Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 310 (всего у книги 332 страниц)

Глава 50

Его звали Вуберг. Таких, как он, можно было назвать или душой компании, или местным дурачком – всё зависело от того, как его воспринимают другие.

Я его воспринимал как местного дурачка, но остальные почему-то считали его душой компании. Он был весёлым и доставучим, как клещ, которого хотелось раздавить. А ещё он был того типажа, который очень нравится девушкам: высокий, приятный, с вечной приветливой улыбкой и какой-то искренностью на лице. В разговоре с ним могло показаться, что он тебе полностью открывается, от чего люди сразу проникались к нему симпатией.

Я познакомился с ним, к своему огромному сожалению, на тренировках по стрельбе, которые посещали практически все парни академии. Я тоже их посещал, но лишь для того, чтобы вспомнить собственные навыки и натренировать руки если не до того уровня, который я сам когда-то взял, то хотя бы до чего-то схожего с тем. Ничего нового на них мне дать не могли, разве что требовали повесить кобуру по-ущербному и держать револьвер как-то через жопу, чтобы точно ни в кого не попал.

На занятиях меня обычно сторонились, но, наверное, только такой, как он, и мог ко мне прицепиться.

– Вуберг, – протянул он руку с каким-то чрезмерно довольным лицом, будто только что выполнил сложнейшую задачу.

– Тэйлон, – ответил я на рукопожатие.

Я имел привычку относиться ко всем с уважением или хотя бы намёком на него, если это был враг, чтобы не ухудшать и без того непростые отношения. Хотя враги и не спешили пожимать мне руку.

– Я слышал, ты стреляешь на отлично. Вообще, я о тебе много чего слышал, но больше всего о том, как ты отстрелил бедному Ангору пах. Научишь?

Отстреливать пах?

Меня так и подмывало спросить это, но я ограничился кратким:

– Нет.

– Быстро ответил… – расстроенно отозвался он. – Да ладно тебе. Я тоже хочу научиться так стрелять.

– Я рад за тебя.

– Так что, научишь? – улыбнулся Вуберг.

– Нет.

Он вздохнул, посмотрел на меня, после чего начал пытаться застегнуть кобуру на мой манер.

– Это чтобы быстрее вытаскивать?

– Нет.

– Чтобы удобнее было?

– Нет.

– М-м-м… А ты меня слушаешь? – с сомнением спросил он.

– Нет.

– Ты какой-то необщительный.

– Да.

Вуберг расплылся в улыбке.

– Значит, всё же слушаешь. Кстати, ты из какого потока?

– Первый.

– Я тоже. Я поступил на год позже от положенного. Помню тебя на балу, так что мы с тобой ровесники. Слышал, ты знаком с самими принцем Авоксисенцием и принцессой Исциниэнтой.

– Да.

Обычно люди отваливались на моих первых трёх кратких ответах в духе да-нет, но этот проявлял просто необычайную стойкость, всячески не замечая, что разговаривать я с ним не горел желанием.

И дело не в какой-то чванливости – просто они все были какими-то… другими для меня. Просто другими. От взглядов на жизнь до элементарного поведения. Я другой, они другие – этого достаточно, чтобы держать дистанцию. Вот, например, Суцьиси: она была своей, многое понимала, и с ней можно было обсудить общие для нас обоих темы. И мы всегда могли найти общий язык друг с другом.

Какой язык я мог найти с аристократами? Я даже не представлял, о чём можно говорить с ними. Вначале, когда со мной пытались заговорить, я старался отвечать, но всё кончалось неловким молчанием и быстрым «пока». Разговор заходил в тупик, а я чувствовал себя неловко и идиотом. Стоишь, смотришь на человека и не знаешь, что сказать или ответить на его фразу. Просто потому, что не знаешь или не понимаешь его. Оттого становится немного поганенько на душе и как-то дискомфортно.

А потом я понял, что лучше вообще оградиться от всех – так и случайно не скажу что-то не то не тому, и неловкости не будет, и отвлекаться не буду. Я здесь не отдыхать же.

Я разве что с девушками с занятий по кулинарии находил общий язык, так как там было о чём поговорить. Они что-то спрашивали, я что-то отвечал, и мы даже находили общие темы для разговора.

Но Вуберг… он был просто… Он был просто – всё. На этом можно было заканчивать.

– Кстати, Тэйлон, а где ты научился так стрелять?

– Как?

– От бедра прямо. Ну то есть смотри, – он неловко вытащил револьвер, после чего прицелился и выстрелил. Яблочко. – Во-о-от. А ты стреляешь от бедра и сразу в точку.

– Я промахиваюсь каждый раз.

– Вот Ангор с тобой вообще не согласится, – рассмеялся он, после чего заговорческим тоном шепнул. – Как и его яйца.

И рассмеялся, привлекая к себе внимание остальных. Громко, открыто. Многие заулыбались, словно заразившись его хохотом, хотя даже не понимали, из-за чего он смеётся.

– Я-то вижу, что ты никогда не промахиваешься. Вот покажи мне хоть одного, кто мажет в одно и то же место.

– Я.

– Вот и я о том же! – усмехнулся Вуберг и хлопнул мне по плечу. – Метко стреляешь. Так что, научишь?

– Нет.

– Кстати, слышал, ты ходишь ещё на занятия по фехтованию. Думаю тоже туда записаться.

– Как хочешь.

– Кстати, а твои сёстры: я видел Сильвию, она просто настоящий боец.

– Да, есть в ней такое, – не стал отрицать я.

– Хотя Юнону жалко, если честно, слегка.

Я с сомнением посмотрел на Вуберга.

– Чего? – удивлённо вскинул он бровь.

– Жалко Юнону? Её вообще кому-нибудь жалко здесь? – спросил я. – Если люди знают, что такое жалость.

– Ну… мне? – пожал он плечами.

– Женись на ней, – предложил я.

– Хех… ты знаешь, почему я это не сделаю, верно? – отозвался он и отстрелял все пять пуль. Все в яблочко.

– Тогда смысл жалеть того, кому ты помогать не собираешься. Всё это пустые слова, – ответил я и выстрелил. С удовлетворением кивнул самому себе, когда пуля попала ровно туда, куда я целил. Иногда я промахивался, но это всё ближе и ближе переходило к разряду исключений из правил. Главное – выучиться до такой степени, что револьвер станет одним целым с твоей рукой.

Конечно, такое лучше проделывать со своим револьвером, что я и делал – пользовался подаренными, так как даже при сравнении с теми, что были доступны в тире, он был гораздо лучше, пусть и тяжелее.

Хотя тяжесть не всегда была в минус. Тяжесть – это иногда очень полезно и надёжно. Даже если кончатся патроны, можно всегда ударить им по роже.

– А ты, значит, человек дела? – хмыкнул он. – Тебе самому её не жалко?

Я промолчал.

Жалость? Я знаю, что такое жалость. Это когда ослушиваются приказа, чтобы спасти товарища, и погибают. Или когда маленького ребёнка запихивают в шкаф, а потом пятеро солдат открывают его, потому что слышали плач, и активируют бомбу. Жалость – это когда ранят одного, а потом успевают отстрелить ещё шестерых зелёных, кто подходит к нему близко.

Я знаю, что такое жалость. И знаю, какой она бывает смертельно опасной. Для меня она всегда была чем-то непозволительным. Я всегда откидывал это чувство, подавлял его в себе в зародыше до тех пор, пока не перестал его чувствовать совсем. Иногда оно всё равно проглядывало, как лёгкий отголосок, и тонуло обратно во тьме.

Жалко ли мне Юнону? Если бы я испытывал жалость, то сказал бы – да.

Но я ничего не чувствую.

Я отстрелял оставшиеся пули. Отстрелял быстро, но не настолько, насколько мог в действительности. Все пули пошли с небольшим разбросом, однако стой там человек, ни одна бы не прошла мимо. Когда набью руку, смогу стрелять не просто в одну точку, а сразу по нескольким целям.

– Быстро… – уважительно кивнул Вуберг. – Так что, научишь?

– А чему? – спросил я логичный вопрос. – Вас уже обучают.

– Нет, здесь обучают, но ты-то не следуешь этим инструкциям. Кобура по-другому висит, держишь его слегка иначе, даже стреляешь немного по-другому.

– Тогда научись сначала доставать его нормально, – кивнул я на то, как он закрепил револьвер. Вновь, как их всех учили, под левой рукой, если ты был правшой и собирался пользоваться одним лишь револьвером.

Я не отрицал, что с такого положения можно было очень быстро выхватить револьвер, однако всё равно это надо было успеть поднести руку к рукояти, когда при моём способе ствол уже был направлен на противника и требовалось разве что вытащить его и выстрелить.

– Неудобно, – пожаловался Вуберг.

– Переучиваться всегда неудобно, – ответил я. – Но на дуэли всех, кому неудобно, ждёт пуля в лоб.

– Или в пах, – негромко усмехнулся он.

– Или в пах, – кивнул я. – Ты слишком много времени тратишь, чтобы вытащить и направить, когда у меня его просто надо вытащить, причём буквально на десяток сантиметров.

– Понятно… – протянул он. – Так, да?

Пришлось ему даже кобуру застегнуть нормально, чтобы она не слетала.

– Неудобно.

– Привыкнешь.

Вуберг.

Честно говоря, я никогда не горел желанием кого-то обучать. Но если уж брался показывать, делал это до конца. Именно поэтому я провозился с Вубергом ещё час, пока он наконец не начал показывать что-то более-менее вразумительное.

Это, наверное, и было моей ошибкой.

Потому что после этого этот Вуберг сел со мной на истории, видимо подумав, что я рад его компании.

– Свободно? – и, не дождавшись ответа, сел. – Доброе утро, прекрасные тэрры, – подмигнул он. – Как у вас дела?

– Тэр Вуберг, – они прямо расцвели от его улыбки, даже те, что в моей группе поддержки. – Рады вас видеть.

– Ты же всегда сидел в другом месте, – нахмурился я.

Правда, я не знал, в каком именно.

– Ну… здесь у вас поближе будет. Ты не против?

Девушки наперебой начали утверждать, что они не против, да только спрашивал он конкретно меня. А девушки… просто почему бы и нет, если парень не враг и приятный. Думаю, тут бы любая ему дала, предложи он сводить её под венец.

– Ты из какого рода? – спросил я напрямую.

– Мы с вами вроде не враждовали, – усмехнулся он.

– Это тэр Вуберг из рода Иссенберга, – очень тихо, словно мышка, сообщила мне девушка с яркими веснушками и большими очками, которые придавали ей умный вид.

– Иссенберг? – нахмурился я.

– Вспоминаешь, враги ли мы? А мы враги? – обратился он к мышке.

– Нет, – едва слышно отозвалась она.

– Видишь, пока не враги.

– Пока.

– Но пока и не друзья, – улыбнулся он, зайдя с другой стороны. – Не слышу, чтобы ты говорил и здесь «пока». Девушки, а он всегда такой многословный?

Те, что сидели рядом, закивали головой. Парни усмехнулись. Напряжение, которое ещё оставалось в воздухе, окончательно спало.

– Зато за ним как за каменной стеной, – важно ответила одна из них и взъерошила мне волосы. – Он тех, кто против Бранье пойдёт, сразу поставит на место.

– Да, я слышал. Лукас до сих пор тебя вспоминает.

– Ты знаком с Лукасом?

– О да, я с многими знаком, Тэйлон, – подмигнул он. – Говорит, пришёл бить его при всех за то, что он твою сестру как-то обидел на балу. Говорит, вообще сумасшедшим стал, ему словно плевать на всё и вся. Растолкал всех моих и сразу по лицу, – спародировал он его. – Блин, ты ему колени сломал.

– Пусть скажет спасибо, что не шею.

– Я ему передам.

И с того момента Вуберг стал чем-то обыденным рядом со мной. По крайней мере следующую неделю он появлялся рядом со мной слишком часто. Я не знаю, чего он хотел и добивался, однако другим он явно нравился. Очень скоро вокруг нас стало кружить больше девушек.

Но липли они не только к Вубергу, но и ко мне. Всё же Тэйлон имел довольно-таки смазливую мордашку, которая считалась у женского пола приятной. Некоторые из девушек даже откровенно жались ко мне, пытаясь вызвать хоть какой-то эффект.

Например, так я познакомился с Сарой, девушкой из небольшого рода Мейкерсов. Довольно яркая личность, но с тихим, немного с придыханием голосом, который, чтобы услышать, надо было прислушиваться. Я её знал ещё с занятий по кулинарии, довольно приветливая особа, с которой можно было поговорить. Как охарактеризовал её Вуберг потом мне:

– Она даёт всем.

– В смысле, трахается?

– Да, Сара немного свободолюбивая.

– Шлюха, то есть.

Он усмехнулся.

– Если девушка хочет секса, что в этом плохого? К тому же, она без дури в голове и не из тех, кто говорит «только не туда».

– Только не туда? – я, кажется, не совсем уловил суть. А он на это лишь вздохнул.

– Я не буду тебе объяснять анатомию девушек, Тэйлон, уж прости меня, но если у девушки был секс с парнем, это можно будет узнать. Поэтому многие пользуются хитростью.

– Дают в жопу, – перевёл я на нормальный язык.

– Ну… – Вуберг даже смутился. – Да, можно и так сказать, конечно…

Теперь ясно, чего она так часто трётся около меня.

А ещё благодаря ему я смогу познакомиться с частью потока, который не был к нам враждебен. Или относился не к врагам, но к соперникам. Скажем так, он стал чем-то вроде окна между мной и остальными, так как с ним я каким-то удивительным образом находил общий язык с другими.

Вуберг был действительно из тех, кто умеет располагать к себе людей. Но даже несмотря на это, я относился к нему с некоторым подозрением. Всё хорошее всегда выглядит подозрительно, а всё плохое наоборот, обыденно и нормально.

На всякий случай я поговорил и с Сильвией по этому поводу, однако она лишь пожала плечами и сказала, что мне тоже стоит начать заводить себе друзей.

– Друзей? – сморщился я.

– Ты считаешь, это плохо?

– Тебе напомнить Юнону, Сильвия?

Это, наверное, был удар ниже пояса. Она поджала губы и весь оставшийся вечер не разговаривала со мной.

Здесь среди аристократов не может быть друзей, вот в чём дело. По крайней мере, я просто не понимал дружбы, которая по щелчку пальца сверху превращается во вражду. Сегодня ты улыбаешься ему, вы жмёте друг другу руки, а завтра убиваете друг друга на дуэльной арене, словно заклятые враги.

Дружба? Не думаю, что они вообще знают, что такое настоящая дружба.

Поэтому я обратился к более прошареному в этом плане человеку.

– Вуберг? Да, они относятся к нейтральным, но всё же ближе к королю, – ответила Суцьиси.

– Нейтральным? – не понял я.

– Если те, кто конкретно против короля, пусть и молчат об этом, поэтому к ним не подкопаешься. Есть те, кто за короля. А есть ещё две стороны. Те, кто нейтрально, но придерживаются против. И те, кто нейтрально, но придерживаются короля.

– А просто нейтрально?

– Мне объяснить, что на войне не бывает нейтральных? Если ты не за, то ты против.

– Мы не трогали гражданских. Обычно.

– Потому что вам говорили не трогать. Говорили такие, как мы, Тэйлон, – усмехнулась Суцьиси. – Для нас они были союзниками. А кто не хотел принимать власть, те рассматривались как противники. И ты их наверняка убивал, просто знал их как врагов.

– Может быть, – пожал я плечами. – Так что насчёт Вуберга?

– По мне, как я знаю, нормальный хитрожопый в меру парень с мозгами, который, в принципе, придерживается взглядов твоего папаши. К тому же, с ним полезно общаться – у него прямо-таки дар собирать вокруг себя людей. Может команда сверху поступила с тобой сблизиться.

– А ты кого поддерживаешь?

– Короля, естественно. Нахрен мне не усралась свобода родов. Иначе им крутить яйца будет неудобно.

Таким нехитрым образом я кое-как влился в общество детишек аристократов. Думаю, если бы не Вуберг, я бы всё так же сидел один и молчал, а так смог найти хоть какой-то общий язык с другими. Я не строил иллюзий, но союзники и просто знакомые могли сыграть хорошую службу в будущем.

Особенно Исси, которая, помимо этого, несла для моего душевного спокойствия две опасности. Первой были растревоженные мысли о прошлом, которые лезли из могилы, в которую я их похоронил. Второй бедствия, которые она несла что там, что здесь своей озорной натурой. Поэтому надвигающиеся приключения на задницу я почувствовал уже тогда, когда она постучалась в дверь моей комнаты.

– Госпожа Исси?! – я даже дар речи потерял, когда увидел её на пороге. – Вы… вы что здесь делаете?!

– Вопрос королевской важности, – шёпотом известила она меня. – И мне нужна твоя помощь.

– Госпожа Исси, при всё моём уважении…

– Но ты же видел меня голой! А теперь отказываешь мне? – громко, на весь коридор, спросила она.

Пришлось схватить её за руку и грубо затащить в комнату, чтобы другие не увидели. Мне ещё слухов таких не хватало.

– О, да ты отчаянный парень! – разулыбалась она. – Но я ещё не готова.

– Госпожа Исси…

– Просто Исси.

– Послушайте, просто Исси…

– Нет-нет, называй меня просто Исси.

– Короче, в прошлый раз нас едва не засекли. И если вы предлагаете мне вновь лезть на крышу, взламывать двери и прятаться в шкафчиках…

– Но тебе же понравилось, нет? – её улыбка стала шире.

– Да, но я бы предпочёл видеть девушку полностью голой, а не наполовину.

– Нет, ну у тебя запросы просто огромнейшие, – покачала она головой. – Я даже не знаю, готова ли я раздеться перед тобой или нет.

– Прошу вас. Из моей комнаты.

– Ладно-ладно, я готова раздеться прямо сейчас, – и начала быстро растягивать пуговицы.

– Да стойте, что вы делаете?! – я уже начал беситься.

– Переманиваю на свою сторону! – гордо подняла она нос. – Выбирай, или показываю сиськи, или ты идёшь со мной.

Мне угрожали чем угодно, но угрозы показать сиськи в случае неподчинения точно не было. Правильно говорят, всё бывает в первый раз.

– А вы точно принцесса? – поморщился я.

– Истинно так, самая настоящая. У меня даже родинка в том же месте, что и у королевы есть, только я тебе её не покажу. Или покажу. Здесь как пройдут наши переговоры. Итак, время пошло.

Но время пошло слишком быстро – не успел я ответить, как в дверь постучали.

Глава 51

Сердце пропустило удар от неожиданности… и снова пошло.

Одно из правил говорит, что если совпадение настолько удачно, что в него трудно поверить, то это не совпадение. Ко мне пришла Исси, и тут же кто-то стучится в дверь. Две недели всем было плевать, а тут неожиданно понадобился. Не из-за правила ли, что нельзя приводить девушек в свою комнату, как и наоборот?

К тому моменту эта Исси уже успела избавиться от рубашки.

– Что… какого хрена, Исси?! – зашипел я.

– Мне нужен ответ, и без него я не уйду! Принцессы не отступают. Во имя короля, во имя королевства! – так же шёпотом ответила она, вздёрнув нос.

– Какого нахрен короля?! Какого нахрен королевства?! Это может кто-то из смотрителей! Вы же знаете, что нельзя другой пол водить в комнаты!

– Да всем всё равно на это правило, – отмахнулась она. – Или положительный ответ, или принимаюсь за лифчик!

– Даже не смейте! – предупредил я.

В дверь ещё раз настойчиво постучали.

– Иду! – громко ответил я, после чего схватил Исси и потащил к кровати.

– Стой-стой, я ещё не готова! Я слишком чиста! – её вообще не смущало, что сейчас происходит. Она хоть в одном из миров будет взрослеть?!

– Под кровать, Ваше Высочество! – прошипел я и без лишних церемоний затолкал её под неё. – И ни звука, иначе все узнают, чьи панталоны развевались вместе с флагом!

– Злыдня! – буркнула она без капельки смущения.

Жесть.

Что в одном мире, что в другом, вообще никакой разницы нет. Что там она служила вечным источником проблем, что здесь. Не буду отрицать, именно так я с ней и познакомился, и именно её неугомонность и жажда баловаться, жить и искать что-то новое наперекор всему заставила меня в неё влюбиться, но… сейчас она просто огромная проблема с таким же ворохом проблем, что с собой притащила.

Быстро оглядевшись и запихнув блузку под покрывало, я бросился к двери и…

– Милена? – меня аж перекривило. Я понял, что это она, ещё раньше, чем узнал в лицо – такие яркие волосы было очень трудно не узнать, если честно.

– Только оставь эти лица, – в ответ поморщилась она. – Даже когда я пытаюсь быть с тобой почтительной, ты ведёшь себя как кретин.

– Вот тогда и катись отсюда, – я попытался закрыть дверь, но её нога помешала это сделать.

– Не так быстро, милый, – недобро улыбнулась сука. – Или мне стучаться на весь этаж и кричать, чтобы ты меня впустил?

– Тебя вышвырнут за то, что ты в мужском общежитии.

– Нас, – оскалилась Милена. – Нас выкинут, ведь я не могу оставить своего муженька одного, а?

– Я больше не твой жених.

– А вот об этом я и хотела поговорить. Поэтому или впускай, или жди, что я стану прилюдно тарабанить к тебе. А я стану, будь уверен.

– Сделаешь глупость… – предупредил я, отходя в сторону.

То, что Исси будет молчать – я был уверен. Не из таких она была, кто подставляет или делает глупости, пусть по её поступкам этого не скажешь.

Хотя нет, я не могу точно этого знать, так как это как раз-таки Исси, а не Гелиопсис. Та пусть и выглядела дурной непоседой, но не была идиоткой. А эта её копия… я слишком много их сравниваю вместе и уже принимаю одну за другую.

– Итак, чего ты хотела обсудить? – холодно спросил я.

– Нас, Тэйлон. Я хотела обсу…

– Нет. Всё, обсудили, теперь дальше, – кивнул я.

– Мой отец решил сделать твоему отцу щедрое предложение, которое пойдёт нам обоим на пользу, – сообщила Милена. – Поэтому я пришла сюда не ругаться, но мириться.

– Мой отец принял его?

– Пока ещё нет, но нам с тобой следует быть в…

– Мне плевать, что там следует, Милена. Отцы не договорились – прошу на выход.

– Не зли меня, Тэйлон, – она вновь сделала эту угрожающую мордашку. – Ты даже не представляешь, какой я могу быть в гневе.

– Серьёзно? – с усмешкой произнёс я, подойдя к ней вплотную. – И что ты сделаешь мне?

– Я…

И в этот момент я её толкнул двумя руками в плечи. Не так сильно, чтобы она улетела, но чувствительно – Милене пришлось сделать несколько шагов, чтобы устоять на ногах.

– И? – усмехнулся я. – Продолжай, я слушаю тебя очень внимательно.

Она удивлённо посмотрела на меня. В глазах мелькнул страх, но Милена сразу подавила его и продолжила так же бойко:

– Как ты посмел?! Если ещё раз…

И я её ещё раз толкнул.

Она врезалась спиной в шкаф. Не сильно, но думаю, впившиеся ручки в спину точно почувствовала.

– Я жду, Милена. Если ещё раз, то что?

Теперь Милена смотрела на меня с опаской. Она теперь точно жалела, что начала говорить в таком тоне и выбрала такую тактику, но изменить своей гордости и пойти на попятную не могла. Ведь кто я? Тэйлон? Какой-то слизняк, верно? И кто она – великая и сильная Милена.

– Тэйлон… не зли меня… – уверенность в голосе пропала, но она ещё пыталась выглядеть дерзкой.

А потом пискнула, отвернувшись и прикрывшись руками, когда рядом с её головой врезался кулак.

Вот теперь она боялась, действительно боялась, я видел и чувствовал это так же отчётливо, как и видел её саму.

– Что ты мне ещё хочешь сказать, Милена? – с угрозой произнёс ей на ухо.

Она даже боялась смотреть на меня теперь.

Как быстро ломаются люди, когда не чувствуют под собой опоры. Когда понимают, что их не защитит в этот момент ни род, ни сильный брат, ни влиятельный отец. Когда всё зависит лишь от них самих, и они осознают, что как раз-таки сил-то у них и нет. Что они просто ничего не могут сделать и противопоставить противнику.

– Что ты хотела сказать мне, Милена? – спокойно спросил я, осторожно поправив её несколько непослушных локонов.

– Я… поняла тебя, Тэйлон. Я не права, – тихо ответила она, всё ещё не поворачиваясь ко мне.

– Тебе не надо объяснять правила приличия в чужой комнате?

– Нет, Тэйлон, не надо, – негромко ответила она.

– Вот и отлично. А теперь проваливай, – отошёл я от неё.

– Я не могу, – она вновь взглянула на меня, и, несмотря на её испуганное лицо, в глазах буквально светилась ненависть. Да, такие суки не сдаются. – Мой отец ясно дал понять мне, что требуется от меня.

– И что же?

Можно было и не спрашивать.

Она своими маленькими тоненькими пальчиками очень быстро расшнуровала корсет, который, судя по всему, и не сильно-то был притален.

– Так! А ну стой! – рыкнул я на неё, но Милена уже успела сдёрнуть его слегка вниз, чтобы я увидел большую часть груди.

– От меня требует отец, Тэйлон. Я здесь не по собственной воле.

– Мне плевать.

– И мне плевать, но я не уйду, если не сделаю то, что мне сказали. Мы должны стать парой.

– Пошла вон! – схватил я её за руку. – То тебя не загонишь под венец, то сама тащишь!

– Я не уйду! – попыталась она вырваться. – Ты не понимаешь?! Наш брак уже решённое дело, как и моё будущее, так что…

И в этот момент, блять, опять постучали.

Да чтоб вас, сука… у меня что, написано: «День открытый дверей?!». Стучитесь к Тэйлону, так как у него бабы одна за другой раздеваются?! Какими вообще должны быть шансы, чтобы так везло?!

Или же там действительно что-то важное? Чёрт… А если по роду что-то от Суцьиси?

Стоило мысли посетить голову, как я уже не мог от неё избавиться. Будет сверх глупо, если я из-за такой глупости пропущу важный момент, который мог изменить ход миссии.

Я зло посмотрел на Милену, после чего распахнул дверцы шкафа и грубо запихнул её туда, прошипев:

– Хоть звук, и я тебя сожру в прямом смысле этого слова. Будешь всегда со мной.

Судя по испуганным глазам, она восприняла это довольно серьёзно.

Я захлопнул дверцы шкафа, после чего подошёл к двери и открыл.

– Эм… а вы кто?

На пороге моих дверей стояла серая мышь.

Вернее, не мышь, а девушка, которую я звал про себя серой мышью. Та самая с большими очками и яркими веснушками, плюс волосы короткие чуть ниже ушей. Она обычно сидела около меня в группе девчонок и была самой тихой, изредка подавая голос. Собственно, именно она и подсказывала мне фамилии многих людей и кем они являются для нас.

Кого-кого, а её я увидеть не ожидал.

– М-можно? – очень тихо спросила девушка.

– Нельзя. Что случилось? – нахмурился я.

Девчонка аж отшатнулась от меня.

– Я… я…

Что конкретно «Я», мне услышать так и не удалось, так как в этот момент дверь справа от меня открылась и послышались весёлые разговоры парней. Девчонка испуганно посмотрела в ту сторону и… бросилась ко мне. Естественно, что я её не пустил в комнату.

– Никто не должен знать! – пропищала она едва ли не со слезами на глазах, пытаясь прорваться ко мне и с ужасом смотря на комнату, откуда вот-вот должны были выйти парни. И выглядела так, будто стоял вопрос жизни и смерти.

И… я её впустил.

Потому что подумал, что если это действительно что-то важное, то выйдет нехорошо. Да и слухи со стороны парней мне были ни к чему. В любом случае, Милена будет держать язык за зубами, я об этом позабочусь, а Исси, мне бы хотелось верить, не из тех, кто будет трепать языком. По крайней мере именно такой я её знал…

И опять я говорю, что знал её, хотя передо мной совсем другой человек.

– Итак, чего же тебе надо… как тебя?

– Фиалина.

– Да, Фиалина, надеюсь, это что-то очень важное, – кивнул я, – так как я был очень и очень занят.

– Я… – и что-то нечленораздельно пробормотала.

– Чего прости? – не понял я.

– Я… – и снова её невнятные бормотания.

– Ты можешь говорить разборчивее, так как я ни слова не понимаю, – начал я раздражаться.

У меня тут и так две полуголые девки прячутся в комнате; не до того, чтобы переводить нечленораздельные звуки мыши.

– Я…

– Ну?!

– Я люблю вас! – выпалила она на всю комнату.

…

… …

… … …

Я буквально услышал, как кое-кто стукнулся под кроватью и в шкафу.

Это финиш.

Нет, это не финиш.

Это пиздец какой-то просто. Как так выпало, что всё так сложилось именно сегодня? Именно в этот момент, в этот час? Какова вероятность, что все припрутся именно в тот момент, когда у меня под кроватью полуголая принцесса-эксгибиционистка, а в шкафу полуголая стерва?

Даже на самой сраной войне таких совпадений один на миллион.

– Я… понял, что ты любишь, но чего сейчас-то решила в этом признаться? – неловко спросил я.

– Я решила, что больше не могу ждать! – схватила она меня за руку, вся бледная. Но с чудовищно красными щеками и слезящимися глазами. – Я… мы… вы так похожи… мы так похожи с вами!

– В каком это месте? – нахмурился я.

– Вы… всегда были тихим и очень… мягким… и… загадочным…

– Это называется чмошник, Фиалина.

– Вы всегда были чмошником, Тэйлон!

…

Бля, ну спасибо, конечно… меня ещё ни разу за всё моё долгое существование не называли с такой любовью чмошником, а я много прожил и многое повидал.

Я уже который раз просто выпадаю за сегодняшний вечер.

До Фиалины тоже дошло, как именно назвала она меня сейчас, потому что её глаза стали такими большими, что, казалось, сейчас выкатятся из глазниц.

Она только открыла рот, а я уже закрыл его ладонью.

– Спокойнее, Фиалина. Ты оговорилась, я знаю, такое случается, когда ошибаешься, поэтому успокойся и не кричи на всю комнату, договорились?

Она кивнула головой.

– Отлично, – убрал я руку от её губ…

И совершил ошибку.

Мышь оказалась самой настоящей крысой.

В смысле, что она бросилась на меня. Просто напрыгнула, с каким-то проворством обхватив одним махом меня ногами за талию, а руками за шею, после чего поцеловала. Не ожидая такого напора от маленькой крысы, я не успел подготовиться, запнулся и упал на кровать, стукнувшись затылком о стену, к которой она была приставлена.

В голове на какие-то мгновения всё поплыло. Комната закружилась, и я на секунду-другую провалился в никуда, прежде чем с силой вернуться обратно и увидеть…

Как маленькая крыса уже разделась наполовину.

Да вы что все, ёбнулись?!

На войне ты обычно знаешь – в любой непонятной ситуации или ждёшь приказа, или стреляешь. Здесь вроде и застрелить не получится, и сказать, что делать, некому. Да и вообще, кто мог знать, что у Тэйлона есть ещё одна поклонница, такая же, как я понимаю… ну… тихоня.

Хотя по тому, что она уже наполовину разделась, выставив напоказ отсутствующую грудь, но с реально большими сосками, серая мышь была совсем не серой и совсем не мышью.

– Да погоди ты! – зарычал я, сбросив её на кровать и прижав коленом. – Ты что творишь?!

– Я люблю вас, Тэйлон! – со слезами на глазах пропищала она. – Мы с вами так похожи! Вы и я! Мы просто созданы быть вместе!

– То, что мы оба тихие, не значит, что мы похожи!

– Вы с самого детства мне нравились. Но теперь, когда всё вокруг так закружилось, я просто хочу, чтобы вы знали о моих чувствах! И я…

Остальное я не дослушал, заткнув её рот.

Почему?

Потому что опять стучатся.

Блять, ну когда же это кончится. Такого просто быть не может. Я точно знаю, что такое просто нереально, не бывает, не может быть таких совпадений! Какого хрена?! Что происходит?!

– Ни звука! И лезь быстро в комод!

Я быстро выбросил все вещи на кровать, дождался, пока туда залезет эта мышь, забросал сверху вещами и закрыл.

Если это ещё одна девушка – сразу даю в морду и будь что будет. Хватит, моя жизнь превращается в какой-то цирк.

Вообще, можно было не открывать, конечно, но учитывая тот факт, что нас было наверняка слышно за дверью, по крайней мере шум, просто отсиживаться было плохой идеей. Гость может и не уйти вовсе, а продолжить стучать, что привлечёт лишь ненужное внимание. Или появятся вопросы, почему я заперся, на которые некоторые могут начать искать ответы.

Поэтому просто выгляну и прогоню нахрен, кто бы там ни был.

На этот раз дверь я не стал совершать прошлой ошибки и лишь слегка приоткрыл дверь, подперев ногой, чтобы не смогли распахнуть.

И каково было моё удивление, когда я там увидел Суцьиси.

Увидев моё лицо, она тут же нахмурилась, отшагнув в сторону – поняла, что что-то не так. Именно в сторону, а не назад, будто готовая отпрыгнуть, если понадобится, или с пинка ворваться внутрь. В этом потоке полуголого безумия она казалась просветом разумности.