Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

Я выстрелил первее, чем остальные смогли вообще заметить его. Однако даже с такой реакцией мне не удалось его достать; ублюдок просто отвёл голову в бок и пропустил пулю мимо, стоя ровно так же, как стоял до этого. Уёбище… Ещё с тобой я не ебался…

– Уходите, – оттолкнул я Юми в сторону наёмниц. А потом немного подумав, добавил. – Тело заберите.

Очень важно для многих похоронить своего родственника, а с Юми наш союз пока не закончен. Наша клятва пока держится.

Я выступил вперёд напротив императора, хромой, больной раненый и просто в хуёвом состоянии как в душевном, так и в физическом. Император напротив меня напоминал такого классического азиатского мудреца – длинные седые усы, длинная седая борода, узкие глаза и лысина. Типичнейший китаец учёный или философ. А ещё надо мной смеялись.

Я был перед ним, как какой-то недогерой-косоглазик, возомнивший себя суперкрутым. Однако желай нас он угрохать, сделал бы это с самого начала, а не стоял и ждал, пока мы тут сопли трём. Видно, что хочет пафосную речь сказать…

А потом я попробую ёбнуть ему между глаз! Нет, я сейчас попробую ему ёбнуть между глаз.

Что я и сделал. Однако старик оказался куда более проворным, быстрым и хитрым, чем казался. От двух пуль он уклонился, третью, как мне показалось, отбил, и четвертая… Вроде попала, но…

– Вижу я, кого они выбрали, чтобы сменить меня, – тихим, спокойным и мудрым голосом произнёс он. – Не удивлён я, отчего тебя.

– Тогда ты должен знать, зачем я здесь, – ответил я, с трудом пытаясь закинуть патроны в барабан.

– Знаю, – кивнул он. – И чего ты ждёшь? На что надеешься против меня, скажи? Я вижу, чего хотят молодые, и вижу глупость я в сердцах их. Потому что вижу, что ты несёшь, – он указал пальцем на меня.

– И что я несу? – поинтересовался я.

– Смерть. Наша империя хранилась очень долго. Она стояла здесь веками, и каждый император охранял её как мог…

– Ты охранял её как мог, – перебил я его. – Узурпировал трон собой, жертвуя всеми ради себя любимого и своей власти. Не надо пиздеть, здесь все свои.

– Да, верно, я всё правил, – не стал кривить душой старик. – И я сохранил империю.

– Не дал ей развиться.

– И дал ей остаться в своём первозданном виде. Лишил её того маразма и бешенства, что происходит в других землях. И не говори так, словно пришёл вершить правосудие, человек, – поморщился он. – Тебе плевать на страну, ты хочешь её использовать в своих грязных играх. Поиграть и бросить. Тебе неведомо, сколько трудов стоило её защитить от эльфов, королевства и зверолюдей.

– Тебе нужна была власть.

– Тебе нужна власть, человек. Я лишь охраняю свою империю. Ты пришёл сюда не сделать её лучше, а разрушить. Так кто ты такой тогда, чтоб мне это говорить. Это, как если бы мораль читал мне убийца серийный о том, что плохо убивать. Кем ты в принципе и являешься.

– Ага, сказал старик и помер, – пробормотал я и вновь выпустил в него весь барабан.

На этот раз император не стал выёбываться и скользнул за одну колонн. Видимо пули всё же он отбивает плохо. Слабак.

Я, пользуясь моментом, подскочил к тому месту, где погибла Юи, и подхватил пистолет. Калибр маленький, но в принципе пойдёт, чтоб отпугивать. Жаль что рука одна, из двух не постреляешь.

– Ты пришёл убить меня не ради мести или справедливости. Ты пришёл в чужой дом, чтоб использовать его, разграбить и разрушить, – разнёсся эхом голос императора по залу.

– Да, ты прав, плевал я на твою страну. Главное, чтоб она отработала своё, а там пусть хоть гниёт, – громко ответил я, перезаряжая барабан и провоцируя старикана. Засунул револьвер между ног и быстро-быстро туда патроны.

– Думаешь, я позволю тебе это сделать?

– Естественно нет. Ты борешься во имя своей страны, я во имя своей. Выживают сильнейшие.

– Покорнейше примут судьбу слабейшие, – услышал я голос за своей спиной и выстрелил себе за спину до того, как обернулся. Как говорили, сначала стреляй, а потом считай до трёх? Вот и я… стреляю.

Но прохватил такого зверского пинка, что улетел нахуй к воротам прямо в стену. Врезавшись спиной и прихуев, я выстрелил в приближающегося ублюдка шесть раз. Весь барабан. Про то, что вновь что-то сломал себе, я даже не буду упоминать.

Он метнулся в сторону, уворачиваясь, а когда я вытащил другой пистолет, отбросив револьвер, он уже был рядом. Раненый в грудь, но бодрый как спермотоксикозник в стриптиз-клубе, он подскочил и вломил мне в живот так, что боль прострелила меня до кончиков ушей, и кажется я обосрался. А потом ещё один удар и мой живот лопнул. Просто лопнула кожа и кровь хлынула на пол.

Да пошёл нахуй!

Я ебанул магией воздуха что было сил прямо в него и нас раскидало в разные стороны. Вернее, меня прижало обратно к стене, а его отбросило в зал. Попутно лопнули лямки, и походная сумка вместе с патронами и всем-всем-всем отвалилась. Сука…

Я тут же послал в него фаерболл, чтоб этот хуй подавился. Старик ушёл как нехуй делать от него, но вот уже от волны молний не ускользнул. Я подал ему напряжения ещё больше, бросившись на встречу… запутался в собственных влажных кровавых кишках и споткнулся.

Сцуко…

И вновь он рядом пытается со всей силы ударить меня, но я первее хватаю его за бороду, резко дёргаю вниз к себе и тут же бью лбом ему в ебало. Словно кирпичную стенку долбанул. О'кей, а как тебе такое?!

Я накинул ему его же бороду на шею, словно петлю, затянул, тем самым сам подтянулся к нему, душа старика. Душить пришлось недолго, он наотмашь ударил меня в грудь, переломав добрую половину рёбер и грудины, отбросив в центр зала.

О, меч Юи! Удачно приземлился. Ну иди сюда, пидор, у меня меч есть… Моя живучесть ещё послужит мне немного, прежде чем я сожру тебя, сука. Можно превратиться и сейчас, однако каждый сраный грамм выносливости, что я смогу вытащить из него, не прибегая к твари, того стоит. Чем больше вымотаю сейчас, тем меньше убивать буду потом, всё равно тело исцелится.

Старик убрал свою бороду с шеи и посмотрел на меня.

– Посмотри, как жалок ты. Внутренности твои вывалились, и ты еле стоишь, дрожишь и ещё обделался.

– Заткнись, педофил ебаный, я хотя бы никогда не ебал своих дочерей и не вытеснял сыновей из их собственных тел.

– Я сохранил империю! Это была моя жертва! Мне пришлось идти с этим грузом. И я защитил её, я не позволил её захватить! Я делал грязные дела, чтоб другие смогли жить! – громко сказал он с болью в голосе.

– Ты убивал и трахал свою собственную семью! Свою кровь! Ты пытаешься прикрыться великой целью! Пытаешься сделать из себя, грязного ублюдка, мученика. Ебаный лицемер. Твои дела не чище моих, старый пидор, – ответил я, вставая и облокачиваясь на меч. – Так что не тебе меня осуждать.

– Возможно ты прав. Но тебя это уже не спасёт.

Он резко вытянул руку по направлению ко мне и выпустил огонь. Очень яркий, куда ярче чем моя обычная магия. Огонь буквально расцвёл яркой вспышкой, превратившись в жуткое, раскрывающееся и стремящееся ко мне пламя. На мгновение оно приняло голову дракона, которая, раскрыв пасть, летела на меня. Будь это магией, ему бы пришлось знатно потратиться на это.

Значит так? А как тебе такое?!

В ответ я вытянул сломанную руку и выстрелил своим огнём. Чёрным как мазут пламенем. Я не знал, будет ли видно чёрное пламя в этой реальности до того момента, как выстрелил. Однако своё пламя я увидел именно здесь, в реале, а не в мире духов.

Чёрное, густое и голодное, оно появилось у меня из руки словно из огнемёта, выстрелив навстречу пламени дракона, увеличиваясь в размерах. Два огня – жёлтый и чёрный, схлестнулись в центре, буквально сжигая и уничтожая друг друга. Ведь без разницы, что перед тобой, ничто пожрёт всё. Возможно душу или духа я не возьму, но против пламени…

Да ладно, я выёбываюсь. Конечно, я не знал, сработает или нет. Просто думал об этом раньше, что это же пустота, а магия – энергия. Те маленькие духи тоже сгустки энергии, и если моё чёрное пламя способно с ними бороться, то и должно поглощать энергию магии. А сейчас сделал это на рефлексах. Как видно, работает, я могу призывать пламя где угодно и даже проявлять его в нашем мире, только…

Моя рука стала чернеть. Начиная с кончиков пальцев, мне на руку побежали такие чёрные линии, словно сосуды, разбегаясь всё дальше и дальше, на кисть, на локоть… А от них расходились ещё более мелкие сосуды. А от тех ещё. И под конец вся рука у меня начала становиться чёрной, словно меня укусил нигер, и я теперь обращаюсь в чёрного сам.

Это было бы смешно, если бы не страшно. Рука словно начала сохнуть всё сильнее и сильнее, пока я пускал пламя пустоты. Оно начало с пальцев и потихоньку пошло в верх в то время, как сосуды добрались уже до локтя. И чем дольше я держу это пламя, тем дальше чёрные сосуды убегают. Если… не хочу знать, что будет, потому что уже вижу, как иссыхает рука на кончиках пальцев и сыпется чёрным песком. Пиздец… И если отпущу, меня поджарят…

Да хуй вам!

Я вложил всю свою пустоту, всю свою чёрную силу в руку и дал такой сильный напор, что моё пламя пожрало огонь дракона и ударило в императора. А чернота с пальцев скакнула аж до локтя, когда сосуды только дошли до половины плеча. И эта хуйня продолжала пожирать руку. Видимо сжирало относительно силы, приложенной к пламени.

Пациенту требуется ампутация.

Одним ударом меча… Бля, с одного не получилось. Пришлось ещё раза три ударить, прежде чем я смог перерубить руку у самого плеча. Было пиздецки больно и страшно. Я раньше не представлял, какого себе отрезать конечность. Как выяснилось, легко, когда очень хочешь жить, у тебя выпущены кишки и разбросаны по полу, а сам ты переломан и сдыхаешь.

И тут же, естественно, надо прижечь. Что я и сделал, упав на колени. Я. Сейчас. Сдохну. От. Боли. Голова уже привыкла к таким вспышкам, которые заволакивали разум. Казалось это теперь самым обычным явлением.

Отрубленная рука тем временем упала на пол и уже полностью почернела, после чего начала просто рассыпаться подобно пеплу. В следующий раз я могу быть на её месте.

Что касается старика, то хотя он и пошатнулся, выглядя немного уставшим, однако спокойно стоял на ногах.

– Пустотник проклятый ты, – чуть ли не выплюнул он эти слова. – Не выдержит тело старое моё пламени твоего, однако… Я защищу свою страну иначе.

С этими словами он раскинул в стороны руки, словно принимая бога, и… взорвался яркой вспышкой. Меня с моими внутренностями нахрен отбросило далеко назад. Я пролетел весь зал, врезался в двери, вынес их нахер, пролетел и ещё одни двери выломал, после чего прокатился, кувыркнувшись несколько раз по полу, и оказался в какой-то комнате. Дорого обставленной комнате, мягкими коврами, картинами, дорогущей мебелью и огромным окном, выходящем на ущелье. Никак покои императора.

Кажется, я сделал этим телом всё что мог, так что и мне пора становиться своим тёмным воплощением. Где там способка?

Боль привычно разорвало тело, и мои конечности начали видоизменяться, раны зарастать, а отрезанная конечность отрастать обратно. Вновь это чувство, словно тебе рвут мышцы и сухожилия. Вновь кажется, что ломает кости и рвётся кожа. И так по всей поверхности тела. Как же я ненавижу превращаться в тварь. Только давай уже, быстрее, я чувствую, как пол вибрирует, словно…

ВОТ ЖЕ СУКА!!!

Я вскочил и резко отпрыгнул к стене, так как на том месте захлопнулась пасть, едва-едва не захлопнувшись на мне самом. Огромная драконья жёлтая голова просунулась через дверную арку, пытаясь меня сожрать, а моё превращение ещё даже не до конца завершилось. Я упёрся в стену, со всей силы оттолкнулся и врезался ему в голову, словно боевой снаряд, ударив её о противоположную стену.

Потом схватил его за морду и, оттолкнувшись, ударил эту голову уже о другую стену. От такого удара посыпалась штукатурка и картины, которые на ней висели.

Словно пытаясь меня вытащить, дракон резко дёрнул голову обратно. Я сразу же бросился по коридору, уже полностью восстановившийся, вдогонку за ним, не собираясь отпускать. Проскочил первые разрушенные ворота, проскочил вторые и выскочил… к самому дракону.

Ебать ты отъелся.

Огромный жёлтый длинный как змея дракон с четырьмя когтистыми лапами. Он был действительно похож на змею или длинную ящерицу, при этом выглядя очень внушительно. Эдакий образ китайского дракона в реальности. У него были огромные перепончатые крылья и усы, которые обычно рисовали китайцы своим драконам. Покрытый жёлтой чешуёй, он сверкал передо мной в свете свечей, словно золотое изваяние.

Но даже такой вид меня не остановил, от чего я на полной скорости врезался в него, избежав зубастой пасти, что сомкнулась за моей спиной. Но мне не хватило сил даже немного сдвинуть его. Хотя я и не собирался. Ловко цепляясь за его чешуйки, я забрался ему на спину и принялся рвать их нахер, чтоб добраться до плоти.

Первую оторвал с хрустом, вырвав из него, вторую, третью. Брызгала кровь, а дракон… Со всей дури подпрыгнул в верх и припечатал меня к потолку. Захрустели кости, но даже этого было недостаточно, чтоб остановить меня. Я оттолкнулся и прыгнул прямо ему на голову, стараясь добраться до глаз.

Но он оказался не менее проворен, схватил меня зубами и швырнул в стену, отчего на ней появились даже лёгкие трещины. И вновь кости стали с мучительной болью соединяться обратно. Но едва почувствовал своё тело, как тут же оттолкнулся и отпрыгнул в сторону, так как в это мгновение пламя ударило за моей спиной в то место, где я был. Старик не остановился; продолжая пускать пламя, он повернул голову вслед за мной, выжигая за моей спиной абсолютно всё. Мне пришлось нестись со всех лап, чтоб не быть поджаренным.

Вот я нырнул за колонну, побежал за следующую, ещё дальше и резко остановился, спрятавшись за одной из них. Дракон по инерции, а может из-за того, что не заметил, прошёлся пламенем дальше. Я выскочил и вновь запрыгнул на него.

Залез ему на шею, вцепился зубами, когтями и всем-всем-всем, что имел, начав рвать его практически у самого подбородка. Здесь он не мог достать меня ни лапами, ни огнём, бессильно крутясь на месте. И когда я достаточно прорвался к нему, он взмахнул крыльями и врезался в потолок. Врезался стрелой, проломил потолок и взмахами мощных крыльев стал подниматься всё выше и выше.

От удара, когда дракон прорывался через крышу, меня сорвало, и я едва успел схватиться за хвост этого уёбка, что теперь пытался улететь, скрыться от меня, почувствовав опасность на своей тушке. Непробиваемая чешуя? Огонь? Живучесть? Всё это меркнет, когда ты обладаешь силой и скоростью. Чешую можно сорвать, от огня увернуться или спрятаться, а размеры… это скорее минус, чем плюс.

Уцепившись ему за хвост, я, подтягиваясь выше, стал забираться к нему на спину. То ли он не чувствовал, что я у него на спине, то ли не думал, что я смогу что-либо сделать.

Однако он недооценил меня. Раз за разом подтягиваясь, раз за разом забираясь по его чешуе всё выше, я добрался до крыльев. К тому моменту мы взлетели уже на такую высоту, что я мог увидеть разом и всю горную империю, и огромные горы, что отделяли королевство от этой части, и само королевство, и даже место, где располагаться мой дом. Огромнейший мир, что раскинулся под нами подобно какому-то игрушечному полю. Миру в миниатюре.

Это был потрясающий вид, ничего не скажешь, но…

Упёршись всеми лапами в его чешую, я что было сил прыгнул ему на крыло и впился не только когтями, но и зубами, начав рвать его в клочья. Дракон взревел, попытался полыхнуть огнём вокруг себя, словно пытаясь выжечь меня температурой, но куда там.

Я рвал его крыло у самого основания, жрал его, пил кровь, лишь бы отхуярить его к чёртовой матери. Если дракон думает, что сможет от меня улететь, то ему это не поможет. Я его из-под земли достану.

Я ещё раз вонзил зубы в крыло, перегрызая мышцы, ещё раз укусил, ещё раз проглотил и по кругу. До тех пор пока наконец мои зубы не чиркнули по кости и его крыло не повисло безвольной тряпкой.

На мгновение мы висели в воздухе, словно остановилось время. Всего мгновение, когда воздух перестал свистеть в ушах, а вокруг стало так тихо и спокойно, что хотелось закрыть глаза вдали от грязного мира и поспать.

А потом мы начали падать вниз из этой чистой голубизны. Падать вниз, набирая скорость.

Дракон взревел, пытаясь отцепиться от меня, на куда ему. А я уже грызу его на спине. Он не мог меня достать лапой, не мог достать огнём, так как потоком воздуха его сдувало, не мог даже дотянуться головой. Он был беззащитен. Я сжирал этого ублюдка живём. Жалкая тварь, удивительно, что его никто не мог победить.

Хотя скорее всего это связано с тем, что он раньше просто летал над врагами и жарил их сверху, вне досягаемости их ударов. А крепкая чешуя спасала его от стрел и других снарядов. Со мной он повёл слишком самоуверенно. То ли возраст сказался, когда люди слишком самоуверенны в силе, то ли просто туп. Но теперь он нашёл своего противника.

Мы всё падали, когда я сорвал чешую и наконец добрался до плоти. Мне было главное попасть ему в грудную клетку, где я порву ему всё нахуй. Оттого я принялся с остервенением жрать его спинные мышцы, драть когтями, вырывая шмотья, пытаться переломит кости, пока дракон буквально визжал от боли.

Но мне не хватило времени, что совершить задуманное. На полной скорости, не тормозя мы врезались в крышу его дворца, проломив её уже в другом месте, и впечатались в пол, заставив его пойти трещинами. Дворец вздрогнул, захрустел, дерево заныло от такого удара, посыпались куски стен и крыши.

Дворец начал обрушаться.

Кости хрустели, и я кажется выплёвывал собственные кишки с кровью. Сколько раз мне придётся сегодня выплёвывать собственные органы? Это блять когда-нибудь кончится? Я словно попал в кошмар, который не заканчивается и из которого не существует выхода. Может потому, что я сам являюсь кошмаром?

…

Не, хуйня, полюбас проблема во всём мире, но только не во мне.

И всё же как же сложно вставать…

Я медленно поднимался на тех конечностях, что с болью восстанавливались, слыша, как что-то вокруг рушится, гремит, трещит и вообще, мир кажись слегка накренился.

Зрение тоже вернулось ко мне не сразу, от такого падения я что-то себе повредил видимо; пришлось немного побыть в темноте, ориентируясь на слух. Потихоньку картина разрушений открылась мне. Повсюду камень, повсюду обломки, дерево от перекрытий, черепица, пыль. На моих глазах один из кусков отвалился от стены и упал с грохотом на пол, расколовшись на несколько частей. Не говоря о том, что с потолка вообще постоянно сыпались мелкие камни, пыль и черепица.

Но куда больше волновал меня дракон, что лежал неподалёку. Из его рта вытекала струйка крови, но как бы мне не хотелось, он сдыхать не собирался. И возможно это был далеко не конец в нашем замесе.

Резко распахнув свои глаза, словно его ударило током, он посмотрел на меня с такой ненавистью, что мог бы довести ей обычного человека до инфаркта. После чего резко поднял голову и ударил в меня пламенем.

Да чтоб тебя… хуйло чешуйчатое.

Я резко отпрыгнул на тех конечностях, что двигались, назад и одно лапой поднял плоский кусок камня, что был облицовкой пола, но от удара теперь торчал. Я поднял его, словно щит, перед собой и через секунду в него ударил напор огня. Огонь был повсюду. За секунды стало нечем дышать. Ах так, уёба?!

Я приставил ногу к камню, напрягся и… толкнул со всей силы в ублюдка, словно боевой снаряд. Огромный булыжник (по моим меркам) улетел прямо в хлебало дракону, выбив ему кровь и зуб, сам разлетевшись на куски. А в следующее мгновение я уже с прыжка ударил его по морде сверху огромным куском камня. Так, что его башка припечаталась к полу.

Видимо после падения он или конкретно пострадал, или что-то повредил, или не был таким уж сильным.

Хватаю его за голову, отпрыгиваю в сторону и со всей силы бью об колонну, от чего камень жалобно хрустит. В ответ он резко даёт по мне огонь, и я отпрыгиваю назад, потом в сторону, попутно пинком отправляя ему в пасть, откуда вырывается огонь, булыжник.

Дракон закашливается, но в то же время резко бросается ко мне и пытается боднуть головой. Я же лишь принимаю его, хватаясь и упираясь ногами в пол, не давая ему меня прижать. И теперь мы друг напротив друга в странном противостоянии подобно двум сумоистам, с одной стороны толкает дракон, с другой неведома человекоподобная тварь.

Мои ноги скользят, а когти на ногах выдают страшный скрежет, оставляя борозды на полу. Но он проталкивает меня всё дальше и дальше, пока я наконец не нахожу точку опоры. И теперь уже ни он не может меня сдвинуть, ни я его. Это патовая ситуация.

Однако дракон не собирался просто так стоять, продолжая толкать меня. Он неожиданно раскрывает пасть и пытается меня укусить… получается. Ухватившись за мою руку, он резко дёргает головой в сторону, и я ударяюсь об одну из стен, от чего вновь ломаются кости. Господи, хватит ломать мне кости! Это больно! И они ещё больнее восстанавливаются.

Дракон продолжает мотать головой из стороны в сторону. Удар об стену, об колонны, об пол, вновь об стену. От ударов ломаются кости, в некоторых местах лопается кожа и брызжет кровь. А я не могу вырвать сраную руку из пасти.

Вот он меня резко подбрасывает к потолку, в который я врезаюсь, припечатываюсь, и словно какая-то лепёшка, отваливаюсь вниз. И членосос, задрав голову, раскрывает пасть, от чего я лечу прямо ему в глотку.

Но нет, не сожрёшь меня, ублюдок.

Цепляюсь руками и ногами за верхнюю и нижнюю челюсть, зависая над его глоткой. Он пытается сжать челюсти, но не сильно у него это получается. Кости хрустят, ломаются, я, уже вставая на одно колено, упираюсь в его нёбо плечами, не давая закрыть пасть. Не думаю, что хочу оказаться таким образом в нём, через желудок, где кислота может растворить меня за секунды. Нет, тварь, не сожрёшь.

И он это тоже понимает, начинает мотать головой из стороны в сторону, после чего решает пойти другим способом. Я вижу, как в его глотке становится светлее, словно там полыхает пожар. Всё ярче и ярче, всё жарче и жарче. А в следующее мгновение, в самый последний момент, когда уже подходит пламя…

Я просто позволяю ему закрыть пасть, ныряя под его собственный язык.

Эффект был взорвавшейся бомбы.

Меня обожгло, наверное, до мяса, если не до костей. Стало невыносимо жарко и тело словно спрессовали огромным давлением, будто глубоко под водой. А в следующее мгновение послышался глухой «Бух». Терял ли я время зря? Не-а, грыз его длинный змеиный язык, выгрызал из рта, так как мне просто необходимо питание после такой прожарки. Ни глаз, ни ушей, ничего, лишь жрать и могу, что я и делаю.

А дракон ревёт во всю глотку. Вот он вытаскивает язык, на котором я прицепился, и со всей дури бьёт меня лапой. Под весёлый хруст меня отбрасывает в сторону, и я врезаюсь в одну из колонн.

И вот мы вновь по разные стороны. У него разорваны щёки, висит обгрызенный язык, вся морда опалена, капает кровь, и он с трудом дышит. Я же весь обугленный, сломанный и зрение только-только начинает возвращаться в норму.

Как же нас потрепало. Чёрный и золотой. Словно добро и зло сходятся в схватке. И ведь это даже символично – золотой дракон, что представляет собой силу, грациозность, необузданную красоту и свободу. И я – подобие вендиго, вечного голода, падальщика и людоед. Тёмный, уродливый, жуткий. Что за прекрасный сценарий к любому фильму и книге, где такие интересные персонажи сходятся в схватке. Это так символично, что писать хочется.

Замок вокруг нас продолжал немного рушиться, что-то трескалось, что-то отваливалось, трещало. Сам дворец накренился, судя по тому, что я вижу, и накренился довольно сильно. Скоро всё рухнет.

Тц…

Я окинул взглядом помещение и задержал его на обвалившейся люстре с длинной цепью. О'кей, сам бог велел воспользоваться этим.

Медленно, слегка качаясь, я встал и двинулся к этой круглой, словно ошейник, люстре. Подошёл, поднял за цепь и начал раскручивать над собой. Тяжёлая…

Дракон с опаской поглядывал за мной, утробно рыча и скаля окровавленные зубы. Я зарычал в ответ. Так мы и стояли, рыча друг на друга, пока здание резко не вздрогнуло и не дёрнулось вниз со страшным грохотом. Нет, не обвалилось, устояло.

Но это было словно сигналом для нас обоих – дракон бросился на меня в то время, как я кинул в него это кольцо от люстры. Мгновение, его прыжок, я отскакиваю и… он залетает головой ровно в круг. О'кей, а как тебе такое, моя дворняжка на поводке?

Я тут же ринулся в проход к его покоям, пронёсся по коридору и с разбега выпрыгнул в окно. Цепь натянулась и дёрнула дракона за шею прямо в узкий проход. Да только вот незадача – его тело и голова упёрлись в стены, в то время как шею утягивает в узкий проход, практически ломая её пополам.

Я повис над огромнейшим ущельем шириной в километра два и глубиной в хрен знает сколько. Здесь лететь и лететь. А ещё я видел огромные подпорки, что сейчас трескались, ломались, стреляли щепками от неистовой нагрузки.

Ладно, не время любоваться.

Я подтянулся и упёрся ногами в здание, вися вниз головой, после чего начал неистово тянуть. Тянуть что было сил на себя, душа ублюдка. Дёргал на себя рывками, стремясь сломать ему шею. Раз и навсегда покончит с этим правителем.

Здание уже на моих глазах пошло трещинами. Огромными трещинами, что стреляли осколками камней и ползли дальше, словно их кто-то печатал на стене. Ещё один внушительный кусок отвалился и улетел вниз, с грохотом ударяясь о стенки ущелья.

Я сделал ещё несколько рывков, после чего подтянулся наверх и забрался обратно в покои императора.

Здесь уже всё осыпалось, было покрыто крошевом из камня, пылью и грязью. Вот прямо под моими ногами пробежала трещина, и я едва успел отпрыгнуть, как стена, выходящая к ущелью вместе с одной третью комнаты с треском и грохотом обвалилась в пропасть. Поднялся невыносимый грохот, когда эта часть дворца, разбивалась о стенки ущелья, разлетаясь на осколки и большие глыбы. Я вышел из комнаты, и прошёл по коридору обратно в зал, пока всё здание покрывали новые трещины. Мне едва на голову не обвалился потолок, пока я шёл. Не говоря уже о том, что в коридоре не было части правой стены, зато была дыра в ущелье.

Что касается дракона… Бля, так он жив. Более того, он ещё и превратился обратно в старика. Не знаю, когда именно, но точно после того, как я забрался, иначе лететь мне вниз было бы. Сидел на коленях, весь в крови, без былой сильной ауры мудрости и знаний. Его седая борода пропиталась кровью. Простой окровавленный старик, которого конкретно потрепало.

Он медленно поднял взгляд на меня, без страха, с каким-то спокойствием, словно он давно принял свою судьбу. Ни визгов, ни слёз, ни пустого бреда. Лишь понимание, что в этот раз ты не вытащил бой. Само по себе появляется уважение к такому человеку.

– Рано или поздно всё заканчивается, – пробормотал он. С уголков его рта текла кровь. – Даже великие приходят к своему концу, как бы им этого не хотелось…

Он медленно поднялся, упираясь о стену. Его лицо исказилось, словно такие телодвижения стоили ему остатков сил и были пронизаны болью.

– Не было бы переселения душ, тварь пустоты, – пробормотал он и закашлялся кровью. – То был мой последний срок, что предстояло мне прожить. Так что не жалею я, что дрался до конца. Но куда мне до тебя…

Странно, что именно сейчас он решил об этом поговорить. Очень странно, но ладно, мне то что? Я не спешу, если только… нет, спешу, не хочу быть заваленным.

– Украли его… герой какой-то унёс орудие наше священное, запечатанное. Убил всех и унёс, – он закашлялся кровью. – Нет больше переселения душ. Мой срок пришёл, для всех приходит.

Он двинулся мимо меня, опираясь на стену, в свою комнату.

– Мы все умираем, антигерой, – пробормотал он, заставив меня непроизвольно напрячься от упоминания себя любимого. – Рано или поздно мы встречаем смерть. Сильнейшие принимают судьбу с гордо поднятой головой даже в пучине ужаса и безнадёжья, перед соблазном и лживыми обещаниями. Мы не принимаем компромиссов…

Он видимо подразумевал, что я должен идти за ним. Оглянувшись и оценивая состояние дворца, что рушился, я решил выслушать его слова. Мало ли что скажет, а сейчас, полностью восстановившись, я буду вполне способен его убить. Или сбежать.

Мы вышли в его комнату, где он сразу двинулся к большой тумбе. Там на подставках под стеклом лежала катана. Красного и золотого цветов, что создавали узоры на ножнах. С рукоятью, что была обёрнута красной тканью; с золотой кисточкой на верёвочке, при креплённой к рукояти.

Это была удивительная работа. Тот, кто её создал, должен был быть мастером.

Старик разбил стекло рукой, даже не обратив внимание на то, как вспорол руку; вытащил и протянул мне.

– Меч власти императора, – прохрипел он. – Что бы ни было в стране и кто бы ей не правил… нужен всегда император. Нужен тот, кто власть держать будет и служить станет залогом закона. Чтоб не делили жадные рода землю эту. Пусть я умираю, но не позволю рухнуть империи… Прими его и отдай наследнице. Он благословение моё…

Ноги старика подогнулись, и он упал на колени, всё протягивая катану.

– Он… (кашель) заставит войска слушать её… Она станет законом и силой. И никто не посмеет покуситься на её власть.

Я забрал его из рук старика, стараясь касаться как можно аккуратнее, чтоб не повредить. Казалось, когда он оказался в моих руках, император вздохнул с облегчением. Словно отдал огромную ношу.

– Никаких компромиссов, антигерой… Либо полная победа, либо полное поражение. Такие, как мы не принимаем другого исхода.

Он гордо выпятил грудь, сохраняя в себе какую-то стальную жилку и гордость.

Надо отдать ему должное, он был крепким человеком со своими принципами. Человек, который был уверен в себе до конца, и который действительно следовал цели. Мне хотелось верить в это, глядя на него.

Потому… ударом когтистой лапы, я пробил ему грудную клетку, проткнув сердце когтями.

Его тело обмякло на моих руках. Выдернув руку, я позволил ему упасть на пол, после чего быстрым шагом двинулся оттуда, оставляя тело старика в последнем пристанище, которое вот-вот похоронит его.

Я быстро пересёк весь коридор, после чего сломя голову бросился отсюда, так как дворец начал уже конкретно обрушаться. Огромные куски потолка обвалились вниз, едва не раздавив меня. Дворец раскололся на пополам. Одна треть так и стояла на месте в то время, как две трети дворца резко накренились. Огромная трещина тут же очертила зал пополам в месте разлома. Пол уже наклонился градусов на шестьдесят, отчего все булыжники, камни, балки и черепица полетели мне на встречу.