Текст книги "Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 309 страниц)

От всех людей, что меня окружали.

У меня не было нелюбимых людей – я всех ненавидел одинаково сильно. И этот мудила был одним из тех, кто мне делал плохо и больно. Боль лечат – мудаков убивают.

Где-то на границе сознания таяли крики, на самых дальних подступах виднелись тени, которые не несли мне ничего, кроме злобы и опасности. Они кружили в хороводе, готовые напасть, вгрызться в меня, словно тьма. И если они так хотят разобраться со мной, то пусть выстраиваются в очередь после того, как я закончу с этим.

Этим.

Он улыбался, он смеялся всем в лицо, и я сломал его лицо. Теперь он не смеётся. Лишь улыбается, и я уже оседлал его и теперь ломал его красивое, нежное и нетронутое горем лицо, чтобы даже улыбки оно никогда не выдавило.

Он смеялся надо мной, ему было смешно. Он считал, что лучше меня. Но он даже не знает, через что я прошёл, чтобы убить его. Он никогда не терял дорогих ему людей, он не боролся за свою жизнь, не пытался выбраться из дерьма, которое тебя окружает и топит – нет, он пришёл и решил взять то, что ему не принадлежит. Решил, что весь мир у его ног.

Я выбивал из него это чувство вседозволенности. Я вырву его рёбра, я выгрызу ему шею и выдавлю глаза.

И я ломал его прекрасное представление о мире кулаками, сбивая их в кровь. Я должен сломать что-то прекрасное, чтобы почувствовать себя лучше. Когда от его лица ничего не останется, я буду чувствовать себя лучше, а сейчас он должен был сдохнуть. А потом я примусь за других, примусь за других, за всех, кто меня окружает.

Они все хотят мне зла. Я должен убить их, я должен защитить себя. Я должен их всех сломать. Я просто хочу жить своей жизнью. У меня больше нечего забирать, и я убью их всех. Я… я…

Я потерял связь с реальностью.

Я замер.

Я остыл, моему сердцу холодно.

Я хороший. Я правильно сделал и наказал его.

Я…

– Сделал то, что должен был, – это был не мой голос, но он читал мои мысли.

Да. Сделал. Я победил, а он плачет. Он плачет, но слёзы теряются в крови и мясе, оставшемся от его лица. Он больше не сделает никому плохо, он будет бояться. Ему больно и страшно, я победил. Мать гордилась бы мной, ведь я защитил тех, кто слабее.

– Она бы не гордилась мной.

Почему? Ведь я защитил слабого от сильного и плохого.

– Она умерла, – пробормотал я, глядя на лицо человека. Мне было неожиданно плевать.

– И она всё равно рядом, ты поступил хорошо, слышишь? Ты просто защищал слабого, кто доверился тебе. Отпусти его. Его боль не сделает тебе больше легче. Давай же, – такой мягкий голос. Наверное, такой должен был быть у матери.

– Откуда тебе знать?

– Я знаю.

Я поднял взгляд и увидел, как вокруг толпятся теней шесть или семь. Они стали проявляться, жалкие, не способные справиться с собственным страхом, люди.

– Они не причинят тебе зла, – девушка стояла передо мной, как ангел, единственная, другая. Светящаяся во тьме. – У тебя пилюли в кармане.

Какие пилюли? Что за пилюли? Колёса? У меня?

Я вытащил две серо-зелёных капсулы.

– Засунь ему в рот. Давай же… – она осторожно взяла мою руку, прохладная, как зимняя стужа, и повернула ладонь вбок, чтобы те скатились ему в рот. – А теперь идём. Я провожу тебя домой.

– Домой? – удивлённо спросил я.

– Идём, – она протянула мне руку, словно ребёнку, и повела меня через какую-то деревню домой.

– Кушать хочу.

– Мы покушаем, идём, – ласково ответила она. – Идём, не бойся.

– Меня трясёт…

– Скоро перестанет, дорогой, скоро перестанет, – ворковала она, ведя меня через деревню.

– Руки болят…

Я осторожно вытянул из её ладони свою кисть и посмотрел на костяшки. Разбитые, все в крови, и опухшие, словно под кожу вшили несколько шариков. Мягкие, под ними чувствовалась кровь. Я нажал сильнее и… почувствовал, как они будто лопнули, и кровь разошлась куда-то в пальцы. Которые на попытку подвигаться ими отзывались болью.

– Больно.

– Скоро пройдёт.

– Откуда тебе знать, ты призрак, небось никогда не дралась… – буркнул я.

– Юнксу?

– А? Чё?

– Ты… помнишь моё имя?

– А ты забыла уже его, Люнь? – хмыкнул я.

Она выдохнула, хотя зачем призраку дышать?

– Надо идти, позади тебя на крыше домика стоит та самая Лунная Сова, которая тебе желает смерти.

– Тогда пусть спустится, я ей жопу порву во всех смыслах! – прорычал я.

– Юнксу, Юнксу, дорогой, – схватила Люнь меня за щёки, не давая обернуться. – У тебя опять приступ был, понимаешь? Нам надо уходить.

– Чего? В смысле?

– Идём, идём. Я тебе по дороге скажу, давай, – она была удивительно дружелюбной, даже немного подозрительно.

В домике меня ждал очкарик без очков, который слегка испуганно посмотрел на меня.

– Можешь возвращаться, – кивнул я на выход.

– Д-да, конечно, спасибо большое, – и парень юркнул через дверь на улицу, не забыв закрыть за собой дверь.

Я дождался несколько секунд, после чего повернулся к Люнь.

– Так что ты хотела сказать?

– У тебя опять был приступ, понимаешь?

– Эм… точно? Я просто чёт не помню ничего такого?

– Вот в этом и проблема. Ты не чувствуешь, когда он приходит, и не чувствуешь, когда он уходит. Для тебя его словно и не было, – ответила она. – Ты помнишь, как избивал того мальчишку?

– Ну… да, вроде.

– А помнишь, как выдернул его из дома?

– Тоже.

– Как бил его головой о землю, как пытался вырвать челюсть?

– Э-э-э… ты уверена, что это было? – я даже засомневался в её словах.

– Я сама видела это, Юнксу, я бы не стала врать тебе, честное слово.

– Ну… хорошо, а он там вообще жив тогда?

– Да, он жив, и это хорошо, Лунная Сова, она была тут как тут, прилетела уже в самый разгар драки, когда я думала, что ты его убьёшь.

Решила поймать на горячем.

– Но он жив, да?

– Да, ты дал ему пилюль, что захватил с собой.

– Хорошо…

Да, это хорошо, я избил одного из говнюков, но не убил, а значит, все взятки гладки – мало ли из-за чего мы подрались. Вон, он избил своим лицом хладнокровно мои кулаки и сломал пальцы, мне тоже есть на что пожаловаться.

Но вот что плохо: я почти ничего не помню. Вернее, помню, но не могу конкретно вспомнить всё, как происходило. Признаки явно совпадали с тем, что было тогда, когда меня накрыло, и я разбил голову парню камнем. Получается, новый приступ? Что-то мне просто неспокойно становится от того, что я не могу себя контролировать.

И если бы Люнь сейчас мне не сказала, я бы даже и не вспомнил… нет, я бы даже и не узнал, что меня вновь накрыл приступ. Ну ушёл, подрался, пришёл обратно и всё.

* * *

Хотелось бы мне сказать, что та разборка с парнем мне помогла.

Хотел бы, но не могу.

Буквально через день эти придурки решили устроить войну и избили сразу четырёх человек, видимо, решив показать, что со мной якшаться небезопасно. Это выходило вообще за какие-то разумные грани. То есть ко мне не лезли, но били тех, кто со мной закорефанился. Типа его брать ссыкуем, поэтому тронем его людей.

Ну не ублюдки ли они после этого?

Причём они сломали одной из девчонок вообще обе ноги, полностью обокрав. Понятное дело, кому это было адресовано. Не мне, другим людям.

А значит, надо было продолжать решать вопрос, и у меня созрел план, немного другой, более показательный, но при этом более, как мне показалось, безопасный.

Видимо, слегка покосившееся лицо их не впечатлило, наверное, потому что они просто не видели, как я это делал. Всё почти полностью повторяло историю с уличной шпаной, которые были как стая диких собак, которые понимали только страх и боль. И потому я решил провернуть расправу у всех на глазах, чтобы раз и навсегда вбить в головы дегенератам, что со мной и моими подопечными лучше не связываться.

– Остановишь, если что, – негромко произнёс я.

– Да как тебя остановишь? – возмутилась она.

– За сердечко схватишься.

Я стоял перед площадкой, на которой проходили тренировки. Единственное место, где можно было подраться у всех на виду, но при этом на полных правах.

Я взвесил в руках деревянный меч. Сегодня его испачкают кровью.

Глава 51

Я не стал мудрить – не обращая внимания на других, сразу направился к одному из уродов, обходя людей. Подошёл к уже образовавшейся паре.

– Парень, извини, можно я с ним встану? – кивнул я на ублюдка, который сразу напрягся.

Я не знал парня, не пересекался с ним, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что ничего общего с теми, кто просил у меня защиты, он не имел. Твёрдый взгляд, в нём чувствовалась определённая непоколебимость и готовность сражаться. Уверен, что к нему никто не залупался: обычно подонки не связываются с такими, ища себе жертв попроще, чтобы не заморачиваться.

– Ну… ладно, вставай, – пожал он плечами, уступив место.

Но едва я занял его место…

– Думаешь, ты такой крутой? Думаешь…

И бла-бла-бла. Обычно у таких людей сразу словесный понос начинается. Я даже не стал себя утруждать выслушивать весь этот поток нескончаемого бреда. Что я там услышу? Его насмешки над тем, как они ломали визжащей девчонке ноги, что они сделают со мной и с моей матерью? Пф-ф-ф… кто так угрожает?

Я решил, что просто обязан показать ему, как надо угрожать.

Только нам дали команду сойтись, как я сразу начал атаковать.

Здесь учили фехтованию, да, но не так хорошо, как хотелось бы. Зачем тратить ресурсы и силы на тех, кто в большинстве своём потом отсеется? Здесь давали знаний ровно столько, чтобы были основы, и те, кто достоин, смогли раскрыться, а кто слаб… тому и это будет бесполезно.

Парень сделал несколько выпадов в попытках сначала атаковать, но как только я оказался слишком близко, перешёл в контратаку, а затем и вовсе в оборону под градом ударов. Колющий, рубящий, опять колющий, и вот деревянный меч нашёл брешь в обороне и ткнул того прямо в лицо.

Парень пошатнулся, и на этом бы я закончил бой… будь это кто-то другой. Но здесь я просто продолжил его избивать, уже не способного толком сопротивляться.

Тычок в лицо и ещё один, который окончательно разбил ему нос, после чего колющий в солнышко, шаг вперёд и боньк! Парень согнулся буквой «Г», охнув, и я от всей широкой души просадил ему прямо с колена, заставив опрокинуться на спину. Не дожидаясь чуда с небес, сделал шаг вперёд, занёс ногу и ударил ему прямо в лицо. Повторил это несколько раз, пока его лицо не стало кровавой кашей…

И ровно до того момента, пока мне самому не прилетело по спине так сильно, что я свалился, выгнувшись дугой. Сраная деревянная палка мастера пробила мне прямо по хребту с такой силой, что я забыл, как дышать, чувствуя, как из глаз хлынули слёзы.

– У нас здесь фехтование, а не единоборство, – скучающим голосом произнёс он, глядя то на меня, то на моего противника.

– Забыл… прошу простить… мастер… – прохрипел я, стараясь справиться с болью.

Сука… как же больно… сейчас описаюсь…

Но, как и положено превозмогателю и культиватору, я мужественно перетерпел боль и медленно встал, чувствуя себя стариком, который не может разогнуться. Что касается разбитого в хлам парня, раз мастер не парится, то и мне незачем. К тому же, я в тот момент держал себя в руках, не позволяя эмоциям взять вверх: все удары ногой были выверены и контролировались, так что пусть его рожа и выглядела страшно, но жить он точно будет.

– Вот как угрожают, – просипел я и плюнул ему прямо в окровавленное лицо.

На очереди был второй ублюдок, к которому я направился через всё поле. Всем было прекрасно известно, к кому я направляюсь, как и виновнику происходящего, поэтому, когда я подошёл и попросил девушку уступить мне место, та даже слова не сказала, сразу отойдя от него. Верно, смысл встревать ей в это, если её это не касается.

Парень напротив промолчал. После того, как я отпинал первого, он явно растерял боевой пыл. Ну да, ломать ноги девчонке – это тебе не с равными драться.

– Я быстренько заскочил к тебе, утрясти кое-какой вопрос… – сплюнул я на песок.

Правда, спарринги не проходили друг за другом. Обычно между ними мы повторяли или учили какие-то новые движения. Пришлось немного позаниматься и подвигаться, заучивая движения, прежде чем нас опять поставили в пары фехтовать между собой.

В отличие от первого, по движениям этого я сразу заметил, что парень фехтовать умеет. Поэтому даже не стал пытаться сражаться по-честному. Едва дали команду к спаррингу, как я тут же пнул песок со всей силы тому в лицо. Поднялось облако, и когда тот закрылся от песка, перехватил меч за деревянный клинок, как клюшку для гольфа, замахнулся…

– Сюрприз, сука…

И, следуя заветам игры, ударил по мячам. После этого, словно бейсболист профи, перехватил меч поудобнее и со всей дури ударил ему прямо по лицу. В солнечном свете, помимо капель крови, блеснули выбитые зубы.

Парень рухнул на землю, а я встал над ним и, как старатель, опустил меч прямо тому на башку. Удар, второй, третий, в разные стороны полетела кровь, а я лупил и лупил…

Пока меня не отбросило с такой силой, что я кувырком пролетел через всю площадку, немного охренев. Первые мгновения я даже встать не мог, ощущения были такими, словно в меня на полной скорости врезался поезд. Дышать, казалось, и вовсе невозможно в первые несколько секунд, и меня не покидало ощущение, что я задыхаюсь.

Не знаю, терял ли я сознание или нет, но когда краски начали возвращаться, надо мной стоял мастер.

– Я не помню, чтобы мы изучали такие приёмы, младший брат Ханг, – он бросил мне на грудь меч. – Будь добр, следуй правилам.

Максимальный пофигизм, учитывая, что я уже избил двоих. Хотя чего из-за них париться? Если они не способны противостоять мне, какой от них толк? Понимая главный принцип в нижней деревне, самым главным было не перегибать палку, что я и старался делать, а то Совунья спит и видит, как бы меня наказать.

На этот раз встать мне удалось совсем не с первого раза. Пришлось действительно поднапрячься не без помощи Люнь, которая помогла мне принять вертикальное положение.

Так… остался последний… где он там…

Последним был такой… маленький парень, который создавал ощущение, что одним из его родителей был лилипут. Реально, я смотрел на этого воинственного коротышку и дивился, как он мог вот так просто всех здесь запугать? Хотя опять же, безбашенность и отсутствие страха у нормальных людей вызывают всегда опаску, это уже инстинкт – остерегаться животных со странным поведением.

А вот здесь я даже придумывать ничего не стал. Как только настал момент, что нам пора сражаться между собой, я сделал шаг вперёд и…

Бросил ему свой меч.

Не метнул… подкинул, чтобы тот поймал свободной рукой.

Тот явно не ожидал такого, удивлённо поймав меч, после чего ещё один шаг и…

Боньк! Тройку в рожу!

Они зашли настолько хорошо, что сразу свалили коротыша, который рухнул с пустым взглядом плашмя на песок. А я, понимая, что времени мало и мастер уже спешит ко мне с очередной порцией звиздюлей, занёс ногу и…

Два громких хруста огласили площадь, когда я сломал парню оба колена. Таких смачных, добротных, греющих душу, хотя у некоторых они вызвали, судя по лицам, неприятные позывы. А потом…

– Я говорил, что у нас здесь фехтование, а не единоборства, – прозвучал раздражённый голос за моей спиной.

И боньк! И уже я отваливаюсь в мир сновидений, отключаясь.

* * *

На этот раз мне прилетело по репе, я это чую ноющим затылком. Видимо, конкретно достал мастера своими выходками. Однако какой эффект должен был быть! Насколько показательным он должен был выйти для остальных и предупредить любые другие поползновения.

Сейчас в нижней деревне разве что немой не говорил о том, что происходит. Я сам не слышал, но благодаря сплетнице Люнь общие слухи мне были известны. И теперь, благодаря тем, кому я помогал, я уже не был тем жестоким ублюдком.

Кто бы что ни говорил, но жить, когда тебя все ненавидят, всё равно трудно. Вроде тебя и не пинают, но всеобщее презрение угнетает в разы сильнее, так как здесь-то и ответить нечем.

А сейчас всё иначе.

Какой же я молодец. Думаю, сегодняшняя разборка добавила окончательный штрих в картину. Да здравствует благородный Юнксу, защитник справедливости!

И всё же, как мне херово…

– Я, кажется, сдох…

– Ещё нет, – раздался знакомый голос, и я приоткрыл глаза, увидев перед собой мою старую знакомую.

– Привет, Люнь.

– Я не Люнь, Я Силла, Ханг. Ты как?

– А?

Я немного проморгался и понял, что, помимо Люнь, здесь стояла ещё и девушка. Ну да, она-то призрака не видит. И эта зараза ещё, блин, такая довольная стоит, типа развела меня. Вот же летающая засранка…

– Да, прости… – прохрипел я и очень медленно сел, потирая затылок. В горле словно наждачкой обработали. Но едва я открыл рот, как мне уже стакан протянули с водой. – Спасибо…

Девушку я сразу узнал, Силла, обычная девчонка, причём крепкая на вид, которой не понять зачем была нужна моя защита.

– Ты как?

– Хуже, чем хотелось бы… – пробормотал я, и мне уже протянули пилюли, которые выдавали в секте.

На мой вопросительный взгляд девушка Силла отмахнулась.

– Не беспокойся, у меня их много, копятся, а тратить всё равно некуда, – пожала она плечами.

– Ну… спасибо.

Окей, почему бы и нет? Тратить свои не придётся.

Я заглотил горсть.

– Как там наши друзья?

– Те трое? – спросила она.

– Да.

– Ходят, – вкрадчиво ответила Силла. – Наверное, они уяснили урок.

– Надеюсь… – пробормотал я. – Ещё раз злить мастера не хочется.

А ночные вылазки рискуют быть прекращены Лунной Совуньей.

– Не думаю, что остальные посмеют что-то сделать после того, как ты их побил. Они совсем притихли.

– Совсем притихли? Погоди-ка, а сколько я был в отключке?

– Что?

– Без сознания?

– Ну… – она задумалась, – часов эдак восемнадцать. Тебе так сильно прилетело по затылку, что одно время мы думали, что мастер тебя убил. Мастер и сам забеспокоился, так как наклонился, проверял, жив ты или нет. Ну а потом тот большой парень притащил тебя в домик.

Понятно…

Блин, и затылок так ещё болит.

– Давно ты здесь?

– С утра. А вчера ночью сидела сестра того большого парня. Мы всё ждали, когда ты очнёшься.

– Зачем?

– Ну… – она издала смешок, – было бы плохо, если бы ты не очнулся, согласись. Тут ещё девушка приходила одна, её Минь, кажется, зовут.

– Девушка, которая принимает людей на экзамен?

– Да, она. Такая нарядная, тебя искала. Ну ей та и сказала, что ты ушёл, мол, в лес тренироваться.

– Погоди-ка, а она не спросила, что делала она в моём домике?

– Спросила.

– И?

– Ну… она сказала, что это не её дело.

Ну… в принципе, пойдёт. Я не то чтобы прямо хотел с ней переспать, если честно. Нет, получится – отлично. Не получится – тоже отлично, лишних обязательств будет меньше. Хотя за Минь немного обидно, пришла при параде вся, а её буквально развернули. У неё, кстати, можно было бы…

Так. Стоп. А чё я туплю-то?

– Слушай, Силла, а из наших знакомых или твоих там есть тот, кто ходит в деревню? В верхнюю, я имею ввиду?

– Ну… я знаю, что некоторые девушки ходят. Их приглашают парни.

– Ты с ними знакома сама?

– Я – нет, но, кажется, та девушка, которая с братом, – это, наверное, та с лбом, – она с ними общается, возможно, она их и знает неплохо.

– Понятно-понятно…

Раньше я как-то не сильно рассматривал собранное вокруг себя общество в этом плане. Для меня они были скорее способом вернуть свою честную репутацию и, что самое главное, внутреннее равновесие. Ну там, конечно, по мелочи было, что меня те чмошники бесят, да и девушек некоторых жалко, но не суть. Просто только сейчас меня озарило, что они, помимо всего прочего, были и моими связями.

Один общается с другим, другой знает третьего и так далее. Двадцать человек – это почти одна пятая всей нижней деревни. Знаешь их – знаешь всех. Знаешь всех – имеешь доступ практически ко всему. Включая тех, кто ходит в верхнюю деревню.

А верхняя деревня – это библиотека. Библиотека – мой подъём по ступеням к уровню Созревания. Тот мешочек от парней, что я забрал, до сих пор ждёт своего часа, и я очень надеюсь, что у меня будет возможность использовать содержимое.

Поэтому первым делом, как только поднялся на ноги, я направился искать сестру с братом. Было довольно приятно пройтись по деревне, когда тебе в спину не летели презрительные шепотки. Да, люди смотрели в мою сторону, однако теперь мнение обо мне не было столь однозначным.

Брата и сестру я нашёл на одной из площадок, где те тренировались между собой в фехтовании.

– С выздоровлением, – прогудел громила, когда сестра просто кивнула.

– Спасибо. И привет. Я с кое-каким вопросом пришёл к твоей сестре.

– Что-то случилось? – удивительно, но вот этот вот лоб спросил это таким детским голосом, что я даже слегка удивлённо покосился на него.

– Нет, просто спросить хотел. Ты знаешь девушек, которые ходят в верхнюю деревню?

– Да, трое ходят туда, они… тесно знакомы с юношами оттуда. Те их учат фехтованию и правильной культивации.

Я едва удержался, чтобы не спросить, не парной ли культивации их учат? К тому же, девушки могли точно так же, как и мужчины, отбирать энергию. Это работает в обе стороны. Хотя скорее всего там был чисто размен секс на защиту и обучение.

– Ты с ними в тесных отношениях?

– Мы… подруги, если так можно выразиться.

– Можешь тогда попросить их раздобыть мне пропуск в верхнюю деревню?

Она удивлённо приподняла брови.

– В библиотеку, – пояснил я. – Могут они своих парней уговорить, чтобы те пригласили меня?

– Я… слышала, у тебя есть знакомая там, – осторожно сказала она.

– Есть-то есть, но хотелось бы без её участия обойтись.

– Ну… я могу поговорить, да. Не думаю, что они откажут, но зависит не от них, сам понимаешь.

– Конечно, тогда будь добра…

И закрутились шестерёнки.

Всё же как хорошо иметь много знакомых. Я полностью это оценил сейчас, когда потребовалось что-то, и можно было просто попросить сделать «одолжение». Правда, пока, кроме библиотеки, я не нашёл никакого больше применения, однако если это проканает, то уже можно сказать, что не зря в это ввязался. Библиотека и моё повышение стоили всего этого.

Решение по моему вопросу в виде одной из девушек, что я видел однажды у входа в верхнюю деревню, пришло само собой, когда я занимался с печатями. Такая милая, хрупкая, но эта хрупкая девушка имела уже третью стадию и шестую ступень. Уже сейчас она могла прорываться на уровень Созревания, если выше не поднимется.

– Ты Ханг? – спросила она вкрадчиво.

– Да, Ханг, а ты…

– Не важно, – чувствовалось некоторое неудовольствие с её стороны. – Меня попросила Хису помочь тебе с приглашением.

– И?

– Тебя пригласили. Но чтобы ты знал, это далось мне… нелегко. Было немного непросто уговорить моего мужчину пригласить ещё и парня, чья репутация уже дошла до верхней деревни.

– Ты хочешь оплаты, – подытожил я, догадавшись.

– Мне нужна пилюля бури.

Ого как… Пилюля бури помогает с наскока преодолеть барьер. Эффективна, когда упёрся и не можешь пробиться дальше. Очень эффективна, хочу сказать, если речь идёт о маленьких уровнях, как у нас.

Если другие пилюли как бы переполняли тебя, заставляя продавливать барьер, что было не всегда эффективно – он мог оказаться слишком сильным, то эта давала такой пинок, что ты его буквально пролетал. Не гарант прорыва, но шансы перейти на следующий уровень увеличивались.

Не надо говорить, что эта пилюля очень ценилась среди учащихся.

И да, она у меня была. Одна-единственная из запасов того придурка, которые я стащил. Вопрос лишь в том, что ценнее – информация или значительные шансы прорваться в будущем? Одно поможет в долгосрочной перспективе, другое разово, но зато как, хотя гарантии нет.

– А если у меня её нет?

– Но я знаю, что её выдавали. И знаю, к кому она могла попасть сначала и потом. Но если у тебя её нет, то и пропуска у меня тоже, уж прости, нет.

Мне оставалось лишь усмехнуться.

– Ладно, по рукам. Будет тебе пилюля, идём.

– Хорошо, – кивнула она.

Пришлось лишь заскочить в домик, чтобы забрать её.

– Держи, – положил я пилюлю ей в ладонь. – Моя плата.

– Отлично. Тогда идём, – невозмутимо кивнула она.

Сразу чувствовалось какое-то лёгкое высокомерие, если честно. Словно девушка говорила всем видом, что смотрите, у меня есть связи в верхней деревне, это делает меня выше вас. В каком-то плане она была даже права, потому что влияние у неё благодаря этому было, как и протекция. И уже без разницы, как она это получила, потому что все способы хороши, а окрас им придают сами люди.

Вместе с ней я поднялся по тропинке, где в том же месте сторожили проход, но уже девушка.

– Мы… – начала была она, но девушка лишь кивнула.

– Я знаю, проходите.

Некоторое время мы шли через лесок, ничем не отличающийся от того, что был вокруг нижней деревни. Но вот показались стены из крупного булыжника и распахнутые деревянные ворота, которые буквально приглашали внутрь, и мы оказались на вершине холма и по совместительству в верхней деревне.

Она… отличалась от нижней. Это точно.

Деревня была явно больше нижней и при этом более аккуратной. Здесь тропинки были выложены вытесанным до одного уровня булыжником. Виднелись клумбы, на глаза сразу попался небольшой пруд в стороне, через который проходил мостик.

Да и сами домики выглядели куда лучше, чем те, что были снизу. Если наши были чисто крестьянские, простые: из досок и соломы, то здесь они были пусть и таких же размеров, но уже больше походили на городские: крепкие стены, крыша с черепицей, покрашенные, ровные.

Я словно попал из трущоб в настоящий уютный красивый городок. Вот так и должна была выглядеть секта, и теперь я понимал, что она начинается здесь, а то – лишь отборочный полигон, где должен выжить сильнейший.

– Добро пожаловать в верхнюю деревню, Ханг, – сказала девушка. – Приглашение действует только сегодня.

– А меня ещё раз не пригласят?

– Я не могу обещать, к сожалению, – покачала она головой. – Мне пришлось постараться, чтобы получить это приглашение.

– Ну, уже лучше, чем ничего.

А моя голова уже разрабатывала новый план, вытряхивая все возможности, которые были передо мной.

Та-а-ак… посмотрим… Ага, точно, где-то здесь должен был жить Пинг, тот самый парень, которого я спас.

У Мэй я просить ничего не собирался, но вот у него почему бы и нет? В конце концов, он мне был должен, даже несмотря на оплату моей помощи, и выглядел куда более адекватно, чем Мэй. По крайней мере, ему от меня вроде как ничего нужно не было.

– Тебе в ту сторону, – указала мне направление девушка. – Дальше по тропинке мимо главного зала. Там будет такое здание, словно выбитое в куске цельного камня. Это и будет библиотека.

– А ты…

– Ты же не думал, что я буду сопровождать тебя целый день? – улыбнулась она. – До скорого, Ханг.

Оставшись один, я огляделся.

Ну… что ж, вперёд за приключениями на задницу?