Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 217 (всего у книги 332 страниц)

Гоблин внимательно рассматривал картинки и даже, как мне показалось, читал.

– Есть ещё картинки и надписи? – спросил он.

Я протянул ему остальное. Кипу бумаг, где было примерно описано всё, что требовалось отстроить и сделать. Техническое исполнение я всё же оставлял на гоблинов, так как они строили, они знают, как это должно выглядеть.

Он, наверное, минут десять разглядывал эти бумажки, прежде чем вынести свой вердикт.

– Понятно.

И всё. Что понятно, хрен знает.

– Что именно? – уточнил я.

– Это сложно. Очень сложно. И опасно. И очень жарко.

– Я знаю, но мне интересно, это выполнимо или нет. Если это слишком опасно, то так и скажите.

– Это опасно. Но выполнимо. Мы сможем справиться при должной подготовке. Но… подпорки. Это надо будет разрушить частично пол и стены. Закладка… тоже выполнимо. Но, как я понимаю, он активен. Почему именно он?

– Как раз потому, что он активен. Как я смог узнать, он до сих пор действующий. В меру. То есть и конца света не устроит, но и если подтолкнуть, полыхнёт как надо. Потому мне и важно знать, получится ли у вас сделать всё, как я прошу, или нет.

Гоблин задумался, вновь принявшись рассматривать бумажки. Он долго пыхтел и шевелил своими ушами, пытаясь, видимо, прикинуть, насколько такое возможно, прежде чем ответил.

– Нам потребуется много оборудования. Скорее всего, обратно мы его вернуть не сможем. И ещё одежда…

– Это не проблема. Главное, что сможете, верно?

– Сможем, – кивнул он. – Но потребуется время. Не знаю, сколько. Никогда таким не занимались. Но оно потребуется, – кивнул он на потолок. – И мы справимся.

– Это хорошо, – выдохнул я. – Тогда можете уже собираться, чем раньше, тем лучше. То, что потребуется… – я посмотрел на Элизи, и та кивнула, продолжив за меня.

– Зайдёте попозже ко мне. Я назначу вам того, кто будет отвечать за оборудование и обмундирование.

– Ясно. Тогда я пойду собирать гоблинов, – кивнул гоблин.

– Да, иди, – кивнул я, и тот, топнув ногой, вышел из комнаты.

Мы лишь проводили его взглядом, после чего переглянулись. Элизи нарушила тишину первой.

– Ты уверен в плане?

– Вообще нет, – положил я руку на сердце. – Как и обычно, на словах всё заебись, а на деле на отъебись. Однако с этим надо что-то делать в любом случае, так как герои наверняка встрянут за бравое дело, и мы не сможем потягаться с ними.

– А Эвелина?

– Мы начнём всё тихо, – ответил я. – Просто создадим плацдарм, после чего уже займёмся и Эви. И… кстати, однажды кто-то упоминал, что Фракция Ночи устраивает собрания. Типа собираются все вместе и обсуждают дела насущные и важные.

– Ты про балы? – спросила она.

– Нет, именно заседания всей Фракции Ночи. Я не понял толком, что имели в виду, но это точно не бал. Что они проводятся и там обсуждаются. А ещё что туда приглашаются только графы… Ты была там?

– Кажется я понимаю, о чём ты говоришь. Сбор всех графов по поводу какого-либо вопроса, разрешения конфликтов, выбора пути или экстренного собрания. И естественно я на нём была, – кивнула Элизи. – Два раза. Они не носят систематического характера и собираются только когда надо что-то обсудить. А зачем ты спрашиваешь?

Последние слова она произнесла с подозрением, едва заметно прищурившись, глядя на меня.

– Да вот, у меня есть мысля по этому поводу, – неопределённо ответил я задумавшись.

Глава 322

– Когда у тебя, как ты говоришь, появляется мысля, это повод насторожиться и приготовить партию гробов, – сказала слегка холодно Элизи. – Признайся, что ты решил устроить?

– Я просто спросил! – невинно хлопнул я глазами. – Нельзя поинтересоваться?

– Если ты интересуешься, то это повод забеспокоиться о тех людях, Мэйн. Без обид, но твой единственный талант – убивать. И кроме этого ты больше ничего толком не умеешь. Потому, когда ты спрашиваешь про собрание… нет… не говори мне…

– Да ладно тебе! Они зло!

– Ты тоже зло, хочу я напомнить, – заметила Элизи.

– Ну да. Но я зло во спасение, а они просто зло, которое рушит королевство. С них не убудет.

– Мэйн, ты должен подумать. То, что ты предлагаешь, это практически сразу же приведёт к гражданской войне. Графы дня не будут сидеть, сложа руки, увидев, что все графы ночи пали.

– Если не узнают, то не нападут, – отмахнулся я. – К тому же в тот момент им будет уже не до этого.

– Это безумие.

– А на что ты рассчитывала, позволь узнать? – поинтересовался я спокойно. – Что я пойду всех обнимать и целовать в щёку? Только не говори, что не знала, к чему ведёт план, ты так же участвовала в его разработке. Вопрос был только в том, когда и как.

Я не собирался её ругать, так как понимал причину её смятения. Везде всегда одно и тоже. Ты знаешь, что это нужно, но вот настаёт момент, когда ты стоишь с поднятым мечом и тебе становится жалко врага. Надо просто её понять и поддержать.

Элизи замолчала. Просидела так секунд двадцать, размышляя над всем, прежде чем ответила.

– Ни на что. Ты прав, прости, – вздохнула она. – Ты меня так смутил этим заявлением, что мне показалось, сейчас слишком рано. А оказалось, что мы как бы уже и подошли к этому. Так быстро пришло время, и я начинаю волноваться. И эти убийства во спасение… Сейчас мои с Клирией смелые планы не выглядят столь простыми, и мне кажется, что мы провалимся в самом начале.

Я подошёл к шкафу и выудил оттуда какую-то рандомную бутылку, наполнил до краёв стакан и дал ей. Всего один стакан, чтоб успокоилась, спаивать я её не собирался. Она с сомнением посмотрела на него, но приняла и немного отхлебнула.

– Всё в порядке. Все мы боимся, – сказал я мягко.

– Да, все… – протянула она и ещё раз отпила. Помолчала, отпила, вновь помолчала, вновь отпила. – Но в последнее время я волнуюсь всё больше и больше, как понимаю, что план всё ближе и ближе. Из-за того, что я очень боюсь умереть. Ещё раз. И ещё раз оказаться в той темноте, как тогда.

– Во-первых, когда ты умираешь, ты оказываешься не в той темноте, в которой очутилась тогда, Элизи. Я тебе точно говорю. Ты была в клетке благодаря мечу, а там ты окажешься в очень приятном и спокойном месте, где тебя никто не будет беспокоить.

– Точно… ты же уже умирал, – усмехнулась она.

– Ага. Во-вторых, ты не умрёшь. Ты сидишь в тылах и помогаешь с организацией. К тому же, когда всё закончится, понадобится тот, кто сможет помогать править в королевстве.

– Боюсь, что для меня там места не найдётся.

– Да найдётся, – отмахнулся я.

– Там я ничем не смогу помочь, – покачала Элизи головой.

– Сможешь. Ты упрямая и умеешь управлять, вести дела – это показало графство. Ты хотела стать героем и помогать людям, чем и занималась, будучи Кэйт. Чем занимаешься, будучи Элизианой. Кем бы ни оказалась, всё сводится к тому, что ты помогаешь. Спасаешь от разбойников и тварей, или отстраиваешь графство и не даёшь людям помереть с голоду. У тебя героически-идеалистический заскок, – при этом слове Элизи слабо улыбнулась, – и он мне нравится.

– Героически-идеалистический заскок? Мне казалось, что все пытаются делать всё правильно.

– Правильно для себя. Зачастую обычный люд туда не попадает. А ты вон как всё организовала. Так что не думай об этом, предоставь грязную работу тем, кто в ней шарит, а сама верши добро на земле, – улыбнулся я.

Она ещё раз отхлебнула от стакана, после чего молча покрутила его, разглядывая, как алкоголь плещется внутри. Её пробило на поговорить и раскрыть душу. Знаю, что такое иногда бывает; если хоть ещё один человек об этом знает, жить становится легче.

– Вершить добро на всей земле… – задумалась Элизи. – А знаешь, когда я только пришла сюда, я думала, что вот он – шанс изменить мою жизнь. Я всегда хотела, чтоб меня заметили, чтоб меня любили и чтоб я могла помогать людям. Думала, что раз я герой, то смогу всех спасти и тогда меня все будут любить, уважать и восхвалять. Я хотела стать уважаемой благодаря тому, что делала что-то хорошее. А потом поняла, что я не единственная такая, – она грустно хмыкнула. – Забавно, да? Я просто терялась на фоне других, более успешных героев. Даже моя цель помогать людям пропитана корыстью. Всё ради того, чтоб меня любили и уважали.

– Но тебе это и самой нравится, ведь так? Помогать людям. К тому же всем насрать, что ты чувствуешь внутри и какая ты там. Все судят по обложке, так как внутрь тебя заглянуть не могут. Влияние на мир окажет не твоё внутреннее «я», а твои действия. Да и сейчас тебя и любят, и уважают, – заметил я. – Тебе кланяются в ноги, к тебе прислушиваются и все прибегают на поклон. Все знают, что графиня Элизиана отстроила город с нуля, и все жители знают, благодаря кому они сыты и живут дальше.

– И нашла я это только сотрудничая с антигероем. Ирония судьбы. – Она залпом осушила кружку. – Желала стать знаменитой филантропкой. Стала ей, помогая злу. Мир сошёл с ума.

– Ну мы не чистое зло, хочу заметить, – подмигнул я ей. – Вон скольким людям помогли. Да, многие погибли. Но легко рассуждать, что так нельзя, когда ты не стоишь перед этим выбором. Так что по итогу, что мы получили, всё было во благо. Ну как, потешил твоё самомнение?

– Да, благодарю, мне стало спокойнее и приятнее на душе, – кивнула с усмешкой Элизи. – Моему самомнению очень приятно. Однако я всё равно волнуюсь, если быть откровенной.

– Я тоже. Все волнуются.

Волнуюсь… хм… нет, я сейчас волнуюсь не насчёт плана, а насчёт Клирии, которая рыщет где-то, словно сексуальный хищник, и ищет свою жертву. Не хочу попадаться в её объятия, так как даже мне будет от этого не сладко.

– Однако возвращаясь к собранию Фракции Ночи, когда их проводят? – вернулся я к изначальному разговору. – Есть какие-то точные даты?

– Как захочет и скажет госпожа Эвелина. Или по какому-то экстренному случаю.

– Экстренный случай? Например?

– Ну, я даже не знаю, что ответить. То, что заставит госпожу Эвелину заволноваться, скорее всего.

А что может заставить волноваться Эви? Честно говоря, я знатно задумался над этим вопросом, так как не мог даже прикинуть, что может вывести её из себя. Не заправленная простынь? Закончившаяся туалетная бумага? Кто-то убил её любимую кошку?!

Или же…

– Как ты думаешь, если мы будем присылать ей отрубленные головы графов, это её выведет из себя? – поинтересовался я задумчиво. – Или руки? Ну типа набора «собери сам»?

Элизи посмотрела на меня… странно.

– Ты сейчас серьёзно?

– Абсолютно, – кивнул я. – Многим людям нравится набор «собери сам». Трапика там соберёт себе…

– Ну… это… может сработать, – ответила она через несколько секунд, приложив палец к губам и посмотрев в потолок. – Если кто-то начнёт убивать людей из её фракции, то это заставит госпожу Эвелину забеспокоиться. Или же не заставит… Нет, она должна будет отреагировать, чтоб показать свою власть.

– И все соберутся вместе?

– Да, в огромном зале, где расположен длинный стол. Там все рассядутся, и она будет во главе. Всё это будет происходить в её личном замке под охраной её солдат.

– Которыми командует Констанция, – кивнул я. Сейчас в моей голове строился план-пакость. Кажется, пакости, это единственное, что я могу придумать. Какой же я уёбок, пиздец просто. – А знаешь что, вызывай-ка к нам в гости Констанцию, Элизи. А то соскучился что-то по ней, – улыбнулся я.

Естественно, что Констанция не сможет тут же прилететь на мой зов. Должно пройти время, когда она улучит свободный момент и придёт к нам, не вызвав подозрений у других. И этого момента надо ждать. И ждать его можно довольно долго, возможно, я даже план тот смогу выполнить, так что…

Я дошёл до своей комнаты только к ночи. Просто наше обсуждение планов с Элизи слегка затянулось. Пока мы с ней обсудили одно, потом другое, составили небольшой план на будущее, уже пришла служанка и объявила, что пора ужинать. Что мы и сделали прямо в кабинете.

А сейчас…

Я молча открыл ключом дверь в свою комнату.

Ещё предстояло много чего сделать и обдумать, но этим уже займётся Элизи. У неё с такими мелочами было куда лучше, чем у меня. Ещё бы туда Клирию… но она пока что не слишком-то и дееспособна, к сожалению. Да и вообще, её чего-то не видать, хотя я думал, что она будет меня поджидать у дверей Элизи. Даже запаха чеснока не было. Зато был какой-то очень лёгкий и приятный аромат. Блин, если бы Клирия не жрала чеснок, а душилось бы чем-то подобным, то было бы очень чудно. И если бы она меня не преследовала, тоже было бы чудно.

Да вообще, будь она обычной девушкой, всё было бы чудно.

Но то несбыточные мечты.

Закрыв дверь, я щёлкнул пальцами зажигая на потолке люстру. Мне ещё предстояло сделать…

– Вы сегодня поздно, Мэйн.

Голос, который я бы предпочёл не слышать и уж тем более в своей комнате, раздался за моей спиной, словно приговор палача Рока. От него меня даже мурашками пробрало. Едва дыша и понимая, кого увижу в глубине комнаты, я медленно обернулся.

Там, куда свет от люстры не доставал, на меня смотрели два глаза. Два внимательных, ярких, светящихся изнутри и до потери сознания жутких глаза – голубой и тёмно-красный. Словно кошка или демон, ей-богу.

Я знаю, что не в тему, но как у неё глаза в темноте светятся?

Я ещё раз щёлкнул пальцами, зажигая вторую люстру и полностью освещая комнату. Там, облокотившись на спинку кресла, закинув нога на ногу, положив руки на подлокотники и сцепив пальцы перед собой в замок, сидела моя нелюбимая в последнее время Клирия.

– К-клирия? – заикнулся я.

– Как видите, Мэйн, – спокойно ответила она, вальяжно сидя в кресле. Словно какой-то мафиозный босс Аль Пачино.

– К-как ты попала сюда? – я старался придать голосу стойкости, но чот не сильно вышло. Уж слишком её появление было неожиданным.

– Прошу прощения за вторжение, Мэйн. Я открыла дверь, чтоб дождаться вас в комнате и поговорить. Вы так заняты, что не оставляете на меня в своём плотном графике времени.

По голосу было не слышно, чтоб она извинялась.

– Это моя комната, ты не забыла? – попытался я сказать грозно, но Клирия даже ухом не повела. Более того, она пошла в новую атаку с более подлым приёмом.

– Мэйн, прошу, не выгоняйте меня, – тихо и мягко сказала она. – Неужели вы просто выгоните меня сейчас из комнаты, даже не выслушав?

Клирия медленно встала. Очень медленным шагом, словно показывая всю себя, двинулась в мою сторону. И только сейчас я понял, что пахнет приятно как раз-таки от неё, всю комнату сейчас наполнял её аромат. Клирия сменила запах чеснока на что-то более подходящее.

Подготовилась, сучка.

Проходя мимо тумбочки, она провела по ней пальцем.

– У вас такая комната пустая. Необжитая совсем, – сказала она, посмотрев на палец и оглянувшись. – Слегка пыльная. Здесь не хватает… женской руки, вам не кажется? Мягкой женской руки, что добавит немного уюта в это место. Как считаете?

– Я здесь почти не бываю, – вернул я какое-никакое самообладание. – Так что мне это не нужно.

– И вам требуется женская рука, – проворковала она, подошла почти вплотную, протянула руки и поправила воротник моей рубашки. – Неухоженный, словно босяк с улицы.

Я отшагнул от неё к двери и начал лихорадочно дёргать ручку, пытаясь открыть дверь, но… БЛЯТЬ! Я же её на ключ закрыл! А ключ…

Вот же… секунда поисков его по карманам и…

Клирия! Эта сучка с хитрой улыбкой крутила на пальце мой ключ, который через секунду соскользнул и улетел в угол.

– Ой. Выскользнул, – сказала она невинно. Я даже был готов поверить, что это случайность.

Но выход… Я чуть ли не в истерике, стоя к двери спиной, дёргал её от безысходности за ручку, надеясь на чудо, что она откроется. Но нет, чудес не бывает.

– Убежать решили, Мэйн? Это так… мило, – улыбнулась она белоснежными, ровненькими и очень острыми зубками, которые словно светились на её лице. Никак блендамедом пользуется. – Знаете, у вас тут так пусто и одиноко. Быть может эту пустоту надо разбавить ещё кем-нибудь.

– Да мне не одиноко.

– Да? А мне бывает одиноко. Особенно сейчас. Одиноко, и в душе пусто после случившегося. Очень пусто, – она на секунду стала грустной, но потом лучезарно улыбнулась, заставляя мои яйки сжаться. Театральная сучка. – Было бы очень пусто, если бы не вы. Казалось, что жизнь уже кончена, но тут пришли вы. Что тогда, что сейчас, вы каждый раз подставляете мне плечо, и я просто не могу не ответить на это. А потому всё само пришло ко мне, и я подумала, что вы правы.

Аура её усилилась многократно. Буквально с нуля её тёмная, жгучая, вызывающая животный ужас аура заполнила комнату. Она давила, словно я оказался в барокамере с тёмной материей. Это невозможно описать, можно лишь почувствовать. От этой ауры твоё сердце начинает биться очень быстро, а страх вытесняет любую другую эмоцию.

– Прав? Насчёт чего? – хрипло выдавил из себя я.

– Иногда девушка должна сделать следующий шаг. Вы уже свой сделали, например. Сейчас ваша неуверенность понятна, потому я осмелюсь перехватить инициативу, чтоб закончить этот фарс.

– И-инициат-тиву? – пробормотал я.

– Да-да, инициативу. Я, Мэйн, инициативная девушка, – коснулась она пальцами своей груди. – И я благодарна, что вы в такой трудный момент пришли мне на помощь. Подставили плечо, когда я в этом нуждалась, и помогли идти дальше. Мне очень больно. До сих пор больно, но с вами я могу отвлечься от этого, и мне действительно становится легче. Правда… наша неопределённость меня слегка сбивает с толку. Настолько, что я становлюсь рассеянной, забываю то, чего не должна, теряю сосредоточенность. Возвращаюсь мыслями ко всему этому и не могу понять, что происходит. Кажется, что я оглупела за эти последние недели, потеряла хватку и ясность мысли. Потому решила, что надо всё вернуть на круги своя.

– И каким же способом? – пробормотал я.

– Долой неопределённость. Сделаем всё сразу и прямо, без этих игр для маленьких детей.

Что ты блять со мной хочешь сделать, чудовище?!

Клирия отошла от меня на шаг.

С лёгкой улыбкой она коснулась лямок платья и просто сдвинула их вбок. Тем самым сбросила своё любимое платье, в котором она постоянно ходила, на пол. Ебать, вот это было очень эффектно, ставлю сотню, что она это платье подготовила специально для такого вау эффекта.

И моему взгляду предстала Клирия в нижнем белье. В чёрном кружевном белье, которое она подбирала с явным умом и вкусом. Возможно, что к этому она привлекла не только свои знания, но и профессионалов.

Блять! То-то я её практически не видел сегодня, кроме как около Элизи!

Клирия стояла ровно, стройная, с лёгкой улыбкой глядя мне в глаза. Стояла, позволяя оглядеть её тело, которое было немного специфическим. Открытые участки рук, ног и шеи целы, но всё остальное буквально полностью покрыто шрамами. Но оттого она не становится менее привлекательной.

– Достаточно с меня игр и догонялок, – томно произнесла она и шагнула ко мне, заставляя вжаться в несчастную дверь, которую я с дуру закрыл.

И мне же просто надо сказать нет! Сказать нет, но сука, как же это сложно сделать… какое же я сыкло…

Её руки легли мне на плечи, она слегка стала на цыпочки, чтоб быть ростом с меня, после чего приблизилась к моим губам, остановившись всего в сантиметрах и коснувшись моей щеки своей ладонью.

– Возможно ты и прав. Пора жить дальше. Пора забыть то, что должно быть забытым, – тихо прошептала она. – Я буду забыта. И плевать мне на это.

И она поцеловала меня, медленно, сладко и страшно. Ну а мне так и не хватило смелости сказать ей в лицо нет. Не хватило смелости как сказать нет, так и увидеть её выражение лица при отказе. Разрушить её ложные мысли.

– Ты прав, пора и мне порадоваться жизни, Патр-р-рик.

Сегодня меня буквально поглотила сама тьма.

Глава 323

Я открыл глаза с ощущением, что меня поглотила тьма. Тьма, которую даже не мог разогнать свет. Хотя…

Я, щёлкнув пальцами, зажёг свечи на ближайшем подсвечнике на тумбочке, и тьма тут же пропала.

Однако не в моей душе. К сожалению, тут надо эту свечку или глотать, или вставлять в жопу зажжённой, так как других возможностей я не вижу.

А причина сейчас лежит у меня за спиной, мирно посапывая, прижавшись маленькой грудью к моей спине, перекинув через меня ногу и рукой прижав к себе. Типа чтоб не убежал.

Клирия словно читала мои мысли.

Взгляд невольно скользнул по полу, на котором валялось её бельё, что она сбросила с себя вчера. Эти секунды проносились в моём мозгу подобно ночному кошмару, который не собирался останавливаться.

Вот она целует и утягивает меня через всю комнату к кровати. Вот она меня толкает на неё и медленно демонстративно раздевается, как будто танцуя стриптиз. Снимает сначала бюстгальтер, а потом и трусы, оголяясь полностью и демонстрируя своё тело мне. Аккуратное, подтянутое, с треугольником волос и полностью покрытое шрамами, словно татуировкой. И да, она улыбается, демонстрируя себя всю, всё то, что скрыто от глаз других, словно полностью доверяя мне всё своё тело. Потом уже раздеваюсь я под её пристальным взглядом, ощущая себя как на приёме врача в военкомате, после чего Клирия меня толкает на кровать, и сама забирается туда.

– Будешь моим, Патр-р-рик? – спрашивает она игриво, а меня пробирает до костей.

Особенно это «р-р-р» в моём имени. Это вообще форменный ужас.

Но Клирия… она на своей волне, в своих мыслях и со своей болью. И восприняла это иначе.

– Мне тоже страшно. Для меня это что-то новое. Так что будь джентльменом со мной Патр-р-рик. Я рассчитываю на тебя.

Остальное, что происходило, помню смутно. Очень смутно. Помню, что активировал способку, помню, как мы целовались, как она вся прямо пыталась вжаться в меня, обнять так сильно, чтоб стать единым целым со мной. Помню, как Клирия каждый раз невольно напрягалась, когда в неё упиралась моя нижняя часть. Помню момент, когда в первый раз входил в неё: как она вся была напряжена, и даже слегка вибрировала; помню её встревоженное напряжённое лицо, поддёргивающийся глаз, серьёзный взгляд мне в глаза, приоткрытый рот и глубокое дыхание. И то, как Клирия выдохнула, когда я вошёл полностью.

А потом понеслось. Медленно, чтоб привыкла, а потом быстрее и быстрее. Раз, второй, третий. Клирия, как говориться, принимала меня всего и полностью, покрикивая на пиках. Она целовалась, иногда просто смотрела мне в глаза, словно помимо трусов хотела залезть и в мою душу. Иногда Клирия хихикала, словно молодая девушка, и говорила какие-то глупости.

Вот так, после этого, оба мокрые и уставшие, мы уснули. Она устала от секса, я же устал от её тьмы.

И предпочёл бы сейчас её не видеть в своей кровати! Может свинтить, пока не поздно?

– Патр-р-рик, – раздалось мягко за моей спиной, и её рука плавно с моей груди поднялась к лицу и повернула голову в бок. – Перевернись.

Я перевернулся.

На меня смотрели два разных по цвету глаза.

– Разноцветка… – пробормотал я.

– Разноцветка? – слегка удивилась Клирия, после чего чисто и звонко рассмеялась. – Я поражаюсь тебе, Патрик, разноцветка… ха-ха-ха-ха-ха… ты просто чудо.

От её смеха мне захотелось расплакаться как маленькому ребёнку, но я мужественно сдержался. А Клирия подтянулась, коснулась своими губами моих. Это было последней каплей.

Я просто взлетел с кровати и уже стоял в метрах двух от неё, прежде чем сам это понял. Словно отдёрнул руку от горячей плиты. А Клирия слегка удивлённо смотрела на меня, словно пытаясь понять, что происходит.

– Патрик? – уже более спокойно, и скорее по-доброму озабочено спросила Клирия. – Что-то случилось?

Мне надо подышать – вот что случилось. Я… я больше не выдержу этой ауры, меня сейчас трясти начнёт. Мне нужно вырваться из этой сраной комнаты.

– Сиди здесь! Я сейчас быстро завтрак притащу, – едва ли не скороговоркой сказал я, натягивая штаны. – Быстро! Жди.

– Я… хорошо, я буду ждать, – кивнула она спокойно, сев ровно и позволяя одеялу сползти с груди. Словно послушная ученица с покорным лицом, ровной осанкой и ручками на ногах.

А я выскочил в коридор с гулко колотящимся сердцем, тяжело дыша, словно только что прогулялся по аду. Упёрся рукой в стену и пытался прийти в себя, пока в голове происходило чёрт знает что.

Это… это невозможно, она словно убивает…

Я посмотрел на дрожащую руку.

Это ненормально.

Немного отдышавшись, я взял себя в руки и поднялся на кухню.

Здесь у нас царило утреннее спокойствие. Только Мэри и ещё две служанки.

– Мэйн! – радостно воскликнула Мэри, однако, приглядевшись, нахмурилась. Две другие служанки тут же поклонились.

– Завтрак. На поднос. Что-то лёгкое. И какой-нибудь напиток. Наверное, лучше с алкоголем, типа коктейля.

– Но… мы не умеем коктейли… – робко пробормотала одна.

– Так поднимите ту, которая умеет! – рявкнул я, заставив отстраниться всех трёх в ужасе.

Блин, аура…

– Прошу прощения, девушки, у меня была сложная ночь. Сделайте, как я сказал, пожалуйста, – уже более спокойно, подавляя ауру, сказал я.

– Да! – тут же ответили они и ретировались.

Мэри же налила мне чая.

– Что-то произошло? – тихо спросила она. – Ты бледный.

– Нет. Пока нет, но спасибо, что интересуешься. Смотрю, всё работаешь здесь, – огляделся я.

– Да. Помогаю, чем могу, – кивнула она. – Пока их нет, я приготовлю тебе самому чего-нибудь?

– Бутер какой-нибудь сваргань, если не сложно.

Мэри кивнула и засуетилась. К тому моменту, как она протянула мне кружку чая и бутер, на кухню зашла Сиианли.

– С добрым утром, господин. Я могу помочь вам? – поклонилась она.

– Да, Сиианли, пожалуйста. Нужен коктейль, желательно какой-нибудь… кофейный или шоколадный алкогольный.

– Слушаюсь.

Она ловко начала вытаскивать баночки, приправы и так далее, пока я завтракал.

– Кстати, это случайно не из-за… Клирии? – тихо спросила Мэри, смотря на меня щенячьими глазами.

Я с набитым ртом удивлённо посмотрел на неё, после чего неуверенно кивнул. Раз уж она догадалась, то не имело смысла скрывать этот факт. Рано или поздно всё равно все узнают, и лучше пусть Мэри узнает это от меня.

И тут следующим вопросом она меня просто убила.

– Она вас изнасиловала, да? – сочувственно кивнула она.

Тут блять я не то что удивился, я нахуй поперхнулся, закашлялся и начал помирать прямо на сраной кухне, ударяя себя по груди и пытаясь выплюнуть комок пищи не из того горла. Этим кашлем я перепугал всех служанок, которые бросились тут же меня спасать. Ведь сдохну я – сдохнут они. Причём бросились спасать с таким остервенением, что сделали только хуже – кусок заваливался всё глубже и глубже по трахее.

Антигерой сдох от бутера на кухне. Эпическому началу эпический конец. Такой пиздец можно только во сне увидеть.

Я выпучил глаза, пытаясь откашляться, упал на колени. В голове начало потихоньку темнеть и забиваться ватой. И уже понимая, что единственный шанс спастись – вскрыть трахею, я потянулся к ножу. В глазах всё поплыло и руки словно онемели, но я не терял присутствия духа и продолжал тянуться к ножу, пока на меня набрасывались со всех сторон служанки, словно желая убить, а не помочь.

Курицы блять.

И в это мгновение, когда помощь, казалось, уже не придёт, в район солнечного сплетения мне прилетел удар с ноги…

…

Ебать…

Это было мощно…

Настолько мощно, что кусок вылетел из моего рта словно снаряд, а в глазах окончательно потемнело. Про боль, которая растеклась по телу, я вообще молчу – меня просто скрючило в три погибели, не давая возможности вытянуться.

Получить в солнышко, это чудовищно. Особенно с ноги. Особенно от человека, который тебя ненавидит по тихой. Короче, от Сиианли.

Эта негр-эльф стояла надо мной спокойно, слегка злобно прищурившись и с вызовом смотря мне в глаза. Словно одним взглядом она хотела передать, какой же я отброс ебаный, что меня убить мало и что вообще просто пиздец.

Ебаная дроу, наверное, вложила в этот удар всю ненависть ко мне. Видимо она так долго ждала этого шанса, и тут он выпал, позволив ей от души ебануть меня с ноги.

Ну ладно сучка, ты спасла меня, я на тебя не в обиде.

Дрожащей рукой я показал ей большой палец, и она, кивнув, вернулась к своему делу.

Мне потребовалось минут пять, чтоб окончательно прийти в себя. Только подумать, сраная смерть может поджидать меня даже на кухне.

– Больше никогда не говори мне ничего подобного за едой, Мэри, – попросил я, когда наконец пришёл в норму. – А то не ровен час, и я просто сдохну. Договорились?

– П-прости, – слегка испуганно ответила Мэри, помогая мне сесть на табуретку. – Просто ты был таким бледным, что я подумала… глупость.

Недалеко от глупости, хочу заметить, однако изнасиловала? Скорее, это я продал душу дьяволу во имя нормального будущего. И не дай бог Клирия не окупится, я тогда ей задницу так надеру, что сидеть не сможет.

– Я вижу, что глупость. И с чего ты взяла, что именно Клирия?

– Ну так она так прихорашивалась вчера, мне казалось, что ты заметишь. Выглядела такой целеустремлённой, духами пшикалась, бельё примеряла, закупалась, мылась, причёсывалась… Неужели ты не заметил?!

– Заметил. Постфактум.

– Какой пост? – с глупым лицом спросила Мэри.

– Не заморачивай свою голову, – усмехнулся я, похлопав её по макушке. – Я заметил это слишком поздно. Просто Клирия… она никогда не пользовалась духами особо.

– Ну она и косметикой не пользовалась. Её девушки накрашивали.

– Так она ещё и косметикой опбухалась?! – ужаснулся я тотальной подготовке.

– Ну… – смутилась Мэри. – Ей девушки и ноготки аккуратными сделали и… много чего ещё аккуратным сделали…

Так, судя по покраснению её физиономии, Мэри скорее всего подразумевала интимную стрижку.

– Она так готовилась… Я думала, ты оценишь её старания.

– Оценил. Сполна оценил, – вспомнил я относительно бурную ночь.

В отличие от других бурных ночей, мы здесь не занимались сексом без передышки. Потрахаемся, переждём немного, полежим, вновь потрахаемся. Это было даже похоже на обычный секс, а не на марш-броски.

– Вы так подходите друг другу, – мечтательно сказала Мэри. – Вот серьёзно, завтрак в первую же ночь в постель, это так круто! Надеюсь, что моя вторая половинка так же сделает.

– Ага, – кивнул я головой.

Через пять минут мне дали поднос с несколькими бутербродами. Обычные куски толстого мяса, салат, какой-то соус. А как только я сказал: «надеюсь, что Клирии это понравится», служанки с ужасом отобрали поднос и через пять минут отдали совершенно другие, куда более аккуратные сэндвичи с тонкими чуть ли не под линейку ломтиками мяса, салатами, помидорами, огурцами, соусом. Всё на блюдечке, в прямом смысле слова, с золотой каёмкой. И такая же чашка кофеобразного напитка.

А, ну заебись, а Патрик и такое сожрёт, да?

Я забрал у них поднос, попрощался и спустился вниз. Немного поборовшись с дверью, я всё же попал в свою комнату и… что увидел?

Клирия как сидела, сложив ручки на ножках, так и сидит, словно и не двигалась. Ну прям ни дать ни взять, девочка-отличница. А увидев меня, так вообще мягко улыбнулась.