Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

Отец узнал, что я потерял память, и что? Ничего не поменялось. Да, моё поведение и дерзость получили объяснения, от чего отец парня немного смягчился, но его планы ни капельки не изменились. Он лишь больше сверлил меня взглядом с лицом человека, пытающегося втюхать кому-нибудь сломанный товар и надеющийся, что это прокатит.

– По крайней мере теперь ясно, с чего вдруг он такой дерзкий, – проворчал он, глядя на меня. Его не учили, что в присутствии другого человека говорить о нём в третьем лице неприлично? – В любом случае, моё мнение не изменится. Тебе она понравится, Тэйлон.

– Сомневаюсь.

– Не сомневайся, – резко ответил он. – Тэйлон, признаюсь честно, впервые за долгое время ты стал походить на мужчину, а не на женский платок для соплей. В какой-от мере тебе это даже пошло на пользу…

– Зарон! – это уже возмутилась мать, но тот словно бы и не заметил её.

– …но не забывайся. Я твой отец. Я глава рода. Здесь делают всё так, как я скажу. Она будет твоей женой, хочешь ты этого или нет.

– Нет, не хочу, – невозмутимо ответил я.

– Тебя никто не спрашивает, я ещё раз повторяю! – рявкнул он. Вздохнул, потёр виски и продолжил уже спокойно. – Жаль, что твоя упёртость и характер проявились только сейчас, а не раньше. Проблем с тобой было бы меньше.

– Надо было его сразу по башке стукнуть, – тут же вставил местный шут и наследник рода Диор.

– Надо было… – вздохнул Зарон. Матери паренька это явно не нравилось, но она промолчала.

Меня вообще забавляет ситуация. Батя только что узнал, что у его сына пропала память, и что он делает? Продолжает гнуть свою линию и пытается женить. Ну пропала память, ну окей, ну и ладно, главное, чтоб прокатило. Его вообще не волнует, что там с сыном, главное, что на вид живой и как муж пойдёт.

Нет, со стороны главы рода я его понимаю: выгодные связи, а тут парень живой, здоровый, пусть и без памяти, но в остальном полностью нормальный. Человек здесь ресурс и главное – выгодно выдать, чтобы получить свои плюсы и усилить род. Но со стороны ближайшего родственника это выглядит странно. У меня отца не было (я вообще не помню о себе прежнем ничего), но что-то мне подсказывает, что не так должны выглядеть отношения в семье. Не как бартер.

– Ещё раз. Ты поедешь к Милене. Посмотришь на неё, сделаешь вид, что вы с ней давно знакомы. И всё. Там уже займусь я.

– А если она мне не вкатит?

– Что сделает? – не понял Зарон.

– Вкатит, – повторил я.

– Он имеет ввиду понравится, – перевёл с улыбкой Диор.

– Да какая разница?! – начал распыляться отец семейства. – Она молода, красива, богата, воспитана, с родословной и хорошими связями у родителей. У неё есть даже руки и ноги.

– Даже? А типа обычно их не бывает у жён? – немного охренел я.

Нет, может это речевой оборот, но хрен его знает. Я знал мир, где женщинам делали обрезание, где молодожёнам отрезали мизинцы – парням с правой руки, женщинам с левой, а в некоторых отрезали мочки ушей. Так что я бы не удивился (я бы офигел), если бы здесь жёнам принято было отрезать ноги, чтобы те от мужей не убегали.

Мою фразу восприняли как хорошую шутку, и все разулыбались. Даже отец вроде как успокоился. Диор так вообще ржал во весь голос, хлопая ладонью по ноге.

– Нет, обычно они бывают, – выдохнул Зарон. – Я не пойму, ты чего упираешься?

– Мне не нужна жена.

– Твоё мнение не играет здесь никакой роли.

– Я пошлю её при всех, – невозмутимо ответил я.

На этот раз отец не возмущался – он вздохнул, облокотившись на спинку и устало потерев переносицу.

– Как же с тобой стало сложно… – пробормотал Зарон. – Как же ты невовремя лишился памяти…

– И вернулся домой живым, – кивнул я.

– Этого никто не говорил, Тэйлон, – встряла мать. – Мы рады, что ты жив.

– И поэтому пытаетесь вытырнуть из дома?

– Не разговаривай так с матерью, – с угрозой произнёс Зарон, блеснув глазами.

Мне так и хотелось его спросить «Или что?», но я промолчал. Мне надо защищать этот род, а не сраться с ним. Ведь так, всех посылая, я могу сам прибавить проблем и роду, и себе.

К тому же, возвращаясь к прошлому опыту, не всегда всё шло так, как требовала миссия. Например, мне надо добиться уничтожения противника, а меня отправляли вообще на другой фронт. И что? Я получал на втором фронте звание и доверие командования, после чего в конечном итоге возвращался обратно, получал задание, которое в других условиях мне не светило, и выполнял свою миссию. Или попадал вообще не на ту войну, но потом по стечению обстоятельств оказывался именно там, где нужно. Возможно, божество вкидывало меня не в рандомного паренька, и просчитывало варианты заранее.

Иначе говоря, и раньше нередко шло всё ну совсем в обратную сторону, однако, плывя по течению, я в конечном итоге добивался результата. А вот напрямую пробиваясь к поставленной задаче и гня свою линию, нередко встречал сопротивление, получал кучу проблем, в редких случаях и провал.

Поэтому… может жена ещё один груз на шее и проблемой больше, да, но кто знает, как это потом обернётся, верно? Вдруг получится так, что я и останусь единственным наследником рода, а всех остальных перебьют? А тут и жена будет, и я всегда рядом, и потомство, считай, не провалил миссию.

Плюс надо бы узнать, какой принцип в королевстве – монополия на насилие или право сильнейшим. Собственно, от этого и будет зависеть, от чего мне защищать род.

Потому что если здесь монополия на насилие, всё усложняется многократно. Интриги и прочее дерьмо – это всё сразу будет прилагаться суммой к работе, так как уничтожать род будут медленно. Его будут точить, выбивать подпорки, расшатывать, лишать связей, поддержки силы имеющих, репутации, денег, достоинства и уже под конец начинать убивать членов. И убивать не в открытую, а под шумок, при «случайных стечениях обстоятельств» и в «несчастных случаях».

Откуда я знаю? Я так и делал, собственно. Все члены аристократической семейки или пропали, или умерли от трагических стечений обстоятельств. Но там как раз-таки был принцип монополии на насилие.

Да, с правом сильнейшим проще – пришёл к враждебному роду, уничтожил враждебный род. Только увидел возможного неприятеля – уничтожил возможного неприятеля. С другой стороны, если здесь монополия на насилие, можно не ждать, что вот-вот в любую минуту на нас просто так нападут, что несколько облегчает задачу защиты.

Но как бы то ни было, всё равно придётся идти на уступки, навстречу другим людям и играть по правилам, ища компромисс, чтобы выполнить миссию. И всё же иметь жену очень не хотелось.

– А где я буду жить с ней? – наконец произнёс я.

– Дом. Мы купим тебе поместье в её городе, – устало отозвался отец.

– Я не хочу жить в её городе.

– Купим, значит, здесь, – с раздражением произнёс он. – Вообще, какая разница? Вы сейчас, считай, просто увидитесь и пообщаетесь, не более. Пока договоримся, всё устроим, пройдёт достаточно много времени, ты ещё в академию успеешь поступить и может даже закончить её. К тому же, она тебе понравится.

– С чего вдруг?

– Тэйлон, побольше уважения. Не испытывай моё терпение своей дерзостью.

Я едва поклонился одной головой.

– Прости, отец, – незачем обострять отношения.

– Тэйлон, возможно, если ты с ней увидишься, она тебе понравится. Ведь раньше ты сам просил встречи с ней. Был, можно сказать, без ума от Милены.

– Слава богу, что я этого не помню.

У меня такие подозрения, что Тэйлон не в силах сам подкатить к девушке и пришвартоваться к ней на ночь, надеялся, что хоть после свадьбы ему что-то перепадёт. Иначе объяснить, что его вдруг тянуло к девушке, которую сестра описала как стерву, я не могу. Нет, может действительно любовь и все дела, однако такие чудеса я обычно исключаю.

Короче, что я упирался, что я не упирался, итог был один: меня практически отконвоировали в гости к моей якобы суженой. Приходится принимать правила мира, если не хочешь бороться против него всего. Печаль, да и только.

Поэтому мне не оставалось ничего, кроме как на следующий день отправиться с отцом и старшей сестрой в роли моих представителей в гости. На вопрос, почему не мать, ответили, что не положено.

После того, как меня подстригли, помыли, надушили и одели в парадную одежду едва ли не всем женским составом дома, мы сели в карету и отправились в центр континентального путепровода, находившегося в городе. Интересное название, не отрицаю, но ещё интереснее было то, что под этим названием понимали.

Телепортация.

Хотя вряд ли телепортация. Она непосредственно в качестве способа путешествия для людей мне самому встречалась крайне редко. Именно в качестве путешествия. Проблема ведь не разобрать – проблема собрать. И если с вещью всё понятно, то с человеком возникали проблемы. Собрать-то ты его соберёшь, а что делать с импульсом, из-за которого бьётся сердце? Как такое собрать? Про сборку и разборку души я вообще не упоминаю.

Поэтому да, я сомневаюсь, что у них есть телепортация. Речь скорее всего идёт о кротовых норах, искусственных разрывах в пространстве. Вот это явление встречается куда чаще, так как безопаснее и проще по своему принципу. Единственное, в чём может заключаться проблема – не факт, что тебя из этого межпрострнаственного туннеля не выкинет по дороге случайно. Или что он откроет дверь туда, куда следует.

Мы ехали в охраняемой дорогой карете без лошадей. Я бы сравнил её с машиной, только отсутствует гул двигателя и едет жёстче.

– Кстати, я не могу никак вспомнить, как называются эти повозки без лошадей? – спросил я Зарона.

– Самоезды. И будь добр, не задавай подобный вопросов при Вьильгерах, – поморщился Зарон.

– И сиди ровно, – поддакнула сестра. – И уж тем более обращайся к ним с уважением.

– Ты мамой моей заделалась?

– Тэйлон, – добавил отец угрозы в голос. – Она говорит дело, и тебе бы стоило прислушаться. Не смей нас позорить перед ними. Не хватало ещё сплетен между другими родами.

– А у нас с ними отношения какие? Мы друзья или нейтральные?

– Мы не пересекаемся ни интересами, ни мнением. Поэтому можно сказать, что наши рода нейтральны друг к другу. И станут дружескими, если ты не подведёшь нас.

– А относительно нас они сильнее или слабее?

– Мы равны в этом аспекте. Но не хотелось бы проверять подобное на практике, Тэйлон. У них поддержка многих западных родов. Пусть у нас есть стратегически важные шахты, но их фабрики обеспечивают текстилем большую часть королевства.

– Текстильные короли, – добавила Сильвия.

– Это так их называют?

– По многому их называют, но текстильные предприятия – их основной источник дохода.

За окнами тем временем проплывал город. Слишком суетной: повсюду шныряли конные повозки и самоезды (нет, чтобы машиной, как в нормальных мирах, назвать), проезжали с грохотом заполненные трамваи. Город просто бушевал жизнью, и от взгляда на него у меня появлялось беспокойство. Но только беспокойство – будучи в карете, эффект от города был не таким сильным.

– Так почему мать с нами не поехала? – спросил я.

– Правила, – ответил отец.

– И?

– Когда мужчина едет к своей возлюбленной, его должна сопровождать девушка. Родная. Сестра. Опора и доверенное женское лицо.

– Тогда зачем отец? – кивнул я на Зарона. Тот уже было хотел мне сказать на такое, но сдержался, поджав губы.

– Наблюдатель, как старший. Представляет своего сына. Меня, как пример, представляла другой семье моя мать, а сопровождал брат.

– А если нет брата или сестры?

– Тогда на это место встаёт мать или отец.

Ни хрена не понял, но очень интересно, короче. Сестра, брат, сопровождение… вот поэтому я не пытаюсь вникнуть в суть миров, их культуру, историю и так далее – начнёшь узнавать, и сломаешь себе мозг. Мне достаточно просто знать, в какую сторону воевать надо.

Наша карета-самоезд подъехала к небольшому зданию в пять этажей. Ничем не отличающееся от таких же домов строение. Внутри мы попали в небольшое фойе, где нас тут же поприветствовали глубоким поклоном.

– Господин Зарон, господин Тэйлон, госпожа Сильвия, – пухлый мужик с баками, казалось, сейчас потеряет равновесие. – Мы рады вас приветствовать в нашем центре континентального путепровода.

– Добрый день, Вильверт. Мы в Риналстоун, – ответил тот, даже не взглянув на мужика.

– Конечно, господин Зарон, прошу за мной.

Он быстро сопроводил нас вниз в подвал дома. Там мы попали едва ли не в хранилище – большое помещение, отделанное камнем, в центре которого стояли конкретные врата. Самые настоящие круглые врата, сбоку от которых располагалось нечто типа трансформаторной будки. Скорее всего какой-то агрегат питания.

Когда мы спустились, отец вытащил из небольшого саквояжа, что нёс с собой, крупный, примерно с два кулака, кристалл, который испускал мягкий розоватый свет. Энергетический кристалл, я его сразу узнал, такие использовались в ружьях и револьверах, но в значительно более маленьких пропорциях. Думаю, что если его правильно использовать, то можно поднять на воздух дома два, три, а то и четыре, в зависимости от того, как много в нём энергии. Большой бум всегда меня радовал, если я находился вне зоны его действия.

Получив кристалл в свои руки, наш сопровождающий тут же отдал его работнику, по-видимому, настройщику, который всунул тот в трансформаторную будку и начал дёргать рычаги. Предположу, что настраивать глубину туннеля. Здесь надо быть точным: если будет слишком глубокий, можно улететь во внемирье, где живой человек тут же сдохнет. Слишком поверхностный – мы выйдем, не дойдя до пункта назначения. А может и не выйдем, и нас схлопнет.

– Задам важный вопрос. Он на нас не сомкнётся, пока мы будем переходить?

– Сомкнётся? – посмотрел на меня вопросительно Зарон.

Понятно…

Я-то верю, что он работает, но мне за безопасность боязно. Будет неприятно обнаружить себя в руках у божества. Да и вообще сдохнуть в кротовой норе.

Я однажды видел, как корабль сделал гипер-прыжок через кротовую нору. Вошёл целый, а вышел таким, будто через мясорубку пропустили. В прямом смысле слова: я заведовал той группой, что фарш из космоса вылавливала и запахивала его в гробы. Под фаршем я подразумеваю именно фарш.

А тем временем арки загудели. Такой тихий низкий гул, который пробирал до костей и своей инородностью заставлял вставать волосы дыбом. Потом к этому гулу привыкаешь, когда часто имеешь с ним дело, но в начале пробирает не по-детски. Чувствуешь животный ужас и желание убежать без оглядки куда-нибудь подальше.

В центре ворот появилось мерцание, будто заискрилась проводка. И с ростом силы гула искр становилось больше, пока пространство между вратами не зарябило. Зарябило, начало искривляться, открывая чёрную воронку, в которую, казалось, утягивает пространство. Но это иллюзия, даже если стоять рядом, не засосёт.

Мы дождались, пока воронка не станет размером с ограничивающие врата, после чего настройщик выпрямился, отошёл от будки и поклонился. Сопровождающий поклонился следом, добавив:

– Город Риналстоун, господин Зарон. Выход будет на выходной площади континентального путепровода.

– Благодарю, Вильверт, – кивнул он и обернулся к нам. – Я первый. Сильвия следом и Тэйлон последний.

Может для кого-то эти слова бы не значили ничего, но я хорошо был знаком с работой кротовых нор, поэтому такая информация заставила меня похолодеть.

– Погоди, он что, ещё и нескольких человек не может пропустить?! – ужаснулся я.

Отец посмотрел на меня как на идиота.

– Я сказал: я, Сильвия, ты. Буду ждать вас на том конце.

Бля да вы шутите. Предлагаете мне добровольно лезть в эту хуйню кустарного производства? Нас там не порвёт случаем?!

Мой ужас был настолько красноречив, что даже Сильвия занервничала, испуганно поглядывая на ворота.

Да чего уж там, даже сопровождающий занервничал и что-то сказал своему подчинённому. Тот подскочил к будке, начал что-то проверять, после чего вернулся и доложил мужику. Тот, кивнув, обратился к нам.

– Господин Тэйлон, могу заверить, что всё стабильно и точно выверено. Вы можете не беспокоиться. Мы гарантируем безопасность.

– Какая стабильность, он у вас даже двух человек пропустить не может! – указал я на эти чудоворота рукой. Для меня это было равносильно тому, что мне предложат пройтись по хлипкому трещащему мостику, у которого на моих глазах рвутся тросы. – Он же нахрен может схлопнуть нас внутри!

– Тэйлон! – рявкнул отец. Его взгляд пылал яростью и недвусмысленно намекал на всевозможные кары на мою душу, когда выдастся возможность.

А мне очень хотелось проинформировать его о том, что такое нестабильная кротовая нора. И особенно о том, что бывает с теми, кому повезёт поймать нестабильность.

– Хватит нести бред.

– Скажешь это, когда нас схлопнет? – зло ответил я.

– Хватит молоть чушь. Мы уже переходили, и тебя это почему-то не трогало. А теперь прекрати позорить нас, – прошипел он, после чего посмотрел на провожатого. – Прошу прощения, Вильверт. Счёт отправьте ко мне в поместье и добавьте к сумме пять процентов себе и своему работнику на чай.

– Благодарю вас, господин Зарон, – они синхронно поклонились.

Отец смерил меня полным ненависти взглядом, после чего шагнул в портал и исчез в зияющей тьме, наполненной блеском вспышек, которые мелькали, будто там проносились на огромной скорости машины или поезда. Следом, немного помедлив, туда шагнула и сестра, оставив меня одного.

По-видимому, мне придётся всё же пройти через него.

Ненавижу…

Я выжил.

Каким-то чудом прошёл по этому «дряхлому мосту» и вышел с другой стороны. Да, можно себя успокоить, что если они пользуются этим постоянно, то уже всё отлажено, но пересилить себя сложно. Это как прыжок с парашюта – даже зная, что всё окей, шагнуть в пустоту очень сложно.

Я вышел на небольшую лужайку, окружённую с четырёх сторон стенами дома, откуда вела единственная арка. Здесь же меня ждали Зарон с Сильвией.

– Ты что там устроил? – прошипел он, положив мне руку на плечо.

– Ничего не устроил, – ответил я и попытался обойти, но его рука сжала моё плечо так, что прострелило аж до кончиков пальцев.

– Ты совсем рехнулся?! Откуда ты набрался этого бреда?! Ты позоришь нас перед людьми! Думаешь, что будет потом? Эти пустоголовые побегут по городу рассказывать, что у младшего сыночка Бранье мозг в кисель превратился, ты это понимаешь?! На нас пальцем начнут тыкать!

– Мы же самый сильный род в краях. Как поговорят, так и перестанут.

– Ты не понимаешь, – его рука сдавила плечо ещё сильнее. – Мы сильный род, потому что таких слухов нет. Так что закрой свой рот и делай, как скажут.

Мне очень хотелось ему ответить на это. Не то чтобы мне гонор жмёт, но Зарон неожиданно начал меня раздражать, даже при том, что он действительно был прав. Когда мы встретились взглядами, в его глазах было столько ярости, что мне казалось, он попытается меня придушить прямо здесь. И придушил бы уже давно, если бы не моя ценность и не тот факт, что я член его семьи.

Возможно, он ожидал, что я отведу взгляд, тем самым признав его авторитет, но… Как бы то ни было, от долгого стояния и игры в перегляделки нас спасла Сильвия. Осторожно положив ладонь на его руку (которая, на удивление, была сильной), она мягко произнесла:

– Отец, он просто ничего не помнит, вот и испугался. Как-никак, он многое прошёл, и не смердам осуждать члена рода Бранье, кто не прятался за спиной отца и сам дослужился до… эм…

– Старшего каппера, – выдавил он.

Слова Сильвии подействовали успокаивающе. С видимым усилием Зарон заставил себя разжать руку и убрать с моего плеча. Резко крутанувшись на каблуках, он направился к выходу.

– За мной. Нас уже ждут, – он, казалось, прорычал эти слова.

Уже по пути к выходу с этой лужайки Сильвия толкнула меня в бок.

– Брат, ты из ума выжил? Ты что устраиваешь?! – прошипела она тихо, чтобы Зарон не услышал. – Ответь мне.

– Что ты хочешь услышать? – вздохнул я.

И что я могу ей сказать? То, что иногда рефлексы и эмоции прорываются даже из таких, как я, кто многое повидал в своей жизни? Обычно я сдержан, но блин, тут уж совсем было что-то за гранью. Кротовая нора, держащаяся на каком-то честном слове и магии. Какая у меня должна быть реакция?

– Прекрати себя так вести.

– Я стараюсь себя вести нормально.

– Старайся лучше! – она вздохнула. И добавила уже спокойнее. – Я знаю, что тебе сложно, когда ты ничего не помнишь, но не забывай, в какой ситуации и мы. Ты родной и одновременно теперь чужой для нас. Мы даже не знаем, что ты выкинешь в следующую секунду.

– И?

– Просто пойми, что и нам сейчас трудно. Поэтому старайся держать себя в руках. Не надо злить и провоцировать отца на конфликт.

Мне очень хотелось сказать что-то банальное, типа «я его не провоцирую», но вместо этого я ответил:

– Хорошо, я постараюсь, Сильвия.

– Спасибо. Я буду рядом, если что, – подхватила она меня под руку.

Какая забота, я даже невольно посмотрел на неё, но она сохраняла на лице маску всё той же невозмутимости и лёгкой отстранённости, будто мир вокруг её ни капельки не волнует. Прямо-таки свою мать копирует. Поэтому я даже не мог сказать: это способ показать сестринскую любовь или же всё та же тема, что всё ради рода.

Через арку мы практически сразу попали на громкие улицы города, не сильно отличавшегося от того, где находилось поместье Бранье. Когда я вышел на тротуар, меня практически парализовало, как животное в свете прожекторов. Остановился так, что даже сестру дёрнул назад. Она непонимающе уставилась на меня.

– Тэйлон, что такое? – но её лицо быстро стало сосредоточенным. – Что стряслось?

Фобия стряслась.

Карета, которая нас ожидала, стояла буквально в паре метров от нас на дороге. Отец уже стоял около неё, непонимающе и зло смотря на меня, как на причину всевозможных проблем. Надо было сделать всего пару шагов, чтоб оказаться в спасительной тесноте, но такое легче сказать, чем сделать. Особенно когда город буквально нависает над тобой.

Как всё всегда, блин, сложно…

Глубоко вдохнув, я сделал несколько шагов вперёд под неимоверной тяжестью, навалившейся на плечи. Ощущение, будто на меня взгромоздили ту самую карету, на которой мы поедем. Ноги просто не шли будто.

Но до кареты я добрался. И не без помощи отца залез внутрь.

– Ты что творишь? – я думал, он сейчас накинется на меня с кулаками, когда мы оказались внутри. – Ты совсем голову потерял, идиот?! Ради чего ты позоришь нас?!

– Тэйлон, что с тобой? Ты весь взмок, – сестра показала проницательность. Достала из небольшой сумочки платок и промокнула мне лоб. – Неужто ты призрака узрел?

– Можно и так сказать… – ответил я с трудом. Дыхание перехватывало и даже говорить было тяжело. Я много раз видел панические атаки у солдат, и вот в первый раз сам переживаю их.

– Ты совсем рехнулся в армии, – покачал головой Зарон. – Я уже сомневаюсь в том, насколько хорошей было идеей тебя везти сюда.

– Мать же говорила, что надо дать ему недельку, отец. Прийти в себя, – немного осуждающе произнесла Сильвия.

– Нет у нас недельки, – поморщился он.

– Почему? – это уже я спросил, но меня проигнорировали.

Судя по всему, намечалась какая-то буря, и мне было бы неплохо знать о ней заранее. Потому что буря у аристократов – это обязательно война родов (или домов, или кланов, или семей – смотря как их называют). И в зависимости от принципа, установленного в государстве, монополия на насилие или права сильнейшим, она будет настоящей бойней, где выживет сильнейший, или тихим, медленным и верным гноблением друг друга, пока один из родов не сгноят.

Но сейчас сил выяснять не было. Ещё и непонятная встреча с какой-то левой девчонкой. Я вроде всего несколько дней в доме Тэйлона, а уже устал. Уже понимаю, что на войне куда легче. Знай себе, что воюй, куда укажут.

Откинувшись на спинку, я лениво наблюдал за тем, как мимо проплывает уже не столь опасный город, будто карета была способна защитить нас. Как оказалось, город пересекала река, и мы один раз даже переезжали её по каменному мосту, чтобы перебраться на другой берег. А в остальном он не сильно отличался от города, в котором жил род Бранье. Такой же шумный, живой, так же с трамваями, каретами и экипажами без лошадей.

Поместье Вьильгеров находилось, как и у нас, за городом на берегу небольшой заводи. Не менее большое, но стиль будто из тёмного средневековья, в котором обитают вампиры и вервольфы. Видимо, размер был обязательным показателем статуса, как в других мирах количество отрезанных ушей, связок из вражеских пальцев и так далее.

Миновав ворота, мы по подъездной дорожке подъехали к самым ступеням поместья, где нас уже встречал, как я понимал, глава рода, крепкий мужчина с рыжей шевелюрой, собранной в конский хвост, и его дочь с ярко огненными волосами. Она была по виду даже младше меня. Предположу, что это и есть та самая, на которой меня хотят женить.

Блин, какая же она на вид хитрожопая…

Нет, в действительности девушка была красивой. Худенькой, со светлой кожей, словно не бывает на солнце, и тонкими изящными чертами лица, немного прищуренными, хищными и выразительными глазами, розовыми пухлыми губками… но её мимика, этот прищур, эта улыбка, ну просто конченная сука во плоти. Настоящая модель из других миров, которая бьёт сердца молодым дебилам.

К счастью, с такими раньше не встречался, в армии такие личности никогда не появляются, но среди мужчин подобные кадры тоже встречались, и я могу сказать, что обычно это ходячая проблема. Не знаешь, что у них на уме и когда твой затылок поцелует в последний раз пуля.

– Отец выходит первым. Потом ты, потом я, – тихо шепнула сестра, придержав меня за руку.

Собственно, паровозиком мы и вышли из самоезда, где нас встречал хозяин поместья. На вид крепкий мужчина помоложе Зарона, подтянутый и, возможно, в прошлом бывший военный. Уж слишком он стоял по стойке смирно, пусть и был у себя дома. Лишь когда мы все выбрались, он широко улыбнулся.

– Добро пожаловать, тэр Зарон. Тэрра Сильвия, – если Зарону он просто кивнул, то Сильвии слегка поклонился. Она ответила лёгким поклоном с приседом, приподняв платье. – Тэр Тэйлон.

В ответ я, беря пример с отца, так же легко поклонился. Но, судя по хмурому взгляду Зарона и едва заметному удивлению на лице хозяина поместья, стоило поклониться глубже. Ну и хрен с ним, перекланиваться будет ну просто полным бредом. К тому же, все поспешили сделать вид, будто этого не заметили.

– Тэр Ёран, – кивнул Зарон и поклонился девушке. – Тэрра Милена.

В ответ, скромно зарумянившись, она слегка присела, приподняв подолы платья.

Всё, обмен формальностями прошёл. Иногда мне кажется, что их соблюдают такие, как они, лишь для того, чтобы показать, что они не такие, как все. Что они особенные, другие, выше и чище. И показать это могут лишь своим надменным поведением и неукоснительным следованием этикету.

– Рад вас видеть в нашем скромном поместье, Зарон, – улыбнулся Ёран, немного посторонившись в сторону. – Прошу вас, проходите и чувствуйте себя как дома.

– Благодарю, Ёран.

Нас провели внутрь поместья, которое выглядело столь же угнетающе, как и снаружи. Тёмное дерево, тёмный камень, тёмные шторы и ткани – они словно подчёркивали общую темноту вокруг, при этом сами выделяясь огненной шевелюрой. Здесь не хватало пыли и паутины, чтобы воссоздать образ жуткого дома, где мочат слуг и жрут гостей. Я не удивлюсь, если в подвалах у них пыточные.

Хотя я преувеличивал: обычный и может немного своеобразный дом. Я видел действительно мрачные места, и этому поместью до них очень далеко, как бы они ни пытались показать обратное.

– Вы как раз вовремя, мы только-только садились обедать. Быть может захотите присоединиться к нам?

– Если вы не против.

Нас отконвоировали в обеденный зал, где около стола, как я предпологаю, восседали остальные члены семейства огненно-рыжих. Здесь я имел честь познакомиться с остальной частью семьи Вьильгеров.

Оказывается, у Милены были старшая сестра и два брата. Теперь хотя бы ясно, с чего вдруг Тэйлону подфартило получить такую девушку. Видимо, ей повезло быть, как самой младшей, расходной монетой в роде, которую не жалко отдать за парня типа меня ради выгоды. Это старших пристраивают куда-нибудь повыше, поближе к власти. А младших можно сбагрить и в другие рода, просто чтобы иметь с ними связь.

За обедом, когда мы сели за стол и начались разговоры, я смог узнать имена всех присутствующих. Помимо уже известных мне Ёрана и Милены, здесь были её старшая сёстра – Лора, и два брата – Хор и Фенли. И все они были до ужаса рыжими. Таких точно в разведчики не возьмут, слишком выделяющиеся.

Женой Ёрана была миловидная тоже рыжая женщина по имени Рише. В отличие от Энны, эта была чересчур миниатюрной и даже ниже собственных дочерей. Возможно, это имело свои плюсы, так как даже у меня, человека, у которого эмпатия была… несколько слабовата, она вызывала желание как минимум улыбнуться и тепло поприветствовать.

А может это магия? Нет, я на полном серьёзе, вдруг магия, способность влиять на подсознание? Кто знает, какая дрянь водится в этом мире. Если есть огромные насекомые, зомби и женщины великанши, то и всякая мразь, действующая на мозг, может встречаться, верно?

К сожалению, дружеская светская беседа, которая царила за столом, не обошла стороной и меня. Не только к моему сожалению, но и к сожалению Зарона с Сильвией, так как их взгляды мгновенно скрестились на мне. У одного предостерегающие, у другой взволнованные.

А начал разговор старший из братьев, Хор.

– Как вам служба, Тэйлон, понравилась? – спросил он. По голосу словно хотел подколоть.

– Не очень.

– Вы, если не ошибаюсь, служили в форте?

– Да, том, что у Туманных склонов. Тринадцатый форт, у горного массива, – кивнул я.

– Участвовали в сражениях?

– Ну, вы слышали, чтобы давали старшего каппера тем, кто сидит и чистит картошку? – усмехнулся я. – Исключая тех, кто чистит её очень хорошо.

Шутка зашла, все улыбнулись.

– Каково там? В форте? – поинтересовалась Лора.

– Серо, грязно и очень страшно. Страшно до дрожи в коленках.

– Вам было страшно? – переспросила она.

– Естественно, у меня коленки и дрожали, – усмехнулся я. Нет, у меня коленки, конечно, не дрожали, но я решил потроллить её на этой теме. – Или вам это кажется странным?

– Нет, просто… никто обычно так открыто об этом не говорит.

– Не страшно только покойникам.

Все поморщились. Едва-едва, но поморщились. Ну да, что это такое, при господах и о таком рассказывают. Господа желают слышать, как их дети, великие и непревзойдённые, свершали великие подвиги. Это куда красивее звучит на людях, чем не совсем приятная правда о реальности.

– Не расскажете, каково это было сражаться против нежити, что поднимается снизу?

– Не расскажу, – ответил я, вызвав вопросительные взгляды в свой адрес.