Текст книги ""Фантастика 2026-208". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

Глава 23

В Россию Саша вернулся – по его словам – потому что «жениться пора, а там не на ком: сплошные уродки». Но чуть позже уже Сергей Андреевич мне сообщил, что на ком жениться-то – он вроде нашел, но получил отказ в самой хамской форме. Потому что «русский и не дворянин». А в Швейцарии, куда он было сунулся в попытке устроиться на работу (он там «производственную практику» проходил, когда ASEA по какому-то контракту там работала) просто конструированием турбин вообще никто не занимался, а предложенная ему работа просто «инженером на гидростанции» ему не понравилась. Ему, правда, предложили место в АEG, но «работать на немцев» он уже сам отказался категорически, так как во время войны немцы его дядю убили и он считал их личными врагами. И тут ему кто-то из товарищей (русских, тоже в Швецию за образованием приехавших) сказал, что «а вот в России Тепляков, да-да, тот самый, который лапшичные, просто десятками, если не сотнями электростанции разные строит» – и вот это его заинтересовало.

На следующий день мы с Сашей разговаривали довольно долго, и он все же меня раскритиковал – хотя и заметил, что сама по себе идея постройки ГАЭС весьма интересна, и в той же Швейцарии их уже довольно много работало. Но сам он специализировался на несколько других агрегатах и предложил мне «для начала» именно ими и заняться, а аккумулирующую гидростанцию он пообещал мне «позже спроектировать». Просто ее проектировать было долго, а вот то, что он мог быстро осуществить, он даже знал где применить можно. Точнее, он три места знал, где можно было быстро выстроить небольшие, в районе мегаватта, ГЭС с малыми перепадами уровней воды, а ведь таких мест наверняка было куда как больше! И при этом у него получалось, что один гидрогенератор в четверть мегаватта обойдется возе тысяч в двадцать, а мегаваттный – тысяч в пятьдесят. Правда, «при определенных условиях» по части сырья и материалов, но уж это, мне кажется, обеспечить было нетрудно…

А для того, чтобы он начал воплощать свои проекты, ему и нужно-то было совсем немного. То есть для начинания требовалось немного, позже, мне кажется, ему раз в десять больше всего потребуется, а то и сотню раз: все же мало электростанций точно не бывает, а его «показательный заводик» с парой станков и двумя десятками рабочих только «показательные станции» (причем разговор шел именно о трех) за год и мог бы обеспечить. И этот «показательный заводик» вообще пока что разместился в одном из подсобных цехов Владимирского тракторного, куда просто поставили несколько стендов, на инструментальном производстве и собранных по чертежам Саши, а все станки (и рабочие) ему «временно передавались» с других производств «по потребности». Еще мы с ним слетали в Моршанск, где я предложил и первую «показательную» станцию поставить на Правительственной плотине, затем он уже без меня еще на две «точки» слетал – и я временно о проблеме «забыл», потому что других проблем хватало. Ведь «страна ждала от меня станков», а на строящихся станкостроительных почему-то постоянно возникали разные «задержки». Мелкие, и причины их чаще всего были совершенно дурацкими, но их слишком уж много стало возникать…

Впрочем, «задержки» почти везде возникали, и основной из причиной было то, что квалифицированной рабсилы не хватало просто катастрофически. Даже на стройках при переноске кирпичей возникали неприятности, а в Пензе вообще «кошмар» случился: непонятно кто так криво считал, но два цеха были выстроены с оконными проемами на полметра меньше указанного в чертежах. Да и черт бы с ними, с окнами – но чертежи были вообще составлены через задницу, так что цеха в результате получились на четыре метра короче, чем планировалось и теперь в них нужные станки расставить не получалось. Чтобы проблему решить, сейчас в авральном порядке к цехам какие-то пристройки ставились, но это и дополнительные деньги, и очень заметное время дополнительное – а страна ждала станки.

Впрочем, далеко не везде строительство и оснащение новых заводов шло через задницу. Например, в городе Романов-Борисоглебск неподалеку от Ярославля строительство шло вообще с серьезным опережением всех планов и уже в середине февраля с завода пошла готовая продукция. Причем на заводе не столько сами станки уже делались, но и электромоторы для этих станков, а рядом со станкостроительным заводом заработал и небольшой, но очень важный заводик по производству шарикоподшипников. Тоже слегка так заработал, но уже обеспечивал своей продукцией потребности станкостроительного, а со следующего года он же должен бы покрывать и потребности Ярославского автозавода, который, собственно, этот заводик тут и выстроил. И все это обеспечивалось электричеством с городской электростанции мощностью в девять мегаватт… вот только, по словам тамошних заводских руководителей, электростанции «хватит» разве что до осени, ведь новым производствам и электричества потребуется гораздо больше…

Но тут я уж точно никак помочь не мог, потому что в разговоре с Василием Михайловичем я узнал одну «неприятную новость». То есть я собирался у него выпросить парочку электростанций под следующие свои проекты, но он первым начал:

– Федор, я помню, что ты на выдумки горазд, поэтому я даже постараюсь не заметить, если ты из доходов компании с десяток миллионов куда-то налево пустишь. Правительство нашей компании контракты представила, по которым все наши генераторы и турбины, причем и паровые, и водяные, лет на пять вперед казна забирать будет. А ты всяко не хуже меня знаешь, что нам для развития даже уже существующих заводов нужно за эти пять лет минимум еще мегаватт двести электрических мощностей добавить, но вот откуда их теперь брать, никто у нас придумать не может. Ты Александра Архангельского помнишь? Ему в Воронеже уже трех мегаватт не хватает, станки простаивают, самолетов у него выделывается хорошо если половина от возможного, а уж про Бориса Стечкина я и говорить боюсь.

– Ну, в Воронеже на Воронеже не выстроить ГЭС на пять-шесть мегаватт было бы просто глупостью…

– Это ты про старую плотину? Она же через год-другой просто сама развалится. Да и в любом случае для такой ГЭС нужны гидрогенераторы…

– Мне про десяток незаметно спертых из бюджета компании миллионов не послышалось? И я надеюсь, что речь там шла о ежегодной дани?

– Хм… я в тебе не ошибся, пальцы в рот тебе точно класть не стоит. И когда? Я пока только про Воронеж сейчас спрашиваю.

– Я вам что, Кассандру напоминаю? Гидростанции я строить не умею, а вот турбогенераторы для такой станции через пару лет я вам точно выдам, да и не только для Воронежа. До лета миллиона три потрачу на это дело… даже следующей зимой генераторы выдам, но вот саму станцию… говорю же: я станции проектировать не умею.

– Да знаю я, ты ничего сам делать не умеешь, но вот находить тех, кто умеет… Впрочем, кто там ГЭС спроектировать сможет, я уже знаю, и если ты обещаешь, что генераторы выдашь…

– Только вы учтите: ГЭС в наших краях только весной и летом… большую часть лета на полную мощность работать смогут, а зимой хорошо если десять процентов выдадут. Так что мне еще нужно будет и о тепловых станциях позаботиться – а эти десять миллионов полностью пойдут на новые заводы, на постройку электростанций нужно будет деньги в других местах искать.

– Я понял… значит, десять миллионов в год… на следующие пять лет, больше я на подобные безобразия глаза закрывать не смогу. Договорились?

– А что, у меня есть выбор?

– Выбора у тебя, Федор, нет, – рассмеялся Василий Михайлович, – это я вежливость просто демонстрирую.

– Это радует. А где вы собираетесь брать тех, кто ГЭС умеет проектировать? А то у меня в планах их с десяток летом поставить… хотя бы места наметить для их строительства, намечено, а вот специалистов нужных где искать, я пока еще не знаю. Я станции наметил небольшие строить, но если с гидроагрегатами я точно знаю, где и когда их получку, то вот сами станции кто будет проектировать…

– Я поговорю с людьми, и если они согласятся с тобой поработать… я тебе по телефону скажу, кто и когда к тебе с этим приедет. Но в любом случае до начала апреля об этом и говорить рановато, так что успеем. А теперь очень кратенько мне расскажи о своих планах на лето, и тут мне интересно только что ты собираешься в своей Владимирской и в Тамбовской губерниях в полях творить. Мне же потом весь год рабочих кормить нужно будет, и я хочу заранее знать, чем и сколько…

Вопрос свой Василий Михайлович задал не просто так: еще осенью в производство пошел новенький, уже дизельный мотор для тракторов мощностью в сорок пять лошадок, и хотя моторов таких пока что делалось немного, уж во Владимирской губернии тракторный парк получилось к посевной почти полностью укомплектовать дизельными тракторами. А на тракторных станциях и «топливные парки» были выстроены под хранение запаса топлива на весь летний сезон, причем огромные танки были уже к марту целиком заполнены. Другие тракторные заводы на новые моторы переходить не спешили, все же такой мотор получался в два с половиной раза дороже «бензинового», да и моторные производства требовали более чем серьезной модернизации – но всем было очень интересно, что «Владимирский эксперимент» покажет, все же солярка сейчас была раз в пять дешевле бензина и ее просто вдвое больше с нефтеперегонных заводов выходило. Но народ больше интересовало, насколько моторы сами по себе надежными себя покажут, ведь такие в мастерских чинить тоже было куда как труднее, чем прежние, а подготовленных ремонтников даже для «старых» тракторов сильно не хватало.

Меня вопросы сельского хозяйства тоже некоторым образом интересовали, но насчет перспектив пожрать я был уверен в том, что «все будет хорошо», так что относительно деревни мой интерес был сугубо «кадровым», и он больше касался уже губернии Ярославской: там земля была другой, имелось множество месторождений прекрасной кирпичной глины и я собирался там и соответствующих кирпичных заводов понаставить, но ведь заводам и рабочие умелые нужны – а как раз этой весной школы деревенские закончат первые детишки, пошедшие учиться в четырехлетки. А так как не меньше половины детей в школы пошли в возрасте уже десяти лет… мне было очень интересно, получится ли из «потомственных мужиков» сделать нормальных рабочих. Понятно, что выпускников школ нужно будет еще и через соответствующие училища пропустить, но кадровики (причем девушки с соседнего факультета) этим вопросом заранее успели озаботиться и к маю таких «кирпичных ПТУ» было шесть штук уже организовано, но вот насколько успешно уже выпускники этих ПТУ работать, было не сосем понятно: все же «рабочий менталитет» очень сильно от «крестьянского» отличался, а школы, которые как раз в деревнях и располагались, его поменять точно не могли. И училище полугодовое его не поменяет – то есть я думал, что не поменяет, но у «кадровичек» мнение было другое. И мне – когда я с ними по этому поводу в спор вступил – было сказано, что «менталитет менять будет не училище, а сама жизнь». То ест слова девушки другие произнесли, но вот расшифровывать они сказанное не стали, а на уточняющие вопросы о том, что они задумали, лишь «загадочно улыбались».

Ну а Валя отдельно «провела среди меня воспитательную работу», причем по двум поводам сразу. И первый заключался в том, что я, по ее мнению, слишком уж много времени провожу среди девиц с соседнего факультета. Но что я мог сделать-то, ведь парней у «соседей» вообще не обучалось, но на жену этот аргумент действовал очень слабо. А второй причиной было то, что я слишком уж мало уделял времени учебе и особенно подготовке «дипломного проекта», причем не своего, а ее проекта. Да, у нас проекты были разными, мне господин Горбунов поручил как раз «разработать технико-экономическое обоснование» под несколько проектов обогатительных фабрик для железной руды, а Вале достался расчет «оптимальной дорожно-транспортной системы» по трем губерниям. Но мне-то просто нужно было сравнить с экономической точки зрения три разных проекта, а Вале… она решила, что ей следует рассчитать, какие дороги строить нужно, где их прокладывать – с учетом нынешних и потенциальных объемов грузо– и пассажироперевозок. Сама она необходимую информацию собрать, понятное дело, не могла, а я, по мнению дражайшей супруги, бессовестно отказывался ей в сборе данных помогать…

И остановка дома начала быстро накаляться, но мне сильно повезло с тещей: она, когда случайно застала очередную нашу «производственную перебранку», просто пошла в институт и вежливо поинтересовалась у Владимира Алексеевича', «какого рожна он ее любимой дочери дает невыполнимые задания для дипломной работы». А затем, вернувшись, объяснила Вале, что с нее никто не требует «новый проект транспортной системы составить», ведь дипломная работа – это всего лишь демонстрация того, что человек умеет с информацией работать и ей нужно всего лишь воспользоваться хотя бы прошлогодними статотчетами по всем уездам и поместить их в нужную табличку в красивой понятной форме. И дома снова стало спокойно, да и у меня нервотрепка со станкостроением закончилась: почти все новые заводы уже к началу марта заработали. Не на полную мощность (хотя этого вообще никто и не ждал), но даже лучше ожидаемого: в Вязьме завод третьего марта выкатил «улучшенную копию» бельгийского токарного станка, на котором можно было обрабатывать и оси вагонные, и даже валы пароходов. То есть выкатили станок как раз для валов, с базой в шесть с половиной метров, для вагонных осей должны были выпускаться такие же, но с базой в три с половиной метра, и таких завод был готов по сотне в год выпускать (не считая нескольких моделей станков «попроще»), а «лучшесть» его заключалась в том, что станок этот был электрический, с мотором аж на двадцать четыре киловатта – а бельгийский «прототип» работал от внешнего вала, и из-за этого качество обработки деталей получалось выше, да и работал станок быстрее. А так как с твердосплавными резцами уже проблем в России не было, достижение было сочтено «очень важным» и руководство как стройки, так и самого уже завода было немедленно награждено орденами (всем по «Анне-три» выдали).

Ну а так как на такой станок никто в руководстве страны даже не рассчитывал, то первый я со спокойной душей под себя подгреб и передал его Саше Ионову: с ним мы уже договорились, что его новый завод будет строиться в Кузнецке. Место под новый завод было выбрано просто потому, что там площадку под строительство и завода, и рабочего городка, и всей инфраструктуры местная власть вообще бесплатно предоставила, поскольку никаких «владельческих земель» там не было и ничего выкупать у владельцев не пришлось. А еще эти же местные власти за свой счет обязались железнодорожную ветку от станции до будущего завода проложить, вроде бы и небольшую, там и километра не было – но обычно такие ветки требовали миллиона разных согласований, а тут подучалось обойтись без бюрократии. Точнее, переложить всю бюрократию на плечи самих бюрократов…

Еще было принято во внимание наличие прямого железнодорожного сообщения с Моршанском: Саша-то собирался только турбины делать, а генераторы, как мы с ним после некоторых обсуждений решили, лучше на новеньком заводе в Моршанске как раз изготавливать. То есть инженер Ионов и сам мог их производить, но у него они бы обходились дороже, да и хотя бы дополнительный цех для их изготовления влетел бы в копеечку весьма изрядную – а в Моршанске по крайней мере все оборудование было и закуплено, и даже оплачено – так зачем новые сущности-то плодить?

Пока все «производственные страсти» кипели, как-то не особо заметно началась, а затем и закончилась посевная компания, и в двадцать четвертом в ТОЗах уже участвовало почти двенадцать миллионов крестьянских хозяйств. Пока еще эти товарищества в Сибири не очень сильно популярность набрали, но, как я понял, в правительстве Сибирь по этой части вообще интересовала крайне мало. Пока мало интересовала: в прошлом году там в парочке «товариществ» попробовали тракторами землю пахать, результат получился довольно сомнительный – и пока там решили дальше народ в товарищества просто не вовлекать, так как тракторов и на более плодородные земли сильно не хватало.

А к концу посевной выяснилось, что и бензина в стране маловато производится – и казна просто выдала «грант» Козловскому заводу на модернизацию моторного производства в десять миллионов рублей, а Шуйскому станкостроительному поручили изготовить станки для выпуска топливной арматуры для дизельных моторов столько, чтобы и двух казенным тракторным заводам ее хватило. Конечно, деньги тут были лишь «небольшим дополнительным бонусом», сами по себе они наладить производство дизелей не могли – но теперь появились основания считать, что уже через год… а скорее года через два трактора в поля все же в основном дизельные выйдут.

Ну а в мае, точнее, в середине мая мужики в товариществах стали получать мототелеги – а так как посевная уже закончилась и с бензином стало полегче, то народ бросился в поля (то есть на пары) всякое возить. Поначалу понемногу, но чем ближе подступало лето, тем больше того же торфа стало в поля завозиться. И тем больше времени мы с Валей проводили за оформлением наших дипломных работ. И, что меня все же немного удивляло, Валя мне о своей работе теперь вообще ничего не рассказывала, но это, как она сама сказала, чтобы меня от работы не отвлекать.

Не от дипломной, а от «обычной»: я теперь очень много времени тратил на составление планов по размещению и строительству кирпичных заводов в соседней Ярославской губернии. То ест «просто разместить» их было нетрудно: берешь карту месторождений той же глины, прикидываешь, где поблизости болота с торфом, на котором кирпичи обжигаться будут, расположены, считаешь стоимость перевозок всего – и всё, схема готова. Но я-то кирпичные именно заводы собирался размещать, а заводам много чего нужно, в том числе и машины разные – так что одновременно мне приходилось как-то планировать производства всех этих механизмов, прикидывать, как все в нужные места доставить можно – а общем, работенки хватало и я даже спать уходил только потому, что жена просто свет в моем кабинете выключала. Молча, не ругаясь со мной по мелочам – ну и я с ней ругаться не собирался: раз зовут в люлю, то нужно в люлю и идти. А работу – ее и завтра доделать можно…

Еще в середине мая Саша Ионов позвал меня посмотреть на первый изготовленный по его проекту гидроагрегат, но я все же от этого уклонился: времени и без того ни на что не хватало, а агрегат этот был нужен не мне, а инженеру, которого Василий Михайлович прислал, чтобы тот спроектировал небольшую ГЭС. В Моршанске как раз, на той самой «правительственной плотине», стоящей чуть ли не в центре города. Правда, как я понял, плотину там тоже требовалось чуть ли не полностью перестроить – но вот это уж точно не моей заботой было.

И в последний майский денечек я в торжественной обстановке «защитил диплом», а вот Валя почему-то свою защиту перенесла аж на конец июня. Но оно и понятно: в любом случае у меня тема диплома была попроще и расчетов для работы нужно было поменьше провести, так что она просто не успела… нет, посчитать она вроде успела все, но вот результаты правильно оформить… Меня всегда несколько удивляло то, что и сейчас, и в моей «первой жизни» в разных «точных науках» руководители всегда требовали «оформления работы по ГОСТу». Точнее, сейчас ГОСТов не было, но требования к оформлению все равно были довольно жесткими, так что супруга моя, тихо бормоча разные слова, готовила все необходимые бумажки. А вот что мне в нынешних современниках нравилось, все такие вещи они делали именно сами, для них «посторонняя помощь» была бы оскорблением…

Так что просьбу жены «просто не мешать ей делать то, что делать нужно» я воспринял спокойно – и улетел в Кузнецк, чтоб «на месте оказать помощь» в строительстве нового завода. Саша-то Ионов учился и опыта набирался в далекой Швеции, некоторые привычные для русского человека вещи он воспринимал… не совсем правильно, и у него на стройке уже небольшие проблемы возникли. А я ведь действительно хотел, чтобы его завод заработал как можно быстрее, так что помощь моя оказалась весьма кстати. Проблемы были уже «традиционными»: мужики, нанимающиеся на стройку, больше дурака валяли чем работали, но я-то уже хорошо знал, как их от такого занятия отвлечь. Так что я сначала мужикам объяснил, что деньги они будут получать только за уже выполненные работы, а за прогулы с них убытки от простоев будут вычитаться, а прогульщиков вообще со стройки выгонят и больше на работу не возьмут. А еще уже лично я на всех уволенных мужиков в ТОЗы «характеристики напишу»…

Не думаю, что хотя бы часть мужиков поняла, что называется словом «характеристика», но опасения моя речь у низ вызвала серьезные и дисциплина довольно быстро на стройке окрепла. А еще было важно, что я на стройку не просто так явился, а надел свой орден Святого Георгия – а он пользовался все же огромным уважением среди простого народа, так что к словам моим мужики прислушивались очень серьезно. И к середине месяца все на стройке вошло в нормальную колею, так что теперь все были уверены, что завод до осени уже будет выстроен. И я тоже в это поверил, а потому уже совершенно спокойно вернулся во Владимир и даже поприсутствовал на защите диплома моей женой. И вот эта зашита меня повергла в состояние глубочайшего, можно сказать, когнитивного диссонанса…