Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

Эпилог

Огромный зал, где преобладающим цветом был белый. Многие знали это место, как небесный зал из-за того, что здесь было белым бело, словно ты находишься в небе среди облаков.

Абсолютно белые плиты из камня, отполированные до зеркального блеска, которыми выстелены полы этого места. Белоснежные стены, покрытые тканью с причудливыми узорами, что были цвета слоновой кости. Они создавали удивительные узоры, глядя на которые начинала слегка кружиться голова и стены начинали казаться объёмными. Окна были занавешены естественно столь же белоснежным тюлем. Вся мебель была сделана из очень редкого белого дерева, что произрастало в далёких землях и которое очень дорого стоило. Однако здесь его было в избытке.

Глядя на это место, первая ассоциация, которая приходила в голову человеку – бальный зал. Да-да, именно на него и было похоже помещение, однако для балов и важных встреч существовало совершенно другое место.

Этот зал был личными покоями главы сильнейшей группы во фракции Ночи и соответственно, главой всей фракции Ночи. И в этот гостиный зал пускали только избранных, что могли удостоиться встречи с ним.

Правда никто не горел желанием встречаться с главой, так как если он вдруг решил тебя вызвать аж к себе, то вопрос очень серьёзный. А если вопрос серьёзный, то жди беды. А беда в мире, где решает сила и все друг другу враги, чаще всего стояла рядом со смертью.

Что было известно о главе фракции Ночи?

Немного. Глава поднял восстание, повёл за собой армии, у него был действительно сильный и мудрый наставник, научивший его многому, и верный помощник, который не раз закрывал его грудью. Казалось бы, как два таких простых фактора сделали такого человека настоящим монстром, внушающим страх союзникам и заставляющий уважать себя противников.

Но самое страшное в главе фракции Ночи была именно его внешность.

И кому, как не служанке, что всегда была рядом с главой, знать это. Ведь она была одной из тех немногочисленных доверенных лиц из прислуги, кому позволялось заходить в покои главы.

Более того, она не раз помогала главе мыться, одеваться, приносила еду и так далее. Можно сказать, что она была руками главы, когда это было необходимо. И она была одной из немногих, кому это всё доверяли.

Несмотря на то, что на служанке стояла рабская печать, она никогда не жалела о том, что стала такой. Жизнь здесь была намного лучше, чем где-нибудь у больного хозяина, который в лучшем случае мог просто изнасиловать.

К тому же служанка чувствовала, что участвует в нечто большем, чем простом принеси-подай. Она прислуживает главе центральной группы и всей фракции Ночи, что значило о доверии непосредственно к ней. Служанка всегда гордилась этим и старалась лишний раз доказать, что не зря ей доверили эту роль. От сюда рождалась и её преданность.

Именно поэтому сейчас она быстрым шагом направлялась в личные покои главы, чтоб передать секретное письмо. Ведь именно ей доверили принести его. Доверили, когда многие, выполняющее более важные задачи даже близко бы к письму не смогли приблизиться.

И вот она подошла к огромным белым дверям и на секунду замерла, вслушиваясь в голоса. Нельзя прерывать своим бесцеремонным стуком главу, если только сообщение не очень срочное. Дождавшись нужного момента, она постучала.

– Да-да? – послышался из-за двери голос молодой девушки.

Служанка скользнула во внутрь и тут же поклонилась.

– Моя Хозяйка, письмо с информацией о ситуации в западном графстве на границе.

В центре этой белой комнаты перед шахматным столом сидела очень милая и хрупкая девушка.

Глава не была лишена грации и обаяния. Она много улыбалась, удачно шутила и имела отменные манеры настоящей леди из знати. Многие считали, что она из какого-нибудь древнего рода, что пал в давным-давно. Такого же мнения была и служанка.

Из-за доброй улыбки, что часто присутствовала на губах девушки, многие недооценивали своего противника и потом она с той же доброй улыбкой смотрела, как их казнят на площади замка, в котором проходили собрания. Если тех не устраняли где-нибудь в другом месте.

Однако таких глупцов было немного.

Многие её знали и боялись. Она была той, кто поднял восстание, той, кто повёл за собой других. Она была той, кто знал легенду их фракции. Того, кто дал шанс угнетаемым жить своей жизнью. Многие говорили, что она не только знала его, но и состояла с ним в довольно близких отношениях, что добавляло ей политического веса. Маленькая и хрупкая девушка, несущая совсем немаленькую и точно не слабую угрозу.

Сейчас она, одетая в белый лёгкий сарафан, пыталась обыграть своего оппонента.

– О! Спасибо, неси сюда, – обрадовалась девушка, хлопнув в ладоши.

Служанка быстро скользнула к своей хозяйке, подобно верной собачке, которая чувствует радость от того, что смогла услужить, и обеими руками протянула конверт. И как только его забрали, низко поклонилась и поспешила скрыться. Негоже было своим присутствием мешать главе.

– И чая, – напоследок сказала оппонентка главы фракции Ночи.

– Слушаюсь, моя госпожа, – поклонилась низко служанка и скрылась за дверью.

И когда та ушла, оппонентка девушки сделала ход ферзём.

– Шах и мат, – объявила она с победной и гордой улыбкой.

– Нет-нет-нет! Этого просто не может быть! – воскликнула девушка, пытаясь понять, как так произошло, что её обыграли.

– Увы, это не твоя стихия, – пожала соперница плечами.

Эта женщина тоже была знаменита в фракции Ночи. Правая рука главы, сильнейшая из воинов и гениальный стратег (тут можно спорить, так как гениальность, штука довольно растяжимая). И если глава вызывала умиление, то эта вызывала трепет. Сильная, непокорённая, верная идеалам. Многие её ненавидели, многие её уважали, и немногие смогли выжить, бросив ей вызов.

Она всегда возвышалась за хрупкими плечами девушки, отбивая желание у глупцов сделать что-нибудь не так. Ведь от её руки слетел не один десяток голов на площади.

Девушка надула мило щёчки, с лёгкой обидой глядя на соперницу. Это было чудовищно мило и не похоже на того, кто возглавляет фракцию Ночи, или как другие говорили, фракцию Зла. Но внешность бывает до чудовищности обманчива.

– Можешь не делать так, меня ты этим не проймёшь, – отмахнулась та. – Не маленькая же.

– Почему опять? Я всё правильно сделала.

– Не опять, а снова. Не дано тебе такое. Лучше занимайся своими политическими и подковёрными играми.

– Злая ты, – вздохнула она, убирая фигурки, которые стоили дороже, чем полное добротное обмундирование воина со всем необходимым для долгого перехода. После этого она открыла письмо, пробежалась по нему глазами и вздохнула.

– Кажется, нет больше графа.

– Дай-ка, – её оппонентка вырвала листок и тоже быстро пробежалась по нему глазами. – Хм… а ведь говорил, что тварь от демонов шастает там.

– Может оно и так. Может шастала и добралась до него, но это вряд ли. То ли кто-то воспользовался чудовищем и быстро устранил его, то ли и чудовища не было никакого.

– Думаешь…

– Это всё изначально было подстроено, – кивнула девушка. – Возможно дочка захотела взять власть. Она мне не очень нравится, да и видимых заинтересованных личностей, что могли приложить к этому руку не видно кроме неё самой.

– В любом случае он был никчёмным и тупым, что типично для дворняги, – пожала её оппонентка плечами и положила листик на стол. – Хорошо, что сдох.

– Плохо… – покачала девушка головой. – Очень плохо, так как теперь баланс может нарушиться. Хорошо, если это стычка внутри западной группы и место займёт кто-нибудь из них. А если восточная влезет туда? Баланс нарушиться и это может плохо сказаться на нас. Пока ни одна из групп не набирает силу, мы можем контролировать ситуацию и держать равновесие.

– Думаешь, кто-то рискнёт пойти против нас, против центральной группы?

– Ну кто-то уже рискнул его убить. Жаль, очень жаль… – девушка достала откуда-то из кармана, которого даже не было видно, маленький прямоугольник, от которого отходило две верёвочки.

Любой житель из мира антигероя сразу бы узнал телефон и наушники в этих предметах. Это было её сокровище, которое осталось от дорогого ей человека. Для многих это было атрибутом власти, даром, что остался от последнего антигероя той, кто первой его поддержала.

– Констанция, проследи, чтоб всё было гладко, пожалуйста. Если займёт место его дочь, то всё в порядке. Но если нет… надо, чтоб там обосновался кто-нибудь из западной группы. Баланс очень важен.

– Ты слишком волнуешься из-за мелочей, Эви, – отмахнулась та. – Всё будет в порядке. Обычный передел власти в их группе. Такое не раз уже случалось.

– Не раз… – вздохнула она.

Констанция, видя её лёгкое напряжение, задумалась.

– Ладно-ладно, я скажу нашему человеку, чтоб он внимательно следил за ситуацией. Но раз ты так волнуешься, то может взглянешь своими глазами на нового графа? Проявишь свои проницательные способности?

– Думаешь? – Эви приподняла голову, глядя в потолок и мило коснувшись пальцем подбородка. – Но… не будет ли это неожиданно? Всеобщий обязательный бал… мы его проводим раз в году.

– А почему нас должно это волновать? – гордо улыбнулась Констанция. – Увидишь сама нового графа или графиню и успокоишься. Думаю, что такая громкая смена власти в графстве заслуживает должного внимания. Пусть все знают, что мы всё держим под контролем. К тому же, не им нам диктовать, когда эти балы устраивать.

Эви промотала в голове несколько раз эту идею, обдумывая возможные проблемы и последствия, что тот принесёт, но таковых не обнаружила. Всё-таки они были сильнейшими и это знатно упрощало дело. Поэтому утвердительным кивком ответив Констанции, Эви включила музыку, позволяя себе улететь в страну грёз. Эти инородные миру звуки, что полились из наушников, для неё уже стали родными и дарили какое-то успокоение.

И всё же Эви сейчас слегка терзали лёгкие опасения. Или, если быть точнее, интуиция, которая очень долго молчала.

Мелочи… Именно из-за такой мелочи она стала нежитью и мир вокруг неё так изменился. Из-за мелочи началась буря, что положила начало новому мировому порядку.

И именно мелочь может стать стартом для новых непредсказуемых событий.

Кири Кирико
Мир, где мне пока не рады

Часть двадцать четвёртая. Первые шаги по сцене

Тяжёлый дух подземелья. Не пещеры или подвала, а именно классического подземелья, катакомб, что привыкли мы представлять, когда слышим ключевое слово – фэнтези.

Стоит это услышать, как в голове выстраивается мрачный образ длинных коридоров, чьи стены, пол и потолок выложены чёрным, слегка выпуклым камнем. Его влажная поверхность отражает свет тех редких факелов, что установлены здесь. В некоторых коридорах встречаются деревянные подпорки, подобные тем, что можно встретить в шахтах.

И в подобных катакомбах сейчас нахожусь я. Такие архитектурные решения никак не добавляли спокойствия. Особенно когда я слышал, как то тут, то там скребётся камень о камень.

Вот не дай бог эта вся хуйня обвалится мне на голову.

Часть коридоров были закрыты деревянными массивными дверями. С большой, просто чудовищной замочной скважиной, куда мог поместиться мой палец, сколоченные из толстых досох и скреплённые полосками добротного металла. Эти чудовища висели на не менее чудовищных петлях, как бы нескромно намекая, что ты их хуй откроешь и они здесь явно не для красоты.

За некоторыми из них встречались обычные комнаты. А некоторые открывали проход в другие коридоры, уходящие чёрт знает куда. Оставалось молиться, чтоб не в преисподнюю или в гости к тупым друзьям каннибалам.

Ещё одной отличительной чертой здесь можно было назвать сам воздух. Нет, наверное, это была основная отличительная черта этого места. Что-то типа души этого места. Тяжёлый, вязкий, сырой, пропитанный этой затхлостью и плесенью. Тут даже одежда становилась влажной, впитывая эту влагу из воздуха в себя. Да чего уж там, руку вытяни, и она становится по мерзкому слизкой и потной.

Отсутствие нормальной вентиляции на лицо.

Короче, мечта любого монстра в любой игре. Зайдёшь сюда и сразу понимаешь, что здесь есть сокровища.

Стоит учитывать, что я нахожусь где-то на самом дне этих катакомб. Ну просто на самом дне, где скапливается весь тяжёлый не сменяющийся и непроветриваемый воздух. Хотя мне то не привыкать, я всегда на самом дне и пока выбираться оттуда в ближайшие дни не собираюсь. Если так дальше пойдёт, я превращусь в донное животное.

Ну не жопа ли?

Нет, это не жопа.

Жопа – это та, которая сейчас тихо сидит рядом со мной. Вот она занимает ну просто почётнейшее место в списке всех жоп, которые случались со мной, занимая место сразу за дроздами и моей окончательной смертью в этом мире в случае неудачи.

Иногда я не перестаю поражаться своей способности находить на сраку неприятности, которые медленно режут её на ремни.

Правда обычно, когда ты знаешь, что это за неприятность, тут всё очень понятно – беги или дерись в зависимости от ситуации. А вот жопа, что схватила меня за яйца, ну блять слишком неоднозначная. Я не отношу себя к великим стратегам, да и вообще считаю, что эти все гениальные многоходовочки, если разобраться, совсем и не гениальные, а вполне обычные и предсказуемые, когда знаешь, чего ждать. Но вот с ней…

Проблема в том, что ты как раз не знаешь, чего ждать. Чего ждать от человека, который добровольно надевает на себя поводок, но при этом запрещает тебе её убивать или выгонять? Зачем? Влиять и нашёптывать, чтоб чужими руками сделать дело? Да, это возможно, но такая же хрен что-то незаметно нашепчет! Да с ней в одной комнате страшно находиться! Как такая повлиять незаметно сможет!? К тому же, можно просто заставить сделать это уговором, чего она не сделала.

Возвращаюсь немного назад, к тому моменту, когда Клирия спросила меня, каков будет мой ответ. Тогда я думал, что желание будет банальным до ужаса: захвати мир, уничтожь мир, победи королевство и так далее. Короче всё самое наитипичнейшее, что может попросить истинное зло.

Да вот только Клирия не относилась к тем типичным злым людям, которых я знаю. Она не просила власти или денег.

– Время отдавать долги. Так каков ваш ответ, мой господин? – спросила она тогда.

Она специально выделила два последних слова, чтоб показать, насколько широк мой выбор.

– Прежде чем получишь ответ, может скажешь своё желание? – предложил я.

Но хитрая сучка лишь покачала головой.

– Договор, мой будущий господин.

– Ты, скорее всего, уже знаешь ответ, не так ли? – спросил я, попутно запуская «Трусливую душонку».

Да-да, нельзя смотреть её стату, но когда за меня так плотно взялись, в этом я не вижу уже ничего плохого. Хуже не станет, а так я пойму хотя бы примерно, с кем имею дело. А она вряд ли что-либо предпримет.

Быстрая активация…

Имя: Клирия.

Фамилия: Стелкори.

И всё.

Вот просто блять всё! Имя и фамилия, но дальше дело не уходит, просто нет текста! Блять, да даже раса скрыта! Может она и не человек совсем! Это чо за хуйня!?

Кажется, моё негодование и неподдельное удивление было слишком сильно видно на лице, хотя я старался выглядеть беспристрастным. Клирия слегка склонила голову на бок, после чего очень нехорошо и недобро улыбнулась.

– Ай-яй-яй, мой будущий господин. Так нагло пытаться заглянуть в мою душу… – с этой нехорошей улыбкой одной рукой Клирия погрозила мне пальчиком и расстегнула несколько верхних пуговиц на платье.

Оттуда вывалился маленький кулончик на цепочке. Кулончик в форме женщины в плаще, которая словно клубком свернулась над своим ребёнком. Маленький, круглый, из потёртого чёрного металла на такой же металлической цепочке. Магическая хрень, блокирующая стату? Да ты чо, охуела!? Это же читерство!

– Мой будущий господин, неужели вы думали, что я не подготовлюсь к самому очевидному ходу? – улыбнулась она, пряча кулон обратно. – Прошу вас, не делайте мне больно, не думайте, что я так же глупа, как и те, кто встречался вам до этого. Теперь это другая лига, другие люди, другие правила. Пусть это будет для вас маленьким уроком на счёт того, как нельзя поступать.

Сучка… просто сучка… В жопу тебе раскалённую кочергу за такое. Да от куда ты вообще поняла, что я в твоей стате роюсь. Хотя надо признать, мой ход был довольно очевидным, когда знаешь, чего ожидать… Только знала ли она о моей способности? Или действовала так, на всякий случай? И вообще, что знает Клирия?

Хотя это тупой вопрос, так как из него следует куча других вопросов, один из которых – кто она на самом деле. Короче, задавать себе такие вопросы тоже самое, что озеро ложкой вычерпывать – толку ноль.

– Мой будущий господин, торопитесь, – погладила она меня по голове. – Поместье по большей части обшито легкогорючими материалами, а мне надо ещё успеть спасти вас.

– Будь ты проклята, сука, – прохрипел я.

– Слишком поздно. Я уже проклята. Меня проклинали так часто, что я даже не знаю, какое из проклятий действует. – Кажется эта мысль веселила её. – Так каков ваш ответ?

Я заскрипел зубами. Я бы мог подготовиться, мог бы придумать, как действовать… если бы это так неожиданно не свалилось на голову. А после всего весёлого пиздеца, что прогулялся по мне, после такого вот чуда, что свалилось на меня, мои мозги просто выдают многоточие. Что сделать, что спросить, что активировать? Конечно, сиди я сейчас дома, наверняка бы сказал: Так ты можешь поступить так! Сделай, чего тупишь!?

Но вот незадача, именно в этот момент мне никакого такого решения не приходит в голову. Может потому… что я не сижу целый и здоровый дома, а уставший и переломанный валяюсь здесь?

И в конечном итоге я просто ничего не придумал. Хотя мне простительно, я никогда не входил в категорию супер умных.

– Я согласен, – выдавил я из себя.

Клирия не была удивлена, не была обрадована. Она уже знала исход. Оказалась довольно подготовленной ко встрече со мной. Уверен, что трюков у неё ещё море на все мои возможные выходки, однако я не знаю, что предпринять.

Она достала маленький нож и порезала свою ладонь, после чего взяла мою и так же сделала разрез. Взяла её, соединяя нашу кровь, наши раны, после чего закрыла глаза.

– Мой будущий господин, принимаете ли вы условия договора? – тихо спросила она.

– Принимаю, – ответил я, скрипя сердцем и чувствуя себя шестнадцати летней девчонкой, которую выдают насильно за муж за столетнего старика. – Чтоб тебя кочергой с жопу ебали.

– Как вам будет угодно, мой господин.

– Раз я твой господин, ответь мне, что за желание ты хочешь, чтоб я исполнил?

Да, я ожидал уничтожение мира, ожидал власти и денег. Ожидал, что меня будут использовать как марионетку и так далее. Но Клирия была слишком… нет, не непредсказуемой. Слишком странной.

– Я хочу, чтоб вы получили то, чего желаете, мой господин, – ответила она мягко.

– Чего желаю? – вскинул я бровь.

Я еле удержался, чтоб не спросить: «Что за хуйню ты несёшь, ненормальная?»

– Боюсь, что вы сами не понимаете этого, поэтому я просто подтолкну вас к верному решению. Я хочу, чтоб вы взяли под контроль и правление эти земли. Вот моё желание.

Так-так-так… Открываем блокнотик в моей душонке. Есть ли в списке моих желаний такое? Так… Стать счастливым – есть, путешествовать с командой – есть, завести семью и жить в дали от мирской суеты – есть, иметь свой гарем – есть, поиграть в игру «Half-Life 3» – есть, наконец запомнить, как правильно говорить, тОрты или тортЫ – есть, перестать позориться и запомнить, сколько букв в русском алфавите – есть.

Странно, в списке желаний нет пункта «стать правителем земель». Почему же? Может потому…

ЧТО Я БЛЯТЬ НИКОГДА НЕ ЖЕЛАЛ ТАКОГО!? Я НЕНАВИЖУ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ!!! НЕНАВИЖУ ЗА ВСЕХ ОТВЕЧАТЬ!!! НАХУЙ МНЕ ЭТОТ ГЕМОР НУЖЕН!? КАКОГО ХУЯ Я ДОЛЖЕН МЕЧТАТЬ ТОГДА БЫТЬ ТАКИМ!?!?!?

Нет, сразу оговорюсь, что мне нравятся игры, где надо строить своё государство, распределять там налоги и бла-бла-бла. Да, мне нравится подобное, где надо управлять, но то игра, а это реальность! Тут нет рестарта! И там, в отличии от реальности, нет ответственности!

Вот так Клирия выбрала ловко за меня мою дальнейшую судьбу, решив, что для меня будет лучше. Ну не сука ли? Как восстановлюсь, побью её на правах господина, благо на это ограничений нет. Отпизжу её так, что кровью ссать будет.

К тому же, я уже думаю о том, как бы эту сучку грохнуть. Так, чтоб договор меня не убил. Но вот незадача – оставить тёмную дрянь на смерть, зная, что для неё это смерть – явно убить. Если я это понимаю, договор это тоже поймёт (сужу по рабской печати). Да и если я отправлю её хуй знает куда, то в первую очередь сдохну первым, ведь я недееспособен.

Потом отправить подальше? Это неплохая идея, держать её подальше от себя, но не знаю, будет ли договор рассчитывать это как выгнать её. Плюс, если учитывать её нелёгкую просьбу, то в моём будущем тяжёлом пригодиться любая помощь. А эта сука пиздец как может оказаться полезной. И боюсь, что она именно на это и делает ставку. Без неё я просто провалюсь, а там и нарушение договора.

Позвать на помощь Лиа и Мэри? Ну… сами они наверняка не полезут её мочить, а если я буду приказывать это сделать или даже там через кучу посредников, то это тоже будет считаться убийством. Да и не верю я, что такая, как Клирия не продумала столь очевидный ход. Особенно после пиздеца, что она тут устроила.

И вот я там, где я есть.

Не знаю, сколько прошло точно времени с момента как мы спустились в сраные катакомбы. Может суток двое или трое. Клирия уволокла меня сюда, словно паук в свои сети, сказав, что здесь безопасно и пожар нам тут будет не страшен. От такой аллегории мне становится реально страшно. Ведь мы тут вдвоём, практически в полной темноте, и она слишком похожа на паука, затащившего несчастную жертву в свой кокон.

Не могу сказать, что поверил ей на слово и что я вообще горел желанием отсиживаться здесь, но ей, наверное, виднее.

В этой комнате, кроме одинокой свечки, больше ничего из освещения нет. И Клирия, словно чудовище, сидит постоянно около меня, нехорошо улыбаясь и светя своими тёмно-красными глазами в темноте. Иногда мне кажется, что я вижу в её глазах пламя.

Пиздец, жуткая особа.

И я же пока в её сраной власти! Хули я сделаю, когда обездвижен?

Единственное, что говорит в пользу этой сучки, так это её подготовка. Место она уже заранее для меня выбрала. Это было видно как по кровати, которая представляла из себя хороший матрац, заправленный чистым бельём и лежащий на деревянных коробках, так и по мешкам с одеждой и едой, которые к тому моменту, как мы спустились, уже стояли здесь.

Здесь же находилась большая деревянная бадья, в которой я мог уместиться, и которую Клирия не ленилась наполнять, чтоб мыть меня. Я не буду описывать, насколько это унизительно, когда тебя вот так моют. Особенно жуткая девка примерно твоего возраста. Единственное, что могу сказать – она мыла меня тщательно и везде.

Удивительно, как я от стыда и смущения там же и не растворился.

Короче, Клирия действительно ухаживала за мной без всяких нареканий. Молча, послушно, аккуратно. Про то, как я ходил в туалет, тоже отдельная тема, я чуть не сдох от позора, а вот эта жуть-сучка воспринимала подобное вполне спокойно.

И сейчас с наглой милой мордой сидела передо мной и протягивала ложку с злоебучей кашей. Это была борьба. Борьба, которую я не собирался проигрывать.

– Скажите «А», мой господин. Сейчас к вам в ротик заедет тележка с едой, – Клирия сама раскрыла мило рот буквой «О», словно мама, показывающая неразумному дитя, что надо сделать. Как она меня вообще видит?

– Блять, Клирия, я похож на ребёнка!? Ты не прихуела издеваться!?

– Скажите «А», – снова раскрыла она ротик.

– «Б» бле…

Клирия оперативно запихнула мне ложку в рот. Я бы выплюнул это дерьмо ей в лицо, да вот только она так закинула мне его, что я ненароком всё и проглотил. Сука.

– Я тебе в жопу затолкаю эту кашу, – сказал я, подавляя рвотный позыв.

– После того, как выздоровеете – всё что пожелаете, мой господин, – вполне спокойно отреагировала на это стерва. – Но пока вам надо хорошо питаться, в противном случае ваше здоровье может быть подорвано.

– Какого хрена я должен жрать это говно? – поинтересовался я.

– Она питательная.

– Да она без всего! Даже без молока!

– Если бы у меня была лактация, то каша была бы с молоком, мой господин. Но увы… я девушка нетронутая и без ребёнка. А зелий, чтоб запустить процесс нет. Простое же молоко нецелесообразно было брать сюда.

Я даже слегка прифигел от заявы про лактацию, если честно. По большей части потому, что чувствовал – Клирия нихуя не шутит и будь возможность, она бы так и сделала.

– Я ненавижу каши. Любые.

– Мой господин. Сейчас на дворе утро, хоть вы и не можете этого знать. По утрам принято подавать кашу, – настоятельно объяснила она мне. – Но я очень сожалею, что нет ничего другого.

Хуже то, что голосом она действительно сожалела об этом. Вот и пойми, где она притворяется, а где говорит искренне.

– Да как нет!? – я махнул головой на мешки. – Там полно жрачки!

– И она уже рассчитана на определённый срок. Если бы я знала, то подготовила бы что-то более приятное для вас.

– Я не буду это есть, – отвернулся я в сторону.

Клирия вздохнула. Вздохнула так, словно она была матерью непослушного ребёнка. Вот же…

И эта сука стала тыкать мне в щёку ложкой с кашей!

Блять, да ты вообще охуела!

– Знаешь чт…

И тут же мне в рот запихнули кашу, после чего оперативно вытащили ложку. Я было попытался выплюнуть в неё, но дрянь ловко закрыло мне рот рукой, и я в конечном итоге это всё проглотил.

Сука. Просто сука.

– Я не буду это есть, – категорично ответил я. – Просто буду голодать, если будешь и дальше меня ей тыркать.

– Прошу вас, мой господин. Это всё для вашего же блага.

– Выглядит так, словно ты издеваешься.

– Я хочу для вас только всего наилучшего.

– Я всё равно не буду это есть, – ответил я. – Сдохну с голода.

Она внимательно посмотрела мне в глаза своим жутким взглядом, своими тёмно-красными слегка светящимися глазами, в которых словно играло пламя. Я, собрав всю силу воли ответил ей таким же взглядом.

– Мой господин, я забочусь о вас. И если понадобится, я буду кормить вас силой, – угроза звучала ещё более устрашающе при её спокойном голосе.

Приехали называется. А мне ещё хуй знает сколько тут с ней сидеть.