Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

Почему-то с этой мыслью мне стало слегка больно и обидно за себя. А где боль и обида, там и ненависть. В первую очередь к этому сраному миру. Может Клирия и права в этом? Может это просто шанс поквитаться с теми, кто мне устроил головомойку?

Чем больше я думал над этим, тем сильнее меня это охватывало.

И я поспешил сбросить с себя это наваждение.

Нет, не сейчас, ещё успею подумать над тем, что делать, и кто меня обидел. Сейчас главное разобраться с наёмниками.

Я с самым умным, сдержанным и величественным видом, на который был способен, дождался, пока они не подойдут ближе. На свою наглую рожу я нацепил ещё очки, чтоб окончательно создать вид интеллектуала, который всё знает. Таким образом сделал так, чтоб у них вообще не осталось сомнений по поводу того, кто я.

Блин, я думал, что сто человек будет выглядеть… нет так много, если честно. Нет, серьёзно, их слишком много! Хули, тут их случаем не двести разом припёрлось!?

Я быстро посчитал количество. Нет, вроде плюс-минус сто. Но они всё равно занимают много места!

Они зашли строем по три человека в ряд, чётко чеканя шаг. По крайней мере они пытались так делать, но ни один не мог попасть в такт и выглядело это как глубокий рассинхрон. Пройдя всё поле, этот отряд борцунов за деньги выстроился прямо передо мной по десять человек в ряд.

Все в полных доспехах, не блестящих на солнце. Совершенно не гордо выглядящие и своим видом не внушающие спокойствия. Рядом с ними прямо ощущалась неуверенность и чувство незащищённости и ненадёжности.

Короче идеальные рыцари, если бы не куча «не», что приходится вставлять перед каждым прилагательным. Клирия, мразота ты жуткая, что блять ты к нам привела за разбойничье войско?

Но что-то они явно знали, так как ко мне сразу подошли трое наиболее сурово выглядящих рыцаря.

Пардон, два с половиной. Один был конкретным гномом и выглядел так, словно на ребёнка нацепили мини версию доспехов, что были на остальных. Другой, по центру, был детиной в два метра. Это чо, типа так они хотят произвести на меня впечатление? Благо третий был просто толстым. Ну не прям круг, но довольно широкий, что заканчивало картину «рыцари из кунсткамеры».

Мне стоило огромных трудов остаться невозмутимым.

Когда они подошли, я, как и положено дворецкому, поклонился и величественно произнёс.

– Приветствую вас в поместье…

Бля, а как поместье то называется!?

– «Уголёк», – закончил я с невозмутимым лицом, даже не сделав интервала между словами.

– Это… довольно символично, – произнёс толстый.

И я с подозрением покосился на него. Почему?

Да голос подозрительно тонкий.

Кажется, другие восприняли его слова и мою реакцию несколько иначе, так как главный и, по совпадению, самый высокий, что стоял в центре, произнёс:

– Прошу прощения за моего товарища. Ему не хватает такта.

Произнёс с хрипотцой, словно всю ночь он или орал, или курил. Наркоман шоли?

– Идиотина, – бросил третий и самый низкий…

Да вот только такой голос ну просто не мог принадлежать гному!

У меня теперь закрались самые что ни на есть плохие предчувствия. Потому что голос толстяка я ещё могу списать на то, что голос такой. Бывают парни с тонким голосом. Но вот голос мелкого точно лолькин!!! Или гнома-гома, что тоже не может радовать!!!

– Кхм-кхм, прошу меня простить, но не могли вы бы снять шлемы?

– Зачем? – раздался полный подозрения писклявый голос мелочи из доспехов.

– Прошу понять меня, я, как слуга моей госпожи, обязан защищать. Прошу прощения за такую просьбу, – поклонился я слегка, давая понять, что это всего лишь акт вежливости.

– Да, мы понимаем, – сказал мужик по середине, снял шлем…

И ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ЭТО БЛЯТЬ БАБА!!! ВЫ ДРОЧИТЕ!? НА ТЕБЯ НАДЕЖДЫ БЫЛО БОЛЬШЕ ВСЕХ!!!

Я с трудом подавил желание высказать своё «Чо», «Чо за хуйня», «Чего блять» и т. д.

Нет, баба более-менее нормальная, не очень длинные светлые волосы (для меня волосы все делятся на белые, рыжие, коричневые и чёрные, если расцветка обычная) перевязанный тряпкой лоб, и очень тяжёлый взгляд. Вернее, наркоманский, так как глаза были прикрыты, словно она обдолбалась.

Следующим шлем снял… женщина-жируха. У этой наоборот рожа весёлая, взгляд весёлый, на губах улыбка. Интересно, она с таким же лицом сражается?

Третей сняла шлем мелкая. То, что это баба, я уже не сомневался. Вся такая мелкая; глаза злобные, смотрят на меня недовольно из-под чёлки. Она меня раздражает.

– Что смотришь, что тебе надо, книжный червь, – недовольно подняла она на меня мордаху с видом «я тебя сейчас укатаю».

Ах так, сука!?

Не успела главная и слова сказать, а я уже ёбнул в мелкую способкой «Взгляд убийцы».

Та посмотрела на меня. Вот её губы сузились в маленькую полосочку, мордаха сморщилась, глаза наполнились слезами и…

– Беги и подумай над своим поведением, дитя, – выдал я улыбкой маньяка.

И сразу после моих слов (удачно совпало, да?) она разревелась на всю округу. Так громко, что многие повернули к ней голову, явно не понимая, что происходит. А та, разревевшись ещё сильнее, бросилась бежать прямо через строй, подобно ребёнку, расталкивая там стоящих людей.

Блин, реально на маленького ребёнка была похожа.

– Я… – хрипло и явно не поняв, что произошло, продолжила главная, – прошу прощения за свою подопечную. Она резка, но такое выдала в первый раз.

– Я всё понимаю. Дети, они такие, – кивнул я с вежливой улыбкой.

– Так-то она не ребёнок, – тут же заметила пухляшка. – Ей тридцать пять.

– Ох, прошу прощения, её поведение ввело меня в заблуждение, – слегка поклонился я, угорая над их вопросительными рожами.

Спорим, они её такой в первый раз видят?

Забавная ситуация получилась.

Честно говоря, у меня очень плохое предчувствие. Если эти трое женщины, то остальные девяноста семь…

Я нервно сглотнул, стараясь держать себя в руках.

– Осмелюсь попросить снять шлема всех наёмников. Прошу простить мою осторожность, но мой долг требует подобного, – вновь поклонился я, с замиранием сердца ожидая того, чего увижу.

Главная, не задумываясь, кивнула и махнула рукой своим. И те послушно давай снимать шлема.

Ох ебать… Ох сука…

Пиздец предстал мне во всей красе. Потому что все сто человек были бабами, совершенно разными во всех отношениях. Расы – от зверолюдей, до эльфийки, что с краю; рост – от лоль до вот такой вот дурынды в два метра; вес и тело сложение – от пухлика передо мной до конкретных тростинок.

Это была солянка. Это был конкретный подъёб.

Ёбаны в рот, Клирия! Дура ты неотёсанная! Ты чем думала, когда вызвала сюда этот бабский легион!? Ты блять понимаешь, что натворила, тупая ты шлюха!? Тут блять в ближайшем километре никого из мужиков нет! Ёбаны это место я крутил на хую вместе со всеми вами! Нахуя ты баб сюда блять притащила!?

Бля-я-я-я-я!!! Да у нас деревня из одних баб состоит, дура ты не траханная!!! Ты чо блять тут, бабское государство решила устроить!? Ты блять какого хуя натворила, бестия блять ебанутая!?

Да ты посмотри на них!!! Они же все, ВСЕ БЛЯТЬ БАБЫ!!! Да у них ещё и рожи бандитские!

Гарем!? ГАРЕМ, ДА!? Да это не гарем! ЭТО ГАРЕМНОЕ ВОЙСКО!!! Какой мудло может о так мечтать!? Хотел гарем? Ну так получи сразу сотню мужланок-убийц-феминисток.

Я причитал внутри себя и ругался благим матом, позволив себе только сдержанно улыбаться. Они не должны видеть, что я в конкретном ахуе. И мой ахуй сейчас катается по сознанию на трёхколёсном велосипеде по кругу и дудит в дудку с криками: ЕБАТЬ МОЙ РОТ, ЕБАТЬ МОЙ РОТ, ЕБАТЬ МОЙ РОТ.

– Позвольте узнать ваши имена, леди, – поклонился я им.

– Ой, леди, это мило, – улыбнулась пышка. – Я Тулика, а это, – она указала рукой на главную, – Мамонта.

Видимо пышка была у них за секретаря. А Мамонта это… погоняло или имя?

– Прошу вас за мной, леди, – развернулся я и пошёл в сторону руин.

Мы двинулись через пепелище уже по протоптанной дороге, что вела к подвалу.

– Прошу прощения, но наша будущая наниматель живёт… в подвале? – раздался голос пухлика.

Не знаю, почему, но её голос вносит какое-то тёплое хорошее настроение, как кружка тёплого молока или горячего какао. Не раздражает и не выводит из себя как у некоторых.

– Нет. Моя госпожа живёт в подземном комплексе, что выстроен здесь, – ответил я, не вдаваясь в подробности.

Мы наконец дошли до двери, что вела вниз.

– И это… комплекс? – раздался слегка разочарованный голос.

– Тулика, – раздался хриплый и глухой голос главной, который без шлема звучал намного женственнее, – умолкни сейчас же!

– Молчу-молчу.

– Прошу простить мою помощницу, – уже ко мне обратилась Мамонта. – она говорит слишком много.

– Ничего страшного, – кивнул я, открывая дверь.

Спустившись по ступеням, мы попали в длинный коридор, что был, судя по всему, и блок-постом, и пропускным пунктом, и местом основной обороны одновременно.

– А у вас тут довольно знатная оборонительная система, – уважительно хмыкнула пухляшка. – Даже для масла есть протоки в потолке.

Вот как она узнала, что это для масла, так ещё и протоки? Я, во-первых, не увидел их, пока она не сказала. А во-вторых, как увидел, не мог понять, с чего она это взяла. Дырки как дырки, ничего особенного.

Сразу видно пропасть между её знаниями и моими.

Дальше был коридор на втором этаже. Насколько я понял, здесь было несколько коридоров, что выходили к главному и здесь же было много комнат, как больших, так и маленьких. Как я предположил, это было помещение для стражи, чтоб они могли здесь жить. Как раз до верха было недалеко бежать.

Это помещение женщины разглядывали с интересом и молча.

А вот в пещере они выразили мои мысли. Вернее, выразила их пухлик. Наверное, из-за того, что она заменяла голосовые связки.

– Ого… вот это… помещение… – выдохнула она, оглядываясь. – Графиня здесь живёт?

– Боюсь что нет, – ответил я. – Она живёт на нижних этажах.

Кстати, только сейчас заметил, что, когда подходишь к лестнице, что ведёт нас с третьего на четвёртый, сам проход к ней оформлен как замок в прямом смысле этого слова. Замок был буквально вырезан в скале со стенами и башнями как красивая объёмная картинка. И в стене вместо ворот была арка к лестнице.

Дальше мы спустились на четвёртый, неплохо освещённый, но пустой коридор. И позже на пятый. Главный холл, где потолок терялся во тьме, даже не смотря на обилие повешенных здесь факелов (спасибо негру-эльфу Сине). Хоть пухлик и удержалась от вздохов, но оторвать взгляда от потолка не могла.

Потому что его не видела и пыталась разглядеть.

– А у вас тут пустовато, – наконец выдала она, но я промолчал.

Мы прошли дальше, в самый конец холла, где попали в коридор поменьше, но с таким же закруглённым потолком. Он заканчивался двойными дверьми, что вели в комнату графини. Клирия верно рассчитала, дав нашему лицу соответствующую её статусу комнату.

Я остановился у дверей и постучал. Подождал пять, секунд, десять, двадцать… Блять, где она!?

И когда я уже хотел стучать ещё раз, дверь тихонько приоткрылась и оттуда выглянула дроу. Увидев меня, её рука почти было потянулась к глазу, а лицо стало слегка испуганным. Запомнила урок значит, вот и хорошо.

– Леди Мамонта и леди Тулика прибыли к нашей госпоже Элизиане.

– Я… я сейчас спрошу разрешения, – пробормотала Сина и закрыла дверь.

– Ваша госпожа очень занятая, так? – спросила меня Тулика.

Не знаю, что именно слышали они о Элизиане, поэтому решил говорить наиболее близко к правде.

– Да, несмотря на первый взгляд, к работе она подходит всегда ответственно. Просто её характер может иногда дать ложные… представления о ней.

В этот момент дверь широко раскрылась, и Сина почтительно отошла в сторону.

– Госпожа Элизиана ждёт.

Я молча прошёл мимо неё вместе с женщинами. Сина закрыла дверь, быстро обогнала нас и открыла дверь в кабинет.

Там, за не совсем новым и чистым столом в окружении бумажек и свечей сидела Элизиана и что-то делала. Цирк для двоих, вот что мелькнуло в моей голове, когда я это всё увидел. Мы разыгрываем представление для двух дам.

Элизиана, даже не глянув, кивнула на кресло.

– Садитесь.

Это выглядело довольно властно, хочу заметить. Причём говорила она это непринуждённо. Тут играла роль и её манера речи (я имею в виду прежней героини Кэйт) – спокойная, рассудительная и слегка властная. Человек, что добился высот.

Что-то дописав, она посмотрела на двух гостей. А Сина тем временем встала за её спиной. Ну просто идеально играют в хозяина и слугу, хотя Клирия сама отдала приказ, что Элизиана по отношению стоит выше остальных слуг, но не имеет власти. Другими словами, её все обхаживают, но нихрена приказать она без разрешения или отмашки не может.

– Итак, значит это вы? – облокотилась она локтями на стол, сплетя пальцы между собой.

Не договорила, позволяя им самим закончить.

– Приветствую вас, графиня Элизиана, – встали обе и поклонились.

– Оставим это. Как видите, я слегка занята, поэтому предпочла бы поскорее заключить договор. Клятва кровью, верно? Надеюсь, вы помните наш договор.

– Да, графиня Элизиана. Как вы и писали, пять лет и клятва кровью. Оплата после заключения.

– Отлично-отлично, – кивнула она. – Итак, я сейчас выйду, давно хотела прогуляться и отдохнуть от этого подземелья. Поэтому будьте добры, подождите меня в коридоре.

– Есть, – ответили обе, встали и направились к выходу.

– Так, Сиианли, отведи их. Мэйн, останься.

Так ты выучила имя эльфийки? Блин, я тупо сократил его, чтоб легче было. Я тут тупой чтоль самый?

Когда они вышли, мы подождали ещё секунд тридцать, прежде чем шёпотом начать разговор.

– Нет, ты видела!? Ну ты видела это!?

– Наёмниц? – спокойно осведомилась Элизиана.

– Да там их целое войско! Там просто одни бабы. Нет, там есть ещё и бабищи! Да там… я… ну ты просто представь!

– И? – со спокойным лицом она смотрела на меня. – Ну женщины-наёмницы, и что?

– Не, да там… там одни бабы! Там войско бабское во главе с этой черноморкой! Ты просто… не ну ты… а, ладно… – я махнул на неё рукой, всё равно не поймёт. – Нашла? Расходы на наёмников?

– Да, пришлось повозиться, – она толкнула лист с примерными расчётами на человека за месяц, туда входили расходы на зарплату, на обмундирование, еду, лечение и так далее. Короче, Клирия знатно всё расписала.

– Здесь… не хватает тупо денег. В смысле, голой суммы на зарплаты, что надо выделить в месяц.

– Да-да, сейчас… – она стала интенсивно рыться в бумагах, пока не явила на свет ничем не отличный от других листок. – Вот. Здесь только зарплаты.

– Отлично… Кстати, там тебе могли попасться документы, что не предназначены для чужих глаз. Поэтому приказываю никогда и не при ком, кроме меня и Клирии не поднимать эти вопросы, ты поняла? В противном случае я запру тебя в темноте на долгие годы.

– Я… поняла, – испуганно пробормотала она, сразу потеряв всю важность и уверенность. Никак отпечаток на душе остался.

– Кстати, ты неплохо работаешь с бумагами.

– В прошлой жизни, когда была в своём мире, работала бухгалтером, – ответила Элизиана.

– Ясно… Тогда иди пока подписывать клятву кровью. С них полное подчинение в любом вопросе и смерть в случае твоей гибели. С тебя – зарплата вовремя.

Выйдя из комнаты, мы разделились. Я вежливо откланялся и направился в сокровищницу, подхватив один из факелов и связку ключей с листком. Выдам пока им сразу за два месяца, чтоб потом не ебаться.

Дошёл до двери, открыл и оказался в комнате, забитой золотом. А дальше начался нужный процесс пересчёта денег. Десять, двадцать, тридцать, сорок… Методично отсчитывая их, я складировал монеты в один из мешков, что были свалены в кучу в одном из углов. Те же самые мешки, которые я видел в сгоревшем городе. Как закончил, закинул довольно тяжёлый мешок на спину и вышел, закрыв на ключ дверь.

И всё, и пизда… Ебашить мне с этим мешком за спиной на самый верх. А ведь говорил Клирии, что надо придумать другой подъём, а то обосрёмся здесь подниматься. Вот первый результат – я с мешком золота пытаюсь взять штурмом пять этажей.

Пиздец… моё любимое слово выражает практически любую ситуацию, в которую я попадают, потому, что они все подозрительно похожи.

Добрался я до первого… с трудом. Ножки мои бедные уже дрожали и сгибались под тяжестью. Зато поднялся практически за то же время, что шёл бы без мешка, так как я выдавливал из себя все силы, чтоб поспеть наверх к моменту, как они заключат договор.

И почти поспел.

В тот момент, когда я поднялся, Сина и Элизиана стояли с листком бумаги, что был весь залит кровью. Элизиана, проткнув палец, что-то проговорила и прикоснулась к этому листу.

Предположу, что договор был подписан.

И тут же…

До меня дошла одна простая и понятная мысль, которая разрушила всю фишку нашего прикрытия.

Четвёртый столбик.

Он конкретно обозначает, кто над кем стоит. И раз теперь они служат мне, то будут видеть, всю иерархию.

Я быстро открыл его, чтоб убедиться в этом.

Да, верно, вот Мамонта, вот Тулика, вот ещё девяноста восемь имён. Уверен, что можно было бы как-то скрыть то, что Элизиана стоит на ровне со слугами под начальством Клирии, а та, в свою очередь, подо мной. Но я же дебил, я об этом подумал вот, только сейчас, как и положено человеку, имеющему в званиях недвусмысленный диагноз.

Или может я успею попытаться…

– Эм… госпожа Элизиана. Не поймите нас неправильно, но почему вы находитесь на ровне со слугами? – настороженно и очень серьёзно спросила Мамонта своим хриплым голосом.

Тулика тоже не выглядела жизнерадостной, а её рука легла на меч. Ясненько. Всё-таки после заключения контракта они автоматически вписались в группу как её слуги и увидели всю картину целиком.

Тогда время проверить, подчиняются ли они мне или нет. Вернее, приказать Элизиане, чтоб она приказала им подчиняться мне.

Я сбросил мешок на землю, который своим звоном сразу привлёк внимание этих двух и ещё десятка воинов, что как бы стояли подозрительно рядом к графине. Казалось, что после обнаруженного обмана они стали дружно стекаться к ней поближе. Зачем, хуй знает, всё равно ничего не сделают из-за договора.

Но если вдруг попытаются кинуться, придётся под тварью всех перебить.

– Элизиана, приказывай им подчиняться мне, – тут же сказал я.

Не успели они понять, что происходит, как она произнесла:

– Приказываю подчиняться моему господину и главе этих земель.

Не знаю, что должно было измениться, но я в свою очередь громко сказал:

– Всем преклонить колено перед вашим господином!

Сказал громко, уверенно (не чувствую я уверенности сейчас), чтоб вся сотня услышала.

И они услышали. Даже сами не осознавая, все склонили колено предо мной. Некоторые выглядели весьма удивлёнными.

– Что это значит!? – возмутилась Тулика.

– Молчать! – рявкнул я.

Нет, я не приобрёл неожиданно смелости. Лев рычит, чтоб запугать и показать, кто здесь главный. Я тоже это делаю, имея полную власть теперь над всеми. Нельзя дать слабины перед бабьим войском, иначе сожрут и поводок не спасёт. Сразу покажу, что не боюсь их и что я тут главный. А там уже свыкнутся и всё будет нормально.

Главное отыграть свою роль и прилюдно не обосраться.

Я спокойной походкой подошёл к наёмникам и графине со служанкой, волоча мешок.

– Это ваши деньги, Мамонта. Сразу за два месяца, – кивнул я ей, выдерживая этот злобный взгляд женщины, которую кинули.

Да куда тебе до взгляда Клирии, дилетант. Вот у той взгляд так взгляд, сразу в душу смотрит.

– Спасибо, Элизиана, ты неплохо поработала. Можешь встать, – кивнул я ей. – А что касается вас…

Я обвёл взглядом сотню моих людей. Все смотрели только на меня. Кто-то злобно, кто-то с интересом, кто-то непонимающе.

Бля, неуютно-то как под столькими взглядами. Хочется забиться куда-нибудь под камень, хотя чувство, что они под моей властью, греет.

– Итак, позвольте ещё раз представиться, я Мэйн, глава этих земель и ваш господин.

– Нам сказали…

– Это не имеет никакого значения, что вам говорили, – перебил я её. – По сути для вас ничего не изменилось. Ни условия договора, ни условия оплаты. Никто не собирается вас отправлять на войну. Цели всё те же – охрана. Или вы не согласны?

– Нам не нравится, что вы скрыли от нас правду.

Я присел так, что оказаться на уровне её лица.

– А это уже не ваше дело, – сказал я твёрдым голосом. – Теперь ваш голос здесь не играет роли. И да, я запрещаю вам как-либо контактировать без моего разрешения с вашими людьми, – это я уже сказал громче, чтоб приказ услышали остальные. – А теперь встаньте. Ваше место будет на втором этаже подземелья. Или на четвёртом, если считать снизу. Сина!

Вот только сделай глупость, сучка, я убью тебя. Но дроу уяснила уже урок.

– Да, мой господин.

– Покажи им где матрацы с бельём лежат. Если не хватит… то не хватит. Скажешь и мы закажем ещё.

Сина кивнула.

– Пройдёмте за мной, – а вот это она уже сказала недовольным голосом, словно как так, её посмели потревожить. Вот прям раздражение сквозит, что не заметить его невозможно. Значит только со мной сыкует. Ну чтож, тем лучше для меня, сразу видно, что всё поняла и сыкует пиздануть хуйню.

С ней ушла Тулика, и то, после кивка Мамонты.

– Итак, что касается вас, завтра я выдам вам графики. Часть будет сторожить поместье, часть будет охранять ближайшую деревню, что вы здесь видели рядом. Часть в это время будет отдыхать. Мы разобьём время для вас. И ещё, – тут я вспомнил очень важный момент. – Вам надо будет обучить жителей деревни сражаться.

– Всех? – прищурилась недовольно Мамонта.

– Нет естественно. Только самых-самых. Недавно на них напали, и они потеряли всех стражников. Мужчин там практически нет, так что вам придётся обучать женщин. Не думаю, что вам впервой, но я решил предупредить. А пока можете устраиваться, я ещё наведаюсь к вам.

С этими словами я развернулся и, не оборачиваясь, ушёл. Глава никогда не оборачивается, потому, что он уверен в себе и не смотрит назад. Это я в одной эпической книжке прочитал. Элизиана скользнула за мной, подобно послушной служанке.

Когда мы уже спустились на первый, где никого не было, я позволил себе выдохнуть. На мгновение дрожь пробежала по всему телу, выдавая то, насколько я обосрался под давлением как этих баб из легиона, так и от проблем на свою голову. Не каждый день строишь из себя крутого перед головорезами.