Текст книги ""Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Ольга Болдырева

И именно на этих мыслях Василий шагнул к молоденькому стражнику и тихо позвал. Безусый мальчишка, всего как две недели допущенный к патрулированию улиц, даже удивиться не успел, когда прямо из воздуха рядом с иномирцем появился слепой музыкант.

Василия проводник поприветствовал очень сердечно, чем даже смутил его. Оказалось, немногие из иномирян все-таки решались обратиться к услугам подобных существ – трусили, мол, заведут куда-нибудь и оставят гнить. А вспоминали, только если попадали в западни, из которых лишь один выход – на тот свет.

– Таких, бывало, заводили, – честно признался слепец, так и не назвавший своего имени. – Но не волнуйся, я обязательно верну тебя в этот чудный мир, как только ты наговоришься с дочерью. Только позови… – улыбнулся он.

Не спрашивая разрешения, проводник дотронулся холодными, неестественно длинными пальцами до лба Василия, и не успел тот моргнуть, как очутился в комнате своей дочки – Юленьки.

Молодая женщина что-то оживленно печатала за компьютером, сидя к нему спиной. Бойкое щелканье клавиш и привычный запах кофе, к которому Юлия испытывала безмерную любовь, книжные шкафы, забитые до отказа томами в ярких обложках, – все это было так привычно и уютно, что Василий несколько секунд просто старался запомнить каждую деталь. Но растянуть мгновение не получилось – женщина, словно почувствовав взгляд отца, резко развернулась на протяжно скрипнувшем кресле.

– М-дя… – только и сказала женщина, склонив голову набок и с удивлением рассматривая неожиданно нашедшегося папу. – Трава цвела и колосилась… Каким ветром?

Василий никогда не одобрял подобных выражений, в большей части которых вообще не видел какого-либо смысла. Пусть молодежь такое говорит, если не умеет языком пользоваться. А взрослому, образованному человеку – не пристало. Но чувство юмора у Юлии было странным, не говоря уж о пристрастиях и интересах, и с учетом, что они не мешали ее работе и жизни, с ними можно было мириться.

– Попутным, – улыбнулся он. – Но я ненадолго.

Рассказ получился скомканным. Не удавалось Василию подбирать нужные слова, чтобы описать красоту Лирии и его приключения в компании новых друзей, но он старался. Дочь слушала внимательно и мечтательно улыбалась; не перебивала – только изредка на особо интересных моментах вздыхала, жалея, что сама не попала в сказку.

– А мне нельзя как-нибудь к тебе перебраться? – когда рассказ был окончен, тихо спросила она, ничего более не уточняя. Юлия поверила отцу сразу и безоговорочно. Уже одно его исчезновение и появление из ниоткуда оказалось лучшим доказательством. Заодно теперь становилось понятно, о чем говорил перепуганный до смерти друг Василия, когда она пыталась выяснить, куда пропал папа.

– Нет, увы. – Возникший рядом с Василием проводник покачал головой. – Ни один из миров не станет вам родным, пока вы не оставите что-то значительное в этом. Вы не сможете трезво оценивать свои силы и воспринимать новую реальность в ее полноте – все будет казаться картонным и ненастоящим. Вашему отцу повезло – здесь, в этом мире, он успел сделать все, что требовала от него судьба, и она легко отпустила его.

– А потом? – незамедлительно задала следующий вопрос Юлия так, словно размышляла, что же может такого оставить на Земле, чтобы получить пропуск в сказку.

– Позовите, – улыбнулся проводник, – для близкого человека Василия я с радостью сделаю исключение. Но постарайтесь не ошибиться в своих расчетах, иначе второй раз я уже не приду.

Иномирец благодарно кивнул и, поняв, что сказано в общем-то все, что нужно, тепло попрощался с дочерью. Правда, он был уверен, что та долго ждать себя не заставит, – не пройдет и пары лет, как позовет проводника и отправится в другой мир. От мыслей, что не придется расставаться с дочкой навсегда, на сердце Василия стало легко-легко, словно с его плеч кто-то сбросил давящий груз.

Вернувшись обратно в Лирию, иномирец понял, что теперь-то он уж точно может назвать этот мир своим – и никто не скажет обратного. Даже творцы.

Василий обернулся, увидев, как по лестнице спускается Оррен, заботливо поддерживаемый под руку Альгой; мужчина поприветствовал друзей и вместе с ними направился на совет.

– И что вы предлагаете? – Я обернулся, надеясь найти поддержку хоть у кого-нибудь. Но и Рик, и Ливий, и Эриам, и Леран, и даже Василий смотрели на меня с совершенно нехорошим выражением лиц. Будто бы не понимали, почему я отказываюсь говорить волшебные слова, которые должны были немедленно все наладить и исправить.

– Возможно, ты заедешь к эольцам с предложением, от которого они не смогут оказаться? – вкрадчиво спросил Эриам.

Леран Дирр сердито глянул на темного эльфа и поспешил высказать свое мнение.

– Договариваться с убийцепоклонниками? Не думал, что мы можем так низко пасть… – брезгливо бросил он и обратился к Ливию: – Глава, почему вы молчите? Это же против заветов Пресветлой матери – пытаться говорить с этой проклятой нелюдью.

– Хм! – На лицо ректора заползла очень недобрая улыбка. Эриам не терпел, когда его перебивали, каким-то боком задевали и вообще забывали о том, что архимаг – это не только красивое слово, но еще и огромная магическая сила.

– Употребляя слово «нелюдь», я не имел в виду представителей других рас, – поспешил исправиться главнокомандующий, быстро осознав, насколько близко он подошел к краю.

Эриам хмыкнул, но дальше усугублять конфликт не стал – все-таки Леран даже со своей категоричностью по отношению к противнику нужен был нам живым.

– Не знаю такого предложения, от которого они не смогли бы отказаться… – честно ответил я, с волнением поглядывая на Альгу. Казалось, что женщина сейчас упадет в обморок: настолько она была бледна, да и взгляд казался каким-то кукольно-застывшим, словно она находилась где-то очень-очень далеко, где находиться не хотела, но была обязана.

Я посмотрел на ясное звездное небо – ночь уже давно сменила собой дождливый серый вечер, принеся с собой прохладу и спокойствие. Мы переместились из душного и надоевшего до зубной боли зала совещаний на открытую веранду, попросили слуг принести горячие напитки и принялись все обсуждать по новому кругу, будто за несколько предыдущих могли упустить что-то важное.

Действие целебного настоя, которым меня напоила Альга, уже подходило к концу, – ломило виски и сдавливало лоб, а после длинных фраз начинался болезненный кашель. Очень хотелось плюнуть на все и пойти спать, все равно ничего умного или нового сказать уважаемые господа уже не сумели бы при всем своем желании.

Но они упорно продолжали требовать от меня невозможного.

– Давайте посмотрим на их наступление и тогда будем делать выводы, – в который раз попробовал подвести я итог. Устав убеждать, что завтра небо не рухнет на землю, и даже дождь из дохлых лягушек не начнется.

– Мы не будем сидеть и смотреть, – резко ответил Леран, поднимаясь с места. – Мои люди не желают отсиживаться за стенами крепости. Если завтра убийцепоклонники нападут – они получат достойный отпор.

Опираясь на мягкие подлокотники кресла, я тоже поднялся, правда, с заметным трудом. Немного повело в сторону, но на ногах я удержался. Пригвоздив Лерана к полу фирменным ритовским взглядом, выпустил чуть-чуть проклятия – так чтобы никто определить его еще не смог, но зато угроза, исходящая от меня, стала более ощутимой. Криво улыбнулся и переспросил:

– То есть ты считаешь подвигом – убить десяток вражеских солдат, которые придут только оценить степень нашей защиты? При этом потерять наших людей и окончательно лишиться возможности победить малой кровью. Да, Леран? Тебе приятнее и интереснее посмотреть в глаза женщине, потерявшей единственного сына, чем смирить гордыню и посидеть с парнями в крепости?

Граф Дирр побледнел, дернул высокий ворот, чуть не оторвав пуговицы, словно тот резко стал сдавливать ему горло, не позволяя дышать.

– Нет, Оррен… – пробормотал он. – Конечно же нет… Я не хочу. Но…

– Значит, мы решили: завтра просто посмотрим на ситуацию со стороны. Все понятно? Тогда спокойной ночи.

И я, стараясь держать осанку и борясь с желанием просто лечь на пол – уснуть, гордо прошествовал с веранды. Альга поспешила следом, остальные провожали меня слегка напряженным молчанием: со стороны Василия и Ливия поддерживающим и ободряющим, со стороны Эриама сонным, а Леран просто не мог подобрать нужных слов.

Воровка дождалась, пока мы пройдем несколько коридоров и поднимемся на один лестничный пролет.

– И что мы будем делать теперь? – И не успел я ответить, как Альга поспешно меня перебила: – Только не говори, что собираешься спать!

– А живой я тебе совсем не нужен? – Я снова закашлялся.

Воровка несколько секунд раздумывала над вопросом, видимо, боролась с желанием съязвить и продолжить меня мучить. Но все-таки победила доброта и забота.

– Нужен… – вздохнула Альга. – Но так хочется устроить что-нибудь интересненькое. Прямо-таки руки чешутся! Вот Лерану, например. Что он к тебе цепляется? Воевать захотелось! Может, мы его в темницах запрем? Пусть там с мышами воюет, если очень хочется… Только приехал, а уже командует! – возмущалась воровка всю дорогу до наших покоев.

– Он не любит эольцев и все, что связано с Хель. Предыдущий меченый слуга убил его родителей и сестру. И не надо его винить в том, что он хочет добраться хоть до кого-нибудь. Резкость в высказываниях еще не стала пороком.

– Все они у тебя добрые и хорошие… – продолжила бурчать Альга, оглядываясь назад, словно кто-то нас мог подслушивать. – Такие замечательные, что того и гляди в спине нож обнаружишь.

Я хмыкнул, соглашаясь, что да – подобралась компания из разряда: «палец в рот не клади – вместе с головой откусят».

– Если тебе так хочется чем-нибудь заняться, а не тратить это время на сон, можешь последить за Лераном или за всеми сразу… послушать, что они говорят, проанализировать собранную информацию и завтра с утра представить мне подробный отчет о проделанной работе с подведенным итогом. Договорились?

Судя по лицу Альги – шпионить в одиночестве ей жутко не хотелось.

– Думаешь, удастся узнать, на кого из них показывала Алив? – с сомнением протянула она, притормозив у двери.

– Вряд ли. Но раз уж тебе нечем заняться, можно начать с этого.

– Эх… – Женщина понурила голову, но от слов отказываться не стала. Видимо, воровка ожидала, что я поведусь на старый трюк и начну ее уговаривать никуда не ходить, поберечь силы и вообще посвятить время нам двоим.

Альга пожелала мне сладких снов, ограничилась легким, почти дружеским поцелуем и танцующей походкой направилась искать остальных членов небольшого совета, которые уже наверняка успели разбрестись по комнатам.

Первыми Альга обнаружила Эриама и Василия – они продолжили сидеть на веранде. Темный эльф что-то писал в большой тетради, изредка поднимая голову и разглядывая Укрытую лунным светом долину каким-то застывшим, мечтательным взглядом. Сейчас окутанный бледными лучами архимаг казался существом другого мира: неуместным в этой реальности, но бесспорно прекрасным. Василий же, спокойно допивающий горячий отвар, являл собой полную противоположность эльфу: вполне себе земной, несколько нелепый по сравнению с идеальным перворожденным, зато привычный.

Альга несколько минут наблюдала за Эриамом и Василием, но разговаривать они не собирались, только наслаждались свежестью ночи, не обращая друг на друга никакого внимания. Иномирцу Альга доверяла во всем, и подозревать его было бы верхом глупости, а вот посмотреть на записи архимага женщине очень хотелось, чтобы уж точно убедиться – Эриам не строит никаких коварных планов. Хотя какой злодей так проколется, что доверит обычной тетради свои великие замыслы?

Например, Пресветлая Алив, – подсказала воровке память. Конечно, не классическая злодейка, но та еще зараза и заноза.

Альга невесело улыбнулась и, еще раз посмотрев на мирную картину отдыха двух друзей, отправилась на поиски Ливия и Лерана. А то как-то криво у нее получалось шпионить за подозреваемыми. Она-то надеялась попасть на разгар жарких обсуждений неправоты Оррена, во время которых кто-нибудь обязательно бы прокололся, выдав свои истинные намерения. Во всяком случае, Альга представляла это именно так: она, спрятавшаяся в густой тени угла, затаившая дыхание и обратившаяся в слух, чтобы не упустить ни одной детали; мерзкие заговорщики, обсуждающие дальнейшие действия… потом обязательно погоня (кого за кем, воровка еще не определилась); драматичное разоблачение негодяев перед большой аудиторией и… показательная казнь. Все эти фрагменты никак не хотели выстраиваться в желаемую картину, однако обладали приятно-сладковатым вкусом героизма, который обязательно бы проявила Альга, пытаясь передать полученную информацию Оррену, пробираясь не через спокойную полупустую крепость, а через полчища врагов.

Однако вместо главы ордена первым делом она врезалась в печального Вэра. Вампир выглядел унылее обычного и, казалось, вообще не смотрел, куда идет и кого сбивает с ног. Правда, на сочную фразу Альги он все-таки отреагировал. Даже помог подняться с холодного пола, галантно подав руку, и извинился за невнимательность.

– От Маришки? – уточнила воровка, потирая ушибленный зад.

Вэр кивнул с самым убитым видом.

– Все у вас наладится, – оптимистично заявила женщина. – Чего так переживаешь?

– За ее способности боюсь, они могут не восстановиться. – Вампир бросил на женщину подозрительный взгляд, словно что-то решая для себя и сомневаясь в правильности выбора. Все-таки ждать от нее можно было чего угодно, да и первое знакомство криво прошло. Вдруг решит припомнить старые обиды? Но неожиданно Вэр решился: – Целители тут не помогут.

– А что поможет? – Альга чувствовала явный подвох.

– Кровь. Но Маришка ответила, что скорее осознанно откажется от магии, чем станет монстром. – Мужчина бледно ухмыльнулся. Видимо, он думал, что Альга поспешит подтвердить, что да – лучше без магии, чем кровопийцей.

Но женщина только неопределенно повела плечами.

– А убивать для этого никого не надо?

Вампир так возмутился, что несколько мгновений только обиженно моргал и смешно открывал рот, как выброшенная на берег рыба. Потом слова нашлись, и Вэр, нависнув над воровкой, принялся ей объяснять, что только самый дремучий человек может думать: вампиры настолько кровожадны и не ценят чужие жизни.

– Цените? Ну-ну. – Женщина улыбнулась. – Я поговорю с Маришкой, попробую ее убедить, что пара глотков не превратит симпатичную девушку в страшного монстра.

Вэр недоверчиво хмыкнул, но ничего отвечать не стал.

– А ты не подскажешь, где можно найти Ливия или Лерана – это который наш главнокомандующий. Нет?

– Кажется, я видел их в стороне третьей галереи. Они о чем-то весьма оживленно спорили.

– Да-а?! – хищно протянула Альга, как натасканная ищейка, предвкушая скорую встречу с добычей, ибо след оной был уже найден. – Это та самая верхняя галерея? Ну спасибо большое, пойду… погуляю. Свежим воздухом подышу.

Женщина махнула рукой вампиру. Кажется, что-то начинало проклевываться. В конце концов, тема беседы должна была быть поистине интересной, чтобы недолюбливающие друг друга Ливий и Леран решили так обезопасить свой разговор от посторонних ушей.

Глава 16
ЗАЩИТНИК

Только привыкнешь к хорошей жизни, как она тут же становится лучше.

NN

– А говорил – не пропустит!

Оррен с трудом увернулся от ножа, который недвусмысленно направили ему в живот, и попытался достать вампира фамильным мечом. Увы, древнее оружие помогало Риту так же «хорошо», как могла бы подсобить дубина против огненного заклинания. Вампир извивался змеей, вовсю используя нечеловеческую скорость и ловкость, наносил точечные удары и тут же отступал на несколько шагов, заставляя Оррена изображать ветряную мельницу, с риском отрезать самому себе если не голову, то уши.

– Говорил – вроде! – поправил его Крис.

Император был занят тем, что помогал Альге – в одиночку Талли не удалось вытащить потерявшего сознание паренька, и теперь уже девушке пришлось прыгать за ними, а Кристиан согласился их подстраховать заклинанием привязки. Плохо было одно – это заклинание вынуждало мага концентрироваться только на нем одном. Так что сейчас Юльтиниэль и Оррен вдвоем пытались не подпустить вампиров к замершему императору. А Рит, ко всему прочему, возомнив себя то ли рыцарем из сказки, то ли самоубийцей оттуда же, все время пытался оттеснить эльфийскую княжну себе за спину и сражаться с кровопийцами в гордом одиночестве. Юля особо не протестовала, лениво швыряя в вампиров небольшие огненные шары. Они с Крисом решили, что будет проще вампиров не убивать, а культурно скрутить и обо всем расспросить.

А как иначе доказать, что они не просто охотились на первого попавшегося человека, а пытались загнать защитника, отмеченного Пресветлой матерью? И что его теперь обязательно надо доставить в столицу, дабы показать главе ордена и императорскому величеству, чтобы у компании охотников за нечистью уж точно никаких других вариантов не возникло, а то повернут на полпути…

«Тебе не кажется, что второй очень похож на кое-кого», – император мысленно окликнул Юлю.

Девушка осторожно высунулась из-за надежной спины Рита, пытаясь понять, о чем говорит Крис. Как раз одно из огненных заклинаний удачно осветило лица нападавших вампиров.

«На Маришку!» – девушке в последний момент удалось воскликнуть это про себя. «Кажется, это ее потенциальный папа… – хмыкнул Кристиан. – И Оррен его сейчас убьет!»…

Юльтиниэль ойкнула и в последний момент ловко сбила вампира с ног заклинанием подножки, чтобы увести его из-под удара меча. Вэр (девушка с трудом припомнила имя мужчины) смешно вскрикнул, а в следующий момент магия полуэльфийки спеленала его по рукам и ногам. Даже стало немного обидно, что пришлось закончить так быстро… – она бы еще поиграла.

А вот второму вампиру повезло меньше: Рит, разочарованный, что эльфийская княжна его опередила, тоже перестал забавляться с противником, как кот с мышонком, и в несколько мгновений заставил перейти мужчину в оборону, точными ударами сначала выбил из руки кровопийцы нож, а потом ранил в бедро и бок. Юле оставалось только обездвижить и без того уже не представляющего угрозы вампира.

– И почему ты сразу с ними не расправился, если мог? – возмутилась девушка, оборачиваясь к довольному Оррену.

– Двоих сразу я бы убил – сложно было правильно отмерить силу удара. – Мужчина пожал плечами и склонился над раненым вампиром. – Я ведь правильно понял, что они зачем-то понадобились вам живыми? Ты, судя по всему, тоже не спешила заканчивать драку…

Юльтиниэль смутилась и, не желая признавать правоту Рита, не стала продолжать спор. Крис выразительно постучал себе указательным пальцем по лбу, намекая полуэльфийке, чтобы та в следующий раз хоть немного думала. Юля передернула плечами, мол, сама поняла, что сглупила. Альга с Талли тем временем вытаскивали паренька на берег, то и дело пытаясь уронить его обратно в воду и смешно отфыркиваясь.

– Тяжелый! – пожаловался эльф.

– Ага… а с виду вроде худенький… – поддержала его воровка. Распущенные и отяжелевшие от воды волосы Альги непонятным образом перепутались на голове, скрывая лицо и делая ее похожей на какое-то невиданное чудовище.

«Помнишь, Василий рассказывал?» – хихикнула Юльтиниэль. Крис согласно кивнул: «Уже начинать бояться?» Оррен даже подпрыгнул от неожиданности, когда лучезарная княжна ни с того ни с сего начала смеяться.

Когда наконец спасенного парня (несколько раз все-таки уроненного и даже слегка поджаренного на костре, мимо которого его пытались пронести) сгрузили на покрывало, друзья склонились над не подающим признаков жизни человеком.

– А он точно живой? – Талли хмыкнул и потряс парня за плечо.

– Вроде как… – неуверенно отозвалась Юльтиниэль, жадно рассматривая человека. – Воды наглотался много.

– Может, ему искусственное дыхание надо сделать?

– Вот ты и делай! – Вся компания тут же накинулась на несчастного Криса, который вылез с, бесспорно, актуальным, но не очень приятным предложением. Император нервно сглотнул, посмотрел на спасенного парня и принялся убеждать друзей, что не мастер в этом деле. И вообще проще обойтись магией…

– Вот с этого и надо было начинать! – торжествующе ухмыльнулся Оррен. – Приступайте, господа маги, пока наш пациент с Хель не встретился. А я, пожалуй, потолкую с нашими пленными.

Таллиэль оглянулся на связанных магией вампиров, потом снова посмотрел на человека, еще раз на вампиров и, кивнув Юле с Крисом, поковылял за Ритом, допрашивать бедных кровопийц. Выражение лица при этом у мужчины было совершенно не по-эльфячьи предвкушающее и абсолютно недоброе.

– Э-э… – Юля проводила его обеспокоенным взглядом и кинула императору мысль, что вопрос рождения Маришки все еще остается открытым. И вот-вот может навсегда закрыться. С такими-то друзьями!

– Не бойся, – Крис мотнул головой, – я за ними наблюдаю, если что – успею вмешаться. И не забывай, что твое появление на этом свете тоже находится под вопросом. У Маришки хотя бы оба родителя уже известны.

Юльтиниэль тоскливо вздохнула, привлекая внимание Альги – воровка отошла к сложенным вещам, искать согревающий настой для спасенного человека. Девушка скорчила вопросительную гримасу, но княжна успокаивающе улыбнулась, и воровка снова принялась оживленно копаться в своей сумке.

– Да, не отвлекайся. Лучше помоги мне привести в сознание этого хелиного защитника, – пробурчал Крис.

– Он не хелин… – заступилась за спасенного Юля. – Вполне себе симпатичный…

– Утопленник, – отрезал Кристиан с таким видом, словно собирался добивать человека, а не спасать. Да еще и ревниво так глянул в сторону полуэльфийки, пытаясь понять, что она могла найти симпатичного в синюшно-бледном, мокром и ободранном парне. Одно слово – женщина! Император ругнулся и, наконец вспомнив нужное заклинание, с силой ударил магией по предполагаемому защитнику.

Парень дернулся, переворачиваясь на живот, натужно закашлялся, пытаясь избавиться от воды, которой он успел нахлебаться.

– Бедненький, – жалостливо пробормотала Альга, ожидая, когда парень чуть-чуть оклемается и можно будет вливать в него найденный настой. – И что он вампирам сдался? Кожа да кости… Там и крови-то много не наберется.

– А ты хорошо знаешь предпочтения вампиров? – хихикнула Юля. – Может, эти на диете сидят, вот и смотрели что-нибудь попроще.

Парень, услышав, что говорят о нем, чуть приподнялся на дрожащих руках и бледно улыбнулся. Воровка тут же сунула ему под нос флакончик с зельем, и он, страдальчески морщась, выпил его, никак не выказывая протеста.

– Спасибо… – выдохнул спасенный, когда наконец смог с трудом проглотить горькое лекарство. – Даже не знаю, как вас отблагодарить. Вряд ли у меня найдется что-то равноценное.

– Пожалуйста, – улыбнулась Юля, протягивая одолженный у Талли комплект сухой, чистой одежды. – Для начала ты можешь представиться, – предложила девушка.

– Алек. – Парень смотрел на красавицу-эльфийку во все глаза, кажется, он уже был готов забыть обо всем на свете. – Я возвращался домой от родственников, а они напали… вампиры в смысле, – зачем-то пояснил он, словно кто-то мог подумать, что напали на него родственники. – Уже совсем отчаялся, когда вы позвали с этого берега.

– Содержательный рассказ, – насмешливо уточнил Крис, пытаясь отвлечь Алека от рассматривания императорской… уже просто подруги. Юльтиниэль наградила его за эту попытку лукавым взглядом и нарочно аккуратно присела рядом с парнем.

– Мое имя… – девушка моргнула, явно в последний миг вспоминая, как именно теперь нужно представляться. – Лареллин Э'ленн, этого вечно недовольного типа зовут – Эльрад, э-э… – Юльтиниэль мысленно пожаловалась Крису, что они не удосужились узнать у творца, из какого он рода, и, чтобы не делать паузу, улыбнулась. – Он мой кузен. Также позволь тебе представить Альгу, а на заднем плане допрашивают вампиров Таллиэль Э'кин и Оррен Рит. Мы как бы на нечисть охотимся. Очень приятно.

– Ой… – Парень заметно побледнел. Непонятно, что его больше напугало: известные в широких кругах и обладающие определенной репутацией имена и фамилии или же занятие высокородных господ. – А я как раз из герцогства шел… – пробормотал парень, с суеверным ужасом косясь на мрачного Оррена, который, закончив с вампирами, направлялся в их сторону. За ним хромал рассеянный эльф.

– Ваша светлость… – начал, запинаясь, Алек, но мужчина остановил его, неопределенно махнув рукой.

– С таким лицом скорее уж «темность», – хмыкнула Альга. – Что-то нехорошее узнали у наших кровопийц?

– Талли додумался спросить, чем им так мальчишка приглянулся.

Юльтиниэль заинтересованно прислушалась – эльф, сам того не ведая, кажется, сделал за них всю работу.

– А они возьми и скажи: «Нам приказали убить нового защитника!»

Взгляды всех присутствующих скрестились на спасенном Алеке. Судя по виду парня, он очень надеялся, что странная компания спасателей решила устроить такой розыгрыш. Или вампиры просто перепутали его с настоящим защитником. Подумаешь, обознались? С кем не бывает? Однако мгновения медленно текли, никто не спешил хлопать его по плечу с криками: «Шутка!» И лица его спасителей оставались пугающе серьезными.

– Наверное, нас привела сюда и заставила ходить по кругу сама Алив… – потрясенно воскликнул Талли. Похоже, несмотря на то что ответ он услышал одним из первых, понимание важности сей встречи с Алеком и его спасение добралось до него только сейчас.

В исполнении Таллиэля имя творца почему-то прозвучало невероятно мелодично и красиво, обретя глубину и таинственность. Юльтиниэль даже не подозревала, что не особо длинное и гармоничное слово может обнаружить в себе такие завораживающие ноты. Видимо, эльф относился к категории светловерцев, не признающих хвалы и правила, но зато искренне любящих Пресветлую мать.

– И что нам теперь делать?

«Кажется, еще немного, и от этого вопроса меня начнет тошнить…» – передал Юле Крис, скорчив зверскую рожу. Остальные даже вздрогнули, когда черты лица мужчины исказились, в неровном свете костра делая его особо угрожающим.

– Надо сообщить в орден, – решила не тянуть пса за хвост полуэльфийка, пока кто-нибудь не предложил более здравый выход из ситуации. Но друзья должны были сами себя подвести к идее, что столица превращается в обязательный пункт посещения безо всяких «хочу – не хочу». Куда приятнее было манипулировать ими, а не указывать прямо. Так и вопросов меньше, и жить спокойнее, и наблюдать со стороны интереснее.

– Да, – неожиданно быстро согласился с Юльтиниэль Талли, – они обеспечат безопасность защитника, обучат его обращаться с силой Пресветлой Алив… А для начала еще и проверку проведут: точно ли наш новый знакомый – защитник.

Алек косо взглянул на эльфа, явно не польщенный тем, что высокородные господа говорят о нем, как о какой-то вещи, пытаясь определить ее ценность.

– А может, сдадим его в деревне на руки старосте? Пусть гвардейцев вызывают, уж они его куда надо обязательно доставят. А мы как-нибудь по кругу… – Альга с надеждой посмотрела на своих спутников. Но поддержки не нашла.

Действительно, староста наверняка отложил бы это дело до лучших времен, парню бы выделили чулан, заставив оплатить как нормальную комнату на хорошем постоялом дворе. А если бы вестник о защитнике и добрался до ордена, то те только бы отмахнулись, – им такие сообщения круглосуточно народ со скуки шлет. Тут меченный порчу на урожай наложил и картошку ворует, там объявился очередной защитник: клянется, что лично говорил с Пресветлой матерью (правда, только после третьей бутылки ядреного самогона), а здесь вообще теща добропорядочного лирийского светловерца никакая не теща, а самый настоящий наместник Хель.

Так что проще было взять несчастного Алека под руки и лично доставить в столицу. Все-таки Оррену Риту и лучезарной эльфийской княжне будет сложно отказать в ма-а-аленькой проверке человека, на которого они укажут.

– Что ж, господа, – подвел итог Крис, – теперь нам придется двигаться в темпе, не отвлекаясь даже на самые заманчивые предложения. И не деморализуя команду нытьем, уговорами, а также всяческими соблазнами.

Взгляд императора остановился на воровке, и Альга театрально пожала плечами, мол, не понимаю я ваших намеков, но так уж и быть – ныть не буду.

– А моего мнения вы узнать не хотите? – дождавшись, когда его спасители сделают в обсуждении паузу, хмуро уточнил Алек.

Я довольно потянулся, нежась в облаке большого одеяла, сейчас принадлежавшего мне безраздельно. Из вредности даже лег по диагонали огромной постели, чтобы занять как можно больше места. Спать по-прежнему хотелось, но теперь к желанию примешивалось чувство вины – нет чтобы все-таки уговорить Альгу остаться. Она меня спасла, считай, а я так не вовремя решил поупрямиться и пошутить в своей, ритовской, манере. И к этому времени женщина наверняка успела меня мысленно наградить самыми нелестными эпитетами.

Поискать ее, что ли? Убедить, что люблю, и все прочее дальше по списку, что там надо говорить женщинам. Глядишь, хоть чуть-чуть и поспим, а то чувствую, что она до рассвета будет караулить наших «заговорщиков», а я ворочаться с бока на бок, мучаясь угрызениями совести.

В дверь постучали. Аккуратно и всего два раза, словно еще раздумывали – стоит ли тревожить хозяев сих покоев, или же лучше убраться, пока не разрешили войти. Альга точно так стучаться не будет. Скорее, распахнет дверь, возмутившись, что загодя не предугадал ее появления и не встал встречать. И Василий по-другому стучится.

– Заходи, Маришка. Что-то случилось? – Я поднялся с кровати, пригладив волосы и запахнув теплый, длинный халат, чтобы не смущать девушку.

– А как вы, ваша светлость, догадались, что это я? – Маришка юркнула в комнату, прикрыв за собой дверь. И тут же расположилась на кресле, настороженно смотря на меня.

– Кто еще будет так стучаться? – улыбнулся. – Мне рассказали, что с твоей магией случилось. Искренне сочувствую. Ты пришла, чтобы что-то узнать? Поверь, в этом деле из меня помощник никакой.

– Да… то есть нет, не так. – Маришка помотала головой, собираясь с мыслями. – Я не уверена! Я хотела спросить вас, как… Потом подумала, что это будет бестактно, но мне не спалось, и…

– Стоп, стоп! – Я поднял руки перед собой, словно надеялся так отгородиться от потока непонятных, обрывочных фраз. – Давай все по порядку, а про бестактность не думай, переживу любой вопрос и даже постараюсь на него ответить.

– Я говорила с Вэром. – Маришка покраснела и отвернулась к окошку, словно призналась в чем-то постыдном, за что я мог ее осудить. Но, не дождавшись с моей стороны никаких обвинений или упреков (я продолжал спокойно улыбаться, ожидая продолжения рассказа), девушка вздохнула и, запинаясь, принялась говорить дальше: – Мы сначала на балконе поговорили, и я подумала, что это, может быть, действительно нормально, если я попробую его узнать, как посоветовала Альга. А потом он пришел ко мне и спросил про магию… Точнее, не то чтобы спросил – скорее, уточнил, так ли обстоят дела, как он слышал, и сказал, что я смогу вернуть магию, только если стану пить кровь – что это мне необходимо, из-за того что я полукровка.