Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

– Элафииса меня раздражает. Я смотрю на её лицо, но кроме желания отрезать ей уши, она у меня больше никаких чувств не вызывает.

– Из-за неё ты так взбудоражена?

– Я не знаю.

И вновь молчит. Молчит минуту, другую, пока я её глажу по голове, прежде чем вновь нарушает тишину и покой.

– Я не могу узнать себя. Так сильно меняюсь, что сама не могу понять, что происходит.

– Это заметно.

– В комнате меня всё стало неожиданно раздражать. Вся эта обстановка. Хотелось всё сломать и разрушить, что я частично и сделала. Мне очень стыдно за то, что я метнула в тебя нож, Патрик. Я искренне прошу у тебя прощения за это. Я могла убить тебя, и мне очень неприятно осознавать это.

Всего лишь неприятно осознавать? Да ты просто душка, Клирия. Какая же ты сука милая, чуть не прихлопнула меня, а тебе не страшно, не жутко от этой мысли. Нет, тебе всего лишь неприятно осознавать это. Спасибо.

– Тебя кроме Элафиисы что-то ещё беспокоит?

– Не могу ответить однозначно. Мне кажется, что что-то не так в моей нервной системе. Словно я стала острее реагировать на любой раздражитель. Если я раньше могла спокойно перенести любое раздражение, то теперь оно вводит меня в напряжение. Приходится бороться с желанием сделать кому-либо больно или что-то разрушить. Мне очень стыдно за своё поведение и позже я попрошу прощения у Элафиисы за содеянное. Я не имела права так вести с твоим гостем, который сделал для тебя в прошлом что-то хорошее.

– Ты можешь сказать, из-за чего ты такая, Клирия? Знаю, что глупый вопрос, но умнее я придумать не могу.

– К сожалению, у меня нет ответа на этот вопрос, так как я не пойму причин столь чуткого восприятия мной внешних раздражителей и последующей гиперактивной ответной реакции на них.

Бля, не будь у меня вышки, в жизни бы не понял, о чём она вообще говорит, серьёзно. Что за заумность?

– Однако хочу отметить, что с тобой вся напряжённость сходит на нет. Мне становится умиротворённо. Настолько, что злость и раздражение уходят. Мне теперь немного жаль, что я частично разгромила свою комнату.

Она поднялась с моих коленей и поцеловала меня в губы. Просто чмокнула, продолжая вглядываться в глаза.

Ну… ладно, Клирия, так и быть.

– Иди сюда, мой маленький генератор тёмной энергии, – нежно схватил я её голову за щёчки, притянул к себе и поцеловал. Куда более страстно, чем она секундой раньше меня. Блять, аж пробрало от этого, но я вновь героически подавил всё. Ну как подавил, стараюсь действовать дальше. Страх, ужас, чувство, словно кто-то дрочит моей душой? Похуй, есть дела куда важнее, чем я сам.

Уже через минуту мы завалились на кровать. Ещё через несколько минут мы были голыми, продолжая целоваться. Ну а я продолжал сражаться с беспощадной аурой Клирии, которая теперь неконтролируемо хлестала во все стороны.

Я мог ощущать своим телом её гладкую, в некоторых местах шершавую кожу. Мог провести пальцами по внутренней стороне бедра, где сохранились зарубцевавшиеся шрамы. Мог пощупать её худосочную волосатую промежность, где было уже влажно. Даже до бугорка добрался, отчего Клирия настороженно прищурилась, вся напряглась, часто задышала, вцепившись коготками в меня и ещё сильнее присосавшись. Видимо кого-то…

Моё неловкое движение пальцами, и Клирия дёрнула ногой, стукнув ею по кровати, вздрогнула подо мной и слегка замычала. Ага! Давай я тебе потеребонькаю, Клирия! Это тебе блять за твою ауру, которая меня изводит!

Потому она ещё несколько минут дёргала ногой, слишком остро реагируя на любое касание там. Видимо не привыкла или вообще подобным до этого не занималась.

Ещё несколько минут лобызаний, нежных поглаживаний, лизь-лизь, кусь-кусь, и я чувствую Клирию изнутри. А она всматривается мне в глаза с таким лицом, словно просматривает финансовую отчётность.

– Слушай, можно я тебя з-за нос укушу, – выдавил я из себя.

– Зачем? – спросила она таким тоном, словно я задал очень важный вопрос.

– Чтоб ты хотя бы в эти моменты выглядела более человечной.

Клирия мягко улыбнулась.

– Так лучше?

– Это типа ты ради меня сделала? Я думал, что тебе приятно.

– Естественно мне приятно. Однако у меня сейчас хорошее настроение, потому моя улыбка такая же искренняя, как и сосредоточенное лицо.

Что за хуйню ты несёшь?

– Нихера не понял, но обычно, когда людям хорошо и радостно, они улыбаются, а не лежат с сосредоточенной физиономией.

– Прошу прощения, Патр-р-рик, но мне нравится прислушиваться к ощущениям моего организма, возможно от этого моё лицо такое, – она подтянулась на мне и чмокнула меня в губы. – Так что не смущайся. Моя улыбка искренняя, так как мне приятно чувствовать тебя. Прошу не обижаться на особенности моей мимики. И разве тебя не возбуждает моё серьёзное лицо?

– Это типа ты думаешь, что меня возбуждают серьёзные д-девушки в очках?

– Верно. Серьёзная неприступная девушка, что не создаёт даже намёка на сексуальные отношения. Разве не прекрасно её склонить к подобному?

– Это ты про себя?

– Это я про себя, – подтвердила она.

– Ну… в этом есть что-то, – кивнул я. Хотя конкретно с Клирией у меня таких ощущений не возникает.

Мы наслаждались… она наслаждалась медленным сексом, разведя ноги в стороны, попутно покусывая меня за уши, целуя и выжигая нервную систему дотла, после чего укусила за плечо, вскрикнула и кончила. После этого я затащил её под одеяло, где мы так и лежали, обнявшись, после чего она уснула в моих объятиях, мирно посапывая, пока я гладил её шрамированные, но тем не менее нежные ляжки и мял задницу. Ну а хули, раз мучаюсь, дай хоть пощупаю чего-нибудь! Вон, Клирия так прибалдела вообще и уснула. Значит ей это нравится.

Сказать, что меня облучило её аурой – ничего не сказать. Я чувствовал апатию. Полное безразличие ко всему, и думаю, если бы я сейчас начал помирать, мне было бы похуй. Кажется, меня пережгла её безбашенная аура. Ощущения… что мне похуй.

Эх, Клирия, Клирия…

Я опустил взгляд на голову, которая едва-едва торчала из-под одеяла и сладко сопела, греясь об меня. Обхватила руками и ногами, словно боясь, что я убегу. Клирии, судя по всему, действительно надо очень мало для счастья. И если бы не этот пиздец с аурой, который ебал во все щели абсолютно всех, она была бы может даже в какой-то мере наверное возможно милой девушкой, которую даже можно было бы вот так держать под бочком и греть под одеялом.

Но увы, это не так. Для меня Клирия остаётся объектом повышенной опасности, которую надо трахать для всеобщего спокойствия, тем самым спуская ей напряжение.

Но блять, я точно доберусь до сути и пойму, что с ней не так. Клянусь.

Часть шестьдесят шестая. Дар Клирии

Констанция пришла на следующий день. Не очень счастливая и не очень жизнерадостная, она шагала так, словно представляла, как втаптывает мою тушку в землю. Иначе объяснить её титаническую походку у меня не получалось.

Её встречали как положено – молча, не обронив ни слова. Констанция, одетая в плащ с накинутым на головы капюшоном, выглядела как странник, который повидал многое. От неё буквально тянуло тяжестью и непоколебимостью человека, который может при желании сломить легионы врагов.

Слава богу, что физически она этого сделать не может.

Наверное.

Или может? Блин, чот мне не спокойно.

– Привет, Констанция, как доча? – спросил я дружелюбно.

Мы встретились в моей комнате. Позже ещё мы спустимся в зал, где нас ждут другие, и обсудим детали, однако перед этим стоило ввести её в курс дела. Я уже предвкушал предстоящей концерт с её участием, когда она узнает о моих планах. Вряд ли истерика, однако что-то типа бравой речи о том, какой же я ублюдок, скорее всего, будет.

Констанция недовольно смерила меня взглядом.

– Надеюсь, это действительно важно, раз мне пришлось сломя голову нестись сюда, – громко сказала фемка. – Я тебе не девка на побегушках, Патрик. Если ты думаешь, что можешь меня вызывать, когда захочешь, то ты очень глубоко ошибаешься, ты понял меня?

Она нависла надо мной и по идее должна была внушать страх, но… Знаешь, после Клирии это очень и очень слабо, Констанция. Ну вот на двоечку, серьёзно.

Поэтому я просто подался вперёд и чмокнул её в губы.

Реакция была мгновенной. Констанция вся красная отскочила назад, прикрыв губы ладонью, в полном шоке смотря на меня выпученными глазами. Словно девушка, которая случайно член поцеловала.

Это было очень мило, серьёзно, видеть такой фемку, такую красную, ошарашенную и смущённую дорогого стоит.

– Я тебя понял, Констанция, – улыбнулся я. – Присаживайся, нечего тебе стоять.

– Не указывай мне, – буркнула она недовольно.

– Не будь дурой. Ты воспитала отличную умную девушку, у которой многое впереди. Но сама ведёшь себя, словно тебе десять лет… Ну конечно… – усмехнулся я, глядя, как она вытирает губы. Сколько ей лет?! – Тебе ещё самой надо вырасти.

– Кто бы мне это говорил.

– Я. Так как твоя дочка? Давай, это приказ, Констанция, отвечай, – мягко улыбнулся я ей.

Та скривилась, поморщилась и выдавила из себя:

– Нормально.

– Вот и отлично. Итак, тут так получилось, Констанция, что у нас неожиданно появилась заложница… – я внимательно посмотрел на неё, однако никаких признаков беспокойства не заметил. То ли она ещё не знает, что одна из графинь пропала, то ли хорошо притворяется.

– И какое дело это имеет ко мне? – спросила она.

Я толкнул к ней листок, который, плавно левитируя по комнате благодаря моей магии, проскользил прямо к ней под руки. Констанция поймала его, опустила взгляд и несколько секунд внимательно всматривалась, меняясь в лице.

Но… как мне показалось, не слишком убедительно. Не знаю, но мне кажется, что она если не знала об этом, то точно догадывалась. Уже была готова к этой новости подсознательно. Да, точно догадывалась, так как я не вижу на её лице гнева. Уж я насмотрелся на Констанцию, которая бесится, потому могу увидеть, когда она реально злится, а когда пытается притвориться возмущённой. Например, у неё едва начинает дёргаться глаз, а сейчас они просто прищурены.

Констанция, ты палишься.

– Понятно… – вздохнул я. – Как узнала?

Решил действовать сразу в лоб.

– Не поняла? – вскинула она бровь.

– Я же вижу, что для тебя это не сюрприз. Как узнала?

– Я не пойму…

– Констанция, – перебил я. – Прибереги пиздёж для Эви, он тебе скоро очень понадобится. Лучше скажи, как догадалась, что что-то происходит. Давай, добровольно говоришь или мне сразу приказать?

Констанция выдохнула, откинула лист на пол и смерила меня злобным взглядом.

– Я ненавижу тебя. Так, для справки.

– Ага, а я тебя обожаю. Особенно, когда твоё лицо становится похотливым во время минета. Так что харе сводить в сторону тему. Как узнала?

– Называй профессиональным чутьём.

– Точнее.

– Мы за всеми следим из своего ковена. Постоянно. Эвелина как в аквариуме с пираньями, где любой неправильный шаг может стать последним. Я слежу за каждой из них, чтоб предотвратить подобные нападки на неё.

– Прямо за каждой? А что касается других групп?

– А то ты не знаешь, что там есть свои крысы, – фыркнула она.

– Значит поняла, когда она перестала выходить на связь?

– Когда перестала появляться в своём поместье. Это заставляет насторожиться. Не бить тревогу, однако понять, что что-то не так. Зачем она тебе?

Я задумался. Ответить или нет? Хотя… отвечу, чего уж там.

– Хочу отправить её голову Эви как подарок, – ответил я.

– Что прости? – хлопнула Констанция ресницами, не сразу поняв, что я сказал, видимо.

– Я хочу отрезать её голову и отправить к Эви.

– Ты… рехнулся?! – возмутилась Констанция. – Ты блять головой думаешь?! Какой отправить голову Эви?! Даже не думай о подобном!

Ну началась бурная реакция. Это надолго. Когда речь заходила об Эви, фемка становилась прям вся из себя агрессивная, праведная и верная. Удивительно, что в самом начале она невзлюбила Эви. А тут прямо грудью на баррикады готова броситься.

– Констанция, Эви хоть раз убивала людей? – спросил я, прерывая этот словесный поток. – Отправляла их на пытки, верно?

Констанция только открыла рот, но тут же закрыла, явно не сильно горя желанием раскрывать тёмные делишки Эви. Но я и без неё знаю, что та успела сделать за время своего правления. Невозможно править злом, будучи добрым. Одних слухов, которые витают вокруг Эви, достаточно, чтоб понять, сколько она успела накуролесить за всё своё правление.

– Тогда хули ты выёживаешься?! Так удивляешься, что я собираюсь отправить ей голову одной из графинь, как будто это что-то из ряда вон выходящее. Сами-то как много народу угрохали. Да чего далеко ходить, вон, Дракула, например. Или скажешь, что с не вашей лёгкой руки его ребёнка познакомили с предками?

Констанция промолчала. Тужилась, пыжилась, словно страдала сильным запором, но ничего так и не ответила, потому что говорить было нечего. Как это так, нам смеют посылать чью-то голову? Мы всё можем, и убивать, и грабить, а другим ни-ни. Какая же лицемерка, пиздец просто.

– Зачем тебе это? – наконец-то смогла она выдавить из себя членораздельные звуки, пусть и полные ненависти к моей персоне.

– Я хочу собрать ваш совет. Всех графов вместе.

– Ты хочешь… – по лицу было видно, что до неё дошло сразу же. – Ты рехнулся…

– Почему же? Как по мне идеальный план.

– Убить всех разом? Я тебе не позволю.

– И что ты сделаешь? – поинтересовался я.

– Ты не можешь просто прийти и убить всех графов!

– Почему?

– Потому… потому что… потому… – она повторяла это слово-паразит не в силах найти причину, почему я не могу этого сделать.

Потому что причины не было. Потому что это в голове не укладывается, верно? Не укладывается то, что тех, с кем вы так долго сюсюкаетесь, можно прийти и убить всех разом, вот так просто. Что тех, кто кажется такими неубиваемыми, так легко убить. Стоит лишь просто прийти и (вот неожиданность) убить их. Всегда так, смотришь на какого-нибудь босса и думаешь – до него не добраться, он там такой неубиваемый. А всего-то надо просто подойти и воткнуть в череп нож.

И всё. Люди сами создают для себя иллюзии, основанные лишь на чувствах. Нет неубиваемых, есть те, до кого сложно добраться.

Но и это решается. В данном случае нашей Констанцией.

– Я лучше сейчас умру, чем позволю тебе навредить Эвелине.

– А твоя дочь? – поинтересовался я спокойно.

Констанция в ответ только губы поджала.

А я встал, подошёл к сидящей фемке, обхватил её лицо руками и приподнял к себе.

– Дура. Ты как была дурой, так и осталась, Констанция. С чего ты вообще взяла, что я хочу смерти Эви?

– Ты повесил поводок на меня. Ты подвергаешь опасность свою дочь, – чуть ли не прошипела она в ответ. – Ты подвергаешь свою родимую кровь смертельной угрозе ради своего плана. Как я могу знать, чего ты хочешь?!

– Давай я тебе подскажу. Есть такая вещь, как язык. Надо просто спросить меня. И нет, я подвергаю её смертельной опасности потому, что её мать дура. Потому что её мать не думает головой, но думает пиздой или жопой. Тебя же иначе не удержать, Констанция. Ты не думаешь головой и делаешь, как посоветует твоя благородная душа. Ты же не будешь слушать меня, разве не так? Тебя пока не прижмёшь, ты не остановишься.

– И ты используешь свою дочь.

– Потому что своими действиями ты родную дочь, сама того не понимая, и погубишь. Для тебя особо ничего не изменилось, Констанция. Что так твоя дочь рисковала жизнью, что так. Однако теперь у неё есть все шансы жить долго и счастливо.

– Я тебя ненавижу, – повторила она внеочередной раз.

– Я знаю. Ничего страшного, Констанция. И Эви, если ты сделаешь всё правильно, ничего не будет угрожать. Вам не нужны другие графы, эти конченые отморозки. Сделай всё правильно, как мы тебе скажем, и с Эви всё будет хорошо.

– Я предам её из-за тебя.

– Она простит, – похлопал я её по плечу. – Та Эви, которую я знаю, тебя простит. Узнает, что стояло на кону у тебя, поймёт и помилует. Тебе ничего не будет, будет мне.

– Ты словно хочешь, чтоб тебя все ненавидели.

– Если меня уже все ненавидят, то зачем останавливаться на достигнутом, – пожал я плечами. – Кстати, что-нибудь есть насчёт хранителей?

– Ты в последнее время часто ими интересуешься, – ответила она как-то приглушённо.

– В последнее время они объявились на горизонте и немягко намекнули, что будут мешаться под ногами.

– У нас ничего на них нет. Есть упоминания о таких людях, но не более. Я ничего о них не знаю, как и не знает кто-либо из наших людей.

Понятно… что нихера непонятно.

– Ты ещё упомянула о разведке Фракции Дня, – напомнил я ей.

– Нам сообщили, что некоторые личности, которых подозревают в шпионаже, прибыли в город Дракулы. Два человека, которые до этого были замечены в сотрудничестве непосредственно с главами групп Фракций Дня, обосновались у Дракулы и затерялись в городском районе.

– Вы что, не смогли их отследить?

– Думаешь, это так просто? Может сам пойдёшь и сделаешь это? – бросила она с вызовом.

– Вот мне сейчас делать нечего, – отмахнулся я. – Они у Дракулы, а не у вас, так что на них можно пока не обращать внимания. Да и вообще, если понадобится, я их найду.

– Удачи выследить их, – махнула рукой фемка. – Будет интересно посмотреть, как ты их найдёшь.

– О нет, Констанция, ты их найдёшь. И мне не интересно, как именно. Найди их, а там уже решим. Кстати, есть предположения, почему именно сейчас они припёрлись?

– Вот ты и ответь мне, раз такой у нас умный, – закинула нога на ногу она и принципиально скрестила руки на груди.

У меня-то догадки есть.

Хранители, они же, как говорили, косвенно влияют на мир и не вмешиваются напрямую. Скорее всего дали небольшой слух Фракции Дня о готовящихся провокациях со стороны Фракции Ночи. И те тут же ринулись вынюхивать, что, где и как. Только почему к Дракуле, а не в город Эви? И ещё так открыто, что их заметили? Ну во Фракции Дня точно не дауны сидят.

Я сомневаюсь, что имеет смысл искать тех двоих, о которых сказала фемка. Причина в том, что такие операции всегда делают с запасом, если так можно сказать. Всегда есть подстраховка. Другими словами, скорее всего, они что-то типа отвлекающего манёвра или зайца, за которым все будут бегать, пока другие будут действовать. Затерялись в городском квартале у Дракулы? Пф-ф-ф… Я знаю, что найти их для Констанции не проблема, она просто выёбывается. Весь расчёт как раз на то, что мы будем искать их, пока остальные будут мутить.

Вопрос только, как именно и где.

– Они приманка, – сказал я. – Отвлекают нас.

– Я знаю, – кивнула Констанция.

– Вы нашли тех, кто по-настоящему шпионит?

– Пока нет, – покачала она головой. – Но скоро найдём, как узнаем, где именно они находятся.

– В любом случае, они лишь наживка, – почесал я макушку. – Прямо откровенная наживка, чтоб отвлечь внимание от тех, кто будет…

Мы переглянулись.

– Город Эви! (х2) – тут же наперегонки сказали оба.

– Я первая.

– Нет я.

– Отвали, я первая сказала.

– Ничего подобного, я успел выкрикнуть до того, как ты сказала!

– Жалкие оправдания пошли в бой, – фыркнула она. – За тебя думают умные люди. Ты же только разрушаешь. Смирись с этим.

– Ой, да и пожалуйста, – отмахнулся я. – Больно надо, ведь мы знаем оба правду.

– Что я сказала первой. И вообще, ты меня спорить звал? Или вы вроде как собирались проводить общее собрание? Обсуждать план? Или сейчас со мной, женщиной спорить будешь?

Вредная сука.

– В любом случае, кто-то есть в городе Эви. Пока они там будут привлекать всё наше внимание своими выходками и раздражать нас, при этом не предпринимая важных шагов, у Эви в городе будут строить шпионскую сеть. Если мы, конечно, правы и их цель не заставить поднять восстание у Дракулы.

– Скорее всего, просто наблюдение установят, – ответила Констанция.

– Они нам не нужны.

– Я знаю. Однако может быть и ход конём с их стороны – одни шпионят в городе Эви, другие поднимают восстание у Дракулы. Два хода одновременно. При этом расчёт будет делаться на то, что мы не тронем их, так как они люди Фракции Дня. Пока не нарушают закон, они практически неприкосновенны.

– Тогда просто их под колпак, что у Дракулы, а остальных в расход. Но этим уже займусь я.

Позже мы провели собрание в общем зале внизу, где собрались мы все.

Мы все – это я, Элизи, Клирия, Лафия, Мамонта, Юсуф, муж Лафии (надо запомнить его имя), Ухтунг и Джин Урда. Мы были подобно корпорации зла, самые-самые с такими бандитскими рожами и тяжёлыми аурами, что о нашей принадлежности к злу не могло стоять и вопроса.

Если бы надо было нарисовать иллюстрацию на тему того, как выглядит зло, то думаю, что мы бы отлично подошли на эту роль. Да чего уж там, даже мне было неуютно заходить сюда. Над залом практически висела серая туча и, будучи знакомым со всеми, не мог отделаться от давящего чувства беспокойства.

В начале вместо меня слово взяла Элизи. Куда более спокойно объяснила ситуацию, рассказала, что и зачем нам нужно. Она пересказала общий план устранения графов, во время которого Констанция только и делала, что хмурилась и пыжилась.

После этого был поднят вопрос о шпионах Фракции Дня. Обсуждалось, где именно и как будут действовать они в городе Эви.

Как мы поняли, те двое являлись своеобразным отводом глаз. Они не должны по идее палиться. Но если их вдруг и заметят, то сконцентрируют всё внимание на себе. Следовательно, версия о том, что есть и вторая группа, была вполне дееспособной и реальной. Вопрос лишь, как их найти в городе Эви.

Констанция сказала, что поднимет своих людей и они прочешут каждый закоулок, однако это займёт время. На что был ответ, что вряд ли они прямо сейчас готовятся ебать нас в жопу. Потому у нас время ещё было.

После этого поднимался вопрос о том, что будет после уничтожения графов. Вопрос о взятии контроля над другими территориями, которые потеряют графов, на что я ответил, что мы просто проведём рейдерский захват. Всех несогласных под нож. Наследников, если сопротивляются, под нож. Если подчинятся, то в камеры. Если солдаты на территориях будут возмущаться, то вопрос можно решить финансово, вот и всё. Уже позже проведём чистку рядов, чтоб полностью подавить и подчинить их.

А потом мне подложили свинью. Я ещё никогда не чувствовал себя таким униженным.