Текст книги ""Фантастика 2026-176". Компиляия. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

– Вопрос только зачем все это нужно, для такого гарнизона как наш?

– А вот это и есть то, ради чего все это создавалось.

Мы поднялись, вышли из квартиры Геннадия Васильевича, и прошли в оружейную комнату. Сейчас, она можно сказать была полностью пуста. Отсюда выгребли все оружие, которое в ней имелось, кроме разве что моего карабина и пистолета, и то только потому, что в день отъезда, я находился во дворе гарнизона, а после того случая с нападением зверей, выходить из казармы невооруженному было запрещено. Еще большее удивление у меня вызвало то, что хотя все оружие было изъято, на месте, все так же осталось большинство противогазов. Обратив на это внимание, я тут же воскликнул, обращаясь к капитану.

– Они, что не взяли средств защиты?

– Как видишь нет. Хотя кое-кто конечно позаботился об этом, но в большинстве случае отправились без них. Наверное, решили, что продукты питания, больше придутся к месту, чем какая-то гипотетическая угроза. С другой стороны ты не в курсе, но я-то знаю, что большинство из наших контрактников, раньше служили в нестроевых частях. Кто-то отирался при штабе, несколько человек служили в строительных батальонах, отделение Мальцева, почти полностью в охране объекта похожего на наш, только в центральной части России. То есть что-такое ядерный удар, может теоретически и в курсе, но никогда в учениях участие не принимали, вот и результат.

Именно поэтому, я очень сомневаюсь, что они смогли добраться до места. Даже случайное попадание в зараженную местность, гарантирует их гибель. А Сергей Александрович, просто не слушал доводов разума. Но я его, в какой-то степени понимаю. Мыслями он был в том городке, и больше беспокоился о том, что творится с семьей его дочери, нежели задумывался о собственной безопасности. Хотя, как опытный унтер-офицер, он должен был хотя бы подумать об этом.

Мы дошли до конца оружейной комнаты, и остановились возле стеллажа, на котором когда-то хранились автоматы личного состава. Капитан что-то нащупал в торцевой части, после чего потянул на себя стеллаж, и тот провернувшись на петлях открыл проем, расположенный в стене, позади себя. В проеме виднелись ступеньки, ведущие куда-то вниз. Нажав на выключатель находившийся справа на стене, тем самым включив освещение, капитан махнул рукой, призывая двигаться за ним, и пошел вниз по ступенькам. Пройдя около сотни шагов, мы вновь оказались возле лестницы, ведущей на верх, и поднявшись по ней, вдруг очутились в бытовой комнате, склада «Техники и Вооружения» которым когда-то заведовал заместитель командира. Переключив автомат в щитке, висящем на стене, Геннадий Васильевич включил свет, и мы пошли в самый конец склада, который оказался очень огромным. Здесь помимо того, что я уже когда-то видел, находилось довольно много грузовиков ЗИЛ-157, наверное с десяток легкий внедорожников ГАЗ-69 и УАЗ-450. Я успел заметить даже пару мотоциклов, предшественников современного «Урала» с боковым прицепом и установленным на нем пулеметом. А уж стрелквого оружия и патронов к нему, было столько, что можно было вооружить наверное целый полк, и еще столько же осталось в запасе. Создавалось впечатление, что сюда притащили все древнее барахло, с какого-то затрапезного склада. Вроде и выбрасывать жалко, и никому все это не нужно. Разве что кино про войну снимать.

Здесь командир прошел к очередному электрическому шкафу, открыл его, чем-то пощелкал внутри, и вдруг прямо на моих глазах, часть задней стены склада вздрогнула, и плавно откатилась в сторону боковой стены склада. Это было до того неожиданным, что я даже вздрогнул. Самым интересным оказалось то, что за стеной склада, открылся довольно широкий проход, ведущий куда-то в глубину скалы. И там метрах в десяти, в полумраке, угадывались довольно широкие и высокие ворота, способные пропустить, какой-нибудь грузовик, и даже железнодорожный вагон, если бы на полу имелись проложенные рельсы.

– Вот это и есть то место, которое в действительности мы охраняем. Дальше нам прохода нет. Точнее его нет для нас, но меня предупредили о том, что проход через те ворота, возможен, только после введения определенного кода, и нам это запрещено даже пытаться делать. Какой это код, и куда именно его следует вводить, я не знаю. Хотя и в курсе того, что находится за теми воротами. Как мне подсказал мой крестник, (Геннадий Васильевич, называл крестником своего бывшего подчиненного, который устроил его на охрану этого места), там находится подземное убежище, которое предполагалось использовать в качестве штаба, осуществляющего руководство вооруженными силами страны, во время третьей мировой войны. По словам моего знакомого, здесь находятся благоустроенные апартаменты, предназначенные для генералитета, казармы по проще для обслуживающего персонала, а также все, что могло бы потребоваться для жизни, и руководства армией.

То есть, командный пункт, оборудованный по последнему слову инженерной мысли, средства связи, включая спутниковые и кабельные линии, средства жизнеобеспечения, и обороны. При нужде тут выдвигаются заранее приготовленные средства ПВО, и всего остального. Что может потребоваться для успешной работы. Видел в нашем лесу бетонные колпаки. Вот это оно и есть. Вся современная техника и вооружение находятся специальных помещениях за этими воротами, и при необходимости, на основе этого места, можно вооружить целую мотострелковую дивизию. А моя рота, так, для отвода глаз от более важного объекта. По слухам, просто взяли склад из государственного резерва, находящегося, где-то под Иркутском, и притащили, все что там было сюда. С одной стороны, «Госрезерв» предназначенный для вооружения местного ополчения, с другой под видом охраны второстепенных складов, присмотр за более важной частью укрытого здесь имущества.

– Вот только третья мировая война началась, как обычно слишком неожиданно, и все это оказалось не востребованым.

Заканчивали наш разговор мы уже в квартире командира роты, куда вернулись после экскурсии. Выпив еще чашку чая, решил, что пора и честь знать, и под предлогом того, что хочу посмотреть предложенную мне квартиру, в которой до недавнего времени обитал его заместитель, попрощался и вышел из квартиры Геннадия Васильевича.

Квартира Сергея Александровича, была куда скромнее, чем у командира роты. По сути это была так называемая студия. То есть одна, довольно большая комната, с кухонной выгородкой, и санузлом, в котором находились унитаз и душевая кабина. Причем последние, ощутимо пованивали. Я не скажу, что там было все засрано, но и стойкий запах грязного белья и носок, присутствовал довольно сильный. Да и сама комната, была несколько запущенной. Вообще создавалось впечатление в том, что старший прапорщик, не слишком обращал на это внимание. Пыль на подоконнике? И что, я к окну почти не подхожу. Грязная рубашка в кресле, или непарный ношеный носок за ножкой дивана. Ух ты, а я его потерял. Единственное, что находилось в полном порядке, как мне это показалось, так это кое-какие бумаги, связанные с его деятельностью. Все они были тщательно уложены в картонные папочки, подписаны, и сложены на полку возле письменного стола. Все верно, зачем заниматься этим на вверенном тебе складе, когда можно перенести все это в собственную квартиру, которая находится рядом с канцелярией.

Впрочем, на моем жизненном пути, уже попадались такие индивидуумы, до мозга костей педантичные во всем, что касается служебных обязанностей, и совершенно наплевательски относящиеся к тому, что происходит в быту. Хотя обвинить прапорщика в неряшливости, касающейся военной формы было нельзя. Он всегда был чист достаточно опрятен, и в общем-то придерживался порядка в своей одежде. В остальном, это была квартира одинокого мужчины-холостяка, без каких-либо увлечений. То есть обычный диван, превращенный в спальное ложе, пара стульев, на спинках которых можно было заметить висящую одежду, и платяной шкаф. Вот собственно и вся обстановка если не учитывать письменный стол и несколько полок с папками возле него. Хотя в самом углу между диваном и стеной, находящейся возле окна, я вдруг заметил, довольно высокий металлический ящик, окрашенный в тот же цвет что и стены квартиры, и потому не сразу бросившийся в глаза. Оказалось, что это оружейный шкаф, примерно такие требуют надзорные органы, для хранения охотничьего оружия. Здесь в роте, насколько я знаю, таких требований никто не предъявлял, но видимо Сергей Александрович, привез этот ящик еще из городской квартиры, или же заказал уже здесь, решив, что так ему удобнее хранить оружие.

В ящике оказалась два охотничьих ружья. Новенький полуавтомат МЦ21−12, с дарственной надписью укрепленной на бронзовой табличке, аккуратно вделанной в приклад, охотничьего ружья, и довольно старый, американский охотничий карабин Винчестер модель 92, с откидывающейся предохранительной скобой, для перезарядки оружия. Внизу, находились две металлические коробки с патронами, рядом с которыми обнаружилась коробка с приспособлениями для переснаряжения охотничьих патронов. На какой-то миг я завис перед этим оружейным ящиком, не слишком понимая почему его оставили здесь в части. Но до меня тут же дошло, что сейчас Смирнову было не до охоты, и в пути к городку требовалось скорее боевое оружие, чем охотничье. Хотя возможно, он рассчитывал еще вернуться сюда, хотя бы потому, что одежный шкаф был полон одежды, оставленной здесь. В общем все говорило именно об этом.

Осмотревшись, подумал о том, что наводить мне в этой квартире порядок, не очень-то и хочется. По большому счету, тут добавлялся только личный туалет и душевая кабина, в которых еще требовалось сделать генеральную уборку, чтобы избавиться от царящих там ароматов. А если старший прапорщик, все-таки соизволит вернуться назад, то квартиру, придется освобождать. И зачем мне лишние хлопоты? Меня вполне устраивает моя комнатка, туалет находится в двух шагах, да и душевая недалеко. Поэтому аккуратно прикрыв за собой дверь в квартиру прапорщика, отправился к себе.

Стоило мне только лечь в кровать и заснуть, как я тут же перенесся в игровую вселенную полюбившейся мне игры. Последнее время, после начала войны, было как-то не до нее. Да и интернет соединение, тоже сразу же исчезло с экранов компьютера, поэтому зайти в игру, через него, не было никакой возможности. Да и по большому счету, свободного времени, на это тоже.

А тут стоило приклонить голову к подушке, как тотчас оказался в своей любимой игре. Причем в начале, у меня в голове засветился какой-то смутно знакомый знак, на котором были начертаны, какие-то символы, и следом за ним, я оказался в игре. Причем это была не знакомая заставка, появляющаяся обычно при входе в игру, а нечто иное, хотя и достаточно знакомое. И хотя, окружающая меня обстановка ни капли не поменялась, все же выглядела несколько иначе. Не то краски стали ярче, не то мое восприятие окружающего меня мира, как-то изменилось, и первые несколько минут, я не мог понять, что происходит. Пока наконец до меня не дошло, что я вижу этот мир глазами созданного мною героя.

Раньше все было иначе, я управлял действиями персонажа, глядя со стороны, чаще в спину, или с другого ракурса, и в общем-то меня все устраивало. Я мог видеть самого созданного мною образа, то какая на нем надета в данный момент броня, или костюм, поверх нее. В любой момент, мог осмотреть своего героя со всех сторон. Сейчас, все было иначе. Руки, ноги, переднюю часть тела, если опустил голову вниз, и на этом все завершалось. И это было по меньшей мере необычно.

Если раньше, я воспринимал окружающий моего героя мир, с экрана компьютера, то сейчас, не монитора, ни клавиатуры не наблюдалось даже близко, зато вокруг меня расстилался огромный мир, который манил меня своими тайнами. Выйдя на верхнюю террасу своего дома, расположенного в ветвях старой вишни, я глубоко вдохнул воздух этого мира, сразу же почувствовав ароматы растущих неподалеку кедров, лавандовых полей, сухого горячего воздуха Великих Каньонов, без малейшей примеси высокоразвитых цивилизаций. То есть угарного газа, смога современных городов и ароматов производственных мощностей присутствующих в каждом большом городе, и до того привычных, что на это обращаешь внимание скорее тогда, когда все это куда-то исчезает.

В какой-то момент, задумался о том, как же теперь я буду играть, если у меня нет перед глазами клавиатуры, и я не представляю себе, на какую кнопку нажать для взаимодействия с тем или иным предметом, и где вообще найти эту кнопку. В это время, в десятке метров надо мной пролетел стервятник, неся в своих когтях, украденную откуда-то овечку, не задумываясь ни мгновения, одним движением достал из-за спины лук, вложил в него стрелу, и пустил ее вслед хищной птицы, поражая ее с одного выстрела, и заставляя выпустить из когтей добычу. Все это произошло автоматически, без каких-либо дополнительных рассуждений, и поиска соответствующих клавиш, для активации боя. И честно говоря, мне это понравилось.

Умывшись водой из чаши установленного на верхней террасе магического фонтанчика, орошающего воздух вокруг себя, и делающего его чуточку прохладнее, я спустился на среднюю террасу, туда где находились рабочие приспособления, стояли пара сундуков, с находящимися в них алхимическими ингредиентами, артефактами и запасами некоторых растений, используемых для приготовления, того или иного снадобья. Тут же чуть в стороне находился Алхимический стол, с ретортами, спиртовками, колбами и прочей специальной посудой, для занятий алхимией, которая здесь была выбрана мною в качестве основной профессии.

В игре, можно зарабатывать разными способами, кто-то создает, специальные наборы выращенных растений, шерсти и мяса животных, руду или выплавленные металлы из нее, минералы и дерево. Загрузив все это в кузова тракторов, отвозит в соседние области, а иногда и на другие материки, где все это либо распродает самостоятельно, либо сдает перекупщикам, получая свой процент от производства и доставки. Можно пойти другим путем, и получить профессию портного, кузнеца, кулинара, оружейника, алхимика и многих других профессий и зарабатывать на продаже изделий, созданных тобой в домашней или общественной мастерской.

Я в свое время, выбрал профессию алхимика. И не без гордости скажу, что достиг в избранном искусстве, немалых высот. Звание «Легендарного Алхимика» говорит само за себя. То на что новичок тратит часы и дни, у меня получается за считанные мгновения, или несколько часов, в зависимости от сложности изделия. Да и качество итогового продукта, тоже говорит само за себя. Недаром же «Эликсиры от Ар-Рази», влет разбираются стоит им только появиться на аукционе. Ар-Рази – имя древнего земного алхимика арабского происхождения, жившего в III-IV веке до нашей эры. Только начиная игру, на этом сервере, мне показалось, что это имя будет как можно лучше соответствовать моей будущей профессии. И в итоге все это оправдалось.

Сейчас я был здесь уже не созданым мною героем, а самим собой, и все это мне чрезвычайно нравилось. Я прошелся по дому, зобрал на приусадедном участке выросшие растения, переработал их для последующего использ-ования в производстве элексиров и даже попытался заглянуть на аукцион, где в последний должны были происходить торги моего лота с подземельем. Вот только стоило мне прикоснуться к почтовому ящику, чтобы открыть доступ к аукциону, как какой-то шум заставил меня вынырнуть из сна.

Услышанный мною шум, скорее всего был совершенно случайным, но это выбило из меня весь сон, и я долгое время лежал, вспоминая все то, что видел во сне, очень сожалея о том, что все это осталось в прошлом.

Глава 7

7

В последующие дни, ничего особенного не происходило. По совету командира, я обесточил и слил воду из системы отопления в зданиях, которых ранее располагались казармы личного состава, и дополнительные помещения: столовой, хозяйственного блока, и некоторых других. Все равно они стояли пустые, а жечь в них свет или отапливать, было просто ни к чему. Вдобавок ко всему, в расчет бралось и то, что некоторые бытовые предметы, в будущем могут оказаться в дефиците. Например, те же лампочки, или, например, запчасти для турбины или газового котла. До этого момента, все это работало можно сказать на полную мощность, и потому снижало общий ресурс работы этих установок. Сейчас после того, как большая часть зданий оказалась отключена от тепло-, водо-, и электроснабжения, появилась возможность снизить нагрузку газового котла, а генератор дающий освещение, так и вовсе был отключен, а вместо него был задействован один из ветряков, который вполне справлялся с возложенной на него задачей.

Тем более, что нам и требовалось-то совсем немного. Пару лампочек освещения, плюс поддержка работы, пары компьютеров, время от времени, проверка радиосвязи, плюс работа котла и скважины. Связь, кстати так и не появилась, и ничего поделать с этим было невозможно. Я несколько раз лазил на вышку, очищая спутниковые тарелки, и установленные там антенны от снега, но это не слишком и помогало. Где-то на самом пределе слышанного, появлялись какие-то звуки, но не более того. Иногда слышал как кто-то работает на ключе, азбукой Морзе. Но я никогда не увлекался этим, и потому не могу сказать, что и кто пытался, что-то передавать. Компьютеры установленные здесь, работали в автономном режиме, благо всяческих интересных программ, фильмов, книг и игрушек, было найдено столько, что для нас двоих не хватило бы и жизни, чтобы все это просмотреть хотя бы по одному разу. Правда капитан, больше читал свои книги, ну а я по самые уши погрузился в просмотр всех этих програм.

Площадку перед зданием канцелярии убирать я перестал. Снегопады происходили достаточно редко, а вот ветер наоборот стал дуть практически постоянно. Не сказать, чтобы очень сильный, но для работы ветрогенератора, и чтобы сдувал снег с крыши, испутниковых антенн, его хватало. В крайнем случае, если происходил некоторый перебор, то вместе с Геннадием Васильевичем, мы справлялись с очисткой крыш, достаточно быстро, а уборка плаца, не была столь необходимой, хотя бы потому, что вдруг выяснилось, что ко всем трем имеющимся на территории складам, и отдельно стоящим зданиям, идут подземные переходы. И если при большом стечении народа, это являлось как бы секретом, то сейчас, таиться было незачем. Да и прогуляться по подземному переходу до продуктового склада, было гораздо проще, и безопаснее, чем расчищать к нему дорогу от снега, и постоянно оглядываться, опасаясь нападения зверей. Тем более, что принесенных оттуда продуктов за одну ходку хватало нам на двоих на несколько дней.

Убивали время, как только могли. Я проводил достаточно много времени, у компьютера, продолжая изучать английский язык. Причем сейчас делая это скорее для того, чтобы занять время, потому что не очень надеялся на то, что ситуация изменится в лучшую сторону. Во всяком случае в ближайшие несколько лет. Куда-то срываться с этого места, не было не то, чтобы возможности, скорее желания. Хотя говорить о возможности тоже не стоило. С момента отъезда прапорщика Смирнова прошло уже больше месяца, а о нем не было ни слуху не духу. И у меня зрело осознание того, что скорее всего его поездка окончилась не слишком удачно. В лучшем случае ему удалось добраться до места, в худшем, не вышло и этого. К тому же было известно о том, что некоторые районы подверглись ядерному удару, а карт этих мест у нас не было. И куда-то ехать рискуя заполучить лейкемию, или еще какую-нибудь гадость, из-за зараженных участков, желания, как-то не возникало.

От нечего делать, некоторое время бродил по складам, изучая их содержимое. Все-таки было очень интересно, почему на склады, которые мы охраняли, высыпали все древнее барахло. В конце концов какая разница, что здесь будет находиться если все это создается для отвода глаз. Опять же если здесь планировалось открыть Запасной Командный Пункт, почему бы не снабдить все эти склады, более современной техникой, формой одежды и всем остальным. Хотя я не специалист в сокрытии тайн и маскировке объектов, может быть, где-то там, решили, что так будет гораздо надежнее. А по моему мнению, все это либо перестраховка, либо просто глупость, но как пел еще Владимир Высоцкий: «Жираф большой, ему видней».

Пока же я бродил по вещевому складу, и даже примерял найденные там не только военные, но и гражданские костюмы начала шестидесятых годов, посмеиваясь над тем, что для заполнения этих складов подобной одеждой, наверное, выкупили весь хлам в бывших советских хранилищах, чему их владельцы были несказанно рады. С другой стороны, всего этого имущества, мне хватит на всю оставшуюся жизнь. Однажды набрел на несколько тюков семейныхъ трусов, и маек, судя по этикетке, в каждом тюке, их было до десяти тысяч единиц. Аккуратно уложенных в полиэтиленовые мешки, а после спрессованых и вакуумированных. Одним словом могущих храниться бесконечно долго. Я правда, предпочитал несколько другое белье, но мне кажется, скоро дойду и до этого. Все равно, все это никому не нужно. Мне почему-то совсем не верилось, что комуто взбредет в голову переться в необитаемую часть якутской тайги. Я просто не видел в этом смысла. Разве, что кто-то наткнется в архивах на то, что здесь когда-то была создана эта база. Да и не то сечйас время, чтобы ковыряться в архивах.

Геннадий Васильевич, с каждым днем, все больше замыкался в себе. Вначале, еще как-то пытался поддерживать общение, выходил со мной на уборку снега, приглашал к себе на вечерние посиделки, где мы просто болтали, рассказывая друг-другу о запомнившихся событиях нашей жизни, или же просто резались в «дурачка», в котором я безнадежно проигрывал раз за разом. В общем иногда довольно весело проводили время. Но с каждым новым днем, его настроение все больше скатывалось вниз. Частенько случалось так, что он не выходил из своей комнаты по целому дню, а иногда просто звонил мне по внутренней телефонной линии, и ссылаясь на отсутствие настроения или плохое самочувствие, говорил, что ляжет пораньше спать, и потому вечерних посиделок сегодня не будет.

Я в какой-т степени понимал его, и старался не навязывать своего присутствия, и хотя он говорил, о том что хочет лечь пораньше, часто замечал, что свет в его окне горит почти до утра. Последние несколько дней, он почти не выходил из своей комнаты, а в канун девятого мая 20** года, позвонил мне, и предложил через полчасика, зайти к нему, чтобы отпраздновать день победы, и кое-что еще, пообещав выставить на стол давно сберегаемую заначку. На вопрос, какую именно, воскликнул.

– Сюрприз будет! – и положил телефонную трубку.

Сюрприз оказался ошеломительным. Воистину, мы предполагаем, а бог располагает. В квартире капитана Сиделева, я увидел богато накрытый стол, на котором присутствовало даже неизвестно откуда взятая, баночка черной икры, и бутылка армянского коньяка «Двин» который по слухам так нравился Черчиллю. Причем судя по дате, на несколько запылившейся бутылке, это был именно тот коньяк, из сороковых годов прошлого века. Где Геннадий Васильевич, сумел раскопать этот раритет, я не представляю. Тем более, что его стоимость наверняка в десятки раз перекрывает денежное содежание капитана. Хотя, наверняка он не покупал это коньяк, и это скорее всего чей-то, тщательно сберегаемый подарок.

– Ты, присаживайся, не стесняйся, я сейчас переоденусь и выйду.

Донесся до меня голос хозяина, который похоже переодевался к празднику в соседней комнате, где у него находилась спальня. Только я присел за стол, и осторожно приподнял раритетный напиток, разглядывая этикетку, как в спальне командира, послышался сильный грохот, как будто на пол упало что-то тяжелое. Я тут же встрепенулся, выскочил из-за стола, и громко воскликнув.

– Геннадий Васильевич! Что с вами? Помощь нужна? – бросился к двери в смежное помещение.

Так и не дождавшись ответа, заглянул внутрь, и обомлел. На полу, возле открытого платяного шкафа, лежал капитан Сиделев, в полной парадной офицерской форме, причем именно советской. В начищенных до зеркального блеска хромовых сапогах. Со всеми наградами, среди которых я заметил орден красной звезды, и, наверное, с десяток различных медалей, украшающих его грудь. Парадный китель был перепоясан парадным ремнем в георгиевских цветах, и пятиконечной звездой на круглой бляхе. Чуть в стороне лежала фуражка, упавшая с головы. Тут же подскочив к нему, я приподнял его подмышки и перетащил на диван. Увы, Геннадий Васильевич, был мертв.

Чуть позже, я обнаружил документы командира роты, судя по указанным в них датах, девятого мая, капитану Сиделеву Геннадию Васильевичу, должно было исполниться шестьдесят пять лет. На следующий день, я завел трактор, и пробил узкую дорогу, к гарнизонной мастерской. Там вспоминая все навыки вложенные в меня в детском доме, сколотил из имеющихся досок, довольно приличный гроб, После чего, расчистил площадку у входа в здание канцелярии, и почти шесть часов, убил на то, чтобы выкопать достаточно глубокую могилу, используя при этом и кирку, и лопату, и зубила с молотом, и джаже разжигая костер, чтобы хоть как-то отгреть смерзшуюся землю. К вечеру, уже не чувствуя не рук ни ног, свалился в своей комнате и уснул, едва моя голова коснулась подушки.

На следующий день, перетащил гроб поближе к могиле, устелил его кумачом. Мелких гвоздиков, я так и не нашел, чтобы закрепить ткань на стенках, поэтому просто застелил ее внутрь. Не представляя себе, как я буду опускать гроб с покойным в могилу, сделал немного иначе. Спустил пустую домовину вниз, установил ее на дне, опустил туда же лестницу, и перенес тело командира на руках, уложив его в гроб в самой яме. Уложил его все в той же парадной форсе, которую он надел при своей жизни, решив, что это будет наилучшим решением. После чего мысленно попрощавшись со своим командиром, прикрыл крышку, забив несколько гвоздей, и выбравшись наружу, закидал могилу землею.

Крест ставить на стал. Оружейный ящик, находящийся в комнате прапорщика Смирнова, чем-то напоминал слегка усеченную пирамиду. Поэтому выпилив ножовкой по металлу звезду из солдатской пряжки ремня, укрепил ее на металлическом прутке, с помощью двух заклепок, и прикрутил к вершине надгробия, а к нему, прикрутил металлическую пластинку, где с помощью белой краски постарался как можно красивее изобразить надпись. «Командир роты, войсковой части *****. Капитан Сиделев Геннадий Васильевич. 9.05.19**г. р. – 8.05.20**г.». Постояв немного у засыпанной могилы, бросился в канцелярию, и подхватив стоящий у дверей карабин произвел в воздух несколько выстрелов не особенно заботясь о том, что это возможно привлечет, чье-то внимание. Но зато уверенный в том, что должен достойно проводить этого человека последним салютом в его честь.

С того дня прошло больше трех месяцев, за это время ничего фактическии не изменилось. От старшего прапорщика Смирнова не было не слуха ни духа, и я был уверен, что он так и не добрался до нужного места. И его в данный момент нет в живых, как и парней, отправившихся с ним. Мои дни проходили почти совершенно одинаково. Я просыпался, завтракал, выполнял какие-то физические упражнения, скорее заставляя себя, чем в том была хоть какая-то нужда. После садился за ротный компьютер, который оказался гораздо мощнее моего ноутбука и занимался какой-нибудь ерундой. Или же просто бесцельно бродил по складам разглядывая технику, вооружение, или же посещая вещевой склад.

Однажды засев возле ротной радиостанции около получаса крутил верньеры, прослушивая эфир, и неожиданно для себя, наткнулся на разговор, происходящий в прямом эфире. Беседовали двое, первым выступал, какой-то мент, позиционирующий себя, как полковника и командира боевой группы. Вторым был какой-то военный, вряд ли высокого звания, но похоже плотно засевший в каком-то убежище, в котором находился какие-то гражданские лица. Полковник, требовал от военного немедленно открыть вход, грозя взять штурмом его убежище. Тот отвечал, что на его иждевении находятся женщины и дети, и он готов скорее активировать заложенный заряд, чем попасть в руки такого зверя, в человеческом обличьи как полковник. Чем завершилось противостояние, было непонятно, потому что связь вдруг оборвалась на получлове, и сколько бы я не шарахался в эфире, ничего так и не обнаружил.

Это были наверное последние живые голоса, которые я услышал с того момента, как похоронил капитана Сиделева. В какой-то момент обрыло все на свете. Компьютер с его фильмами, книги, некоторые из которых я прочел по нескольку раз, все склады, которые я излазил вдоль и поперек. Даже несколько раз доходил до той двери, за которой находился запертый «Командный Пункт», но так и не смог понять, как она открывается. В итоге, плюнув на это дело, постарался успокоить себя тем, что за этими дверями, я не найду для себя, ничего нового. От нечего делать, как-то взялся перебирать собственные вещи, и наткнулся на свой ноутбук, который был завален какими-то вещами на моем столе. Используя более мощный компьютер, стоящий в диспетчерской роты, я как-то даже слегка позабыл о собственном ноутбуке.

После начала войны, просто не было ни времени, ни сил возвращаться к своей любимой игре, да и проблемы с интернетом, ставили крест, на любых онлайн играх. А тут, загрузив ноутбук, нечаянно дважды ткнул по игровому значку, и к моему удивлению, на рабочем столе, тут же развернулся лаунчер, вдобавок ко всему, показывающий наличие сети. Точнее то, что игра, находится в онлайне. Переведя взгляд на значок наличия интернета, увидел, что сети, как не было, так и нет, но игра вместе с тем, определялась как рабочая. Это было очень странно, но весьма интересно. В какой-то мере я даже обрадовался этому. Пусть я потерял те деньги, которые мог заработать своей находкой, элитного подземелья, но одно то, что игра, до сих пор жива, давало какие-то надежды.

Нажав на запуск, я подождал открытия заставки, и вскоре, вполне уверенно вошел в игру. Игровое пространство было абсолютно пустым. То есть в нем прекрасно просматривались все имеющиеся территории, постройки. Можно было свободно перемещаться по всей карте, брать у неигровых персонажей квесты и выполнять их. Но при этом кроме меня самого, в игре не было ни единого игрока, хотя в тот день когда я появлялся в игре последний раз, счетчик присутствия показывал более девяноста тысяч игроков одновременно, а игровой час просто разрывался от сообщений. Все это было очень странно. Тем не менее я прошелся по карте, заглянул в некоторые интересные места, но честно говоря, того прежнего интереса от игры, у меня так и не появилось. Уже собрался было нажать на кнопку выхода из игры, как вдруг в голову пришла интересная идея. Которую я тотчас попытался проверить.