Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-11". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Джон Карр

Соавторы: Уолтер Мосли,Дженни Кир,Ли Тонгон,Брит Бильдёэн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 113 (всего у книги 140 страниц)

– Вот и славно. Вот и сла-а-авно. – Ли Чинсу шутливо растягивает слова. Дальше он рассказывает о Ким Тхэуне. Ким Тхэун – мой ровесник. Учился за границей, вернулся в Корею несколько лет назад. Парень жадный и амбициозный, но силенок, мозгов и удачи не хватает. Ким Пхильчжон его не признал, и сейчас он прозябает на должности начальника отдела продаж. Ли Чинсу объясняет, что сын председателя, который в двадцать семь лет работает начальником отдела где-то в провинции Кёнги, должен быть полон комплексов и жажды мести, так что он точно согласится.

– Стоп. А нам не выйдет боком работа с таким бездарным человеком? – прерываю я его.

– Я все продумал. Во-первых, Ким Тхэун – единственный оставшийся сын Ким Пхильчжона. Я сказал, что он бездарен, но он не полный идиот. Просто не пришелся отцу по вкусу. Все-таки устроиться в «Тэчхон» без связей и дослужиться до начальника отдела в двадцать семь лет – это показатель определенного ума.

Ли Чинсу кладет руки на руль. Я киваю. Судя по всему, проблем быть не должно.

– Тогда я позже с вами свяжусь. А сейчас идите домой.

Ли Чинсу улыбается, завершая встречу.

– Да.

Коротко и сухо отвечаю и выхожу из машины. Машина бесшумно уносится сквозь дождь. Я стою под зонтом, ожидая светофора, и погружаюсь в мысли.

Мне не нравится весь план Ли Чинсу…

Машина Ли Чинсу сдает назад и снова останавливается передо мной. На миг пронзает нелепая мысль: он что, читает мои мысли? Окно опускается. Салона не видно. Я не наклоняюсь, просто смотрю на пустое пассажирское сиденье.

– Господин Чонхёк, забыл кое-что сказать. Не вздумайте меня убивать. Один мой звонок – и через три дня вы труп. Не делайте глупостей и не выкидывайте фокусов. Стоит мне что-то заподозрить – я сразу позвоню.

Ли Чинсу снова трогается с места.

– Ха… тварь, – выплевываю я от абсурдности ситуации. Убивать я его и не собирался, так что просто пропустим это мимо ушей.

Возвращаюсь к прежним мыслям. План Ли Чинсу мне совсем не по душе. Риск огромен, а вероятность успеха ничтожна. Точнее – это невозможно. Кто согласится примкнуть к человеку, который пришел сказать, что убьет его отца? И даже если отбросить это – можно ли доверять человеку, которого отец счел никчемным? Можно ли с таким идти на это опасное дело? Мыслей рой. Но я ничего не могу изменить.

Загорается зеленый, перехожу дорогу. Я предам Ким Пхильчжона. И так ему не верил, а другого выхода из этого шаха, который мастерски поставил Ли Чинсу, нет.

Я дома. Носки немного промокли; снимаю их и сразу на матрас. Пью воду из почти пустой бутылки. Пытаюсь привести мысли в порядок. Проблема есть – надо искать решение.

Минут десять я думал. Итога нет. Звучит глупо, но его нет. Все, что я могу, – это сидеть тихо, не попадаться Ким Пхильчжону и слушать Ли Чинсу. Это единственный реалистичный вариант. Ли Чинсу сказал, что свяжется со мной, так что буду ждать.

– Фух… ладно.

Выдыхаю все сомнения. Иду мыться. Освежившись под холодной водой, выхожу из ванной; на душе стало чуть спокойнее. Нужно быстрее уснуть. Если мысли снова закружатся – прощай сон. Быстро ложусь и проваливаюсь в забытье.

Просыпаюсь как в тумане. Я ведь точно крепко спал. Но мне приснился кошмар, как из темноты выпрыгивает Ким Пхильчжон и убивает меня. Во рту пересохло, мочевой пузырь полон, нужно срочно в туалет. Стою перед унитазом, спустив штаны. Из-за яркого света в ванной один глаз прищурен. Стоит закрыть и второй – и я усну. Шум проливного дождя, звук струи, бьющей в воду, и… стук мужских каблуков. Глаза распахиваются.

Который час?

Не знаю. Но точно глубокая ночь. Кто может ходить в туфлях в такую темень под ливнем? На втором этаже, где я живу, офисных работников нет. И некому тут ходить в туфлях.

Прерываю процесс, быстро натягиваю штаны. Тихо иду к прихожей. Ступни липнут к полу с характерным причмокиванием, а звук шагов в туфлях становится все ближе. Сквозь шум дождя он слышен отчетливо.

Неужели начальник охраны?

Нет. Он мертв.

Взять нож?

Нет. Кровь разлетится.

Палку?

Сейчас под рукой ничего подходящего нет. Ладно. Буду драться голыми руками. Если не застанут врасплох, я в себе уверен.

Звук шагов проходит мимо моей двери. Судя по размеренности, человек не пьян. Звук доходит до конца коридора и начинает возвращаться. Я пригибаюсь, концентрируясь на звуке. Но шаги без остановки уходят вниз по лестнице и стихают.

Просто ошибся адресом? В такую рань под ливнем?

Ерунда какая-то.

Тогда подручный Ким Пхильчжона?

Это уже логичнее. Но даже если так – я ничего не могу сделать. Возможно, Ким Пхильчжон следит за мной. А значит, он может знать о встрече с Ли Чинсу.

Может, позвонить ему завтра? Но под каким предлогом?

Внезапный звонок будет подозрителен. Нет, нужно позвонить прямо сейчас и сказать, что я встретил прокурора Ли Чинсу. Следит он за мной или нет, – я должен позвонить.

Сколько времени?

Выпрямляюсь, проверяю время на телефоне, лежащем на матрасе. На часах 06:23 утра. Не так уж и рано, но для звонков время не совсем подходящее. И все же я должен. Беру раскладушку, которая всегда на зарядке в углу, и набираю Ким Пхильчжона. Неважно, возьмет он трубку или нет. Важен сам факт звонка.

Идут гудки. Тревожные гудки без всяких мелодий. Проходит время, трубку не берут. Я уже собрался было закрыть телефон, как связь установилась.

– Алло? – говорю я пересохшими губами.

– Да, я как раз собирался тебе звонить, хорошо, что набрал. – Голос Ким Пхильчжона. Это не голос человека, который только что проснулся. И он как раз собирался звонить?

– Ты встречался с прокурором или полицией?

Резкий голос Ким Пхильчжона полоснул по сердцу. По телефону трудно считать эмоции, но я отчетливо чувствую, что он не рад. Теперь ясно одно: Ким Пхильчжон за мной следит. А значит, его точно нужно убить. Он меня не отпустит.

– Да. Поэтому я и звоню, – говорю я без запинки. Я предполагал, что он может знать о встрече. Но когда это подтвердилось, нахлынул страх смерти.

– Тогда почему ты не сказал сразу, а звонишь только сейчас? – От вопроса Ким Пхильчжона перехватило дыхание. Но отвечать нужно мгновенно. Думать некогда. Запнусь – и я труп.

– Ничего особенного не произошло. Думал, говорить или нет, но в итоге решил, что должен сообщить, вот и позвонил.

После моих слов Ким Пхильчжон молчит. Если я начну оправдываться или добавлять лишнего – будет подозрительно. Поэтому я тоже молчу.

– Ладно. И что он говорил?

– Прокурор заподозрил во мне похитителя Ким Сонгука. Нашел меня через дело вашего сына, ну и ткнул пальцем в небо, по интуиции. Шантажом заставил встретиться. Но у него нет ни зацепок, ни улик, так что в итоге ничем и не кончилось.

– И имя этого парня знаешь?

– Ли Чинсу. Кажется, из прокуратуры Центрального округа.

Неважно, настоящее это имя или нет. И неважно, знает ли о нем Ким Пхильчжон. Если этот человек пришел ко мне с планом убрать Ким Пхильчжона, он должен был все предусмотреть. А если нет – Ким Пхильчжон сам с ним разберется. В любом раскладе я не особо проигрываю.

– Ли Чинсу. Ладно, понял. Будь осторожен. Если что – звони сразу.

– Хорошо.

Связь обрывается. Ким Пхильчжон за мной следил. Вроде пронесло? Да, пронесло. Буду сидеть дома и ждать вестей от Ли Чинсу. Снова падаю на матрас. Пока на душе спокойно. Напряжение ушло, тело расслабилось. Глаза медленно закрываются, и сон накрывает меня.

Глава 7. Злой рок

– Господин Чонхёк, вы все записали?

– Да.

Связь обрывается. Спустя неделю прокурор Ли Чинсу вышел на связь, и мы только что закончили телефонный разговор. Время нашей следующей встречи – завтра в три часа утра, место встречи я только что записал на бумаге. Район, название которого я слышу впервые. Поискав в интернете, я понял, что это место, где живут бедняки. Лунная деревня? Тесовый поселок?[73] 73
  Лунная деревня, Тесовый поселок – названия трущоб в Южной Корее.


[Закрыть] Я и не знал, что в Сеуле есть такие места. Впрочем, встреча в таком месте логична. Там наверняка мало камер видеонаблюдения и немного людей.

Сейчас десять часов вечера, до назначенного времени осталось пять часов. За это время я должен наметить путь, по которому доберусь туда незамеченным. Дороги я знаю так хорошо, что мог бы ориентироваться с закрытыми глазами. Проблема в пути непосредственно до места встречи с прокурором Ли Чинсу… Время есть, так что составлю маршрут поскорее.

В течение двух часов я сидел неподвижно, открыв интернет-карту и прокладывая путь. Не знаю, будет ли это идеально, но после того, как я покину свой район, найти меня будет трудно. Время как раз перевалило за полночь. До места встречи нужно идти пешком, так что если я выйду сейчас, то едва успею добраться вовремя.

Одеваюсь во все черное. Натягиваю кепку поглубже на голову. Разумеется, черную. На запястье вешаю складной зонт. Первым делом нужно выйти из дома так, чтобы не попасться. У входа в мою студию камер нет, но люди Ким Пхильчжона наверняка следят за мной. Поэтому я выбрал способ: спуститься вниз по водосточной трубе, перелезть через забор и выйти через соседнее здание. С трех сторон мой дом зажат другими зданиями, так что, как бы ни следили снаружи, если я выйду через балкон, меня не заметят.

Выключаю свет в комнате и встаю у перил балкона. Снаружи хлещет ливень. Потоки воды, проходя через водосток, издают дикие грохочущие звуки. Встав вплотную к перилам, я хватаюсь за прикрепленную к стене трубу и трясу ее. Она качается довольно пугающе. К тому же она скользкая. Спуститься по ней никак не получится.

Что же делать?

Смотрю вниз через перила. Прыгать просто так кажется слишком высоко. Честно говоря – не уверен. Из-за темноты земли совсем не видно. Все же продолжаю всматриваться. И тут замечаю что-то белое – внешний блок кондиционера на балконе этажом ниже. Меня озаряет мысль: нужно ухватиться за перила и спрыгнуть на этот блок. Отлично! Судя по тому, что света у соседей нет, они либо спят, либо ушли.

Я перелезаю через перила, удерживая вес тела только кончиками пальцев. Скользко. Одна ошибка – и я сорвусь. Медленно перемещая руки ниже по перилам, приседаю. Затем, крепко ухватившись за основание перил, свешиваю одну ногу. Затем вторую, и повисаю на руках. Повернув голову вбок, смотрю вниз. Ничего не видно, а из-за дождя, льющего на голову, трудно даже открыть глаза. Капли разбиваются о макушку. Снова поднимаю голову и стараюсь выровнять дыхание. Только что промелькнула мысль: план с прыжком на кондиционер был ошибкой. Он может не выдержать меня при падении с такой высоты.

Тогда что?

Если предположить, что высота одного этажа около двух метров, то расстояние от моих пяток до земли сейчас примерно полтора. Вполне можно прыгать. Понемногу перебирая руками, смещаюсь в сторону. Снова наклоняю голову и смотрю вниз. Бледное белое пятно осталось в стороне. Хорошо, теперь можно. Но руки, намертво вцепившиеся в перила, не слушаются. Страшно. По-настоящему страшно. Внизу – скрытая тьмой бездна, перила скользкие от дождя, а силы в пальцах начинают иссякать. Сомнение за сомнением. Я действительно не могу разжать руки. В такие моменты есть один способ. Просто отпустить их, ни о чем не думая.

Чувство такое, будто я падаю с обрыва в бесконечность. Накатывает предельный ужас. Я чуть не закричал, но, стиснув зубы, собрался. Едва почувствовав землю под ногами, сразу присел и перекатился через спину. Тело с силой ударилось о грязную землю. Ударившись головой, я совершил пару кувырков. В голове загудело, спина крепко приложилась, но я в порядке. Тут же поднимаюсь. Стряхивая грязь с головы и спины, пускаюсь в путь. Колени целы. Но лодыжки получили приличный удар. Вроде не вывихи и проблем нет, просто временная боль.

Снова глубоко вздыхаю и бегу изо всех сил. Бросаюсь к соседней стене. Просовываю четыре пальца между верхними рядами кирпичей и удерживаюсь. Шаркаю ногами, висящими в воздухе, по мокрой стене в поисках опоры. Носок цепляется за маленькую щель, я упираюсь и выталкиваю тело вверх. Быстро вынимаю пальцы из проема в кладке, хватаюсь за верх стены и подтягиваюсь. Мои старые тренировки наконец-то принесли плоды. Обняв подмышками край стены, перемахнуть через нее уже легко. И вот, перепрыгнув стену, я раскрываю зонт и спокойно выхожу за пределы территории зданий.

Людей нет. На обочинах припарковано много машин. Дождь льет такой, что ничего не разобрать. Стекла всех припаркованных машин наглухо тонированы, так что внутрь не заглянуть. Просто прохожу мимо. Сворачиваю к переулкам и направляюсь к месту, которое указал прокурор Ли Чинсу.

Время – 02:42 ночи. Перед глазами крутой подъем. Где-то на этой горе находится нужное место. Под мигающим уличным фонарем дождевая вода стекает по крутому склону, рисуя волны. Вдоль подъема теснятся разные покосившиеся домишки. В основном это старые забегаловки, хозяйственные лавки и места, торгующие всякой всячиной. Разумеется, в такой час ни в одном окне не горит свет.

Наклонив зонт к лицу, я поднимаюсь по склону. Я шел без отдыха несколько часов быстрым шагом, к тому же не спал, так что тело налилось свинцом и устало. С каждым шагом дыхание становится все тяжелее. Одежда уже насквозь промокла, а внутрь штанов попали грязь и песчинки, которые я подцепил при падении, и теперь они противно трутся о кожу. Во время этого изнурительного восхождения я замечаю вывеску:

«Гриль на у… и брикетах»

От одного слова осталась лишь первая буква, остальные стерлись от времени. Вероятно, там было написано «на углях». Отвожу взгляд от вывески и смотрю на вход в разваливающееся заведение. Раздвижная дверь в деревянной раме, в которую кое-где вставлены квадратные стекла. Окна темные. Но выглядят неестественно. Будто изнутри их заклеили черной бумагой. Подтверждая мою догадку, сквозь щель в двери пробивается слабый свет. Точно. Это здесь.

С силой открываю скрежещущую дверь. С потолка свисает лампа накаливания, под ней стоят круглый стол с дыркой посередине (какие бывают в мясных ресторанах) и три цилиндрических табурета. И двое мужчин, сидящих на табуретах, смотрят на меня с изумлением.

Мужчина в черных брюках и тонком сером пиджаке. Он опустил голову, поэтому я не сразу его узнал, – это прокурор Ли Чинсу. Рядом с ним сидит человек в костюме, несмотря на глубокую ночь и ливень. Волосы уложены, но со временем слегка растрепались. Лицо пухлое, белая рубашка выпирает на животе. Значит, это и есть Ким Тхэун. Выглядит как дилер подержанных авто из Инчхона[74] 74
  В Корее «дилер подержанных машин» (особенно из Инчхона) – тип сомнительного вульгарного субъекта, который носит дешевые вещи с претензией на роскошь.


[Закрыть], но все же – старший сын «Тэчхон».

Я складываю зонт и бросаю его на пол. Закрываю распахнутую дверь, отряхиваю мокрые волосы и вытираю лицо от дождевой воды.

– О-о-о, – протяжно сказал он, – господин Чонхёк. Идите сюда, садитесь. Мы как раз собирались начать разговор, вы пришли в самый подходящий момент.

Снова этот вкрадчивый тон Ли Чинсу, и сегодня он раздражает еще сильнее. Я зачесываю влажные волосы назад и подхожу к столу. Сажусь на единственный свободный табурет.

– Это тот самый господин Ким Тхэун, о котором я говорил. Человек, который скоро станет председателем.

Ли Чинсу добавляет дежурную улыбку и указывает на Ким Тхэуна. Я смотрю на него и просто киваю в знак приветствия. Почему-то мне претит здороваться с ним вежливо. Ровесники, а этот старший сын прозябает на должности начальника отдела, потому что его таланты не признали. Ха! Смехота. Ким Тхэун оглядывает меня с ног до головы и, ничего не сказав, резко отворачивается.

– Я-то думал, ты притащишь кого-то вроде Вон Бина[75] 75
  Вон Бин (наст. имя Ким До Чжин; род. 1977) – известный корейский актер; в фильме «Человек из ниоткуда» играет бывшего спецназовца, который вынужден сразиться с бандой.


[Закрыть] из фильма «Человек из ниоткуда», а ты привел какого-то грязного нищеброда?

– Что? Нищеброда?

От обиды я не смог сдержать слова, вырвавшиеся сами собой.

Я на миг подумал, что ослышался. Я измотан, устал, промок до нитки и не в лучшем расположении духа, и услышать такое оскорбление прямо в лицо… у меня чуть глаза кровью не налились. Но нужно терпеть.

– В любом случае сейчас я изложу свой великий план, – заговорил Ли Чинсу, разбивая ледяную атмосферу.

Его точный план был таков: я должен убить людей, которые являются препятствием, включая влиятельных кандидатов на пост следующего председателя «Тэчхон». При этом я должен оставить улики так, чтобы выставить Ким Пхильчжона убийцей. Тогда прокурор Ли Чинсу заимеет повод, возьмет полномочия на расследование и вместе с полицией арестует Ким Пхильчжона. После этого Ким Тхэун займет пост председателя и прикроет все угрозы, касающиеся меня. Разумеется, Ким Пхильчжон должен будет умереть, для чего следует имитировать несчастный случай.

Я вижу в этом плане кучу дыр, многое звучит неубедительно, но сказать мне особо нечего. Слова Ли Чинсу всегда были полны изъянов. Глядя на Ким Тхэуна, я вижу, что и он не в восторге.

– Как вы понимаете из плана, у Ким Тхэуна здесь самая важная роль. – Ли Чинсу смотрит на него.

– Понимаю. План вроде неплохой, но что именно я должен сделать для этого ублюдка? – Ким Тхэун косится на меня. Этот пренебрежительный взгляд и то, что он с самого начала называет меня ублюдком, раздувают мой едва утихший гнев. Хочется прямо сейчас встать и выколоть ему глаза. С этими чувствами я сверлю его яростным взглядом.

– Сейчас у председателя есть компромат на господина Чонхёка. Это значит, что, если у председателя возникнут проблемы, жизнь господина Чонхёка окажется под угрозой. Поэтому я считаю, что если вы, господин Тхэун, займете пост председателя, то сможете в какой-то мере решить эту проблему.

– Ну… это возможно. – Ким Тхэун вскидывает брови, глядя на меня. Весь его вид и тон говорят: «А оно мне надо?» Он мастерски играет на моих нервах. Мое терпение на исходе.

– Чего вылупился? Ко мне что-то прилипло? – вырывается у меня невыносимое раздражение. Услышав это, Ким Тхэун издает издевательский смешок.

– Итак! Господин Тхэун составит полный список людей, которые ему мешают, и передаст его мне, а с остальным я разберусь сам.

Прокурор Ли Чинсу хлопает в ладоши, снова разряжая похолодевшую обстановку. Он переводит взгляд с меня на Ким Тхэуна. Мне сказать нечего, поэтому я просто киваю.

– Кресло председателя не достается просто так, если тупо убивать людей. Мне нужны люди, которые поддержат меня с тыла, чтобы я мог быстро взойти на пост. То есть мне нужно создать свою фракцию, группу сторонников. Не знаю, понимаете ли вы, но это дело сложное и долгое.

Ким Тхэун говорит это, глядя на Ли Чинсу. Этот его поучающий тон… Реально хочется его пришить.

– Людям с плохими мозгами это, наверное, трудно понять? – Ким Тхэун усмехается и мельком глядит на меня.

– Какого хрена ты с самого начала нарываешься?!

Теперь я уже выплевываю ругательства, готовый к драке. С того момента, как мы трое встретились здесь, мы все уже поставили свои головы на кон. А значит, Ким Тхэун не может сейчас все переиграть и настучать отцу. Точнее, если он только дернется, – я его убью.

Все замерли. Ли Чинсу смотрит на меня широко раскрытыми глазами, как удивленный кролик, а на лице Ким Тхэуна написано крайнее неудовольствие.

– Что? «Какого хрена»? Похоже, зря я ввязался в работу с этим заводским отребьем.

На слова Ким Тхэуна я сжимаю кулаки. Еще хоть одно слово из этого рта – и я вскочу и ударю.

– Эй-эй, ну что вы. Драться будете потом, когда закончим большое дело, а сейчас давайте каждый хорошо делать свою работу. Я не работаю с бездарями и теми, кто не умеет делать дело. Я работаю только с теми, кого признал. И вы ведь понимаете: если мы здесь разойдемся – подохнем все.

На слова Ли Чинсу мы с Ким Тхэуном отводим взгляды. Он прав: если между нами начнется разлад, Ким Пхильчжон прикончит всех. Я горько выдыхаю и снова зачесываю намокшие волосы назад. После этого Ли Чинсу кратко резюмирует: Ким Тхэун собирает сторонников и составляет список целей, после чего мы встретимся снова. Все встают со своих мест. Ким Тхэун выходит через заднюю дверь здания. Я – через переднюю, через которую вошел. Прокурор Ли Чинсу говорит, что останется ненадолго – прибраться здесь.

– Господин прокурор, давайте поговорим, – говорю я, останавливаясь у выхода, когда Ким Тхэун окончательно скрылся.

– Да, слушаю вас.

– Вы знаете, в каком районе находится прокуратура города Куам? – спрашиваю я, садясь рядом с ним. Хоть мы уже давно в одной лодке, я все еще ему не верю. Его прошлые объяснения не показались мне убедительными, все звучало как ложь. И кажется, я прав: Ли Чинсу не находит ответа на мой вопрос. Он лишь посылает мне колючий взгляд.

– Если честно, как вы узнали, что Ким Сонгука убил я? Ваши байки про подозреваемых по делу второго сына и «везение» – это же бред собачий.

На мои слова Ли Чинсу всем телом поворачивается ко мне:

– Господин Чонхёк, неужели вы действительно считаете себя безупречным? Вам в голову не приходило, что Ким Пхильчжон в какой-то мере подчищал за вами хвосты?

Ли Чинсу начинает с вопроса, который лишь усиливает мои тревожные сомнения и путает мысли.

– Вы ведь знаете, что сейчас преступников ловят даже по чешуйке кожи или капле слюны?

От его слов у меня во рту пересохло.

– Мне обидно, что вы до сих пор во мне сомневаетесь. Я ведь в прошлый раз даже довез вас до больницы.

Ли Чинсу улыбается в конце фразы. На этих словах мое лицо каменеет, а губы начинают дрожать. Внезапно Ли Чинсу взрывается смехом. Он снимает комок пыли, прилипший к моему плечу.

– Эй, ну это же шутка. Просто решил проверить. Прокуратура, 4-й микрорайон Куама. Напротив перекрестка с «Бургер Ван»[76] 76
  Игра слов: ван – корейский аналог короля.


[Закрыть]. Господин Чонхёк, вы невыносимы. Пожалуйста, поверьте мне. Все будет хорошо. – Ли Чинсу с добродушной улыбкой сжимает и разминает мое плечо.

– То… про больницу…

– Шутка! Это была шутка. Чего вы такой серьезный? Время позднее, давайте расходиться.

Ли Чинсу в шутливой манере заставляет меня встать. История с больницей… Ладно, отложим это на время и встаем. Теперь придется просто верить Ли Чинсу. И все же в этот раз в его словах тоже слишком много лжи.

Я подбираю брошенный на пол зонт, раскрываю его и иду под гору. Дождь ослаб. Но лить продолжает так же. Спуск закончился, снова ныряю в переулки. Устал. Прошло около получаса, когда зазвонил телефон – прокурор Ли Чинсу.

– Ах, кстати, господин Чонхёк, я забыл сказать кое-что. Не берите в голову то, что наговорил Ким Тхэун. Не держите на него зла, понимаете? Я поговорю с ним. В будущем постарайтесь быть осторожнее друг с другом. Если мы разругаемся – реально подохнем все. Поняли?

Прокурор Ли Чинсу напомнил мне о Ким Тхэуне, о котором я уже успел забыть. Сразу вспомнился этот его мерзкий голос, нахлынуло раздражение.

– Да, – сухо отвечаю я.

– Вот и славно. Берегите себя. Я свяжусь позже.

Звонок обрывается. Он только сильнее разбередил обиду на Ким Тхэуна.

Дома я был в семь утра. На этот раз забрался на балкон, наступив на блок кондиционера на первом этаже. Устал. Смертельно устал. Чувствую себя так, будто вернулся в армейскую казарму после ночного марш-броска. Хочется немедленно лечь. Нет сил даже помыться. Просто скидываю одежду и падаю на матрас. Все тело саднит: пах, подмышки, бедра. Похоже, мокрая одежда прилипла к телу, и песок, попавший внутрь, стер кожу до крови. Впрочем, плевать. Сначала сон.