Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 212 (всего у книги 332 страниц)

Мы собирались вплоть до полудня, после чего под защитой элиты и в сопровождении Юми двинулись к перевалу через горы.

– Я с тобой потому, что муж ты мой, – ответила Юми, когда я спросил, нахрена она с нами. – Я жена и должна я мужа проводить, как и положено.

– Понятно… – протянул я.

– Избавиться уже спешишь ты от меня?

– Нет, просто спросил, – пожал я плечами. Насчёт нападения на неё можно было не волноваться. Сейчас у уродов ни армии нет, ни желания вызывать на себя гнев и ненависть. А ещё я. Меня сейчас действительно боялись, что забавно. – Забавно, жена императрица провожает мужа императора хрен знает куда.

– Все знают, для чего сей брак, так что удивления нет. Но то ни значит, что должна я быть не вежливой с тобой.

– Ну да, было бы забавно, если меня ты пинком выгнала бы на улицу, – усмехнулся я. – Береги там Маленького Пожирателя Человеческой Плоти. Он очень хрупкий и чувствительный.

– Это она.

– Что? – не сразу понял я, о чём идёт речь.

– Утконос, это она. Самка. Девушка. Не мальчик, – улыбнулась Юми улыбкой человека, который показал превосходство своих знаний.

– Да ладно… Серьёзно? – кажется, ещё есть, чем можно меня удивить.

– Верно. Я знаю, о чём же говорю. И может быть, что она однажды даст потомство нам.

– У неё нет мужика в любом случае.

– Засвидетельствовано у нас, что иногда и так они дают потомство, без мужчин.

– Хрень какая-то, – высказался я по этому поводу. – И как только этот мир с ума не сходит.

– Такова природа мира, таковы его законы, – чуть ли не на распев ответила Юми.

– И мне они не нравятся. Словно его накачали наркотиками ради забавы.

Глава 314

При сопровождении юной императрицы и её телохранителей в виде нескольких десятков хайлвлов мы доехали аж до границы горной империи, что начиналась ровно перед подъёмом на тот заснеженный перевал. На всё это нам потребовались сутки и всего одна ночёвка, которую мы провели в чьём-то дворце.

Сейчас же перед нами возвышались две большие башни из толстого векового дерева, просто стоящие по обе стороны от дороги. Вряд ли они могли спасти от нападения, скорее всего, служили просто сигнализацией, которая должна была заметить заранее приближение неприятеля и дать сигнал остальным.

Они возвышались прямо на опушке, и сразу за ними начинались подобия альпийских лугов. Этот ландшафт значительно отличался оттого, что был по другую сторону гор. Если здесь царствовали альпийские луга, то там леса поднимались вплоть до заснеженных вершин, где шли ещё выше, вплоть до мест, где уже ничего в принципе выжить не может.

Мы остановились прямо на границе территории между башен, и Юми взмахом приказала страже отойти. Около сорока человек сразу же распределились по территории, отцепляя это место.

– Вот и всё, – вздохнула Юми. – Пришло прощаться время. Быть может мы на долго расстаёмся, а может до конца. Иль встретимся чрез год.

– Не навсегда, скорее всего. Выглядишь расстроенной нашему расставанию. Разве не по сестре ты должна грустить.

– Не быть тебе уж чутким Мэйн. И по сестре я всё грущу, однако в сердце она живёт, – коснулась она груди. – Но чувство у меня, что остаюсь я здесь одна. Одна в чужой стране.

– Такое бывает, – пожал я плечами. – Я тоже чувствую себя неуютно, когда меня все любят.

Мои слова вызвали у неё усмешку.

– Не долго мучиться осталось тебе-то с этим, Мэйн, поверь.

– Охотно верю.

– Тогда сейчас ты поцелуй меня, когда следят за нами, и разойдёмся мы навек.

– Это обязательно? – нахмурился я.

– Важно для людей увидеть, что мы симпатию проявляем. Поверь, так нужно.

Я оглянулся.

Мои люди уже успели отойти подальше, чтоб не смущать нас, стражи не было рядом, однако… Да, мне кажется, что за нами украдкой наблюдают те же стражники на вышках и охрана Юми. Их не видно, но они видят. Всё видят.

– Окей, давай по-быстрому, – кивнул я.

Мы провели сеанс быстрой терапии, не страстной, больше похожий на дань взаимного уважения типа рукопожатия. Сухо и без языков, лишь бы был сам факт поцелуя, после чего отшагнули друг от друга.

– Я буду ждать сигнала, Мэйн, и да помогут нам всем духи.

– Не знаю, как всем, но вам помощь точно понадобится, – кивнул я. – Пока Юми, ещё свидимся.

Мы просто развернулись и зашагали каждый своей дорогой к своим целям. К моим целям. Как бы то ни было, всё крутится вокруг моих целей, просто остальные тоже могут получить с этого профит.

Всего один раз я обернулся, когда уже вышел за границы горной империи, Юми уже была окружена стражей и двигалась по дороге через лес, приближаясь к ближайшему повороту, где скроется от моего взгляда.

Я вздохнул и поплёлся к своим, что ждали меня выше.

– Как всё прошло? – тут же спросила Тулика. – Попрощался со своей жёнушкой?

Вслед за её словами большая часть отряда показала свои зубки. Ой бля, лишь бы позубоскалить.

– Господин, тебе следовало её завести в ближайшие кусты и жахнуть, – посоветовала мне Женева своим низким мужицким голосом. – Чтоб знала она, кто в доме хозяин.

Одобрительный весёлый гул поднялся среди бабского отряда.

– Как я понимаю, так у тебя и появилась дочка, да? – ответил я, усмехнувшись и залазя на лошадь. – Тебя тоже отвели в сторону и показали, кто настоящий хозяин в доме? – и тут же сжал ноги, придавив бока лошади. – Но!

Лошадь недовольно фыркнула и зашагала по дороге. Наша группа двинулась обратно домой дружной кучкой. Там перед нами возвышались горы, что отделяли эти два куска мира друг от друга, словно какие-то стражники.

Наёмницы на мою реплику рассмеялись, а вот Женева ни капельки не смутилась.

– Не совсем верно. Это я его отвела в сторону и показала, кто здесь хозяин. Так появилась моя доча.

– Чот не пойму, кто из вас-то дочь родил? – спросил с усмешкой я, чем вызвал общий хохот.

– Давай отойдём, и я продемонстрирую, каким образом и откуда берутся дети, – ответно стрельнула в меня Женева. – Просвещу тебя в этом вопросе.

– Не надо, я уже просветился. Спасибо старцам в спальне Юми.

– И как, просветили? – поинтересовалась она.

– Это я их просветил. Не слышали за обедом, что часть ушла на свидание к своим предкам?

– Ты плохо старался, – со смехом ответила другая наёмница. – Девять из двадцати всего.

– Я знаю, – вздохнул я наигранно. – А я так старался.

– Вот потому и требуется тебе просвещение, – поддакнула другая. – Мы тебя многому научим.

– Не надо. Я слишком невинен для подобного, – сделал я умное лицо.

– Невинен? – прыснула девчонка-наёмница в кулак. Я её помню, входила в состав той группы, что в горах меня прокачивала. – А я помню, как ты устроил оргию в таверне, совратив всех нас, хихихихихи… невинных дев под предводительством… хи-хи-хи… Мамонты… Ахахахаха… Главной… Хахаха… главной… Хахахахахахахаха… девственницы… АХАХАХАХАХАХАА…

Не знаю, что её рассмешило, но наша группа превратилась в дружный ор, в котором не смеялся только я и Клирия. Девчонки, видно, были в теме и понимали, о чём идёт речь. Они буквально обхохатывались с этого, явно не считая себя целомудренными.

Наша поездка началась весёлыми пошлыми разговорами, которые разбавляли скуку и были вообще ни о чём.

Они ещё час обсуждали свои любовные похождения, словно хвастаясь каждая тем, что она умеет, и что умел её прошлый любовник. Отсюда они все плавно перешли к семье. К детям, к тем, кто уже завёл, и тем, кто ещё заводит или собирается заводить. Так они перешли к Мамонте. Бедная Мамонта, она, наверное, сейчас сильно чихает.

– Но у неё такая лапочка сынок! – одну из наёмниц сейчас разорвёт от переполняющих её ми-ми-ми. – Он такой мальчик, прям весь в маму.

– Ага, такой милый, – подхватила другая. – И спокойный. Точно характер отца.

– Зато у Лафии дочка. Как вы думаете, Мамонта и Лафия сразу обручат их?

– Муж и жена? – Женева задумалась. – Возможно, что Мамонта и Лафия об этом думают. Возможно обе постараются отправить их подальше от всего этого, когда подрастут. Может быть в интернат на востоке, там вроде всегда спокойно. К тому же обучают, готовят к жизни.

– Рожать детей, чтоб отправлять в интернат? – фыркнула Тулика. – Детей рожать, чтоб потом их сбагрить подальше? Бред.

– Мамонта точно так сделает, – покачала головой одна из наёмниц.

– Не сделает.

– Она не согласится оставлять его здесь. Одного уже… – и тут же умолкла, слегка испуганно и виновато оглянувшись.

Тулика посмотрела на неё недобрым взглядом в то время, как другим было откровенно наплевать. Видимо та, как подруга главной, желала подобное сохранить в секрете, хотя остальные тайны в этом не видели. И тайной для них это не являлось.

Та-а-ак… От босса что-то скрывают.

– Тулика, глаза не сломай. Будешь за моей спиной так смотреть на других и утаивать важную для меня информацию, я обещаю, что следующие два месяца ты в наказание вообще смотреть не будешь. Так что с ребёнком Мамонты? Давай, колись, я ваши задницы приютил, я закрыл глаза на то, что вы там филиал детского сада открыли, я просто обязан знать, что в голове у вас происходит.

– Просто Мамонта от этой темы становится слегка… депрессивной. Не надо поднимать эту тему, – начала было Тулика слегка напряжённо, но я перебил её.

– Ты видишь Мамонту здесь? Я, нет. Или может я теперь здесь лишний? Может за меня будете решать, что мне знать, а что нет?

– Нет, я… я имела виду другое… – начала тараторить она всё быстрее и быстрее. – Она просто тяжело перенесла это, очень плачет иногда. Я… я не хотела перечить вам. Я… я… я не утаиваю от вас ничего!

Последние слова она протараторила очень быстро и испуганно, словно я собрался её убивать. Я удивлённо моргнул, глядя на испуганную Тулику. Эта пышка, что обычно была довольно улыбчивой, представляла сейчас из себя перепуганную девку, что вот-вот свалится с лошади.

И только через пару секунд я заметил, как сильно сменилась обстановка.

Все практически разом примолкли, испуганно косясь на меня, словно я собирался мочить всех. Девушки замерли в сёдлах. И несмотря на то, что мы продолжали ехать дальше, они были словно истуканы; будто люди, боящиеся получить пулю в голову за лишний звук, но при этом не имеющие возможности спрятаться. А я даже голоса не поднял, тон не изменил.

И тут до меня дошло.

Аура.

Моя аура.

Я только что перепугал до усрачки всех своих людей.

Бля, серьёзно? Я давлю всех аурой?

Я не крутил головой, лишь боковым зрением отметил, что все испуганно переводят взгляд с меня на Тулику, словно боясь, что я сейчас наброшусь на неё в облике твари. Такое поведение было свойственно им, лишь когда опасность готова была порвать их на части в следующие несколько минут, и они не могли ничего с этим сделать.

Блин, это не круто! Совсем не круто! Если такая хрень будет происходить, то могут возникнуть проблемы. Страх не есть уважение в некоторых ситуациях. Сейчас меня уважают, потому что девушки правильные. Знают понятие о силе, товарищах, чести и так далее. Они видят во мне лидера (я надеюсь на это). Но страх это нахер смоет. Страх порождает зачастую и ненависть.

Да, прислушавшись, я понял, что источаю ауру, пусть и не могу сказать точно, какую именно. И ведь лишь потому, что недоволен. Практически малая часть негатива во мне вызвала ауру… Эм… Только я не понял, какую именно. Тяжёлую как у Клирии? Жажду убийства? Страха?

Как бы то ни было, так дело не пойдёт. Надо бы научиться это контролировать.

Как?

Ну, если это связано с эмоциями, то вполне логично, что надо контролировать эмоции. Подавлять и не давать им даже немного превышать предел. Какой предел? Предположу, что тот, который может вызвать у меня какую-то ответную реакцию.

Но не сейчас об этом думать.

– Тулия, – мягко сказал я, давя волну в себе. – Что волнует мягкую жопу Мамонты? У неё ребёнок же, все дела?

– Ну да… – промямлила она с опаской.

– Тогда? Ты знаешь, какое она положение занимает, верно? Мне нужно знать о ней всё, чтоб потом не было проблем с этим. Так что давай, колись. Я потом ещё и о вашем прошлом поинтересуюсь, раз такое дело.

А то потом начнётся: я не могу, в прошлом у меня было то-то, то-то и теперь я такое не делаю. Чтоб такой хуйни избежать, стоит сразу знать о них. Особенно среди высоких людей, что держат не последнее положение у нас.

– Ну… – как-то не очень уверенно начала Тулика. – Ещё давно она похоронила ребёнка. И теперь… может… несколько…

– Слишком сильно о нём беспокоиться, ты об этом, да? – сразу уточнил я.

– Верно. Ей тяжело это далось, она до сих пор иногда плачет и… Для неё этот ребёнок многое значит. Сейчас она чувствует безопасность как… – она оглянулась.

– Как многие из вас?

– Верно. Не совсем безопасность, в конечном итоге мы иногда погибаем, как сейчас… я не имею в виду, что это ваша вина! – тут же поспешила она сказать, хотя я даже не обратил на это внимание. И на «вы» сразу перешла.

– Я понял, – слегка улыбнулся я.

– Так вот… Просто сейчас слишком спокойно, и многие хотят не упустить момент, чтоб стать матерью. Потом такого момента может не выдаться.

– Почему?

– Постоянные войны, сражения, нас убивают, мы убиваем, на наши деревни иногда в отместку нападают. Гибнут дети, в основном маленькие, и не знаешь, когда придёт следующая беда. Среди нас не мало тех, кто потерял ребёнка. Их убивали при нападениях, некоторые получали по животу и теряли так. Многие из нас теряли детей, но Мамонта слишком сильно это переживает. А тут…

– Как в масле, – закончил я за неё.

– Э? – не поняла Тулика.

– Спокойно. Подходящее место, – перефразировал я.

– Да. Спокойно. Никто не нападает, есть шанс вырастить детей до того возраста, когда они смогут уже немного думать, есть что кушать, есть крыша над головой. Можно сказать, идеальные условия. А в караул и на патрули можно и с животом походить. Даже есть мужики. Многим то всё равно, перед кем ноги раздвинуть, хотя приятно, когда есть муж. Каждая сейчас пытается урвать своего.

– В смысле, не по любви, а так?

– Любовь? – казалось, что такая глупость поразила Тулику. – Практически все хотят найти себе тёплое гнездо, где смогут жить. Главное, чтоб мужик приносил деньги, не бухал и не бил. Ну и чтоб не страшнее бревна и по чистоплотнее болотной кикиморы. Потому большинство целят именно на городских, у кого дом, у кого надёжность, чтоб после контракта было куда и к кому прибиться в мирную жизнь. Ну там домохозяйка, готовка, ребёнок, трахаться.

Вот тебе и воительницы. Сами мочат всех, включая детей, насилуют, грабят, убивают, но при этом хотят ребёночка, о котором будут заботиться. Я… не знаю, диссонанс у меня здесь небольшой.

Хотя чего уж я туплю. В конечном итоге большинство хочет одного и того же – жить. Просто жить и радоваться тому, что им нравится.

– А вы? – осторожно спросил одна из наёмниц.

– Что, я?

– Ребёнок? Хотите ребёнка? – поддержала её другая. Я прямо вижу, как навострились их уши.

– Ну… я не думал ещё об этом, – честно признался я. – В смысле, я хочу ребёнка, хочу семью и так далее, но как-то не до этого сейчас.

– Да вы семьянин оказывается, – захлопала одна из окружающих меня девушек глазами.

– А девочку или мальчика? – тут же уже рядом пристроилась другая.

– Ну… девочку, наверное… – пробормотал я неуверенно.

– Девочку? А как же наследник? – удивилась одна.

– Успеет ещё наследников настрогать, – отмахнулась другая. – А вот девочку… это потому, что вам надо кого-то защищать?

– В смысле? – не понял я.

– Ну как же, – поддержала другая. – Маленькая такая, милаха, расти будет, будете оберегать её как герой, косички заплетать. Милота-то какая!

– А мальчишка всегда помощник! Лишняя пара рук. Будет тоже видеть героя в нём, повторять за ним, как за наставником. Это круто и тоже мило. Воспитывать парня круто.

– Не милее, чем дочка, которую защищает отец. Особенно такой. Типа рыцарь такой! Она: папочка, спаси меня от паука! А он хоп, и спасает её, подхватив на ручки.

– А сын, наоборот, призовёт его, и они вместе его победят! Рука об руку, отец и сын!

Пока девушки делились хором своими влажными фантазиями, я предпочёл помолчать и не говорить, что если там будет паук, то это детям придётся меня спасать, а не мне их.

И пока я отмалчивался, меня неожиданно спросили.

– А кого вы хотите видеть своей женой?

Это было столь неожиданно, что я растерялся. А девки замерли, явно желая услышать мой ответ. А какой ответ я дам на это? Что кому присуну, та и будет женой? Ага, это будет наитупейшим ответом, что я только могу дать. Обожаю, как раз мой вариант.

– Не определился. Пока не знаю, – ответил я искренне.

– А я думала, что это будет госпожа Элизиана, – пробормотала одна.

– Я думала, что та мелкая… как её там…

– Мэри, – подсказала другая.

– Да, Мэри. Вы ведь так подходите друг другу, – посмотрела одна из многочисленных наёмниц на меня.

– Или же, – начала Женева и красноречиво посмотрела в сторону Клирии, которая плелась в отдалении от нас, склонив голову вниз, словно уснув или о чём-то думая. – Госпожа Клирия.

Все разом умолки, посмотрев на Клирию. Посмотрели с интересом и лёгкой опаской, словно прицениваясь. Однако Клирия даже не отреагировала на это.

– Я бы на это посмотрела. На такой союз, – выдохнула наконец одна из наёмниц, нарушив тишину. – Чисто по приколу.

– Это было бы мощно… – пробормотала другая. – Прикиньте, какие у неё будут дети? Наверное, одним взглядом будут заставлять замирать сердце.

– Мне кажется, что девочки у госпожи Клирии будут потрясающими, – высказалась другая. – С чёрными волосами и пронзительными глазами.

– Или мальчик. Хладнокровный и спокойный, как она.

Мне кажется или они говорят исключительно о качествах самой Клирии. Типа дети будут исключительно в неё? То есть в принципе в таком варианте я служу не более чем спермобаком. И от меня если и добавиться что-то, то это или X, или Y хромосома.

Это немного оскорбительно, знаете ли.

Глава 315

На следующий день мы добрались до границы, где начинался снег. И пусть здесь он был лишь мелкими белыми островками среди зелёной травы, что появлялся то тут, то там, однако дальше через несколько километров начинался уже сплошной белый ковёр. И этот ковёр уходил в даль, к самым скалам, что поднимались высоко вверх.

Пейзаж был очень похож на тот, что я видел с другой стороны.

Мы же сейчас стояли посреди огромных альпийских лугов, убегающих в разные стороны, в то время как за нашими спинами возвышались сопки горной империи.

– Всего несколько дней, и мы дома, – пробормотала Тулика, глядя на это ущелье. – Думаю, если пойдём очень быстро, то проскочим его за несколько дней.

– В прошлый раз это заняло у нас больше времени, – заметил я.

– В прошлый раз мы с вами охотились, и никуда не спешили, – похлопала меня по плечу подъехавшая наёмница.

– И то верно, – кивнул я, глядя на эти врата.

Блин, но выглядит вообще зашибенно. Это тяжело описать. Реально, какой-то фантастический сказочный пейзаж. С той стороны этот эффект смазывает лес, который мешает нормальному обзору, однако здесь можно от души насладиться видом.

– Ладно, погнали, – сдавил я бока лошади ногами, и мы вновь двинулись дальше.

Так что ночь мы уже проводили в снегах.

Здесь вовсю завывал ветер, снег, словно песок, царапал открытые участки кожи, а температура давно ушла в минус. Особенно ночью, когда не грело солнце, холод чувствовался ещё более отчётливо. Особенно весело было ходить в такую погоду посрать.

Мы спрятались за какой-то большой кусок скалы, который накренился и прикрывал нас от ветра, словно навес. Одно из немногих подходящих мест на снежной равнине, больше от ветра было спрятаться негде. Мы разожгли костёр, расправили спальники, укутались посильнее, чтоб не замёрзнуть, поели и встали на ночлег.

Спасибо, что у нас была зимняя одежда для перехода, так что можно было не бояться не проснуться. И спальник был тот самый, что и в прошлый раз, так что все могли спокойно забиться в него, грея друг друга.

На правах главного я сам определил, кто и когда будет дежурить, определив себе место в самом начале вместе с двумя другими девушками. Это было наиболее нормальное время, когда ты ещё не начал засыпать, а потом можешь со спокойной совестью дрыхнуть до подъёма. Да-да, я хитрожоп, ищу, как бы облегчить себе жизнь, но это на правах главного. Я и так уже намучился, так что не ебёт.

– Госпожа Клирия немного странная, – неожиданно подняла неуютный вопрос одна из наёмниц, когда мы сидели у костра.

Вообще, как мне сказали, горноимперцы уже зачистили перевал, потому можно было развести костёр и не бояться, что его увидят. Однако на всякий случай я всё же решил оставить дозорных, так как если не люди, так звери могут припереться к нам.

– Да, я заметил, – кивнул я.

– Она молчит, не похоже на неё, – поддержала другая. – И ещё смотрит постоянно в одну точку, словно увидела там что-то интересное. Это очень непохоже на неё.

– Да, я в курсе.

– Она сошла с ума? – тихо спросила первая, буквально шёпотом, словно боялась, что её услышат. Её голос практически сливался с завыванием ветра.

– Не думаю, – покачал я головой. – Просто у неё трудный период в жизни. Сейчас посидит, осмыслит всё и оживёт.

– А у неё есть мужик? – неожиданно спросила одна у другой. – Может с того и в тоску провалилась?

– Ни разу не слышала и не видела, – покачала та головой. – Кстати да, может оттого и бесится? Ну ведь даже вы, – она посмотрела на меня, – женились. А она в девках сидит. Теперь так вообще одна. А с её аурой… найти кого-либо вообще нереально.

– Ага, ей, наверное, тоже хочется, – кивнула другая, словно знала, о чём говорит.

Может действительно знает, так как я в таких темах ни бум-бум. Хотя конкретно причину данного состояния я отлично вижу. Я буквально неделю назад собственноручно разрушил все мечты и планы относительно её будущего. Другими словами, то, о чём она грезила столетиями, было похерено всего за несколько минут.

Естественно, что у неё сейчас просто апатия и непонимание, к чему теперь двигаться.

– Может вы с ней поговорите? Погладите по голове, обнимите? Девушкам нужна ласка, – как бы между делом сказала наёмница. – Это восстанавливает иногда душевное равновесие.

– Девушки? Мне казалось, что меня окружают наёмницы, убийцы и просто интересные личности, – усмехнулся я.

– Ну в душе то мы девушки, – улыбнулась другая. – Юные, невинные, те, что хотят ласки и тепла. Нас надо обнять, прижать, поцеловать, шепнуть что-нибудь приятное на ушко.

– Так, давай сразу уточним, – начал я. – Это вы о себе говорите?

Они переглянулись между собой и кивнули.

– Серьёзно?

Наёмницы ещё раз кивнули.

– Так вам оказывается ласка нужна? Странно, мне казалось, что вы тащитесь по бойням и убийствам всего и вся. Как по мне, вас выпороть нужно и в глаз дать.

– Ну почему сразу в глаз дать… – как-то смутившись начала одна. – Говорить за всех не буду, но как бы мы просто работаем, зарабатываем таким образом. Там работа, а здесь наша личная жизнь. Они не пересекаются. Вот вы, ведь для вас это тоже работа ведь? Жестокость и так далее, а с той же Мэри вы милы и очень добры.

– Ну…

Ну в принципе да. Личная жизнь личной жизнью, а работа работой. И то, и то как бы совершенно разное. Как там говорят? Работа требует, а сердце мечтает о другом. Кто такую хуйню сказал… Нет, не помню. По любому тот человек был долбоёбом. Однако это именно в данный момент тему раскрывает достаточно точно.

– Окей, я понял, к чему вы, но мы отвлеклись от темы. Считаете, что мне надо поговорить с Клирией?

– Если госпоже Клирии плохо, то ей надо обязательно выговориться, чтоб стало легче, – кивнула одна из них. – Но она такая молчунья…

– Это да, – кивнула другая. – Но тут на сцену выходит ваша мужская сила! Пойдёте, просто обнимите её за плечи и посидите так с ней, можете разговором подтолкнуть. Как выговорится, так станет ей легче. Всем нравится чувствовать себя в защищённости.

– И главное, будьте с ней помягче. Никому не нравится, когда в них ковыряются лопатой.

– И будьте уверены в себе. Как она положится на вас, если вы сами не знаете, чего хотите.

– И обязательно будьте чутки. Чтоб она чувствовала искренность, а не пустую попытку вернуть её в строй.

– И…

– А ну-ка тихо, – шикнул я, неожиданно вскочив со своего места.

Даже не задумываясь, схватился за револьвер одной рукой, за меч другой, вглядываясь в темноту, где кроме позёмки да синего в лучах луны снега ничего не было видно. Однако такой спокойный пейзаж всё равно меня заставил вскочить. Моя реакция была обусловлена тем, что я что-то почувствовал.

Едва-едва что-то коснулась моего сознания…

Интуиция?

Почти. Наверное.

А ещё я чувствую какое-то лёгкое давление. Очень странное давление на мозг, словно хочется спать. Нет, я действительно хочу спать. Но здесь это немного странно чувствуется, словно что-то насильно пытается отключить меня. Пытается, пытается, а потом спадает, словно ничего и не было.

– Эй, подни… – я осёкся, глянув на девушек.

Те как сидели, смотря на меня с удивлённым лицом, так и сидят.

Только с одним «но». У них сейчас закрыты глаза.

Просто закрыты, обе девушки в раз просто уснули, оставив на лице, словно маску, последнее выражение. Это выглядело ну очень странно и жутко. Будто бы покойники, которых садили как живых и фотали.

Но нет, они спали. Просто заснули, замерев на месте, я видел, как они дышали.

Слегка толкнув одну носком ботинка, чтоб не убирать рук с оружия, я не добился ничего. Никакой реакции.

Значит кто-то снаружи кинул что-то типа стана. А так как у меня иммунитет на сознание, подобное мне не страшно. Мне страшно то, что теперь я был один. У меня есть способка твари на крайняк, однако против мага она не очень актуальна.

Вслушиваясь в завывания ветра и вытащив пистолет, я обошёл костёр и сделал несколько шагов вперёд, выйдя из-под навеса под ветер. Здесь костёр уже не так сильно светил и оттого я мог нормально оглядеть округу.

Но сколько бы я не всматривался, ничего кроме скал да белоснежной равнины не видел. Но…

– Приве-е-етик! – раздался весёлый голос девушки где-то сверху.

Ебать, я чуть не обосрался.

Резко обернувшись, я бросил взгляд на верхушку скалы, под которой мы спрятались, уже целясь в темнеющий на фоне звёздного неба силуэт. Палец в этот момент уже почти довёл крючок до конца, но… здравый смысл меня слегка остудил. Если бы меня хотели убить, то убили бы уже давно. А значит пришли говорить.

Недовольно цыкнув, я отпустил крючок, однако пальца не убрал, всё так же продолжая целиться.

Человек, чей плащ пафосно развевался на ветру, не спешил уходить. Его фигура словно давала мне насладиться видом, показывая себя на фоне луны, типа вот я, смотри!

Ну, во-первых…

– Я тоже хочу такой плащ… – тихо пробормотал я. Слишком круто он выглядит. Я тоже хочу так выёбываться.

Во-вторых, все вы, хуесосы, отъебитесь уже от меня. Дайте хотя бы до дома дойти без приключений на задницу.

И всё же, кто на этот раз за бедным Патриком пришёл? Девка? По голосу девка. Или же…

– Приве-е-етик! – раздалось за моей спиной.

Мгновение и ствол уже смотрел в лоб девушке, что стояла и мило улыбалась, словно была рада видеть меня здесь. Не могу ответить взаимностью.

Но могу запустить пулю в голову.

Девушка была в обычном тонком тёмно-сером плаще, который точно не мог спасти от такого холода, однако она не выглядела так, словно ей что-то мешает. Она завела руки за спину и, слегка поддавшись телом вперёд, буквально выпятила голову ко мне с дурацкой дружелюбной физиономией. Меня больше пугало то, что она подошла за столь короткий промежуток времени ко мне вплотную, и я даже не заметил этого.

– Знаешь, я думала, что ты куда дружелюбнее, – выпрямилась она, не переставая улыбаться. – Ну дава-а-ай. Ответь мне что-нибудь.

Её вот это умение растягивать гласные в словах уже бесили меня неимоверно. Это просто пиздец. Аж наизнанку выворачивает.

– Если ты не ответишь, то как же мы будем общаться, а-а-а? – она склонила голову слегка в бок, пытаясь заглянуть мне в глаза. – Общение важно для коммуникации люде-е-ей. Таким образом мы можем высказывать свои мысли и находить общий язы-ы-ык.

– Просто заткнись, – попросил я, всё так же целя ей в лоб.

– Во-о-от, это уже лучше. Однако стоило просто сказать, приве-е-ет. Но и так сойдёт.

Позади меня с тихим «бум» приземлился тот, кто до этого стоял там, на скале. Но я даже не двинулся, целясь в девушку. Меня не тронут, пока её голова в опасности. И нажать на курок успею, с такого расстояния ни один не увернётся, а я точно не промахнусь. А вот если сейчас обернусь на него, то боюсь потерять такую инициативу.

– Чего забыли?

– Сразу к делу-у-у… – она словно расстроилась. Вроде минута прошла, а уже бесит. – Ну ла-а-адно, будь по-твоему. Тогда давай спрячемся от ветра. Пригласишь нас?

– Что мне мешает убить тебя прямо здесь, потом убить его и ещё тех трёх вдалеке, что следят за нами?

– Ну-у-у… Даже если ты всех убьёшь, то не узнаешь, зачем мы пришли, верно? И что тебе даст наше убийство?

– Душевное удовлетворение.

Девушка подняла палец вверх.

– Душевное удовлетворение очень важно для психологического здоровья, – сказала она серьёзным тоном так, словно рассказывала, как важно предохраняться. – Однако убивать нас ради этого не стоит. Нам будет немного грустно и обидно.

– Вам будет плевать.

– И всё же нена-а-адо.

– Говорите сейчас и проваливайте, – повторил я. – В противном случае я вам могу помочь в этом.

– Злость порождает злость. Но будь по-твоему, антигерой. Мы, – она коснулась ладонью груди, – хранители.

Мне вообще ничего это не сказало.

– Типа супергерои?

– Супергерои-и-и? – уже спросила она. – Нет, мы не герои и не супергерои. Мы храним равновесие.

– И чо вам надо от меня?

– А во-о-от. Этот вопрос нас и волнует. Ты это равновесие сейчас рушишь, – вновь настоятельно произнесла она. – Потому послали нас, чтоб тебе сообщить об этом.

– Послали, как посмотрю, с подмогой.

Мой взгляд сразу скользнул по её одежде, по плащу, из-под которого едва заметно торчал меч. А что касается её званий…

А их у неё нет. Вообще ни одного, словно я сейчас вижу перед собой белый лист. Я знал такую же фишку и с Клирией, однако у неё был амулет. А у этих что есть? Или же ничего нет? Честно говоря, меня именно это и смущает, что они как ноунеймы в ночи. Раньше приходило НКВД, потом приходило КГБ, потом ФСБ. Здесь у нас приходят непонятные хранители.

И что-то мне подсказывает, что задача данных личностей не сильно отличается от задачи тех людей. Однако я очень сомневаюсь, что они действуют по приказу там какого-нибудь вышестоящего начальства всего мира типа богов или ещё кого-то. А значит они…

Сектанты.

Ебаные сектанты, которые вдруг решили, что они могут сохранить этот мир. Что хуже, это прокаченные сектанты, как мне кажется, с которыми мне бы было не очень приятно драться. Не знаю, потяну сразу пять хайлвлов или нет. И не факт, что они не выше сотни. Может вообще сто пятьдесят все есть.