Текст книги ""Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"
Автор книги: Валентин Леженда
Соавторы: Антон Федотов,Алексей Губарев,Олег Мамин,Павел Смолин,
сообщить о нарушении
Текущая страница: 177 (всего у книги 347 страниц)
Глава 16
История из интерната
От заполнения рапорта я кое-как отмазался. Мол у меня отпуск, командировка секретная, так что не хочу мелькать своей должностью. Поэтому всю пленённую братию забрал с собой дежурный маг – лейтенант, обладатель второго круга.
Я же на всякий случай вызвался сопроводить до места, куда обычно определяют оборванцев. С одной стороны – вроде как помощь стражнику, а с другой – у меня имелась корыстная цель. Хотел узнать, кто же забирает чужаков.
Сначала я был уверен, что в этом заинтересовано министерство. Затем, когда мы миновали двухэтажное здание из серого камня, подумал о представительстве граничников. Пояснение дал лейтенант, у которого я спросил напрямую.
– Мы тоже сначала отводили чужаков в министерство граничников, но там их почти сразу переправляли в храм Единого. – мы с офицером осенили себя знамением.
– Неужели эти оборванцы несут скверну? – нахмурился я. – Мой товарищ почувствовал бы.
– Нет в них вонючий разлом. – подтвердил Шупака. – Только страх, злоба, и надежда.
– Надежду? – чуть ли не хором переспросили мы с лейтенантом.
– Ну да. – дригг покачал головой, и начал объяснять: – Они плохо жить, мы хорошо. Все хотеть хорошо.
Так, обсуждая странных чужаков, мы наконец добрались до главного храма Единого. При этом чужаки повели себя довольно странно при виде величественного белокаменного здания – изображали руками странные символы, что-то шептали, качали головами из стороны в сторону.
– И вот так их корёжит каждый раз. – сообщил мне офицер. – Сейчас выйдут слуги Его, и заберут этих оборванцев.
– Ну что ж, тогда я, пожалуй, отведу шамана до гостиницы. А то его народ со слугами Единого не очень дружит. Не хочу, чтобы на ровном месте возникли проблемы.
– Понимаю, господин капитан. – покивал офицер. – Ну, тут я со своими солдатами сам справлюсь.
Удаляясь, я украдкой наблюдал, как чужаки продолжают странно покачивать головой, шевелить губами и складывать руки в различные непонятные жесты. Даже маг пытался что-то делать. Со стороны всё это выглядело, как будто оборванцы… Молятся? Ну точно! Они явно пытаются выказать уважение Единому. Но как же так? Если я верно понял, эти странные разбойники и порождения разлома – из одного мира. Но ведь твари не переносят силу Его…
Двигаясь с призывателем по ночным улицам города – столицы провинции Артана, я отогнал прочь все мысли, сосредоточившись на поисках достойной гостиницы. Зачем мне забивать голову чужаками, пусть этим занимаются тайная стража, слуги Единого и прочие службы империи. Я – граничник, моё место у разлома.
«Ты слишком громко думаешь, хозяин» – раздался в голове голос ифрита. – «А я говорил – сожжём чужаков, и нет проблем»
– Да что ж ты такой нетерпимый. – усмехнулся я.
– Однако кушать хочется. – ответил младший шаман, решив, что я обращаюсь к нему. – Шупака голодный, и немного вонючий из-за оборванец.
– Будет тебе и еда, и ванна. – успокоил я дригга, и тут же задал вопрос: – Слушай, а у старших духов есть имена?
«О, хозяин, ты сейчас встал на очень скользкий путь!» – прозвучал в голове голос ифрита. – «Сначала имя, а потом что?»
– Давать, конечно. – ответил Шупака. – Но это делать только старший шаман. Они знать, кого призывать, у них дружба с духами.
– Хм. Надо подумать над этим. – улыбнулся я. – Так, сворачивай направо, мы приехали.
Гостиница была простой, без изысков – самое то, чтобы не привлекать лишнего внимания. Наскоро перекусив, мы с дриггом навестили местную баню, где как следует отмылись от дорожной пыли. А после, отдав в прачечную свою одежду, отправились спать – завтра предстоял длинный непростой день.
* * *
Утро выдалось дождливым, что никак не прибавило настроения. Пришлось активировать воздушное плетение, чтобы укрыть наш маленький отряд от льющей с небес воды
Едва выехали за пределы города, так и вовсе разразился ливень, от чего я подумал – а не переждать ли нам непогоду где-нибудь на постоялом дворе? Это ж издевательство, а не дорога – по тракту буквально потоком шла вода. В итоге, махнув рукой на планы, мы остановились в первом же придорожном трактире.
Каково же было мое удивление, когда следом за нами в обеденный зал ввалился отряд граничников. Я сначала было решил, что мои глаза меня обманывают, но когда пригляделся к вошедшим, понял, кого вижу.
Новобранцы. Шестеро лейтенантов и два сержанта. Все в новенькой, хоть и промокшей форме, лица молодые, глаза горят жаждой жить в полную силу. Эх, а ведь когда-то и я был таким.
Обеденная зала была небольшой, и потому трое из будущих граничников, а сейчас – выпускников интерната, сели за наш стол. При этом все с интересом посматривали на лысого дригга. Наконец один не выдержал, и спросил:
– Господин маг, могу я спросить вашего спутника?
– Можешь спросить меня, лейтенант. – улыбнулся я. – Ты хотел узнать, не с границы ли он, или только направляется к разлому?
– Да. А как вы догадались? – удивился юный маг.
– Интуиция. – моё настроение окончательно восстановилось. Засунув руку запазуху, я извлёк медальон граничника, и показал его лейтенанту. – Мы четыре дня, как с границы, с первой линии. А вас откуда столько? Неужели в интернате стало больше учеников?
– Господин… – будущий граничник замялся, не зная моего звания.
– Капитан. – подсказал я.
– Господин капитан, но почему вы едите от разлома, когда со вчерашнего дня объявлен общий сбор всех граничников? – спросил лейтенант. – Нас потому здесь и много, что сразу выпускники и предпоследний класс. Вчера прибыло высокое начальство из министерства, приказали директору Нраксу подготовить всех, кто владеет магией не ниже первого круга и способен держать оружие. А поздно вечером мы выехали в направлении границы.
– Без сопровождения? – уточнил я. – И почему директор – Нракс, он же был наставником по стихийной магии. Куда делся мастер Мрак, и что с мастером Исаей?
– Так мастер Мрак уже месяц не является директором, его перевели ко дворцу императора. А мастер Исая – как у него стали отказывать ноги, так он и сменил должность. Сейчас преподаёт тактику.
– Где ваш сопровождающий? – уточнил я.
– Да нам дали какого-то капитана, из министерства. Но он сказал, чтобы мы двигались до Артана – там нас встретят. А сам задержался по какому-то важному делу.
– Что за чушь. – нахмурился я, а у самого уже вовсю на душе скребли демоны. Что, нахрен, вообще происходит? – Лейтенант, вам хотя бы в общих чертах сказали, зачем вас так срочно отправляют на границу?
– Ну, вроде как ожидается массовый накат, и потребуются все силы для отражения. А вы разве не знаете, господин капитан?
– Да откуда ж мне знать? В дороге четверо суток, и двое последних не заглядывал в министерство или представительство. – ответил я. – И мне очень не нравится, что вас отправили одних к границе.
– Ну, министерский капитан объяснил, куда и как двигаться. А в Артане нас ждут, у министерства.
– Так. – быстро приняв решение, я начал действовать. – Шупака, собирайся, мы выезжаем.
– Уже? – удивился дригг. – опять в этот мокрая дождь?
– Нам до вечера нужно успеть в интернат. А затем сразу обратно.
– О, мы не поехать в моя деревня⁈ – обрадовался призыватель. – Ура-а-а! Тогда моя быстро собираться.
Через полчаса мы вновь двигались под дождём. Правда, он перестал лить так, словно небо прохудилось, и теперь лишь моросил непрерывно. Только сейчас мне не было до него дела, все мысли сосредоточились на одном – что, нахрен, происходит на границе? Чего я, человек, совсем недавно находившийся в нескольких сотнях метров от разлома, не знаю?
Задавая себе раз за разом этот вопрос, перебирая все странности, начавшиеся с той атаки, когда меня чуть не сжёг ифрит, я приходил лишь к одному выводу – из разлома скоро хлынет орда тварей. Не просто накат, а единовременный удар по всей первой линии обороны. И все, кто будет находится в этот момент на стене, обречены…
Огромным усилием воли я всё же заставил себя не повернуть назад. Проклятый символ на пуговице – интуиция буквально кричала, что он скрывает слишком важную информацию.
Дождь закончился лишь к вечеру. Впрочем, была от него и польза – нам по пути не попалось ни одного большого отряда воинов. Впрочем, может всем когорты уже выдвинулись к границе, и больше император не собирается отправлять войска к разлому.
Поворот от тракта к интернату не имел специальных дорожных обозначений, кроме одного:
« ИМПЕРСКИЙ ИНТЕРНАТ. ПОСТОРОННИМ ВХОД ЗАПРЕЩЁН»
И горе тому, кто нарушит это правило, и всё же пересечёт незримую черту. Одаренный скорее всего получит травму, а вот простак может и погибнуть.
К счастью, у нас с Шупакой имелись медальоны, которые сработали как ключ, пропустив через охранные заклинания.
– Ну вот, теперь о нашем прибытии в интернате всем известно. – улыбнулся я, когда мы уже двигались по узкой грунтовой дороге, с частично заросшей колеёй. Редко в интернате бывают гости, и им обычно всегда рады.
– Долго ещё? – поинтересовался Шупака.
– Четверть часа. До отбоя успеем. Правда сам интернат посмотреть не сможешь, темно уже будет. И обратно по темну выедем.
Ограда выступила из вечернего сумрака неожиданно, преграждая нам дорогу. И тут же послышался подростковый голос:
– Капитан Варда, предъявите медальон для подтверждения…
* * *
Сколько лет я здесь не был? Пять, шесть? Как тот раз, в отпуске, по зиме, заглянул проездом, так больше и не забирался столь далеко от границы.
Замерев посреди открытой веранды, я прикрыл глаза, и вдыхал столь родной, с детства знакомый аромат имперской лиственницы, из которой был срублен главный административный корпус. Столько времени прошло, а дерево все́ ещё словно живое…
– Ну вот, наконец-то я вижу настоящего граничника, а не того упрямого мальчишку, который был готов драться насмерть, отстаивая свою правоту и честь товарищей.
Открыв глаза, я увидел в распахнутых дверях седого старика, сидящего в кресле-каталке. Исая!
– Мастер! – два шага вперёд, опустится на одно колено, склонить голову, в знак безграничного уважения. Директор Исая заменил нам и отца, и мать, и строгого наставника. Не было ни одного ученика, который не любил бы этого старого воина всем сердцем…
– Рад, что ты заглянул к нам в гости. – моей головы на миг коснулась старческая рука. – Еще бы год, другой, и не застал бы меня в живых. Вставай уже, да расскажи, что привело тебя домой.
Спустя два часа, сидя в небольшом, хорошо освещенном магией кабинете, мы с уже бывшим директором разглядывали рисунок, на котором был изображён таинственный символ. Позади был мой долгий рассказ о жизни, общих знакомых, и событиях последнего месяца. В ответ я выслушал историю, как старый воин провёл эти годы, и что интересного произошло в интернате. Особенно меня заинтересовали события последних нескольких дней.
Вышло так, что пять дней назад в интернате появился один из доверенных императора, и приказал готовить всех одаренных и старших воспитанников к отправке на границу. Причину он не назвал, но заставил всех поволноваться.
– Вовремя ты приехал, Варда. – наконец произнес мастер Исая, возвращая мне лист с нарисованным символом. – Я как раз на днях занимался сортировкой старых ценностей, и видел этот знак. Придется казначея разбудить, ключи от хранилища только у него имеются.
Казначей – совсем древний старик по имени Трунк, очень сильно ругался, что его, пожилого человека, разбудили посреди ночи. Лишь когда Исая обругал своего старого друга, нам всё же выдали нужный ключ, но с условием – ничего не выносить из хранилища.
Всё это время я терялся в догадках – где же изображён этот символ? Была надежда, что вспомню, едва окажусь на территории интерната, но увы.
Хранилищем оказалась старая библиотека, внутри которой сделали отдельную комнату-темнушку, куда складывали всё, имеющее ценность. Грамоты, картины, старинные часы и артефакты. Многое из лежащего здесь можно было выкинуть, но никто не решался этого сделать.
Подвесив в воздухе три заклинания «светлячка», Исая указал мне на десяток больших картин, прислонённых к стене:
– Там ищи.
Приблизившись, я стал одну за другой отодвигать работы художников, в разное время запечатлевших различных людей, пейзажи, будни интерната.
– Стоп. – остановил меня Исая, когда я развернул четвертую раму. – Вот он.
Я и сам увидел. Старая, можно сказать древняя картина. Лет сто пятьдесят ей, не меньше. На ней изображены три человека. Один одет столь богато, что не оставалось сомнений – кто-то из приближённых императора. Второй был в обычной форме граничника, в звании майора. А вот третьим был какой-то священник, в белой, расшитой золотыми нитями сутане. И именно у него на груди висел крупный медальон, на котором была выгравирована та самая сдвоенная молния.
– Кто это? – спросил я.
– Слева первый директор интерната, мастер Кунс, второй – его императорское величество Аркан третий. А справа – Наисвятейший отец Ланг-по.
– Бессменный глава церкви Единого? – нахмурился я. – Но как?
– Ты хочешь спросить, как на его груди оказался этот знак? Я не знаю. Могу лишь сказать, что на других картинах, виденных мной, этого символа нет, вместо него на медальоне изображена длань Его. Я давно обратил на это внимание, и пришёл к выводу, что странная молния находится на обратной стороне. Художник случайно запечатлел не то, что нужно, но это не его вина.
– Мастер, вы понимаете, что это может значить? – понизив голос, спросил я. Затем расстегнул пояс, и извлек из нашитого с тыльной стороны секретного кармашка тот самый медальон, что достался мне от мага-менталиста. – Вот. Снял с тела оборванца, про которого рассказывал.
– Ну-ка. – Исая осторожно принял цепочку и и внимательно осмотрел изделие из дешёвого металла. Постучал им по подлокотнику своего кресла, а затем начал плести какое-то необычное заклинание. Несложное, всего лишь второго круга, но принцип построения плетения совершенно незнакомый мне.
– Мастер? – вопросительно произнес я, осознав, что бывший директор собирается использовать запретную магию. – Может не надо?
– Расслабься, Варда, за такое не казнят, и даже не посадят. Это магия моего рода, выявляет суть вещей.
Я замер. Охренеть не встать, да наш Исая оказывается из старых дворян! Никогда бы не подумал.
У древних дворянских родов имелась своя магия, и император разрешил ей пользоваться, если проявления этой магии были не чёрного цвета. То, что сейчас создавал мастер, отсвечивало серебром, а когда он активировал плетение, в воздухе запахло раскалённым металлом.
В следующий миг трофейный медальон и цепочка на мгновение засветились, после чего Исая протянул изделие мне.
– Новодел, лет пять вещице, не больше. И она точно не из нашего мира, это я тебе гарантирую. Варда, что-то мне не нравится, что происходит вблизи границы с разломом.
– Мастер, чужаки появляются не только вблизи границы, но и в дневном переходе от интерната. Но у меня есть еще одна новость, которую я не рассказал даже генералу. – еще больше понизив голос, перейдя почти на шёпот, продолжил: – Та золотая пуговица, подобранная у разлома. Она не источала скверну. Паладин Единого прошёл в нескольких сантиметрах от этой вещицы, и ничего не почувствовал.
– Это очень плохо, Варда. – голос Исаи изменился, он явно понял гораздо больше меня. – Говоришь, там, где ты подобрал пуговицу, были человеческие следы. Мало кому известно, что туман разлома заражает скверной сердце любого, кто кто окажется в нём. Только слуги Единого и очень чистые души могут противостоять этому.
– Но как же две экспедиции? – нахмурился я. – Их что, посылали на верную гибель?
– Нет конечно. Их сопровождали слуги Единого, паладины, и даже архейцы. Не о том спрашиваешь, Варда. Подумай лучше, что делать с той информацией, которую мы только что получили. Я то унесу новые знания в могилу, а вот как ими распорядишься ты? Расскажешь генералу и другим граничникам? Так тебя сразу же отправят на покаяние в ближайший храм. И оттуда вряд ли выйдешь на своих ногах.
– Мастер, но ведь то, что мы откопали – связь Наисвятейшего отца Ланг-по с разломом очевидна! Да как такое вообще возможно?
– А не всё ли равно? Ведь слуги Единого делают очень многое для сдерживания тварей, и ходят слухи, что они вообще собираются закрыть разлом.
– Не нравится мне всё это, мастер. Но я услышал вас, и всю информацию оставлю при себе. Генералу скажу, что не нашёл ничего.
– Правильно говоришь. А эту картину мы прямо сейчас уничтожим. Во избежание ненужных проблем. Пусть всё останется лишь между нами двумя.
«И мной» – прозвучал в моей голове голос ифрита. Я аж вздрогнул от неожиданности. Хорошо, что Исая не заметил этого.
На то, чтобы вскрыть раму и извлечь полотно, у нас ушло несколько минут. Затем мы скрыли украденное в кресле мастера и, закрыв хранилище, направились прямиком к казначею. Еще раз потревожив старого ворчуна, сдали ключ, и лишь после направились на веранду.
Здесь полотно отправилось в жаровню, после чего бывший директор собственноручно создал огненное заклинание второго круга «жар», в котором и сгорела улика. Мы ещё посидели у жаровни некоторое время, чтобы не выглядеть странно. Попили чай из термоса, который всегда возил с собой Исая, затем я вспомнил про целебную мазь, и передал её мастеру. Мы вспомнили те времена, когда бывший директор был моложе, и мог позволить себе не только травяной отвар, но и кружку-другую вина. И лишь после старый граничник произнёс:
– Ну вот, теперь мои кости согрелись. Можно идти спать. И тебе Варда, того же желаю. Завтра в дорогу.
* * *
Хотелось задержаться в интернате хотя бы на день, чтобы наведаться в ученический корпус, навестить тренировочный полигон, поговорить с воспитанниками. Но увы, мое присутствие требовалось на стене.
А потому, едва рассвело и прозвучал гонг, означающий общую побудку, мы с Шупакой навестили нового директора – незнакомого мне мастера Нракса, чтобы выказать ему почтение, затем позавтракали в столовой, запаслись едой и, сменив своих лошадей на новых, отправились в обратный путь.
– Командира, твоя узнать, что хотеть? – поинтересовался дригг, когда мы удалились от интерната достаточно, чтобы нас никто не услышал даже с помощью магии.
– Лучше бы не приезжали сюда. – ответил я. – Шупака, знаешь, а я начинаю понимать твой народ.
– Это хорошо. – улыбнулся призыватель. – Плохо, что твоя не услышит мудрый старший шаман, и не сможет использовать разный дух огня. Но командира и так сильный, справится с любой трудность.
– Ага, с любой. – подтвердил я, усмехнувшись. – Главное, успеть на стену раньше, чем начнётся то, ради чего император гонит к границе когорты.
– Это да. – согласился Шупака. – Там моя быстрее отдаст долг жизни.
Глава 17
Началось…
Двигаясь по грунтовой дороге в направлении тракта, я размышлял над тем, как поступить. С одной стороны, у меня прямой приказ командующего первой линией – доставить шамана в родное село. А это трое суток туда, и столько же обратно. Итого я вернусь на границу только через девять дней. Слишком большой срок, когда вокруг творятся такие дела.
А с другой стороны, задание генерала – это скорее личная просьба. Мужик он правильный, поймет, почему я вернулся назад с Шупакой. Сейчас на границе каждый маг на счету, а опытный командир тем более.
Таким образом выбор был следующим: выполнить личную просьбу командующего первой линией, и при этом оставить боевых товарищей одних перед неизвестной опасностью, или потерять доверие генерала.
Все решилось, когда мы уже выезжали на тракт, и я в целом принял решение возвращаться. Только мне не удалось даже повернуть поводья в направлении Артана, как раздался старческий голос, полный недовольства:
– Ну и куда вы намылились, черти? Приказ старшего по званию решили нарушить? Под трибунал! Сгноить на нарах! Казнить поганцев!
«Хозяин, это старейший!» – прозвучал в моей голове голос ифрита. – «Лучше послушать того, кто предвидит будущее»
– Ты чего разорался, старейший? – поинтересовался я у карлика, перегородившего нам дорогу. – Если есть, что предложить, так говори, а не кричи, словно бабка базарная.
– Мальчишку надо родителям показать. – непреклонным тоном заявил карлик, подняв вверх указательный палец. – Пусть убедятся, что жив, здоров, выпорют, в конце концов. А то ишь какой, непоротый ходит. Непорядок. И тебе, дылда скудоумная, надо бы глаза открыть. А то бродишь в потёмках, словно землеройка. В общем, вот.
Внезапно вокруг нас завихрился воздух. Он стремительно поднял с земли мусор, пыль, и даже мелкие веточки. В один миг мы с Шупакой очутились в центре смерча, который начал стремительно набирать силу.
Я тут же начал формировать защитное плетение третьего круга, но куда там. Видимость за секунду упала до нуля, по глазам хлестануло пылью, в таком положении оставалось лишь одно – прижаться к лошади,, прикрывая глаза рукой.
Удивительно, но внезапный ураган оборвался так же быстро, как и начался. Он попросту исчез. Осторожно приоткрыв один глаз, я осмотрелся. Чёрт!
Уже не сдерживаясь, я вновь сел так, как пристало всаднику, и огляделся вокруг. Лесная поляна, птички поют, и вроде как в воздухе чувствуется, что рядом озеро, или большая река.
– Шупака, что это было? – спросил у ошарашенного друга, который вел себя точно так же – большими глазами разглядывал окружающий нас лес.
– Старейший творить своя шутка. – наконец ответил младший шаман. – Забросить нас на моя родина.
– Пространственная магия? – нахмурился я. – Чёрт, да нас за это четвертуют! Она же запрещена императорским указом.
– Командира, зачем такой глупый слова говорить? Нет магия, это дух помогать. – Шупака глубоко втянул носом воздух, и добавил: – Похоже рядом село, моя чуять запах еда. Надо бы подкрепиться.
– Тебя что, Кром покусал? – усмехнулся я. – Мы же час назад ели.
– Это другой еда, родной кухня дригг. Ты, когда попробовать, пальцы себе облизывать. – и призыватель изобразил, как, при этом причмокнув.
– Тьфу! Дорогу показывай, гурман, недокормленный с детства! – приказал я.
Мы едва покинули поляну, даже не успели углубиться в лес, когда заметили первую избу. Приземистую, срубленную в лапу из толстенных брёвен. Крыша застелена досками, которые уже почернели от времени, и даже поросли мхом.
– О-о-о! Это же хибара старшего шамана наш село! – с каким-то испугом произнёс Шупака. – Ой, плохо это!
– Чего причитаешь, мелкий? – раздался позади нас голос карлика. – Чай не шалопутный зачуханец уже, а говорящий с духами. Иди, потревожь старого хрыча, пусть выйдет на улицу. А то понаставил оберегов, дурень, хрен к нему в гости попадёшь. Скажи, что ты привёл имперца с границы.
– Моя бояться. – честно признался Шупака, но всё же спешился, и, понурившись, медленно побрёл к избе.
– А ты не дергайся, долговязый. – посоветовал мне карлик. Неведомым образом он уже расположился в седле, и с высоты наблюдал за младшим шаманом. – А то старший шаман нервный последнее время, может и ударить чем-нибудь тяжёлым.
Дальше мы молча наблюдали, как Шупака подошёл к избе, и постучал в дверь, обшитую старой облезшей шкурой какого-то крупного животного.
– Эу хэрагтай байна? – раздался из избы приглушённый недовольный голос. Моего знания дриггского хватило, чтобы понять – хозяин спрашивает, зачем его беспокоят.
– Ахлах, Энэ бол Шупака. Гарад ир, хилин харул чинь ирлэ. – ответил призыватель. Похоже представился, и сообщил, что привёл гостя.
– Эу вэ? Ач хү? Энд ир! – гневно прозвучало за дверью, и она тут же распахнулась. Так, похоже Шупаку сейчас будут бить. Из глубины темного проема сверкнули глаза, а в следующий миг наружу выскочил рослый дригг – метр шестьдесят, не меньше. Но не это меня удивило больше, хотя я не видел призывателей выше полутора метров.
– Твою мачеху! Бородатый дригг! – уставился я на седобородого шамана.
– Но-но, ты полегче, долговязый. Это не борода, а символ мудрости. – пожурил меня карлик, и тут же перевёл свое внимание на хозяина избы: – А ну иди сюда, сухофрукт плесневелый! Ты по что от меня закрылся, окаянный⁈
– Почему⁈ – старый дригг внезапно перешёл с родного языка на чистый имперский. – Так ты каждый день мне в чугунок непотребные дела справлял! Я чуть с голоду не помер!
– Так я тебя заставлял в посёлок ходить, тупая твоя морда! – продолжил возмущаться старейший. – Тебя ж уже дети бояться начали, а другие жители стали забывать, как ты выглядишь!
– Так а чего открыто не сказал? – бородатый дригг тоже не собирался уступать.
– А потому что ты туп, как дерево! И вообще, я сюда не затем привёл этого имперца, чтобы ты оправдывался тут!
– Это я-то оправдываюсь⁈ – старик и старейший уже не просто говорили, а кричали друг на друга.
– Молчать! – рыкнул я командирским голосом. Как не странно, но это подействовало. Ткнув пальцем в карлика, приказал: – Ты! Коротко и по делу. Зачем притащил меня сюда?
– Чё? – немного растерялся старейший, но тут же сориентировался: – Ах, да. В общем, этот имперец породнился с ифритом, подчинил его, и теперь ты покажешь этому верзиле, как нужно призывать огненных духов. А то он старшего гоняет чуть ли не за пивом.
– Ифрита, за пивом⁈ – опешил бородатый дригг.
– Ты не удивляйся, а помоги с духами огня. – одёрнул старшего шамана карлик. – Только быстро, чтобы завтра я мог забрать их отсюда.
– За один день обучить? – опешил дригг. – Старейший, ты понимаешь, что есть лишь один способ…
– Вот про него и говорю! – поднял вверх оба указательных пальца дух. А затем посмотрел и так гаденько улыбнулся, что я сразу понял – мне не понравится этот способ.
– Что ж, значит пришла пора растопить баню. – судя по голосу старого дригга, ему не особо нравилась идея с неизвестным мне способом.
– А вы не приохренели часом? – поинтересовался я. – Вам пока ещё никто не давал согласия на какие-то там способы.
– А, точно. Совсем забыл. – хлопнул себя ладонью по лбу карлик. – Это же Варда, который может послать на хутор кого угодно. Сейчас исправим.
Я не успел и глазом моргнуть, как меня окутало розоватым туманом. Единственное, что успел подумать перед потерей сознания – «главное не вдыхать»…
* * *
В себя пришёл от того, что мне тяжело дышать. Попытался дернуться, но куда там. Руки, ноги, грудь – всё было жестко прижато к деревянной поверхности.
– Очнулся? – прозвучал старческий голос где-то в изголовье. – На, хлебни холодненького.
Губ коснулся край глиняной кружки, и я сделал несколько жадных глотков, только сейчас осознав, как хочу пить. То, что пью совсем не воду, понял слишком поздно. Последнюю жидкость, попавшую в рот, выплюнул, и прорычал:
– Слушай сюда, бородатый хрен. Или ты сейчас отпустишь меня, или я разнесу тут всё к чёртовой тёще!
– Не разнесёшь. – с искренним весельем ответил шаман. – Старший дух металла крепко держит. На лучше, хлебни ещё.
И мне в рот вновь полился жидкий огонь. Я попытался отвернуться, но куда там. Мало того, что мою голову зафиксировало, так еще и неведомая сила потянула мою нижнюю челюсть, не давая стиснуть зубы.
– Да не противься ты, я ж как лучше хочу! – сквозь боль и пульсирующую в ушах кровь прозвучал спокойный, даже добрый голос дригга. Ну сука, дай только освободиться, я тебе твою же бороду лошади за хвост привяжу. На четыре, мать его, узла! И отправлюсь назад домой верхом.
«Хозяин, да успокойся ты, нормально же всё» – прозвучал в голове громогласный голос ифрита. – «Зато представь, что мы сможем полноценно общаться мысленной речью, и в случае чего ты сможешь призывать моих младших братьев»
– Арг-х! – вырвалось у меня. Нормально? Какой-то старый тупой пень мне в горло лаву заливает, я должен радоваться?
– Всё, теперь полегче будет. – обнадежил меня старший шаман. – Молодец, справился. Не зря говорят, что граничники сделаны из стали.
Полегче не стало. Моё сознание вновь, как в тот раз, в каменном гостином домике, вышвырнуло в пламенный мир. Только в этот раз вместо одного ифрита вокруг кружили сотни, если не тысячи малых духов огня.
– Чужак! Чужак! Сжечь его! – зазвучал со всех сторон многоголосый хор. А затем ко мне бросились первые духи.
Это было больно. Проклятые сгустки пламени буквально врезались в моё тело, каким-то образом просачиваясь сквозь него. Боль при этом была такая, словно меня пронзают насквозь раскалёнными прутьями.
Однако и возгласы постепенно начали меняться. Если поначалу меня называли чужим и жаждали уничтожить, то спустя три десятка попаданий, а точнее прожигания моей тушки стали раздаваться робкие слова:
– Он не чужак. Он свой. Сильный. Не боится огня. Пламенеющий.
– Хозяин, потребуй, чтобы эта мелочь назвала своё имя. – словно издалека прозвучал голос ифрита. – Иначе ты не сможешь их призывать.
– Назовите свое имя! – потребовал я, превозмогая адскую боль в горле. Удивительно, но в этот раз мне удалось не только произнести слова, но и выдержать командный тон. И тут же в ответ послышалось:
– Агни! Вспых! Лавик! Пылан! Искр! Жарок! Фитил!
– Всё, достаточно. – произнес Ифрит, после чего добавил: – Запомни и моё имя – Пылавир.
А в следующий миг всё вокруг завертелось, мир духов смазался в сплошное алое марево, и меня выбросило в никуда.
* * *
– За яаж? – раздался такой знакомый мне голос. Открыв глаза, я увидел над собой склоненного Шупаку, а рядом морщинистый лоб и седую бороду. Но главное – я понял, что меня никто не держит.
Больших усилий мне стоило, чтобы не ухватить старшего шамана за шевелюру, намотать на кулак, и приложить пару раз старика об… Нет, лучше отогнать такие мысли, уж больно велик соблазн.
– О, командира очнуться! – Шупака мгновенно перешёл на имперский язык, и тут же вывалил на меня кучу информации: – А моя с родич говорить. Отец ругать, мать кричать, сестра плакать, затем долго беседа вести – как жить, однако. После родич отпускать. Моя теперь смело платить долг жизни.
– Хитрец мелкий, и где только научился так складно мешать правду с ложью. – подтвердил слова младшего шамана седобородый дригг. – Но долг жизни, он превыше всего, так что мой внук в своем праве.
– Моя так и говорить. – закивал головой мелкий. – Долг жизни кровью красен.
– Где мы? – я осторожно приподнялся на локтях, и осмотрелся.
– Моей избе, где ж ещё. – усмехнулся старик, и протянул мне кружку: – На выпей, это отвар трав, он поможет снять головную боль.
– Нет уж, спасибо. Сам пей свои отравы тварь. – отказался я, и медленно сел. Оказалось, что меня уже перенесли с деревянного то ли стола, то ли лавки, на добротные нары, устланные толстой кашмой. То-то у меня спина вся горит – полежал, называется, голой кожей на жесткой сваленной шерсти. Черт!
– А где старейший?
– Предок что ли? – уточнил седобородый дригг. – Так тебя ожидает, снаружи. Сюда ему хода нет.
– Кто он такой вообще? – поинтересовался я, в надежде, что получу хоть какую-то информацию о карлике. Этот дух хоть и оказался не столь мерзким, как думалось, но все равно напрягал изрядно. Явно ведет свою игру, морда окаянная.
