Текст книги ""Фантастика 2026-176". Компиляия. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

Соавторы: Юрий Уленгов,Мария Эмет,Екатерина Полянская,Клим Ветров,Мария Эмви,,Арсений Громов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 165 (всего у книги 344 страниц)

30

Недолго думая, я дёрнула на себя покосившуюся калитку, перешагнула за ограждения и… замерла, не зная, как вести себя дальше.

Что вообще делают в таких ситуациях?

Версий, в целом, много.

Например, бросится на шею со словами: «Привет, мамуля! Как здорово встретить тебя спустя столько лет. Выглядишь отлично! Не поделишься молодильными яблочками?»

Можно ещё налететь с претензиями и обвинениями во всех смертных грехах.

Или показать язык и броситься наутек, и поглядеть, догонит ли? И не нужно меня осуждать. Ей убегать можно, а я что – лысая?

Из всего изобилия вариантов я выбрала энергосберегающий: стояла на месте и таращилась на матушку.

Та тоже пребывала в замешательстве. Она застыла, так и не донеся мокрую рубашку до верёвки.

– Если сбежишь от меня в третий раз, я вовек тебя не прощу, – наконец проговорила я, делая небольшой шаг навстречу.

Женщина обвела ограждённый дворик выразительным взглядом и весело усмехнулась:

– Некуда, милая.

Бросив бельё в корзину, она приблизилась ко мне и порывисто обняла, сильно-сильно прижав к груди.

Я вновь застыла, но на этот раз не из-за смятения, а от нежности, переполнившей моё сердце. Это было так странно – обниматься с матерью.

И пусть много лет назад она меня оставила.

Всё равно, что я видела её только на портретах.

Плевать, что мы никогда не были близки.

Впервые мне показалось, что я в этом мире не одна. У меня есть тыл. Дом, в котором можно спрятаться и переждать всякую бурю.

У меня есть мама.

Радость была столь велика, что я даже заплакать от счастья не смогла. Просто глупо улыбалась, прижимаясь к ней.

– Пегги, вот негодница! Сказала ж ведь, я сама бельё повешу! Неча пальцы тебе морозить… Батюшки… – ко дворику приблизилась пухлощёкая тётенька. Вся такая круглая и большая, в чепце, в фартуке поверх пёстрого платья. – Не врут ли мне мои глаза, Пегги? Неужто сестрица твоя?

– Дочь, – припечатала мама, беря меня за руку. – Красавица, правда?

– Чаровница! – согласилась тётка. – А ну-ка марш в дом! У меня как раз пирог поспел. Ох, чую, без пирога не разберёмся!

Родительница тепло улыбнулась женщине и потянула меня в сторону двухэтажной постройки, на первом этаже которой базировалась кожевенная лавка.

Мы вошли через чёрный ход, узкий и низкий – я чуть не получила шишку на память, но незнакомая тётёчка, трещавшая без умолку, вовремя дёрнула меня вниз. Миновав тёмный коридор, прошли в кухню, пропитавшуюся ароматами упомянутого ранее пирога.

Меня буквально внесли за стол, протолкнув по скамье. В то же мгновение под носом вознакла глиняная миска, в которую плеснули молоком.

Мама плавно, истинно по-царски опустилась напротив, с нежностью глядя на меня.

Хозяйка же достала из печи румяный пирог, шлёпнула его на деревянную доску и покромсала на куски большим ножом. После бухнулась сбоку от меня и принялась раскладывать ломти по тарелкам.

Невольно я провела параллель между нею и мамой. Разница была чудовищной. Несмотря на отлучение от высшего света, мама почти не растеряла ни лоска, ни утончённости. Каждое её движение и взгляд были преисполнены изяществом.

– Так-так! Давай же знакомиться. Я – Бетси! Можешь звать меня тёткой Бетси. Только не смей звать бабушкой Бетси, иначе я шлёпну тебя скалкой! А как твоё имя, милашка?

– Ева. Евангелина. А вообще зовите как нравится, скалки у меня нету.

– Ха-ха, какая языкастая! Пегги, ты не говорила, что у тебя есть дочь! Где ж ты её так долго прятала?

– Это она от меня пряталась. Но я всё равно оказалась шустрее, – проговорила я, глядя матери в глаза.

– А ты ж где всё это время была? – продолжала допытываться тётенька.

– Давайте поедим в тишине? – начала мама, пытаясь скрыть неловкость.

– Там, где не было мамы, – сказала резко. Право слово, я не хотела затевать ссору. Само вырвалось. Мне стало обидно оттого, что мать не хочет развивать эту тему.

– В приюте, что ль? – хихикнула женщина. Однако, оглядев наши помрачневшие физиономии, ей резко перехотелось веселиться.

– Я никогда от тебя не пряталась, Ева.

– Да ну?

– Именно.

– Ладно, – я пожала плечами. – Не пряталась. Просто сбежала, бросив на попечение незнакомцев.

– Ты ничего обо мне не знаешь!

– Ещё бы! Ведь ты отказалась от меня, не дав и шанса узнать!

Дёрнувшись, мама ударила ладонями по столу и резко поднялась.

– Я никогда, слышишь? Никогда от тебя не отказывалась, Евангелина! Никогда, – прорычала она, хищно блеснув глазами. – Не было и дня, чтобы я не думала о своей малышке, которую у меня отобрали.

– Ото… отобрали?..

– Н-да, пирогом не обойдёмся! – заключила Бетси. – Тут нужна бутылка!

С этими словами она поднялась и бросилась в погреб, оставив нас наедине.

– Что значит – отобрали? – спросила я осипшим голосом.

– То и значит, – хмыкнула мама чуть спокойнее. – Не знаю, что тебе наговорили про меня, но поверь – всё, абсолютно всё было ложью. Ты думаешь, что я тебя бросила? – Я заторможено кивнула. – Не бросала. Никогда даже не думала об этом. Я бы ни за что не отказалась от своей малышки.

– Тогда почему я всю жизнь была одна?

Мама подалась вперёд и поинтересовалась вкрадчиво:

– А сама как думаешь?

По коже пробежал холодок. Догадка, лежавшая всё это время на поверхности, молотом спикировала прямо мне на голову.

– Отец…

– В яблочко, – выдохнула она. – Он отнял тебя у меня и увез в деревню на окраине столицы. Я умоляла отправить меня следом, но он был непреклонен.

– Но почему⁈

– Всем известно, что первый ребёнок почти всегда будет гораздо одарённее следующих. Его Светлость Вердье, – тут мама едко усмехнулась, – не был до конца уверен в том, что ты ему не дочь. Он допускал мысль, что все доводы его новой жены – Беатрисы Грейлис, ложь, и не хотел лишиться сильной наследницы. Но ещё больше он не хотел, чтобы её воспитывала жена-предательница. Сильнее всего на свете его волновало общественное мнение. Что бы о нём подумали люди, узнай, что его дочь воспитывает изменщица?

– Но ведь ты была ему верна!

– Была. Но разве это можно доказать? Беатриса нашла и мои «любовные письма», и того, кому я эти письма писала. Им оказался молоденький юноша, только-только поступивший на королевскую службу. Он был глупым и бедным. Светлое будущее в карьере ему отнюдь не улыбалось. Потому он променял его на деньги от Грейлис и радостно заявил на весь свет, что у нас с ним большая неземная любовь! Вот только, – она склонилась ко мне и прошептала почти весело: – Я никогда не видела своего пылкого любовника. Обидно, не правда ли? А у нас с ним была такая любовь! Великая настолько, что я не постеснялась забеременеть от него. Надеюсь, сейчас он икает.

Надеюсь, сейчас он помрёт от угрызений совести!

– Надеюсь, сейчас они помрут от угрызений совести! – вдруг донеслось из погреба.

– Кто?

– Да все! – заключила хозяйка безапелляционно.

И я была с ней полностью согласна.

Женщина водрузила на стол большой стеклянный бутыль и отправилась выгребать из недр шкафа чашки.

– Почему ты не пыталась забрать меня?

Мама поджала губы.

– Потому что знала, что ты истинная Вердье. Я знала, что рано или поздно твой отец поймёт, что его обдурили, и заберёт тебя в столицу.

– Но мне была нужна не столица, а ты!

– Не рычи на маму, – строго проговорила женщина, возвращаясь за стол. – Ей самой пришлось тяжко.

– После развода граф усадил меня в почтовую карету, бросил кошель с парой монет и отправил на край страны, пообещав устроить «весёлую» жизнь, если я вновь посмею появиться в его жизни. К тому же… Что бы я тебя дала, Ева? Порой мне самой есть было нечего. Я бы ни за что не обрекла тебя на столь печальное существование.

– Мы, я и мой муж, нашли твою маму на ступенях храма два года назад, – вмешалась в разговор Бетси. – Нам как раз нужна была помощница по хозяйству. Так Пегги и стала жить с нами. Стряпала, мыла, стирала, вышивала. Ах, как она вышивает! У твоей матери золотые руки.

– Как же вы оказались в столице?

– Муж решил открыть магазин. Мы скопили деньжат, купили эту лачугу и переехали. Мать твоя за нами поехала. Так и случилась ваша встреча, – печально протянула женщина.

Пазл наконец сошёлся.

Подняв голову, я вновь заглянула матери в глаза и спросила:

– Почему ты не искала меня? Почему убежала тогда?

– Потому что знала, что после встречи, – она накрыла мою руку тёплой, шершавой ладонью, – я больше не смогу отпустить свою малышку.

По щекам побежали слёзы.

Не по моим – по Бетси. Она пару раз хлюпнула носом, а после сорвала с пояса фартук и принялась рыдать уже в него.

Вскоре к нам присоединился хозяин дома: большой и усатый господин в шляпе с зычным именем – Крог.

Глаза Крога заинтересованно заблестели, заприметив бутыль на столе. Вечер тут же перестал быть томным.

Мама рассказывала о своей жизни, я – о своей. Бетси то смеялась, то плакала. Крог с загадочным видом хлебал из бутылки и дымил самокруткой.

– Я приду завтра, – сказала я матушке, вызвавшейся проводить меня до ворот академии. – Нам ещё о стольком нужно поговорить и столько сделать!

– Успеется, – улыбнулась она. – Завтра я и Крог уезжаем в соседний город. На другой рынок. Будем там целую неделю.

– Но ты ведь вернёшься?

– Конечно. Я больше никогда свою девочку не оставлю, – проговорила она, а после нежно поцеловала меня в лоб. – Ну, беги же. Не люблю долгих прощаний.

Помедлив, я обняла её на последок и всё же направилась к замку. Мама осталась стоять за воротами и следила за мной до тех пор, пока я не оказалась у главного входа. После этого она махнула мне рукой и скрылась.

Счастливая до беспамятства, я бросилась в академию. Влетела в комнату, весёлая, с широкой улыбкой на губах и букетом цветов, который мы с мамой собирали по дороге.

И именно в этот момент Кайрату Майерхольду было необходимо появиться в моей комнате!

Колючим взглядом он оглядел меня с ног до головы, особенно задержавшись на цветах, нехорошо усмехнулся и спросил наконец:

– Ну и где и, самое главное, с кем ты гуляла до поздней ночи, Юрай?

31

– С Астартом звездами любовалась да блуду предавалась, – фыркнула я, проходя мимо него.

Не тут-то было: Кай схватил меня за локоть и дернул на себя, прижав к груди. Его пальцы ловко вцепились в мой подбородок, вынуждая задрать голову и заглянуть ему в глаза.

– Ты ведь врешь, – произнес он, склоняясь надо мной.

– А ты что, ревнуешь?

Взгляд принца, и без того сердитый, сделался ещё более холодным и колючим. Черты его лица заострились, заиграли желваки.

– Я не потерплю, чтобы МОЯ напарница гуляла с МОИМ соперником.

Мама четко и ясно дала понять, что хочет сохранить своё пребывание в столице в тайне. И я планировала держать в секрете все события сегодняшнего вечера. Однако я была готова поделиться радостью с куратором… До недавних пор.

Теперь фиг ему, а не правда.

– Я свободная девушка, – протянула расслабленно. – С кем хочу, с тем и гуляю.

Демонстративно уткнувшись носом в цветы, я глубоко вдохнула, подмигнула ему и двинулась к окну. Уложила букет на стол и вдруг обнаружила Майерхольда за своей спиной.

– Свободная девушка? – вкрадчиво поинтересовался он, уперевшись руками в подоконник так, чтобы мне было некуда отступить.

– Именно, – бесстрашно заявила я, вздернув подборок и снова встретившись с ним глазами.

Ох, лучше бы я этого не делала.

Чего только не было в его взгляде. Ярость. Обжигающий лед. Невысказанное обещание наказать за смелые слова и… Оно. Желание. Такое необузданное и завораживающее.

В груди резко стало тяжело. По телу пробежала дрожь не то от страха, не то от чего-то более… сильного.

– Ни черта ты не свободная, Юрай, – произнес принц так, что мне даже спорить не хотелось.

Напротив, я была бы рада согласиться с этим утверждением.

– И чья же я? – прошептала чуть слышно.

Его рука вновь оказалась на моем лице, но на сей раз в движениях не было грубости. Лишь мучительно сладкая нежность. Он провел костяшками пальцев по моей щеке, скользнул по скуле вниз, задумчиво провел подушечкой большого пальца по нижней губе, наклоняясь ко мне всё ближе и ближе.

«Поцелует? Лишь бы поцеловал», – поймала я себя на вопиюще неправильной мысли.

– Ты моя, – припечатал Кайрат, отстраняясь. – Ложись спать. Завтра я снова приду к тебе.

С этими словами Его Высочество исчез из моей спальни.

Что ж. Теперь я прекрасно знаю две вещи.

Первая – Кайрат мастерски владеет портальной магией.

Вторая – Кайрат не хочет со мной целоваться.

И плевать. Ничто не способно омрачить сегодняшний день! Ни его злой взгляд, ни его пренебрежение. В конце концов, он не единственный мужчина в этом мире. Найду себе кого получше.

Но как бы я ни пыталась убедить себя в том, что всё хорошо, на душе все равно стало чуть досадно.

А существует ли он, тот, кто получше? Сдается мне, что нет.

32

Утренняя тренировка проходила по привычному сценарию. Я носилась туда-сюда, уподобившись собаке, после упражнялась с арбалетом, а завершалась пытка по своему обыкновению поединком на мечах.

Но в этот раз кое-что пошло не по плану. Даже не так – случилось нечто невероятное!

– Твоя физическая форма значительно улучшилась, – изрек принц, с ленцой отражая мой выпад. – Ты молодец.

– Что ты сказал? Я – огурец?

– Ты слышала, что я сказал.

– Нет-нет! Повтори, – потребовала я, испытывая странное чувство. Подобное случается, когда долго ломаешь голову над чем-то воистину трудным и наконец находишь правильное решение.

Удовлетворение. Радость. Почти восторг.

Я и сама стала замечать, что упражнения даются мне легко, стрелы летят метко, а сабля больше не выпадает из рук при каждом удобном и не очень случае. Но лишь после похвалы Кайрата я поняла, что да – молодец!

Однако в каждой бочке меда есть ложка дегтя. Так в поговорке сказано. Вот только наставник явно её не знает, ибо вместо ложки он выплеснул щедрое ведерко:

– Теперь мы можем переходить к освоению боевых и защитных заклинаний. Многому я тебя не научу, все же ты первогодка, но азы знать будешь. Заниматься станем по вечерам.

В смысле – по вечерам?

– Часа по три-четыре, – добил меня Кай.

– Отлично, – хмыкнула я, парируя его удар.

– Не ожидал, что ты так легко согласишься.

– Потому что я не согласна. По вечерам у меня дела.

– Какие же, интересно?

Крайне денежные. По вечерам я изо всех сил кручу винтики, отбиваю себе пальцы и зарабатываю на давно желанный домик у моря.

В моей голове уже сложился великолепный план! Я скоплю кругленькую сумму, покажу язык (или чего понеприличнее) королю и королевству, схвачу матушку под локоток, и потом мы вместе сядем на кораблик, который отвезет нас прямиком в светлое будущее.

Там, в этом будущем, у меня будет свой дом, небольшая артефакторская лавка и вечный покой без дрязг высшего света.

– Очень важные, – отозвалась я серьезно.

– Нет ничего важнее Игры, Ева.

– Поправочка: для тебя нет ничего важнее Игры! А мне на неё ровным счетом все равно.

Принц подался вперед и одним точным ударом выбил из моих рук саблю. Та подлетела к потолку и со звоном шлепнулась на пол.

Меч Кая взметнулся ко мне и замер подле шеи. Железным кончиком он коснулся подбородка, чуть приподнимая мою голову.

– Ты слишком слаба для пещеры, Ева. И времени, чтобы исправить это, катастрофически мало.

– Зато ты невероятно силен. Закинешь меня на плечо, а я, так и быть, побуду полчасика послушным мешком картошки. Найдешь… То есть найдешь кристалл – здорово. Не найдешь, я, как добрый друг и хороший напарник, принесу тебе салфетки и разрешу пустить скупую мужскую слезу.

– Ты – плохой напарник, раз помышляешь о поражении, – припечатал куратор. – В пещере мне обуза не нужна. Мы будем заниматься по вечерам. Это не обсуждается.

Сказав это, он развеял меч, смерил меня тяжелым взглядом и заявил:

– Можешь быть свободна. Встречаемся сегодня в семь.

Его Высочество определенно знал, что без боя я не сдамся и буду до последнего воевать за каждую минуту свободного времени, потому поступил мудро – ушел. Порталом.

– Чтоб тебя пространственная магия покусала! – фыркнула я, увы, в пустоту.

Не, ну это вообще нормально?

Почему из-за того, что два брата не могут поделить красивый стул с прилагающей к ней короной (или что они там вообще делят⁈), должен страдать мой и без того тощий кошель?

Сим тягостным вопросом я задавалась ещё минут восемь. А все остальное время, вплоть до самого ужина, я просто злилась.

Каков же Кай все-таки наглец! Как он смеет распоряжаться моим временем? Это ведь МОЁ время!!!

– На-хал, – задумчиво прочитала надпись, которую я скрупулёзно выкладывала из гороха на тарелке, Майа. – Кто нахал?

Вместо ответа я указала на суп, который не стала есть, ибо в плавающих овощах мне невольно видился куратор.

Дожили! Он ещё и ко мне в солянку залез!

Целительница озадачено покосилась в чашку и цокнула языком:

– Вижу какого-то уродца.

– Он не уродец! – с жаром выпалила я, склоняясь над супом. – Хотя да, теперь уродец. Размыло…

– Кого размыло-то? Кто нахал?

– Неважно, – вздохнула я, запихивая в рот кусочек мяса.

Большие настенные часы, что отбивали время до закрытия столовой, явили моему взору картину со всех сторон печальную.

Во-первых, часы были пыльными. Даже у меня, не питающей слабости к идеальному порядку, нет-нет да появлялось желание протереть их тряпочкой. К слову, его я успешно сдерживала.

Во-вторых, у них улетела кукушка. Поговаривают, что не стерпела запахов. Есть версия, что её просто отломал какой-то адепт-авантюрист. Не знаю, зачем ему понадобилась несчастная птичка, но факт остается фактом – кукушки нет. И теперь вместо задорного «ку-ку! ку-ку!» часы просто кашляют, извящая о начале нового часа.

Ну и в-третьих – до семи осталось минут двадцать, а идея хорошей, изящной и красивой пакости так и не посетила мою голову.

Неужели придется стиснуть зубы и подчиниться?

– Ева, ешь быстрее!

– Зачем это?

– Ну мы ведь не хотим опоздать.

– Куда?

– На побоище! Тьфу ты, на попоище. Короче – на вечеринку, – проговорила магичка.

Ну… Тут сам бог велел сходить.

33

Торопилась я зря, потому как Майя не торопилась совсем. Дождавшись, когда я доем, она вцепилась мне в руку и оттащила в свою страшную-престрашную комнату, в которой начала творить страшные-престрашные вещи: краситься и наряжаться!

Я изо всех сил старалась остаться наблюдателем, но все равно покинула её комнату с укладкой и яркой помадой на губах.

Праздник души и тела проходил в отдалении от академии – в смотровой башне, которая давно используется в качестве места дислокации пронырливого плюща и никак иначе.

– Вход должен быть где-то здесь… – задумчиво протянула Майя.

Мы обошли башню по часовой, против, снова по часовой и так несколько раз.

– Если вечеринка заключается в вождении хороводов вокруг башенки, то пока не очень-то увлекательно, – хмыкнула я.

– Говорю же, вход где-то здесь!

– Позови меня, когда начнешь прыгать через костер. Ну или когда соломенную бабу сжигать сподобишься… – хихикала я, однако идея отправиться на тренировку казалась все более привлекательной.

– Не смешно! – вспылила девушка, пнув камень, так неудачно подвернувшийся под ногу.

Тот задорно подскочил и налетел на торчащий корень. Корень в свою очередь дернулся и уполз под землю. Со скрипом открылась маленькая дверца, которой до этого определенно не было.

– Либо у тебя счастливая нога, либо небеса сжалились над нами.

– Либо те, кто продумывал защиту от преподов, идиоты!

– А кто продумывал?

– Братья Ферден.

– Не идиоты. Хуже – энтузиасты с больной фантазией, – поправила я, проходя в башню.

Дальше нас ждал увлекательный подъем по длинной винтовой лестница. Мы с Майей переглянулись и синхронно выдали тяжелый вздох.

Сверху, под самой крышей, нас ожидала ещё одна дверь.

– Ну вот и добрались, – довольно сказала Майя, дергая за ручку. Но не тут-то было:

– Пароль! – заявила дверь. Вернее кто-то, кто за этой дверью сидел.

Судя по испуганному лицу подруги, пароль она бесповоротно забыла. На её встревоженный взгляд я лишь качнула головой.

– У нас приглашения от Ферденов, – пролепетала магичка с надеждой.

– Пароль! – осталась категорична дверь.

– Вечеринка? Попоище? Гм… Побоище? Свои?

– Нет!

– Погоди-ка, – я отодвинула Майю в сторону и произнесла: – Чтоб тебе пусто было, Грейлис!

Дверь открылась в то же мгновение.

– Ты волшебница! – восхитилась целительница.

Не-а. Просто мы с Ферденами из одного теста. Из теста, которое терпеть не может нумерологию и того, кто её ведет.

Праздник был в самом разгаре. Адепты, знакомые и не очень, дрыгались под бодрую мелодию, опустошали свои кошельки за игровыми столами, пили бурду странного цвета, что добывали из большого чана, стоящего посреди зала, и наслаждались жизнью.

Глядя на них, я и сама не поняла, как начала дергать плечиками в такт музыки и топтаться на месте.

Майя тут же выцепила из толпы знакомых и бросилась здороваться с ними. Я решила, что буду там не к месту, потому осталась скромно стоять у стеночки.

Но, как известно, скромность не значится в коротком перечне моих добродетелей – уже через пару минут я ошивалась подле оживленной компании, катающей мячи по полу.

Поначалу казалось, что они страдают сущей ерундой, однако же приглядевшись я поняла, что смысл в игре есть.

– Эй, Юрай! Не хочешь попробовать? – протянул мой первый и постоянный клиент, протягивая мне шар.

– У меня нет денег.

– Мы не играем на деньги. Мы бьемся за корону! – заявили собравшиеся.

– То есть могу попробовать бесплатно? – уточнила с сомнением. Все принялись кивать. – Отлично. Давайте сюда свои правила.

Правил оказалось немного. Нужно было зарядить снаряд энергией, чтобы тот смог добраться до конца поля и сбить кегли. По пути его будут ослаблять и сбивать с траектории заклинания, обойти которые сможет лишь правильно заряженный и метко брошенный шар.

– Хочу пробный бросок.

– Валяй, – смилостивилась толпа.

Первый бросок, как и первый блин, не задался. Мой шар был сбит заклинанием и замер на месте, не желая катиться к заветным кеглям.

Адепты зафыркали, заулыбались и с упоением принялись шутить про криворукого артефактора, вспоминая все известные баяны на эту тему.

Но они не учли одного. Артефакторы верят лишь двум вещам: своему ящику с инструментами и цифрам. Считать я люблю и умею. И пусть маг я посредственный, однако определить, сколько заряда нужно придать шару, вполне в состоянии.

– Смотри не промахнись! – хихикали собравшиеся.

Усмехнувшись, я сделала второй бросок. И он попал ровно в яблочко, сбив все деревянные палочки разом.

Смеяться всем резко перехотелось. Несколько секунд всеобщего замешательства сменились диким восторгом. Мне хлопали, свистели и просили бросить ещё раз.

А кто я такая, чтобы отказывать?

Третий, четвертый, пятый и все последующие шары попадали точно в цель, потому очень скоро мне стало скучно развлекать толпу катанием мячика по полу.

Вот только в раж я уже вошла и выходить из него не планировала!

Вскоре в моих руках оказались метательные ножи, с которыми я вполне неплохо обошлась. После я отправилась за стол с волчками и, о чудо, снова победила!

Удача не просто следовала за мной, она буквально сидела у меня на шее, заставляя одерживать верх во всех играх.

– Тебе осталось вытащить яблоко из чана, и тогда корона точно твоя! – сказал Агес, в то время как Арес уже вел меня к большому корыту, в котором плавали фрукты. – Не переживай, это не так сложно, как может показаться!

Я и не переживала, ибо в данный момент под крышей смотровой башни находился многократный чемпион по фестивальным играм. Не было ни одного деревенского гулянья, с которого я не уходила победителем.

Перевесившись через чан, я ловко и с первого раза выцепила сочное яблоко.

– Ура! Ура! Ура! Да здравствует королева вечера! – скандировала толпа.

Меня поздравляли, обнимали, трепали по плечам, а кто-то водрузил мне на голову увесистую корону.

И всё было бы замечательно… Если бы дверь с грохотом не открылась, явив всем стоящего на пороге Кайрата.

Принц цепким взглядом оглядел собравшихся, явно выискивая меня. Собравшиеся в свою очередь вновь пришли в восторг, увидев Майерхольда.

Все устремились поприветствовать принца, а я же шмыгнула в противоположную сторону.

– Ты чего? – поинтересовалась Майя.

– Мне срочно нужно спрятаться!

– Зачем?

– Нужно!

– Ну, нужно так нужно. Но тебе не понравится.

Не сомневаюсь. Но ещё больше мне не понравится, если Кай найдет меня!

– Ты уверена?

– Более чем!

Пожав плечами, девушка… Толкнула меня в чан с яблоками.

Теперь я поняла, почему братья Ферден дружат с ней. Потому что она тоже отбитая на всю голову!

Если бы Майя сразу поведала мне о своем гениальном плане, я бы сразу же убежала от неё в лапы принца. Но ни укладку, ни сухую одежду не вернешь, потому сидит. Мокнем дальше и стараемся задержать дыхание как можно дольше.

Булькать среди яблок было, без сомнений, интересно. Я изо всех сил пыталась вообразить себя рыбкой, но жабры почему-то так и не отрасли. Когда стало совсем невмоготу, я сдалась и вылезла.

Ах, лучше бы не вылезала!

– Ого, какая встреча, – произнесла я, глядя на Кая перед собой и наивно хлопая ресницами, – ты тоже пришел на вечеринку?