Текст книги ""Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Ольга Болдырева

Соавторы: Ольга Багнюк,Алла Дымовская,Андрей Бубнов,Карим Татуков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 143 (всего у книги 353 страниц)

В голосе девушки прозвучала неподдельная гордость – и было чем гордиться. Дом хоть и оказался маленьким, кое-как притершимся между двумя более богатыми владениями, но смотрелся уютным и аккуратным. Стены были покрашены свежей ярко-фиолетовой краской, два оконца украшали горшки с фиалками. На двери висело объявление «Сдам чердак».

Я поднял голову, домик был одноэтажным, но под черепичной треугольной крышей явно имелось свободное пространство. В полный рост разогнуться там смог бы разве что гоблин, зато имелось круглое окошко.

– Совсем со средствами туго? – Я кивнул на объявление.

Гента пожала плечами, жаловаться на жизнь девушке не хотелось, но она все-таки пояснила:

– Родных у меня нет, кое-какие накопления, доставшиеся в наследство, я не трогаю… неизвестно, когда наступит черный день. Если искать работу, то на учебу совсем не будет времени, и я вылечу без права на восстановление.

Это точно. В магическом университете пары не прогуляешь. Особенно если за спиной нет влиятельного папы, который оплачивает твое содержание.

– И много просишь? – Любопытство мое было исключительно праздным.

Комната в «Женском доме» меня полностью устраивала, а уж прилагающаяся к ней будущая лаборатория и вовсе примиряла со всеми минусами бордельной жизни.

– Сначала просила пять серебряных монет в месяц, – вздохнула Гента, – потом сбросила до трех. Но, кажется, чердак и даром никому не нужен. До кровати там едва ли не на коленках ползти приходится, и свободного места осталось разве что на небольшой комод. Комната с удобствами в доме одна, кухня – тоже… наверное, придется все-таки устроиться в архив при университете.

Я сочувственно покивал и обвел взглядом соседние дома – что-то в улице показалось смутно знакомым… в свете фонарей мелькнул невысокий шпиль костела со знаком Триединого, и я едва не подпрыгнул от неожиданности. Гента жила совсем близко от чудесного сада Оскарби!

Она заметила мое удивление.

– Что-то не так?

Я улыбнулся.

– Мне знакомо это место! Ты не ходишь, случаем, на службы к служителю Освину?

Гента тоже обернулась на церковь и покачала головой.

– У моего отца были сложные отношения с религией. Мать как-то пыталась его переубедить… но из язычника сложно выбить старые привычки, а я пошла в папу, его мировоззрение оказалось мне ближе. Надеюсь, мои слова не задели тебя? – осторожно уточнила девушка, будто бы опомнившись, что говорить о язычестве с эльфом не самая светлая мысль.

На счастье Генты, я фанатиком не был. Мне все равно, кто и во что верит, пока он не пытается навязать свою точку зрения и эта самая вера не вредит окружающим.

В голове мелькнула неожиданная, но очень заманчивая идея.

– Все нормально. Я уважаю представителей всех вероисповеданий, пока они уважают меня. Можно попросить тебя о странном одолжении?

Колдунья заметно напряглась и даже сделала шаг назад. И я, чтобы окончательно не напугать ее, поспешил объясниться:

– Могу я арендовать твой чердак сразу на длительный период, но не для себя?

Гента моргнула.

– Зачем? И для кого?

– Хочу помочь хорошему человеку. Я недавно узнал, что служитель Освин вынужден ютиться прямо в костеле, поскольку епископат не выделил ему никакого жилья. Но если предложу ему свою помощь открыто, он точно откажется.

– А мою, значит, примет? – Гента сложила руки на груди и скорчила скептичную гримасу. – Кериэль, давай повторим еще раз, если ты что-то упустил из вида. Я одинокая девушка, оставшаяся без опеки родителей, колдунья. Мой отец родился в резервации. И ко всему прочему, я не очень-то верю в Триединого. Твой служитель обольет меня святой водой и предаст анафеме раньше, чем я озвучу предложение пожить на моем чердаке. Так себе план.

Я воодушевленно возразил:

– На это можно посмотреть совсем под другим углом! Ты же не собираешься покушаться на его обет целомудрия… или безбрачия? А, какая разница! Не собираешься? Нет! Так что, наоборот, это он возьмет под опеку одинокую девушку, не позволив никому опорочить твою честь! И для него это отличная возможность подтолкнуть заблудшую душу к истинной вере. Ну, выслушаешь несколько проповедей? У Оскарби они откровенно слабые, сразу говорю. С тебя не убудет. А сильно лезть и учить уму-разуму служитель Освин не станет, я его за последние дни неплохо узнал. Проблем, уверен, он не доставит.

Гента хихикнула, оценив, как ловко я перевернул все вверх тормашками.

– И как же ему преподнести мою доброту? Не просто же я решила отдать чердак?

Действительно, такая забота будет выглядеть очень подозрительно. Я переступил с ноги на ногу, пытаясь на ходу что-нибудь сочинить.

– Скажи ему, например, что от безнадеги на очередном практическом задании ты попросила у Триединого о помощи, а тот возьми и помоги. Чердак – ответная любезность божеству.

Колдунья скривилась, но объяснений лучше не предложила, а от денег отказываться явно не хотела.

– Хорошо. Сойдет. На сколько арендуешь?

Прикинув, с какой суммой я могу сейчас безболезненно расстаться, и переведя серебряные монеты в золотые, я заплатил Генте сразу за год. Когда в жизни все меняется с головокружительной скоростью, такой срок кажется чем-то бесконечным.

Надеюсь, Оскарби не заподозрит, что из истории с чердаком торчат мои острые уши.

До борделя я добрался в самом благостном настроении. Даже то, что я до сих пор не разжился жертвой, меня не смущало. Ночь в самом разгаре, сейчас посмотрю, какие извращенцы пристают к моим девочкам, и выберу какого-нибудь, в ком жизни осталось хотя бы лет на десять-пятнадцать.

На кухне никого не нашлось.

Я взял с тарелки один из последних пирожков и, на ходу жуя, вышел в общий зал.

– Привет, мадам! – помахал я Костанцо.

Она ответила мне напряженным взглядом. Веселье в «Женском доме» этой ночью было каким-то натянутым и неестественным. И музыканты играли без огонька, и девочки не смеялись, и клиенты, занявшие несколько столиков, выглядели, словно перепутали бордель с кабинетом зубного целителя. Со стороны смотрелось так, будто у всех одновременно свело челюсти.

Насторожиться я успел. Понять, что дело худо и надо срочно отступать обратно на кухню, – уже нет.

Из-за барной стойки мне навстречу поднялся Карел. На лице его застыло странное выражение, не поддающее расшифровке.

– Так это правда… – процедил лорд Киар ледяным тоном.

Я подавился пирожком и надрывно закашлялся.

Глава 17

Когда громкий кашель превратился в предсмертное сипение и я схватился за горло, Карел сообразил, что эльф не притворяется, а действительно рискует отправиться на тот свет из-за дурацкого пирожка.

– Твою мать, Кериэль… – вздохнул Киар и, растеряв грозный вид, несколько раз стукнул меня по спине.

Кусок пирожка, по ощущениям, застрявший где-то в дыхательных путях, вылетел под ноги, а я, согнувшись, кое-как продышался, хотя горло и грудь жгло от боли.

– Сп-ааси-бо. – Я вытер тыльной стороной ладони выступившие на глазах слезы.

Клиенты и работницы «Женского дома» наблюдали за разыгравшейся сценой круглыми глазами (и даже ведь не попытались помочь!). Карел смотрел на меня сверху вниз уже без злости, а с долей укоризны. Он, видимо, собирался мне высказать все, что думает о неподобающем месте проживания будущего опекуна наместника: репутацию порчу, слухи провоцирую, а тут… пирожок.

– Самый неуклюжий эльф! – резюмировал Киар.

– Прости! – Говорить при свидетелях было ужасно неудобно. Поэтому, раз уж меня так неудачно рассекретили, я решил разборки и объяснения устроить в более тихом и уединенном месте. – Может, поднимемся ко мне?

Выражение лица у Карела стало совершенно неописуемым. Будто я ему предложил не в свою комнату зайти, а государственный переворот устроить… ну или что-то такое же непотребное по представлениям лорда Мертвеца.

– Пойдем, – согласился Киар убитым голосом и направился за мной под перекрестным огнем любопытствующих взглядов.

По лестнице я взлетел так, будто у меня за спиной выросли крылья, а вот перед дверью Дафны резко затормозил.

– Кстати! – Карел сбился с шага и с недоумением посмотрел на закрытую дверь. – Я же тебе все собирался сказать! Вот тут живет девушка, с которой незадолго до своей смерти развлекался Дебро – бедняжка чудом выжила. Я ее на днях лечил и узнал, что она беременна. И скорее всего, именно от герцога. Есть какие-то возможности точно установить, кто отец? Думаю, городу не повредит наследник Дебро.

Карел явно заинтересовался.

– Только нужно проверять и решать быстро, Дафна не хочет оставлять ребенка. Пока срок небольшой, я убедил ее повременить с абортом, но не уверен, что выдержки у нее хватит надолго. Тем более с учетом специфики места, – обвел взглядом коридор, – скоро мадам попросит, чтобы Дафна вернулась к работе.

– Специфики места, – эхом повторил Карел, и его взгляд снова стал нечитаемым. Он смотрел так, будто бы прикидывал в уме, не будет ли лучшим выходом убить меня прямо тут или все-таки потерпеть до комнаты. – А ты понимаешь, если ребенок действительно от Дебро и мы решим все вопросы с этой… Дафной, воспитывать герцога придется тебе?

Что, простите? Я мотнул головой, проверяя, все ли в порядке с ушами, кажется, я ослышался. А разве после того, как мое место обитания рассекретили, я еще гожусь в няньки наместнику? Я думал, что Карел разозлился именно из-за того, что эльф, живущий в борделе, не подходит на роль, которую он для меня приготовил.

– Как-нибудь воспитаю. Вряд ли будет сложнее, чем служба Владычице Первоземья. Ты мне, главное, инструкции оставь. А вообще… – Я остановился перед дверью в комнату, ища по карманам ключи, и выпалил: – Я еще тешу себя надеждой, что ты вспомнишь о моих целительских способностях и воспользуешься ими по назначению, а именно мы найдем способ продлить твою жизнь, чтобы ты сам спокойно завершил все дела!

Я толкнул дверь и сообразил, что Карелу сейчас откроется неприглядная картина, так как личных слуг здесь не было, а излишней чистоплотностью я не отличался. Порядок, конечно, я наводить и поддерживать умел, но не в этот раз. Прямо у дверей валялись носки, причем почему-то от разных пар. Я смутился и принялся собирать с пола и с кровати раскиданные в живописном бардаке элементы гардероба.

– Проходи, только за собой закрой, пожалуйста… – Судя по звукам, раздающимся из номера Мартина, сегодня у него «рыбалка» удалась. Так что когда плотно прикрытая дверь приглушила какофонию обычной рабочей ночи в борделе, мне стало чуть-чуть полегче.

Карел внимательно изучил зеркальный потолок, затем хаос и, чтобы не мешать мне экстренно наводить подобие порядка, отошел к окну, где с любопытством принялся вертеть в руках пяльцы. Пузатых снегирьков я вышил до половины, и они были вполне узнаваемы. На схеме, которую я при вечно распахнутых настежь створках прижимал кружкой то с чаем, то с кахве, осталось несколько темных пятен.

– Ты вышиваешь? – Кажется, это удивило Карела даже больше того факта, что я живу в борделе.

– Только начал, но уже втянулся. – Я отобрал пяльцы и попытался убрать вышивку вместе с собранными вещами в шкаф, забыв, что на полке до сих пор лежат приспособления… – Триада! Карел, может, сделаешь вид, что ничего не заметил?

Лорд Киар несколько раз моргнул, будто пытался убедиться, что приспособления – не обман зрения.

– Даже не подумаю, – хмыкнул он. – И ты еще претендовал на звание «самого наивного жителя города»! Не стыдно было водить меня за нос?

Я комом запихнул вещи на полку и с громким стуком закрыл створку. Стало обидно.

– Можно подумать, я со свечками у девочек дежурю! Я даже не знаю, зачем бо́льшая часть этих штук нужна! – махнул рукой, уточняя, что говорю о приспособлениях.

– Хочешь, чтобы тебе о них подробно рассказали? – провокационно предложил Карел. – Быть может, даже показали?

Я взвился.

– Ты издеваешься?! Зачем мне эти приспособления сдались? Я же тут не работаю!

– Ой ли… – не поверил лорд Киар, смерив меня ехидным взглядом и сложив руки на груди.

– Ладно, работаю! Но не так! Я целитель! Я лечу девочек! Лабораторию обустраиваю! И даже знать не хочу, что ты себе навоображал! – Я замолчал, поняв, что от переполнившего меня возмущения перешел на крик и принялся размахивать руками, как ветряная мельница. Даже не ожидал от себя такой эмоциональности. Почему-то мне было важно обелить свое имя перед Карелом.

Оказывается, быть убийцей куда приятнее, чем шлюхой.

Карел перестал скалиться.

– Серьезно?

– Включи свой дар и проверь меня на ложь. Или хочешь – поклянусь чем-нибудь, – умоляющим тоном предложил я, – кровью, жизнью, родом – выбирай. Я случайно набрел на «Женский дом», честно. Когда только приехал в город – срочно искал хоть какое-то укрытие. Я помог девочкам, а они в ответ позаботились обо мне. Здесь не так плохо, как можно подумать.

– Судя по тому, что я успел увидеть, здесь не то что не плохо, а очень даже хорошо, – хмыкнул Карел и устало потер лицо, моментально растеряв все ехидство. – Я собирался связаться с тобой по амулету, поскольку дело было срочное…

Киар специально сделал акцент на слове «было» и тяжело вздохнул.

– Но мне совершенно невовремя «птичка» напела, что тебя заметили в районе борделя. Я сначала решил, что ты здесь кого-то снимаешь. Но «птичка» не успокоилась и уточнила, что по некоторым данным можно сделать вывод, что ты не отдохнуть в «Женский дом» приходишь, а сам в нем работаешь. Как-то сложно представить, что в борделе можно просто жить и заниматься не сексом, а лекарским делом. Признаю, эта новость стала для меня неприятным сюрпризом, и я погорячился. Готов принести извинения.

– Зачем? – Я удивился резкой перемене настроя лорда Киара. Подумаешь, вспылил! – Все нормально. Место действительно своеобразное. Если не знать об особенностях эльфийской физиологии, на ум только одно и приходит. Это мне нужно было признаться сразу, что я не в обычной гостинице номер снял. Извини, если испортил твой план с опекунством Дуэйна.

Карела мои слова почему-то тоже удивили.

– Испортил? С чего бы?

– Я так-то скомпрометировал себя. Теперь «птичка» напоет обо мне еще кому-нибудь. Неизбежно пойдут разные сплетни, и я стану персоной, недостойной занять твое место, – попытался сформулировать будущие претензии к своей кандидатуре.

Карел невесело улыбнулся.

– Кериэль, даже если бы ты действительно торговал своим телом в борделе, все равно не смог бы стать менее достойным, чем мертвец. Так что эту чушь выкинь из головы. Никто не посмеет оспорить мое решение назначить следующим опекуном тебя. Разве что император, но я что-нибудь придумаю и смогу убедить властителя одобрить тебя. Главное, чтобы ты был готов после моей смерти принимать быстрые и жесткие решения и, быть может, лично снести несколько горячих голов с плеч.

– А-а… – только и успел протянуть я и растерянно почесать в затылке, как Карел перебил меня:

– Да, я запомнил про твои навыки, которыми нужно воспользоваться по назначению, и сразу скажу, что не собираюсь затрагивать эту тему. Все уже решено и просчитано…

– При чем тут это! – теперь уже я перебил Карела. – Если моя жизнь в борделе не мешает твоим планам, зачем надо было меня доводить до инфаркта всеми этими грозными взглядами?!

Карел почему-то стушевался и посмотрел в окно, бард из соседнего дома, как обычно сидящий с гитарой на подоконнике, едва не свалился вниз.

– Давай я не стану шутить и вспоминать про приспособления в шкафу, а ты закроешь глаза на мое поведение? Я, как уже сказал, поддался эмоциям и погорячился… Обещаю, больше подобное не повторится.

Я смерил Карела подозрительным взглядом. Что-то из произошедшего явно ускользало от моего понимания.

– И верну тебе звание самого наивного жителя города, – поспешно добавил лорд Киар.

– То-то же! Согласен! – Я гордо задрал нос и спохватился. – А что такое произошло, что ты хотел меня вызвать? У меня вообще-то планы… были. – И так понимаю, были да всплыли, вряд ли Карел просто хотел получить какую-то консультацию.

Поиски жертвы опять откладывались.

– У нас еще одно убийство. – Карел заметил, как я растерялся, и пояснил: – Такое же, как Дебро и Кестежу. Один в один.

В смысле? Я никого не трогал! Как так? Или второй крадуш решил «поприветствовать» собрата? Что ж, тогда мне просто необходимо как следует осмотреть место преступления. Вдруг найду зацепки, понятные только мне?

Я подхватил со стула плащ, закинул за плечи ранец и показал, что готов выдвигаться.

– Кто жертва? – поинтересовался, уже закрывая за нами дверь номера и направляясь к лестнице.

Карел скривился то ли из-за особенно громких и страстных стонов Мартина, то ли с личностью убитого было связано что-то неприятное.

– Вальтер Ферко.

Бам-с!

Споткнувшись о ковер, я пропахал половину коридора носом. Больно! Коротко и нецензурно выругавшись, я схватился за лицо, ощутив под пальцами теплую кровь. Кажется, я умудрился за одно падение и губы разбить, и переносицу сломать. Триада, как не вовремя! Остатки магии робко потянулись к повреждениям, чтобы исцелить меня, но я тут же одернул силу. После маяка и небольшого практического занятия с ведьмой резерв показывал дно, а с учетом, что в ближайшую пару часов новая жертва мне не светила, магию требовалось жестко экономить.

– Ты как? – Карел, замерев рядом, с тревогой рассматривал мою разбитую физиономию. – Почему не исцеляешь себя?

– Резерв пуст… – со вздохом признался я, – сейчас могу рассчитывать только на обычную эльфийскую регенерацию. Помоги подняться.

Он с готовностью подхватил меня под локоть, который, как тут же выяснилось, я тоже разбил при падении. Взвыв от нового приступа боли, я выдернул руку из прочного захвата и, не удержав равновесия, снова бухнулся на ковер.

– Что здесь… – Из четырнадцатой комнаты выглянула Фаби, увидела меня с разбитым лицом на коленях перед лордом Киаром, испуганно ойкнула и тут же юркнула обратно в номер.

Предательница! Даже не предложила помощи!

Или блудница так сильно лорда Мертвеца испугалась?

Я кое-как самостоятельно поднялся на ноги и, чуть прихрамывая, добрел до лестницы, где смог облокотиться на перила.

Карел почему-то выглядел смущенным. Кажется, я первый раз видел на его бледной коже красные пятна румянца.

– Кериэль, – тихо позвал он, – может, есть какой-то способ быстро вылечить тебя без использования резерва?

– Я не сахарный, как-нибудь потерплю, – отмахнулся, пытаясь быстро проверить, не сломал ли я себе ненароком еще что-нибудь, кроме переносицы. Вот ведь наградил Триединый неуклюжестью!

– А я – нет! Не потерплю! – неожиданно эмоционально рявкнул Карел. – Со стороны кажется, будто бы это я тебя избил!

Правда? Я посмотрел на ситуацию под совершенно другим углом и расплылся в ехидной улыбке – месть оказалась сладкой, даже нос перестал болеть.

– Зато в следующий раз ты сначала подумаешь, а уже потом обвинишь меня в чем-нибудь непотребном! – торжествующе заявил я, выйдя в общий зал.

Реакция последовала незамедлительно – Козма чуть не уронила пивную кружку, зажигательная мелодия оборвалась на высокой пронзительной ноте, кто-то из девочек не сдержал испуганного вскрика, а мадам Костанцо с силой сжала кулаки, будто не могла просто смотреть на побитого меня и бездействовать.

Карел заскрипел зубами от досады.

В наступившей тишине мы быстро прошли в сторону кухни и, воспользовавшись черным ходом, покинули «Женский дом».

– Расслабься, – посоветовал я Киару, – наоборот, кровавая расправа над беззащитным эльфом пойдет на пользу твоей репутации страшного лорда Мертвеца. Город уже устал мусолить, что я у тебя в любимчиках прописался, – нужно порадовать общественность новой порцией сплетен. Пусть гадают, в чем причина размолвки и что такого я натворил, раз ты поднял на меня руку.

Накинув плащ, я спрятал лицо под капюшоном.

Карел рядом вздохнул:

– Ход, конечно, хороший. Но я порядком устал быть главным городским пугалом и жестоким монстром.

– С учетом, что ты запретил поднимать мне кое-какую тему, недолго тебе осталось терпеть такую несправедливость. Зато, направив недоброжелателей по ложному следу, мы выиграем немного времени. Давай вернемся к Ферко. Ты уверен, что способ убийства такой же, как у Кестежу и Дебро?

Следуя за Карелом в сторону городской тюрьмы, я мысленно костерил сородича. Чтоб ему Триада и все темные приспешники во сне явились! Ферко нужен был мне живым! Я выстроил отличный план, который помог бы мне получить в городе адекватную репутацию (та последнее время с пугающим постоянством сползала в какое-то категорическое непотребство). А этот остроухий ублюдок все испортил!

И ведь от оборотня крадушу не было никакого толка – только напрасный перевод наркотика и сил, поскольку душа Ферко для ритуала не годилась. Из этого я делал единственный вывод: сородич, разгадав мой план, специально подгадил. Нет, я, конечно, сам его определенным образом подставил. У него тут давно все было выстроено и продумано, а я, убив Дебро и Кестежу и даже не подумав замаскировать ритуал, сломал налаженную систему. Но зачем так сразу по больному бить? Мог бы и сообразить, что мне экстренно требовалось пополнить запасы и я просто не заглянул в архив и не почитал новости за последние двадцать пять лет. Да кто бы вообще до такого додумался?! Мог бы сородич и закрыть глаза на случившееся. Так, намекнуть в более мягкой форме, что он не рад мне, я бы понял и ушел в тень.

Но нет, второй крадуш решил не размениваться по мелочам.

Только он слегка просчитался, если надеялся, что я подожму уши и затаюсь. Попросил бы вежливо – без проблем. А на такой резкий выпад я собирался дать не менее жесткий ответ.

Хотя, конечно, «собирался» – громкое заявление. Если про меня в городе уже знала каждая собака, то личность моего собрата оставалась тайной за семью печатями. И нужно подключить фантазию, чтобы придумать, как причинить ему такие же неудобства, какие мне доставила смерть Ферко.

Единственное, что охлаждало мой пыл, – скорое прибытие погони. Конечно, другой крадуш не пойдет к ним жаловаться на мое плохое поведение. Сдается мне, что сородичи с удовольствием прихватят в Первоземье и его голову. Так сказать, для комплекта.

Меня безумно интриговала личность второго эльфа и его мотивы, из-за которых он оказался настолько далеко от родины.

– Ты подозрительно молчалив… – заметил Карел, приняв мое злобное пыхтение на свой счет.

– Я мысленно пинаю труп убийцы Вальтера, – честно признался. – Триада с другими жертвами, их ни капли не жаль. Но за Ферко этот ублюдок ответит! И пусть только кто-то пикнет, что оборотня убили по моему заказу, – горячие головы полетят с плеч, не дождавшись твоей смерти.

Карел, притормозив, смерил меня одобрительным взглядом. Приступ эльфийской кровожадности, очевидно, прекрасно ложился в его видение будущего со мной в роли опекуна Дуэйна.

– Увы, Кериэль, с пинками вряд ли получится. Ритуалы – а убийства выглядят именно как ритуальные жертвоприношения – выходят за пределы юрисдикции города. Ими уже заинтересовались в конгрегациях, и не исключено, что в скором времени расследовать дело прибудет кто-то из столицы лично от императора и папы.

Я хитро посмотрел на Карела из-под натянутого капюшона.

Такой поворот меня более чем устроит.

– Карел, я не против правосудия. Убийцу все равно казнят. А потом, надеюсь, мне позволят разок пнуть его тело, чтобы выразить негодование по поводу кончины Ферко.

– Думаю, такую просьбу суд удовлетворит, хоть и посчитает в должной степени странной, – улыбнулся в ответ Карел и тихо вздохнул. – Ты еще не согласен пощадить меня? Мы можем зайти к тюремному целителю.

– Вот еще – тратить драгоценное время! – непреклонно возразил я. – Хочу сразу же заняться поиском улик!

– Даже не сомневался, – притворно огорчился Карел и тут же усмехнулся, – но спросить все-таки стоило. Я как раз узнал про обустройство лаборатории, даже взял контакты гномьих мастеров, которые готовы приступить к работе хоть завтра. А еще в центре недавно открылась потрясающая кондитерская. Все знакомые в восторге, говорят, что там делают лучший в городе шоколад и потрясающий кахве. Я собирался предложить на днях зайти к ним, посидеть за бокалом красного полусладкого… но ты со сломанным носом и разбитыми губами, наверное, никакой радости от этого не почувствуешь.

Я замер на месте, пораженно смотря на лорда Киара.

– Ты меня шантажируешь?! – Даже не знаю, что позабавило меня больше: сам факт шантажа или то, что в качестве аргумента Карел использовал кондитерскую.

– А получается? – Киар попытался придать себе невозмутимый вид.

– Невероятно, но да. Обед за твой счет. Веди к целителю. – Я, не удержавшись, расхохотался на всю улицу.

Карел поддержал меня коротким смешком.

– Разумеется, за мой. Если хочешь, я могу и работу гномов оплатить.

Я уже открыл было рот, чтобы вежливо отказаться, но призадумался, и Карел, воспользовавшись моментом, привел несколько доводов:

– Денег у Бенайлов столько, что на десяток поколений хватило бы… если бы у князей, конечно, были наследники. А ты, я знаю, сейчас не в той ситуации, чтобы разбрасываться средствами.

И именно поэтому на значительную часть золотых монет, вырученных от продажи заколки, я оплатил аренду чердака для служителя Освина. Что поделать? Логика – не мой конек.

– Я бы вообще передал тебе управление родом, если бы придумал, как это юридически провернуть. Ни усыновить тебя, ни побрататься не получится, – продолжил Киар.

В сложной законодательной системе людей можно было играючи сломать мозги – сплошная казуистика. Поэтому я поверил Карелу на слово. Похоже, он уже самостоятельно продумывал этот момент. Я, признаться, был не уверен, что жажду породниться с лордом Мертвецом даже на бумаге, а уж тем более – смешивать кровь для братания, поэтому в ответ только пожал плечами. Нет, Киар, конечно, оказал мне значительную поддержку, дал надежду на нормальную жизнь, и общаться с ним было интересно, но это не значило, что я тут же записал его в лучшие друзья и мечтал, что когда-нибудь мы станем одной семьей.

– Ты точно хочешь лабораторию именно в борделе? – Карел чуть замедлил шаг, чтобы мы успели закрыть тему до прихода в тюрьму. – При желании можно купить дом и обустроить его целиком и полностью под тебя.

– Именно, – согласился я, – при желании. А желания-то как раз у меня нет. Тем более если ты говоришь, что проживание в «Женском доме» не сильно портит мне репутацию…

– Понял, вернусь к этой теме позже, – легко согласился Карел.

И я, не удержавшись, съязвил в ответ:

– Не раньше, чем мы обсудим продление твоей жизни.

Киар сделал вид, что последнее предложение не расслышал. И, как выяснилось, мы пришли.

Городская тюрьма, если не учитывать наглухо зарешеченные окна и серьезную магическую защиту, производила впечатление бюрократической конторы. Она располагалась на небольшой площади с овальным фонтаном в центре и подпиралась более крупными и пафосными домами – никаких высоких заборов или предупреждающих надписей.

– Здесь никто не задерживается. Городское отделение мы используем для предварительных арестов, – пояснил Карел, – предел пребывания здесь для подозреваемых или обвиняемых – неделя-полторы. Если следствию или защите нужно дополнительное время, заключенного переводят за город в менее гостеприимное место для обеспечения безопасности мирных жителей. Одновременно в тюрьме содержатся не больше двадцати людей… или нелюдей. Обеспечить контроль за таким количеством заключенных стража в состоянии без дополнительных мер.

Я уважительно присвистнул, вспомнив, на что походили городские тюрьмы, которые видел в Старом Свете. Местный подход мне нравился гораздо больше.

– За магов отвечают маги, для преступников с колдовскими способностями у нас существует свое заведение. За драконов – драконы, с учетом специфики их превращения есть требования к содержанию преступников. Опыт показывает, что чем грамотнее проведена граница между группами заключенных и чем быстрее выделены особенности каждой из них, тем проще и удобнее контролировать преступников в дальнейшем.

– Согласен! – с энтузиазмом поддержал я. – Умение правильно классифицировать – очень нужная вещь!

Интересно, что бы Карел придумал для эльфийских крадушей?

На входе нас встретил уже знакомый стражник-вампир. Как-то не везет ему… Или, наоборот, караулить места подобных преступлений – почетно? Надо уже имя его узнать, а то так часто пересекаемся, что даже неприлично.

– Доброй ночи, лорд Киар! Приветствую, лорд Квэлле! – Стражник поклонился и распахнул перед нами дверь тюрьмы.

Я плотнее надвинул капюшон и попытался быстрее протиснуться за Карелом внутрь здания, но вампирский нюх легко учуял кровь.

– Лорд Квэлле, у вас все в порядке? – тихо уточнил юноша, напряженно покосившись на Карела.

– Небольшое недоразумение. – Я изобразил пренебрежительный тон, мол, подумаешь, лицо разбито, пустяки! – Сейчас лорд Киар проводит меня к целителю, и к расследованию я приступлю полностью здоровым.

– Да, конечно, извините за мое неуместное любопытство. – Вампир опустил взгляд и поспешил закрыть дверь. Я даже не успел сказать спасибо за проявленное участие.

– Прости, – покаялся, раздумывая, светит ли мне еще поход в новую кондитерскую в компании лорда Киара или придется ее разыскивать самостоятельно, – я совершенно забыл, что у вас в страже вампиры служат! Мог бы и сам, между прочим, сообразить! В Старом Свете за ними так-то охотятся!

Киар кивнул на темный коридор, уходящий направо.

– Кайл не болтливый, все нормально. Свои соображения он оставит при себе. За это его в отделе ценят и любят, несмотря на то что в остальном более бестолкового сотрудника еще поискать. Нам с тобой до конца коридора, там каморка дежурного целителя.

– А Ферко содержали в другом месте? – уточнил я, двигаясь настолько мягко и тихо, будто выполняю задание, поступившее лично от Владычицы.

– Соседнее крыло, – шепотом подтвердил Карел. – Высокая кровь – отдельно, простонародье – отдельно. Быстро приведем тебя в порядок, и никто ничего не узнает.

Киар, первым добравшись до конца коридора, несколько раз стукнул в деревянную дверь с небольшой табличкой, из щели между полом и створкой сочился желтый свет.

– Да, минуту… – раздался подозрительно знакомый голос, и не успел я вспомнить, где его слышал, дверь открыл господин Эдер.

Триединый, в городе вообще есть другие целители?! Почему мне так не везет!

Я поспешил отступить в тень, как позади Эдера раздалось еще более знакомое:

– Киар? Тебя ждут в камере Ферко, что ты здесь забыл?

Теперь попытку к отступлению предпринял и Карел, но, увы, Хариц, подошедший к двери следом за Эдером, успел заметить нас обоих.

– Лорд Квэлле? Что с вами? Что происходит?

Как это что? Происходит экстренное включение фантазии и придумывание правдоподобной истории, как именно я обзавелся разбитой физиономией. Желательно без упоминания борделя.