Текст книги ""Фантастика 2026-208". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

И получил столько же положительных ответов, сколько отправил писем, чего совершенно не ожидал!

Большинство этих Школ были нам знакомы разве что понаслышке. Кто-то из наших мастеров имел дело с их мастерами во время пограничных наймов, но – что называется, «давно и неправда». Так что мы понятия не имели, на ком лучше остановиться. Подумав, я сделал ход конем и пригласил вообще всех – восемь человек!

Да, это сильно ударило по финансам Школы (плата мастеру за прием экзаменов исчисляется в золоте, а не в серебре, и представляет собой примерно четверть ежемесячного бюджета такой Школы, какой была Школа Дуба всего несколько лет назад – сейчас-то мы тратим гораздо больше. Плюс прилично еще добавить дорогой сувенир лично мастеру, не говоря уже о том, что питание и размещение за наш счет и должны быть достойными гостя! Хорошо хоть, девушек для согревания постели предлагать у Дубов не принято, а в некоторых Школах это практикуется.) Зато стало хорошим пиаром, не говоря уже о том, что позволило мне немного прояснить любопытствующим, что это за «Путь плюшевого мишки», что это за «Истинный Бог», и почему меня называют Пророком!

А такие прояснения назрели: слухи обо мне, о Школе Дуба и нашем бое с цензором, о Сорафии и Школе Цапли расползались все больше. Особенно меня беспокоила, конечно, драка с цензором. Официально там решилось вот как: Флитлин подал Императору жалобу, что цензор Оровин несправедливо притеснял его и его союзников, вымогая деньги – ни слова про рудник! И даже вероломно напал на союзные Школы с большим отрядом наемников (показания и свидетели из числа наемников прилагаются). Император предпочел это дело замять и спустить на тормозах – и я был очень этому рад. Не хватало еще и этим вопросом заниматься параллельно со свадьбой и развитием производства!

Флитлин в своей жалобе и Император в своем итоговом указе, объявляющем Оровина изменником и нарушителем императорской воли, ни словом не упоминали Школу Дуба. Меня эта ситуация более чем устраивала. Однако народную молву не остановишь – и вот уже, если верить слухам, я, благодаря силе Пророка, дарованной мне Плюшевым Мишкой, побеждаю у озера Исс целый отряд императорских Гвардейцев!

Репутация мощного и зловещего лидера – это хорошо, но надо же и честь знать! Поэтому я намеревался хотя бы с этой стороны свое реноме рассеять и показать себя главам отдаленных Школ белым и пушистым. Ну ладно, рыжим и пушистым. Во всяком случае, не гениальным бойцом, каким-то неведомым зловещим образом получившим силу Великого мастера в четырнадцать лет и без видимых проявлений ауры!

Трудно оценить в количественных показателях, насколько удался этот план, но поить-кормить-развлекать гостей пришлось до изумления. За этими делами, собственно экзаменами и надзором над нашими с Шейфом проектами весна утекла из рук совершенно незаметно – и только в конце мая я спохватился, что уже месяц не видел жену! И даже писем получил от нее за это время всего штуки две: она была занята не меньше.

Решительно, это никуда не годилось. Разве не обещал я ей – и себе! – что теперь все будет по-другому? Что мы будем проводить время вместе, что новые дети – если у нас получится их завести – будут воспитываться именно нами, а не так, чтобы пришлось приучать говорить «мама» настоящей маме, а не посторонней, пусть и прекрасной во всех отношениях женщине! Именно на такой подводный камень мы наткнулись после того, как позволили второму сыну проводить слишком много времени в семье наших друзей. С мамами-то в итоге определились, но мой друг для него до сих пор остается большим авторитетом, чем родной отец – и ругать мне за это некого.

Поэтому, проводив гостей, я поздравил Фейтла, Эвина, Джиля, Кирта и Диллу (остальные «не сдали») со статусом подмастерий. Потом силой воли отодвинул от себя все накопившиеся дела, отменил наметившуюся было на ближайший выходной стихийную проповедь под Дубом (Лела просила прояснить несколько вопросов по вере, на которые ее натолкнул жрец Флитлина) и отправился в Тверн, ко второй части семьи.

М-да, хотели объединять Школы, а пока все равно получается, что приходится мотаться туда-сюда – и конца-краю этому не видно.

Интересно, в границах ста лет получится сварить асфальт и сделать двигатель внутреннего сгорания? Ну хоть плохонький? Эх! Мечты-мечты. Хотя… над Политехническим институтом и формированием научной школы на базе наших мастерских надо подумать – все равно ведь собирался. Раньше начнем, раньше сяду за руль танка… Тьфу ты, автомобиля, конечно.

Глава 14
Семейные консультации

Июнь 15 года от начала правления императора Энгеларта Седьмого, 10552 г. от Сотворения мира

Чем дальше, тем более опытным путешественником я становлюсь: подгадал время в пути таким образом, чтобы, с одной стороны, обойтись одной ночевкой в Лейкерте, и прибыть в первой половине дня, а не под вечер. Я знал, что Сора, скорее всего, в это время занята – и сожалел об отсутствии мобильных мессенджеров, в которых мог бы кинуть ей сообщение вроде: «Девочка-девочка, Гроб-без-колесиков уже у тебя на пороге, готовь свое тело!» (Алёнка как раз в числе редких ценителей такого юмора). А потому отправился первым делом в резиденцию Дубов: почти достроенное, если не считать отделки, пятиэтажное здание. Да, в этот раз я подошел к делу с размахом, и, скажу я вам, очень трудно было найти зодчего, который взялся за проектирование многоэтажки и понял, что я хочу от него в плане водопровода!

Правда, первый этаж был сделан традиционно: точно так же, как первый этаж резиденции Цапли, с большим холлом, прихожей для переобувания и лестницей посередине. В этом-то холле меня и поймала другая красотка, никак с моей женой не связанная. А именно – моя дражайшая невестка Рида Коннах.

К тому моменту я не видел Риду уже несколько месяцев и поразился переменам в ней. Из девушки-подростка она вдруг завершила превращение в молодую женщину – это было отчетливо видно. Движения стали более плавными, лицо – значительно взрослее, что меня порадовало. А вот то, что в глазах поселилась тревога, а между бровями складка, мне нравилось меньше. Тоже компоненты взросления, но счастливые молодые девушки так не выглядят.

– Лис, как хорошо, что ты приехал! – я уже опасался, что девушка мне на шею кинется, но нет, обошлось. Хорошо, а то бы она меня опрокинула: Рида меня переросла, и благодаря мощным статям весила тоже, наверное, больше. А может, меньше: мышцы-то у меня потяжелее, чем у нее. Но ненамного.

К счастью, ее манеры претерпели еще более разительные изменения, чем внешность: Рида приобрела городской лоск, стала сдержаннее и церемоннее. Даже прическу стала укладывать по-другому – точь-в-точь как Яса Иэррей – и брови выщипывать. Не припомню, чтобы хоть кто-то из девушек Дуба выщипывал брови. Если не считать Тильды, но она ведь совсем из другой среды. То же касается наложницы Она, и не могу себе представить, чтобы Рида взялась ей подражать.

В общем, понятно: Рида впечатлилась девушками Цапель, может быть, даже самой Ясой. В принципе, нормально: она как раз в том возрасте, когда молодые люди ищут кумира помимо родителей. И уж лучше Ясе, чем Леле, честное слово!

– Что случилось? – спросил я вместо ответа на ее приветствие.

– С чего ты взял, что что-то случилось? – явно через силу улыбнулась Рида. – Я просто рада тебя видеть!

– Что-то с Гертом, – понял я.

– Ничего, честное слово! – Рида оглянулась, но холл, к счастью, пустовал. – Он просто очень занят управлением Твернским отделением, вот и все.

– Угу, – я крепко схватил ее под руку и повел как раз в сторону моего кабинета. – Пойдем поговорим.

Кабинет главы большую часть времени пустовал, поэтому тут было пусто и тихо, шторы опущены, единственное кресло в чехле. Опять же, предупредить заранее о своем приезде по телефону как-то не получилось! Стулья для посетителей ножками вверх были выложены на небольшой стол для конференций, что тут же напомнило мне атмосферу школы во время летних каникул. Впечатление усиливалось ярким июньским светом, пробивающимся в щель в шторах, и детскими голосами со двора: судя по голосам, шла тренировка у юных Цапель.

Два стула я снял, поставил друг напротив друга, на один сел сам, на второй приглашающе кивнул Риде.

– Что случилось с Гертом?

Рида вздохнула.

– Он… стал другим!

– И? – я приподнял одну бровь, вновь наслаждаясь этой возможностью (важно, конечно, не прибегать к этому жесту слишком часто, не то он обесценится!). – Ты тоже стала другой! Кстати, гораздо красивее, если позволено заметить.

– Спасибо, – кивнула Рида, едва обратив внимание на комплимент, и я понял, что она в самом деле озабочена не на шутку. – Но Герт правда сильно изменился! С детьми еще занимается – но сам для себя почти не тренируется! Не бегает больше! Мы с ним бегали на выходных за городские ворота и немного по окрестностям – теперь не хочет! На рынок не ходит, посмотреть, как там наши, вообще почти за порог резиденции – ни ногой! И над книгами все время сидит, каждую свободную минутку! Даже ночью… – Рида чуть покраснела. – Нет, это тебе не нужно, извини! – торопливо поправилась она.

Я кивнул.

– Угу. Не нужно. И как давно Герт тебя в опочивальне игнорирует?

Рида покраснела еще сильнее.

– Я ничего не говорила! Ты сам догадался!

– Догадался, догадался, – вздохнул я. – Ладно, ничего. Я родня, мне можно. К тому же, глава рода, мне нужно знать, если с зачатием потенциальных наследников какие-то проблемы!

– Какие там наследники! Ты сам знаешь, я же почти первый ранг… Я думала попозже Герту наложницу найти… Чтобы приятная, скромная, но не слишком красивая… ой! – тут она зажала рот ладонью и стала совсем уж пунцовой.

– Сама родишь, – сухо сказал ей я. – Не отлынивай. Плюшевый мишка мне сказал, что все у тебя получится.

Получится-получится, если надо, я ее магией подлечу.

– Правда? – обрадованно спросила Рида.

– Конечно. Все будет в свой срок. Так что там у вас?

– Ну… Я сначала не заметила, сама уставала с непривычки! Ты знаешь, я учусь лекарскому делу, пытаюсь быстрее – мне уже как-то не солидно с той же скоростью, что и мелюзга, учиться!

Я кивнул.

– В общем, я сперва не замечала, а потом меня как по голове стукнуло: мы же уже больше месяца… Ну, ты понимаешь! Я думала, может, дело во мне, может, я подурнела. Но… – тут она замялась, – когда я общаюсь с мужчинами, которые не знают, что я замужем, бывает, мне комплименты делают, и даже вполне настойчивые. Я, конечно, обрываю, но… ты и сам сейчас сказал, что я хорошо выгляжу! Это ведь правда?

– Еще какая правда, – подтвердил я, думая, какой она, в сущности, еще ребенок. – Но вообще-то причин может быть множество. Я с Гертом поговорю, узнаю, что его гнетет. Но насчет дел опочивальни – это почти наверняка он опять переживает, что у него внутренней энергии мало.

– Думаешь? – с сомнением спросила Рида. – Я думала, он уже это пережил.

– Ты думаешь, это так просто пережить? – уточнил я, борясь с желанием опять поднять бровь.

– Ох, да… действительно, – Рида вздохнула. – Но он и так сильный! И умный! Почти как ты умный! Только гораздо красивее, извини…

– Не за что извиняться, – хмыкнул я. – Я первый признаю, что Герт внешностью куда больше удался. А ему самому ты это говорила? Ну, что он сильный, умный и красивый?

– Конечно! Чуть ли не каждый день говорю! Он улыбается, благодарит, а у самого взгляд куда-то вдаль… Мне кажется, тебе надо его похвалить, а не мне. Я что? Всего лишь его жена. А ты – глава его рода и Школы!

Надо было слышать, как Рида сказала эту фразу: без малейшего самоуничижения или сарказма, как могла бы сказать это женщина с Терры. С совершенным признанием того факта, что в иерархии отношений «жена» значит меньше «главы». Может быть, только с легчайшей ноткой горечи и печали: мол, хотела бы я быть для Герта такой же важной, как ты, но не могу.

Я вздохнул. Да, разговор явно назрел. Из меня, конечно, тот еще семейный психолог, но что делать – других не завезли!

* * *

Все-таки прежде чем беседовать с Гертом, я переоделся с дороги и заскочил к Соре, памятуя о собственной решимости ставить на первое место жену и детей, а не прочие дела. Она действительно оказалась занята, но мы все же нашли время провести друг с другом пять минут наедине – и да, она опять подняла меня и закружила!

– А ты вырос, старый лис!

– Не старый, а молодой, – возразил я, целуя ее в нос. – А теперь опусти меня, бежать пора. Там у Герта личностный кризис, нужно поймать его до его послеобеденной тренировки с учениками.

– Ага, знаю, – кивнула Сора. – Хорошо, что ты приехал, а то я уже думала тебе писать-вызывать. У меня тоже тренировка, потом урок общей биологии у старших учеников… Ну, того, что приходится давать вместо общей биологии, – она поморщилась. – Жду не дождусь, когда у нас уже наберется средств открыть нормальный университет! И чтобы с лабораториями, кафедрами – и спихнуть на кого-то еще развитие науки!

– Увы, – вздохнул я, – лаборатории и кафедры я тебе могу организовать, и даже набор туда ребят с прицелом именно на занятия наукой, но придется параллельно обучать их драться, чтобы могли за себя постоять. А прямо специализированный университет – это пока дело уж совсем далекого будущего, я уже думал. К счастью, время у нас есть.

Пока можно зажечь Черное Солнце и получить доступ к магии, умереть от старости и болезни мне и моим близким не грозит. Уже плюс.

– Не считай себя неуязвимым, – мягко посоветовала Сора.

– Под твоей охраной как Великого мастера? – шутливо спросил я. – Если что, я всецело полагаюсь на твою защиту, дорогая!

– И меня тоже не считай неуязвимой. И тем более непогрешимой. Нужно быть осторожнее. Я не могу защитить тебя от отравленного дротика из-за угла!

– Уж я-то знаю! – фыркнул я. – Я сам убивал людей таким образом. В том числе тех, кто считал себя неуязвимым.

– Дротиком? – удивилась Алёна. – Вот не знала! Я думала, ты больше магией или взрывчаткой…

– Вообще-то, да, но случалось всякое. Дротики, удавки и еще шестьсот шестьдесят шесть других способов.

Моя жена фыркнула.

– Именно шестьсот шестьдесят шесть?

– Готов доказательно подтвердить каждый метод!

Она засмеялась: такие шуточки, в отличие от плоско-пошлых, раньше Алёне не нравились, а вот Соре теперь заходили. Однако она тут же посерьезнела.

– Нет, правда. Я очень постараюсь в самом деле тебя защищать. Но мои возможности ограниченны. Особенно, если нахожусь на другом конце страны!

– Увы, – вздохнул я. – Нам надо больше бывать вместе, правда? Ничего, сейчас завершим этот подготовительный этап – и будем везде ездить парочкой. Ты от меня еще взвоешь, интровертка ты моя.

– Жду с нетерпением, – ласково сказала Сора.

После чего все-таки опустила меня на пол.

Не то чтобы мы оба не хотели отметить встречу как-нибудь позначительнее – но обстоятельства явно требовали повременить с этим до вечера. Время, время! Его вечно не хватает.

* * *

Герта я нашел именно там, где, по словам Риды, он проводил большую часть времени – к сожалению, не только дневного. А именно, у него в кабинете.

Из соображений статуса и иерархичности этот кабинет был несколько поменьше кабинета главы Школы, но ненамного. Еще не зная, что управляющим Твернского отделения станет еще один Коннах, я уже предвидел, что этой героической личности придется пропускать через себя куда больше документов и посетителей – поэтому его рабочее помещение должно быть для этого подходящим. И предусмотрел такое.

У кабинета управляющего, так же, как и у моего, имелся секретарский «предбанник», но если в моем случае он пустовал, то здесь он явно использовался – за секретарским столом явно работали, и много. Там даже сидел помощник – я, к своему удивлению, узнал одного из любителей шпилей, с которыми гулял по Тверну. Вот не знал, что у парня есть умения работать административно.

– Инис! – воскликнул я. – И с каких пор ты трудишься секретарем?

Парень аж вспыхнул.

– Не сомневайтесь, глава, у меня получается! Я не только кулаками махать умею!

– Да я и не сомневался, – улыбнулся я. – Очень рад, мне всегда приятно, когда мои люди открывают в себе новые таланты. Но тренировками ты не пренебрегаешь, я надеюсь?

– Конечно! – воскликнул парень. – Я же второй ранг, как можно пренебрегать?

– А твой начальник? – я кивнул на кабинет Герта. – Он с вами тренируется?

– Нет, конечно, – удивленно сказал Инис. – Управляющий Гертис… ну, он же…

– Что он же? – чуть нахмурился я.

– Ну, оживший мертвец! – выпалил Инис. – Понятно, что голова-то у него еще умнее стала, как с того света вернулся, а на кулаках-то ему с живыми-то уже не тягаться! Так зачем ему зря время тратить на тренировки? Он и так знаете как занят?

Та-ак.

Повезло, что этот простофиля мне попался. Герт, пожалуй, так прямолинейно проблему бы не изложил.

Тут дверь в начальственный кабинет распахнулась, стоящий на пороге Герт начал говорить:

– Инис, что за перворанговый боец с тобой болтает, и ты не считаешь нужным… Лис! Как я рад тебя видеть! Пойдем, пойдем! – Герт просиял, увидев меня.

Ну что ж, похоже, все не так плохо, как я опасался после разговора с Ридой!

Или все-таки?

Схватив меня за руку, он чуть ли не втащил к себе.

Вот здесь ни малейшего намека на «школу на каникулах»! Ни малейшего следа депрессивного «трудоголического запоя», кстати, тоже. Портьеры раздернуты и подвязаны шнурками, все чистенько, все на своих местах, завала документов на столе нет, в шкафу тоже все аккуратно. Иными словами, не похоже, что тут днюют и ночуют, забивая на все, постепенно утопая под завалами работы и все больше фрустрируясь!

А вот сам Герт мне не понравился.

Лето еще только началось, но лично я уже за весенние месяцы успел загореть до черноты (даже кожа немного облезла – рыжие вообще легко сгорают, а я опять забыл). Герт обычно к этому времени загорал тоже, и волосы у него выгорали с черного до темно-каштанового. Сейчас – ни следа подобного. Не то чтобы он был неестественно бледен, видно, что время на воздухе проводит, но – загар горожанина. Опять же, не сказать, что сильно похудел, однако кажется не таким мощным, как мне запомнился. Такую мускулатуру, как у него, быстро не потеряешь, но чувствовалось, что парень не совсем в форме. И лихорадочный блеск в глазах у него мне тоже не понравился.

Я привычным усилием потянулся его магически продиагностировать, но резерв, разумеется, был пуст: последний раз я зажигал Черное Солнце как раз накануне визита мастеров-гостей ради экзаменов. Лишний раз пролечил всех, кто в этом нуждался и заодно слегка омолодил Ию – служанку Соры. Для исцеления мне необходимо касаться человека, если он не маг (с магом можно просто войти в положительный резонанс, при условии, что вы друг другу доверяете), так что нам пришлось проявить немного изобретательности, дабы не посвящать Ию в нашу тайну. Но в итоге выкрутились: подгадали так, чтобы служанка спала. Во сне в принципе лечить проще, кстати говоря.

В общем, ничего я про Герта не понял. Однако интуиция говорила мне – очень вряд ли он болен. Сора и Иэррей на пару отличные диагносты, вполне способны распознать серьезные неполадки в организме даже без привычных мне анализов и приборов. Да и вообще тут полна резиденция изучающих и практикующих медицину! Нет, речь идет о психологических загонах.

– Ну что, ты устал с дороги, или отчет выслушаешь? – весело спросил Герт после того, как крепко меня обнял. – Я тут немного приводил в порядок цифры…

– Слышал, что ты не «немного», прямо с головой в них ушел, – заметил я.

– Ну а как иначе? – Герт уселся на угол стола, развел руками. – Я же сущий желторотик в этом всем, край какой-нибудь четвертый ранг – а нужен уровень мастера, чтобы твоими делами в Тверне управлять! Эткин, конечно, помогает, Великий мастер тоже, но они все-таки… ну, не совсем наши, – он слегка смутился. – Я не имею в виду, конечно, госпожу Сорафию…

– Ты ее так и называешь «госпожа Сорафия»? – весело спросил я. – Слышал, она просила тебя называть ее просто «Сора».

– Просила, но одно дело, когда тетя Тильда ее так зовет или даже моя мама, а другое дело – я, – Герт как-то беспомощно передернул плечами. – Все никак не привыкну, что я больше не имею отношения к бойцовской иерархии, извини уж. Это все очень тяжело выбивается.

– Что значит «не имеешь отношения»? – спросил я его тяжелым тоном. – Ты – подмастерье Школы Дуба! Когда достигнешь уровня Эткина или хотя бы нашего Рейкиса, то есть когда тебе не будет требоваться помощь в управленческих делах, сделаю тебя мастером!

– Ты с ума сошел? – ласково спросил Герт. – Так нельзя! Меня уже на смех поднимали, как подмастерья…

– И что случилось с человеком, который так поднял тебя на смех? – так же ласково спросил я. – Ты ведь уже в курсе!

Герт чуть удивленно замолчал. Я вздохнул.

– Дорогой брат. Мир меняется. Помнишь, мы говорили, что есть разные роды силы? Это не значит, что ты должен забывать о той силе, которая у тебя всегда была. А ты пытаешься как будто полностью в другую шкуру влезть.

– Я учу детей! – воскликнул Герт. – Как мы договаривались! Правда, пока в основном детей Цапли, но ты же мне сам сказал, что это все равно.

– Ну да, – кивнул я. – А своим тренировкам внимания не уделяешь.

Герт поморщился, как будто я сказал о чем-то неприятном.

– Тяжело видеть, как вчерашние слабаки и неумехи сильнее тебя, да? – спросил я очень мягко.

Герт ничего не ответил.

– Но ведь есть еще и Рида. С ней ты тоже перестал тренироваться, а раньше ведь помогал. Быть слабее ее ты тоже стыдишься?

Снова пауза. Я не стал больше ничего говорить, позволил этой паузе повиснуть между нами.

– Тебе не стыдно быть слабее мастера Сорафии, – пробормотал наконец Герт. – Ты – Пророк, ты – лидер, за тобой все идут или хотят пойти, в том числе и глава Школы Цапли! Я тоже стараюсь… стараюсь стать сильнее в другом плане. Но я столько пока ошибок допускаю! Ты знаешь, как нас обворовали во время твоей свадьбы на одних только свечах⁈

– Примерно на восемь золотых? – прикинул я.

Герт вытаращился на меня.

– Восемь золотых и три серебряных… – пробормотал он. – Так ты знал⁈

– Ну, у меня не было времени вникать детально, но счета я проглядел, качество и количество свечей тоже видел… Они, конечно, дорогие, но не настолько, и самых толстых было меньше сотни, – я пожал плечами. – Не бери в голову! Ошибки все делают. Пусть другие воруют – мне главное, чтобы ты не пытался меня обворовать… Впрочем, учитывая, что твоя доля в стоимости резиденции тоже есть, помнится, ты вложился…

– Восемь золотых – это не пустяк! – настаивал Герт. – И главное, вернуть их никак не получится, я уже узнавал. Они документы правильно все оформили. Причем они не Школа, а Гильдия, так что даже морду сходить набить по всем правилам не получится.

– Просто не будем больше обращаться к этим поставщикам.

– Придется! У них в Тверне монополия.

Я хотел было сказать ему, что это нормальная стоимость обучения менеджера высшего звена и впредь он просто не совершит той же ошибки, как вдруг мне пришло в голову, что мы обсуждаем совсем не то.

Я вздохнул.

– Герт. Можно я немножко окольно буду говорить?

– Да говори как угодно!

– В смысле, не обидишься, что я вдруг с тобой не напрямую?.. Нет? Ладно, тогда слушай притчу. Мне ее плюшевый мишка как-то… приснил. Говорит, это случилось взаправду, но давным-давно, во времена Эремской империи.

– О, уже интересно! – у Герта неожиданно разгорелись глаза. А я и забыл, что он гик насчет истории, пользуясь привычными мне терминами. – Слушай, а ведь, получается, Истинный Бог может через мишку тебе показать, как там взаправду все было?

– Может, но почти не показывает, – я покачал головой, – только то, что имеет отношение к нам. Вот и эта история имеет, я только до сих пор не понимал, почему, а теперь вдруг понял. Так вот, жили-были два друга. Они вместе служили эремскому императору, дослужились до высоких чинов. Помогали всячески, не раз спасали друг другу жизнь и вообще были между собой ближе, чем многие братья.

– То есть примерно как мы с тобой? – усмехнулся Герт.

– Примерно, – кивнул я. – Только не родичи. Один был наследником рода, и когда умер его отец, женился и взял на себя заботу о фамильном поместье. Но службу Императору продолжил, как продолжали все его предки. Другой был не из такого знатного рода и наследства не получил. Вместо этого он стал родоначальником бойцовской Школы, одной из первых. И так прославился, что союза с ним искали многие семьи, и он вынужден был взять в жены ни одну, ни две, а целых пять женщин.

– Целых пять⁈ – глаза у Герта округлились. – Ну счастливчик! Или нет?.. – он задумался. – Даже сказать не могу!

– Да, все вокруг прямо не знали, жалеть беднягу или завидовать ему, – усмехнулся я. – А ему и дела ни до кого не было. Как-то он так уладил дела между женами, что они вдобавок стали между собой как сестры, во всем друг другу помогали, и каждая родила ему по сыну, а некоторые двоих или даже троих детей, и не делили этих детей на своих и чужих. Еще и приемных воспитывали!

– А мишка точно уверен, что это было на самом деле? – фыркнул Герт. – Что-то чем дальше, тем неправдоподобнее звучит!

– Что привиделось, то и пересказываю, – развел я руками. – Земли первого друга и новой бойцовской Школы оказались по соседству – друзья специально так устроили. Их дети дружили между собой, дети аристократа обучались вместе с детьми главы Школы.

– Дай угадаю, дочь аристократа влюбилась в сына главы, но отец-аристократ не захотел ее выдавать замуж за человека ниже статусом, и друзья поссорились? – перебил Герт.

– Нет, – покачал я головой. – Дети действительно влюбились, но спокойно поженились, и все у них было хорошо. История не об этом. Аристократ все время отлучался по службе, его сыновья также поступили на службу Императору, его жена вела дела в поместье одна. Однажды, когда они были уже стариками, на поместье напали разбойники, все сожгли и убили ее.

– И бойцы из соседней Школы не пришли на помощь? – удивился Герт.

– Не успели. Увидели столп дыма и зарево огня, прискакали – и опоздали. Аристократ добрался домой еще раньше них, понял, что случилось, бросился в погоню за разбойниками… Но он был уже стар, и его тоже убили. Его друг с сыновьями потом нагнал разбойников и отомстил за него. Бойцов-то было много, и они лучше умели драться, чем бедняга аристократ.

– Странная история, – Герт нахмурил брови. – В смысле, ничего такого уж странного, если не считать пяти жен – которые тут вроде бы вовсе ни при чем! Но не могу понять, к чему тут мораль.

– К тому, – сказал я, – что нужно уделять внимание не только работе, но и семье. Один друг с пятью женами смог поладить, другой и свою единственную не сумел охранить – потому что был слишком занят.

Я удивился горечи в своем голосе – хотя, по здравому размышлению, не стоило бы. Удивительно не то, что эта история вылезла наружу! Удивительно то, что я рассказываю ее Герту… а может, и нет. Соре-то не могу. Она опять начнет: «Ты здорово передергиваешь, милый! И вообще, это не ты меня туда затащил, это я сама решила лететь…»

– В общем, вот что хочу сказать, – добавил я. – Мой отец говорил, что для него семья и Школа – самое главное. Так вот для того, чтобы Школа стояла крепко, семья тоже должна быть крепкой. И ваша с Ридой семья в том числе. Нет одного без другого. Нет менее важного. Если не хватает времени – выкраивай его! Пусть и одно, и другое получается не так хорошо, как хочется – главное, чтобы оно получалось хоть как-то! Иначе правда… останешься на опустевшем пепелище, вдали от всех, кто мог бы помочь!

– Ты говоришь так, как будто у тебя уже есть печальный опыт в этом отношении, – удивленно сказал Герт.

– Плюшевый мишка очень живо показал мне, как это бывает, – качнул я головой.

Герт с сомнением поглядел на меня:

– Ты решил завести еще четырех жен? Думаю, что как Пророку тебе бы это сошло с рук…

Я аж закашлялся.

– Ты что! Чур меня! Чур! Не смей так даже шутить! – подумав, добавил. – Особенно при Соре.

Герт фыркнул.

– Заметано. Ты тоже эту притчу Риде не рассказывай. Чисто… во избежание.

Я кивнул. И остро, остро пожалел, что шансы и Герта, и Риды встретиться с героями этой истории так ничтожно малы!