Текст книги ""Фантастика 2026-184". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Игорь Конычев

Соавторы: Евгений Ренгач,Григорий Володин,Игорь Алмазов,Антон Щегулин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 346 страниц)

Глава 5

Вид у моего друга был таким испуганным, словно к нам серийный убийца приехал, а не его родители.

– Гриш, ну ты чего? – усмехнулся я. – Это ж твои родители, чего паникуешь?

– Да это катастрофа! – воскликнул он. – От моих родителей не стоит ждать ничего хорошего. Сейчас посмотрят на наш дом, и всё. Заберут меня домой, скажут, что я не справляюсь. И конец свободе.

– Да они сами же тебе и дали эту свободу, а ты не сильно спешил на волю, – усмехнулся я. – Не сам же из дома ушёл, а они подтолкнули. И ты уже взрослый человек, не рассуждай как ребёнок.

Гриша застонал и закрыл глаза руками. А в дверь постучали.

– Григорий, открывай! – раздался строгий мужской голос. – Мы знаем, что ты дома!

Мой друг предпринял попытку притвориться стулом. Не выйдет, Гриш.

Я подошёл и открыл дверь.

На пороге стояли двое, мужчина и женщина. Мужчине было лет сорок пять, высокий, широкоплечий. Одет был в дорогое пальто, классические брюки, ботинки.

Рядом с ним стояла женщина тех же лет, в пальто и шарфе. Волосы были завиты так, словно она на бал ехала, а не в Аткарск.

Вдалеке возле калитки виднелся чёрный автомобиль. Примерно как у Карины Владимировны, а значит, дорогой. Хотя кто бы сомневался. Я уже выяснил, что родители у моего друга довольно обеспеченные. Этим и объяснялась его некоторая наивность во взглядах на мир.

– Здравствуй, Саша, – первым поздоровался мужчина. – Григорий, ты что, не рад нас видеть?

– Рад, – выдавил из себя побледневший Григорий и зачем-то быстро взъерошил волосы. – Я просто не ожидал. Вы б хоть это, смс-ку, что ль, скинули.

– Чтобы ты в ответ заявил, что уехал в Ленинград на Октябрьский парад, – еле заметно усмехнулся мужчина. – Нет уж, мы хотели сами увидеть, как ты устроился.

Возникла неловкая пауза, Гриша явно растерялся. Пришлось брать ситуацию под свой контроль.

– Проходите в дом, – гостеприимно пригласил я. – Не стойте на пороге.

Они зашли и принялись внимательно осматриваться по сторонам. Да, мой домик явно не подходил под их стандарты. Простенькая прихожая, кухня-комната с моим продавленным диваном и раскладушкой Гриши. Туалет на улице. Ну, господа родители Гриши, это вы ещё не видели, в каком состоянии дом был изначально. Сейчас-то мы и отопление подправили, и кучу недоделок исправили.

Кстати, в понедельник надо будет уже снова идти к завхозу. Что-то он должен был решить со служебной квартирой. Либо переедем, либо хотя бы будем получать компенсацию. И модернизировать наше жильё.

Пока я обо всём этом думал, родители Гриши сняли верхнюю одежду, нерешительно замерли с ней. Григорий не спешил им помогать. До чего же он их боится!

– Давайте я повешу, – снова пришёл я ему на выручку. – Проходите на кухню, чай попьём.

Саня и Гриша дружили со школы, так что логично, что и Саню его родители знают. А я вот понятия не имел, как их зовут.

– Напомни, как зовут твоих родителей, – шепнул я другу, который маячил со мной в коридоре.

– Лев Андреевич и Регина Станиславовна, – тихо ответил он. – Убей меня, а?

Убивать я его не стал. Повесил одежду и тоже прошёл на кухню, ставить чайник.

– Как вы меня нашли? – упавшим голосом поинтересовался Гриша.

– Спросили у родителей Александра, – пояснил Лев Андреевич. – Ты же даже не подумал с нами поделиться.

– Потому что вы меня прогнали! – с обидой ответил мой друг. – Сказали вставать на ноги, я и встаю! Обязательно вот было приезжать?

Он сложил руки на груди и обиженно надул губы. Как ребёнок.

– Мы волновались за тебя, – мягко сказала Регина Станиславовна. Ух, что за имена-то такие заковыристые? Как будто им изначально суждено было родиться богатыми. – Несмотря на то, что мы приняли такое решение, ты остаёшься нашим сыном.

– Выгнали меня на улицу, посреди ночи, без денег, без всего! – упрямо повторил мой друг.

– Это был серьёзный разговор, во время которого мы тебе сказали, что пора быть более самостоятельным. Разговор был утром, мы не говорили тебе съезжать прямо в тот день. И на счёт тебе я положил сумму денег, достаточную на первое время, – холодно поправил его Лев Андреевич. – Прекрати истерику.

Строгий у него отец, сразу видно. Думаю, явно винит себя за то, что был сконцентрирован на работе и мало внимания уделял своему сыну. В итоге тот и вырос довольно избалованным. Обычная история.

– Вы же в курсе, у меня кредит в двести тысяч, – пробурчал друг. – Так что часть денег ушла на платёж. А на остальное мы тут обустраивались.

– Вижу, обустроились, – не сдержался Лев Андреевич, поджав губы и осмотрев комнату.

Ну да, не хоромы. Но ничего, живём же как-то.

– Гриша, расскажи родителям, как твои дела, – подтолкнул я друга. – Ты же не просто так тут на раскладушке целыми днями лежишь.

Хотя посети они нас неделей раньше – так и было бы. Но я не буду этого говорить.

– Я устроился на работу, – гордо тряхнул лохматой головой Гриша. – Теперь я охранник в школе!

Лев Андреевич как раз сделал глоток чая и после этих слов поперхнулся. Регина Станиславовна широко раскрыла глаза.

– Охранником? – переспросила она. – Гришенька, у тебя же высшее образование. Обязательно было идти на такие… меры?

– Это моё решение! – снова надулся Гришенька.

– Гриша долго искал работу и сказал мне, что на первое время подойдёт и такой вариант, – снова пришёл я ему на выручку. – Главное, сейчас отдать кредит, а потом уже он будет искать что-то другое. Даже великие бизнесмены когда-то начинали с низов.

Возможно, перегнул палку чутка, но родителям Гриши моя речь понравилась.

– Это верно, – кивнул Лев Андреевич. – Я и сам бизнес подобным образом начинал. А сейчас возглавляю экологическое предприятие «ЭкоСаратов». Мы как раз едем на важную деловую встречу в Пензу, и вот Региночка уболтала заехать к вам.

– А как вы в доме уживаетесь? – спросила мать Гриши. – Справляетесь?

– Справляемся, – ответил я. – Гриша убирается, я готовлю. По выходным проводим генеральную уборку вместе.

И снова Регина Станиславовна замерла с широко открытыми глазами. Сейчас-то что не так?

– Гриша, ты убираешься? – удивлённо спросила она. – Ты же не умеешь. У нас же всегда нанятая домработница всё это делала.

А, теперь понятно, почему с уборкой у Гриши так долго не складывалось. Ну ничего, научился же.

– У меня руки есть, и убраться могу, – ответил тот, снова взлохматив волосы. – Так у нас заведено.

Родители Гриши несколько мгновений помолчали.

– Александр, спасибо, что помогаешь нашему сыну, – властно произнёс Лев Андреевич. – Я вижу, что ты очень хорошо на него влияешь. Мне, как отцу, это важно.

– Он и сам молодец, – улыбнулся я. – Старается, хочет сам всего добиться в жизни.

Лев Андреевич задумчиво посмотрел на сына.

– Нам пора, – решительно встал он из-за стола. – И так задержались, в Пензу теперь только к ночи доедем.

– Точно не хотите остаться? – вежливо предложил я.

Хотя был уверен, они лучше в машине бы переночевали, чем у меня дома. Не привыкли они к таким условиям.

– Нет-нет, но спасибо, – ответила Регина Станиславовна. – Нам правда пора. Гришенька, ты нам хоть звони. Мы же волнуемся. И вот.

Она аккуратно положила на стол несколько купюр. Ну, как несколько… Довольно-таки много купюр.

– Не отказывайся, это на двадцать третье февраля подарок, считай, – торопливо добавила она. – В понедельник праздник уже.

– Спасибо, – смущённо кивнул Гриша.

Его родители оделись, Лев Андреевич пожал мне руку, и они вышли из дома. Гриша постоял на пороге, проследил, как их машина отъезжает от нашего дома.

– Фу-ух, – закрыв дверь, выдохнул он. – Пронесло. Вот это встреча была!

– По-моему, мы очень даже неплохо поговорили, – заметил я. – Зря ты такую панику развёл.

– Да это они просто при тебе такие, – отмахнулся друг. – О, деньги лишними не будут. Давай пиццу закажем на двадцать третье? И фильм какой посмотрим. А остальное я в кредит закину.

Да, этот вопрос как раз меня тоже очень интересовал.

– А что за двадцать третье февраля? – удивлённо спросил я.

День рождения Гриши? Если так, то вопрос прозвучал жутко неловко.

– Ты чего? – хохотнул тот. – День защитника Отечества. Забыл, что ли?

Да я и не знал. Хотя похожий праздник в моём мире был. День воина Российской Империи, двадцать третьего августа. Думаю, тут нечто похожее.

– Забыл, – кивнул я. – Ну, если хочешь – будет тебе пицца и фильм. Твои же деньги. Но в кредит и правда закинь, у тебя чуть больше месяца осталось на твои двести тысяч.

– Знаешь, ты меня очень воодушевил, – вдруг сказал друг. – Так хорошо про меня отзывался. Мол, я такой классный, всё сам. И я прям загорелся! И правда, я всё сам смогу. С нуля, без мам, пап и кредитов!

У него уже есть кредит, но лучше сейчас не портить его воинственный настрой.

– Сможешь, – улыбнулся я. – Я в тебе не сомневаюсь.

– Спасибо, – радостно кивнул Гриша.

Я помыл посуду, и мы улеглись спать. Долгий четверг подошёл к концу.

Утром в пятницу я встал чуть раньше, чем обычно. Мне предстояло собеседование в «СберЗдоровье». И это было для меня очень важно, всё-таки я очень рассчитывал на получение этой работы. Несмотря на то, что деньги я теперь должен был дяде, а не микрофинансовой организации, долг меня всё равно тяготил.

Гриша привычно посапывал, накрыв голову подушкой. Странная у него привычка – спать под подушкой, а не на ней.

Я сделал зарядку, принял душ, приготовил завтрак. Друг проснулся, только когда я уже собирался уходить.

– Задания сегодня будут? – сонно спросил он.

– Постарайся не лежать весь день на раскладушке, – усмехнулся я. – Мне пора.

Вышел на улицу и отправился в «Сбербанк». На улице уже постепенно становилось теплее. Даже морозный воздух больше не вызывал бронхоспазмов. Добрался за двадцать минут.

– Доброе утро, – вошёл я в кабинет к Марине Викторовне.

– Доброе, – кивнула она. – Готовы ко второму этапу?

– Готов, – уверенно кивнул я.

Она посадила меня перед компьютером, где уже всё было готово для видеоконференции.

– Удачи, – шепнула мне женщина и оставила одного.

Я нажал «подключиться», и на экране появились двое мужчин и женщина. Все были одеты в белые рубашки, у женщины на шее висел зелёный платок, как у сотрудников «Сбербанка». За их спинами красовалась стена с их логотипом.

– Доброе утро, Александр Александрович, – первым начал мужчина по центру, с аккуратной бородкой. – Меня зовут Игорь Валерьевич Крылов. Я региональный куратор программы «СберЗдоровье». А это мои помощники, действующий врач-терапевт нашей программы, Геннадий Петрович, и второй куратор, Наталья Алексеевна.

– Доброе утро, – кивнул я.

– Мы проведём вам второй этап собеседования, по времени это займёт около тридцати минут, – продолжил Игорь Валерьевич. – Проверим ваши навыки общения, теоретические знания. Вы готовы?

– Да, – подтвердил я.

Игорь Валерьевич открыл перед собой папку, пробежался глазами по вопросам.

– Итак, почему вы вообще хотите работать в нашей программе? – начал он.

Потому что я переродился в теле другого Сани, у которого куча долгов и нет денег.

– Я вижу в этом возможность применять свой практический опыт, ограничиваясь не только своим городом, – спокойно ответил я. – За телемедициной стоит будущее, и важно поспевать вслед за ним, а не застревать в прошлом. Я уверен, что мои знания могут помочь многим людям.

Разумеется, я заранее продумал, как лучше отвечать на подобный вопрос.

– И вас не пугает, что ваш собственный опыт работы не составляет и года? – спросила Наталья Алексеевна.

– Меня это воодушевляет, – ответил я. – Опыт – это хорошо. Но также несомненным плюсом является то, что знания у меня свежие. Глаз не успел замылиться, а пройденный материал прочно хранится в голове. С годами работы многое из программы университета забывается. У меня же такого пока что нет.

Женщина одобрительно кивнула, что-то себе записывая.

– Пациентка, тридцать лет, жалуется вам на усталость, выпадение волос, ломкость ногтей, – подключился Геннадий Петрович. – Что посоветуете, что спросите?

– Уточню анамнез, – ответил я. – Обильные ли менструации, сбалансированное ли питание, есть ли хронические заболевания, принимает ли препараты. Отправлю на анализы, общий анализ крови, ферритин, сывороточное железо, трансферрин, ТТг, Т3, Т4. Возможно, витамины В12 и Д.

– Отлично, отлично, – покивал головой Геннадий Петрович.

Он задал ещё несколько вопросов касаемо медицинской части, и на все я ответил с лёгкостью.

– А если пациент кричит на вас, что вы будете делать? – спросил Игорь Валерьевич.

– Сохраню спокойствие, – ответил я. – Не буду повышать в ответ голос. Дам ему выговориться, а затем скажу, что для того, чтобы я мог помочь, нам нужна конструктивная беседа. Если он не готов, то можно перенести консультацию на другое время.

– Отлично, – одобрительно кивнул Игорь Валерьевич.

Собеседование продолжалось ещё минут двадцать. По очереди они задавали вопросы, расспрашивали о моей работе в поликлинике, что мне нравится и не нравится. Мои ответы их вполне удовлетворяли.

– Признаюсь, ваша идея с рекомендательным письмом от самого себя – это оригинально, – под конец признался Игорь Валерьевич. – И главное, не противоречит основным правилам. Оригинальность тоже очень важна для подобного дела.

– Благодарю, – улыбнулся я.

Власов думал, что испортил мне возможность подработки своим письмом. А как оказалось, даже помог. Ведь в итоге я обернул всё себе на пользу.

– Мы отключаем звук, отправляемся на совещание, – добавил Игорь Валерьевич. – Ожидайте.

Ох уж эти технологии современного мира. Необычно присутствовать на подобном собеседовании.

Совещались они минут пять, затем вновь включили микрофон.

– Итак, мы приняли решение взять вас в программу, – оповестил меня Игорь Валериевич. – Поздравляю! В течение недели на вашу электронную почту поступит договор, инструкции по работе с платформой, график. Остальное вам подскажет Марина Викторовна. Есть вопросы?

– Нет, спасибо, – ответил я.

– Тогда всего доброго, – по очереди попрощались члены комиссии.

Видеозвонок был завершён. Получилось! Хорошее начало дня.

Я вышел из кабинета, рассказал о результате Марине Викторовне. Она за меня тоже порадовалась.

– Так, думаю, в понедельник они уже скинут договор, приходите его подписывать, – решительно сказала она. – И поздравляю ещё раз!

Попрощался и вышел из «Сбербанка». Так, теперь пора на основную работу.

По пути зашёл в место под названием «Озон» и забрал заказанный Гришей нингидрин. Друг подробно объяснил мне, как это происходит. Надо было показать в телефоне некий штрихкод, и в ответ выдали заказ. Необычно.

Ну всё, сегодня и состоится месть! В приподнятом настроении добрался до поликлиники.

Лена уже была в кабинете, как обычно возилась с журналами и документами.

– Доброе утро! – бодро поприветствовала она меня. – Ну что, как прошло собеседование?

– Отлично, взяли, – кивнул я. – А это тебе.

Протянул ей пакетик с нингидрином. Она внимательно принялась его рассматривать.

– Это оно? – с предвкушением спросила она. – Мы вот так их и поймаем?

– Да, – кивнул я. – Давай готовить приманку.

Я сам закрыл дверь в кабинет на ключ, чтобы нас точно никто не поймал за этим делом. Всё равно приём сегодня вечерний, а на вызовы ехать ещё рано. И мы приступили к делу.

– Вот, блокнот я приготовила, – показала мне Лена. – Якобы тут буду записывать нововведения с планёрки, а потом его забуду.

– Отлично, – усмехнулся я. – А сам лист с приманкой?

Медсестра продемонстрировала мне и его. Слегка торчащий листок бумаги, с заголовком «Как отомстить К. И Ш.»

Далее шёл текст с сокращениями, словно бы написанный второпях.

'Итак. Подстава с деньгами – их дело. Кристина готовилась заранее, селфи сделала. Стас специально пришёл мириться. Всё продумано.

Вопрос: как доказать?

Вариант 1: через Власова. Не подходит.

Вариант 2: тухлая рыба. Заметят.

Вариант 3: ждать ошибки. Долго.

Спихнуть им жалобщика – как вариант. Пока думаю'.

– Мне нравится, – усмехнулся я. – Ничего непонятно, но очень интересно.

Я открыл флакон с нингидрином. Добавил этанол, взял ватный тампон и провёл по обложке блокнота. Затем по нескольким страницам.

Всё по инструкции, которую успел изучить заранее.

– Точно не смоется? – спросила Лена.

– Точно, – кивнул я. – После высыхания он закрепляется. Невидим для глаза, но реагирует на аминокислоты в поте кожи. Фиолетово-синие следы обеспечены.

– А если она в перчатках будет? – спросила Лена.

– В помещении-то? – усмехнулся я. – Вряд ли.

Закончил обработку, подождал высыхания. На блокноте совершенно не осталось следов, отлично.

– Теперь надо ждать… – начал было я.

Зазвонил мобильный телефон, причём одновременно у меня, и у Лены. Разговор мы прервали, поспешили ответить.

У меня это оказалась Лаврова, которая, как обычно, позвала на планёрку и тут же скинула. У Лены это была Татьяна Александровна с тем же самым.

– Сама судьба, – усмехнулся я. – Ну что, бери блокнот и иди ловить рыбку.

– Фух, – кивнула медсестра. – Хорошо!

Мы разошлись по планёркам, предварительно я на всякий случай снова включил камеру. Мало ли, кто ещё захочет в кабинет пробраться. Может, подбрасыватель конфет явится.

В кабинете у Лавровой уже собрались все терапевты. Обиженный Шарфиков искоса бросил на меня взгляд и отвернулся. А на что он там сейчас обижается? А, на своё проваленное собеседование, точно.

– Все собрались? – начала Лаврова. – Так, для начала – приятная часть. Юлия Сергеевна, прошу.

– Дорогие наши мужчины, – торжественно начала та. – Мы всем нашим скромным женским коллективом очень ценим двух имеющихся у нас терапевтов. И на двадцать третье февраля решили подарить вам маленький подарок!

Она достала из пакета две кружки с надписями «Лучший врач», одну протянула Шарфикову, а другую мне. Меня ещё и звонко поцеловала в щёку, отчего Шарфиков надулся ещё сильнее.

– Поздравляем! – нестройно прокричали остальные терапевты.

– Спасибо, – искренне улыбнулся я. – Очень приятно.

Стас с кислой миной буркнул что-то, лишь очень отдалённо похожее на «спасибо».

– Теперь вторая часть, – Лаврова с лёгкостью вернула себе будничный тон. – По приказу Министерства Здравоохранения поликлиника должна работать и в субботу, и в воскресенье, и в понедельник, двадцать третьего. Кто возьмёт дежурства?

– Я взял уже субботу, – сообщил я. – По поликлинике.

Не знал, что на двадцать третье февраля ещё и выходной даётся. Это хорошая новость, найду остальные травы, помогу бабе Дуне. Делов-то вагон.

– Памятник тебе теперь поставить? – грубо произнёс Шарфиков. – Я вот не собираюсь дежурить, это наш мужской праздник.

– Но у тебя не было дежурств в феврале, – заметила Юля. – А в стационаре ты не дежуришь. Может, всё-таки возьмёшь?

– У меня планы так-то, – резко ответил он.

Какой противный индюк!

– У всех планы, – запричитала Елена Александровна. – Почему вообще нас дежурить заставляют? У меня внуки, огород.

Какой огород среди зимы – непонятно, но с ней никто не стал спорить. Возникла напряжённая пауза.

– Вы хотите, чтобы я сама назначила? – недовольно проговорила Лаврова. – Чтобы потом меня ненавидеть?

Снова повисло молчание. Как сложно-то, оказывается.

– Давайте на оставшиеся два дня проведём жребий, – предложил я. – И чтобы не было обидно, я тоже буду участвовать. Две бумажки, на них будет написано «дежурство». Остальные пустые.

– Отлично, – с облегчением кивнула Лаврова. – Давайте так!

Я приготовил жребий, всё сложил в мешок, и мы по очереди начали тянуть.

– Да ты это подстроил! – завопил Шарфиков, держа в руках бумажку с надписью «Дежурство». – Это нечестно!

– Как я мог подстроить жребий? – усмехнулся я. – Наоборот, всё честно.

– Я не буду дежурить! – скрестил он руки.

Врезать ему, что ли, а? Ну нет, не хочу вообще связываться.

– Ты согласился на проведение жребия, ты вытянул дежурство, так что засунь своё «не буду» куда подальше, – заявил я. – Всё, проблема решена.

– Отлично, – удовлетворённо кивнула Лаврова. – А второй кто?

Вторую бумажку вытянула Анастасия Григорьевна. Это была ещё одна терапевт, очень тихая женщина шестидесяти лет. Я вообще почти не слышал, чтобы она хоть что-то говорила на планёрках.

– Я тебе ещё устрою, – прошипел мне недовольный Шарфиков.

Ну-ну. Мы обсудили ещё несколько рабочих моментов на планёрке, и все разошлись по своим кабинетам.

Лена уже тоже вернулась.

– Всё, блокнот «случайно» забыла, – поделилась она. – Теперь будем ждать!

– Отлично, – я посмотрел в окно, собираясь ещё кое‐что сказать.

Но от увиденного резко забыл что.

По территории больницы мчался Савинов, даже без куртки, а за ним, догоняя, гналась огромная ростовая кукла белого медведя.

Что тут происходит вообще?