Текст книги ""Фантастика 2026-184". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Игорь Конычев

Соавторы: Евгений Ренгач,Григорий Володин,Игорь Алмазов,Антон Щегулин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 208 (всего у книги 346 страниц)

– Мне нравится, когда ты на меня так смотришь, – тихо произнесла Ягишна, делая ещё один глоток.

– Да чтоб тебя! – не выдержал я. – Мы же только начали говорить серьезно.

– Как начали, так и закончили. Я всё равно уже сказала тебе всё, что сама знаю.

– Ладно, – я решил прервать этот разговор. – Если ты и правда потеряла память, то мы найдём способ её восстановить. И тогда ты мне всё без утайки расскажешь. Уговор?

– Уговор, – медленно поднявшись, Ягишна подошла ко мне и протянула руку.

Я пожал её мягкую и теплую ладонь. В этот раз воля и сила колдуньи остались при ней. Она больше не пыталась вторгнуться в мои мысли и подстроить их под себя. Вероятно, это добрый знак. Вот только цепкие пальчики Ягишны никак не желали разгибаться.

– Какая у тебя сильная рука, – промурлыкала она. – Вот бы…

– Ягишна!

– Что такое? – делано изумилась колдунья, мигом выпуская мою ладонь.

– Веди себя прилично.

– Вот об этом меня даже не проси. Но если попросишь о другом, – в тёмных глазах снова заплясали уже знакомые мне озорные искорки, – то я на всё готова. Только скажи.

– Говорю. Прекрати вести себя, как косуля в гон, и тогда мы поладим.

– А другого способа нет? – уже серьезнее спросила колдунья.

Я покачал головой, и женщина вздохнула.

– Ладно, леший, будь по-твоему. – Нехотя согласилась она. – Но в обмен я попрошу тебя об услуге. Поможешь, и отблагодарю так, что вовек не забудешь!

Теперь вздохнул уже я…

5. Услуга

Днём я, как и положено лешему, осматривал свои владения. Всё шло тихо, спокойно и своим чередом. Жизнь в лесу потихоньку начинала замедляться и ощущалась сонной. Животные завершали последние приготовления к долгой зиме и берегли энергию, так что проблем у них заметно поубавилось.

Я навестил Богуша, Варвару и Олесю, сообщив им последние новости и рассказав о новой жительнице леса. Как и ожидалось, никто из них Ягишну не знал. Значит, она попала в подземный мир очень давно. Похвастаться знакомством с дремучей колдуньей могли разве что Дуся и старый Белояр. Но первая по-прежнему не говорила, а второй уже никому ничего не скажет. Вот и оставалось лишь строить догадки.

Но я догадок не любил, поэтому отправился в гости к Лихо. Но того не оказалось дома. Где посреди бела дня моталось это чудище, не знали даже вездесущие сороки. Они вообще старались держаться от него подальше и как можно реже попадаться на глаз после того, как Лихо сожрал парочку их самых надоедливых товарок.

Погруженный в сладкую дрёму лес тоже не мог сказать мне, где находится один из его самых загадочных обитателей. Лихо ушел за границу моих владений и неизвестно, когда вернётся. Да и вернётся ли? Ему всякое в голову взбрести может. Но, в случае чего, скучать по нему я не собирался.

К моему возвращению в новое обиталище, Кузьмич успел навести везде свои порядки. Из многочисленных помещений внутри древа он выделил кладовую, погребок, жилые комнаты, коих оказалось больше, чем жильцов, кухню с самодельным очагом и даже зоны отдыха. Последних было две: настоящая пещера с подземной рекой между корней и наверху со смотровой площадкой.

В пещере под древом теперь хозяйничал Васька. Они с домовым даже начали возводить там новую баньку. Откуда эти двое брали всё необходимое, мне оставалось лишь догадываться, но тандем у банника и домового вышел толковый и работящий. Грустила только Дуся. Она сидела в небольшой заросшей мхом нише, глядела на светло-синие люминесцентные грибы и печально вздыхала.

– Там Васька с Кузьмичом делом заняты, – сказал я ей. – Боюсь, без тебя не сдюжат.

По счастью домовой был слишком увлечен делами, чтобы слышать мои слова, иначе непременно стал бы ворчать, выражая всё, что о них думает. Причём в присущей ему эмоциональной манере.

Дуся поглядела на меня, опять вздохнула, но не сдвинулась с места. Но я и не ждал задушевной беседы. Если бы кикимора могла говорить, то за время нашего знакомства точно проронила бы хоть одно слово. Однако я слышал лишь набор звуков, по которым только и мог, что определять настроение сверхъестественного существа. Сама же она речь понимала, так что для общения нам всего хватало.

– Не любишь Ягишну?

Кикимора сделал страшные глаза и затрясла головой.

– Я от неё тоже не в восторге. Она тебя обижала?

Дуся задумалась, потеребила острый подбородок, а потом сделала неопределенный жест короткой ручкой. Я трактовал это как «не особо».

– Просто человек не очень хороший?

Уверенный кивок.

– От неё стоит ждать зла?

В этот раз Дуся пожала плечами.

– А общий язык с ней можно найти?

И снова однозначного ответа не последовала.

– Ладно, – решил я, – поживём, увидим. Да?

В этот раз Дуся снова кивнула.

– Ты не переживай. Тебе здесь ничего не грозит, – успокоил я её. – А если Ягишна вздумает что-то плохое сделать, то очень быстро пожалеет об этом.

Улыбка кикиморы сначала была робкой, но становилась всё шире и шире. Послав мне нечто напоминающее воздушный поцелуй, она ловко спрыгнула на пол и маленьким ураганом понеслась в подпол. Не прошло и минуты, как оттуда донёсся удручённый вздох Кузьмича.

– А я всё гадал, – угрюмо произнёс он, – когда ж ты явишься. А то… Не тронь это!

Слова домового заглушил грохот, а потом, судя по всплеску, что-то упало в воду. Дремавший в углу Пирожок оживился и побежал смотреть, что там происходит такое веселое, куда его никто не позвал.

– И этот припёрся! – продолжал возмущаться Кузьмич.

– Не хочешь вместе со всеми? – спросил я у манула, который сидел на верхней ступеньке и самозабвенно вылизывал свой бок. Бок, кстати, стал заметно толще – Ганя успешно проводил зажировку к зиме и уже набрал пару килограммов.

Дикий кот поглядел на меня сверху вниз, пренебрежительно дернул длиннющими усами и демонстративно отвернулся. Как обычно, он считал участие в чём-то подобном ниже своего пушистого достоинства. Но долго сохранять величественный вид у Гани не вышло – он заметил муху и тут же погнался за ней, как маленький котёнок. Со стороны происходящее могло показаться даже милым, но только если не слышать кровожадных мыслей манула.

Муха, к несчастью Кузьмича, полетела в подпол. Ганя последовал за ней.

– И тебя ещё нелёгкая принесла! – тут же заголосил домовой. – Вам тут что, всем мёдом намазано?

Послышалось неразборчивое бормотание банника.

– И что, что муха прилетела? – не понял Кузьмич.

Васька буркнул ещё пару раз.

– Что значит, «мухи не на мёд слетаются»? – снова не сообразил домовой.

Дуся тихонько захихикала.

– Да ну вас! – разозлился Кузьмич. – Давайте, бестолочи, помогайте или не мешайте хотя бы!

Спустившись вниз, я осмотрелся. Банник и домовой стояли посреди сруба. Часть они уже успели собрать, и то, что получалось, очень уж напоминало мне прежнюю баню, что осталась у лесной избушки. Может, Ваське так привычнее?

Мимо меня пролетела муха, сзади которой наперегонки бегали Ганя и Дуся. Оба шипели и друг на дружку, и с досады, что никак не могут настигнуть добычу. Пирожок поначалу пил из родника, но потом решил вписаться в общее дело. Смысла он не понимал, поэтому просто весело гонялся за кикиморой. Муха же выдавала пируэты, что истребитель на авиашоу. Гудела примерно так же.

– Забери их, а? – жалобно попросил меня Кузьмич.

– У меня дела, – ответил я, обходя постройку. Места в пещере хватало, да и вентиляция имелась – подземная речушка дальше выходила из-под земли, формируя живописный грот.

– А мы, значит, тут ерундой по-твоему маемся? – упёр руки в боки домовой.

– Нет, вы молодцы, – похвалил я его и банника. – Вот только в толк никак не возьму, откуда у вас брёвна-то?

– Он достал, – Кузьмич с гордостью показал на Ваську. – Толковый паренёк. Не то, что некоторые, – он неодобрительно покосился на кикимору, которая до сих пор гонялась за несчастной мухой.

Я вопросительно поглядел на банника. Тот пожал плечами и пробубнил нечто в духе «где взял, там уже нет». Ответ не то, чтобы устроил меня, но и вникать в подробности не хотелось. Против бани в зоне доступа я ничего не имел. Вещь полезная и даже необходимая в хозяйстве. А то, что её еще и делают без моего непосредственного участия, так даже хорошо. Но Кузьмич всё же решил внести ясность.

– Водяной ему подсобил. Богуш который, ага. Сплавил нам бревна из затопленной старой деревеньки. Васька их своею силой омолодил, так что банька будет – загляденье! Завтра уже попариться сможешь.

Банник скрестил руки на груди и важно кивнул.

– Я иногда только и делаю, что парюсь. – Мои губы скривились в ухмылке.

Васька округлил глаза – банника задело то, что кто-то принимает банные процедуры без его ведома.

– В переносном смысле. – Поспешил я успокоить приземистого облепленного листьями мужичка.

– Ежели чего, то смысл никуда переносить не надо, – пояснил баннику уже привыкший к моей речи Кузьмич. – Наш леший просто не в себе немного.

Снова кивнув, банник жестами показал домовому, что пора вновь браться за работу. Меня помогать не просили, да и неотложные дела требовали срочного присутствия. Поэтому я пожелал всем удачи, и покинул новый дом. Уже на улице до меня донесся крик и ругань – кто-то из преследователей мухи налетел на Кузьмича и опрокинул его в воду, за что бы нещадно обруган. В этот раз домовой не стеснялся в выражениях, так что у меня получилось обогатить свой словарный запас парой едких ругательств. К тому моменту, когда я соколом улетал прочь, Кузьмич продолжал браниться, да так, что не повторился ни разу.

Вскоре в моих ушах запел ветер, и ворчание старичка осталось позади. Пролетая над почти потерявшими листву деревьями, я летел туда, где условился встретиться с Ягишной. Уж не знаю, что ей понадобилось в горах, но она просила помочь. У меня же в данный момент не имелось никаких дел, а так и контакт с колдуньей налажу, и погляжу, как бы она ничего не учудила.

В том, что Ягишна может чудить, у меня сомнений не имелось. Причём речь шла вовсе не о её нарочито неуёмной неудовлетворенности. Если не полностью, то точно частично подобное поведение было маской. Способом что-то скрыть. Но что? Как раз это мне и предстояло выяснить. Учитывая колдовскую силу, последствия проделок Ягишны могли быть самыми неприятными. Так что с ней следует держать ухо востро.

Горы стремительно приближались. Всё ещё теплые лучи закатного солнца отражались от их снежных шапок, а ветер доносил оттуда аромат прохлады и свежести. Пейзаж был очень красив. Правда, его немного портила несущаяся чуть ниже меня Ягишна. Как и полагается колдунье, передвигалась она в ступе. Чёрные волосы женщины развевались, а на её лице застыло выражение нетерпения, придававшее ему чуть хищные черты.

Ступа летела довольно быстро, тягаться в скорости с сапсаном она не могла. Но и я не стал спешить и обгонять колдовское транспортное средство, а поднялся чуть выше и принялся наблюдать. К моему удивлению, Ягишна вскоре повернула голову и задумчиво огляделась. Наконец, заметив сокола, она приветливо помахала рукой.

Несмотря на свою дружелюбность, такой жест мне не понравился. Точнее не жест, а тот факт, что Ягишна легко определила, кто скрывается за обликом птицы. Эта женщина определенно была не так проста, как хотела казаться.

Не видя больше смысла играть в скрытность, я опустился ниже и поравнялся со ступой.

– Добрый молодец, ясный сокол, – подмигнула мне Ягишна. – Не думала, что прибудешь.

Я ничего не ответил, лишь слегка покачал крыльями.

Колдунья снова улыбнулась и стала набирать высоту. Что бы ей ни понадобилось в горах, оно было не у подножья. Я заложил небольшой вираж и сел на край ступы – зачем напрягать крылья, когда нам по пути? Вот только Ягишна тут же принялась распускать руки и чесать мою голову, приговаривая:

– А кто тут у нас такой красивый?

Для двух взрослых людей в ступе было маловато места. Клюнуть надоедливую женщину у меня тоже не получалось – она оказалась куда проворнее, чем следовало ожидать. Пришлось вновь подняться в воздух, чтобы избежать посягательство на свои честь и достоинство.

Ягишна лишь мелодично рассмеялась и погнала ступу вперед быстрее. Мы подлетели к самой высокой горе на окраине моего леса. Снег не таял здесь даже летом, а склон выглядел неприступным. Обычному человеку не забраться сюда даже с профессиональным оборудованием. Разве что на вертолёте, да и то вряд ли. У вершины бушевал такой ветер, что мне пришлось вновь опуститься на ступу колдуньи, которую защищал магический барьер.

Колдунья облетела вершину шесть раз, постоянно что-то высматривая в белой мельтешащей круговерти. Она была так сосредоточена, что даже забыла о своих домогательствах. Это позволило мне тоже оглядеться. Соколиное зрение было куда острее человеческого, а мигательная перепонка или так называемое «третье веко» защищала глаза, позволяя видеть всё вокруг. Так что вскоре я увидел едва заметную прогалину на снежной шапке и махнул крылом в её сторону.

– Хороший мальчик, – промурлыкала Ягишна, глядя на меня, как кошка на мышку.

Умей соколы закатывать глаза, я бы так и сделал. Но, увы, хищные птицы таким не занимались. Природа как-то не предусмотрела. А стоило бы…

По мере того, как ступа приближалась к прогалине, ветер выл все сильнее. Он пробирал до костей и казался мне неестественно холодным. Незримый щит вокруг меня и ведьмы стал видимым, когда на нём начали появляться морозные узоры. От дыхания Ягишны повалил пар. Сама она прищурилась, явно концентрируя силу. Сердце колдуньи забилось быстрее.

Но, когда до цели оставалось рукой подать, мы будто наткнулись на прозрачную преграду. Ступа отчётливо ударилась обо что-то. Нас тряхнуло, но, к счастью, никто не выпал за бортик. Зашипев не хуже Дуси, колдунья сжала тонкие пальцы в кулак и с размаху зарядила им по невидимой преграде. По ушам ударил звон хрусталя, и ступа влетела в узкую пещеру, задев бортами неровные обледенелые края.

Стоило нам оказаться внутри горы, как внешние звуки мгновенно стихли, словно за спиной закрылся герметичный люк. Холод сменилась ощутимым жаром. Вокруг царила тьма, но где-то внизу ярко алело нечто раскалённое. Колдунья щёлкнула пальцами, и над нами, словно фонарь, засияла одинокая серебристая звёздочка.

Я сбросил личину сокола и стал самим собой, но значительно уменьшенным.

– Где мы?

Ягишна уставилась на меня так, словно впервые увидела.

– Ты умеешь менять размер? – удивлённо спросила она.

– Как видишь, – чуть раздражённо отозвался я и повторил свой вопрос. – Где мы?

Колдунья благополучно пропустила вторую часть моей реплики мимо ушей.

– А больше ты становиться умеешь? – в её темных глазах сверкнула озорная искорка.

– Могу.

– Весь целиком или можно увеличить только отдельные части? – улыбка Ягишны стала ещё шире.

– Ты невыносима. – Сухо бросил я, прохаживаясь по борту медленно снижающейся ступы.

– А ты слишком уж черств для взрослого мужчины, который живёт отшельником в лесу, – парировала колдунья. – Неужели тебе не хочется женского тепла?

– Вот прямо сейчас? – я развёл руками. – Не очень.

– Ты понимаешь, о чём я.

– Понимаю. Но я видел твой истинный облик. Так что извини – женщины постарше не в моём вкусе. – Хотя, – я поскрёб подбородок, – есть на лесном погосте один упырь. Прохором кличут. Так вот он как раз по твоему профилю.

Ягишна презрительно фыркнула.

– То, что ты видел – одна из моих форм. – Её голос звучал возмущённо или даже оскорблённо. – Я же не называю тебя лесным зверем лишь потому, что ты можешь принимать их обличия.

– Давай вернёмся к этому разговору позже, – примирительно предложил я. – Например, когда не будем спускаться непонятно куда.

– Хорошо, – согласилась Ягишна. – Но помни – ты слово дал.

– И, кажется, уже об этом жалею.

– Поверь, жалеть тебе не придётся, – многозначительно протянула колдунья и, изогнувшись, выглянула из ступы. – Интересно, – пробормотала она, – что там внизу?

На миг у меня пропал дар речи, а когда он вернулся, на языке вертелся лишь один вопрос:

– Ты что, не знаешь?

– Неа, – беззаботно ответила Ягишна. – Говорила же, что память потеряла. Как выбралась из подземного мира, так знала только где избушка. Туда и шла. Кикимору тоже вспомнила, но мельком. А это место и вовсе видела во сне. Может, узнала бы больше, но тут явился ты и разбудил меня.

– Не перекладывай с больной головы на здоровую, – я тоже поглядел вниз – раскалённое нечто приближалось, но детали по-прежнему скрывал густой мрак. – Ты не думала повременить с этой экспедицией и поспать ещё немного? Вдруг чего нового увидела бы.

– Думала, – призналась Ягишна и посмотрела мне в глаза. – Пробовала поспать днём, но снов не видела.

– Так попыталась бы ещё. Куда спешить? – мне вовсе не улыбалось спускаться невесть куда непонятно зачем. – Вдруг там опасно?

– Поэтому я позвала тебя, – просто ответила колдунья. – Леший же защищает всех, кто живёт в его лесу и соблюдает правила, так? А мы, позволь заметить, всё еще в твоём лесу. Да и я ничем не заслужила твой гнев, так что, Белояр, – женщина принялась наматывать чёрный локон на пальчик, – ты же не бросишь бедную девицу в беде?

– Сдаётся мне, что стоило бы, – признался я. – Причём даже не в беде, а вот прямо туда, вниз.

– Ты так не сделаешь, – уверенно заявила Ягишна. – Слишком уж добрый и порядочный.

Недовольно скривившись, я проворчал:

– На мне что, написано?

– Да, – вновь улыбнулась Ягишна. – Но только если знать, где читать.

Я ожидал какой-нибудь пошлости, но её не последовало. Женщина замолчала, к чему-то прислушиваясь. Обратившись к своему звериному чутью, я затаил дыхание. Откуда-то снизу доносились равномерные гулкие удары, словно в непроглядном мраке билось огромное сердце. Вскоре это услышала и Ягишна.

– Знаешь, – прошептала она, – может ты и прав. Надо бы мне ещё попробовать поспать, а то…

Договорить колдунья не успела, так как стены пещеры вздрогнули.

6. Как в страшном сне

– Взлетай! – крикнул я колдунье.

– Пытаюсь! – огрызнулась Ягишна.

В этот миг упавший сверху увесистый валун заставил её магический барьер задрожать. Второй камень спровоцировал целую паутинку трещин, а третий застрял в пробитой дыре, словно в лобовом стекле машины.

– Да чтоб тебя! – Ягишна вцепилась в края ходящей ходуном ступы, пытаясь вернуть летательному средству равновесие, но всё было безуспешно.

Нас трясло, будто в зоне турбулентности. Град из падающих камней усилился. И каждый их удар заставлял ступу опускаться всё ниже и ниже. Оттуда поднимались потоки тёплого воздуха, который с каждой секундой становился горячее. И это не предвещало ничего хорошего.

– Не могу поддерживать сразу два заклятья, – сквозь стиснутые зубы процедила Ягишна. – Помогай!

– Легко сказать, – я воззвал к силе леса, но гора просто не выпустила из себя мой зов. Он отразился от шершавых стен и сгинул в безызвестности. Я сразу вспомнил, как пропали звуки леса, стоило нам проникнуть внутрь горы, и выругал себя за неосмотрительность. Это место словно существовало отдельно от всего, само по себе.

Я поднял голову, чтобы оценить расстояние до трещины и не увидел её. Разлом, послуживший нам входом, затянулся, подобно ране, только во множество раз быстрее. Возможно, у меня и получилось бы пробиться, но летящие сверху камни не позволяли взлететь. А жаль, так бы я мог попробовать обратиться большим орлом и вытащить ещё и Ягишну. Я с сожалением посмотрел на спутницу, и та будто прочитала мои мысли.

– Уходи, – решительно заявила она. – Спасайся.

– Не выйдет.

– Ты хотя бы попробуй! – не сдавалась Ягишна. Она уже оставила попытки стабилизировать в пространстве ступу и полностью сосредоточилась на поддержании барьера, чтобы бесконечно падающие сверху камни не разбили наши дурные головы. – Превратись в белку и по стенке наверх!

В словах колдуньи имелся смысл. Я и сам рассматривал подобный способ выбраться, но он означал бы оставить спутницу на верную смерть.

– Не могу бросить бедную девицу в беде, – повторил я недавние слова Ягишны, и та горько хмыкнула.

– Помрёшь, как дурак, – заявила она.

– Лучше так, чем всю жизнь жалеть, что не помог тому, кто в этом нуждался, – ответил я, глядя вниз, где билось незримое огромное сердце. У меня никак не получалось понять, кому или чему оно принадлежит и чего ждать от нашей скорой встречи.

– Спорно, – парировала мою реплику колдунья. – Я бы на твоём месте лучше ещё пожила-а-а-а-а! – голос Ягишны перешёл на крик, когда ступа резко дернулась и стала снижаться с утроенной скоростью.

– Но ты не на моём месте, – я начал увеличиваться в размерах, обхватил одной рукой тонкую талию колдуньи, а другую обратил когтистой лапой, после чего выскочил из ступы и вцепился в стену. Полностью остановиться не вышло, так что мы продолжили скоростной спуск вниз, но теперь он был хоть как-то управляем.

– У тебя сильные руки, – стоило ситуации немного наладиться, Ягишна вернула свою привычную маску.

Это меня не слишком-то обрадовало, а вот то, что колдунья усилила купол, и нас не забило камнями – весьма вдохновляло. Но расслабляться было рано. Очень рано! Внизу ожидало не пойми что, да и когти то и дело норовили выскользнуть из неподатливой поверхности. Для подстраховки пришлось цепляться ещё и ногами.

Эх, мне бы сейчас пригодились щупальца, как у того кокона из скверны. Но имеем то, что имеем.

Воспользовавшись подходящим моментом, я глянул вниз. То, что алело на глубине, оказалось лавой или чем-то подобным. Оно было густым, раскалённым и тягучим, и попадать в него абсолютно не хотелось. Падающие в жижу камни дымились и пропадали в вязкой субстанции без следа. От ступы уже почти ничего не осталось. Так и от нас с Ягишной тоже ничего не останется. Если только…

Увидев на другой стороне спуска небольшую платформу, я что было сил оттолкнулся от стены, и прыгнул туда. Цель находилась значительно ниже нашего местоположения, так что долететь до неё имелись все шансы. Но выдержит ли щит колдуньи такой удар?

В воздухе я обхватил вскрикнувшую женщину лапами, прижал к себе, после чего обратился медведем и, извернувшись, рухнул на спину. Мы проскользили по горячему камню метра три, прежде чем остановились, ударившись о стену пещеры.

– А ты умеешь впечатлить девицу, – чарующе улыбнулась Ягишна, лежавшая на мне сверху. К её побледневшему лицу начал возвращаться обычный цвет. – Вот только не мог бы ты снова стать человеком? Медведь – это даже для меня чересчур.

– Ну да, я же тут лишь для того, чтобы тебе угождать, – я бесцеремонно спихнул женщину на пол, под небольшой навес и, став человеком, сам поднялся на ноги.

– Грубиян, – поджала пухлые губы Ягишна и тоже встала. Поправив платье, она зажгла над головой погасшую во время падения звездочку и осмотрелась. – Не помню этого места.

– Я тоже тут впервые, – не желая стоять под дождём из булыжников, я шагнул под навес. – И, знаешь ли, не слишком хочу задерживаться. Уж больно здесь негостеприимно. – От моего внимания не ускользнула одна деталь – каждая волна падающих камней совпадала с ритмом сердца, которое теперь билось куда ближе.

– Это ты ещё не бывал в подземном мире, сладкий, – с печальной улыбкой сообщила мне Ягишна. – Вот уж где погано, так погано. Но вот гостей там любят: сажают каждого в свою ржавую клетку и мучают, когда кошмарами, а когда истязая плоть. – Женщина поежилась и обхватила плечи руками, явно вспомнив нечто неприятное.

– Звучит, как не самое лучшее место для отдыха.

– Что правда, то правда, – согласились колдунья. – Я даже рада, что забыла почти всё, что со мной там приключилось. Помню лишь боль и… – она поглядела на меня и тряхнула головой. – И всё.

– И всё, – эхом повторил я, идя вдоль стены и касаясь её шершавой поверхности кончиками пальцев – тёплый камень слабо пульсировал. – Но если там так плохо, то чего ты сюда полезла?

– Меня сюда тянет, – призналась Ягишна.

– Знаю я одну девицу, которую тоже тянуло, куда не надо, – пробормотал я. – Но не по её воле.

– И куда же это? – тут же с интересом спросила колдунья.

Я даже не взглянул на неё.

– Сказал же: куда не надо.

Фыркнув, Ягишна вновь призвала свой защитный купол и пошла к краю платформы. Камни продолжали падать сверху, но щит колдуньи держал удар, позволяя ей осмотреться. Закончив изучать стену, я наблюдал за действиями спутницы.

– Я тут уже была, – бормотала она. Говорила Ягишна тихо и, если бы не мой обострённый слух, её слова растворились бы в гвалте камнепада. – Но зачем? Как выбралась? И выбралась ли?.. – последний вопрос она адресовала булькающей лаве, чьи брызги зашипели на магическом барьере, стоило колдунье подойти к краю платформы.

– Ты бы поосторожнее, – предупредил я женщину, когда босые ноги оказались слишком близко к хрупкому краю.

– А что? – она улыбнулась мне вполоборота. – Неужто волнуешься за меня?

– Не люблю напрасных смертей. И ненапрасных тоже не люблю.

– Так я и не-е-е-е!.. – как и ожидалось, край под ногой колдуньи надломился, и она взмахнула руками, балансируя на грани.

К счастью одной неловкой брюнетки, я не ловил ворон ни в прямом, ни в переносном смыслах. Хотя нет, в прошлой жизни ловил одну, чтобы подлечить ей крыло. Но это другая история. В этой же, я вовремя ухватил Ягишну за запястье и притянул к себе, подальше от края.

– Мой спаситель, – промурлыкала она, прижимаясь ко мне всем телом.

И тут до меня дошло. Я отстранил колдунью.

– Ты специально оступилась?

– Не-е-е-ет, – с самыми лживыми в мире глазами протянула ведьма, не забывая беззастенчиво улыбаться.

– А если бы мне камень в голову попал?

– Не попал бы, – Ягишна показала наверх, где над моей макушкой тоже сверкал её барьер. – Как видишь, я всё предусмотрела.

– Ага, кроме того, что мы застряли невесть где, и понятия не имеем, как выбраться.

– Ну, почти всё, – исправилась Ягишна, невинно хлопая длиннющими ресницами. – Всего же не предугадаешь. Но тут вот какое дело!

Не успел я и глазом моргнуть, как моя спутница прыгнула в лаву и…

…замерла прямо в воздухе.

– Летать умеешь?

– Нет, но здесь и не надо, – Ягишна потопала босой ступнёй по воздуху. – Тут невидимые камни. Но они небольшие. И горячие, – она переступила с ноги на ногу. – Заметила, когда на краю стояла, как те камни, что падают, отскакивают непонятно от чего.

Это напомнило мне один фильм про неуёмного археолога в шляпе…

– Давай за мной, – Ягишна ловко перескочила на другую опору, потом на третью.

Я наблюдал за ней не двигаясь.

– Если отойду далеко, то моя сила тебя от камней не прикроет, – пропела колдунья, которая почти перебралась на другой край пещеры.

Прыгнув вперед, я обратился белкой и легко проскакал по выщербленной стене к своей спутнице.

– Гляди-ка, – сказала та, выставляя руку, которая прошла сквозь казавшийся настоящим камень. – Хитро, да?

Оставаясь белкой, я согласно кивнул и прыгнул на плечо Ягишны. Ты вдруг взвизгнула, а потом задергалась.

– Щекотно же! Ах-ха-ха! Хватит! – кричала серьезная с виду колдунья в припадке совершенно детского смеха.

Опасаясь, как бы женщина не свалилась в лаву, я быстро пробежал по её руке прямо сквозь иллюзорную стену и оказался в длинном тоннеле, на пол которого и спрыгнул. Вновь став человеком, я осмотрелся и произнёс:

– Тут безопасно, заходи.

Но Ягишна никуда не спешила. Её рука продолжала торчать из стены, а пальцы с кольцами быстро и призывно шевелились. Подавив приступ гнева, я взял ладонь колдуньи в свою и легко потянул на себя

– Благодарю, – она кокетливо стрельнула в меня глазками, а потом перевела взгляд на тёмный тоннель. – Что у нас здесь? – повинуясь воле создательницы, волшебная звездочка полетела вперёд, указывая нам путь.

– Тут явно проходил кто-то большой, – обратил я внимание на следы на полу: огромные лапы с длинными когтями оставляли следы даже на камне, а его поверхность в середине была отполирована до блеска, подозреваю, чьим-то объемистым брюхом.

Первым, кто пришёл мне на ум при взгляде на следы, оказался крокодил. Но у меня в лесу и поблизости они не водятся. Если не считать того, что приволок с собой Богуш. Однако, питомец водяного едва ли дорастёт до размеров лимузина.

– И на каких же харчах местный обитатель так разъелся? – спросил я вслух сам себя, а потом увидел ответ дальше по тоннелю. Там обнаружилась целая россыпь самых разных костей.

Это впечатлило даже Ягишну.

– Неприятная находка, – прошептала она, нервно облизав пересохшие от жары губы.

– Ага, – я подошёл ближе и осмотрел кости, среди которых встречались и человеческие. Некоторые были расщеплены. Другие же хранили на себе отпечатки огромных зубов, каждый длиннее моего указательного пальца. На вид останкам было много лет, и больше ничего при их осмотре узнать не удалось.

– В твоём лесу обитает зверь, который может сотворить такое? – Ягишна, судя по взгляду, тоже приметила следы зубов.

Я покачал головой.

– Зверей таких нет. Волколаки могут сотворить нечто подобное, но таких мощных челюстей нет даже у вожака их стаи. У упырей и утопцев зубы почти что человеческие, а тут клыки. – Мне на глаза попался череп зубра, в котором зияли пробитые отверстия. – Причём здоровенные.

– Что-то мне домой захотелось, – призналась Ягишна. – Может, ну её, эту память? Она у меня всё равно короткая, девичья. Зачем хвататься за былое, когда можно жить грядущим?

Мне оставалось лишь криво усмехнуться.

– Мудрые слова, с которыми ты порядком так припозднилась.

– Что есть, то есть.

Мы пошли дальше. С каждым шагом костей вокруг становилось всё больше. Часть останков обратилось костяной мукой, будучи перемолотыми неизвестным зверем при его перемещении. Это ещё больше убедило меня в том, что обитатель пещеры похож на крокодила или огромную ящерицу. Чем дальше мы углублялись в его мрачное обиталище, тем явственнее звучало таинственное сердцебиение. Но при этом я не слышал звука чьего-то, кроме нашего с Ягишной дыхания. Колдунья, кстати, дышала всё чаще.

– Все в порядке? – тихо спросил я её, замедляя шаг.

– Сам-то как думаешь? – резче, чем обычно, отозвалась женщина. – Мне здесь не по себе. Слишком уж всё напоминает подземный мир, а я туда, знаешь ли, возвращаться желанием не горю.

– Следовало подумать об этом прежде, чем лезть в пещеру.

– Своевременный совет, – скорчила Ягишна кислую мину, а потом поглядела на меня с подозрением. – Леший, тебе что, ни капельки не страшно?

– Нет, – спокойно ответил я, шагая вперёд. – Но я, как и ты, предпочёл бы оказаться в другом месте подальше отсюда.

– Значит, всё-таки боишься.

– Нет.

– Почему? – не поняла колдунья.

– Потому что это бессмысленно, – просто ответил я с изрядной долей фатализма. – Чему быть, того не миновать. У нас сейчас лишь один путь, и то, что мы встретим в конце тоннеля, останется неизменным вне зависимости от того, боимся мы или нет.

– Ишь, какой умный, – Ягишна немного помолчала. – Все лешие такие или только ты?