Текст книги ""Фантастика 2026-208". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

Соавторы: Юлия Андреева,Квинтус Номен,Майя Фар,Ярослав Васильев,Адель Гельт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 226 (всего у книги 349 страниц)

– А и не надо, – замотал головой призрак учителя. – Мне бы филактерию… По типу «пламенного сердца» или как-то так.

– Тип Данко-Три? – уточнил я.

Блин, все время забываюсь. Откуда им тут, в мире Тверди, знать земную классификацию?

– Это тебе виднее, Мастер, – ответил старик Зайнуллин.

Ну, раз мне, так тоже мне.

Я сделал нужное: чего тянуть-то, если мне виднее?

Эфир сгустился и потек туда, куда надо.

Вот я устал и решил отдохнуть.

Высшее колдовство отнимает силы: не физические, моральные.

Поэтому после серьезной волшбы я всегда сижу и читаю или прямо сплю – и всем советую делать точно так же.

Короче, я налил себе чаю, взял книжку, уселся в кресло. Вот, мол, сейчас как наберусь сил!

Ну да, конечно, отдохнул тут один.

– Товарищ босс, там до тебя, – гоблин Куян примчался со скоростью курьерского самоката – даром, что на своих двоих. – У ворот…

Я скрипнул креслом – вставать не хотелось, но пришлось.

Взял чай, остудил его коротким пассом, выпил большим глотком.

– Кто там?

– Там Дори, – ответил Куян. – И Ульфович. И еще один, который тролль.

– Почему у ворот?

Куян – товарищ неглупый и шустрый, что ногами, что умом. Гоблины – вообще народ такой, интересный: почти не тупят.

В этот раз вышло наоборот.

– А! – понял главный трофейщик клана. – Там приехали!

Час от часу не легче. Теперь приехал непонятно кто.

Почему «непонятно»? Тут просто. Было бы понятно – гоблин бы сказал.

Ну, эти хотя бы не стреляют и не колдуют – возможно, только пока, но я бы услышал.

– Вызвать мобиль? – предложил Куян. – А то целый Глава и пешком.

– Пусть так, – отверг я. – Ноги разомну. Подождут.

И отправился к воротам так, как был: несолидно, на своих двоих.

Мне всегда казалось, что паровозы ездят сами.

Вернее, я ни разу не видел, чтобы их возили – вот так, целиком, и не по железной дороге.

Впрочем, по порядку. К воротам я подошел скоро – благо, идти было недалеко.

Как хорошо, что мы пробили новый тракт! Еще лучше то, что площадку, возникшую перед воротами с той стороны, наши тролли расширили, замостили бетонными плитами и покрыли поверх асфальтом.

Мне не хватало только инфраструктуры: хотелось пригнать самобеглый киоск с едой – но в сервитуте такого не делали, а обращаться куда-то еще я пока ленился. Делать такое самому тоже было лень – объяснялся тем, что рынок, мол, не готов.

Вот лет через тридцать бы!

Наверняка найдется пробивной нелюдь. Тролль там, гоблин или даже черный урук. Придумает печь пирожки или жарить блины, наливать кофе, подведет под все это идейную базу, и будет хорошо… Но не сейчас.

Пока же на асфальтированной площадке не было ни одного киоска – зато стояли сразу три больших грузовика.

Кой черт, грузовика! Это были короли дороги, чудовищных размеров и мощи тягачи, запряженные в низкопольные платформы – каждый в свою.

На одной такой платформе я увидел паровоз.

Я вышел из ворот, встал, уперев руки в боки.

Эфирным своим зрением я видел: площадка окружена бойцами. На паровоз (и не только) сейчас смотрели стволы и раструбы всего подряд – от автомата до огнемета. Немного позади меня, укрытые забором, развели боевую магию колдуны стихийной звезды.

Короче, я понял: все спокойно, можно говорить.

– Это чего вообще и кто такие? – спросил я гнома Зубилу – тот очень вовремя нашелся поблизости. Впрочем, Куян же и говорил, что Дори сейчас у ворот.

– Это с биржи, – непонятно ответил гном. – Вон тот, красный.

«Красный» – это он про первый тягач, тот, который с паровозом на платформе.

«Биржа какая-то еще», – подумал я, вслух же сказал вот что: – А остальные?

– Остальные, товарищ босс, это твои друзья, – подошел Ульфович. – Те самые, по одному от каждого клана грузовых.

Я присмотрелся: если красный притащил локомотив – к каковому, по здравому разумению, стоило цеплять вагоны, то два других – синий и зеленый – волокли всякое, пока непонятное – какие-то крупные железки, хорошо укрытые чехлами.

– Наше вам здравствуйте! – прозвучало в рупор.

Я вздрогнул: очень уж это было похоже на тот день, когда я… Ну, вы помните.

– Привет тебе, Глава, – тут кхазад по имени Моисей, глава сразу двух дальнобойных кланов и лучший логист державы, говорил уже нормальным тоном и голосом – убрав ото рта рупор.

– И тебе привет, дорогой, – я приобнял гнома и похлопал его по плечам. Да, пришлось наклониться, но – полезно и не сложно. – Это что такое?

– Это мой вклад в наш с тобой проект, – ответил он. – Не единственный, но первый. Вот, с паровозом – лучшая путевая бригада во всем Поволжье.

– В державе, так-то, – порадовал меня незнакомый тролль. – Но мы скромняги.

– Ты кто? – спросил я прямо в лоб.

– Я Омурбек, – тролль протянул руку. – Партийная кличка – товарищ Таш. Командир этих вот, которые те самые, и заодно – старший машинист.

– Я Иван, – рука оказалась сухая и крепкая. – Глава тут, да. Шаман и некромант второй ступени.

Тролль был обычный. Высокий – выше меня, без волос. То есть, горный, не лесной.

– А чего, есть еще и младший машинист? – уточнил я.

– Даже двое, – ответил Омурбек. – И механики, трое. И слесаря по ремонту подвижного состава. И электрик еще, но этот один. Целая бригада, так-то.

С паровоза махали: я опознал гномов, людей и гоблинов. Интернационал, например!

– Ладно, – решил я. – Дело ясное. Загоняйте технику.

И сразу показал – куда именно загонять.

А сам призадумался.

То есть – «товарищ»?

В смысле – «партийная кличка»?

Глава 11

[Сервитут Казнь, центр городской части. Конспиративная квартира. Филёр Ларина.]

– И что фигурант? – спросил куратор.

– Пока ничего. Если мне будет позволено высказать…

– Ларина, не паясничай!

Мой куратор – человек позитивный. Лишнего не скажет, ведет себя дружески, зовет меня по имени – «Таня». Кроме прочего, говорить в его присутствии я могу о чем хочу – и любыми словами.

– Важна не только информация, – сказал он мне как-то, – но и личные впечатления агента. Поэтому – не докладывай, рассказывай. Так будет вернее.

– Ваня расслабился, – начала я снова. – Он будто живет обычной жизнью, даже когда воюет.

– Как сейчас? – уточнил куратор.

– Да, как сейчас. Ему не нравится сама война, но он будто ее ждал – и считает частью единого целого. Чем-то, без чего не обойтись.

– На днях у нас был случай, – слова «инцидент» жители Казни старательно избегают. Непростое оно, это слово.

Я, как говорит Ваня, стала вся внимание. Кураторы редко откровенничают с филёрами, и никогда не говорят о чем-то просто так.

– Знаешь главный городской морг? – вдруг спросил собеседник.

– Конечно, – кивнула я. – Ваня там работает. Работал. Место удивительное – одно название чего стоит.

– Так вот, Баал подогнали к моргу несколько звезд бойцов – и магов, и так, пехоты. Был даже танк!

– Баал? – немного не поняла я. – При чем тут Бавлы?

– Откуда, – будто не понял куратор. – А! Ты же училась в БУРСА! Так вот, этот самый морг принадлежит им, Баал. К тому же, он не совсем морг, а очень даже… Нет, стоп. Про это тебе рано – но можешь спросить у своего Йотунина.

– И спрошу, – посулила я.

– То, к чему готовились Баал… Смотри, – куратор раскрыл портфель, порылся с минуту внутри и вынул тонкую книжицу in quatro.

Я приняла брошюру. На титульном листе значилось вот что: «Устройство засадъ на случай прорыва потустороннихъ сущностей перваго порядка и выше. Методическое пособіе.» В самом низу листа шли выходные данные: «Опричнаго статута типографія, сервитутъ Казнь, 1892.»

Старинную, еще дореформенную орфографию одолеть удалось с трудом: вот ведь предки! Не годилась им нормальная латинская графика!

– Сможешь прочесть? – уточнил куратор. – Или пересказать своими словами?

– Можно ли, ваше высокоблагородие, сразу выводы? – я нарочно подольстилась: уже знала, что моему куратору совсем недавно навесили одну большую звезду, и он тем немного, но гордился.

Расчет на лесть оправдался.

– Молодежь, – притворно вздохнул он. – Никто не хочет учиться! Хорошо, слушай. Баал повторили это пособие – почти слово в слово. Только танк уже добавили от себя, и эльфийских лучников заменили на лаэгримских же бекасников – с винтовками.

– То есть, они ждали… Демона? – я испугалась, но сразу взяла себя в руки. – При чем тут Ваня?

– А вот смотри, – куратор достал лист бумаги и стал быстро чиркать на том цанговым карандашом. – Вот морг. Вот так была расставлена засада. Время, когда эльфы засели в гнездах и там затихли, установлено.

– Так, – я сделала вид, что начинаю что-то понимать.

– Через два часа двенадцать минут после того, как засадники угомонились, в здание вошел Иван Йотунин. Еще через три минуты молодой Баал…

– Рикардо? – зачем-то уточнила я.

– Да, он. Ваш попечитель. Так вот, Рикардо Алонсович вышел из подъезда дома напротив – в сопровождении троих стражей. Вышел, пересек Сибирский тракт – по тому, кстати, не проехало за это время ни единого мобиля, – и вошел туда же, в здание морга. Потом засада снялась: эльфы собрались и улетели на винтокрыле – прямо с крыши. Танк уехал, пехота ушла пешком. Маги расселись по мобилям и двинулись следом за танком – почти все.

– Почти?

– Звезда жизни вошла в морг и провела там двадцать одну минуту, после чего вышла вон.

– Получается, – поняла я, – засада была как-то связана с Ваней?

– Или прямо была устроена против него. В этой связи…

– У вас вопрос, – невежливо перебила я. «Не замечала ли я чего-нибудь»…

– Сама все знаешь, – согласился куратор. – Итак, не замечала ли?

Ну да, конечно. Вот так взяла, и все тебе рассказала, и мысли, и подозрения, и те мелочи, что заметила сама.

– Замечала, конечно, – главное было – не врать прямо. – Ваня стал спокоен, рассудителен. Бросил пить. Кроме того…

Я почти слово в слово повторила часть докладной записки – той, что сожгла несколько дней назад. Сами понимаете, часть небольшую.

– Это понятно, – покивал куратор. – Спрошу прямо: как ты думаешь, насколько велика вероятность…

– Вселения? – спросила я.

Куратор хмыкнул неопределенно, но ответил: – Да.

– Небольшая. Но есть. Вероятность. Знаете, как будто он, то есть Ваня, прожил где-то еще одну жизнь, и только после этого…

– Достаточно, – заключил куратор. – В целом, твои, Ларина, наблюдения сходятся с… Да, сходятся.

– Ваня – не демон. Гора с плеч! Что теперь?

Куратор посмотрел на меня внимательно, но ничего не ответил. Я принялась терпеливо ждать.

– Ладно, – сказал он, вдоволь насмотревшись. – Считаешь ли ты, что наблюдение можно прекратить?

– Ни в коем случае! – я покачала головой.

Сам же меня учил – «категоричных решений быть не должно»!

– Не прекратить. Понизить категорию, скажем, с красной до оранжевой.

– Не желтой? – куратор глянул со значением, то ли удивленно, то ли выжидающе.

– Рано до желтой, – решительно отвергла я.

– Так и поступим, – согласился куратор. – На вот, прочти и подпишись.

«Я, филёр УС второго класса Ларина, по существу заданных мне вопросов…»

[Поселок «Сон Ильича». Иван Йотунин.]

– Одного – не пущу, – уперся Ульфович. – Пусть враги и притихли, но кто знает – надолго ли?

Шереметьевым временно стало не до нас: историю с нападением на мою квартиру ловко обернули атакой на сервитут – попрание древних священных прав, массовое убийство гражданских, всякие там разрушения…

Короче, войну пока остановили – это если официально, Бедняковы обрели бледный вид и сейчас оправдывались перед какой-то там комиссией.

Опытный Баал сначала долго смеялся, после – пообещал минимум неделю относительного мира.

Однако то официально – я не знал, каких там наемников Шереметьевы напустили в сервитут Казнь. Поэтому спорил я чисто из принципа.

– Я не один, так-то, – возразил я. – Со мной легендарный герой!

– Хоть три героя, – не сдавался начальник охраны. – Бери отделение бойцов, а лучше – взвод!

– И на чем мы поедем, с этим твоим взводом?

Я отлично понимал Ульфовича – как и то, что мужик был прав. Если даже мне – три раза ха-ха – ничего не будет грозить в самом сервитуте, до него надо еще доехать! Тут, на минуту, верных пять километров по не самой хорошей дороге, пара лесочков, дюжина болот и какие-то холмы… Засаду устроить – самое милое дело.

– Представь, дорогой товарищ, – я предпринял еще одну попытку, – что я еду на свидание. У меня, допустим, личная жизнь!

Вот я сказал, а сам задумался: не звучали ли эти слова раньше?

Наверное – нет. Старое, доброе галльское дежа вю, вот это что такое было, да.

– Слушай, Глава, – предложил начальник охраны. – А что, если нам просто скататься за твоей, хм, девушкой? Ты ей позвонишь, она будет ждать и не испугается. Мы привезем ее сюда. А?

С одной стороны, мысль была дельная. С другой… А не было другой.

– Везите, – ответил я. – Только вопрос все тот же: на чем поедете? В барбухайку взвод не влезет, это точно.

– Ты бы, Глава, почаще заходил в свой же гараж, – посоветовал Ульфович.

– Он не мой, а Заин Заин, – отверг я.

– Он клановый, а значит – твой! – логично заявил оппонент. – Пойдем, посмотрим.

В самом деле, отчего не сходить?

Мне показалось, или в прошлый мой визит гараж был другим? В смысле, меньше и не здесь?

Зая Зая встретил нас на пороге – у калитки, нарочно проделанной в больших воротах. Орк чему-то улыбался и лениво тер тряпкой белые ладони. Тряпка была что надо: рыжевато-серая, немного промасленная и подпаленная с одного из краев.

– Ты это, – начал я. – Ты руки сейчас вытираешь или смазываешь?

– Грязновата, да? – урук поднес тряпку к носу и принюхался.

– Грязновата она была месяц назад, – урезонил я. – Сейчас… Сожги ее, пожалуйста. Новое полотенце тебе, так уж и быть, выдадут.

– Чоты, чоты, – Зая Зая бросил, улыбаться и тряпку, причем последнюю – снайперски, прямо в обожженную железную бочку. В той, судя по виду, иногда жгли мусор: никакой экологии!

– Показывай, – потребовал я.

Зая Зая молодец: зрит в корень, понимает с полуслова. Ничего не надо объяснять – разве что, иногда.

– Ага, – сказал он, открывая калитку.

Внутри было хорошо: шумно – потому, что деловито и с железом, светло – от огромных ламп под потолком и вкусно пахло – новой кожей, электричеством и немного машинным маслом.

Мы пересекли ангар – когда-то, в прошлой жизни, бывший гаражом – и подошли к здоровенной… Даже не знаю, как назвать.

– Вот, – орк похлопал по охряного цвета борту. – Наша прелесть.

– Барбухайка, – схохмил я, – не обидится?

– Барбухайка – это как жена, – черно-белый урук принял тон. – Верная, любимая, один раз и на всю жизнь. Это… Это дочь. Полный привод восемь на восемь, трехгибридная силовая установка. Техника получилась – во!

Орк показал большой палец.

«Эта дочь»… Бронемашина.

По крайней мере, рубленые рациональным наклоном борта, две башенки – пулеметная и пушечная, вплавленные прямо в броню фокусные кристаллы активной защиты… А, и восемь колес – по четыре с каждого борта.

– Чего она рыжая-то? – удивился я. – Может, перекрасим? Пятна какие-нибудь наведем…

– Толку от них, от пятен, – вступил еще один персонаж: гном из новеньких.

Кхазад уже освоился – вел себя, будто дома. Потертый комбинезон, набор ключей – по одному в каждом кармане, борода, убранная в чехол.

– Я Двалин, – представился гном. – Тут недавно.

– Во коммен зи, херр? – вежливо спросил я, и сразу же представился – на том же языке.

– Их бин айнхаймишер, – ответил гном. – То есть, местный я. Казанский.

Этот тоже произнес имя сервитута старым манером – верно, и вправду родился и вырос в этих краях.

– Скажи, уважаемый, – я исчерпал весь запас германской вежливости и перешел на русский. – Это не про тебя мне рассказали, мол, двенадцатый в двенадцатом колене?

– Немножечко я, – кивнул гном. – А еще я гайки кручу.

– После обсудим, и гайки, и двенадцатое колено. Теперь вот о чем: почему это камуфляж – без толку? И заодно, если в курсе – чего она рыжая?

– Она желтая, – не согласился гном. – Чуть-чуть, может, ярче. Клан-то как называется? Что же до маскировки… Много ли теперь врагов, что будут глядеть в видимом диапазоне?

– Тогда ладно, – не стал спорить глава клана. – Фиг с ним, с камуфляжем. Но цвет чтобы был желтый! И с гербом.

– У нас есть герб? – удивился белый урук.

Значит, взвод охраны – четыре отделения по пять человек – разместился в «Этой Дочери» с комфортом – даже осталось место.

Мобиль рыкнул мотором, тем самым, тригибридным: электро, эфиро, дизель – и умчался в сторону сервитута, а я пошел звонить Тане.

Эта Дочь вернулась скоро, даже часу не прошло.

Открылся тыльный люк.

Из люка сначала показались бойцы: четыре человека автоматчиков и один тролль-шаман при малом походном бубне.

Таня вылезла следом: вид девушка имела недовольный, но держалась.

– Благодарю за службу, бойцы! – рявкнул я.

– Служу Главе и клану! – был ответ.

Кричали хором, громко, старательно – я даже немного оглох.

Короче, потом мы с Таней ушли, бойцы же – остались.

– Чего ты хмурая? – спросил я Таню минутой позже – когда нас уже никто не мог подслушать. – Может, голодная? Есть хочешь?

– Вань, не надо про еду, а? – попросила девушка. – Укачало зверски.

Эх, люди, что ж вы такие непрочные?

Пришлось лечить – химией, магией, народными методами.

И еще хорошим отношением, да.

– Вань, – сказала она мне чуть позже. – Слушай, вот о нас с тобой…

Я напрягся: не то, чтобы у меня было много подобного опыта, но такие разговоры – они до добра доводят не всегда.

– Слушаю, – я постарался улыбнуться.

Рожу свело судорогой.

Хотя я мог и не стараться: сейчас Таня вся была в себе и просто ничего не замечала.

– Иван Сергеевич! Я хочу от тебя детей!

Не, ну так-то я понимал, к чему все движется. Иначе и не бывает – в любом мире, при любом строе. Однако…

– Знаешь, Танюш, – ответил я мягко. – Я ведь тоже не железный. И да, дети от тебя – лучшее, что я могу придумать на сей счет.

Лучшее – потому, что единственное. Потому, что всерьез об этом я думаю впервые.

– Но есть одно «но», и ты знаешь, какое.

– Я готовилась, Вань.

Кто бы сомневался?

Таня, она же Труди – человечка. Однако человечка эта воспитана кхазадами – в собственной, тяжеловесной гномьей манере. Таня готова всегда и ко всему – что тот пионер из моего старого мира. К любому серьезному разговору у нее найдется вступление, для любой проблемы – решение или хотя бы его проект.

– Скажи мне, милый, – начала девушка. – Что ты знаешь о кольцах королей-близнецов?

– Он ничего не знает, – вдруг проявился мой древний предок. – Зато я знаю, и сейчас расскажу. Потомок, жена потомка: внимайте.

– Я не жена, Ваше Величество, – стрельнула глазками девушка. – Пока не жена.

– Ты с кем споришь-то, дочка? – по-родственному воспылал очами государь. – Если я тебе говорю, что жена – наверное, это не просто так? Уладить формальности вы еще успеете.

– Спасибо, Ваше Величество, – Таня подкатилась ко мне под бочок. – Расскажите о кольцах, пожалуйста. А то я ведь могла о чем-нибудь забыть… Или не знать.

– Ой, лиса, – эльф качнул головой. – Хорошо, повторюсь: внимайте.

Мы притихли: не знаю, как Тане, а мне точно было интересно – и в теории, и с практической точки зрения.

– Кольца королей-близнецов, – начал древний эльф, – штука легендарная. Не настолько, как небесные бериллы или видящие камни, но тоже редкая и порядком подзабытая.

Я насторожился: вступление было интересное, но что-то мне все это напоминало…

– Жил некогда некий король, говорят, что эльфийский. Врут. Король был добрым и мудрым правителем, народ при нем процветал, стада тучнели…

Я понял, что засыпаю.

– Народ, – эльфийский призрак резко сменил тон, – это были ближникитого короля. Всякие мастера-над-всем-подряд и дворяне, лично посвященные монархом в рыцари. Опора трона!

– Ага, а стада?.

– Про стада – скорее всего, правда. Феодалы младших рас ценили племенной скот куда выше, чем весь этот подлый люд – пусть и одного с собой вида.

– Социальный расизм, а? – поделился я мнением. Призрак не ответил.

– Все было у короля хорошо, кроме одного: дети. Вернее, то, что их не было.

– Тут интересно, – я уже понял, к чему все идет, но решил уточнить. – Этот король… Он был не совсем хуман?

– И даже совсем не хуман. Нет, не эльф, если ты об этом – может, гном, может, какой-нибудь из орков, может – еще какой расы, ныне забытой или истребленной.

– Орк-то вряд ли, – подала голос Таня. – Орков в древности не считали за разумных… Прости, Вань, уж что было, то было.

– Значит, король наш планировал, пытался, пробовал – не получалось. Шесть королев сошли в могилы одна за другой: первой отрубили голову, вторая поднялась на костер как ведьма, прочих тихо приморили. Мол, вновь Его Величеству досталась бесплодная обманщица! Седьмая королева…

– С ней было иначе, – догадался я. – Понесла, да?

– И еще как, – кивнул Гил-Гэлад. – Сразу двойню!

Слушайте, там дальше было интересно – но вы, как я понимаю, уже догадались, что именно.

Король и королева – седьмая – носили волшебные кольца: чтобы презреть межвидовый барьер. Отчего нельзя было сделать того же с любой из первых шести, неизвестно: владыка о том умолчал.

Братья-близнецы получились метисами двух рас, отцовой и материнской. Как и положено в случае с высшими млекопитающими, дальнее неродственное скрещивание драматически усилило породу – дети выросли умные и красивые, просто на загляденье.

Они даже правили вместе, усевшись после батиной смерти вдвоем на один трон!

– Что же до названия, – эльф подобрался к концу рассказа, – то оно просто дурацкое и взято с потолка. Так часто бывает – колдуны придумают ерунду, а историкам потом мучайся.

– Хорошая сказка, – похвалил я и историю, и рассказчика. – Только где бы их взять, такие волшебные кольца?

Таня посмотрела на меня хитро: еще хитрее, чем обычно.

– Тут такое дело, Вань…