Текст книги ""Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Ольга Болдырева

– Плохой клев? – беззлобно пошутил я.

– Ночь на ночь не приходится, – спокойно отозвался Мартин и придвинул ко мне чайник с горячим кахве. – Будешь? Только что сварил.

– Да, спасибо! – Я повесил ранец на спинку стула, быстро ополоснул руки и, взяв из шкафчика чистую чашку, налил себе крепкого и сладкого кахве.

– Тяжелый день? – участливо спросила рыжая фигуристая девушка, отложив в сторону зачитанный любовный роман.

Как же ее? Лея? Тея? А, Кея!

– Очень, – признался я и мелкими глотками принялся пить обжигающий напиток. Желание спать медленно отступало, и я решил закончить с зельем для Козмы.

– Горло выглядит гораздо лучше, – заметил Мартин, – утром ты был как труп, а теперь…

– …как труп, который только что выбрался из могилы! – хихикнула Кея. – Ты весь в земле и грязи, Кериэль! Все в порядке?

Они сговорились, что ли?

– Я помогал менять землю розам, – возмутился я и немного смущенно добавил: – А потом пригладил волосы грязными руками. Ну, забылся… с кем не бывает? Все в порядке, честно.

Посидев еще пару минут на кухне, я выяснил, что Мартин не забывает пить лекарство, послушал жалобы Кеи на изжогу и пообещал посмотреть девушку чуть позднее. В общем зале я пересекся с Козмой, прибирающейся за барной стойкой, и Костанцо – мадам что-то обсуждала с двумя серьезными господами в дорогих сюртуках и старомодных цилиндрах. Заметив меня, она ограничилась вежливым кивком, но от беседы не отвлеклась.

– Тебе уже сказали, что выглядишь жутко? – улыбнулась Козма, расставляя проверенные бутылки по полкам.

– И не один раз, – вздохнул я, пытаясь представить, что же увижу в зеркале и не хватит ли меня от этого удар. – Утром лекарство будет готово.

Козма прижала ладони к сердцу, показав свою признательность, я же, взбежав по лестнице, поднялся к себе в комнату. В соседних номерах вовсю кипела «работа». Я только вздохнул, признав, что важность и необходимость плотских утех мне никогда не была понятна. Но если люди готовы платить за подобное деньги – флаг в руки.

Закрывшись в комнате изнутри, я первым делом поспешил в ванную к зеркалу.

М-да…

Видимо, я сам не заметил, когда то ли решил вытереть со лба пот, то ли непослушную челку убрать, но лицо у меня тоже оказалось живописно перемазано грязью. Со стороны можно было подумать, что землю розам я менял ртом. Типичный зомби. Только капающей слюны не хватает.

Скинув грязную одежду, я быстро ополоснулся, после этого вытащил из-под раковины кастрюлю с остатками восстанавливающего зелья и принялся за работу. Забрав из футляра флакон с душой епископа Дангело Кестежу, я придирчиво изучил ее на свет, нить была не яркой, но плотной и без точек гнили. Для ритуала – самое то. Жаль только, что запасов у меня больше нет. Нужно срочно искать новую жертву, иначе следующий сюрприз мироздания закончится для меня летально. Почти всю жизнь, взятую у Дебро, я потратил на лечение юного наместника.

Отложив в сторону душу Кестежу, я поддался болезненному любопытству и развернул бархат на дне футляра. Там лежал еще один флакон, и его содержимое вызывало во мне одновременно тревогу и отвращение. Я вытащил пузырек осторожно-осторожно, будто он мог атаковать меня. Внутри стеклянной клетки пульсировал маслянистый черный комок силы. Внимательно осмотрев его, я, к сожалению, не нашел следов таяния, которым пора было уже проявиться.

Это был спонтанный эксперимент. Я не ожидал, что из моей внезапной идеи что-то получится, и теперь не знал, что делать. Убив крадушей, я вдруг подумал: а что происходит с выпитыми душами внутри нас? Они просто занимают пустоту в груди эльфа, а когда заканчивается украденное у человека время, улетают в чертоги Триединого? Решившись, я провел ритуал над несколькими собратьями, вытащив из них не привычные яркие нити, а липкие черные сгустки. И, испытав ужас от того, что мне открылось, запихнул все испорченные темные души в один флакон.

Понадеялся, что спустя некоторое время они исчезнут, как и обычные. Но души, слившись в один комок, даже не думали растворяться.

Можно было их, конечно, просто выпустить и сделать вид, что я ни при чем и вообще ничего такого страшного не случилось, но интуиция просила повременить. Да и я надеялся исследовать это странное явление, когда вокруг станет поспокойнее. Самое печальное, теперь я знал, что вот такое же нечто, мерзкий червяк живет внутри меня.

Завернув флакон снова в бархат и убрав на дно футляра, я вынул небольшой серебряный скальпель и иглы. Еще мне требовался отрез ткани – на это сгодился старый носовой платок. Действие мне предстояло не сложное, но я давно не практиковался и не хотел ошибиться. Попытка-то у меня только одна. Вытащив из шкафа три маленькие бутылочки (и опять содрогнувшись при виде приспособлений), я вернулся обратно в ванную и разлил по ним остатки зелья. Ритуал удобнее провести здесь, вымыть светлый кафель куда проще, чем потом выводить пятна с ковра. Теперь самое неприятное – примерившись, я скальпелем аккуратно вскрыл себе вену на левой руке. Больно, Триада! Пришлось придержать магию, тут же попытавшуюся залечить рану. В бутылочку для Козмы я добавил больше крови. В оставшиеся две – совсем понемногу.

Костлявая появилась быстро – даже не подождала значительной кровопотери. Криво усмехнулась, но я не увидел в ее оскале чего-то недоброго или угрожающего. Старая знакомая словно бы говорила, что в городе только я дарю ей возможность чаще развлекаться.

– Здесь десять лет. – Здоровой рукой я показал Смерти флакон с душой епископа.

Та, присмотревшись к нити, кивнула, подтвердив мои расчеты.

– Разделю их между тремя флаконами. Я не покупаю дополнительную жизнь людям, которые выпьют части души Кестежу, а прошу тебя взамен избавить их от болезни. Забери ее и дай людям прожить столько, сколько им полагалось бы, не подхвати они свой недуг. Договорились?

Костлявая задумчиво посмотрела на сосуды, затем на меня. Я знал, что она не откажется, предложение было ей выгодно, но не потянуть паузу Смерть не могла. Когда она наконец милостиво кивнула и исчезла, я сдавленно застонал от боли и поскорее залечил руку, крови и так натекло достаточно, можно было бы набрать еще пару флаконов.

Откупорив пробирку, я аккуратно подцепил рвущуюся на волю душу. Нить изо всех сил дернулась в сторону, но осознала, что ничего не выйдет, и затихла. Положив ее на платок, я проколол серебряной иглой душу посередине и быстро разделил скальпелем на три части. Козме выделил бо́льшую долю, чем ее клиентам. Закинув кусочки души в бутылки, я добавил немного сушеного шалфея для очищения и по несколько ягод рябины, хорошо перемешал зелье с моей кровью и жизнью епископа Дангело Кестежу.

Как я через силу заставил себя помыть пол в ванной и аккуратно убрать инструменты – не запомнил. Последним более-менее четким воспоминанием был чистый кафель, который я обвел довольным взглядом, и, опустившись на него, уснул, не в силах сделать несколько шагов до постели.

Глава 15

Под утро я все-таки заставил себя перебраться на кровать, так что пробуждение было комфортным – без ломоты в спине и без продутой сквозняком поясницей. Пару минут я с наслаждением тянулся, слушая соловьиный щебет под окном и любуясь, как комнату заливает солнечный свет, падающий через тюль ажурным узором.

По моим подсчетам, если всю неделю океан был спокоен, следующий корабль из Старого Света придет в порт завтра. И я бы очень хотел сегодняшний день посвятить полноценному отдыху, чтобы набраться сил перед встречей с погоней, но мне срочно требовалось найти новую жертву, чтобы иметь в запасе хотя бы одну душу. Так, исключительно на всякий случай.

Всего пару вечеров назад я плохо представлял, что делать с собственной жизнью. Но судьба сделала кульбит и подарила мне цель. Я собирался уцепиться за нее и руками, и, если потребуется, зубами.

Быстро приняв душ, я полез в шкаф за чистой одеждой и опять наткнулся на приспособления, которые вечно забывал кому-нибудь отдать. Пообещал себе обязательно разобраться с ними в ближайшее время, подхватил флаконы с готовым лекарством и направился вниз на поиски Козмы. Проходя мимо комнаты Дафны, спохватился, что забыл сказать Карелу о найденном претенденте на титул и состояние Дебро. Надеюсь, родственники упокоившегося герцога еще не успели придумать обходной путь для получения наследства? Сделав в уме пометку, я постучался в четвертую комнату, несколько минут постоял под дверью и, сообразив, что в номере пусто, направился на кухню.

Козма нашлась за столом, она задремала, положив голову на сложенные руки. Рядом стояла чашка с недопитым, давно остывшим чаем и сложенная газета. На первой полосе выделялась статья леди Шепсит о смерти епископа Дангело Кестежу.

– Эй! – Я осторожно тронул Козму за плечо, и она встрепенулась, едва не упав со стула. – Все в порядке?

Блудница смутилась и потерла ладонями лицо, приходя в себя.

– Да, извини, я не могла уснуть в комнате, решила посидеть здесь и сама не заметила, как все-таки закемарила. – Козма поднялась из-за стола, потянулась, разминая затекшие мышцы, и кивнула на газету. – Здесь пишут, что ты принимаешь участие и помогаешь городу в поисках убийцы. Это достойно, Кериэль!

Если бы…

– Выпей сразу. – Я поставил перед Козмой флакон с лекарством и сделал вид, что ужасно занят варкой кахве.

Несколько минут за спиной было очень тихо, будто она боялась даже вздохнуть, затем раздался звук откупоренной пробки и быстрые глотки. Мне было неловко, но в голове вертелись неуместные вопросы. Вот вылечится Козма, и что? Можно подумать, в комнате ее ждет собранная сумка и, выпив зелье, блудница покинет «Женский дом». Нет, конечно. И много ли времени пройдет до того, как ей опять не повезет с клиентом?

Мне вовсе не было жаль ни своей крови, ни души епископа. Я помог неплохому человеку, и от этого внутри, там, где обычно сидело мучительное чувство голода и пустоты, сейчас было тепло. Но все-таки я понимал, что даю Козме только отсрочку, а вовсе не новую счастливую жизнь. И, на мой взгляд, блудница придавала моменту слишком много внимания. Из-за этого мне было неудобно, будто я не оправдывал ожиданий.

Сварив кахве и доверху наполнив самую большую чашку, я быстро провел ревизию, посмотрев, что можно приготовить из имеющихся продуктов. Скоро на плите доваривалась овсяная каша, в которую я собирался для вкуса и сладости добавить немного свежих фруктов, в тазике мариновалось несколько килограммов куриного филе, рядом в большой кастрюле поднималось тесто для пирожков, а я заканчивал нарезать кабачки, с которыми планировал обжаривать курицу. Готовить на шестнадцать жильцов «Женского дома» оказалось не так-то просто, но я все равно получал от процесса колоссальное удовольствие.

– Слушай, а что с твоим третьим клиентом, который не захотел платить за лекарство? – Как бы невзначай я затронул интересующую тему, сделав вид, что мне на самом деле ответ не важен.

Козма, вызвавшаяся сделать начинку для пирожков, отвлеклась от миски, в которой мешала рис с мелко нарезанными вареными яйцами.

– Ничего, – улыбнулась она, – не переживай, его вчера в игорном доме прирезали, уличив в жульничестве.

Мою скривившуюся физиономию блудница поняла не совсем правильно.

– Да, Кериэль, я тоже сначала не поверила, – Козма попробовала получившуюся смесь и добавила еще соли, – даже отпросилась у мадам под запись в книге, чтобы сходить и проверить. Сказочное везение!

Сказочный облом!

Я проверил готовность каши и убрал кастрюлю с плиты, чтобы занять ее сковородкой для курицы и кабачков. Все-таки сладкую кашу и мясо с овощами было не совсем правильно готовить так близко друг к другу. Налив на сковородку кукурузное масло, я подождал несколько минут, пока оно подогреется, после чего выложил нарезанный кольцами красный лук, курицу и увеличил мощность амулета. И, сверившись со старыми часами над дверью, принялся помешивать филе. Через пять минут я добавил в сковородку кабачки, несколько порезанных зубчиков чеснока, трав для аромата и соли, после чего накрыл крышкой и, оставив на плите, принялся помогать Козме лепить пирожки.

На сладкое мы в четыре руки приготовили фруктовое желе.

– Девочки скоро перестанут в пеньюары влезать, – со смешком прокомментировала гастрономический разгул Козма, поставив пирожки в духовку.

– С их постоянными физическими нагрузками, думаю, все-таки не скоро, – не согласился я.

Но где же мне в сжатые сроки взять нового претендента на роль жертвы? Хоть в трущобы иди, кто первым покусится на мои уши – тут же недосчитается души. Это, конечно, рискованно. Или заглянуть в порт… на худой конец можно вообще придумать простое оправдание, мол, мне сейчас нужнее, и вообще убить первого попавшегося человека. И не разбираться, хороший он был или плохой… Но что-то удерживало меня от такого поступка.

Я допил остывший кахве и быстро пробежал взглядом по статье. Леди Шепсит в своей бойкой манере напоминала читателям про убийства девушек и задавалась вопросом, почему убийца так резко изменил своим предпочтениям. Мое имя мелькнуло в самом конце, но упоминание было лестным. По мнению леди, «независимый эксперт лорда Киара» значительно помогал расследованию.

Вымыв за собой чашку и сложив газету, я решил, что просто пойду в город, сделаю круг до порта и обратно. Возможно, на моем пути и повстречается кто-то, кого будет не жаль. Стоило закончить с готовкой, как в «Женский дом» удачно заглянули виконт Аспен Сиверд и господин Айкен Бранд. Даже не пришлось их ждать. Я быстро вручил мужчинам флаконы с лекарством и забрал причитающиеся деньги.

– Господин Квэлле, – быстро проглотив свою порцию, виконт вытер пышные усы, – у меня есть друзья, которые заинтересовались вашими целительскими способностями. Они готовы платить…

Знакомства в этом мире решают если и не все, то очень многое. Срочно нужно заканчивать уборку подвала и обустраивать лабораторию! Срочно! Деньги, как и полезные связи, лишними не бывают.

– В ближайшие дни буду занят – вопрос жизни и смерти, – признался я господам, – но потом я с радостью выслушаю проблемы ваших друзей и постараюсь им помочь.

– Может, и моим попробуете, господин Квэлле? – тут же спросил Айкен Брандт.

– Почему бы нет? – Я с готовностью пожал обоим господам руки, и мы, довольные друг другом, распрощались.

Ни на секунду я не сомневался, что мужчины тут же поспешили к знакомым целителям, чтобы те подтвердили факт излечения. Ну и отлично! Смерть всегда выполняет свою часть сделки. Забрав из комнаты ранец и попросив Козму не спалить пирожки, я отправился в порт.

Сделав остановку у знакомой рыжей торговки, заказал большую порцию кахве для разнообразия с сушеной гвоздикой и сахаром. И пока девушка «колдовала» над напитком, я залюбовался океаном – сегодня его немного штормило. Вода потемнела, от горизонта к берегу катились волны с шапками пены и шумно разбивались о пирсы, и ветер дул порывистый, свежий, разгоняющий привычную жару.

– Господин Квэлле? – окликнул меня знакомый мелодичный голос, и, резко развернувшись на приветствие, я едва не облил Лавену Шепсит горячим кахве.

– Простите, леди! – Я в последний момент удержал высокий стаканчик.

Журналистка проворно отскочила в сторону и звонко рассмеялась. Я уловил сухой и бархатистый запах сандалового дерева с теплыми бальзамическими нотами.

– Ничего страшного! Карел предупредил о вашей феноменальной неуклюжести!

Я протянул торговке горсть медных монет, накинув несколько сверху, и пожал плечами. Интересно, о чем еще Киар предупреждал журналистку?

– У вас ко мне какое-то дело, леди? – осторожно уточнил я. – Или вы просто заметили меня в толпе и решили поздороваться?

Хотелось бы, конечно, второе. Желания общаться с леди Шепсит у меня не было.

– Я действительно увидела вас совершенно случайно, ваша светлость, – обрадоваться я не успел, – но Карел передал, что вам нужна помощь с правильным «освещением» истории с Вальтером Ферко. Еще день-два, люди устанут обсуждать смерть епископа Дангело Кестежу и спохватятся, что в тюрьму по неясной причине бросили одного из наставников наместника. А ведь Ферко, ко всему прочему, кузен главы следственного отдела. Нам с вами, лорд Квэлле, необходимо опередить неминуемые слухи. Готовы уделить мне немного времени и побеседовать?

А этим точно нужно заниматься вот прямо сейчас? Как-то совсем некстати! Я бросил тоскливый взгляд в сторону бухты, но, собрав силу воли, признал, что мне действительно необходимо повернуть историю с Вальтером в выгодном для себя направлении. И без помощи хорошего специалиста, имеющего соответствующие связи и репутацию, сделать это будет непросто.

– Конечно, леди Шепсит. – Я огляделся в поисках места, где можно сесть, благо на центральной улице ресторанов хватало. – Располагайте мной и моим временем. И позвольте выразить восхищение вашим мастерством! У вас великолепный слог, и было очень лестно прочитать о себе…

– Благодарю, ваша светлость! Я лишь высказала свое скромное мнение. Знаете, горожане любят мои статьи и прислушиваются ко мне… – Журналистка проигнорировала мою попытку зайти в ближайшую ресторацию и кивнула на кахвейню, на вид дешевую и скромную, для людей низкой крови. – Здесь будет удобнее. И обращайтесь ко мне по имени – Лавена. Для друзей Карела, лорд Квэлле, я готова забыть про официоз.

Точно любовница – сделал я вывод и пошел на встречные уступки.

– Для вас – Кериэль, – разрешил я, проходя за Лавеной в полутемный зал, наполненный густым ароматом пряностей.

Оказалось, у журналистки здесь имелся собственный столик, скрытый от любопытных глаз цветной ширмой. Стоило нам только занять его, как официант поставил перед нами по крошечной чашке кахве, щедро посыпанного корицей и кардамоном.

Мне на сегодня кахве было уже многовато, пришлось угощение проигнорировать.

Леди Шепсит достала блокнот, магическое перо и, пролистав до пустой страницы, поставила жирную точку в начале строки.

– Итак, Кериэль, из-за чего произошла ссора между тобой и Вальтером Ферко? Некоторые острые языки в городе уже вовсю рассказывают, что оболганный и несправедливо арестованный перевертыш просто озвучил тебе в лицо неприглядную правду…

Интересно, она нарочно меня провоцирует? Или это такая профессиональная деформация – по-другому работать Лавена уже не умеет?

Я сделал глубокий вдох и мысленно напомнил себе, что ссориться с журналисткой нельзя. Она полезна для Карела, и в будущем, когда я займу его место, нужно, чтобы леди Шепсит поддержала меня. А потому вежливо улыбаемся и на провокации не поддаемся.

– Дайте-ка подумать. – Скрепя сердце я принял правила игры и изобразил на лице фальшивые сомнения. – Сначала Вальтер назвал меня «новым увлечением лорда Мертвеца». Уточню, это было сказано не в лицо, как вы ранее выразились, а за моей спиной некой мадам Эдоре. Далее господин Ферко бросил оскорбление «грязная подстилка» и сделал это в затылок, в ином положении перерезать мне горло ему было неудобно. Так что «озвучил в лицо» мы сразу отбрасываем, и остается только решить, что из двух вышеперечисленных «прозвищ» является той самой «неприглядной правдой».

Лавена рассмеялась, оценив мою искренность и язвительность, и что-то быстро черканула в блокноте.

Я же, воспользовавшись моментом, залюбовался ею. Красота леди Шепсит не была классической и не соответствовала ни одному канону. Думаю, немногие вообще назвали бы Лавену привлекательной, но мне нравилась ее необычная и яркая внешность. Раскосые глаза леди густо подвела лазурным цветом, добавив на тяжелые веки немного бледных теней, контур губ подчеркнула перламутровым блеском, а линию скул – румянами с оттенком бронзы. Пышные жесткие волосы сегодня были заколоты у висков, и белые перышки, украшенные бусинами, свободно падали на открытые округлые плечи. Лавена была невысокой и полной, крупную грудь, выгодно очерченную лифом светлого платья, дополняли широкие бедра.

– Признаю, что слова Вальтера Ферко нельзя трактовать иначе, как оскорбления, – согласилась она с коварной улыбкой. – Но все-таки, неужели в них нет и доли правды?

Кажется, Лавена не оставляла надежду вывести меня из равновесия провокационными вопросами, но ее намеки меня ничуть не обидели. Если бы журналистка хоть немного разбиралась в эльфах, даже не заикнулась бы на эту тему.

– Я не подстилка и не увлечение. – Сложил на груди руки и уточнил: – Мы с лордом Киаром выяснили, что можем быть полезны друг другу.

Леди Шепсит на мгновение стала серьезной.

– Карел посвятил меня в свою проблему, – выразительное лицо журналистки исказила скорбь, – и я очень рада, что он нашел достойную замену, Кериэль. Именно поэтому я втопчу в грязь любого, кто косо на тебя посмотрит. Но для того, чтобы город не заметил, насколько очевидна моя позиция, ее нужно прикрыть определенным образом.

– Спасибо. Не мне учить тебя работать. – Я все-таки потянулся к чашке и в один глоток выпил крепчайший кахве.

Затем мне пришлось рассказать, почему я выжил с перерезанным горлом и как смог быстро прийти в норму. Тут даже придумывать ничего не пришлось, чудодейственность эльфийской магии была притчей во языцех. Последним вопросом ожидаемо стали мои планы на Вальтера.

– Суд, – лаконично ответил я.

Лавена задумчиво пожевала кончик пера.

– И какой исход должен быть у этого суда?

– Справедливый. – Кажется, от меня ожидали яростных требований немедленно казнить рыжего перевертыша. – Я хочу показать, что доверяю решению города. Главное, чтобы сам город остался беспристрастен. Я ведь мог устроить самосуд – кровь за кровь и так далее, но дал делу Ферко публичную огласку. Пусть все видят, что я в состоянии за себя постоять и не собираюсь прятаться за спиной лорда Киара.

– Звучит отлично, – одобрила Лавена. – Скоро ты станешь новым опекуном Дуэйна Кайсара… и чтобы тебя приняли, мы дадим понять, что Кериэль Квэлле такой же житель города и пользуется теми же правами, что и остальные люди и нелюди. Осталось только довести все сказанное до ума. Благодарю за открытость и даю слово, что ничего из сказанного не использую против тебя.

Я в ответ поблагодарил леди, что она легко по просьбе Карела поддержала меня.

– Вы с ним близки? – не удержался от бестактного вопроса.

– Я? И Карел? – Почему-то мой вопрос вызвал у Лавены искреннее и огромнейшее удивление – она едва не смахнула со стола чашку. – Ох, Кериэль, теперь я наконец-то поняла, почему Киар сказал, что ты не только самый неуклюжий эльф, но еще и самый наивный!

А вот сейчас обидно было! Причем особенно обидно, потому что я категорически не понимал, как моя наивность относится к предположению, что Карел и Лавена – любовники.

Леди Шепсит, заметив мою растерянность, покачала головой и поспешила распрощаться.

Спустившись к торговой площади, я немного походил у касс и пирсов и послушал, что говорят люди. Корабль из Старого Света ожидали со дня на день, и никаких сообщений о внештатных ситуациях на амулет-передатчик начальнику порта не поступало. Со вчерашнего вечера океан немного штормило, но по сравнению с настоящими бурями – это был детский лепет. Хороший корабль с опытной командой на такую непогоду даже внимания не обратит.

А жаль… было бы славно узнать, что судно сгинуло в пучине и никто не спасся.

Стоило мне только подумать об этом, как я умудрился поскользнуться на ровном месте и едва не упал на камни мостовой.

– Триада!

В последний момент я сгруппировался и все-таки устоял на ногах. Но намек мироздания на тему «добрых» пожеланий в адрес ни в чем не виноватой команды и других пассажиров я понял. Дал себе мысленный подзатыльник и перепожелал кораблю успешно прибыть в порт. С погоней, смилостивится Триединый, как-нибудь сам разберусь. И даже без помощи Карела!

Я присел на бортик знакомого фонтана и попытался высмотреть в толпе кого-нибудь из беспризорников. Мне хотелось получить подтверждение, что Лука не отлынивает от своего задания и честно отслеживает прибывающие в город корабли. Как назло, к полудню площадь почти опустела, все попрятались от дневной жары. Я покосился на покрасневшую кожу рук – еще немного, и точно обгорю. Хорошо, соломенная панама отлично спасала от солнечных ударов и бросала на лицо небольшую тень, иначе нос у меня точно бы облез. Я слышал, что сок алоэ хорошо справляется с этим. Нужно поискать по лавкам и попробовать на себе.

– Здрасте! – Ко мне подошла девочка лет четырех на вид. Ободранная, тощая, с двумя тоненькими косичками и О-образной деформацией ног, пока некритичной, но говорящей о том, что требуется вмешательство целителя. И беззубая улыбка тоже на это намекала.

– Привет, – осторожно поздоровался я в ответ.

– Лука сказал, что если в порт придет неправильный эльф, то эльфа нужно отвести к Луке, – сообщила девочка и, безбоязненно взяв меня за руку, потянула куда-то в сторону складов.

Странно. Солнечного света в городе хватает, так что с витамином «Д» не должно быть проблем. Какие еще могут быть причины у рахита? Проблемы с питанием? Самый очевидный вариант для ребенка с улицы. Патология во время беременности? С учетом, что мать девочки явно неблагополучная, – не исключено. Также следовало проверить варианты с другими заболеваниями, к которым рахит шел в комплекте. В первую очередь убедиться, нет ли воспаления кишечника или проблем с почками.

Я уже раздумывал, как бы провести диагностику и вылечить девочку, как одернул себя. Сила мне сейчас пригодится для другого! Нужно ее экономить, пока не найду жертву, у которой можно без угрызений совести забрать душу.

Вот достану хотя бы лет двадцать – тридцать, вылечу всех, кого захочу.

– Как тебя зовут? – позвал я сосредоточенную малышку, которая тем временем провела меня мимо складов.

Это было странно, я ожидал, что именно здесь, где-нибудь в пустующих или заброшенных ангарах беспризорники организовали себе пристанище.

– Мия! – гордо представилась девочка.

А, значит, вот кого бросился спасать Дуэйн и чуть не погиб.

Мы свернули с мощеной набережной на белый песок, здесь линия океана делала поворот, и дальше начиналось нагромождение острых скал. Город огибал их как нечто бесполезное, поэтому вокруг образовался пустырь – ни домов, ни складов. Чуть дальше на плохой почве как-то умудрились вырасти несколько деревьев, опутав камни темными корнями и развесив длинные широкие ветви с продолговатыми листьями. Мия уверенно принялась карабкаться наверх, точно зная, за какие края можно цепляться и куда наступать. Я постарался в точности повторить ее движения, высота была небольшой, но острые грани скал вызывали опасения.

Оказалось, между гребнями скал, которые походили на окаменевшие позвоночники двух огромных чудовищ, образовался удобный спуск к океану. Почти сказочный пляж, если бы до него можно было добраться без риска для жизни. Еще дальше скалы поднимались вверх на сотню метров к старому маяку из белого камня и тремя выцветшими красными горизонтальными полосками.

На пляже нас встретил Лука.

– Маяк заброшен, – вместо приветствия сообщил беспризорник, заметив интерес к высокой башне, – пару столетий назад, говорят, когда маги еще не придумали все эти амулеты-помощники, он работал и ночами освещал бухту. А теперь у каждого корабля есть и навигатор, и собственное освещение. Так что мы решили, раз маяк никому не нужен – поселимся там. Он такой, ну…

Мальчишка задумался, пытаясь подобрать слова, и я подсказал:

– Будто дает надежду?

Лука смущенно отвел взгляд, но кивнул. Надежда в их случае была недопустимой роскошью, но детей сложно винить в слабости.

– Из маяка мы и заметили это место. Сначала оно показалось замечательным. – Подросток кивнул в сторону кромки воды, и только теперь я заметил, что беспризорники вовсе не купались в океане, как мне показалось. – Но на самом деле это ловушка – под водой много острых скал. Когда океан штормит – сюда часто выносит раненых дельфинов или черепах, которые напоролись на камни. Они оказываются в западне и погибают, если не помочь.

Десяток разновозрастных детей, скинув с себя поношенную одежду, пытались спасти двух дельфинов – их глубоко протащило по песку вперед. На боках у животных я заметил глубокие порезы. Дети суетились, подтаскивая дельфинов к воде. Несколько девочек обрабатывали раны.

Внутри что-то шевельнулось. Если бы я не был эльфом – сказал бы, что душа. Почему-то грязные голодные дети, которые должны были давным-давно озлобиться на весь свет и разделать дельфинов себе на ужин, оказались человечнее и сострадательнее множества своих благополучных сородичей.

К Триаде экономию!

– Сейчас помогу. – Я закатал штанины и рукава рубашки и направился к бедным животным, держащимся из последних сил.

Дети при виде меня шустро освободили место, но далеко не отходили, наоборот, с любопытством вытянули шеи, надеясь рассмотреть, как я буду колдовать. Наверное, я их даже разочаровал, магии у меня оставалось мало, поэтому обошелся без красивых эффектов вроде золотых искр или сине-белых отсветов вокруг ладоней. Просто и быстро срастил края ран, и, приподняв туши над песком – дельфины были до безобразия тяжелыми, а один из них оказался беременной самкой, – я отлевитировал их подальше от берега и осторожно опустил в воду, выбрав место, где поменьше скал. Сейчас Атласный океан был спокоен, и, оклемавшись, дельфины за несколько минут выбрались из западни.

– Спасибо! – поблагодарил Лука, и остальные дети поддержали его радостными воплями. – Мия вовремя тебя нашла.

Так это было не специально?

– А что бы вы делали, если бы я сегодня не пришел в порт?

Лука неопределенно повел плечами.

– То же, что делали десятки раз прежде, – пытались бы сами дотащить до воды. Не получилось бы – похоронили, чтобы не привлечь хищников. У пирсов и так несколько акул крутится. Говорят, уже сожрали пьяного матроса, который неудачно упал за ограждение. Пойдешь с нами? Или ты хотел только узнать про корабль?

Дети, разобрав свою одежду, бодро забирались по скалам к маяку.

– За портом присматривают двое ребят, – спокойно пояснил Лука, опередив мой вопрос. – Они мелкие совсем, но смышленые. Какие-то задания сложнее давать им еще рано, а просто запомнить все посудины, которые заходят в бухту, по силам. Пока все спокойно. Ждем корабль завтра, так что с утра сам схожу в порт и буду караулить. Я, кстати, не сказал спасибо за Дуэйна… лорд Мертвец в таких делах скор на расправу.

– Пожалуйста, – откликнулся я и следом за Лукой вскарабкался наверх.

Раз уж я решил забыть про экономию, вылечу Мию, пока есть возможность. Как там жизнь и судьба завтра повернется, никто не знает. Лучше сделаю доброе дело сейчас, пока есть возможность.

– Но мне кажется, ты несправедлив к лорду Киару. – Я замолчал, следя за дыханием и стараясь не запыхаться. Подъем к маяку потребовал гораздо больше сил, чем показалось мне сначала. И ведь наверняка к башне из города ведет простая и удобная дорога.