Текст книги ""Фантастика 2026-176". Компиляия. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

Соавторы: Юрий Уленгов,Мария Эмет,Екатерина Полянская,Клим Ветров,Мария Эмви,,Арсений Громов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 167 (всего у книги 344 страниц)

39

Евангелина Юрай

Сказать, что мне было стыдно, равно промолчать. Я так и застыла, глядя на довольного рассказом принца с высоты своего положения. Он же нагло валялся на подушках и широко, издевательски улыбался, в то время как я мечтала лишь об одном.

Господи, ну пожалуйста, пусть я провалюсь под землю! Желательно так глубоко, чтобы ни одному здравомыслящему человеку не взбрело в голову доставать меня, а у всех нездравомыслящих банально не получалось выудить из ямы одну непутевую девицу в моем лице.

– Кай, сделай милость.

– Какую же?

– Придуши меня подушечкой, – с восторгом предложила я, протягивая первую попавшуюся под руку подушечку. – Обещаю, если я стану злым неупокоенным духом, до тебя докапываться не буду!

– Так я тебе и поверил, – хмыкнул принц. – Такой радости я тебе не окажу.

– Ах так, – я надула губы от обиды и… легонько шлепнула подушкой несговорчивого куратора. Тот чуть обалдел от подобной наглости, но в долгу решил не оставаться.

Начался бой не на жизнь, а на последнюю уцелевшую подушку.

– Получай! – смеялась я, напрыгнув на Майерхольда с одеялом. – Попался! Сдавайся, принц, я тебя победила.

Тот закатил глаза и ловко перевернулся, прижав меня спиной к матрасу.

– Попалась, – выдохнул он, нависая надо мной. Поймав мой смущенный взгляд, Кайрат прошептал: – Сдавайся, Юрай. От меня не убежишь.

Да и не хочется, если честно…

В горле пересохло, а все язвительные фразочки выдуло из головы романтичным ветерком.

Я смотрела на Кайрата, такого… необычного. С растрёпанными волосами, в которых запутались пёрышки из подушек. С блестящими, совершенно беззлобными глазами, в которых не было ни намёка на высокомерие и надменность.

Сейчас я смотрела отнюдь не на наследного принца.

Сейчас передо мной был Кай. Просто Кай. И ничего лишнего.

Невольно я усмехнулась. Кто бы мог подумать, что за суровым наставником скрывается соня, который любит заворачиваться в одеяло с головой и с упоением соглашается на кроватный бой подушками.

– Что? – буркнул он, догадавшись, что причина моего веселья кроется в нем самом.

– Ничего, – тут у меня совсем не осталось сил сдерживаться, и я принялась задорно хихикать.

– Сейчас заставлю пробежать двадцать кругов, – с деланной хмуростью произнес куратор.

– Что, ещё не набегался за вчера?

– Какая же ты язва, Юрай.

– У меня превосходный учитель.

Вылезать из кровати жуть как не хотелось, но пришлось. Отодвинув балдахин в сторону, я нахмурила брови и озадаченно покосилась на наставника.

– А мы где?

– Я – дома. А ты у меня в гостях, соответственно.

– А дома… это где?

– Подойди к окну. Если не боишься высоты, конечно же.

Высоты я не боялась. До недавней минуты. Стоило мне выглянуть на улицу, как устойчивый пол под ногами стал вдруг не таким уж и устойчивым.

Дело в том, что строение, в котором мы находились, имело счаться буквально свисать со скалы и весьма уверенно кренилось в сторону буйной реки, бегущей внизу. Низ этот, к слову, был очень далеко и гарантировал кончину каждому недотепе, упавшему к нему.

– Стылые земли, – прошептала я, с опаской оглядываясь по сторонам.

– Ставлю тебе пять по георафии. И крайне рекомендую бежать в ванную комнату, иначе вода, которую для тебя так усердно грел замок, остынет, а сам он обидется.

– Кто-кто грел?..

– Замок, – спокойно отозвался принц. – Беги же.

Никогда ещё я не мылась, пребывая в таком шоке.

Я в Стылых землях! Подумать только. Это ведь самый суровый край не только королевства, но и земли. Здесь правит лютый холод и… могущественный княжеский род, фамилию которого я бессовестно забыла.

Дело в том, что политика и этикет высшего света меня не интересовали. Желания сунуть нос в бельё великих правящих родов никогда не посещяло мою голову.

А зря.

Дверь открылась именно в тот момент, когда я вылезла из ванны. Схватив мочалку, я собиралась отправить ею в одного венценосного нахала, решившего подглядеть за обнаженной девушкой.

Но на пороге стояла милая женщина в рабочем платье, белом переднике и с самым восхищенным выражением на лице.

– И правда – девочка! – радостно произнесла она голосом матери четырех сорванцов, которая всегда мечтала иметь дочку. – Какая радость!

– Здрасьте… – несколько сконфуженно отозвалась я, прикрывая всё, что можно прикрыть, волосами.

– А фигурка-то какая ладненькая!

– С-с-спасибо…

– Сейчас мы тебя приоденем, и будешь ну совсем невеста!

Она схватила меня за руку и выволокла из уборной в комнату. Там стояли ещё две служанки. Поводив вокруг меня хороводы и осыпав комплиментами, женщины принялись запихивать меня в красивое, но чуть старомодное платье, заплетать затейливые косы и наносить румяна на мои щеки в немеренных количествах.

– Ну красавица!

– Прынцесса!

– Королевишна!

– Вертихвостка! – выдала одна из служанок в порыве вдохновения. Её тут же устыдили взглядом, и тогда она исправилась: – Фифа!

– Нет, – категорично заявила первая. – Невеста!

Все согласно закивали.

От смерти от передоза любезностей меня спас статный мужчина в строгом костюме и золотыми очками на длинном, крючковатом носе.

– Завтрак готов, – изрек он чинно.

– Леди к завтраку тоже готова, – отрапортовали женщины.

– Пройдемте, леди Юрай. Господин уже ждет.

Ну раз господин ждет, то да, идемте. Кстати, а откуда он знает моё имя?..

Мы вышли в коридор и отправились петлять по, казалось бы, бесконечному замку. Наконец мужчина довел меня до дверей столовой, вежливо кивнул на прощание и пошел дальше.

Стоило мне моргнуть, как странный мужчина исчез, словно его никогда не было. Двери тем временем сами собой открылись, а чья-то невидимая рука легонько втолкнула меня внутрь.

Столовая оказалась небольшой. Даже крохотной. Но в ней была невероятной красоты изюминка – стеклянные стены.

– Ого… – выдохнула я.

– Нравится? – спросил Кайрат, подходя ко мне. Он оглядел меня восхищенным взглядом, от которого стало чуточку неловко.

– Я будто стою посреди скал.

– Задумка была такова, – хмыкнул он, проводя меня к уже накрытому столу и усаживая на стул. – Приятного аппетита, Ева.

Куратор сел напротив и стал ухаживать за мной, накладывая в мою тарелку всего по чуть-чуть. Покончив с едой, он взялся за кофейник и сливки.

– Сахар, мед?

– Мед…

– Отличный выбор, – улыбнулся Кай, протягивая мне горячий напиток.

– С ума сойти. Принц делает мне кофе.

– Это единственное, что тебя удивляет? Прошлую ночь напомнить? – ехидно поинтересовался Его Высочество.

– Не надо! – я мотнула головой и приступила к завтраку. Все было теплым и вкусным. Вид радовал глаз. А компания Майерхольда приносила какую-то странную, спокойную радость. И несмотря на ужасающе-прекрасный вид, мне было совершенно не страшно рядом с принцем.

Происходящее казалось добрым, нереальным сном. Ощущение уюта и парадоксального домашнего тепла никак не укладывалось у меня в голове. Но мне все нравилось.

– Майерхольды – это и есть те самые морозные князья, да?

– Спасибо, что не мороженные, – фыркнул Кай, поднимая на меня глаза. – А ты разве не знала, кто я?

– Я всегда знала, что ты тот самый высокомерный мальчишка, у которого я стянула часы. Не более.

– Да, Майерхольды и есть те самые морозные князья.

На языке крутился сто и один вопрос. Про его отца. Про мать. Про Астарта. Да вообще про всё! Но мне так не хотелось портить это замечательное утро, что я затолкала любопытство подальше и продолжила устреблять завтрак.

Когда с едой было покончено, я начала крутить головой по сторонам, пытаясь хоть как-нибудь осмотреть замок.

– Хочешь, проведу для тебя небольшую экскурсию? – предложил куратор, заметив мой интерес.

Не долго думая, я взяла его за руку и самолично вытянула из-за стола.

– Пошли, пошли же скорее!

Улыбнувшись, он перехватил меня за запястье, уложил мою ладонь себе на локоть и неспешно направился вперед.

Моему любопытному носу явили несколько библиотек, парочку столовых, бальный зал, ещё один бальный зал и ещё один бальный зал.

– Это на случай, если один затопит, а другое сгорит?

– Нет, это чтобы хвастаться, что у нас есть три бальных зала.

– И ни один из них не используется?

– Уже много лет, – кивнул Кай.

Несмотря на красоту и убранство, замок выглядел оставленным и одиноким.

– Здесь живут десять слуг. Они поддерживают дом в чистоте.

– И всё?

– И всё. Впрочем, это мало помогает. Замок все равно разрушается, – произнес он мрачно. Словно в подствержение этих слов что-то громыхнуло и рухнуло.

– Башенка западного флигеля, – известил появившийся будто из воздуха дворецкий. – Всего лишь башенка, господин. Не беспокойтесь.

– Спасибо, Эф.

Эф поклонился и пошел по своим делам, растворившись в воздухе темного коридора.

– Но почему это происходит? – спросила аккуратно.

Пусть я не имею ни малейшего отношения к этому месту, мне было больно думать о том, что через пару лет таким ходом его может не стать вовсе.

– Дом чахнет без хозяйской руки.

Майерхольд поднял голову и пристально посмотрел наверх. Проследив за его взглядом, я сразу все поняла.

40

Там, под самым потолком, висела картина в тяжелой медной раме. На ней была изображена женщина. Прекрасная и элегантная, в мехах и перьях. Очевидно, аристократка.

На вид ей было не больше тридцати. В глаза сразу же бросались белоснежные волосы и пронзительные зеленые очи, сверкающие чуть ли не на половину лица.

Никаких сомнений, передо мной мать Кая. Этот спокойный, уверенный взгляд я узнаю из тысячи.

М-да, а красотой куратор пошел явно не в папашу-короля. Вот откуда этот благородный лоск.

– Она прелестна, – невольно вырвалось у меня.

Наставник лишь кивнул, продолжая глядеть на картину.

– Её зовут Амадея. Амадея Майерхольд. Она истинная хозяйка Студеных земель и этого замка.

– И где же она сейчас?

Лицо принца стало ещё более мрачным. Ответ был очевиден. Но я до него почему-то не додумалась.

– Далеко, – только и сказал он. – Очень далеко.

Мне захотелось извиниться за бестактность, но я решила, что это лишь сильнее все испортит, и прикусила язык.

– Расскажи о ней что-нибудь, – попросила тихо, глядя на красавицу.

– О, вы бы с ней точно нашли общий язык. Она тоже была той ещё затейницей и любила мастерить всякие причудливые вещи. Те часы, что ты стащила у меня, были её подарком.

Устыдил так устыдил. Браво, Ваше Высочество.

– По правде говоря, я своровала их не для себя, – произнесла, опустив глаза в пол.

– Да ну? И для кого же? – недоверчиво осведомился он.

– Помнишь старосту деревни?

– Такого мерзкого старика забыть непросто.

– Это точно. Так вот, он хотел жениться на моей подруге. Она была красивой, умной и доброй. Мы быстро нашли общий язык и стали друг другу как сестры. Приближался день её совершеннолетия, после которого она должна была стать женой старосты. Очередной женой, – кисло заметила я.

– Куда делись остальные?

– Одна померла, другую в монастырь сослали, что стало с третьей – одному богу известно, но ноги у той были знатные. Надеюсь, убежала. Но вернемся к истории. Отдавать подругу старику я не хотела. Та тоже желанием стать почетной супругой не горела, но как-то быстро смирилась со своей участью.

– А ты – нет.

– Смирение и я – вещи несовместимые. Ломала я голову долго. Но тут появился ты со своими прелестными, явно дорогими часиками. А твой характер помог мне обчистить тебя!

– Это как же?

– Пробраться к тебе в помывочную оказалось проще простого. То воды горячей подлей, то мыло невкусно пахнет, то водичка уж больно теплая, срочно неси холодную!

– Н-да, я был несносным мальчишкой… – хмыкнул Кай, морщась.

– Был? – язвительно уточнила я.

– Был, – уверенно заявил принц.

– Ну-ну.

– Не отвлекайся от истории, Юрай.

– А всё, кончилась история. Часы я у тебя стащила, штаны тоже. Чтобы не догнал. Всё это я провернула в последний день командировки. Отсиделась в кустах, пока ваша нафуфыренная делегация не уехала, а после торжественно вручила подруге часы и узелок, наградила ускоряющим пенделем в сторону ближайшего города и долго махала платочком ей вслед. Короче говоря, твои часы спасли хорошей девке жизнь. А ты, так и быть, с тех и правда не такой уж несносный мальчишка.

– И что я такого натворил в прошлой жизни, что в этой мне послали тебя… – протянул Его Высочество с театральной тоской.

– Не знаю, но что-то непременно хорошее!

– Идем, о моя беспощадная награда. Занятия вот-вот начнутся.

Я охотно взяла его за руку. Кайрат открыл портал и быстро шагнул в него, утягивая меня следом.

Прежде чем оставить Морозное княжество, я не сдержалась и вновь бросила быстрый взгляд на картину Амадеи Майерхольд. Интересно, что с ней стало?..

На первое занятие я опоздала несмотря на то, что куратор был добр и галантно вытряхнул меня из портала прямо в мою комнату. Там я быстро переоделась и поскакала на пару.

И как же я была разочарована, узнав, что нашего смелого и сильного учителя по ОФВ свалила простая простуда. Пока воин свистка и спортивной формы отлеживался в кровати, сморкаясь в бумажные платочки, его часы любезно подхватил лорд Грейлис.

Именно к нему на урок я имела несчастье опоздать.

– Ага! А вот и злостная нарушительница правил! – с триумфом проговорил нумеролог.

– Мне очень жаль? – предположила я.

– Останешься на отработку после занятий! – вынес неутешительный диагноз тот.

Вот ведь. И не поспоришь. Учитель все-таки.

41

Занятие в целом прошло неплохо, если не брать в расчет его постоянные жутко-довольные взгляды, которые он бросал в мою сторону.

– Адептка Юрай, жду тебя вечером! – сказал он где-то посреди лекции. А когда та закончилась, Грейлис тормознул меня в дверях, чтобы сказать три сокровенных слова: – Жду тебя вечером!

Его заклинило, что ли?

– Я помню… – отозвалась терпеливо.

– Не забывай! В пять будь как штык!

Вероятно, его очень возбуждают мысли о чистой доске, отполированных партах и вымытом полу, раз он так переживает.

Остальные пары прошли без сучка и задоринки. По крайней мере, больше никто из преподавателей не стремился приобщить меня к драюще-чистяще-воспитательным работам.

Но вот стрелка часов неохотно дотащилась до пяти вечера, а я к этому моменту столь же неохотно принесла свою малость усталую тушку в кабинет Грейлиса.

– Хм, вовремя, – с некоторой неприязнью произнес нумеролог, мазнув взглядом сначала по мне, а после по наручным часам. Он словно удивлялся самому факту, что я умею следить за временем.

– Где мне нужно убрать?

– Везде, – с широкой улыбкой отозвался Грейлис, оглядывая огромную аудиторию, способную вмещать в себя две сотни человек разом. – И никакой магии. Это ведь наказание, как-никак.

Угу. Нахождение с тобой в одном помещении уже можно расценивать как особо жестокую пытку.

Кое-как скрыв своё раздражение, я зашагала за ведром и тряпками.

Вот же противный старикашка. Уверена, если бы на моем месте оказался кто-то другой, ему бы не пришлось тратить своё время на никому не нужную уборку. Зачем академии рабочий персонал, спрашивается? Уж явно не для того, чтобы заставлять нерадивых адептов махать тряпкой.

Начала я, что логично, с самых верхних рядов. Намывая столешницы, надеялась, что Грейлис вот-вот покончит с делами и пойдет на заслуженный отдых, но нет. Он неспешно заполнял журналы, листал учебники и просто смотрел в окошко, многозначительно вздыхая.

Из аудитории он вышел лишь раз. За чаем.

Притащив увесистый чайник, он снова шлепнулся на насиженное место и продолжил вздыхать с видом мудреца.

– Ты делаешь все слишком медленно, – сказал он сварливо.

Чья бы корова мычала…

– Стараюсь, чтобы вам понравилось.

– Старайся. Это, пожалуй, единственное, что у тебя хорошо получается.

– Стараться?

– Быть уборщицей, – припечатал маг.

– Благодарю за похвалу. Нет ничего зазорного в таланте хорошо убираться. У многих членов моей семьи талантов вовсе не наблюдается.

– Затеваешь ссору?

– Всего лишь смахиваю пыль, милорд.

Мы обменялись столь натянутыми улыбками, что от их фальши на зубах заскрипело.

Нумеролог наконец перестал отвлекаться на меня и продолжил возиться с журналами. В какой-то момент локоть его скользнул по столу, задев чашку. Та, к несчастью, оказалась полной. Чай разлетелся по всему столу, покатился каплями на пол.

– Убери, – приказал нумеролог, отряхивая свою мантию.

Поджав губы, я нехотя исполнила просьбу и протерла сухими тряпками его стол.

– Ты пропустила вот здесь, – он ткнул пальцем на маленькую капельку, сверкающую на самом краю стола. – Вероятно, я ошибся. Даже в таком бестолковом деле ты оказалась бесполезна.

– Вероятно, вам самому стоит перестать быть таким неуклюжим, – отозвалась я, медленно, но верно теряя терпение. Заглянув ему в глаза, я промокнула несчастную каплю и вернулась к намыванию доски.

На то, чтобы отойти от шока, Грейлису понадобилось чуть больше минуты.

– Как ты смеешь разговаривать со мной подобным образом?

– А вы?

Разыгрывать умницу-благоразумницу я никогда не умела. А вот показать зубы всегда была горазда. Я никому не позволю вытирать об себя ноги. Ни отцу, ни королю, ни Грейлису. Особенно Грейлису.

– А кто ты такая, чтобы относиться к тебе хорошо?

– Человек, – буркнула я. – Всё. Закончила.

– Не совсем, – с мерзкой усмешкой он коротко дернул рукой, отчего его чашка со звоном рухнула на пол. Острые осколки потонули в большой уродливой луже. – Ох, какой же я неуклюжий. Ты права. Но исправлять это все равно тебе. Убери здесь и можешь идти.

Сделав глубокий вдох, я вооружилась тряпками, присела на корточки и стала сносить осколки в ведро.

Ещё немного, и я буду свободна от общества этого поганца. Терпение, Ева, терпение…

– Вот где твоё истинное место. Помни его. И не смей забывать, – проговорил маг, глядя на мои копошение у себя в ногах.

Видит Небо, я хотела по-хорошему. Но получается как всегда.

Обида за маму и злость за себя сделали своё дело. Разогнувшись, я отбросила тряпку в сторону и склонилась над ним.

Грейлис удивленно округлил глаза. Он продолжил самодовольно улыбаться, но лицо его стало чуть испуганным. Старик предчувствовал надвигающуюся бурю.

– Что с тобой не так, дедуля? – протянула несколько развязно.

– Де… Дедуля?

– Конечно. Или мне называть тебя дядюшкой? Мы ведь родственники. Мы ведь семья.

– Ошибаешься, девица. Никакая ты мне не семья. Ты – бастард, которого зачем-то удостоили милости великого рода.

– Нет, это ты ошибаешься, дедуля. Я и есть продолжение великого рода. Во мне течет вся сила Вердье. Именно потому меня вернули в столицу. Твои драгоценные племянники получили лишь объедки со стола. А твоя племянница – гнусная разлучница. Стервятник, довольствующийся тем, что осталось от сердца моего отца.

– Что ты такое говоришь, Юрай⁈

– Дом Вердье все ещё полон картин моей матери. Над Беатрис смеется весь свет, а её дети также не в почете. Что я говорю? Правду. И ты сам её прекрасно знаешь. Потому и злишься на меня.

Глаза Грейлиса налились яростью. Он подскочил со своего стула и явно хотел залепить мне по щеке, но воздержался от этого удовольствия.

– Я буду жаловаться. Тебя вышвырнут отсюда!

– Да? Ну, а чего замер? Жалуйся. Беги же, дедуля. Вот только я – почетная участница Игры, а мой командир сам принц. Что мне сделают? Повесят ещё одну отработку. И всё. Но даже от неё меня освободят по просьбе Его Высочества.

Он скрипнул зубами, прекрасно понимая, что я права.

– Но не будем о плохом. Я, напротив, очень тебе благодарна, дедуля.

– И за что же? – фыркнул старик.

Подойдя к нему как можно ближе, я выдохнула:

– Ты указал мне дорогу. Подарил цель. Раньше я брела по жизни без неё, жалея себя и злясь на отца. Это в прошлом. Теперь я знаю, чего хочу. Я хочу уничтожить рода Вердье и Грейлис. И я сделаю это, можешь не сомневаться, дедуля. Ведь ты чертовски прав. Мы. Не. Семья, – я подарила ему самую зловещую улыбку, на какую только была способна, а после поинтересовалась невинно: – Ведро и швабра знаешь где лежат или подсказать?

Нумеролог, пребывающий где-то между изумлением и ужасом, промолчал.

– Значит, сам найдешь, – резюмировала я. – Пока, дедуля. И ещё раз спасибо за ценный урок. Его я никогда не забуду.

Ещё никогда я не была столь воодушевлена. Меня трясло от переполняющих эмоций, сердце билось часто-часто, однако на душе был покой.

Я всё сделала правильно.

И теперь у меня и правда есть цель. Истинная. Правильная.

До заветной комнаты я бежала, не останавливаясь ни на миг. Замерев напротив двери, звонко постучала. Та, к моей безграничной радости, открылась почти сразу.

– Ева? – удивленно спросил Кай.

– Пошли.

– Куда?

– Заниматься, куда же ещё!

Принц чуть удивленно вздернул брови, привалился плечом к косяку и внимательно оглядел меня с ног до головы.

– Ты ведь была против вечерних занятий.

– Была.

– И что же изменилось?

Подняв голову, я поймала его взгляд и сказала твердо.

– Теперь это стало важно.

Куратор понял всё без пояснений. Больше он ничего не спросил. Лишь взял меня за руку и повёл в сторону тренировочных залов.