Текст книги ""Фантастика 2024-130". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Сергей Малицкий

У парня он и вовсе происходил в экстремальной ситуации, так что выплеск эмоций, пусть и таким странным образом, не был чем-то необычным.

Тем более, пропев пару куплетов этого древнего гимна первых космодесантников, Серёга переключился на более полезный способ сброса напряжения, а именно на нарезание монстров.

Впрочем, с учётом нашего резко увеличившегося количества, сильно душу отвести на бедных созданиях он не успел. Те попросту кончились, наевшись свинца.

В небе тем временем оказался подбит уже третий, последний дирижабль.

Здоровенная махина, сбрасывая с себя покорёженные бронепластины, словно шелуху, пыталась удержаться в пылающем небе, приковывая к себе внимание противника и отвлекая его от десанта.

Людей Хиго на всех судах было по минимуму. Лишь чтобы поднять дирижабли в воздух да довести их в сохранности до нужного места.

То, что суда обратно не вернутся, члены экипажа догадывались, и тем не менее желание поучаствовать в последнем путешествии своего воздушного дома выразили все.

Пришлось патриарху Хиго лично вмешиваться и отбирать наиболее подготовленных, дав слово остальным, что при первой же возможности будут заложены новые суда с тем же именем, что и участвующие в атаке.

Я лично присутствовал при моменте, когда основная часть экипажа прощалась с теми, кто должен был пилотировать дирижабли. Их провожали на верную гибель, и сцена была донельзя трогательная. Вот только…

– Бл*, Стёпа, какого х** узкоглазые ещё не падают? Я тебе, сука, батарейки из бронника выну и в жопу воткну, еб***, чтоб быстрее шевелился! – вещал в своём излюбленном стиле на командирской волне граф Меркулов. – Если, б***, хоть один из них подохнет…

Дальше следовала непередаваемая игра слов, складывающихся в замысловатые конструкции, трудно понимаемые обычным гражданским человеком.

Впрочем, за несколько дней, проведённых в компании Василия Филипповича, мой мозг приспособился переводить его боевой диалект на общечеловеческую речь. Причём, самое забавное, в мирной обстановке и за пределами тренировочных полигонов он изъяснялся вполне культурно, хотя и создавалось впечатление, что он постоянно себя сдерживает, чтобы не перейти на привычную для себя речь.

Может, из-за этого они и не сошлись характерами с вечно невозмутимым патриархом Хиго. А может, виной тому было то, что в своё время Меркулов вытащил молодого Хиго с погибающего судна, где тот был капитаном.

Собственно, точно так же как сейчас тот самый Стёпа организованно отправлял в свободный полёт идейных капитанов дирижаблей и их помощников, не давая им красиво уйти «в закат».

– Так, б**, первый взвод, зарылись наверху холма. Ждёте «жестянки». Третий, тащите, бл******, разведку сюда, если там ещё живые остались. Паша, какого х**, эти макаки инопланетные ещё, б**, разлагаться не начали? Да ёб***** по этому гамадрилу, пока он нас всех не вы****! – Меркулов раздавал команды лаконично, при этом, судя по карте, которую я вывел на визор, господин граф всё ещё кружил где-то там в небе. Видимо, сам покидал гибнущее судно в числе последних.

Мы же, тем временем отбив первую волну нападавших и заработав кратковременную передышку, стали отходить к подножию холма, некогда усаженного деревьями.

Видимо, когда-то здесь был небольшой парк, под прикрытием которого и работала лаборатория, однако сейчас вместо ухоженного леска торчали лишь одни обугленные пеньки.

До ближайших домов, относительно уцелевших, было не меньше полукилометра, однако, судя по непрерывно поступающим докладам, сейчас к нам со всех своих многочисленных лап мчались твари со всех окрестностей.

Неподалёку, отработав одноразовыми двигателями, приземлился лёгкий танк. И едва его траки коснулись земли, как длинное дуло главного орудия тут же повернулось в сторону стоящих вдалеке зданий, и грянул залп.

Судя по тому, как зарябил от перегрузки визор, жахнули чем-то запрещённым, и, пожалуй, от прогулок по этому парку я в ближайшие годы воздержусь. Впрочем, до этого момента ещё дожить нужно.

– Игорь Владиславович, мои люди обнаружили запасной вход в лабораторию, – услышал я бодрый мужской голос и даже не сразу соотнёс его с Меркуловым. – Вам нужно обойти холм с западной стороны. Мои парни сейчас вскроют заслонки и предоставят вам доступ.

– А ведь можно было сказать об этом гораздо короче, – хмыкнув, произнёс я, одновременно с этим перепрыгивая через наполовину сгнившее земное дерево, почти исчезнувшее в странной коричневой траве Перуна.

– Да вас, потомственных аристо хрен разберёшь. Упадёте вы в обморок от нормальной речи или за шпагу свою возьмётесь, что-то приняв на свой счёт, – ответил граф и неожиданно заорал. – Да, б**, какого х** я ещё не наблюдаю нормальных укреплений. Вы у меня сейчас заново это х**** пересобирать будете!

Я-то понял, про что говорит экспрессивный граф, а вот Кабанов, тоже подключённый к нашей частоте, от неожиданности споткнулся и едва не покатился со склона.

Впрочем, от того, чтобы покачать головой, не удержался. На мой взгляд, та скорость, с которой бойцы Меркулова окапывались на холме, превращая его в форпост, была что-то с чем-то.

Пока мы бежали к обнаруженному входу, я успел несколько раз перепрыгнуть через траншеи, а чуть ниже были видны самовозводимые конструкции, сброшенные с дирижаблей под самый конец высадки.

Выглядели они как здоровенные кубы, высота каждого из них была около трёх метров. Едва оказавшись на твёрдой поверхности, эти кубики вгрызались в почву и раскладывались, превращаясь в забор небольшой высоты.

С учётом того, что падали эти заграждения кучно, да ещё и под управлением компьютера, вокруг холма быстро росли рубежи обороны, а слажено работающие десантники оборудовали огневые точки, готовясь к обороне.

– Подрыв! – услышал я команду, уже подбегая к указанной Меркуловым точке.

Раздался оглушительный хлопок, даже с учётом сработавших систем брони, и в воздух взлетели куски земли вперемешку с покорёженным металлом.

– Закладывайте второй! Быстрее, бл*! – приказал граф, уже успевший приземлиться и сейчас наблюдающий за тем, как его люди прокладывают дорогу внутрь лабораторного комплекса.

– Мы добрались! – доложил я, остановившись возле огромного мужчины, в тяжёлой броне, казавшегося ещё больше.

– Вовремя, – повернулся в мою сторону Меркулов, демонстрируя глухое забрало шлема, на котором был изображена оскаленная морда медведя. – Осталась последняя створка, а дальше ваш выход.

– Понял, – кивнул я, глядя на графа снизу-вверх. – Что по общей обстановке?

– Мутная, б**, – рыкнул мужчина. – Несмотря на то, что с момента приземления прошло немного времени, противник уже должен был взять жопу в горсть и мчаться сюда, догадавшись, что наша главная цель – это лаборатория и те, кто в ней находится. Но они по-прежнему пытаются остановить продвижение основной армии. А сюда сбегаются лишь ближайшие стаи.

– Заряд заложен!

– Подрывай! – приказал Меркулов и продолжил:

– Так что есть два варианта. Либо Накано похеру на своё мясо, либо его здесь нет, и он реально уе*** к Лифту. И всё основное веселье развернётся там.

– Ну или в лаборатории есть что-то такое, что заставляет мятежника считать себя в безопасности, – выдвинул я третью версию, подходя к пробитому проходу и вглядываясь в клубы дыма.

– Вот и узнаете, – хлопнул меня по наплечнику граф, а после перешёл на защищённый канал. – И это, Игорь, я знаю, что у вас с Ван Као какая-то договорённость и поэтому вы туда лезете таким составом. Но если прижмёт, забей х** и зови нас. Мы подсобим.

– И заберёте себе всё веселье? – хмыкнул я, а после добавил. – Буду иметь в виду. И спасибо.

– Увидимся ещё, барон, и удачи тебе, – ответил Меркулов.

Кивнув в ответ, опустил забрало, превращая броню в полностью автономный скафандр, и, махнув рукой, вместе с Кабановым и его людьми, направился в тоннель, ведущий в лабораторию.

Глава 12

Зона

Перун

Тёмный провал запасного выхода, вскрытого десантниками Меркулова, проглотил наш отряд почти сразу же, отсекая все лишние звуки с поверхности.

Ощущение было странным, так что я даже на всякий случай проверил связь с графом и несколько удивился, что она продолжала работать.

Складывалось впечатление, что лабораторию окутывал полог тишины, но подобные технологии просто так с Центральных Миров не вывозили.

И если тут всё же стоит что-то подобное, кое у кого возникнут серьёзные проблемы, так как обычно такие установки если и ставятся на подобных базах, то уж очень по большому «блату». Ибо очередь за подобными исключительно имперскими технологиями расписана на годы вперёд.

– Когда сюрпризы начинаются у самого входа, я начинаю сомневаться в гостеприимности хозяев, – произнёс Кабанов, оглядывая тоннель.

Точных схем не было, но с учётом того, что располагался этот выход у подножья холма, это был один из грузовых тоннелей. Следовательно, идя по нему, мы должны были прибыть в центральную грузовую шахту, пронизывающую весь комплекс.

По крайней мере, такой архитектуры придерживались при строительстве исследовательских лабораторий, и будем надеяться, что местные строители не стали придумывать что-то новое.

– Как самочувствие? Голова не болит? Желание свалить подальше не появляется? – уточнил я у товарища, пока его бойцы разворачивали и запускали мелких дронов-разведчиков.

Кабанов отреагировал не сразу, так как тоже стоял не просто так, любуясь обстановкой. Его второе Я, в призрачном обличии, оторвавшись от носителя, зависло под потолком и в каком-то драматичном жесте, будто ему это действо было чертовски неприятно, распростёрло руки в стороны. Из его полупрозрачного живота выскочили тёмно-серые…щупальца… пуповины… в общем, омерзительная на вид гадость.

И каждый из этих отростков, пройдя сквозь броню, проник в головы гвардейцев Кабанова.

– Да как обычно. Голова не болит, а вот желание свалить из этого негостеприимного места постепенно нарастает, – кивнул Сергей.

Один из «тентаклей» Кабанова попробовал и меня «добавить» в небольшую, но дружную семью, но я лишь махнул рукой, и пуповина быстро втянулась в живот призрака, а Серёга поморщился.

В обычной обстановке «подключение» он хорошо контролировал, но вот в Зоне его дар немного шалил.

Вообще, со слов Сергея, свою способность он воспринимал немного по-другому. Ему она виделась этакими лучами света, соединявшими его и подчинённых. И, управляя этими лучами, Кабанов мог контролировать бойцов, даруя им нечеловеческую силу, ловкость и скорость.

Так что, когда я ему описал, как на самом деле выглядит со стороны его дар, парень не слишком удивился. Скорее, даже напротив, у него, наконец, сложилась головоломка в части того, почему он вроде несёт чистое и светлое, а его люди превращаются в уродливые создания.

– Вывожу изображение, – произнёс один из бойцов, первым отправившим в полёт дрона-разведчика. Небольшая часть визора стала чёрной, но спустя мгновение картинка прояснилась, и мы увидели изображение с парящей крохи.

– Первый уровень… служебные помещения… склад… Гараж… Признаков противника не обнаружено, – скороговоркой дублировал боец информацию, выводимую нам на дисплеи. – Найдена центральная шахта лифта… Спускаюсь на минус первый…

Ну да, противника не обнаружено. Вот только готов поспорить, что этот самый противник находится там, где только что пролетел разведчик. Уж больно много укромных мест оказалось на этом уровне. Тем более с учётом буйной растительности, буквально заполонившей всё вокруг.

Все тоннели и переходы, помещения от мала до велика были покрыты разнообразной травой, кустами и даже деревьями всевозможных форм и размеров.

Так, следующим залом, через который нам предстояло пройти, чтобы добраться до лифта, оказался гараж, в которой даже колёсная техника присутствовала. По крайней мере, парочку джипов и одну легковушку под толстым слоем мха я разглядел.

Правда, с теми деревьями, что проросли сквозь люки на крышах боевых машин, они явно были не на ходу, так что покататься по лаборатории, определённо, не получится.

– Помехи усиливаются. Но на нижних уровнях однозначно есть источник энергии, – доложил оператор, комментируя видео, которое постепенно превращалось в слайд-шоу.

– Василий Филиппович, хозяева свет дома не погасили, так что есть вероятность, что они здесь, – передал я на всякий случай Меркулову, услышав в ответ одобрительные возгласы вперемежку с матом. Тоже одобрительным.

– Двигаемся, – отключив общий канал, приказал я, и наш отряд, перед которым поползли паукообразные роботы с простейшим набором команд, отправился вглубь лаборатории.

Пройдя вдоль коридора, чьи стены были покрыты фиолетовым «ковром», мы, наконец, добрались до гаража.

– По возвращении скажу Ксении, что больше не хочу садик с яблонями, – произнёс Кабанов, стоило нам очутиться в просторном помещении.

В зале царил полумрак. Холодный свет, излучаемый мхом, едва пробивался сквозь идеально ровную высокую траву, скорее затрудняя, чем, помогая рассмотреть то, что таилось в многочисленных тенях. Впрочем, не тени выдавили из Кабанова очередной комментарий.

Пролетевший тут дрон лишь мельком запечатлел покорёженные деревья, зато сейчас мы могли рассмотреть их в полной мере.

– Согласен, яблоки с чего-то подобного я бы есть не стал, – подсветив фонарём ближайшее трёхметровое деревце с редкими ветвями, обрамлёнными алыми овальными листочками с чёрными прожилками.

Но сейчас я больше с подозрением разглядывал странный рисунок коры. Если проявить фантазию, то в этих трещинах можно было увидеть контуры мужского лица.

Вот овал рта, искривлённый гримасой боли. Небольшие наплывы по бокам, словно пухлые щёки, которые внезапно сдулись и огрубели. Обломанный сучек, напоминающий нос с горбинкой, а над ним две чёрные трещины.

Которые внезапно открылись, и я увидел, как на меня, не обращая внимания на бьющий свет фонаря, смотрят бездонно-фиолетовые глаза.

– Контакт! – крикнул я, всаживая в эти два колодца по пуле и не слыша ни звуков выстрелов, ни собственного голоса.

Полог тишины охватил комнату, убирая любые звуки и не давая предупредить отряд об опасности.

Тварь же, даже ослепнув на оба глаза, добрее не стала, и раскрыв пасть, прыгнула на меня. Орала она при этом или просто демонстрировала сросшиеся во едино и превратившиеся в сплошную острую пластину зубы, я сказать не мог.

Зато, отпрыгнув в сторону, при этом всадив ещё полмагазина, разглядел, прикреплённое к стволу и болтающееся из стороны в сторону высушенное тело мужчины. Которому, видимо, и принадлежало вплавленное в ствол лицо.

Для чистоты эксперимента выстрелил и по мумии, наблюдая, как свинец прошивает скукоженное тело насквозь, будто внутри него ничего не было.

Однако эти выстрелы оказались куда действеннее даже попадания по глазам.

Дерево, пролетевшее мимо, упало на мягкую траву и принялось кататься из стороны в сторону, будто пытаясь вжаться в неё.

На долю секунды я ощутил, как между травой и разевающим пасть «деревом» пробежала эфирная искра. Однако дожидаться, что же именно последует за этим дальше я не стал.

Выхватив Аспид, принялся методично рубить тварь, некогда бывшую человеком, на мелкие части, заливая окрестности странной прозрачной жидкостью. Которую толком было и не разглядеть, если бы не плавающие в ней фиолетовые искорки.

Точь-в-точь такие же, которые я видел у голограммы на ковчеге…

– Сука, надеюсь, лесник здесь будет куда приветливее… – произнёс я, закончив нарубать в мелкую щепу одного противника и тут же переключаясь на следующего, буквально выросшего передо мной из густой травы…

При этом стараясь контролировать, насколько это было возможно при текущих обстоятельствах, и остальную часть гаража, мгновенно превратившегося в поле боя.

Впрочем, если противник и надеялся, что, лишив нас возможности общаться, он получит преимущество, то изрядно прогадал.

Стоило только первой твари на меня напасть, как остальные, во главе с Кабановым, словно единый организм, пришли в движение, успев среагировать на резко изменившуюся обстановку.

Ожившие деревья, зашевелив ветвями, обнажили установленное на машинах оружие и, нажав на спусковые крючки, открыли огонь по двум гвардейцам, почти добравшихся до военного транспорта.

Пули, вспоров ковёр из мха и травы, достигли стального пола, а после, отрикошетив, словно злобные осы, стали вырываться обратно на свободу.

Одновременно с этим прямо между бойцами стали падать «деревья», до этого прекрасно маскировавшиеся под растительность на потолке.

Стоило только первой из тварей коснуться пола, как она мгновенно сжалась, став похожей на колючее перекати-поле.

А после взорвалась, извергая из себя тонкие ветви бело-жёлтого цвета, напоминавшие по форме человеческие кости, скреплённые между собой

Одна из этих косточек щёлкнула о наплечник моей брони, и система тут же замигала бледно-жёлтым, предупреждая о незначительных повреждениях.

Не смертельно, но подставляться лишний раз желания не было, тем более что нам ещё идти и идти, так что, сделав финт и уклонившись от ветвей очередной твари, выпустил несколько волн эфира, срезая большую часть того, что приросло к потолку.

Впрочем, это была скорее перестраховка, чем реальная необходимость. Два бойца Кабанова, даже несмотря на отсутствие возможности переговоров, в считаные мгновения обезвредили обеих тварей в пулемётных гнёздах.

А после обратили орудия врагов на них же самих, меткими очередями срезая падающих монстров.

Тех же, что успевали добраться до пола, встречала группа молчаливых бойцов.

Ни единого лишнего движения, ни единого лишнего выстрела или выпада клинком. Даже первая тварь, что рванула костяной шрапнелью, попала лишь по мне. Гвардейцы Сергея, накаченные его силой, умудрились уйти с вектора атаки, несмотря на то, что были в считаных метрах от места «взрыва».

Так что прыгающим на них монстрам не светило абсолютно ничего, кроме быстрого упокоения.

Даже тварь, зашевелившаяся под единственным легковым автомобилем в гараже и явно превосходившая размером своих собратьев, кажется, попыталась в испуге забраться в крошечный багажник, увидав, что твориться с её товарками.

Не успела. Несколько гвардейцев, подскочив к машине, перерубили ветви-щупальца, а после и вовсе закинули несколько гранат под днище.

В пятки слегка отдало, несмотря на толстый ковёр из растений, а легковушка, взлетев в воздух, сделала один оборот и приземлилась на крышу.

– … т это я понимаю, тёплая встреча, – неожиданно услышал я тихий, но довольный голос Кабанова. – Ух, блин, как бодрит…

Я покосился в сторону парня, почти не принимавшего участия в битве. Физического, я имею в виду.

Так-то, по факту, он своим даром не только подстёгивал бойцов, но и координировал их действия, так что обвинять его в бездействии было нельзя.

Но сейчас его определённо будоражила не произошедшая стычка, а те самые фиолетовые искорки, которые его призрак, будто магнит притягивал к себе.

Впрочем, встряхнув всем телом, будто мокрая собака, Сергей отрубил дар, и призрак, состроив недовольную рожу, отцепил «пуповины» от бойцов и втянул их в себя.

– Усё, я в порядке. Даже, сказал бы, что чувствую себя лучше, чем до этого, – заметив, что я смотрю в его сторону, произнёс Сергей. – Всё под контролем! Честно!

– Почуешь что-то неладное, сразу предупреждай, – я кратко описал, что произошло с его призраком, а после добавил:

– Иначе придётся тебя «выключать» вручную.

– Ну нормально же общались… – протянул Сергей. – Лучше пойдём, глянем на того «красавчика», что работал в качестве глушилки.

Барон указал в сторону перевёрнутой машины, на днище которой, при должном старании можно было разглядеть переплетённые между собой человеческие тела. Правда, после того, как поработали гранаты, полную картинку составить было трудно.

Зато можно было прекрасно рассмотреть, как из одного тела, пронизанного корневой системой, по полупрозрачным, чудом уцелевшим сосудам в другое, циркулировала всё та же искрящаяся жидкость.

Правда, ток жидкости замедлялся, похоже, сердце, ну или сердца, твари уже едва бились. А спустя секунду и вовсе остановились, и лишь сейчас я ощутил, что «вата» из ушей исчезла окончательно.

– Сдохла, – констатировал Кабанов, глядя на опутавшую машину тварь.

Судя по тому, что удалось разглядеть через выбитые окна, основная часть монстра располагалась в салоне, представляя из себя плотный кокон из переплетённых между собой корней.

– Сдохла-то сдохла, – кивнул я, – но рисковать не хочется.

Сняв с пояса одну гранату, взвёл её, а после, вскрыв внешний слой, вогнал металлический цилиндрик как можно глубже.

И, успев отойти на безопасное расстояние, с удовлетворением посмотрел, как всё внутри салона легковушки превратилось в фарш из мяса, костей и растительности.

Точно так же мы поступили и с тварями, что стреляли из пулемётов. Верхние ростки, которые управляли оружием, срезали в начале стычки, а вот то, что было внутри… Скажем так, когда я заглянул через люк, есть совершенно перехотелось, хоть мы все и так не завтракали перед десантированием.

– А дальше что? Ходячие танки? – заданный Кабановым вопрос повис в воздухе. Его бойцы разговорчивостью не отличались, а я отвечать опасался, так как судьба последнее время как-то слишком буквально воспринимала мои слова.

И, похоже, действительно, молчание – золото. Так как после гаража, нам никаких других, кроме как трансформировавшихся в деревья сотрудников лаборатории, не попадалось.

Да, чем глубже мы проникали внутрь комплекса, тем упитаннее и страшнее становились мутанты. Но всё же определённая схожесть присутствовала.

Судя по всему, на первых этажах мы столкнулись с теми, кого мох поглотил по остаточному принципу. Возле той же лифтовой шахты нас попробовали задавить массой твари, почти сохранившие человеческое обличие. Разве что грудная клетка у них была вывернута наизнанку, и внутри неё рос по-своему даже красивый цветок, напоминающий старо-земной одуванчик. Тонкий фиолетовый стебель и пушистое навершие, взрывающееся сотнями мелких семян, парящих в воздухе.

Была бы тут Морозова, наверняка, предположила бы, что эти «оборотни» были выведены для распространения спор. Однако меня больше напрягал тот факт, что многие из нападавших монстров до сих пор были в одежде, в которой находились в своём человеческом обличии. На некоторых мы даже бейджики обнаружили и карты пропусков, облегчивших идентификацию.

Так вот, все они были либо техническим персоналом, либо какими-нибудь младшими сотрудниками. А значит, внизу нас либо ждала толпа южан, либо ничего. И даже не знаю, чему я больше обрадуюсь…

– Да по фигу, Игорёк, – вися на одном из тросов, по которым мы спускались на нижний уровень, прокомментировал мои выводы Серёга. – Мы за последние полтора часа стольких перекрошили, что сотней больше, сотней меньше…

– Вот уважаю я тебя за твой оптимизм, Сергей Архипович. А вот за легкомысленность – не очень, – достигнув сомкнутых створок лифтовой двери, ведущей в коридор минус пятого уровня, я достал Аспид, и, напитав его эфиром, вонзил в металл. – Но на каждый одарённый болт найдётся своя одарённая гайка.

Материал двери поддавался с трудом, но процесс шёл. Метрах в десяти над нами бойцы Кабанова отстреливали передвигающихся по стенам ползунов.

Твари, сшитые из двух тел, но почему-то с одной головой, издалека напоминали пауков. И так же, как и эти членистоногие, прекрасно перемещались по вертикальным поверхностям. А ещё плевались какой-то едкой дрянью, которая медленно, но верно плавила нашу и так изрядно помятую броню.

Я уже давно отключил постоянно орущие сообщения о повреждении доспехов. Ремонтировать тут негде, да и некогда, а на нервы действует.

– Готово! – кусок двери выпал в шахту и с грохотом полетел вниз, чтобы через несколько секунд с громким чавканьем приземлиться на успевшую образоваться кучу мёртвых тел ползунов.

Я посторонился, пропуская в вырубленный проход гвардейца. Парень выглядел откровенно хреново. Часть шлема отсутствовала, демонстрируя обезображенное лицо, к уродству которого добавились многочисленные порезы и ожоги от кислоты.

Кое-где даже были виден фиолетовый пушок, пробивающийся в районе виска, но, по словам Кабанова, ничего необычного он не ощущал. Да и сам боец двигался вполне нормально и жалоб не высказывал.

Впрочем, с недавнего времени все люди Сергея находились под постоянным воздействием его дара, и, что будет с ними, когда он пропадёт, было страшно представить.

Но, честно говоря, глядя на этого обезображенного бойца, я поймал себя на мысли, что в очередной раз радуюсь, что настоял на своём и не взял никого из своих людей.

– Чисто. Вижу широкий, хорошо освещённый коридор. Признаков заражения… не замечено…– залезший первым боец запнулся при докладе. Впрочем, стоило мне залезть за ним следом, я понял его удивление.

В отличие от всех тех мест, через которые мы пробивались с боем, здесь почти отсутствовали признаки мха, растительности и даже тварей. Просто длинный коридор, залитый жёлтым светом и упирающийся в дверь, показательно выкрашенную в красный цвет и с многочисленными надписями предупреждающего характера.

– Не, ну если так настойчиво просят не входить, не вижу смысла этого не делать, – произнёс Кабанов.

– Согласен, – кивнул я и направился в сторону двери, которая пришла в движение, будто приглашая войти.