Текст книги ""Фантастика 2026-184". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Игорь Конычев

Соавторы: Евгений Ренгач,Григорий Володин,Игорь Алмазов,Антон Щегулин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 346 страниц)

Зал снова активно закивал. Головная боль напряжения явно бывала у многих присутствующих.

– Другой пример, – продолжил я. – Мужчина, пятьдесят лет, работает менеджером. Постоянные переговоры, конфликты, давление сверху. Начинаются боли в желудке. Сначала после еды, потом постоянно. Делает гастроскопию, и у него находят язву. Что случилось?

– Стресс съел желудок, – усмехнулся кто-то из зала.

– Именно, – согласился я. – Хронический стресс увеличивает выработку соляной кислоты. Кислота разъедает слизистую желудка. Появляется язва. Лечится это препаратами, диетой. Но если не убрать стресс, то язва вернётся.

Молодая женщина из третьего ряда нерешительно подняла руку. Я кивнул ей, позволяя задать вопрос.

– А что делать, если стресс не убрать? – спросила она. – Работу же не бросить. Как жить тогда?

– Отличный вопрос, – я к этому и собирался перейти. – Стресс не всегда можно убрать. Но его можно контролировать. Есть техники управления стрессом.

Снова сделал паузу, глоток воды. От активной лекции в горле пересохло.

– Первое – это физическая активность, – продолжил я. – Когда вы двигаетесь, организм сжигает кортизол. Тридцать минут ходьбы в день – и уровень стресса снижается. Не обязательно бегать марафоны. Достаточно прогуляться после работы. Второе – это дыхательные техники. Глубокое дыхание активирует парасимпатическую нервную систему. Это система отдыха и восстановления. Она противоположна стрессу. Попробуем прямо сейчас?

Зал оживился, люди согласно закивали. Отлично.

– Сядьте удобно, – распорядился я. – Положите руку на живот. Вдохните глубоко носом четыре секунды. Раз, два, три, четыре. Задержите дыхание на семь секунд. Выдохните ртом восемь секунд. Повторите пять раз.

Зал дышал вместе со мной. Кто-то закрыл глаза, кто-то сосредоточенно считал.

Я дал время каждому, чтобы все успели повторить этот круг несколько раз. Техника из моей прошлой жизни, мы так учились медитировать. Хотя и в этом мире была такая же схема.

– Как ощущения? – спросил я у зала спустя несколько минут.

– Хорошо, спокойно, – отозвались слушатели.

– Отлично, – кивнул я. – Техника работает. Делайте это каждый раз, когда чувствуете напряжение. В пробке, перед важной встречей, после конфликта. Далее, для снижения стресса нужен качественный сон. Хронический недосып усиливает стресс в разы. Организм не успевает восстановиться. Норма сна – это семь-восемь часов. Не шесть, не пять. Семь-восемь. Без этого управлять стрессом невозможно. При этом важно соблюдать гигиену сна. Ложитесь в одно время. Не смотрите телевизор перед сном. Проветривайте комнату. Не пейте кофе после обеда.

Кто-то из зала даже конспектировал мою лекцию. Включая Вику, она явно делала короткие заметки для нашей группы. Молодец.

– Важна также социальная поддержка, – продолжал я. – Разговор с близким человеком снижает стресс. Не держите всё в себе. Поделитесь переживаниями с другом, с семьёй. Это помогает.

Лекция подходила к концу.

– Итак, – подытожил я. – Главное, что нужно запомнить: стресс – это не просто плохое настроение. Это физиологическая реакция, которая влияет на всё тело. Сердце, желудок, иммунитет. Если стресс хронический, он разрушает здоровье. Но это можно контролировать. Физическая активность, дыхание, сон, поддержка близких. Это работает. Проверено. Есть вопросы?

Вопросы были, ещё как. Вверх поднялись рук десять точно.

Я отвечал на вопросы ещё минут тридцать. Не мог ответить коротко, каждый раз старался пояснить максимально подробно. Про панические атаки, про выгорание, про то, как помочь близкому человеку в стрессе.

Когда вопросы закончились, зал зааплодировал.

– Александр Александрович, шикарно, как и в тот раз, – подскочила ко мне Ирина Петровна. – И подумать не могла, что наша школа здоровья будет иметь такой успех.

– Я вас сфотографировала, ещё и пост сделаю, – бодро добавила Вика. – И остальные будут локти кусать, что не пришли!

– Я рад, – улыбнулся я. – В понедельник обсудим следующую лекцию. Составим расписание, чтобы люди заранее знали о них.

– И распишем, когда лекции Тейтельбауму читать, – добавила Ирина Петровна. – Только во вторник, понедельник же выходной.

Двадцать третье февраля, точно.

Лекция закончилась, я собрался и вышел из конференц-зала. Проводил до дома Лену, так как не хотел отпускать её одну бродить по темноте, и сам отправился домой.

Долгий день сегодня был, как и всегда, впрочем.

Дом меня встретил привычным Гришей.

– Саш, у меня проблема! – с порога заявил он.

Только бы не болезнь половых органов снова, ну пожалуйста!

– Какая? – замерев с расстёгнутой курткой, напрягся я.

– Я переживаю, что не справлюсь! – выдал друг. – Мне же уже во вторник выходить! Вдруг что-то не так сделаю? Вдруг меня уволят?

Фууух. Ну разве это проблема?

– Гриша, ты обязательно справишься, – улыбнулся я. – Всё будет хорошо, главное верь в себя.

– Ладно, – выдохнул он. – А то что-то так нервничаю…

Я прошёл на кухню и приступил к готовке ужина. Сегодня решил приготовить куриную грудку с овощами в духовке. Сковороду к тому же до сих пор так и не купил, после Гришиных экспериментов.

Взял куриную грудку, промыл, обсушил бумажным полотенцем. Нарезал на небольшие кусочки, примерно по три сантиметра. Посолил, поперчил. Добавил щепотку паприки и сухого базилика. Перемешал руками, чтобы специи равномерно распределились.

Затем взял кабачок, один средний, нарезал кружочками толщиной в сантиметр. Помидоры черри, штук десять, разрезал пополам. Болгарский перец нарезал полосками.

Противень застелил фольгой. Выложил овощи ровным слоем. Сверху разложил кусочки курицы. Сбрызнул всё оливковым маслом. Накрыл фольгой сверху, чтобы курица не пересохла. Поставил в духовку, разогретую до ста восьмидесяти градусов. Таймер на тридцать пять минут.

За это время ещё и овощной салат сделал, заправив оливковым маслом. Готовую курицу разложил по тарелкам.

Гриша уже сидел за столом, нетерпеливо поглядывая на кухню. Ну, он покушать всегда в первых рядах.

– Вкусно пахнет как! – восхитился он. – И выглядит отлично!

– Приятного аппетита, – кивнул я.

Ели молча, Гриша слишком сосредоточенно жевал, чтобы отвлекаться на разговоры.

– Как же вкусно ты готовишь! – восхитился он после ужина. – Так даже в ресторанах не готовят!

– Рад это слышать, – улыбнулся я. – Кстати, завтра я работаю тоже, учти. Дома снова будешь за главного.

– Последние денёчки перед выходом на работу, – вздохнул Гриша. – Понял.

После ужина Гриша, как обычно, развалился на раскладушке с телефоном в руках. А я решил потренироваться в сортировке трав бабы Дуни. Расположился за столом, высыпал содержимое мешка. Принялся сосредоточенно их сортировать.

– Сань, ты что делаешь? – вдруг встревоженно спросил Гриша.

– Травы сортирую, – честно ответил я. – Хобби у меня такое. Недавно появилось.

– Травы? – с лёгким подозрением в голосе переспросил он. – Довольно необычное хобби. Раньше ты никогда таким не интересовался.

– Ну, люди меняются, – пожал я плечами.

Он немного понаблюдал за тем, как я их сортирую.

– А ты не колдун? – вдруг резко спросил друг.

Вот это вопрос!

– Что? – переспросил я.

– Ну, просто ты такой странный стал: то фикусом заинтересовался, то вот травы ковыряешь, – пояснил мой друг. – Я и подумал…

– Колдунов не бывает, – заметил я. – Не говори глупостей.

– Да я и сам знаю, – кивнул он. – Просто иногда мне кажется, что ты стал совсем другим человеком. Наверное, устал просто. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – кивнул я.

Гриша улёгся на свою раскладушку и через несколько минут уже мирно засопел. А у меня мысли уже крутились о его словах.

Стал совсем другим человеком… Неужели он начинает что-то подозревать? И что тогда с этим делать?

Ответов пока что не было.

Я ещё некоторое время потренировался в сортировке, а потом и сам отправился спать.

Посреди ночи меня разбудил странный звук. Тихий, осторожный. Так, это же входная дверь.

И прямо сейчас кто-то пытается её открыть.

Глава 8

Кто-то пытался открыть входную дверь, но делал это крайне неумело. Вор, по крайней мере, старался бы действовать бесшумно. Да и вообще сначала бы убедился, что дома никого нет.

Я встал и подошёл к двери. Гришу посторонние звуки вообще не смутили, он так и продолжил спать, развалившись на раскладушке.

– Кто там? – громко спросил я.

За дверью послышалось невнятное бормотание. Я приоткрыл дверь и выглянул наружу.

На пороге стоял мой сосед, Александр Петрович. Перегаром от него несло за километр, и это как минимум.

Он удивлённо уставился на меня мутным взглядом и покачнулся. Едва устоял на ногах.

– Саня? – с искренним недоумением выдавил он. – Это что, не мой дом, что ли?

– Не твой, – вздохнул я.

Хорошо был знаком с этим соседом. Помню, как около месяца назад он, тоже будучи в состоянии алкогольного опьянения, проткнул себе руку ножом. Пришлось среди ночи оказывать ему первую помощь.

Потом он приходил ко мне на приём, обещал больше не пить. Даже по дому кое с чем мне помогал, тот же котёл починил. А теперь вот, снова пьяный.

– Я… перепутал, кажись, – выдавил из себя Александр Петрович. – Извиняй.

Он снова покачнулся и чуть не свалился с крыльца. Совесть не позволит отпустить его одного искать свой дом. Сейчас ещё нарвётся на менее дружелюбного соседа.

– Постой минуту, – я быстро оделся и вышел к нему на улицу. – Давай провожу тебя.

Петрович протяжно икнул, спорить не стал. Я повёл его к дому, забрав ключ, которым он пытался вскрыть мою дверь.

Открыл его дом, пропустил внутрь, усадил на диван.

– Что случилось? – не знаю, ответит ли он в таком состоянии, но знать всё-таки нужно. – Ты же бросил пить.

– Дочка… – всхлипнул тот. – Саня, друг, помоги!

Он закрыл лицо руками. Ух ты, не знал, что у него есть дочь. По крайней мере в доме точно не было никаких следов её присутствия.

– Что с дочкой? – спросил я. – Говори, не молчи.

– Болеет, – ответил Петрович. – Жена, сволочь, даже навестить её не даёт. Мы развелись три года назад, мол, я пьяница. А дочь, как же она там… В больнице лежит!

– Что у неё, диагноз какой? – спросил я.

Теперь понятно, почему Петрович вообще напился. Переживает из-за своей дочки.

– Мени-ик-гит, – с трудом ответил тот. – Или нет… Не знаю!

Он снова закрыл лицо руками.

– Так, – строго произнёс я. – Сейчас ты ложишься спать. Проспись, приведи себя в порядок. Завтра придёшь ко мне в поликлинику, я дежурю. Попробуем узнать информацию про твою дочку.

– Чееестно? – протянул Александр. – Обещаешь?

– Если ты обещаешь прийти в нормальном состоянии, – кивнул я. – Вот такие проблемы мне точно не нужны.

– Хорошо, – кивнул тот. – Я спать!

Он улёгся на диван даже не раздеваясь и через пару секунд уже захрапел. Вот это оперативность!

Не уверен, запомнил ли он вообще наш разговор. На всякий случай оставил ему записку, где всё это продублировал.

Затем аккуратно прикрыл дверь и вернулся к себе домой. Гриша даже не проснулся, так и спал своим богатырским сном. Мне бы такую способность.

Я тоже лёг досыпать остаток ночи. С утра встал, сделал зарядку, привычно приготовил завтрак себе и другу и отправился в поликлинику. Моё первое дежурство в поликлинике в выходной день.

Помещение встретило меня непривычной тишиной. Обычно с утра здесь уже была толпа пациентов и жаркие споры возле окошек регистратуры. Но в выходной было на удивление тихо.

Я зашел в регистратуру и встретил там Светлану. Надеялся, что на моё дежурство выпадет другой регистратор, но не повезло. Со Светланой уже было несколько конфликтов, и общий язык мы так и не нашли.

– Доброе утро, доктор, – увидев меня, поджала она губы. – Сегодня, значится, вы дежурите?

– Да, – кивнул я. – Уже кто-то приходил?

– Вы же здесь никого не видите, – огрызнулась она. – На всякий случай предупреждаю вас заранее. В субботу в поликлинике дежурит только терапевт. Соответственно, к вам я буду отправлять всех пациентов, даже с болями в животе.

Намекает на ту ситуацию, когда отправляла мне хирургических пациентов в обычный будний день. Хотя ситуации тут совсем разные, это и так ясно.

– Это было и так понятно, – пожал я плечами. – Другое дело, когда вы отправляли их, а в поликлинике был хирург.

Она снова поджала губы и обиженно посмотрела в сторону.

– В общем, пациент приходит, я приношу вам карточку, вы принимаете, – отчеканила она. – Надеюсь, не запутаетесь.

Я кивнул и отправился к себе в кабинет. Лена уже была там.

– Доброе утро, – бодро поздоровалась она.

– Доброе, – отозвался я. – Ну как, готова к нашему первому дежурству?

– Готова, – козырнула она. – Надеюсь, оно пройдёт спокойно.

Очень в этом сомневаюсь. В медицине вообще редко бывают спокойные дни. Даже несмотря на то, что работаем мы в маленьком городе.

Я успел снять куртку и надеть халат, и Светлана принесла первую карточку.

– Девушка стоит на учёте по беременности, – предупредила она меня. – Жалобы на температуру.

Вслед за регистраторшей в кабинет зашла молодая девушка лет тридцати, с красным носом и уставшим лицом.

– Здравствуйте, доктор, – обратилась она ко мне.

Так, Акшина Оксана Ивановна, двадцать восемь лет, беременность двадцать две недели.

– Здравствуйте, – кивнул я. – Присаживайтесь. Рассказывайте, что беспокоит.

– Да на работе простыла, кажется, – прогнусавила она. – Говорила же, не надо окно открывать. Но нет, душно им, видите ли. И вот, нос не дышит, горло болит и температура тридцать семь и пять. А я понятия не имею, чем мне лечиться!

Я задал несколько вопросов, перешёл к осмотру. Красное горло, увеличенные миндалины, повышенная температура. Классическая ОРВИ.

В моём прошлом мире беременных можно было лечить чисто праной, ничего из фармакологических и алхимических препаратов им было нельзя. В этом мире им тоже ничего нельзя, но и праны нет.

Я изучал этот вопрос отдельно. Проблема была в том, что было запрещено тестировать препараты на беременных женщинах. Поэтому ни один разработчик не мог с уверенностью сказать, навредит ли препарат плоду или нет.

Их тестировали на беременных животных, но всё равно это было не то же самое. Поэтому все препараты просто запрещали применять при беременности. А вот чем им лечиться – непонятно.

Я аккуратно воздействовал своей искрой праны, чтобы хоть как-то уменьшить симптомы простуды. Но вылечить её тоже не мог.

– Вам и правда почти ничего нельзя, лечение будет минимальным, – заявил я. – Постельный режим, обильное тёплое питьё. Полоскание горла ромашкой или содовым раствором. Промывание носа солевым раствором. Если температура повышается выше тридцати восьми – можно выпивать таблетку парацетамола. Это единственное жаропонижающее, которое разрешено беременным. Но только если действительно высокая температура. До тридцати восьми не сбивать.

– А антибиотики надо? – спросила Оксана Ивановна.

– Нет, – покачал я головой. – Это вирус, и антибиотики здесь не нужны. Они необходимы только при бактериальных осложнениях. Открою вам больничный лист, пока что на пять дней. Где вы работаете?

– В центре социального обслуживания, – ответила та. – Спасибо вам, доктор. А то и не знала, чем лечиться!

Я записал все её данные для больничного, выдал рекомендации, записал к себе на повторный приём. После чего она ушла.

– Как опасно болеть, будучи беременной! – заметила Лена. – Ничем даже лечиться нельзя.

– Это точно, – кивнул я. – Лучше уж изначально не болеть.

– Эх, если бы это ещё полностью от нас зависело, – вздохнула Лена.

Я её понимал. Даже хорошая профилактика не может уберечь от всех болезней. Например, от случайного переохлаждения никто не застрахован. А тогда страдает иммунитет, и любая зараза липнет гораздо охотнее.

Дверь снова открылась, и вошла Светлана с ехидной улыбкой на лице.

– Пришёл пациент с болями в животе, – пропела она. – Придётся вам его осматривать, доктор.

Она произнесла это с особым ударением, явно издеваясь.

– Субординацию никто не отменял, я сам разберусь, – холодно ответил я. – Пригласите его ко мне.

Вошёл мужчина сорока пяти лет. Бледный, держится за живот. Так, даже по внешнему виду легко сказать, что боли у него действительно имеются.

– Здравствуйте, – выдавил он сквозь зубы.

Я встал, помог ему расположиться на кушетке.

– Где именно болит? – сразу перешёл к делу я.

– Вот здесь, – он показал на верхнюю часть живота, под рёбрами. – Началось ночью. Думал, что пройдёт, но нет. Мне только хуже.

Так, при пальпации живота явное напряжение в эпигастральной области, болезненность при надавливании. Симптом Мейо-Робсона положительный – боль при надавливании в левом рёберно-позвоночном углу.

– Тошнота, рвота? – спросил я.

– Рвота несколько раз была, – кивнул мужчина.

– Что ели вчера? – задал следующий вопрос.

– Шашлык, – признался он. – Так захотелось… С майонезом навернул.

Ну, тут всё понятно. Классический панкреатит. Я дополнительно измерил ему температуру, тридцать семь и восемь. Учащённый пульс, слегка пониженное давление. Всё понятно.

Нужно срочно к хирургу. В поликлинике его нет, поэтому отправлю пациента в приёмное отделение, чтобы пригласили дежурного хирурга стационара.

– У вас панкреатит, – одновременно начав заполнять свой осмотр, сказал я. – Сейчас отправлю вас в приёмное отделение, там осмотрит хирург. Думаю, положит в хирургическое отделение.

– Понял, – кивнул тот. – Больше в жизни шашлык есть не буду!

Я заполнил все бумаги и отдал их Лене.

– Проводишь пациента? – спросил я.

Одного отпускать его не решился, а сам не могу оставить рабочее место. Вдруг новый пациент придёт.

– Конечно, – вскочила она. – Идёмте.

Аккуратно взяла мужчину под руку и повела в стационар.

А я решил дойти до Светланы.

– Мне уже начинают надоедать все ваши придирки и ехидные фразы, – прямо сказал я.

Регистраторша подняла на меня взгляд и скрестила руки на груди.

– Вы о чём? – спросила она.

– Не притворяйтесь, – вздохнул я. – Да, вы работаете здесь недавно, но я никак не могу понять, за что вы на меня взъелись. Если это из-за того случая с записью пациентов…

– Да, это именно из-за него! – выпалила та. – Я новенькая и понятия не имела, что нужно фильтровать пациентов самостоятельно.

Так, по крайней мере у нас начало получаться что-то похожее на диалог.

– Я рассказал вам, как правильно это делать, Алиева тоже вам всё это объяснила, – напомнил я события того утра. – В чём проблема?

– А потом информация об этом дошла до Власова, – заявила Светлана. – И он на этот месяц лишил меня части зарплаты. Мол, я сходу не справляюсь со своими обязанностями.

На Власова это очень даже похоже. Не удивлюсь, если эта часть зарплаты теперь лежит у него в кармане.

– Так, – кивнул я. – Несправедливо, вы ведь только устроились. А я тут при чём?

– Вы издеваетесь? – злобно сверкнула глазами она. – А откуда бы он ещё узнал про этот случай? Мало того, что разнос мне при всей регистратуре устроили, так ещё и главврачу нажаловались!

А, вот оно в чём дело. Ну, теперь всё наконец-то встаёт на свои места.

– Я ничего ему не рассказывал, – заявил я. – Делать мне больше нечего.

– А откуда он тогда узнал? – резонно спросила Светлана.

– Понятия не имею, – пожал я плечами. – Возможно, от кого-то из регистратуры. Вы сами сказали, что свидетелей разговора было много.

Я лично подозревал Алиеву. Вполне в её духе сделать вот такую подлянку, попутно и меня с регистраторшей рассорить.

– Правда не вы? – чуть тише спросила Светлана.

– Можете мне не верить, но мне просто это не за чем, – ответил я. – Да, я начал разбирать эту ситуацию сразу же, как она случилась. Потому что она не терпела отлагательств. Но выносить это куда-то за пределы регистратуры – это не в моих принципах. Мы разобрались на месте, и даже смысла идти выше не было.

Светлана внимательно на меня посмотрела, пару мгновений помолчала.

– Честно? – переспросила она.

– Честно, – улыбнулся я. – Я предлагаю уже перестать вам со мной воевать. Забудем про эту ситуацию и просто начнём работу с чистого листа. Идёт?

– Идёт, – нерешительно кивнула та. – Простите… за всё.

– Проехали, – кивнул я.

Очень большие у меня подозрения, что это всё всё-таки устроила Алиева. Это было бы вполне в её духе. Надо будет проверить.

К регистратуре подошёл новый человек, и я вернулся в свой кабинет. Работа продолжилась, ОРВИ, давление, боли в животе. Довольно много пациентов для обычного выходного дня.

В середине дня ко мне пришёл Петрович. Лёгкий запах перегара всё ещё сохранился, но выглядел он всё равно куда лучше, чем вчера. Принял душ, побрился, надел чистую одежду.

– Я пришёл, – смущённо заявил он.

– Вижу, – усмехнулся я. – Как голова?

– Раскалывается, – честно ответил Петрович. – Я это… Прошу прощения, что вчера пытался вскрыть ваш дом.

У Лены округлились глаза, но она уже привыкла задавать минимум вопросов. Чего только не услышишь на приёме у терапевта!

– Ничего, – усмехнулся я. – Завязывал бы с алкоголем. Так ты семью не вернёшь.

– А, я и это вчера рассказал… – почесал он голову. – Да я и сам знаю. Начал пить, казалось, что так легче со стрессом справиться. Работа тяжёлая, приходишь домой, бутылку пива выпиваешь и вроде легче. Потом две бутылки. Потом три. И вот. Докатился. В какой-то момент жена и ушла от меня, и дочку забрала.

– Ты ещё можешь изменить свою жизнь, – уверенно сказал я. – Для начала перестань пить. Расскажи пока про дочку, что с ней.

– Её зовут Настя, ей десять лет, – ответил Александр. – Заболела несколько дней назад, обычное ОРВИ. Температура, головная боль. Ей выписали лекарства. Но на следующий день Настеньке стало хуже. Температура до сорока поднялась, головная боль нестерпимая. Жена вызвала скорую, и Настю увезли в детское отделение, а оттуда в Саратов вообще. Сказали, менингит, вирусный. Серозный, кажется.

Менингит – это воспаление мягких оболочек мозга. Вирусный менингит протекает легче, чем бактериальный.

– Я хотел приехать, но жена сказала, что меня не пустит, – добавил Петрович. – Мол, нечего мне пьяному дочку видеть. Вот я с горя и… напился.

– Напиваться с горя – точно не выход, – заметил я. – Значит так, я сейчас узнаю, как состояние Насти. Но увидеться с ней ты всё равно сможешь только с разрешения жены. Так что думай, как мириться. И точно больше не пей.

– Хорошо, – торопливо кивнул тот. – Спасибо, Александр Александрович.

Даже по имени-отчеству меня назвал, а не просто «Саня», показывает мне уважение. Или же благодарность за помощь. Это даже приятно.

С помощью Лены я отправил запрос в детскую инфекционную больницу, и вскоре мне дали доступ к истории болезни Насти.

– Так, серозный менингит, вирусная этиология, – начал зачитывать я. – Получает противовирусную терапию, симптоматическое лечение. Состояние средней тяжести, но стабильное. Температура снизилась, головная боль уменьшилась. Прогноз благоприятный, реакция на лечение положительная. Всё будет хорошо, проще говоря.

– Правда? – с облегчением переспросил Петрович.

– Да, – улыбнулся я. – Твоя дочка – настоящий боец. Так что показывай ей хороший пример. И помирись с женой. Найди работу, приведите жизнь в порядок.

– Ты прав, – решительно кивнул Петрович. – Так и сделаю! Спасибо вам огромное! Главное, что с ней всё будет хорошо!

Он ещё несколько раз меня поблагодарил и выскочил из кабинета. Что ж, надеюсь, он и правда изменится.

– Похоже, ты пациентов круглыми сутками принимаешь, – усмехнулась Лена.

– Приходится, – хмыкнул я. – Они сами как-то рядом оказываются.

Остаток приёма прошёл спокойно. Пациентов, правда, было много, но со всеми случаями удавалось справиться прямо на месте.

Светлана больше не хамила, удалось достичь перемирия. Мужчину с панкреатитом положили в хирургию, там сегодня дежурил Гуров, так что проблем тоже не возникло. Вот если бы дежурил Никифоров – наверняка бы уже позвонил мне, с вопросом как лечить живот.

В два часа дня дежурство закончилось. Сегодня мы с Леной решили не задерживаться, тем более что она спешила на электричку. На выходные уезжала к бабушке. Я ещё раз напомнил ей про цветки липы, она сказала, что непременно их привезёт.

Так что дома я сегодня оказался очень рано. Открыл дверь и замер на пороге.

В комнате творилось нечто невообразимое. По периметру комнаты были расставлены белые хозяйственные свечи, штук десять. В центре комнаты был круг из соли. Внутри круга стоял стул, на котором сидел Гриша с книгой в руках.

Рядом с ним на столе стоял стакан с водой, дымящаяся стеклянная чашка и несколько вилок. Сам Гриша был одет в белую футболку, даже волосы, кажется, расчесал.

– Гриш, что здесь происходит? – удивлённо спросил я.

Он поднял на меня взгляд, и его глаза в ужасе округлились.

– Я думал, ты придёшь попозже! – воскликнул он. – Я это… дьявола из тебя собрался изгонять!

И как будто этого было мало, в дверь решительно постучались.

– Открывай, Агапов, – раздался очень громкий мужской голос. – Хозяин пришёл!