Текст книги "Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

– Вы умеете прощать, мой господин? – неожиданно спросила Клирия, ложась на кровать.

– Что? Прощать? В каком смысле?

– Если бы вас предали, вы бы смогли простить этого человека?

– Знаешь, когда ты спрашиваешь такие вопросы, то я невольно начинаю думать, что ты меня кинуть хочешь, – высказал я своё мнение. Нет, серьёзно! Сейчас у меня уже закрались подозрения!

Хотя Клирия точно не такая дура, чтоб так глупо спалиться. Или же она хочет, чтоб я так думал?

– Я не хочу предать вас. И я вас не предавала, ведь мы всё ещё под клятвой. Просто сможете ли вы простить человека, если он признается вам?

– Смотря в чём, – пожал я плечами. – Хотя если я выживу, и человек будет просить прощение… И если я буду знать, что он был вынужден сделать это ради себя или родных, так как выхода не было, то я бы простил. Наверное. Зависит оттого, насколько он сломал мне жизнь. Просто иногда приходится что-то делать, даже если сам этого не хочешь.

По себе знаю.

– Но ты так спрашиваешь, словно натворила что-то за моей спиной, – усмехнулся я.

– Я ничего не делала за вашей спиной, – пробормотала Клирия. – Пока я служила вам, то никогда не действовала за вашей спиной.

– Ну тогда и вопрос этот несколько бесполезен, так как с другим человеком будет другой разговор, – пожал я плечами.

– Ясно… – её голос стал тише. – Прощение, это хорошо…

Ага, если сил на подобное хватит.

Клирия всю ночь ворочалась и что-то бормотала во сне, но я не смог разобрать и слова. Мне было бы интересно взглянуть на её сны, если честно. Ставлю на то, что там будет один из двух вариантов:

Первый – пытки смерти и ужас, источником которого выступает мисс тьма.

Второй – множество розовых пони, мягких игрушек и девчачьей утвари. Это было бы разрывом шаблона и классикой жанра.

Или ей сняться накаченные мужики?

Не-е-е… Накаченные девушки! Вот это было бы реально удивительно, я бы угарнул над этим.

Всю ночь я пугался, когда Клирия издавала булькающие звуки – думал, что она захлёбывается в собственной рвоте, что не очень хорошо скажется на её будущем здоровье. Но нет, она просто издавала булькающие звуки. Интересно, она всегда так спит?

Пока Клирия дрыхла, я боролся с Морфеем на кулаках, устроив нереальный внутренний махач, и бродил по комнате. Я не залезал в ящики и тумбочки, хотя желания было огромное. Ведь порыться в нижнем белье девушки, что может быть интереснее!? Интересно, она носит стринги? Или может носит кружевные трусы? Чёрные, как её душа, или красные, как её глаза? Или найти её игрушки, как плюшевые, так и другого характера.

Но это было бы слишком грубо.

От нечего делать я сбегал в кабинет к Элизи и перетащил бумаги, чтоб занять себя хоть чем-то.

И начал я с расчётов наших трат на ещё сто верных наёмников, которые обходились значительно дороже, чем обычное войска из-за своей преданности по контракту. Но тут ещё вопрос, поэтому надо посоветоваться. В предстоящей операции было важно найти людей, которые бы смогли заблокировать границы, если зараза вместе с людьми хлынет в разные стороны. К этой мысли меня подтолкнул блокпост, что я видел, когда въезжал в графство Анчутки. С нашей стороны был необходим такой же.

Поэтому мы закажем ещё людей.

Помимо прочего я увеличил траты зельеварителей и алхимиков, так как лекарства нам были нужны как можно быстрее. Ведь если они могут делать зелья на увеличение регенерации магии, сил и устойчивость иммунитета, они должны и суметь выделить пенициллин из грибка.

К тому же я немного узнал от Рубеки (ох уж эти разговоры с немыми), что исцеление и лечение не борется против заразы, хотя многие необразованные думают иначе. Вообще никак. Другими словами, исцеление и лечение действуют на организм, но не на микробов, которые в нём.

Теперь было понятно, чего меня зельем в тюряге напоили. Я честно пытался заняться вопросом, что мне за хрень тогда дали и выяснил, что это было что-то из трав и магии вперемешку (спасибо Рубека, я думало-то, что ты тупа и ничего кроме исцеления не можешь). Поможет ли такая перемешка от эпидемии, я не знаю. Потому нам и нужны антибиотики, за ними будущее.

Мы нашли золотую середину в этом вопросе – не сильно известных, но и не слабых учёных, что смогли бы нам намешать подобное лекарство. С теми знаниями, что у меня есть, им останется просто найти нужный путь. А тут магия, алхимия – полный букет для удачи. А в будущем, перед тем, как им придётся сесть за работу, мы подпишем с ними контракт о неразглашении. И, скорее всего, уже до конца их дней в прямом смысле этого слова (нет, мы не будем их убивать, если они сбежать с инфой не попытаются).

С порохом было всё более-менее лучше, так как эта хрень уже имелась в этом мире и была более распространена. Не то что ей пользовались люди, но химики не раз экспериментировали с ней, так что у нас были разные смеси, мощность которых сильно разнилась. Я даже не уверен, что все они были порохом, так как здесь были и жёлтые, и чёрные, и белые, и серые порошки.

И таких вопросов было много. Поэтому я сидел за столом Клирии и перебирал бумаги, попутно планируя план захвата Анчутки по самому хорошему и плохому варианту. Это будет весело, если всё выгорит.

Так я работал над планом, пока проснувшаяся Клирия, словно будильник, не встала и не отвлекла меня.

Она была абсолютно лохматой и заспанной, но в то же время взгляд был трезвее. Сразу было видно, что она уже в себе и может адекватно оценивать ситуацию и реагировать.

– Ну, девушка, которая пытается проходить сквозь стены рядом с открытой дверью и возмущаться, что не получатся, как выспалась?

– Терпимо, благодарю за заботу, Мэйн, – кивнула она и посмотрела на бумаги. – Вы всю ночь караулили меня?

– Боялся, что захлебнёшься в собственной рвоте, настолько сильно ты напилась.

– Вы настоящий джентльмен, Мэйн. Спасибо, что проводили и проследили за мной, я вам действительно благодарна, – потом Клирия замолчала и посмотрела на меня внимательно. – Я говорила что-нибудь лишнее?

– Спрашивала, могу ли я простить человека, что предал меня.

– Да, кажется я припоминаю разговор. Как и многое другое, от чего мне стыдно перед вами. Простите, что так напилась и спасибо, что вытащили меня из источника, когда я чуть не утонула.

– Ты помнишь это даже, будучи в таком состоянии? – удивился я.

– Да, к сожалению, я не могу забыть то, что делала, будучи под действием алкоголя, как и не могу контролировать себя в такие моменты.

– Ясно, хотя я удивлён, что ты боишься лестниц.

– У меня был плохой опыт с ними.

– И ты конечно же мне не расскажешь об этом, да?

– Если хотите, я вам могу рассказать, но история уместится в одно предложение, – ответила она удивлённому мне и, после моего кивка, продолжила. – Однажды меня просто столкнули с высокой лестниц и, падая, я сломала себе приличное количество костей.

– Ну хоть выжила.

– Ну… да, можно сказать и так, – на мгновение задумавшись, ответила Клирия. – А вы, если я правильно помню, хотели о чём-то поговорить со мной?

Она встала с кровати, после чего посмотрела на меня.

– Могу я переодеться здесь или мне выйти? Просто так будет быстрее и я не хочу отрывать вас от работы.

– Да, конечно, я не буду смотреть, – кивнул я и уткнулся в стол.

Будь это другая девушка, то я бы подумал, что меня или хотят соблазнить, или не принимают за мужчину. С Клирией было удобнее – она просто не стеснялась ничего и никого. Да и желание смотреть на стриптиз Клирии не было – мне достаточно той жути, которую я вижу через её лицо и руки. Голой она будет, наверное, как урановый стержень без защиты.

И уже через минуту Клирия сказала:

– Я всё, Мэйн.

Когда я поднял взгляд, она уже расчёсывала свои волосы.

– Вам принести сюда завтрак?

– Нет, сам спущусь. Я пересчитал доходы связи с новыми возможными тратами.

– Новые траты? – вопросительно посмотрела на меня Клирия. Она подошла к столу и взяла один из листов, что я протянул ей. Около минуты пробегала по нему глазами, после чего посмотрела на меня. – Вы хотите ускорить исследования? И… – она ещё раз глянула на лист, – вы хотите увеличить личную гвардию в два раза?

– Мы же умещаемся в бюджет, верно?

– Да, вы правы, но позвольте поинтересоваться, зачем вам новая гвардия?

– Нужны скрытники высоких уровней, – объяснил я. – И ещё нужны люди для постов границы, чтоб её блокировать.

– Обычные солдаты не подойдут? Я могу посоветовать нанять лишь нужных людей, а остальное забить обычными солдатами. Так будет дешевле, а эффективность вряд ли будет ниже. Но зачем вам это?

– Будем брать Анчутку в ближайшее время. Я бы хотел, чтоб стволы были уже готовы, поэтому поторопи Элизи и найми людей. Нужны скрытники. И заразу надо будет повторно закинуть туда.

– Хотите напасть на графа? Я думала, что мы будем давить его медленно.

– Нет, пока не на графа. Я хочу раскидать ту, что ему помогает избегать неприятностей. Богиню Удачи.

Клирия молча посмотрела на меня. Интересно, какая реакция у неё внутри на эту новость? Шок, интерес, недоверие, или усмехается над моим планом? Как бы то ни было, я был настроен довольно решительно (до первой неудачи, с которой буду потом идти через не могу).

– Я не совсем понимаю, почему вы хотите разобраться с Богиней Удачи, Мэйн.

– Она благословила Анчутку, защищает его от проблем и даёт ему возможность выходить сухим из воды. Потихой Анчутка Богине Удачи там храмов понастроил и даров столько дал, что она хорошо приглядывает за ним. И бодаться с ублюдком, пока она за его спиной, бесполезно. Ты знала, что он поклоняется ей?

– Нет, если честно. Я могу сказать, что король её любимчик, причём большой, так как он очень удачлив и умудрялся выходить победителем из самых безнадёжных ситуаций. Значит вы готовитесь схватить её?

– Бери шире, мы идём убивать её, – усмехнулся я.

Клирия внимательно посмотрела на меня, словно пыталась понять, не шучу ли я.

– Это не вызовет проблем? Ведь боги могут не оставить того, что вы убили одну из них, причём ту, кто старше многих богов.

– Всё схвачено. Но мне кое-что нужно, – я толкнул ей листик. – Это надо переправить в столицу Анчутки, после чего мы сами туда тронемся. Но перед этим нужны скрытники высоких уровней под клятвой. Нужны маги с последующим их… устранением или порабощением. Смотри сама, как будет правильнее.

– Я поняла, – кивнула она. – Но прежде чем мы начнём, я хочу спросить: вы готовы? С этого момента пути обратно не будет.

– Я уверен.

Клирия кивнула.

– Я начну подготовку и буду ждать вашего приказа, Мэйн.

– Спасибо, – кивнул я ей.

С этого момента началась подготовка.

Я поторапливал Элизи, чтоб она поторапливала мастеров по оружиям. У нас не было времени на долгие подготовки и уже надо была нафигачить хотя бы десяток стволов. Если учесть, что новый ствол уже прошёл успешные убийственные испытания, оставалось приделать приклад и спусковой крючок с курком. Вообще, нам он не был обязателен к встрече с Богиней Удачи, но я бы предпочёл, чтоб всё-таки они были с нами.

Лекарства будут готовы ещё не скоро, поэтому рассчитывать на них было глупо. Я так думаю, что нам потребуется ещё несколько месяцев на это. Намного эффективнее было бы просто закупорить границы, отстреливая заражённых, а нам самим почаще мыть руки, еду и кипятить воду.

А вот с пустышками кристаллов, как и с магами вопросов не возникло. Нашлось всего несколько желающих, которые были не против поработать на нас даже под клятвой на вечную службу при условии, что им будут платить.

Не сказать, что это были супермаги, но Клирия посоветовала не раскидываться ценным ресурсом. Всё-таки, несмотря на то, что здесь была магия, количество магов было небольшим. Оттого даже обычный или слабоватый маг, способный накастовать щит и фаерболл, были полезны.

Правда щит тут рассчитан на определённы урон. Другими словами, если долго и упорно кидать в него камешки, то он, накопив критический урон, сломается. Но это другой разговор.

Помимо всего прочего мы подключили тихоню, о которой говорила тогда Тулика. Конечно, её профиль был диверсией, но теперь ей за вознаграждение придётся поработать и тем, кто ищет нужных людей. Поможет в переговорах ей наш Джин Урда, которого мы отправили туда обычным путешественником, и который действительно умел находить общий язык со многими. Они должны будут договориться о контрабанде пустышек кристаллов, чтоб не везти большое количество через стражу и не вызывать подозрения.

Попутно мы заказали скрытниц, что составят нашу ударную мощь в скрытых операциях. Наняли мы аж две семидесятки – всех, кто был в распоряжении наёмниц из высоких лвлов. Плюс к тем четырём ещё шесть сороковых.

Сейчас у нас было всего четыре скрытницы – два следопыта, что лучше всего шли по следу; и два скаута – универсальные скрытницы, которые умеют всё понемногу. К ним добавится две убийцы семидесятого лвла, три разведчицы (те, что из скрытников лучше всех взламывают), один скаут и два следопыта.

Эти особы отправятся под видом обычных путешественниц в столицу, где будут ждать нас. Ещё пятнадцать наёмниц пройдут скрытно с помощью тех, кого найдёт Джин.

Что касается раскрытия нашего плана, то все были под клятвой о молчании. Откроешь рот – не договоришь и сдохнешь. А предполагаемого стукача мэра теперь пасли, но пока тот не спешил как-либо выдавать себя, хотя всю почту, отправляемую им, мы контролировали.

Но сука жопой чую, что стучит, возможно с помощью магии или чего-то подобного.

Вскоре мы решили направить нанятых скрытниц сразу в Шмаровий, чтоб не тратить время на их движения туда-сюда. Туда же отправил и тех четверых, что у нас были. Попутно к нам пришли два мага, но как выяснилось, у обоих тёмное прошлое и справедливость жаждет их видеть в суде, а может потом и на плахе. Но нам не выбирать, верно? Главное, чтоб соблюдали правила и не чудили, а я прикрою глаза на их прошлое.

А вот, например, с пустышками возникла проблема. Такое количество найти сразу не удалось. А то, что нашли, пришлось везти хрен знает откуда, от чего всё приходилось задержать. С одной стороны – успеем доделать ружья, с другой – наши дороги потихоньку наводнили бандиты, и некоторые деревни подверглись нападениям. Пришлось вместе с Ухтунгом отправлять орков зачищать территорию.

Около нашей деревни они тоже появлялись и пытались даже напасть у ворот. Но как выяснилось, если распять четыре человека около дороги и прибить их мошонки к бревну, то желающих подойти в следующий раз становится меньше. Особенно когда им живым вороны глаза начинают выклёвывать.

Что касается людей Анчутки, то их мочили и хоронили сразу.

Короче, Анчутка наседал на нас сильнее. И пусть это пока не критично, но со временем станет реальной проблемой. И кто ему мешал сидеть ровно на заднице и ждать, когда я приду и покараю его? Зачем сопротивляться?

Не пойму я людей.

Уже через четыре дня после начала подготовки первое ружьё было готово. Правда…

– Стесняюсь спросить, а с какой стороны подходить? – уставился я на это произведение искусства.

– Ну как, с какой? – удивилась Элизи. – С этой.

Так, значит это приклад. Окей… тогда…

– А почему курок с другой стороны от приклада? И… стой, у него есть затвор?

– Ну тут схема другая, – пожала плечами Элизи. – Ты сам сказал придумать. Мы и придумали.

– Погоди-ка, а что вы придумали? – нет, выглядит прикольно, но как этим пользоваться?

– Крючок скидывает стержень. Тот под пружиной отталкивается и дальше скидывает курок. Этот стержень возвращает на место затвор, как ты его назвал. Ну а дальше…

– А дальше знаю, – перебил я её. – Но разве он бы не весил меньше, если бы этот механизм не проходил по всей длине ружью?

– Ну мы не придумали ничего кроме этого. Я не оружейница, я бухгалтер. И они тоже ничего другого не придумали.

Ладно… попробуем, чего уж. Хотя брать его однозначно непривычно, и он довольно тяжёлый. Без сошек прицельно особо не постреляешь.

Но способ зарядки был тем же самым, что и в тех мушкетах, которые я видел до этого.

Я прижал это чудовище плечу и навёл на мишень. Дистанция была около двух десятков метров, но я даже не знаю, такая дура попадёт с этого расстояния или нет. Но мне не об этом надо было волноваться, так как не это оказалось её основной проблемой.

Я кое-как прицелился, выдохнул и нажал на спуск.

Сначала, была типичная вспышка снаружи, когда сгорает порох в пороховой полке. А потом…

ХУЯК!

И я нахуй улетаю вместе с пушкой из-за отдачи, оставляя на том месте только внушительную дымовую завесу.

– Ёб вашу мать, вы чо отстроили!? – в ужасе воскликнул я, сидя на жопе с пушкой в руках в полутора метрах оттого места, где стоял. – Я просил ружьё, а не сраную противотанковую пушку!

– Но она мощная, – заметила Элизи.

– Я вижу, но она должна врагов убивать, а не рокетджамп делать! А то получается, я стреляю у улетаю нахуй. Это удобно, тебя самого в укрытие откидывает, но блин!

Блин, у меня от такой отдачи руки онемели. Такую пуху только Мамонте дать можно, иначе всем остальным руки поотрывает. Однако такая минипушка имела и свои плюсы – манекен конкретно порвало. Может стоит попробовать ещё раз? Вдруг я неправильно встал?

Второй раз было более-менее терпимо по отдаче, хотя меня чуть не отбросило назад снова. Однако от подобной отдачи ощущение было такое, что мне руки вырывают. Зато плечо не болело, я его просто не чувствовал.

Это же ненормально, да?

Вообще, тут потихой калибр… ебать, да тут больше двадцатки миллиметров! Все тридцать, наверное! Это же полноценная артиллерийская пушка! Пиздец, они кого убивать из этого собрались?! Мы против людей, а не против динозавров хотим воевать.

– Мэйн, ты как? – спросила меня Элизи обеспокоено, подойдя ближе.

– Да как, нормально… Ствол хорош, но пусть калибр убавляют, это уже пушка, а не ружьё. Пусть хотя бы миллиметров пятнадцать или на крайняк двадцать делают, но не тридцать. А то после таких выстрелов я плеча не чувствую.

– Это потому, что тебе его вывихнуло.

О, и точно… Так, стоп, а чо я боли не чувствую?!

После проверки мушкета мы готовились ещё целых три недели.

Целых три недели. Три недели разрабатываний основного плана, запасных планов, разработка обходных путей отступления, тех мест, где мы должны будем дать бой и так далее.

Готовились мы тщательно, ведь второго раза уже не будет. И, скорее всего, нам придётся задержаться там, чтоб разрешить все вопросы по поводу Анчутки. Очень скоро начнётся похолодание и хотелось бы заразу раскидать до того, как она потом начнёт дохнуть. Заодно антибиотики не потребуются. Плюс ко всему, его деньги нам были нужны для финансового благополучия, так что вопрос о захвате стоял остро.

Не острее, чем стукач в его городе, которого сейчас искали скрытницы. Дело это, ясень пень, не простое, но мы сразу вывели круг лиц, которые могли знать или же сами участвовали в этом предприятии. Мы покупали любую информацию, связанную с этой деятельностью, но ближе не становились, поэтому было решено делать переворот точечно. А именно, берём только Анчутку и делаем его рабом под страхом смерти с помощью клятвы кровью. Именно ею, так как только её можно было скрыть, потому что она считалась договором, а не подчинением.

Потом… пушки, они тоже были немаловажны.

Создание стволов оказалось не большой проблемой – оборудование здесь имелось, основным из которых являлись свёрла. И пусть занимало просверливание ствола много времени, но опыт уже был и это теперь делалось куда быстрее. Особенно когда каждый делал свою часть работы, следовал инструкциям, которые были подробны, и просто не косячил.

Расположение спускового крючка мы всё же переработали под классику. Правда он отличался от того, что я видел, ну да ладно. К концу срока мы успели сделать двадцать один ствол и пули к ним. Проверили их по разу и те вроде как работали. Но хуй знает, что будет после долгой работы с ними.

Когда время подходило к концу, пустышки были уже перевезены в Шмаровий и хранились на одном из купленных складов. Попутно там же хранились наши вещи для операции, включая порох и доспехи с оружием. Будет весело.

За главную мы оставили Элизи вместе с помощницей Мамонты Тулией. Элизи была просто необходима здесь, чтоб не вызывать подозрений у мэра, которого я до сих пор подозревал в шпионаже.

Я кстати думал на него просто печать поставить, но посчитал, что лучше наобум не действовать. Ситуация пока не вынуждала действовать быстро и грубо, поэтому можно было спокойно разведать обстановку, узнать, что к чему. Рубануть с плеча я всегда успею.

Ебаные стукачи, ненавижу их.

– Элизи, – я стоял на пороге, прекрасно понимая, что назад уже могу и не вернуться (но я все равно вернусь чисто всем на зло ибо нехуй), – давай, береги себя и будь аккуратна с этим мэром.

– Я и так с ним аккуратна. Он пока в моих руках, так что можешь не беспокоиться.

Или во рту. Элизи пришлось поработать девушкой лёгкого поведения, чтоб вернуть отношения и снизить градус недоверия со стороны уёбка. Теперь они вроде как были вместе – он, со слов Элизи, вновь смеялся, а она жаловалась, как сложно ей приходится. Мэр даже в шутку настойчиво предлагал поработать у неё вторым личным секретарём, чтоб помочь ей. И Элизи обещала подумать.

Но меня вот это насторожило, так как разговор об этом мэр заводил неоднократно. Пусть это и была шутка, но он умный и должен понимать, что шутки приедаются. А раз он этого не понимает, то или туп, что навряд ли, или специально так давит на Элизи.

– Всё равно будь аккуратна. Вообще нет желания лететь сюда и разгребать тот ужас, что команда обычно успевает сделать за время моего отсутствия. И за Мэри присматривай. Захочет уйти… попроси подождать меня.

– Я поняла, можешь не беспокоиться.

Клирия тоже оставила какие-то инструкции делового плана, и они с Элизи… пожали руки друг другу? Ну точно спелись! Патрик, внимание, враги за спиной!

Но шутки шутками, а мне приятно, что Клирия хоть с кем-то нашла общий язык. Если конечно она Элизи это не под пытками заставляет делать.

– Готова? – спросил я, когда Клирия села на лошадь рядом. Так непривычно видеть её в походном плаще вместо её чёрного платья.

– Я всегда готова, мой господин, просто позовите меня, – кивнула она со своей классической улыбкой.

– Отлично, тогда погнали.

Мы двинулись на большое дело, после которого, как выразилась Клирия, обратного пути не было.

Ха, да для меня не было обратного пути с того момента, когда я убил первого человека, которым оказалась девушка.

Помимо нас в группе ехала Мамонта со своей пушкой, четыре девушки, которые везли с собой по пять стволов каждая (и один ещё вёз я), Рубеку и два новых мага с контрактами на всю жизнь, которые скрывались теперь у нас от правосудия. Один был худым, как скелет, весь в татухах магом, от которого веяло холодом. Другой обычным на вид парнем, если не брать в расчёт зубы как у акулы, уши волка, животные ногти и метки на руках, которые он прикрывал перчатками.

В принципе, нормальные парни, правда один говорил холодным безжизненным голосом, а второй таким голосом, словно постоянно стебался над тобой. Правда и одного, и второго я переносил спокойно, зная, что смогу их удавить при первой же херне. Знали это и они.

Ехать нам надо было целую неделю. Естественно с самого начала мы объезжали через лес деревню, чтоб не попадаться местным на глаза. После этого следовали по дороге, пуская вперёд двух девушек, что разведывали путь. Если они кого встречали, подавали сигнал, и мы уходили быстро в лес.

Несколько раз встречали разбойников, но нам приходилось обходить их стороной, так как на глаза попадаться совсем не хотелось. Я уже про лагеря молчу, которые зачищали орки. И весьма успешно, так как иногда мы натыкались на гниющие разграбленные трупы и разрушенные лагеря этих чудиков. Один раз мы даже видели людей Анчутки.

Так и двигались до границы, после чего через лес по большой дуге обошли блокпост. Лишние вопросы нам были не нужны. После этого, уже не боясь ничего, двигались в сторону города, зная, что нас там будут ждать.

Ехали мы кстати разобщённо. Одна девушка с Клирией, потом две пары, где магом и девушкой, ещё одна девушка с Рубекой, и я с Мамонтой. Ехали на значительном расстоянии, чтоб нас нельзя было связать вместе, хотя кто внимательный, мог и догадаться. Но всё лучше, чем ехать вдесятером. Это уж точно палевно.

Вскоре нас уже приветствовали стены, окружавшие холм, на котором стоял город среди полей. На дороге было немало путников, больше, чем в прошлый раз, когда мы ехали в карете на праздник. Сейчас было не только много людей, но и повозок со всевозможными грузами. Большую часть здесь составляли мешки с зерном и овощами.

– В прошлый раз здесь было меньше людей, – пробормотал я, оглядываясь.

– Прошлый раз был, когда вы ездили с графиней. Это было полтора месяца назад и это было лето, – объяснила Мамонта. – А сейчас промежуточный период и люди, собрав урожай везут на продажу или как налог.

На сколько помню, у них промежуточный период длится сто восемьдесят дней. Зимний период – девяносто дней, летний – девяносто пять дней. Промежуточный период начинался после зимы и заканчивался с началом летнего. А после конца летнего продолжался с числа, на котором остановился (то есть начинается с девяносто первого дня) до зимнего. Странная система.

Промежуточный период, это по-нашему осень и весна. Сейчас уже была осень и первые её тридцать дней были тёплыми. Остальные шестьдесят дней были холодными и чем ближе было к зиме, тем ниже падала температура. То есть нам оставалось всего шесть дней тёплых осенних деньков до того, как станет холодать.

А оживили меня весной.

– Офигеть… – пробормотал я. Мамонта вопросительно посмотрела на меня. – Да просто я в этом мире сто сорок три дня, включая этот. И только сейчас это понял. А кажется словно год уже сижу в этом мире.

– Ты же был и до этого.

– Но потом я умер и меня воскресили. Воскресили… весной. Хотя у вас нет такого понятия… Воскресили в первый промежуточный период на шестьдесят шестом дне, а сейчас сто четырнадцатый день второго промежуточного периода.

– А сколько ты прожил до того, как погиб?

– Двадцать восемь дней, – ответил я.

Мамонта задумалась.

– Получается, ты призванный герой?

– А… я же тебе не говорил, – вспомнил я и горько усмехнулся. – Призванный. Но отнюдь не герой.

– Если призван, то герой, – уверено прохрипела Мамонта.

– Я только и делаю, что с первых дней убиваю людей из-за того, что хочу жизни себе и своим друзьям. Наверное, я воплощение человека, который слишком хочет жить. Вряд ли так делают герои.

– В этом нет ничего, – хрипло ответила Мамонта. – Все хотят жить.

– Не совсем верно. Я убивал, не глядя на последствия. Любые способы и методы ради того, чтоб выжить и спасти близких. Плевать на других, лишь я и мои друзья. Десяток, сотня, тысяча – плевать. А потом началась борьба против графа и любые жертвы ради победы над ним. И вновь плевать. Там тоже моя жизнь висела на волоске, но… А, ладно. Я к тому, что одно дело – хотеть жить. Другое – как ты это делаешь.

– Ты не виноват, – спокойно ответила она. – Все мы боремся ради чего-то.

– Убиваете в таких количествах? – хмыкнул я. – Я не строю иллюзий, Мамонта. Я виноват, пусть и не во всём. Но хуже то, что я не чувствую сильного раскаяния оттого, что сделал, хотя знаю, что сам тот ещё подонок.

Стоило об этом подумать и как на душе кошки начали пробовать свои когти. Ненавижу о подобном думать. Ненавижу возвращаться в прошлое.

– Правда иногда мне становится очень грустно, что всё так сложилось, и я испытываю жалость к жертвам и себе самому. Но ещё хуже то, что я понимаю это, но иду дальше, зная, что смертей станет лишь больше. Иду, зная, что погибнут многие сотни и может тысячи. Ведь если я уже грязный, то почему бы ещё сильнее не испачкаться, чтоб наконец-то почувствовать себя счастливым и попытаться всё исправить. Борьба за жизнь сменилась на «потому что так хочу и плевать».

– Потому что ты антигерой, – хрипнула Мамонта. – И тебе приходится…

– И? – улыбнулся я. – Это лишь отговорки, Мамонта. Когда это всё началось, я действительно действовал по обстоятельствам, но потом несколько сраных раз удача улыбнулась другим, и я начал переходить грань раз за разом. Ещё одна жертва, ещё одна смерть ради чего-то. Поэтому всякие отговорки типа я не виноват, я лишь жертва, у меня трудное детство, меня сделали таким уродом люди, одноклассники… тьфу, блять. У многих людей прошлое ещё хуже, но они не пали так низко. Все отговорки о тяжёлом детстве, все отговорки о злом мире и о том, что выхода нет – такие люди всегда ищут причину, чтоб переложить вину на другого, чтоб показаться чище, чтоб обелить себя перед другими. Кучи конченных уёбков, которые выставляют себя жертвой, пытаются строить из себя страдальцев и оправдывать всё это своим тяжёлым положением, не желая признавать вину. Словно маньяки, оправдывающие свои деяния трудной жизненной ситуацией. Но это всё ложь – то, что те делают, это их осознанный выбор, который они хотят скрыть. Не хотят сказать честно, что они конченые уёбки и никто более.

Я вздохнул и оглянулся на проезжающих мимо людей.

– Я ненавижу лицемерие. Я стал тем, кем являюсь, потому что в какой-то момент не захотел искать иного пути. Мои поступки выстроены на моих решениях и в этом виноват только я.

– Другими словами, ты…

– Конченый уёбок, который делает то, что хочет, плюя на других. Не более. И по крайней мере я могу в этом признаться.

– Но то что ты мне сказал не выбор, – прохрипела Мамонта. – Не пытайся они тебя убить, и ты бы не убил их.

Возможно. Но чище меня это всё равно не делает.

Мы подъехали к началу города, где были всякие халупы, после чего свернули во дворы подальше от дороги. Вновь среди грязных домов, грязных детей и грязных людей. Мелочь бегала перед лошадьми и что-то весело кричала. Я не обращал на них внимания, потому что иначе они не отстанут. А вид удручающей обстановки вокруг лишний раз капнул мне на душу.

Пиздец, поговорили называется…

Очень скоро из говнистых улочек мы выехали на более нормальные сухие дороги между изб, где помимо домов стояли и небольшие склады для хранения продовольствия.

Перед одним из таких нас уже ждала какая-то худющая девка с платком на голове в грязном платье. Рядом был мужик явно бандитской наружности.

– Дай догадаюсь – та девка ваша, так?

– Верно.

Мы подъехали, и мужик сразу схватил лошадей за поводья, стоило нам спешиться. Мы договорились, что за ними присмотрят, пока мы будем заняты.

– Здравствуй, Мамонта. Здравствуй, господин, – сказала она совершенно бесцветным голосом. Да и её лицо было столь же бесцветным, как и её одежда. Я бы сказал, что она практически незаметна, настолько она какая-то бесцветная.