Текст книги ""Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Галина Романова

Так, отлично! Здесь не мертвый камень, а природная скала. Видимо, магри решили сэкономить и вырыли подземную темницу в твердой горной породе. Ну конечно, куда еще посадить крылатое существо, кроме как под землю? Тогда, выходит, самая страшная тюрьма для подземников должна находиться где-нибудь на крыше или, того хуже, в клетке, подвешенной на достаточной высоте.

«Не надо про высоту!» – напомнил себе Брехт, опускаясь на колени и кладя руки на камень. В ладони пульсом невидимого сердца отозвалось тепло. Некоторое время прислушиваясь к нему, молодой орк позволил себе полностью отдаться новым ощущениям…

Вот так. Теперь подождем!

Сарла возлежала на подушках, рассеянно поглаживая пальцами пузатый бокал с вином. Ведущую одолевали тревожные мысли. Новый визит к прорицателю сбил ее с толку. Безумец в кои-то веки говорил ясно и четко, но это-то и настораживало. Он сказал, что ее дочь освободится от странной любви к инородцу и сможет стать достойной помощницей и преемницей матери, сделав выбор и расправив крылья для жениха, которого ей выбрала мать, только после того, как выпьет кровь своего возлюбленного. Его должны убить на глазах девушки, и кровь должна вытечь из еще не остывшего тела. И тут же – нельзя терять ни минуты! – кровь должна быть поднесена девушке. Магия, которой владели женщины-магри, довершит начатое. Сделать это – нанести роковой удар – должна именно мать, как самое близкое существо.

Теперь осталось решить вопрос, кого из пленников-инородцев возложить на алтарь. Орк опасен – именно он дал дочери крылья, но тот, другой, – дракон! Первый мужчина-дракон, которого встретила Сарла. У магри менять облик могли лишь женщины, потому и власть принадлежала им. Мужчины всегда были на вторых ролях. А неженатые вовсе становились прислугой, ибо считались низшими существами.

Сарла посмотрела на двух молодых мужчин, стоявших перед нею на коленях. Оба ловили каждое ее движение, готовые исполнить любой приказ, ибо знали, что в случае неудачи им придется вечно быть только слугами. Нет, сама мысль о том, что мужчина тоже может иметь крылья, губительна! Тем более если они узнают, что для этого достаточно беременной женщине выпить кровь драконицы-магри. Это конец ее народа! Магри растворятся среди людей и погибнут. Она не должна этого допустить!

Решено! Терезий умрет! А потом настанет черед гурха.

Приняв решение, Ведущая выпрямилась. Сейчас она была не одна – чести ужинать с нею удостоились еще несколько старейшин-магри, ее приближенные. Конечно, тут находились и будущие невесты – девушки, которым через несколько уже не дней, а часов придется расправить для кого-то крылья. Все шестеро… Нет, четверо! Ну Сорка, понятное дело, под замком. Но где Гайна, самая старшая из невест? Сарла окинула взглядом пиршественный зал и забеспокоилась.

Внезапно какой-то шум привлек внимание Ведущей. За боковыми дверями что-то происходило. Слышались шаги, голоса. Особенно выделялся один, резкий и властный. Он показался ей знакомым. Неужели Гайна нашлась?

– Кто там? – приподнявшись на подушках, поинтересовалась она. – Впустить!

Перегоняя друг друга, влюбленные в нее юноши кинулись выполнять приказ, но, распахнув двери, отпрянули назад и переглянулись. Впрочем, замешательство длилось недолго: решительно раздвинув их, в зал вошла Сорка.

Все словно окаменели. А девушка спокойно подошла к матери и опустилась перед нею на колени, как верноподданная перед госпожой.

– Моя благородная мать, – прозвучал ее голосок, – я прошу у тебя прощения за недостойное поведение и прошу разрешить мне присутствовать вместе с тобой на этом пире!

Сарла ничем не выдала своего удивления. Она только обвела глазами собравшихся и мило улыбнулась.

– Дочь моя, хорошо ли ты подумала?

– О, вполне! У меня было достаточно времени для того, чтобы все как следует обдумать и понять! – Сорка склонила голову, чтобы Ведущая не видела выражение ее лица.

– Посмотри на меня! – тут же последовал приказ.

Девушка вскинула глаза и с готовностью захлопала ресницами, демонстрируя умильный взгляд маленькой девочки, которая нашалила, но твердо убеждена, что наказывать ее не будут. Она же не нарочно!

Взгляды матери и дочери встретились.

– Иди сюда, дочь моя! – после небольшой паузы произнесла Сарла, подвинувшись и приглашающе похлопав рукой по подушкам. – Раздели с нами трапезу!

– Как здорово! – Девушка тут же устроилась рядом. – А то меня последние дни так плохо кормили!.. Ой, а можно?

Она тут же двумя руками полезла в приготовленные блюда и некоторое время сосредоточенно жевала, время от времени стреляя глазами по сторонам. Отсутствие Гайны ее, наоборот, обрадовало: старшая невеста вызывала в Сорке чувство безотчетного раздражения. Она была слишком умной, слишком спокойной, слишком серьезной и, как выяснилось, слишком преданной Ведущей.

– А он что тут делает? – внезапно воскликнула она, ткнув пальцем в худощавую фигурку в углу.

Сарла проследила взглядом за указующим перстом дочери.

– Льор нас развлекает, – ответила она. – Ты что, забыла?

– Нет, конечно! – натянуто улыбнулась Сорка. – Просто я не думала, что сейчас…

– А что тебя смущает? Сегодня девичник для тех, кто завтра будет присутствовать на церемонии выбора. Вот твои подруги-невесты, а вот, – она указала на стайку совсем юных девушек, которые робко жались друг к другу, сидя в окружении пожилых женщин, – их младшие сестры и будущие невесты, которые пришли вас поддержать. Сегодня праздник, а завтра…

– Церемония выбора завтра? – всплеснула руками Сорка. – Так скоро! Вовремя я…

– А что долго тянуть?

– Просто я еще не определилась с выбором, – потупилась Сорка.

Из-за головы дочери Сарла посмотрела на одну из пожилых женщин. Та нахмурилась и отрицательно покачала головой – девушка не лгала. Это несколько успокоило Ведущую, которая из-за родственной связи не могла проникнуть в мысли родной дочери и была вынуждена пользоваться чужой помощью.

– Ничего, милая, – мать потрепала дочь по плечу, – я тебе помогу. Завтра перед церемонией произойдет нечто, что поможет тебе определиться.

– Но я даже не знаю, из кого выбирать, – протянула девушка, и пожилая женщина опять покачала головой. Сорка опять не лгала.

– О, это очень просто! – Ведущая звонко рассмеялась и несколько раз хлопнула в ладоши. – Пусть перед нами предстанут женихи!

Оба юноши, бросив на Сарлу горящие взгляды, бросились выполнять приказ. Мужчин без особого разрешения на пир не допускали, так что сейчас их надо было сначала найти.

– А пока, – Сорка воспользовалась паузой, чтобы перекусить, – пусть Льор нам станцует!

Льор, сидевший на полу, выпрямился. С момента появления в зале Сорки он внимательно прислушивался к ее словам, исподтишка наблюдал за ее действиями и силился угадать, что происходит. Прошло несколько дней, а он так и не смог помочь Брехту – с него не спускали глаз. Каждая женщина-магри живо напоминала юному эльфу Видящих волшебниц с Радужного Архипелага, а про них иногда рассказывали жуткие вещи. Нет, кровь младенцев они не пили, но некоторые свои зелья изготавливали весьма странными способами, используя кровь, семя и жизненную силу мужчин-медиумов.

– Ты хочешь, чтобы он станцевал? – улыбнулась Сарла. – Хорошо… Эльф! Ты слышал?

– Да, госпожа. – Льор встал, одним движением скинул верхнюю одежду и обувь и прошел в центр зала. На несколько секунд его обнаженная фигурка застыла с раскинутыми руками – глаза полуприкрыты, лицо отрешенное, – а потом он начал легонько двигаться в такт музыке, которую слышал только он.

Постепенно, однако, звуки ее стали доступны и окружающим. Женщины с улыбкой следили за танцором, и вошедшие несколькими минутами позже женихи остановились как парализованные. Все, кто был в зале, впились взглядами в фигурку, танцующую в центре зала. Некоторые начали невольно покачиваться в такт, словно зачарованные.

…Сорка тихо встряхнула головой, прогоняя наваждение. Ох, а Льор не так-то прост! Все будто окаменели. А женихи-то! Девушка хихикнула. Надо же! Таращатся так, словно готовы хоть сейчас затащить эльфа в постель! И матушка одного из них хочет сделать ее мужем? Да фигушки! Уж лучше бледнеющий и теряющий сознание от высоты Брехт, чем кто-то из этих тайных извращенцев!

Подумав о матери, девушка скосила на нее глаза – и ахнула. Ведущая тоже подпала под действие магии танца. Во всяком случае, она сидела совершенно неподвижно, и лишь глаза бегали, следя за танцующим эльфом.

– Мама! – тихо позвала девушка. Нет ответа. – Мама, я кое-что хочу тебе сказать! – чуть громче произнесла Сорка. Опять никакой реакции. – Мама, я не хочу выходить замуж! Вообще никогда! Ни за кого! Я лучше со скалы брошусь! – Снова тишина. – Мама, я беременна!

И снова ничего. А ведь нормальная мать должна как-то отреагировать на подобную реплику из уст незамужней дочери! Уф, неужели ей повезло? И тут же Сорка увидела на поясе Ведущей… правильно, ключи! В том, что это не какие-нибудь ключики от кладовки с женским барахлом, девушка не сомневалась.

«Танцуй, Льор, танцуй! – мысленно взмолилась Сорка, вытирая внезапно вспотевшие ладони о подол платья. – Пусть они еще немного посидят как парализованные! Я должна успеть!.. Я только туда и обратно! Я быстро! Всего на полчасика!.. Ты только не останавливайся! А я тебя поцелую. Потом… Если захочешь!»

Сорку не волновала мысль о том, что она собирается обворовать родную мать. Разлученная с нею в детстве, девушка не испытывала к ней чувства любви и благоговения. Папа – милый, добрый, заботливый папа – вот кого она действительно любила. Терезий так на него похож… Сорка даже ущипнула себя. Неужели Терезий нравится ей больше, чем Брехт? Она же едва знает этого князя-полудракона! Но как бы то ни было, сейчас в беде оба. И надо сначала их выручить, а уж потом думать, за кого выходить замуж.

Связка из шести ключей протестующе звякнула, оказавшись в ее руке, и девушка не стала медлить. Все смотрели на Льора, и никто не заметил, как она тихо встала с подушек. Постояла немного, глядя на танцующего эльфа и стараясь поймать его взгляд. В какой-то миг глаза их встретились – и Льор неожиданно сбился с ритма, замерев на месте.

Сорка перестала дышать. Музыка замерла тоже. Еще чуть-чуть – и чары спадут, ведь вряд ли юный эльф колдовал намеренно и мог держать свои силы под контролем. Девушка подняла связку ключей и выразительно ими тряхнула – но за миг до того оцепеневшее было тело юноши пришло в движение. Он все понял и, ответив Сорке легким кивком ресниц, возобновил танец, на ходу меняя его ритм.

Он все понял! Льор! Настоящий брат, а не тот мальчишка, которого родила ее мать. Она и видела-то Карнара всего раз или два и не успела порядком с ним познакомиться. А Льор… Танцуй, эльф, танцуй! Продержись еще хоть чуть-чуть! Она только туда и обратно! Только отыщет замки, которые отпирают эти ключи, – и сразу назад!

Тягучая мелодия полилась в уши Сорке, но девушка не смотрела на танцора и потому осталась вне действия его чар. Вместо этого она, крадучись, проскользнула мимо пирующих, бочком протиснулась между оцепеневшими женихами и выбежала в коридор. Только бы у Льора хватило сил!

Шлепая разболтанными сандалиями по плитам пола, предсказатель торопился к Ведущей. Обеими руками он прижимал к груди хрустальный череп, стискивая его с нежностью и силой матери, спасающей из огня единственного ребенка, и на бегу поглаживал его грани, словно успокаивая. Старика била мелкая дрожь. Скорее! Ведущая должна узнать, что ему открылось только что.

Он издалека услышал протяжную мелодию и приостановился с раскрытым ртом. Ничего подобного он не слышал за всю свою долгую жизнь. Старик даже затряс головой, словно пытаясь избавиться от навязчивых звуков. В них таилась опасность! Предсказатель зажал пальцами те места, где у хрустального черепа могли быть уши, и прибавил ходу. Скорее предупредить, пока не поздно!

В пиршественном зале было многолюдно. Ведущая и ее гости: прислуга из числа неженатых мужчин, группа кандидатов в женихи и даже несколько случайно проходивших мимо мужчин и женщин-магри – все они, затаив дыхание, смотрели на танцующего юношу-эльфа. Глаза танцора были полузакрыты, лицо сосредоточенно-спокойно, каждое движение исполнено грации и такой красоты, что старик и сам невольно им залюбовался. В нем была какая-то особенная, магическая красота…

Магия!

Предсказатель опомнился, тряхнув головой.

– Кровь!

Ритм сбился. Мелодия тоже как бы споткнулась, и зрители одновременно вздрогнули.

– Кровь! Кровь! – Предсказатель кинулся в зал, потрясая хрустальным черепом. – Море крови! Реки крови! Бойтесь пролитой крови, ибо она…

Он рванулся прямиком к Ведущей, и юноша-танцор сделал движение в сторону, уходя с его пути, и, покачнувшись, нелепо взмахнул руками. Музыка взвизгнула последний раз и стихла, когда Ведущая вскочила одним прыжком.

– Что?

Глаза Сарлы метали молнии. Она ощущала только гнев: ей помешали досмотреть самый прекрасный танец в мире. Но предсказатель уже упал к ее ногам, потрясая черепом.

– Мы видели! – закричал он. – Мы все видели! Реки крови! Моря крови! Они текут! Текут сюда! Все реки текут, а эта течет сюда! Смотрите! Вон она! Она затопит нас всех! Спасайся кто может!

Он полез на помост, где расположилась Ведущая со своими приближенными, и попытался схватить ее за подол, но Сарла сбросила его руки:

– Прочь! Как ты смеешь ко мне прикасаться? Ты…

Но тут она замерла – случайно задев пояс, она не обнаружила висевшей там связки ключей.

Ведущая опустила взгляд. Ключей действительно не было! Может быть, она их обронила, когда вскакивала? Тогда Сорка должна была… Но и дочери рядом не оказалось!

Словно молния озарила темноту – Сарла внезапно все поняла.

– Ты! – Ее палец уперся в замершего Льора. – Взять!

Юноша сорвался с места, но после танца его слегка шатало и он нетвердо держался на ногах. Воинам ничего не стоило повалить эльфа на пол и подтащить к ногам Ведущей.

– Ты, – Сарлу душил гнев, – ты умрешь! Но сначала…

Так и не отдав приказа, какой смерти она хочет предать танцора, женщина сорвалась с места и выбежала из пиршественного зала. Эльфа будут охранять как зеницу ока, понимая, что его исчезновение еще больше разозлит Ведущую. Никуда он не денется. А ей надо остановить свою дочь. Сарла знала, какие замки отпирают те ключи. Она перехватит предательницу на месте преступления. А потом подумает, что делать с остальными.

Гайна так сосредоточенно терла о найденный острый камень ремень, стягивающий за спиной ее запястья, что даже вскрикнула от неожиданности, когда услышала голос Уртха:

– Что, красавица, надумала убежать?

– И ничего я не надумала! – Пленница гордо вздернула подбородок. – А почему ты решил, что…

– Услышал. У меня очень острый слух! А ну-ка…

Он подошел к Гайне и, развернув ее спиной к себе, внимательно осмотрел и даже пощупал ремень.

– Ничего страшного, красавица. – Он успокаивающе похлопал ее по плечу. – Продолжай работать и примерно через месяц ты справишься.

– Через месяц? – вытаращила глаза Гайна.

– Эта кожа выделана особым образом, – «успокоил» ее орк, – что придает ей эластичность и прочность. Кроме того, на нее наложено заклятие. Это ведь кожа дракона! Молодого инеистого дракона, совсем детеныша, взятая после первой линьки, когда зверь интенсивно растет!.. Как ни странно, кожа у детенышей прочнее, чем у взрослых, потому что малыши нуждаются в дополнительной защите…

Он замолчал, заметив, что девушка близка к обмороку. Нет, надо что-то делать со своей фантазией! Ну кто бы мог подумать, что она настолько впечатлительна! Впрочем, она тоже из племени драконов!

– Ну извини! – развел руками Уртх. – Наврал. Это не шкура детеныша. Это… э-э… Стой! Куда?

Гайна побелела, глаза у нее закатились, и она покачнулась. Уртх еле успел ее подхватить. Голова девушки запрокинулась. Старый орк знал только один способ приводить в чувство потерявших сознание девиц. И он немедленно им воспользовался.

– Ум-м-м-м…

Глаза девушки испуганно расширились. Она дернулась изо всех сил и, согнув ногу, коленом попыталась пнуть старого орка.

– Ого! – Уртх оторвался от своего занятия. – А ты горячая штучка!.. Мой тебе совет, – он ловко увернулся от второй попытки пленницы врезать ему ногами ниже пояса, – в следующий раз бей вот сюда. И резче! Резче! Именно бей, так, словно хочешь проткнуть стенку, а не толкай. Так ты только разозлишь насильника… Ну-ка, давай попробуем! Да чего жмешься?

– Что ты хочешь со мной сделать? – Девушка явно была сбита с толку. Так нормальные похитители себя не ведут!

– Как «что»? Хочу научить тебя основам самообороны. Не-эт, милочка, развязывать я тебя не буду! Ты мне пока еще нужна! Но на будущее пригодится… Итак, бить можно по-разному. И руки в этом деле не главное! Главное – ноги. И голова!

– Что? – вытаращилась Гайна. – Я должна бить… головой?

– Ага! А именно – лбом! Вот сюда, в переносицу! – Уртх показал. – Если к тебе кто-то полезет целоваться, можешь ударить его лбом в переносицу. Или укусить за губу. Клыки-то у тебя есть?.. Ну-ка, дай посмотрю! Открой рот пошире! Представь, что ты на приеме у цирюльника…

Сбитая с толку, Гайна подчинилась. А старый орк кивнул, довольный осмотром:

– Зубы в порядке. И кусайся посильнее – так, чтобы наверняка откусить часть губы…

– Откусить? Бэ-э-э, – Гайну передернуло от отвращения.

– А что? Жить захочешь – и не такое сделаешь!.. Ладно, красавица, нам с тобой по одной дорожке не идти, значит, хватит уроков.

– Ты… ты… – От возмущения, Гайна не нашла что сказать.

– Ты мне тоже нравишься, красавица, – Уртх послал ей воздушный поцелуй. – А у меня давно не было женщины. Так что имей это в виду!

– Но-но, – Гайна попятилась и, споткнувшись о камень, упала на пол, вскрикнув от неожиданности. – Не смей! Я тебя ударю!..

– Я тебе показал этот прием, красавица, и знаю, как от него защититься! – оскалился орк. – Но, повторяю, ты мне пока еще нужна!.. Церемония выбора уже завтра…

– Что? – вскрикнула Гайна. – Но как же? Насколько я помню, до нее еще четыре дня! Почему Ведущая торопится?.. Я должна быть там! Это очень важно!..

– Не беспокойся, красавица, – рассмеялся Уртх. – Ты там будешь!.. Правда, мы пойдем вместе!

– Что ты этим хочешь сказать? – насторожилась Гайна.

– Пока ничего, – усмехнулся своим мыслям старый орк.

Ждать пришлось долго. Если бы не военная подготовка, которую прошел Брехт, как любой орк его касты, он бы уже давно потерял терпение. Но воинов учили не только сражаться всеми видами оружия, но и терпению. Прикрыв глаза, он слился с камнем, дышал в одном ритме с камнями, стал камнем…

И заранее почувствовал вибрацию: к темнице кто-то шел. Судя по шагам, это был мужчина, явно не тюремщик. Значит, это он, его таинственный «посетитель»! Шаги замерли, на решетку упала тень, погрузив каменный мешок в еще больший мрак.

– Эй, гурх! Это я! Я пришел!

«Прямо как любовник на первом свидании!» – фыркнул Брехт. У него самого свиданий, как таковых, не было – не сложилось ни с кем прогуляться при луне, держась за руки! – и он не знал точно, как должны вести себя любовники при встрече.

– Гурх! Ты где?

«Где, где, – мысленно огрызнулся орк. – Тебе ответить, как Сорке, или правду?»

– Гурх!

Вспыхнул факел – таинственный посетитель пытался осветить каменный мешок. Но увидел лишь голые стены и кучу веток в углу, слишком маленькую, чтобы под нею мог кто-то спрятаться.

– Гурх? – Теперь в голосе слышалась паника.

Брехт заставил себя сидеть неподвижно: каменная магия надежно укрывала его от посторонних взглядов, но пропадала, стоило чуть пошевелиться. Даже слишком глубокий вдох разрушит непрочные чары. «Стать камнем» означало полную неподвижность. Хорошо, что воинов учат задерживать дыхание на целых три минуты!

– Куда он подевался? – От посетителя остро пахло потом.

А ты перенервничал, приятель! Ну еще бы! Кто-то прошляпил узника! Сейчас позовет охрану… Точно! Мужчина, бросив факел на решетку, кинулся за стражей. Брехт быстро перевел дух – выучка выучкой, но дышать тоже надо. Ждать пришлось несколько минут. За это время у него успели затечь ноги, но орк не шевелился: любое движение могло разрушить каменную магию, а снова восстановить ее вряд ли удастся. Он же не шаман, чтобы колдовать просто так! Вторая попытка может оказаться неудачной.

Чуть заметное подрагивание камня подсказало, что примчалась стража. Несколько мужчин-магри столпились у решетки, тыча в нее факелами.

– Куда он делся? Замок цел… Кто тут был последний раз? – слышались голоса. – Парат, ты отпирал камеру, когда… Нет! Как всегда, просунул все сквозь прутья! Да вы посмотрите на замок! К нему никто не прикасался!.. Правда. Как же он выбрался?

«Никак! – зло подумал Брехт. – И не выберется, если никто из вас не сунет сюда любопытный нос!»

– Смотрите, что это там? – взволнованный возглас раздался тут же, как будто дождавшись условного сигнала.

– Где? Где? Да не толкайся ты, дай посмотреть!.. Что вы там увидели?

– Нора! Здоровая такая крысиная нора!

Брехт еле заставил себя оставаться неподвижным – факелы светили теперь в тот угол, где он затаился.

– Точно! Там он и вылез!.. А я-то думал, чего он такой смирный? Вроде дикий горец, гурх, должен о стену головой биться и материться, а он… Подземный ход все это время копал!..

– Ой, плакали наши головы! Ведущая нас со скалы сбросит… А я еще собирался завтра на церемонию сходить… Схожу теперь – в клетке… Что же делать?

– «Что делать? Что делать?» Он не мог прорыть длинный ход! Надо лезть за ним! Сейчас он там, в тупике, как крыса! Нас много, выкурим!.. Ну или пойдем по следу. Если ничего не предпримем, нам же хуже будет!

Замок сбили, и в каменный мешок, подсветив себе факелом, спрыгнул магри. Тюремщик – Брехт опознал его по запаху. Осмотревшись, тот махнул рукой остальным – мол, давайте сюда! – и двинулся к «крысиному ходу».

Каменная магия хороша именно тем, что позволяет преследователям увидеть именно то, что они хотят увидеть, но совсем не там. То есть враги могут «обнаружить засаду», но в нескольких махах от того места, где орки затаились на самом деле. И магри до последней минуты видел именно лаз подземного хода…

До тех пор, пока Брехт не атаковал.

Этого типа ему пришлось убить голыми руками: дернув на себя, впечатать лбом в камень и без затей свернуть шею. После чего орк со всего размаха швырнул труп прямо на копья его спутников и сбил их с ног. Оставшийся наверху отчаянно завопил, ему на разные голоса вторили стражники – возникший словно ниоткуда орк расшвырял их, как котят. Выдернув копье из рук какого-то стражника, он всадил его в живот обезоруженному магри, лягнул пяткой другого так, что тот согнулся пополам и впечатался копчиком в противоположную стену, с разворота отбил еще одно копье и оглушил стражника ударом в висок, после чего прыгнул вверх.

Все произошло так быстро, что оставшийся снаружи не успел сообразить, что ему делать: то ли захлопнуть решетку и оставить узника добивать стражу, то ли бежать и звать на помощь. Он лишь испуганно вякнул, когда орк возник перед ним, подтянувшись на руках, и растянулся на полу от удара черенком копья в грудь.

Захлопнув решетку и заклинив замок древком копья, Брехт наступил ногой на грудь поверженного противника, наваливаясь всей тяжестью так, что у магри затрещали ребра.

– А теперь поговорим, – хищно оскалился орк.

«И все-таки я был прав! – думал он несколько минут спустя, вышагивая по коридору с трофейным копьем на плече и не менее трофейным ножом на поясе. То, что нож без ножен пришлось засунуть в проделанную для этой цели дырку в штанах, его ничуть не смущало. – Можно все сделать самому. Правильно мои предки поступили, когда несколько столетий назад отказались от богов! Мы сами с усами! Вот так-то, Гэхрыст!»

А? Что? Где?.. Уф, это ты? А я тут, понимаешь, задремал немного…

От неожиданности Брехт пропустил поворот и врезался лбом в стену, так что вместо ответа он некоторое время потратил на то, чтобы вспомнить весь свой запас ругани.

Гэхи!.. Ты? – поинтересовался он, пройдясь по «списку» сверху донизу.

А почему так фамильярно? – обиделся бог войны. – Ты помнишь, кто ты и кто я?

Представь себе, нет! – разозлился Брехт. – Я тебя на морском берегу звал-звал, а ты… Какого гоблина ты молчал тогда?

А такого! Ты там никого не убил, вот какого! А я, да будет тебе известно, отзываюсь только на жертвоприношение! Вот свернул бы кому-нибудь шею или хотя бы ранил серьезно – и я тут как тут! Нет, ты только синяков наставил да пару-тройку конечностей сломал! Это не считается!

А теперь что?

А теперь мы имеем три прекрасных свежих тушки. – Бог причмокнул губами. – И вкусные души, мм… Так что готов к сотрудничеству. Чего просить-то хочешь?

Погоди-погоди, – Брехт припомнил свой побег, – какие три тушки? Я помню две – один со сломанной шеей и один проткнут копьем!

А третий тот, которого ты «приласкал» кулаком в висок, но немного не рассчитал силу и проломил череп! Три трупа – три желания! Но имей совесть: я все-таки пробудился совсем недавно и еще не вернул себе полную силу!

Брехт покачал головой и хмыкнул. По его разумению, боги должны общаться со своими последователями как-то иначе. Менее… приземленно, что ли!

А я – как ты! – прочел его мысли Гэхрыст. – Не забывай, что мы, боги, во многом зависим от тех, кто в нас верит. Боги не только влияют на судьбы людей и нелюдей – они со временем сами подвергаются влиянию и приобретают многие черты, свойственные тому народу, который им поклоняется… Пока ты – мой единственный почитатель, и я перенимаю черты твоего характера. В основном те, которыми ты нечасто пользуешься. Так сказать, чего добру-то пропадать!.. Так что насчет трех желаний?

Во-первых, мое копье, – Брехт загнул один палец, – твой подарок все-таки…

Оно к тебе вернется! Чуть позже! Раз!

Во-вторых, мне нужно… э-э… ну в общем, нужен план действий и… Уртха, насколько мне выболтал тот магри, так и не нашли…

Намек понятен. Продолжай движение прямо, никуда не сворачивая, и все тебе будет. Два!

А как с планом?

Сам думай! Если придумаешь хороший план, выиграешь сражение. Если плохой – проиграешь, только и всего!.. Так какое третье желание?

На счастье Брехта – или несчастье бога, тут как посмотреть, – у молодого орка было нормальное детство, когда ему сначала мама и бабушка, а потом и дядя-шаман рассказывали сказки. Многие из них были поучительными – дядюшка вообще других не знал и каждую завершал лекцией о том, как можно применить полученные знания на практике. Поэтому, немного подумав, Брехт ответил:

А с третьим я определюсь, когда исполнятся два первых! Так что будь поблизости!

Бог ответил маловразумительной тирадой на древнем языке, но Брехт предпочел считать это знаком согласия, а не признаком того, что его столь оригинально и витиевато обложили. Все же некоторые выражения он решил запомнить – авось пригодится.

«Боже, ты материшься – значит, ты попал!» – подумал он весело и прибавил шагу.

Идти прямо и никуда не сворачивать оказалось делом простым. Настолько простым, что Брехт даже ненадолго расслабился и, споткнувшись, со всего размаха врезался лбом в стену. От неожиданности он выдал кое-что из словарного запаса своего бога. Во всяком случае, такие заковыристые выражения описывали его настроение лучше всего.

– А твою-то на… и в… и через… перед…! – подвел он итог своей речи, поднимаясь на ноги. – И куда это меня занесло?

Странный шорох заставил его покрепче вцепиться в трофейное копье.

– Куда надо, туда и занесло, – проворчал смутно знакомый голос, но, прежде чем молодой орк вспомнил, где его слышал, острое орочье обоняние уже подсказало остальное.

– Уртх!.. А… твою-то мать в корыто…

– Мог бы и повежливее! Все-таки это моя мама, – проворчал старый шаман.

– Да я того… копье на ногу уронил, – смутился Брехт, наклоняясь за трофейным оружием. – Вот и не сдержался…

– Охотно верю, – фыркнул Уртх. – Ты здесь откуда?

– Заблудился, – выдал Брехт самую короткую версию.

– А, ну тогда ладно! Заходи, гостем будешь. – Старик посторонился, пропуская молодого соплеменника в крошечный закуток под лестницей. Завалы камней с боков надежно скрывали его от постороннего глаза. Правда, и темнота тут царила соответствующая, но бывший шаман успел обустроить временное жилище, так что источник света – масляная лампа – здесь имелся.

Переступив порог и прислонив копье к стене, Брехт с чувством обнял Уртха. Присутствие старика действовало на него как нельзя лучше. Все-таки орки – общественные существа, как ни крути!

– Вы еще поцелуйтесь! – неожиданно раздался недовольный женский голос.

От неожиданности Брехт отпрянул. Из угла на него сердито смотрела девушка-магри. Глядя на нее, можно было подумать, что это она тут хозяйка, а остальные просто так, мимо проходили. Впечатления разгневанной домохозяйки, обнаружившей под окном толпу пьяных подростков, не портили даже связанные за спиной руки.

– А что она тут делает? – насторожился Брехт, который сразу узнал Гайну.

Уртх смутился, как пожилая уборщица, впервые в жизни обнаружившая под столом забытую сослепу пылинку.

– А мешается, – выдал он, пряча глаза.

– Мешается? – задохнулась Гайна. – Да я тебя, гурх, если хочешь знать…

– Помолчи, женщина! – рявкнул старик.

– Я еще девушка! – немедленно парировала та.

– Это мы можем сейчас исправить!.. Она вообще-то заложница, – объяснил Уртх. – Так, на всякий случай. Через несколько часов состоится церемония выбора, и нужно иметь в запасе пару аргументов, чтобы со мной считались… Кстати, мы сейчас будем разрабатывать секретные планы, а ты можешь их подслушать! – Последняя реплика была адресована Гайне.

– Ой, было бы что подслушивать! – презрительно скривилась та. – Знаю я, какой у вас может быть план – улучить минуту, ворваться и всех перебить!.. Что, не угадала?

– Нет, – оскалился Уртх и, повернувшись к Брехту, вздохнул: – Я только что вернулся с разведки – где подслушал, где вынюхал… В общем, Льора взяли.

– Что? – не понял молодой орк. – А он-то тут при чем?

– Я сам ничего не знаю. Слышал краем уха, что у Ведущей пропало кое-что ценное. И все подозревают именно твоего эльфа – мол, это он своей магией усыпил Ведущую и украл сию ценность.

– Льор не мой! Он сам по себе, – отрезал Брехт. – Но о какой ценности идет речь?

– О чем-то очень и очень важном, раз кругом бродят одни только слухи. Будь это украшение или – хм! – девичья честь, – из угла донеслось презрительное фырканье, – вряд ли кто-то стал так волноваться. Не-э-эт, пропало нечто весьма важное, раз Ведущая хранит молчание и позволяет всем строить фантастические предположения. Но – странное дело! – на подготовку к празднику это не повлияло! Более того – его решили ускорить!