Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

Я ничего не ответил. Лишь водил пальцами по её мокрой промежности, иногда просовывая пальцы внутрь. Она даже не сопротивлялась, позволяя мне делать что заблагорассудится.

– Хорошо пошло, да? Спорим, тебя так ещё никто не трахал?

– Проспоришь.

– Чёрт… – вздохнула Суцьиси, выпустив в потолок облачко дыма. – А я хотела трахнуть тебя так, чтобы навсегда запомнил… Так кто это была? Та, о которой ты пиздострадаешь?

– Можно и так сказать.

– Води чуть выше и засовывай немного глубже свои пальчики… ага, вот так, да. Так, а теперь вопрос. Что за девка была?

– Хорошая была, – отозвался я негромко.

Суцьиси замолчала. Думала о чём-то о своём, прежде чем продолжить.

– У меня всегда было правило. Не заводить детей или любимого мужчину. Я знала, что рано или поздно придётся прощаться. Рано или поздно я потеряю их и будет очень больно. Я никогда не нарушала этого правила.

– Дело не в этом, – вздохнул я. – Я никого не бросал.

– А в чём? – посмотрела она на меня, держа в зубах сигарету. – Давай пальцами активнее шеруди и отвечай на вопрос. В чём дело?

– Всё сложнее.

– Ну так найди себе другую девушку, в чём проблема? Хотя, наверное, не стоит. Давай я тебя потрахаю, пока не успокоишься.

– Дело же не только в сексе, Суцьиси.

– А в чём?

– В любви.

– Серьёзно? – хихикнула она, случайно выронив сигарету. Подхватила и выбросила в бадью. – Любовь? Ты? Прости уж, но ты Резня, ты убийца тысяч, обвинённый организацией в преступлении против человечества и мирового содружества. И ты мне рассказываешь о любви?

– Да, – тихо ответил я.

– Да… – протянула она. – Я помню, каким ты был верзилой. Ты всегда убивал, не моргнув глазом. И слышать от тебя про любовь… И кто та, кто растопила твоё сердце?

– Девушка.

– Ну понятно, что не парень. Кто она, откуда и где?

– Она из другого мира. Разницы, что я тебе сейчас опишу мир или нет, не будет. Она просто жила там. Была… дочерью вождя.

– Запретная любовь?

– Нет, просто любовь. Я уже, казалось, и думать о ней забыл, но в туманах встретился с тварью, которая выковыряла воспоминания о ней наружу. И то, что я пытался забыть столько лет, прояснилось, будто увидел фотографии. И теперь… она раз от раза всплывает у меня в голове.

– Это из-за Исси, да? – она поймала мой взгляд и усмехнулась. – Не считай меня за дуру. Я видела, как ты на неё смотришь. Она похожа, да?

– Копия той девушки, – признался я. – Практически идеальная копия едва ли не до тонких черт. В первый раз, когда увидел её, даже не смог отличить от той. Подумал, что у меня глюки или того хуже: она пришла за мной.

– Понятно… хотя слышать от тебя, что ты в кого-то влюбился, странно, если честно.

– Да мне плевать как-то, – пробормотал я. – Просто я знаю, что это может сказаться на работе, которую мне поручили, и… провал. И я не знаю, чего боюсь больше – провала или копии прошлой девушки.

– Чего её бояться-то?

– Есть причины.

– Так может я тебя сведу с Исси, а?

– Чего? – нахмурился я.

– Я знаю, что уже вроде предлагала, но я могу тебя свести с ней. И тебе плюс, и мне норм, что одной головной болью меньше. Если она копия той, то какая разница?

– Разница есть.

– Только в голове. Это та самая девушка, что ты любил, если ты даже с трудом разницу между ними находишь. Давай же, – толкнула она меня в плечо.

– Нет.

– Это не будет проблемой. Перепихнёшься с ней, да и я на ушко нашепчу Исси, как подруга.

– Я сказал нет.

– Да ты только подумай…

– Нет! – рявкнул я на неё, заставив её шугануться меня.

Пришлось взять себя в руки.

– Ты ничего не понимаешь, Суцьиси. Она погибла из-за меня.

– Мы не можем всех спасти…

– Я даже не пытался её спасти. Это я её убил.

Повисла тишина.

– Что? – негромко переспросила Суцьиси.

– Я убил её. Выстрелил в спину. Гелиопсис умирала на моих руках и… смотрела, словно не могла поверить, а я не мог всего объяснить. У меня не было выхода, я провалил задание и под конец просто сделал выбор. Его приходится делать. И теперь Исси… я боюсь за неё. Боюсь, что привяжусь, сделаю ошибку, и она повторит судьбу Гелиопсис. Боюсь, что вопрос может встать ребром и мне вновь придётся выбирать. И этот выбор будет не в её пользу. Поэтому… ей лучше быть как можно дальше от меня.

Вспоминать прошлое как ковыряться в дерьме – чем больше ворошишь, тем больше вони. И в той, и в другой ситуации я могу точно сказать, что это правда. С чем иногда только не сведёт жизнь.

Мы вернулись к самому утру, чтобы успеть до того, как обнаружат наше исчезновение. Насытившиеся и готовые к новым подвигам. Я так и не узнал, что за миссия у Суцьиси, хотя вряд ли это должно меня волновать. Но что действительно не лезло из головы, так это её слова про Исси.

Предательская мысль не уставала нашёптывать: «А может согласиться?». Я знал, что это бред, но предложение Суцьиси буквально застряло в душе. Ведь есть возможность…

Я тряхнул головой, отгоняя от себя предательские мысли. Это равносильно тому, чтобы откопать труп, который давно захоронен для того, чтобы взглянуть на него в последний раз. Надо было просто переждать, сосредоточиться на работе. Скоро для меня всё это станет лишь историей, я перерожусь и потеряю всю память о том, что со мной было.

Мне надо просто выполнить свою работу…

Первым делом я «случайно» пересёкся с сёстрами, чтобы убедиться, что с ними за время моего отсутствия ничего не произошло. Просто на всякий случай, чтобы убедиться, что с ними всё в полном порядке.

Занятия я встретил с кислой миной, не имея никакого желания общаться с другими. Хотелось спать после ночной прогулки, и я раз от раза клевал носом, выныривая из сна громким звуком, толчком в бок или от того, что чувствовал, как голова опускается вниз.

– Ты чем всю ночь занимался? – усмехнулся Вуберг.

– Дрочил, – кратко ответил я. Он рассмеялся, подумав, что это шутка, даже не понимая, как близко это к истине.

И следующие дни пошли своим чередом. Я что-то учил, что-то читал, что-то отвечал, трахал мышь, которая казалась после Суцьиси слишком пресной. Но, даже несмотря на это, я был благодарен мелкой конопушке.

Мой главный прокол едва не произошёл на уроке магии.

После теорий, которые преподаватели пытались впихнуть нам в головы, и перед практикой мы по очереди проходили тест на магию, где должны были выявить «внутренний источник» или, если на человеческом языке, энергетическое ядро.

В теории всё было просто – ты подходил, касался кристалла и пытался бухнуть в него энергии.

Для многих это был шанс показать себя, показать свою силу и подняться выше в иерархии не только в потоке, но и в глазах других.

Как я понимал, те, кто обладал ядром, даже если они простолюдины, могли претендовать на возможность присоединиться к какому-нибудь роду в качестве слуги, а быть может и войти в семью – никто не отменял селекцию среди людей. Ядро было редкостью, таких людей искали и старались хранить, как инвестиции в будущее.

Про аристократов и говорить не имеет смысла – они становились желанным объектом для остальных. Просто само наличие ядра говорило о том, что в будущем у детей это тоже проявится, а если правильно подобрать партнёра, ещё и усилится.

Те, кто не обладал ядром, но мог использовать магию (а таких было большинство), котировались не так хорошо. Но магов мало не бывает, поэтому они тоже могли рассчитывать на бонусы. Без ядра, но со стержнем составляли главный костяк вообще магов в этом мире. Поэтому ядро в ком-то было скорее исключением, а вот со стрежнем – правилом.

Меня предупреждали, что нас будут проводить через эти тесты, и я даже готовился к ним, чтобы не спалиться, однако, когда настал день… Я немного недооценил проверку и просто не смог скрыть своих способностей. Даже не вкладывая сил, я заставил светиться кристалл внутренним излучением ядра.

Излучение было очень слабым, но сам факт наличия ядра заставил всех внимательно проводить меня взглядом. Из всего потока, как позже выяснилось, таких было всего тринадцать, четверо из которых простолюдины.

Что касается проверки стержня, то там сложностей не возникло – я благополучно всё завалил, показав отменно хреновые результаты. Мог вообще их не показывать, но с наличием ядра это выглядело подозрительно. Ядро есть, а магией не пользуешься.

Но, в принципе, даже показав слабенькое ядро, я себя не сильно выдал. У Сильвии тоже было ядро, поэтому тот факт, что у её брата оно будет, не был чем-то странным. Другое дело, что ко мне несколько раз после этого подкатывали девушки, некоторые из которых вообще были из потока выше, и мне такое внимание не нравилось.

Но не только у меня интересно развивались события.

Руфус всё же начал докапываться до Сильвии. Я знал, что рано или поздно этот кусок говна потеряет страх и решит попробовать сестру на зубок.

Проявлялось всё сначала в усмешках в её адрес, потом в лёгких «случайных» толчках, затем он уже просто докапывался до неё, не стесняясь лишний раз толкнуть, угрожать и так далее, явно испытывая моё терпение. Любимая тактика подонков – боятся трогать тебя, будут трогать тех, кто послабее, но кто тебе не безразличен.

И чем больше я это игнорировал, тем дальше это всё заходило. То ли Хонт перестал следить за братом, то ли потерял контроль, то ли у Руфуса прошёл страх передо мной.

В любом случае, я ждал момента. Ждал, когда Руфус разойдётся, опьянённый безнаказанностью, как это обычно бывало. Я ждал момента для удара. В любой миссии, в любом бою или драке главное – поймать момент, чтобы нанести удар. И когда такой момент настал, я подошёл и сказал:

– Морон, кажется, у Сильвии проблемы.

– Проблемы? – тут же прогудел он, расправив плечи. Ну да, дай только возможность показать себя перед девушкой. – Ей нужна помощь?

– Нет, ей нужна защита. Знаешь Руфуса?

– Я видел его, – кивнул он медленно.

– Он достаёт Сильвию. Из-за меня. Боится меня, и поэтому третирует её. Физически.

– Он её трогает? – голос Морона стал ниже.

– Толкает, пихает и угрожает. Ты разве не замечал, что она ходит вся… зажатая? В пол смотрит, общается меньше?

Конечно, он не замечал этого, потому что Сильвия вела себя как обычно. Она бы никогда этого не показала. И не покажет. Не знай я ситуации, тоже не догадался бы. Но и смысл был в другом – это слишком сильно укололо Морона. Для него это значило, что он даже свою девушку защитить не мог. Я видел, что самооценка у этого душегуба низкая: он сам считал себя туповатым и некрасивым. А тут удар ещё и по собственному достоинству.

– Я не знал… – глухо пробормотал он. – Если бы я знал…

– Теперь знаешь. Я не хочу ничего сказать, но если ты спишь с моей сестрой, может быть и отвечать за неё немного будешь, а не бросать одну? – поморщился я.

– Я не знал, Тэйлон… – глухо повторил он.

– Теперь знаешь. И раз уж зашёл разговор, он сейчас достаёт её.

– Он? – прогудел он.

Я буквально почувствовал, как в нём полыхнула ненависть. Эта жажда крови и ненависть. Оставалось лишь задать направление.

– У них сейчас занятия по политике на третьем.

Собственно, всё было к лучшему, и то, чего я ожидал, произошло.

Сильвия была красивой девушкой, действительно красивой и утончённой. Так что неудивительно, что такая оглобля, как Морон, чувствовал, что просто не может показать себя с хорошей стороны. Он был туповатым, не красавчиком и без талантов, но хотел, как и любой нормальный парень, поразить мою сестру, выпендриться перед девушкой. Ему просто нужен был шанс.

И он его получил. Защитник дамы сердца спешит на помощь.

Мне оставалось лишь следовать за ним, чтобы держать ситуацию под контролем. Использовать против противника других людей было довольно частой практикой. Натравливать на врагов партизан, вести в бой повстанцев, помогать недовольным устраивать диверсии – я занимался этим не раз. Я даже обучал этому людей, чтобы потом они в тылу творили хаос.

Здесь всё было то же самое, только противником был сумасшедший ублюдок, а повстанцами – Морон.

Ситуация была идеальной. Едва мы вышли из-за угла в коридор, где находилась Сильвия, на наших глазах Руфус несильно толкнул её, что-то активно втирая. Придурка тут же оттеснили парни из её группы, защищая свою предводительницу, но действие было совершено.

Тот и слова больше не сказал. Двигаясь удивительно тихо и быстро для такой туши, он просто ледоколом раздвигал перед собой людей, надвигаясь со спины на Руфуса. И едва придурок понял, что к нему кто-то подкрался сзади, и развернулся, как Морон просто одной рукой поднял его за шею и отшвырнул как тряпичную куклу.

Руфус кубарем покатился по полу, но быстро встал на ноги и улыбнулся звериным оскалом. На рука появились когти.

– Какие люди, кусок мяса пришёл спасать безногую.

– Морон, погоди, не делай глупостей! – Сильвия выскочила перед своим избранником, пытаясь остановить машину смерти, но тот просто взял её осторожно под мышки и словно игрушку переставил себе за спину.

– Я разберусь, – прогудел он.

И он разобрался – вызвал Руфуса на дуэль. Там я и увидел в первый раз Морона в деле. Надо сказать, что я не ошибся в нём. Даже в рукопашной, когда Руфус превратился в оборотня, Морон держался очень хорошо, насколько вообще можно хорошо держаться против зверя, который тебя дерёт.

Каждый его удар был как удар молотом. Я буквально слышал, как хрустели кости Руфуса, когда по нему проходили удары. Он набрасывался на Морона, бил когтями и кусал, но такая туша, в отличие, например, от меня, могла выдержать напор оборотня. Он просто упрямо шёл на него, выдерживая все удары, после чего набрасывался с кулаками, тесня оппонента и не пытаясь уворачиваться.

И пусть победил тогда Руфус, Морон знатно выбил из него всё дерьмо, тем самым заслужив благосклонность Сильвии. Кому будет неприятно, когда за тебя вступаются?

Дело было выполнено вполне неплохо, и я даже немного гордился собой. Я нечасто использовал кого-то ради собственных целей, однако мне было приятно наблюдать, когда всё шло так, как запланировано. Теперь от нападок аристократического отребья её будет защищать Морон. Мне же останется следить за более глобальными угрозами извне.

Так что можно было сказать, что у Сильвии всё складывалось вполне себе неплохо, чего не скажешь о её бывшей подруге.

Юнону продолжали третировать и издеваться над ней, а она продолжала ходить на дуэли и драться со всеми подряд. Я обычно не следил за её достижениями, но иногда наблюдал за боями со стороны. И однажды против неё, помимо девушек, вышел и парень.

– Она его сестре челюсть сломала в коридоре, – негромко пояснил Райс.

– Челюсть?

– Девушки говорят, что Юнона первая начала и та её просто случайно толкнула, но… – он усмехнулся, – мы же понимаем, что сереброволосая не начала бы первой драку. По итогу сестру парня тащили в лазарет на руках.

– Вау… – пробормотал Вуберг. – Сильно…

– И что, к директору?

– Да, а потом сюда.

– Не удивительно, – недовольно сказал Гайбер. – Люди думают, что если травить человека, он молча примет свою судьбу.

– Блин, тебя не поймёшь, – повернулся к нему Вуберг. – Ты её поддерживаешь или ненавидишь?

– Меня скорее раздражают люди, которые пытаются самоутвердиться за счёт неё. Я не против остракизма, я против издевательств в физическом плане.

– А в моральном всё в порядке, – хмыкнул я, наблюдая за тем, как Юнона схлестнулась с парнем.

Она сражался или на кулаках, или на мечах, и я ни разу не видел револьверов. Видимо, Юнона каждый раз отвергала их. Ты мог предложить два варианта. Если отказывался от первого, уже не мог отказаться от второго.

Они дрались на мечах, и было видно, что парень действительно имеет в этом опыт.

– Это Енефер. Он служил на северной границе с туманами, – прогудел Морон.

– Но явно не со мной. Не помню парня.

– Хороший парень. Он бы не стал просто так лезть в драку. Особенно против девушки.

– Ага, но полез, – бросил Гайбер, поморщившись.

Я знал таких людей, как Гайбер. Он из того сорта людей, что могут уважать врагов. Даже понимая, что те против него, он мог признать за ними силу, честь и может даже правильность их действий. Редкий тип людей, и тем более ценный, так как они всегда могут смотреть со стороны.

А картина вырисовывалась на площадке печальная. Мечи явно были не сильной стороной Юноны, и ей не хватало реакции. Бой с парнем относился к разряду «слабо, но много». Парень не подставлялся, но бил Юнону очень часто. Тычки, преимущественно в голову, он не проводил долгих атак, держа дистанцию. Я узнавал тактику против огромных насекомых, именно этому методу нас и обучали.

Юнона сначала придерживалась какой-то тактики, пытаясь контратаковать, но под конец просто махала мечом, пытаясь отбиться. Удар, взмах, взмах, удар, взмах, взмах – так весь бой и проходил.

– Это вообще нормально, что бой проходит с девушкой? – спросил я.

– Кто-то должен защищать честь рода, если там нет мужчин, – бросил недовольно Гайбер. – Я не могу смотреть на это…

– Ты чего? – удивлённо посмотрел на него Вуберг.

– А ты не понимаешь?

– Тебя – нет.

– Ну тогда у меня нет желания объяснять, – ответил он и ушёл.

– Влюбился, что ли, в неё… – пробормотал Вуберг.

– Нет, вряд ли, – покачал я головой. – Но я его понимаю.

– Тогда может ты просветишь нас?

– Её гнобят не потому, что её род поступил некрасиво, – кивнул я на Юнону, которой ещё раз просадили по голове. Её серебряные волосы начали окрашиваться в красный, как и платье. – По сути, всем этим людям плевать, кто она и что сделала. Им лишь бы найти жертву, а Юноне не повезло оказаться в центре внимания из-за родителей. У Вуберга есть причины её не любить, но остальным просто нравится над ней издеваться, не более.

Люди такие люди в любом из миров, что хочется иногда проблеваться.

Дуэль закончилась не в пользу Юноны, и, кажется, это был первый проигрыш за всё время. После внеочередного удара она явно потеряла ориентацию в пространстве. Качнулась, взмахнула мечом, пытаясь задеть противника, и рухнула на четвереньки. И всё, на этом бой закончился.

– Хорошо держалась, – прогудел Морон.

– Но проиграла, – ответил Райс.

– Дело не в победе. Дело в её силе.

– Он вервольф, так что живучесть…

– Внутренней силе, – прогудел он. – Ей надо было родиться парнем. Был бы хороший воин. Всех бы держал в ужасе.

Возможно, он был прав. Но вряд ли его слова поддержки как-то исправят ситуацию и помогут ей. Юноне просто оставалось придерживаться своей линии поведения и надеяться, что её терпение окажется крепче, чем желание других третировать её. В любом случае, я уже умыл руки, и её дела меня не касались.

Так думал я.

А Юнона, как выяснилось, думала иначе.

Я был нулём в любовных делах. Когда одна из сторон неожиданно затихает и перестаёт делать в твою сторону поползновения, несмотря на активные действия в прошлом – это повод задуматься и что-то заподозрить. Но такое было свойственно больше для войны и врагов. Юнону я никогда врагом не считал и войны с ней не вёл.

Поэтому и подумал, что между нами всё окончательно кончено.

– Здравствуй, Тай-Тай.

Она меня подловила в одном из коридоров корпуса уже поздно вечером, когда я возвращался с дополнительных занятий по музыке. Чтобы сократить путь до общежития, я всегда шёл через учебные корпуса, которые к тому моменту пустовали. Поэтому каково было моё удивление, когда, завернув за угол, я увидел стоящую по центру коридора Юнону.

Она будто… Нет, она ждала меня, стояла, слегка опустив голову и сложив ручки на животе.

– Здравствуй, Юнона, – негромко поздоровался я. – Не ожидал тебя здесь увидеть.

– А я тебя ждала, – подняла она голову и улыбнулось.

Захотелось развернуться и убежать. Её глаза, яркие, отражавшие свет из окон, будто светились синим. Из-под губ проглядывались острые беленькие клычки.

– Да, я уже это понял, но не думаю, что нам есть о чём поговорить.

– Но нам есть, – ответила она. – О нас. Обо мне и о тебе, Тай-Тай. Я лишь хочу поговорить с тобой.

– Прости, но не о чем здесь разговаривать, – покачал я головой. – Я всё сказал ещё тогда в музыкальной комнате. А теперь спокойной ночи.

Но едва я начал обходить Юнону сбоку, как она вытянула руку, словно шлагбаум, передо мной, перекрывая проход. Теперь от неё исходила угроза. Практически открытая угроза, которую можно было почувствовать, как тонкий запах. Её клыки слишком хорошо были видны, а голодные синие глаза горели ярче прежнего.

– Ты поговоришь со мной здесь и сейчас, Тай-Тай, – негромко пророкотал её нежный голосок. – И не уйдёшь отсюда, пока мы не закончим этот разговор, даже если ради этого мне придётся сломать тебе ноги.