, – Сергей с усмешечкой прикрыл один глаз рукой и все заулыбались, – заслуживает отдельной благодарности! Он присматривал за нами, он бился за нас, он… благодаря его урокам мы выжили!

Сергей изменил голос, добавил скорби, ощущая себя актером провинциального театра, переигрывающим во всем. Но внутреннему стыду и смущению стоило умолкнуть и они молчали.

– Но выжили не все и это трагедия! Профессор Пуатье пострадал в этой бойне! Уверен, ему будет приятно, если вы поддержите его и пожелаете выздоровления!

На самом деле Одноглазый от такого скорее с ума сошел бы, с его паранойей, но Сергею надо было куда-то переключить толпу и улизнуть. Собственно, у него практически получилось, но в самом конце его перехватил Оллин Вульф.

– Ты говорил, у тебя есть хороший пилот, – сказал Вульф.

Основная толпа пока что находилась у ворот и они летели на дисках в непривычной пустоте. Оллин выглядел ужасно, словно уже собирался в погоню мести за Владыкой.

– Есть, – ответил Сергей. – Летом ей сделают ИМ, тренировки, в начале следующего года она придет на пробы.

– Хорошо, – отозвался Оллин.

– Мое предложение в силе, отказываться от своих слов не собираюсь, – напомнил Сергей.

Оллин, похоже успевший углубиться в мрачные бездны размышлений, посмотрел на него удивленно и недоуменно. Затем искривил губы, чуть наклонил голову.

– Ты и так сделал больше, чем кто-либо, Гарольд. Если бы не ты, нас бы сейчас паковали в мешки, для отправки обратно по родовым мэнорам. Мы все обязаны тебе.

Стоило бы промолчать, но Сергей не смог, слишком уж нечестно все выходило.

– Ты же знаешь, что Владыка приходил за мной? Если бы не я, то он и не напал бы! Так что вы ничем мне не обязаны!

– Твое благородство сравнимо лишь с твоей силой, Гарольд, – отозвался Оллин. – Я так понимаю, тебя можно вычеркнуть из состава сборной?

– У меня есть «Чайка», – после некоторого колебания ответил Сергей, – но сам понимаешь, я закончу Академию и покину ее, нет смысла тренироваться со мной, если меня не будет на следующем турнире.

– Да, теперь уж наверняка закончишь.

– Но если вдруг объявят окончание этого Турнира, состязания десятого дня, то я брошу всё и прибуду немедленно!

Оллин снова помрачнел и покачал головой. Они уже пролетели мимо общежитий и приближались к цепочке особняков Священных родов на берегу озера. Надо бы поговорить с русалами, подумал Сергей, потренировать ментальные щиты.

– Не объявят, – ответил Вульф после долгой паузы. – В сборных Германии и Франции еще оставались пилоты, я перекинулся с ними парой слов. Может и не долг жизни, но против тебя они на турнирное поле выходить не собирались, хотя бы из чувства признательности за спасение. Но дело даже не в этом!

Он подвигал головой, словно за шиворот попало что-то колючее.

– Политика, – объявил он. – Турнир всегда был полон политики, но все эти годы мне удавалось держать сборную немного в стороне от нее, благо ректор Гамильтон прикрывал. Его не было здесь, так как он остался на острове улаживать дела и разбираться с шаром.

Ну еще бы, подумал зло Сергей. Иррациональная злость, надо признать, потому что ну какой толк в присутствии Гамильтона в Академии? Можно подумать, он сумел бы достать здесь ректора, да ха! На острове и то было больше шансов!

– Обвинения, судилище, метки на личных представителях Императоров Германии и Франции, – Оллин говорил с трудом, словно у него болело горло, – не говоря уже о бойне, устроенной Владыкой Смерти и его приспешниками, все это означает, что мы с головой ухнули в чан с политикой. Турнир скорее всего объявят незавершенным, результаты аннулируют и состоится ли он на следующий год вообще неясно. Шар скомпрометирован, Фламель мертв, Хофманна не видели на публике после окончания Второй Магической.

– Что, на Земле мало места? – пытаясь говорить небрежно, пожал плечами Сергей.

– Для этого надо, чтобы три императора договорились между собой, – с горечью ответил Оллин и потом добавил, уже перед воротами особняка Чопперов. – Политика.

– Может, зайдешь? Наверняка там и Джил О’Дизли будет, посмотришь сразу?

Вульф улыбнулся вымученно и Сергей неожиданно понял, что капитан еле держится. Сейчас полетит к себе, будет рыдать, пить, крушить, может даже нюхать или колоть себе чего-нибудь, хотя нет, Вульф и наркотики? Может, сядет в мабота и будет летать, пока не упадет от усталости, вот так вернее. В общем, сеанс душевного горя и криков вдали от глаз.

– Извини, – сказал Сергей. – Я просто…

– Я все понимаю, – кивнул Оллин. – Это лишь часть жизни для тебя, этап на пути к величию. Но если вдруг! Если! Если ты соберешься ловить Владыку!

Сергей кивнул и молчаливый союз оказался заключен.

Стоит послать отдельные благодарности всем профессорам, подкрепляя заявление у ворот БАМ, подумал Сергей, вступая внутрь особняка и замирая. Комитет по встрече, во главе с Самантой Чоппер, согнулся в дружном поклоне и Сергей кивнул всем в ответ.

– Как я и говорила, – самодовольно заявила Саманта, – ждать долго не пришлось, толкаться локтями в толпе тоже.

За ее самодовольством и холеной красотой ощущалась тревога. Возможно, она беспокоилась за Гарольда, как за свой билет к вершинам власти. Зато тревога Барри Тука за названного брата была искренней и приятной. О’Дизли, рыжая семерка, смотрели с облегчением, похоже, им тоже требовался Гарольд для будущих планов. Радость Дэбби и переживания Гертруды тоже отдавали чем-то странным, с примесью личного. Стоило бы изумиться, когда это он научился так различать оттенки эмоций, но Сергей слишком устал.

– Если вы собрались устроить торжественную вечеринку – начинайте, а я не буду вам мешать, – махнул он рукой.

Легкая улыбка Саманты.

– Как я и говорила, милорду Гарольду нужно отдохнуть и прийти в себя.

– Ничего, радуйтесь и веселитесь, – махнул рукой Сергей. – Позже еще устроим что-нибудь официальное. Дэбби.

Дэбби Уоррен словно телепортировалась, мгновенно оказалась рядом. Они зашли в особняк и прошли на кухню.

– Я должен поблагодарить тебя отдельно, – сказал Сергей, начиная готовить себе кофе.

Все же сотворенное заклинаниями отличалось, словно в них чего-то не хватало. Возможно, это был психологический момент, но Сергей проверял, творил разные напитки, не говоря об их искусственном происхождении и люди, которым он давал пробовать, говорили о разнице во вкусе.

– Милорд, – скромно склонила голову Дэбби, – вы зря хвалите меня, я не смогла дозвониться.

– Самого факта твоего звонка оказалось достаточно, – заверил ее Сергей. – Я знал, что не будешь беспокоить меня зря, только в случае крайней необходимости, а учитывая нашу магическую связь и то, как ты ощущаешь опасность.

Он оборвал фразу, Дэбби мучительно старалась не покраснеть от радости, суетливо поправляла что-то в одежде, склонив голову.

– Ты и дальше повела себя молодцом, сообщила ректору Гамильтону.

– Я, – Дэбби еще сильнее склонила голову, уши ее пылали, – подняла вашего брата, а он Эльзу Ворлок и уже она сообщила ректору.

– Дэбби, – Сергей подошел к нее, коснулся подбородка Уоррен, заставляя ее поднять голову. – Здесь нечего стыдиться, правда. Все эти празднества и чествования, они должны быть в твою честь. Ты, именно ты ощутила опасность, предупредила и спасла всех.

Хотя, конечно, после первой же смерти Сергей бы откатился уже с полным знанием случившегося, но не станешь же об этом сообщать другим? Чуть увести похвалы в сторону Дэбби, ей приятно, всем полезно.

– Хочешь, я разорву эту связь и ты сможешь быть с Дунканом? – спросил он.

Преимущества личной пророчицы – бесценны, кто спорит, но теперь об этой их связи знал и Гамильтон. Уязвимость. Или, говоря словами Одноглазого «ты – труп!»

– Милорд, я хочу служить вам и только вам! – воскликнула Дэбби, затем облизала губы. – Но если вдруг… вот такое вот чудо случится… понимаете…

– Раскрой сознание, – вздохнул Сергей. – Думай о своем желании.

Чего теперь скрывать? Весь мир видел, как он уделал Кардиналь в прямом поединке разумов. Гамильтон, кстати, вообще об этом не заикнулся, ну да, для того и открывал дорогу «нарушителям». Выиграла от того только Эльза, в полной мере удовлетворившая свою страсть физически, а также психологически, в той части, где Сергей удовлетворял мазохистическую часть ее натуры отказами спать с ней.

Коснулся легонько сознания Дэбби.

– Гм, – кашлянул он.

– Милорд, – Дэбби согнулась так, словно хотела упереться головой в пол.

Уши, шея и лицо ее пылали. Заветное желание Дэбби, чтобы Гарольд и Дункан полюбили друг друга и стали жить вместе, а потом заключили магический брак. Не напрямую, конечно, а через саму Дэбби. Секс-сцены соответствующего наполнения прилагались.

– Даже не знаю, откуда начать объяснять, – вздохнул Сергей.

Помимо обета самому себе насчет секса втроем, еще присутствовали правила магического брака. То есть Дэбби нужно было бы как-то развить в себе потенциал выше, чем у Дункана, потом уговорить его стать ее мужем, раз она была сильнее. Две невыполнимые задачи за раз, так сказать. И уже после этого, она, в теории, могла бы прийти к Гарольду Чопперу и изъявить желание стать его женой, раз еще оставался потенциал, не связанный браком с Дунканом. Тут предстояло решить третью невыполнимую задачу, чтобы от этого магического брака Гарольда и Дэбби не отвалился Дункан.

– Не надо, милорд! – прохрипела Дэбби. – Я буду служить вам и иногда тешить себя этой прекрасной мечтой!

– Хорошо, на том и сойдемся, – вздохнул Сергей.

Разговор с Эльзой прошел легче, чем ожидалось. Собственно и разговора как такового не было, даже возгласы и выкрики отсутствовали, только страстное мычание сквозь кляп и чавкающие звуки вкупе c шлепками плоти друг о друга.

Находясь в Чоппер-мэноре, Сергей не удержался и ублажил себя компанией двух магических служанок. Вот там это было блаженство, здесь же работа. Нудная работа по тонкой промывке мозгов Эльзе, чтобы два раза в нее не входить. Легкие касания магией, благо контакт тел и «работа изнутри» присутствовали. Танец вокруг клятв, не попытка их взломать, не попытка обойти, лишь попытка как-то усилить желание сообщать о передвижениях Гамильтона.

Провальная попытка. Клятвы в части Академии были подобны свободной, изящно-ажурной беседке. Клятвы вокруг Гамильтона больше напоминали военный бункер, сваренный наглухо, затянутый намертво, не подберешься, не устроишь диверсию. Вариант тут был только один – длить отношения с Эльзой после Академии, навещать ее и регулярно трахаться, уже не в качестве студента, а попутно вызнавать тайны и секретики.

Впрочем, это можно было предвидеть. Сам жест Гамильтона, дающий послабления Эльзе и Гарольду, уже говорил обо всем этом, что ректор не видит Эльзу как источник опасности или утечки информации. Возможно, он просто захотел порадовать Эльзу на старости лет?

В общем, оно того не стоило.

– Очень интересно, – задумчиво изрекла Нинон, глядя снизу вверх. – Вы применили допинг?

– Вынужденно, – признал Сергей. – Энергии не хватало.

– Очень интересно, – повторила Нинон и облизала губы, сглотнула. – Обрыв разгона такой мощи, провал в энергии, это как раз понятно, не зря снижение обычно проводят плавно. Но допинг словно подхлестнул ваш организм, возможно, угроза смерти тоже сыграла свою роль. Но вряд ли, такие исследования уже проводились.

– И?

– Организм мобилизовался, вышел на новый уровень, его еще нужно замерить, но точно выше чем раньше, и стабилизировался. Словно и не было ничего. Еще, конечно, нужно перепроверить, но обычно мои магические вкусовые пупырышки (Нинон улыбнулась блудливо) не подводят. Можно хоть завтра начинать новый разгон.

Нестабильность, зелья, процедуры, батареи за спиной, заклинания и обновление.

– Нет, – отмахнулся Сергей. – Не надо.

Глава 49

– Чопперы готовы в два раза увеличить закупки эксклюзивного продукта Рода Лоддард, восстанавливающего геля, – небрежно произнес Сергей.

– Я передам Главе Рода ваше предложение, – таким же небрежным тоном откликнулся Гидеон Лоддард.

Глаза его чуть блеснули, Сергей ощутил радость профессора и предвкушение перспектив. Пускай Гидеон и так был не последним магом в своем Роду, такое предложение продвигало его еще выше по той невидимой социальной лестнице, которую Сергей перемахнул одним могучим прыжком.

– Также знайте, Гидеон, что лично я обязан вам за уроки, выручившие в трудную минуту, – добавил Сергей.

Укрепить связь, создать задел на будущее. Как и с Портер, МакАлистер, Одноглазым Грегом, даже с Ворлок. Пускай не получилось протянуть один стальной канат в БАМ, его можно заменить сотней нитей, таких вот связей, когда ты вроде бы должен, но на самом деле все работает тебе на пользу. Тоже уроки Гидеона.

– Алекса Лавстилл, – задумчиво повторил Гидеон, чуть покачивая бокал с коньяком. – А ведь она была моей ученицей. Хотя, вернее было бы сказать, что мы многому научились друг у друга.

Сергей не стал вскидывать удивленно брови, только кивнул. Они любили друг друга, Гидеон почерпнул приемчиков любовной магии и так далее. Возможно, кто другой и пошел бы мстить за прошлую любовь, но точно не Гидеон, каждый год охмурявший десятки новых студенток.

– Я горжусь вами, Гарольд, – сказал Гидеон, отпив глоток и посмаковав его.

Вот этому Сергей пока еще не научился и не был уверен, что надо учиться. Гурманство, изысканные блюда, оттенки вкусов различных напитков. Из всего диапазона сомелье у него лучше всего получалось только похмелье, как шутил он мысленно. Гидеон пытался привить эту свою гедонистическую жилку, учил, как жить и радоваться, но в этом вопросе Сергей оказался плохим учеником. Слишком уж сильно его сжигала изнутри другая страсть и миссия по убийству Гамильтона.

– У меня еще не было такого разностороннего ученика, – продолжал задумчиво Лоддард, – который преуспевал бы в учебе, женщинах и сборной Академии одновременно. Уверенно доминировал на поле боя и одолевал представителей других Священных Родов на их поле, побеждал их силу крови.

Сергей слегка махнул рукой, не зная, что тут можно сказать. Эти восторженные возгласы про доминирование он слышал уже неоднократно, да что там настолько часто, что они успели надоесть. И это несмотря на замкнутый образ жизни, усугубившийся из-за погружения в работу над дипломом. Изнутри Турнира доминирования как-то не ощущалось. Восторга битв и втаптывания в землю врагов тоже. Да, побеждал, да ремонтировал, да делал то, что нужно, но не более.

– Ведь так обстояло дело? – спросил Гидеон. – Когда Лавстилл повела вас заключать магический брак, вы одолели ее, не вступая в брак, и она помогла вам справиться с охраной?

– Именно так, – кивнул Сергей. – Все благодаря вашим урокам и занятиям, факультативным, но предельно полезным, профессор. Уверяю вас, что не забуду этого.

Гидеон просиял, правильно уловив намек. Однажды Сергей станет императором и потянет за собой Гидеона. Непонятно было, чем отличаются придворные дамы и женщины Священных Родов от таких же, только в Академии, но для Лоддарда разница, похоже, имелась.

Правды о случившемся о Турнире, разумеется, никто не знал, а Сергей ловко соорудил «хижину лжи», ссылаясь на звонок Дэбби, свои предчувствия, потенциал и мощь разгона, специализацию в целительстве и уроки Одноглазого. Все по заветам Гидеона, уроки у которого тоже пошли в сооружение одной из стенок «хижины лжи», сказать по большей части правду, соврав или утаив лишь самое важное.

– С удовольствием продолжил бы наши занятия, но сами понимаете, конец учебного года и диплом.

Гидеон кивнул в ответ и, в общем, расставание с профессором прошло «в теплой, дружеской атмосфере».

Не обошлось, конечно, без проблем. Организм, привыкший к даровой энергии из батарей, чуть не подвел в критическую минуту на Турнире, но все же чудом восстановился и стабилизировался. Разумеется, окружающие увидели в том чуде лишь еще одно подтверждение «Гарольд Чоппер – любимец Матери-Магии», что в общем-то было на руку.

Но вот мозг, привыкший к работе под заклинаниями, искусственному ускорению и улучшению, пришлось вправлять отдельно. Пригодился опыт из прошлой жизни, умение заставлять себя учиться, а также выросший чуть ли не на порядок базовый потенциал. Что, в свою очередь, породило новую проблему. Не такую уж страшную, но все равно немного неприятную.

Никаких отношений с обычным сексом, иначе можно было вступить в магический брак даже с обычным человеком. Разве что кентаврих или русалок каких сношать, зло подумал Сергей, слушая объяснения Нинон, дескать, потенциала хватит, чтобы даже обычного человека сделать магом. Вдвойне зависимым от самого Гарольда, ведь брак заключался через магические узы.

Парри внутри плясал боевую джигу и орал «Изольда!», не слушая возражений.

– Кровь была алой? – переспросила Нинон риторически.

Переглянулась с наставницей, Полли Портер. Главная целительница смотрела добродушно, словно Гарольд Чоппер был ее любимым внуком, приехавшим на лето в деревню, навестить бабушку.

– Думаю, можно записать как гипотезу, – кивнула Портер. – Для точного определения придется привлечь ректора Гамильтона, ведь он ставил печати.

– Не надо, – быстро сказал Сергей.

Мысленно он уже предвидел всю цепочку, что будет, включая залезание Гамильтона в его организм, для проверки с печатями. К черту все это! Обойдется Гамильтон!

– На диплом оно все равно не повлияет, там мы даем рекомендации по стандартному снижению разгона, без экстремальных прерываний, – добавил он, бросив взгляд на Нинон. – Намек на такое может привести к попыткам повторения и только ухудшит ситуацию.

– Хорошо, сделаем отдельную запись в рамках исследования Уорд, – не стала спорить Портер. – Повторить разгон до сотни все равно никто пока не сможет, а там видно будет. Любой результат все равно результат, даже если он не укладывается в статистику.

На статистику будущих разгоняемых Сергею было плевать, по правде говоря. Стряхнул идею о привлечении Гамильтона и уже хорошо. Оставшееся невысказанным ему тоже было понятно. Багровое озеро – накопившийся под печатями потенциал, застоявшаяся магия. Алое – свежее, его собственная магия, бьющая без печатей, текущая свободно. Неясным оставалось, почему для смены цвета потребовалась экстремальная встряска с кучей смертей и прерыванием разгона, но эта теоретическая проблема уж точно могла подождать.

– Диплом я почитала, весьма остроумные решения, к целительской части претензий нет, проблема только в одном, – Полли задумалась, сложив губы в «куриную жопку». – Все построено на практическом материале самого Гарольда, который, как мы уже выяснили, отличается от норм и стандартов, без обид.

Сергей лишь улыбнулся, дескать, никаких обид, при этом думая о другом. Мать-Магия не соврала, таланты в магии и мощь, куча запасных жизней, а вот убить Гамильтона так и не вышло, хоть и выделялся из стандартов. Нет, не так. Убить Гамильтона так, чтобы уцелеть самому и не вызвать подозрений, вот чего не вышло.

Он наведался в здание ректора, обойдя горгульеголема и ряд других защит, но ректора там внутри так и не нашел. Только мощную сигнализацию, на которой он и прокололся. Навестил и личный портал ректора, точнее говоря, попробовал навестить, но опять же, только поднял тревогу.

В условиях после нападения на Остров и участников Турнира, а также так и не пойманного Владыки, системы БАМ среагировали в несколько раз быстрее и мощнее. Где ночует Гамильтон, выяснить так и не удалось, подобраться через доверенных магов тоже (там Сергей даже не пытался, помня о клятвах той же Ворлок). Вот и получалось, что мощь, знания, возможности есть, а Гамильтон все равно жив и здоров.

Оставался только удар на каком-то собрании студентов Академии, но и здесь все было не слишком гладко. Удар такой мощи, который гарантированно убил бы Гамильтона, убил бы и самого Сергея, не говоря уже о том, что такой удар не провернуть по щелчку пальцев. Если оставить себе возможность сбежать, то и Гамильтон успеет сбежать, и так далее.

– Упомянуть об этом отдельно? – спросил он.

– Нет, – ответила Портер. – Вы очень помогли нам, Гарольд, с исследованиями разгона, да и рекламу неплохую создали.

Сергей изобразил легкое удивление.

– На Турнире, когда сумели исцелить всех одним заклинанием, – пояснила Портер. – Пускай тот двойной яд и оказался не настоящей «смертью магов», но он был близок к ней. Ежедневно мы получаем массу запросов и просьб со всего света, более того. Императорская канцелярия обратила на нас внимание и сделала запрос о возможности работ в этом направлении!

Сергей принял скромный вид. Нечто похожее он слышал и от МакАлистер, только в области маботов, и от Макферсон, только в области магии превращений. В какой-то момент ему даже показалось, что старушка Моника сейчас начнет ему предлагать себя (по следам все той же Ворлок), лишь бы Гарольд задержался в Академии еще на годик, но обошлось. Одноглазый вот ничего не высказывал, пока еще «лечился», то есть получал и обкатывал новые артефакты-протезы, но и он был доволен.

– Я рад, что смог помочь.

– И я помогу вам в ответ, – ответила Полли. – Выступлю на защите с отдельным указанием этого момента и заявлением, что факультет целительской магии возьмет на себя исследования нестабильного разгона.

Добровольцы найдутся, конечно же, подумал Сергей. Не из Священных Родов, так из обычных, у кого не так много денег и возможностей. Выделят не первых наследников, обученные медсестры будут отсасывать излишки энергии, укрепляя тем самым факультет. Достаточно будет явить хоть парочку успехов, как Священные Рода сами прибегут, будут совать котлеты магических денег, способные заткнуть пасть крокодилу, выкручивать руки, чтобы их наследников разогнали первыми, раньше конкурентов.

А потом в БАМ, с уже увеличенным потенциалом и стабильным ядром.

– Практические методы еще надо будет отработать, – рассуждала вслух Портер, – не каждому подойдет мабот со сбросом излишков энергии в оружие. Преобразования и развитие силы крови, боевая магия, с этим можно поработать в контакте с Источником, отточить методику.

Посмотрела на Сергея пристально и цепко.

– Разумеется, Гарольд, это уже будут исключительно наши проблемы. Возможно, мы даже так ее и назовем «методика Чоппера-Уорд» и она, если не перевернет мир, так уж точно изменит его!

Сергей в этом сильно сомневался, по правде говоря, но возражать не собирался. Магия развивалась и неслась вперед, вкупе с обычными науками, повторяя в этом двадцатый век Земли Сергея. Садиться на шпагать и рвать штаны в прыжке во время этого стремительного движения вперед магия тоже не собиралась, что не могло не радовать. Разумеется, радовать с той точки зрения, где Сергей убивал Гамильтона, становился императором и наслаждался всеми благами стремительно развивающегося общества.

– Желаю успешно защититься, – сказала Портер напоследок.

– Милорд, наши отношения развивались не лучшим образом, – глухо произнесла Ворлок.

Обнаженная, на холодном полу, с какой-то палкой за спиной и прикованными к ней руками, кандалами на ногах. Сергей посмотрел удивленно на Барри, тот лишь пожал плечами и слегка закатил глаза.

– Но я осознаю свою вину и готова загладить ее, оставить Академию и служить вам усердно.

Заботиться о вас и быть мамочкой, мысленно продолжил Сергей, потакая своим желаниям. Может даже подбить Пэгги Курс и продолжить все эту тему псевдоинцеста уже в Чоппер-мэноре, без оглядки на БАМ и клятвы. Сергей бы даже, может быть, согласился бы, неси в себе Ворлок информацию, но увы. При увольнении у нее из памяти сотрут всё, относящееся к Гамильтону и служебным тайнам и, зная ректора, сотрут без возможности восстановления.

– Без тайн и нарушений, без обхода клятв и запретов, без риска, зачем ты мне нужна? – произнес Сергей.

Эльза на полу затряслась своим дряблым телом, словно плакала. Зато от Барри веяло облегчением, похоже БДСМ-геронтофилия его порядком достала, хоть он и старался не показывать ничего.

– Но если вдруг ты найдешь способ служить мне, сумеешь снова разжечь мой интерес, оставаясь в Академии, то я подумаю над тем, чтобы что-нибудь нарушить в ответ. Например, взять тебя своей младшей женой, на побегушках.

Что тут можно нарушать в Академии? Служебные тайны и Гамильтон. Сумеет – что же, Сергей подумает. Нет – значит, нет, на том история и завершится, пусть сидит в Академии, сгорает от страсти и мальчиков по борделям затрахивает. Сгорит от нарушения клятвы? Отличная зачистка следов и Гарольд вроде бы и ни при чем.

Жестоко, но что делать, изначально не следовало связываться с Эльзой.

– Волнуешься? – спросила Саманта, поправляя какую-то складочку на мантии Сергея.

– Вот еще. Пятнадцать минут позора и диплом в кармане, – ответил он студенческой шуткой из своего мира.

– Какого еще позора? – встревожилась Саманта, «закудахтала», всплескивая руками. – Ты – Гарольд Чоппер, номер один в Академии! Ты не можешь опозориться на защите диплома!

Были на шестом курсе и еще несколько предметов, но экзамены по ним Сергей уже сдал. Защита, оценка, получение диплома, финальная оргия и домой!

– Не волнуйся, это просто шутка такая, – ответил он, добавил. – Для нерадивых студентов.

– Дурацкая шутка, – буркнула Саманта.

– Разве тебе не надо переживать за свой диплом?

– Твой важнее, – серьезно ответила Саманта, привлекла к себе Сергея и крепко поцеловала. – Иди и побеждай!

Сергей лишь улыбнулся и напоследок вскинул руку, воскликнув:

– Руби, не глядя!